Дипломная работа на тему "Взаимосвязь личностных характеристик и представлений о времени в раннем юношеском возрасте"

ГлавнаяПсихология → Взаимосвязь личностных характеристик и представлений о времени в раннем юношеском возрасте




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Взаимосвязь личностных характеристик и представлений о времени в раннем юношеском возрасте":



ВЗАИМОСВЯЗЬ ЛИЧНОСТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК М ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О ВРЕМЕНИ В РАННЕМ ЮНОШЕСКОМ ВОЗРАСТЕ

Содержание

Введение. 3

Глава 1. Временная перспектива как характеристика психологического времени личности 10

1.1 Понятие времени в психологии. 10

1.2 Временная перспектива как характеристика психологического времени. 21

Глава 2. Особенности временной перспективы в ранней юности. 35

2.1 Психологическая характеристика ранней юности. 35

2.2 Формирование временной перспективы в юношеском возрасте. 43

Глава 3. Исследование взаимосвязи личностных характеристик ранней юности и ее представлений о времени. 60

3.1 Цели, задачи, гипотеза и методы исследования. 60

3.2 Результаты диагностики личностных особенностей и содержания временной перспективы в раннем юношеском возрасте. 63

3.3 Формирующий эксперимент. 70

Заключение. 79

Список использованных источников и литературы.. 82

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Актуальный банк готовых успешно сданных дипломных работ предлагает вам скачать любые работы по требуемой вам теме. Профессиональное выполнение дипломных работ под заказ в Казани и в других городах России.

ВВЕДЕНИЕ

Проблема психологического времени - одна из интереснейших и наименее разработанных в психологии. Особенность ее в том, что время и объективно (везде одинаково по своим законам), и индивидуально. Оно является мерилом жизни человека (ее событий, развития) и не может переживаться объективно, в отрыве от собственно личностных смыслов и значений.

Время является и критерием общественных отношений, и социальной детерминантой всей человеческой деятельности, ее внутренним законом. Ранее существовавший описательный подход к пониманию социального времени как простой продолжительности, как простого течения событий во времени был опровергнут. Так как личность и ее труд были представлены в нем как жестко детерминированные общественным временем, как контролируемые во времени, как ускоряемые и ускоряющиеся. Тем самым коренным образом изменился подход, в рамках которого рассматривалась специфика времени личности. Личность уже не выступала как некий эпицентр, вокруг которого свободно и произвольно располагается прошлое, настоящее и будущее. Она стала рассматриваться как субъект времени своей жизни и ее организатор. При этом оптимальная регуляция, организация времени предполагают адекватное определение (оценку) личностью своих возможностей, выявление их соответствия или несоответствия внешним условиям их деятельности. Следовательно, принадлежность времени субъекту предполагает регуляцию, планирование,«использование» времени самой личностью.

Особенность субъекта времени проявляется в таком «перераспределении» времени, при котором личность осуществляет выбор адекватного (внешним и внутренним запросам) способа деятельности (в оо"щении, в образе жизни). При этом возможен выбор различных способов организации времени. Л. Сэв, например, определяет процесс регуляции времени как его «использование». В роли субъекта организации времени у него выступает «реальный базис личности», на основе которого и происходит это использование (или регуляция). Только выступая в качестве реального субъекта организации времени своей жизни, человек получает возможность своевременно и адекватно общественным задачам включаться в их решение, соотносить необходимое и свободное время своей жизни как основании социальных запросов, так и на основании собственных планов, перспектив и т. д. Поэтому оптимальное для личности решение вопросов организации времени невозможно вне субъекта, помимо него.

Социальное время, предъявляя свои требования человеку, четко обозначает, в какой период он должен уложиться, чтобы социально не отстать, «успеть». Оно может выступать как «движущей силой» развития субъекта времени (с точки зрения совершенствования способов управления временем), так и его тормозом, стрессогенным фактором (в случае несформированности личностью своего качества как субъекта времени). Желание и необходимость соответствовать социальному времени, не отстать, «идти в ногу со временим» обусловливают такую стратегию организации времени, когда для того чтобы не отстать, «нужно быть немного впереди». Стратегия «опережения» реального (хронологического) времени, планирование своих действий (событий) «наперед» является стратегией активного преобразования, «резервирования» или, наоборот, «использования» своего наличного времени, превращения его в условие своего развития, реализации своих задач и т. д.

Скорее закономерным следствием, нежели нарочитым (компромиссом), можно считать такой подход в понимании механизмов развития и структурирования личности, который включал бы в себя рассмотрение специфики сочетания личностного прошлого, настоящего и будущего как общей необходимой структуры формирования личности. В общем виде, выражая суть системного подхода в понимании биологических (и психологических) систем, П. К. Анохин писал, что мозг стал органом, который в каждый данный момент своей деятельности сочетает в себе прошлое, настоящее и будущее.

Логика личностного онтогенеза заключается в прогрессирующем «расширении» временного горизонта, в выходе за пределы «здесь-и-теперь», освоении личного и внеличного прошлого, ориентации на вероятное будущее. Специфика субъективных моделей прошлого, настоящего и оудущего оказывается зависимой не только от возраста, но и от половых, индивидуально-типологических, социально-психологических и других факторов (Е. И. Головаха, А. А. Кроник, 1984; В. И. Ковалев, 1988; и др.). В целом ряде экспериментальных и теоретических работ показано, что в определенные возрастные периоды имеются более или менее характерные структуры субъективных моделей прошлого, настоящего и будущего, и, что особенно важно, эти структуры оказываются достаточно тесно связанными с разнообразными поведенческими, интеллектуальными и эмоциональноволевыми особенностями.

Проблема времени на протяжении всей истории развития человечества привлекает неослабевающее внимание исследователей. Особую актуальность она приобрела в последние десятилетия в связи с ускорением темпа жизни, увеличением объёма информации, перерабатываемого современным человеком, необходимостью постоянно адаптироваться к быстро меняющемуся предметному и социальному миру. В последние годы широко обсуждается проблема неумения молодого поколения ценностно распоряжаться временем жизни, выстраивать временную перспективу, расставлять в будущем цели, значимые для субъекта и окрашенные личностным смыслом.

Особое значение приобретает изучение временной перспективы на начальных этапах развития личности, когда представление о своём будущем, осознание прошлого, конструирование своего жизненного пути, являясь основой личностного самоопределения, влияет на последующие значимые выборы человека. В настоящее время, в связи с изменением социально-экономической и политической ситуации в нашей стране наблюдается значительная переоценка ценностей человеком, следствием чего для многих является «размытый» образ будущего, неясность жизненной перспективы, «разрыв» временных зон.

Актуальность исследования заключается в том, что данная тема «Взаимосвязь личностных характеристик и представлений о времени раннем юношеском возрасте» еще недостаточно исследована. Но разработка данной проблемы имеет важное социальное, научное и практическое значение, так как дает возможность найти наиболее эффективные пути для успешного самоопределения старшеклассника, что является одной из существенных задач всестороннего развития личности человека и подготовки его к оудущей самостоятельной жизни.

Над проблемой психологического времени работали такие отечественные и зарубежные философы и психологи как К. А. Абульханова-Славская, А. Бергсон, Ш. Бюллер, Л. С. Выготский, В. Дильтей, Е. И. Головаха, Э. Гуссерль, И. С. Кон, А. А. Кроник, К. Левин, Ж. Ньюттен, С. Л. Рубинштейн, М. Хайдеггер и др.

Целью исследования является исследование взаимосвязи личностных характеристик и представлений о времени в ранней юности.

Объект исследования – личностные особенности в ранней юности.

Предмет исследования – временные представления в ранней юности; интеллект и самооценка в ранней юности.

Исходя из выше изложенного, была сформулирована гипотеза исследования: в раннем юношеском возрасте развитие субъективных временных представлений взаимосвязано с интеллектом и самооценкой; психологическое содержание временных представлений при стихийном формировании без специального внимания к её развитию в большинстве случаев не выстраивается самостоятельно как целостная структура с полным набором необходимых компонентов и требует специальной психолого-педагогической работы.

Нами были выдвинуты частные гипотезы:

-  формирование наиболее значимой ретроспективы в ранней юности взаимосвязано с неадекватной самооценкой;

-  формирование наиболее значимой будущей перспективы в ранней юности взаимосвязано с адекватной самооценкой;

-  формирование временной перспективы со взаимосвязанными ретроспективой, настоящим, и будущей перспективой определяется уровнем развития интеллекта.

Для достижения цели и подтверждения гипотезы поставлены следующие задачи:

1. Провести теоретический анализ существующих в психологии исследований, связанных с временной перспективой.

2. Описать содержание временной перспективы в ранней юности

3. Подобрать комплекс психодиагностических и исследовательских методик, адекватных целям исследования.

4. Исследовать содержание временной перспективы в ранней юности и ее взаимосвязь с интеллектом и самооценкой.

5. Разработать систему формирующих средств, направленных на формирование взаимосвязанной и структурированной временной перспективы в ранней юности.

Методологической основой исследования выступают представления о времени интуитивизма А. Бергсона, философии жизни В. Дильтея и феноменологии Э. Гуссерля, проблема времени в экзистенциализме М. Хайдеггера, а также концепция временной перспективы Ж. Ньюттена, взгляды Л. С. Выготского, проблема жизненного пути С. Л. Рубинштейна, концепция личностного времени К. А. Абульхановой-Славской, исследования временной перспективы И. С. Кона, причинно-целевая концепция психологического времени личности Е. И. Головахи и А. А. Кроник.

Для проведения исследования использовались следующие методы: теоретический анализ психолого-педагогической и методической литературы; наблюдение за старшеклассниками; экспериментальная беседа; тестирование; формирующий психологический эксперимент.

Процедура исследования включала следующие методики:

1. Диагностика самооценки – по методике Дембо-Рубинштейн.

2. Диагностика интеллектуального уровня при помощи методики – иногофакторного исследования личности Р. Кеттелла.

3. Для выяснения содержания прошлого, настоящего и будущего во временной перспективе – методика ситуативной каузометрии А. А. Кроника.

При выполнении дипломной работы было выявлено основное противоречие: несмотря на многочисленные исследования в области психологии личности и возрастной психологии, до сих пор нет комплексного исследования, направленного на изучение психологических условий формирования временной перспективы в раннем юношеском возрасте.

Данное противоречие определило проблему исследования по разработке и апробации системы коррекционно-развивающих занятий по формированию временной перспективы в раннем юношеском возрасте.

Данная проблема позволила сформулировать тему дипломной работы «Взаимосвязь личностных характеристик ранней юности и ее представлений о времени».

Научная новизна данного исследования состоит в том, что в современной литературе проблема психологического времени – одна из менее рассмотренных и разработанных. Предложено психологическое исследование содержания временной перспективы в раннем юношеском возрасте с учетом таких личностных особенностей старшеклассника как интеллект и самооценка. В нашей работе основные акценты сделаны на изучении субъективной картины прошлого и настоящего, учтено то, что модель будущего человека определяется как реальными особенностями ретроспективы, так и спецификой осознания этих особенностей, субъективным отношением к ним.

Практическая значимость настоящей выпускной квалификационной работы заключается в том, что возможно применение данных исследования в работе практического психолога для формирования адекватных представлений о времени и тем самым формирования адекватных личностных характеристик старшеклассника. Также практическая значимость исследования определяется предлагаемой системой коррекционно-развивающих занятий, направленной на формирование временной перспективы. Программа формирующего эксперимента дает возможность корректировать временную перспективу старшеклассника, изменять отношение к времени своей жизни, помогает эффективно использовать свой временной потенциал.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы и приложений.

ГЛАВА 1. ВРЕМЕННАЯ ПЕРСПЕКТИВА КАК ХАРАКТЕРИСТИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ВРЕМЕНИ ЛИЧНОСТИ 1.1 Понятие времени в психологии

Время относится к тем реалиям, которые издревле определяли смысловое поле человеческого восприятия. На протяжении длительного исторического периода от древних цивилизаций до наших дней в философии предпринимались попытки осмыслить дефиницию времени, определить его закономерности, особенности переживания времени и определить отношение к нему в духе своей эпохи.

В обычном представлении время есть некая последовательность моментов, точнее интервалов – минут, часов, дней или лет, которая течет равномерно, и с помощью которого мы измеряем все движения и изменения, происходящие как во внешнем мире, так и в нашей собственной душе. Вот что сказано в Британской Энциклопедии: «Одна из граней человеческого сознания есть представление о времени. Люди чувствуют прохождение времени в их личном опыте, физически и вместе с тем психически и наблюдают его в окружающей среде, как социальной, так и природной (одушевленной и неодушевленной). Время, как свидетельствует опыт, есть однонаправленное движение, темп которого достаточно медленен для того, чтобы его различить. (Актуально текут только материальные флюиды, но, как и вообще в физическом опыте, время может быть описано только на языке физических феноменов.) Люди чувствуют и думают в ходе времени. Они также действуют в нем, овладевая им либо в достаточной, либо в недостаточной степени»[1].

Формирование и развитие представлений о времени шло значительно медленнее, чем формирование представлений о пространстве, причем самое позднее происхождение имеет представление о будущем времени[2].

На протяжении длительного исторического периода от древних цивилизаций до наших дней в философии предпринимались попытки осмыслить дефиницию времени, определить его закономерности, особенности переживания времени и определить отношение к нему в духе своей эпохи.

Для мифологических представлений о времени наиболее характерны:

- «качественность времени», т. е. психологическая насыщенность, невычленность из событий и эмоций;

- представление об одновременности всех событий в мире, т. е. восприятие временной среды как покоящейся длительности;

- пространственность времени: прошлое и будущее для мифологического мышления локализованы скорее в пространстве, чем в темпоральном смысле;

- восприятие как того, что обладает свойством цикличности[3].

Типичная для античности платоновская формула гласит, что время только «подвижный образ вечности»[4].

Психологическое время характеризуется отсутствием строгой метрики, линейности, непроницаемости и необратимости. Это субъективное время личности, определяющее избирательность в осознании своего жизненного пути, пристрастное отношение к событиям своей жизни и произвольное отношение со временем собственной жизни. Психологическое время считается важным атрибутом самосознания личности и одним из условий ее существования[5].

Впервые психологические закономерности переживания человеком времени были строго сформулированы И. Кантом. В истории философии с именем И. Канта связана концепция трансцендентальной идеальности времени как априорного условия чувственного созерцания. В концепции И. Канта, заявившего проблему времени в новом освещении, время как форма внутреннего чувства есть не что иное, как «чистая последовательность» («последовательное прибавление единиц»)[6]. Время, будучи формой «внутреннего чувства», не только обусловливает возможность представления внешнего мира, но и позволяет воспринимать также внутренний мир субъекта. Отношение ко времени и его переживания находятся в зависимости от характера деятельности различных субъектов. Прошедшее время «сжимается» по мере уменьшения ннформативности воспоминаний о прожитых годах. Насыщение будущего значимыми событиями является предпосылкой насыщения настоящего пеятельностью, что приводит к наполненности прошлого информативными воспоминаниями. В решении вопроса о соотношении прошлого, настоящего и будущего И. Кант соотносит способности вспоминать и предвидеть как условия формирования временной связи восприятий настоящего.

Если Гегель в последующем обратил внимание на объективность времени-субстанции, то И. Кант имел дело с субъективными характеристиками субстанциального времени истории в субъекте, понимая время как эмпирический момент объективно-значимого и разумного самоопределения «я» в опыте сознания[7].

Описательное естествознание восемнадцатого и девятнадцатого веков внесло новое содержание в понятие времени. Оно стало связываться, кроме представления о количественной длительности и протяженности, с такими качествами, как становление, однонаправленность из прошлого через настоящее в будущее, необратимость, пространственная диссимметрия.

Все эти стороны времени внесены в сознание ученых развитием биологических и палеонтологических знаний; качественные стороны времени пока еще казались сопутствующим дополнительным признаком –геологического времени, существующим для удобства разбиения его на разнородные периоды и эпохи.

Обобщая факты психологии, Анри Бергсон развил далее кантовскую идею о принадлежности времени познающему и творчески преображающему мир человеку. Человек интуитивно переживает время, то есть обладает качественными сторонами времени, а сознательно отмечает с помощью часов и использует в практике только «точки одновременности» - узлы пересечения времени с пространством в глубине своего существа, или количественную сторону времени-пространства, обладающую признаками числового ряда, прежде всего аддитивностью.

П. Жане различает две формы времени: последовательную и непоследовательную. Последовательное время происходит не и памяти, а из особой формы действия – устного отчета и ее продуктов – описания, повествования, истории. Непоследовательное время возникает тогда, когда повествование отделяется от своего непосредственного источника и цели и становится игрой, это происходит в поэзии, легендах и баснях[8].

В начале ХХ века существовала точка зрения на время, связанная с традицией английского абсолютного идеализма, который исходил из того, что ноуменального времени вообще не существует, а иллюзия времени возникает в статичном мире из-за непрерывного изменения наблюдателя. Интересна в плане семиотического рассмотрения проблемы времени является концепция У. Данна, в который утверждается, что «в мозгу есть следывоспоминания о прошлых замеченных переживаниях», «время имеет длину, делимую на года, дни, минуты и т. д.; длину, каждый момент которой лежит между двумя соседними; длину, вдоль которой выстраиваются события»[9]. У. Данн считает: происшедшее некогда в прошлом возбуждение в мозгу и аналогичное возбуждение, имевшее место гораздо позднее, - не одно и то же событие, но два события, отделенные друг от друга иными событиями. Разделение в мозгу двух событий происходит во времени. Это означает, что длина времени не пуста; она содержит физические конфигурации. Наблюдатель последовательно наблюдает происходящие в мозгу события, или их психические корреляты.

Разработка проблемы социального и психологического времени в философии, становление психологии как самостоятельной науки подготовили почву для развития конкретно-научных исследований временных отношений в психике человека. Из-за отсутствия методов изучения социально-культурного содержания личности, за исключением различных модификаций интроспекции, психологи-экспериментаторы не могли объяснить механизмы формирования временных представлений личности, распространение в конце XIX - начале ХХ в. получили концепции времени B. Дильтея и A. Бергсона, которые противопоставляли время как реальность, фиксируемую внутренним чувством и данную непосредственно, абстрактному времени математики и естествознания, то есть не тождественность физического времени и времени, данного в переживании. B. Дильтей, A. Бергсон, O. Шпенглер критикуют «калькулятивный подход» (категория времени мыслится по аналогии c категорией пространства: время можно нарисовать в виде прямой линии, разбить на точки, измерить количественно) и стремятся понять время не как формальный, a как содержательный принцип. B. Дильтей и A. Бергсон отрицали возможность объективного рационального познания времени. Время, по B. Дильтею, течет не только внутри нас, но и благодаря нам. Главным в проблеме времени для B. Дильтея было познание социально-культурного, исторического содержания связи прошлого и настоящего, а не познание этой связи как чистой длительности[10]. Содержание времени есть человеческая реальность, выраженная в присущем человеку способе жизни, который В. Дильтей называет историей или культурой.

В. Дильтей был вынужден допускать представление о времени как о независимом от человека потоке жизни, иначе теряется основа разнокачественного переживания времени в аспекте будущего и прошлого. Прошлое – это абсолютно независимая от нас действительность, будущее, напротив, заключает возможность выбора, активности, творчества. Но, оказывается, настоящее, где соединяются наши прошлое и будущее, наполняется содержанием таким образом, что это «наполнение» остается чем-то неизменным, постоянным, независимым от субъекта. Каждый момент «теперь» является «наполнением моментов времени реальностью, которая является таковой в противоположность воспоминаниям или представлениям о будущем, выступающим в желании, ожидании, надежде, страхе, воле. Это наполнение реальностью, или настоящее, существует постоянно, в то время как то, что составляет содержание переживания, постоянно изменяется».

Чтобы обосновать время, конституируемое самой активностью субъекта в процессе созидания переживаний жизни, В. Дильтею приходится предполагать существование некоего всеобщего и независимого от субъекта «потока» жизненной реальности, в который «заброшен» субъект. Только предполагая в самом переживании существование независимого реального жизненного потока, можно прийти к выводу о разном времени, в зависимости от того, связано оно со ставшей действительностью или же возможностью. Если мы оглядываемся в прошлое, то ведем себя пассивно (то есть живем одним временем, поскольку прошлое нельзя изменить); если же поворачиваемся к будущему, то находим себя активными, свободными, то есть живем уже качественно другим временем. Дильтей определяет время как конкретную форму протекания жизни, отмечая единство времени с содержанием его наполняющим[11].

Главная мировоззренческая установка О. Шпенглера – констатация необходимости содержательного понимания времени: время неотделимо от того явления, которое оно высвечивает, оно и есть это самое явление.

С точки зрения Э. Гуссерля, рефлексия не порождает, а проявляется как временность, она в своей основе есть время. Время является основой связи рефлексии и сознания у Э. Гуссерля. Это в свою очередь означает, что время не имеет никакого случайного, преходящего содержания для самосознания. Оно относится к смысловой определенности, смысловой структуре сознания.

Для Э. Гуссерля временность – это прежде всего фундамент актов сознания, «реальных фаз переживания, актов восприятия, воспоминания и т. д[12].

Сознание как прошлое, установившееся для себя «я», является бытием, независимым от сознания, будучи неким «в себе». Но, поглощенное актами собственных действий по самоопределению, «я» спроецировано в целесообразности, потенциальный смысл, значение которой выступает опять-таки независимым от сознания. В раздвоенности самосознания на его «прошлое» (чем «я» стало) и его настоящее (чем «я» есть) проявляется нечто единое – независимое, анонимное бытие. Это бытие будущего, оно скрепляет опыт в единую смысловую структуру.

Подобно А. Бергсону и его представлению о«длительности» времени, гуссерлианское понятие времени обозначает процесс реализации и самообнаружения «Я», его единство с миром. Слова А. Бергсона «свободный акт совершается только в только еще протекающем времени, а не в уже протекшем времени могут быть применены и к гуссерлианскому пониманию проблемы, хотя у А. Бергсона время как принцип «самообнаружения «я» в мире имеет бессознательный (подсознательный) характер и, соответственно, единство «я» и мира во «времени жизни» мыслится как некий биопсихологический поток Наоборот, у Э. Гуссерля время мыслится в качестве сознательного (смыслового) принципа обнаружения «я» в опыте.

Кроме интуитивизма А. Бергсона, философии жизни А. Дильтея и феноменологии Э. Гуссерля проблема времени в его человеческом смысле и содержании активно разрабатывалась в экзистенциализме М. Хайдеггера. Важнейшим моментом этой концепции была окончательная субъективизация времени, отождествление его единства в прошлом, настоящем и будущем с временным единством сознания[13]. М. Хайдеггер использует гуссерлиановскую временную структуру интенциального акта, но радикально ее изменяет. Мерой осуществившегося присутствия отмеривается время человека и вмещаемого им мира[14].

Три модуса «заботы» связываются М. Хайдеггером с тремя измерениями времени. «Проект» - выбор человеком самого себя - соответствует будущему, поскольку, «проецируя» себя, «здесь-бытие» все время забегает вперед самого себя. Прошлое - это «заброшенность» в мир и предоставленность самому себе. Наконец, в настоящем «здесь-бытие» принадлежит миру, озабоченом окружающим. К«временности» М. Хайдеггер подходит через анализ конечности человека[15].

«Проект», «заброшенность» и «падение» соответствуют трем измерениям времени. Единство будущего, настоящего и прошлого образует «заботу». Три измерения времени являются способами выхода за собственные пределы, трансцендирования.

«Временность» есть априорная форма возможности появления всех феноменов, это «горизонт» мира. «Здесь-бытие» непрерывно выходит за собственные пределы, конституируя тем самым все «внутримирское сущее».

Важнейшим моментом концепций А. Бергсона, В. Дильтея и М. Хайдеггера была окончательная субъективизация времени, отождествления его единства в прошлом, настоящем и будущем с временным единством сознания.

Феноменологизация времени отчетливо проявилась в западной психологии. Само понятие «горизонт бытия» как характеристика временности сознания сыграло важную роль в разработке понятий, отражающих основные характеристики психологического времени в биографическом масштабе: временная перспектива, временной кругозор, временная ориентация личности.

Категория времени занимает существенное место в основных психологических теориях. В психоанализе 3. Фрейда развитие личности и основные функциональные законы ее формирования определяются прошлым, как индивидуальным (фиксация стадий развития, вытесненность и вместе с тем актуальность детских травм и переживаний и т. д.), так и социально-историческим (комплекс Эдипа, переживание мифа, религиозная мистификация и т. д.). По выражению К. Левина, для 3. Фрейда «человек, как каторжник к тачке, прикован к своему прошлому».

В бихевиористской психологии функционирование психики в целом выводится из категории настоящего. Модель «стимул – реакция» описывает сиюминутное взаимодействие субъекта и внешней среды.

Представители гуманистической психологии (Г. Оллпорт, А. Маслоу и дp.) считают, что одной из движущих сил человеческой деятельности является направленность личности в будущее[16].

В экзистенциальной психологии субъективное переживание времени – это течение жизни, переживаемое как спонтанная, живая энергия. Время переживается как текущее с определенной скоростью. Скорость времени, по мнению Г. Элленберга, - сложный и запутанный феномен. С возрастом эта скорость возрастает. Течение времени автоматически структурируется в необратимую последовательность прошлого, настоящего и будущего, каждое из которых переживается совершенно иным способом. Настоящее «постоянно сейчас», прошлое «уходит от нас», а будущее – это то, к чему мы направляемся[17].

Исследования психологического времени в ситуативном масштабе дают весьма ограниченное представление о том времени, в котором живет только человек, обладающий сознанием долговременной перспективы, охватывающей годы, десятки лет, а порой и столетия, и столь же долговременной ретроспективы – определенной временной последовательности событий прошлого.

Большое значение для изучения проблемы психологического времени имели работы Ш. Бюлер. Проведенный ею анализ временной структуры жизненного пути в его различных измерениях, а также анализ основных событий жизненного пути подготовил почву для принципиальной постановки в психологии проблемы разномасштабности психологического времени, специфического содержания временной перспективы личности. Главная заслуга в этом принадлежит К. Левину, который поставил вопрос о существовании единиц психологического времени различного масштаба, обусловленных масштабами жизненных ситуаций и определяющих границы «психологического поля в данный момент»[18].

Л. С. Выготский настаивал на том, что нельзя до конца понять человеческую личность, если рассматривать ее вне жизненного плана, превращающего «историю жизни человека из ряда бессвязных и разрозненных эпизодов в связный, единый биографический процесс»[19]. На значение временного плана в строении личности указывал и С. Л. Рубинштейн, который отмечал, что каждый человек имеет как бы историю своего жизненного пути[20].

Термин «внутреннее время» предложен И. Пригожиным. Он выделил только две основные темпоральные протяженности: время внутреннее и внешнее[21].

Однако эти подходы не сумели решить проблемы многомерности психологического времени, возможности его обратимости, нелинейной последовательности прошлого, настоящего и будущего.

В концепции психологического времени Е. И. Головаха и А. А. Кроник эти трудности компенсируются. Психологическое время составляет внутренний план реального времени жизни, а жизненный путь личности исчисляется в параметрах особого исторического времени и его событийных доминант: психологический возраст и зрелость. Психологическое время характеризуется отсутствием строгой метрики, линейности, непроницаемости и необратимости. Это субъективное время личности, определяющее избирательность в осознании своего жизненного пути, пристрастное отношение к событиям своей жизни и произвольное отношение со временем собственной жизни. Психологическое время считается важным атрибутом самосознания личности и одним из условий ее существования»[22].

Исследователями отмечаются следующие особенности психологического возраста: обратимость и многомерность. Психологическое время способно ускорять и замедлять свое течение, оно может переживаться непрерывным или прерывистым.

В рамках концепции личностного времени К. А. Абульхановой-Славской внутреннее время человека по мере становления личности становится все более психологическим и в пределе личностным[23]. Внутреннее время обладает следующими свойствами: наиболее часто встречающееся свойство – изменение хода времени (замедление или ускорение внутреннего времени относительно внешнего), обратимость времени, параллельные времена, появление дополнительного времени.

1.2 Временная перспектива как характеристика психологического времени

Понятие временной перспективы было предложено К. Левиным. Введение этой категории дополняло понятие «жизненного пространства», которое представляло единицу человеческой личности. Введением этого понятия К. Левин подчеркивал тот факт, что «психологическое поле», существующее в данный момент, включает в себя представление о своем прошлом и будущем. Когда человек воспринимает, переживает свое теперешнее положение, то это переживание связано с его ожиданиями, желаниями, представлениями о своем будущем и прошлом[24]. Сам термин был введен в научный оборот Л. Франком для характеристики взаимосвязи и взаимообусловливания прошлого, настоящего и будущего в сознании и поведении человека[25].

К. Левин первым среди психологов построил пространственновременную модель, в которой сознание и поведение индивида рассматривались сквозь призму долговременной перспективы и разносторонних характеристик индивидуального жизненного пространства. Причем во времени он выделял зоны настоящего, ближайшего и отдаленного прошлого и будущего, а в пространстве – уровни реального и ирреального (основанного на фантазии). Рассматривая развитие различных измерений психологического поля индивида в процессе онтогенеза, Левин указывал на то, что жизненное пространство новорожденного не имеет временных измерений; в раннем детстве происходит дифференциация психологического прошлого и будущего, однако почти не дифференцированы уровни реальности и фантазия. В дальнейшем происходит расчленение ближайших и отдаленных зон прошлого и будущего, реальных и желаемых, но возможных лишь в фантазии событий прошлого и будущего.

Аналогичное временной перспективе понятие «временной кругозор» вводит П. Фресс, рассматривая его как интегративную характеристику развития временных представлений личности, формирующихся в процессе социальной деятельности. В этом смысле развитый временной кругозор является показателем освоения личностью временных отношений.

Ж. Ньюттен разграничивает временную перспективу, временную ориентацию и временной аттитюд или отношение ко времени. По мнению автора, временная перспектива – это последовательность событий с определенными интервалами между ними, представленных в сознании человека в некоторый конкретный момент времени.

Особое внимание Ж. Ньюттен уделяет перспективе будущего, которая составляет планы, задачи, намерения личности, представляющие ее потребностно-мотивационную сферу.

Ближайшая временная перспектива рассматривается как конитивномотивационное понятие. Временная перспектива, в отличие от пространственной, может быть репрезентирована только «ментально», «когнитивно». Создание дифференцированного будущего субъекта возможно только при участии когнитивных психических структур, что формирование временной перспективы осуществляется через когнитивное преобразование потребностей в планы, намерения и задачи субъекта, через формирование у субъекта ряда структур «средство – цель». В своей концепции Ж. Ньюттен предполагает, что события со своими временными знаками находятся во временной перспективе подобно тому, как объекты, существующие в пространстве, находятся в пространственной перспективе: присутствие во внутреннем плане этих разноудаленных объектов и создает временную перспективу. Таким образом, временная перспектива, по мнению Ж. Ньюттена выступает как функция составляющих ее глубину, структуру, степень реальности, содержательные характеристики и т. п.

В. Ленс выделял два аспекта временной перспективы будущей жизни – когнитивный, связанный с предвидением будущих событий и планированием деятельности, и аффективный, отражающий эмоциональную установку относительно своего будущего[26].

Говоря о проблеме временной перспективы, психологи сводят ее к сугубо субъективным параметрам времени. Временная перспектива рассматривается в следующих направлениях:

- определение будущего соотносительно с прошлым и настоящим;

- исследование структурированности перспективы;

- с точки зрения ценностного содержания.

К. А. Абульханова-Славская предлагает различать психологическую, личностную и жизненные перспективы как три различных явления. Психологическая перспектива представляется как когнитивная (сознательная) способность человека сознательно, мысленно предвидеть будущее, прогнозировать его, структурировать и представлять себя в будущем. Личностная перспектива понимается не только как способность предвидеть будущее, но и готовность к нему в настоящем, установка на текущее, т. е. реальной личностной возможностью реализовать намеченные планы. Жизненная перспектива включает совокупность обстоятельств и условий жизни, которые при прочих равных условиях создают личности возможность для оптимального жизненного продвижения[27]. Жизненная перспектива создается предшествующей жизнью и выражается в жизненной позиции личности[28].

Многие авторы рассматривают жизненную перспективу с позиций планирования будущего. С. Л. Рубинштейн подчеркивает, что жизненный план является отражением прошлого, настоящего и будущего в жизнедеятельности личности, в их диалектическом единстве и преемственности[29].

По мнению И. С. Кона, жизненный план возникает, с одной стороны в результате обобщения целей, которые ставит перед собой личность, как следствие построения пирамиды ее мотивов, с другой стороны, когда предметом размышлений становится не только конечный результат, но и способы его достижения, путь, которым человек намерен следовать, и те объективные и субъективные ресурсы, которые ему для этого понадобятся. Таким образом, отмечает И. С. Кон «идет процесс конкретизации и дифференциации целей и мотивов»[30].

Интересна попытка определения специфики временной структуры сознания личности посредством понятия «временная транспектива», отражающего взаимосвязь ретроспективных и перспективных моментов индивидуального бытия, особенности «сквозного видения» из настоящего в прошлое и будущее[31].

Особый интерес представляет процесс развертывания, реализации временной перспективы личности в форме жизненной стратегии субъекта. При анализе временной перспективы личности выделяется ее стратегический аспект – построение глобальных жизненных планов, масштабность которых носит индивидуальный характер и связана с мотивационной направленностью личности; и операциональный аспект – целеполагание и планирование субъектом собственной деятельности, ее результатов и последствий в данной жизненной ситуации. Конкретно-ситуативными составляющими временной перспективы личности являются, например, цели и намерения[32].

Намерение чаще всего определяется, как сознательное стремление завершить определенное действие в соответствии с намеченной программой, направленной на достижение предполагаемого результата, т. е. как особое функциональное образование психики, возникающее в итоге акта целеполагания и подразумевающее выбор соответствующих средств, с помощью которых субъект собирается достичь поставленной цели. Намерение обладает своей собственной внутренней динамикой, важнейшим параметром которой является устойчивость к различным девиирующим (отклоняющим) факторам.

Намерение является мультипликацией мотивационных и когнитивных аспектов личности, обусловливающих поведение в конкретной ситуации: с одной стороны, оно обладает динамической силой (побуждением потребностей) и является целеориентированным, с другой стороны – будучи связанным с операциональным звеном деятельности, содержит в себе оценочные компоненты. В намерении сливается мотивационная притягательность цели и субъективная вероятность (прогноз реализации программы действия) ее достижения, что и приводит к итогу конкретного целевого выбора. Устойчивость намерения связана с личностными диспозициями различного уровня (ригидность/лабильность, уровень притязаний, особенности каузальной атрибуции).

Другое направление исследований операционального аспекта временной перспективы личности связано с анализом так называемых процессов перспективного целеполагания. С этой точки зрения временная перспектива личности представляет собой динамическую последовательность целей, имеющих разную степень жизненной значимости. Цель, определяемая как сознательный образ будущего результата действия, имеет множественную детерминацию. С одной стороны, сформированная цель – это некоторый рациональный прогноз (предвосхищение) хода и результата собственной деятельности, основанный на систематизации прошлого опыта; с другой стороны, предвосхищаемый результат – это своего рода предметная кристаллизация мотива, побуждающего деятельность субъекта. Таким образом, цель представляет собой специфический результат взаимодействия мотивационно-смысловой и рациональной сфер деятельности субъекта.

Перспективное целеполагание - это процесс формирования и уточнения некоторого гипотетического психического образования, которое можно было бы назвать предцелью. Отличие предцели от собственно цели состоит в менее обобщенном характере формулировки, в большей гибкости, лабильности, в умозрительном, рациональном, предшествующим непосредственному эмоциональному предвосхищению статусе. Прежде чем стать реальной целью, предцель подвергается особого рода оценке, эмоциональному «взвешиванию», после чего она либо реализуется в деятельности субъекта, либо отклоняется, либо модифицируется. Особую роль в судьбе предцели играют переживания успеха/неуспеха, ситуативно или устойчиво доминирующие у субъекта. Основу перспективного целеполагания составляют, с одной стороны, актуальные мотивационнопотребностные тенденции субъекта, с другой стороны - когнитивный прогноз, антиципация возможного развития ситуации. Таким образом, перспективное целеполагание - это процесс предварительной постановки цели, предшествующий ее принятию и реализации в деятельности.

Свойства предцели приближают ее по характеру к феномену намерения. Хотя психологическое значение анализа глобальных аспектов временной перспективы личности является очевидным, ее операциональные характеристики и ситуативная динамика пока недостаточно изучены.

О. Н. Арестовой выявлены три основных способа ситуативного построения и функционирования временной перспективы личности. Эти виды временной перспективы отличаются по параметрам временной устойчивости, подверженности эмоциональной деформации, зависимости от успеха/неуспеха, степени ситуативной коррекции. Параметры построения временной перспективы обнаружили корреляцию с мотивационными особенностями субъекта, уровнем его притязаний и достижений[33].

В зависимости от типа мотивации субъекта формируются индивидуальные особенности временной перспективы личности. Так, зависимость от типа мотивации обнаруживает такой параметр временной перспективы личности, как деформация намерения со стороны непосредственно-эмоционального переживания результата собственной деятельности. Эта деформация проявляется в несовпадении предполагаемого и реального выборов.

Реализуемость намерения характеризует общий уровень структурированности временной перспективы личности и стратегии деятельности в целом. Так, мотивация достижения повышает реализуемость временной перспективы в реальной деятельности. По-видимому, в основе этого свойства лежит большая глубина временной перспективы и ее устойчивость по отношению к эмоционально-ситуативным факторам. Высокая реализуемость намерений говорит, с одной стороны, об их структурирующей роли в поведении субъекта, с другой стороны - о переходе от непосредственной, эмоционально-ситуативной детерминации поведения к более рациональной и опосредствованной ее форме. При мотивации, связанной с самооценкой и самоутверждением, непосредственноэмоциональное переживание результата поведения преобладает над опосредствованными, рефлексивными детерминантами поведения. Следствие этого - деформация намерения непосредственными эмоциональными переживаниями результата деятельности и утрата временной перспективой структурирующего и направляющего воздействия на поведение личности.

Построение и ситуативная коррекция временной перспективы личности, таким образом, является составной частью целостной общей стратегии построения поведения человека. Динамика реализуемости намерения в деятельности субъекта говорит о ее структурирующей функции в поведении. Реализуемость намерения проявляет зависимость от содержания мотивации субъекта. Это мотивационное влияние проявляется посредством взаимодействия двух различных детерминант целеполагания - когнитивнорациональной и непосредственно-эмоциональной. Мотивация, ориентированная на самооценку и защиту «Я», способствует преобладанию непосредственно-эмоциональных детерминант коррекции намерения, что влияет на глубину временной перспективы и выражается в деформации намерения, особенно значительной в ситуации неуспеха. Напротив, мотивационные тенденции, не связанные с самоутверждением, способствуют переходу от непосредственно-эмоциональной детерминации поведения к опосредствованной, связанной с более глубокой и устойчивой временной перспективой.

Настоящее переживается нормальным индивидом как осознание его собственной деятельности и внутреннего побуждения к этой деятельности. Будущее является открытым, другими словами наши ожидания и планы постоянно проецируются в будущее. Прошлое переживается как что-то, что мы оставляет позади, как что-то больше и несуществующее, но являющееся для нас реальностью с некоторыми особенными качествами: доступностью, ценностью и изменчивостью.

Ю. Минковски выделил следующие зоны временной перспективы: удаленное прошлое, среднее прошлое, ближайшее прошлое, настоящее, ближайшее будущее, среднее будущее, удаленное будущее[34].

И. В. Дубровина выделяет 8 категорий структуры временной перспективы:

- ближайшее будущее;

- актуальный период;

- близкое будущее;

- отдаленное будущее;

- вся жизнь;

- открытое настоящее;

- историческое будущее;

- прошлое[35].

В основу данной структуры временной перспективы положено содержание мотивов, ее составляющих. В результате все мотивы были разделены на следующие категории:

- мотивы, отражающие некоторый аспект личности субъекта;

- мотивы, направленные на выполнение чего-либо, мотивация активности. В этой категории дополнительно выделяются мотивы профессиональной деятельности;

- отдельно рассматриваются всякая активность субъекта по отношению к самому себе, мотивы саморазвития;

- мотивация, подразумевающая социальные контакты. Дополнительно выносятся мотивы общения, связанные с ожиданием чего-либо от других людей;

- активность, связанная с получением информации, с познанием;

- мотивация, связанная с трансцендентальными ценностями, поиском смысла жизни;

- мотивы, связанные с желанием что-то иметь, обладать чем-то;

- активность, связанная с отдыхом, проведением досуга;

- неклассифицируемые и некстати данные ответы.

Таким образом, даются следующие определения категорий структуры временной перспективы: ближайшее будущее – цели, располагаемые в перспективе текущего дня, недели, месяца; актуальный период – цели периода профессиональной деятельности; близкое будущее – цели, отдаленные на ближайшие год-два; отдаленное будущее – цели, относящиеся к периоду зрелости, старости; вся жизнь - цели, относящиеся к какому-то периоду предстоящей жизни, которые нельзя точнее определить во времени; открытое настоящее – желание обладать какими-то качествами, свойствами, умениями, которые не ограничены во времени – «сегодня и ежедневно»; историческое будущее – цели, связанные не только с жизнью отдельного человека, но и с жизнью других людей, всего человечества; прошлое – упоминание о прошлом.

Событие – основная единица всякого исторического процесса, в том числе и биографии человека. С событиями связаны коренные перестройки характера, изменения направления или темпа развития личности. Понимание сущности событий во многом определяет понимание природы жизненного пути в целом. В психологии существуют некоторые определения этого понятия. С. Л. Рубинштейн пишет: «События жизни – это узловые моменты поворотные этапы жизненного пути индивида, когда с принятием того или иного решения на более или менее длительный период определяется дальнейший жизненный путь человека»[36]. Под событием также подразумевается некоторое конкретное изменение, происходящее мгновенно или достаточно быстро[37]. Б. Г. Ананьев различал события окружающей среды и события поведения человека в среде. К этому добавляется третья группа – события внутренней жизни[38]. Е. И. Головаха и А. А. Кроник предлагает следующую классификацию событий: события, связанные с изменениями:

- в обществе;

- в природе;

- в мыслях, чувствах, ценностях;

- в состоянии своего здоровья;

- в семье и быту;

- изменения, связанные с работой, образованием, обшественной деятельностью;

- изменения в сфере досуга, общения, хобби[39].

События отличаются дискретностью, ограниченностью во времени по сравнению с обстоятельствами жизни. Время, последовательность и способ осуществления жизненного события не менее важны, чем сам факт, что данное событие имело место[40].

Степень включенности события в субъективную сеть межсобытийных связей отражается в сознании человека в форме переживания им значимости ланного события. Значимость события в психологическом времени определяется совокупностью его связей с другими событиями[41]. Иными словами, чем больше связей имеет данное событие, тем более оно значимо с точки зрения самого субъекта. И чем более значимо событие для личности, тем в большей мере, с его точки зрения, оно влияет на другие события и зависит от них, выступая по отношению к ним причиной или следствием, целью или средством. Незначимые события – это такие, которые слабо связаны с другими событиями, порой являющиеся случайными или изолированными.

В различных культурах и социальных условиях может доминировать ориентация на прошлое, настоящее или будущее.

Доминирование той или иной ориентации исследователи иногда кладут даже в основание психологической типологии личности, выделяя при этом людей, ориентированных на прошлое, настоящее или их единство.

В. И. Ковалеву удалось теоретико-феноменологически и частично эмпирически выявить наличие четырех типов, которые можно назвать личностными типами организации жизни[42]. Не каждая личность абсолютно неповторима в своем отношении к жизни, ко времени; в их организации существуют некоторые типичные варианты этих отношений и способов организации времени жизни. Его типология получила следующее выражение:

1. Стихийно-обыденный тип характеризуется зависимостью личности от событий и обстоятельств жизни; личность не успевает за временем, не может организовать последовательность событий, предвосхищать их наступление и предотвращать осуществление. Этот способ организации жизни отличается ситуативностью поведения, отсутствием личностной инициативы.

2. Функционально-действенный, при котором личность активно организует течение событий, направляет их ход, своевременно включается в них, добиваясь эффективности, инициатива же охватывает только отдельные периоды течения событий, но не их субъективные или объективные последствия, отсутствует пролонгированная регуляция жизни.

3. Созерцательный, который проявляется в отсутствии способности к практической организации времени, в пассивности, но духовноинтеллектуальной, творческой жизни. Обнаруживаются пролонгированные тенденции. Пассивно-пролонгированный тип созерцателя, видящего сложность мира, но неспособного ее разрешить своими силами, был описан и К. Г. Юнгом.

4. Творчески-преобразующий, которому свойственна пролонгированная организация времени, соотнесенная со смыслом жизни, с общественными тенденциями. Противоречие (или проблема) данного исследования состояло в том, что вне лонгитюдинального исследования было бы достаточно произвольно судить о характере регуляции и организации личностью ее жизненного пути только по получаемым в данный момент рефлексивно определяемым характеристикам ее активности[43].

При исследовании доминирующих временных ориентации был обнаружен факт, заключающийся в том, что ориентация на настоящее не подразумевает озабоченность человека только текущим моментом, но, скорее, определяет заботу о прошлом и будущем в равной мере.

Поэтому вполне правомерным является рассмотрение будущих (еще не происшедших) событий жизни в единой реальной связи с прошлыми (уже происшедшими) событиями, направленное на изучение реальной взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего в структуре психологического времени.

В последнее время проводятся исследования психологического времени, в том числе временной перспективы, как одной из его составляющих, в связи с формированием личности. В работах по этой проблеме рассматриваются: типология временной перспективы личности, особенности использования времени личностью в норме и патологии, психологическое время как фактор формирования отношений личности в коллективе. В результате исследований было выявлено то, что, психологическое время выполняет существенную функцию в регуляции сознания и поведения личности.

При несогласованности перспективы, когда человек недостаточно связывает будущие события с настоящими и прошлыми, возникает феномен «временной некомпетентности», который негативно сказывается на степени адаптированнности личности к конкретным условиям жизнедеятельности. Несогласованность перспективы связана с низкой субъективной актуальностью событий жизни, с переживанием жизни как чрезмерно растянутого. Данные психологических исследований обнаруживают прямую или опосредованную связь параметров будущей временной перспективы с такими личностными характеристиками как самооценка, я-концепция, мотивация достижений, тревожность, импульсивность и ряд других. Уровень развития будущей временной перспективы, критерием которого выступают ее продолжительность, оптимистичность и реализм, степень дифференцированности и согласованности, связан с уровнем психического и социального развития личности.

Таким образом, временная перспектива представляет собой важный личностный конструкт, отражающий временной аспект жизни человека и имеющий многомерную структуру, включающую определенное содержание и ряд динамических параметров: протяженность, направленность, когерентность (согласованность), эмоциональный фон и другие.

Выводы

Подводя итог, выделим основные положения, на которые будем опираться в дальнейшем:

1) временная перспектива – это последовательность событий с определенными интервалами между ними, представленных в сознании человека в некоторый конкретный момент времени;

2) временная перспектива включает в себя, на наш взгляд психологические прошлое, настоящее и будущее;

3) временная перспектива характеризуется ее протяженностью, насыщенностью, структурой и реалистичностью.

4) единицей временной перспективы, по нашему мнению, является событие, под которым подразумевается некоторое конкретное изменение, происходящее мгновенно или достаточно быстро;

4) события можно классифицировать следующим образом:

- СД – события детства, в том числе – событие своего рождения;

- СО – события образования, в том числе события в школе, события, связанные с учебой в университете (поступление, окончание);

- СС – события в семье (отношения с родителями, создание семьи, рождение собственных детей);

- СР – события работы, профессиональный pocт;

- СДос. – события, связанные с изменением в сфере досуга (события отдыха, события - путешествия), общения (знакомства, дружба, любовь), интеллектуальных увлечений;

- СЦ – события, связанные с изменением в мыслях, ценностях;

- СМ – приобретение материальных благ, переезд на другое место жительство,

- СУ – события утраты (собственная смерть, смерть близких и события, отнесенные к разным).

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЫ В РАННЕЙ ЮНОСТИ 2.1 Психологическая характеристика ранней юности

Юность не так давно выделилась в самостоятельный период жизни человека, исторически относясь к переходному этапу возмужания, взросления. Современньre представления о границах возраста охватывают период от 14-15 до 18 лет.

В психологических периодизациях А. Н. Леонтьева[44], Д. Б. Эльконина акцент делается на смене ведущего типа деятельности, которой в юношеском возрасте становится учебно-профессиональная деятельность. Л. И. Божович[45] определяет старший школьный возраст в соответствии с развитием мотивационной сферы: юношество она связывает с определением своего места в жизни и внутренней позиции, формированием мировоззрения, моральным сознанием и самосознанием.

Одним из важнейших новообразований интеллектуальной сферы в юношеском возрасте становится развитие теоретического мышления. Старшеклассники и студенты младших курсов чаще задаются вопросом «почему?», их мыслительная деятельность более активна и самостоятельна; они более критично относятся как к преподавателям, так и к содержанию получаемых знаний. Меняется представление об интересности предмета: если младшие подростки ценят занимательность предмета и его фактологическую и описательную сторону, то старшеклассник интересуется тем, что неоднозначно, что не изучено, что требует самостоятельного обдумывания. Они очень ценят нестандартную форму подачи материала, эрудицию преподавателя[46].

Второй особенностью интеллектуального развития в юношестве следует считать выраженную тягу к обобщениям, поиску общих закономерностей и принципов, стоящих за частными фактами. Никто так, как старшеклассники, не любят больших теорий и не тяготеет к глобальным, космическим обобщениям. Однако широта интересов, как правило, сочетается в юношеском возрасте с разбросанностью, отсутствием системы и метода в получении знаний и навыков – интеллектуальным дилетантизмом.

Третьей характерной чертой является распространенная юношеская склонность преувеличивать свои интеллектуальные способности и силу своего интеллекта, уровень знаний и самостоятельности и тяга к показной, вычурной интеллектуальности. Почти во всех старших классах появляется некоторое число безразличных, скучающих школьников, всем своим видом выражающих усталость и презрение к обыденным школьным знаниям; учеба кажется им прозаичной и примитивной по сравнению с возможностями реальной жизни; они ведут себя так, словно все, что рассказывает учитель, скучно, аксиоматично, прозаично, давно всем знакомо, не нужно и не имеет ничего общего с реальной наукой, интеллектом, пиршеством ума. Они любят задавать учителям каверзные вопросы, даже получив ответ на которые они скорбно покачивают головой, пожимают плечами, разводят руками и т. д.[47].

Важно и то, что в юношестве увеличивается степень индивидуализации в интересах и способностях, причем часто разница дополняется, компенсируется негативными поведенческими реакциями. Поэтому в старших классах учитель легко выделяет группу интеллектуалов-отличников (в современной школьной терминологии - ботаников), группу способных, но безалаберных учеников (богему), группу хронических троечников и т. д.

Развитие познавательных функций и интеллекта в юности имеет количественную и качественную стороны. Первая выражает тот факт, что юношеский интеллект более быстр, подвижен, эффективен, чем интеллект подростка. Качественные изменения - это сдвиги в самой структуре мыслительных процессов: важно не то, с какими задачами справляется юношеский интеллект, а то, каким образом он это делает.

К 15 годам появляются основы гипотетико-дедуктивного, мышления, способность к абстрагированию, формулировке и перебору альтернативных гипотез, интеллектуальная рефлексия. Появление абстрактного мышления тесно связано с обучением, сформированностью учебной деятельности. Одновременно при решении конкретных жизненных задач старшеклассники проявляют незаурядную смекалку, находчивость, сообразительность, порой превосходящие способности к абстрагированию. Развитие интеллекта в юности тесно связано с развитием творческих способностей, предполагающих не просто усвоение информации, а проявление интеллектуальной инициативы, продуктивности, оригинальности[48].

Разброс индивидуальных вариантов умственного развития в юношеском возрасте велик, поэтому можно встретить и старшеклассников с абстрактным, теоретическим мышлением, и школьников, справляющихся с задачами на конкретном уровне.

Сталкивая личность с множеством новых, противоречивых жизненных ситуаций, переходный возраст стимулирует и актуализирует ее творческие потенции. Важнейший интеллектуальный компонент творчества - преобладание дивергентного мышления, с которым связывают то, что на один вопрос может быть дано множество одинаково правильных и равноправных ответов (в отличие от конвергентного мышления, предполагающего однозначное решение, снимающее проблему как таковую). Юность психологически склонна к поливариантности, неоднозначности в интеллектуальной деятельности, готова освободиться от обыденных и традиционных представлений, искать новые ассоциации, строить новые связи[49].

Конкретные личностные свойства интеллектуально развитых юношей могут быть различными, но все они сочетаются с развитым интеллектуальным самоконтролем, выраженной мотивацией интеллектуального достижения, придания высокой личностной ценности качествам интеллекта, склонностью к самообразованию и т. д. Поскольку школьная учебная программа, как правило, регламентирована, юношеское творчество иногда полнее и ярче проявляется вне учебных занятий - на факультативах, кружках, секциях, заочных школах, курсах и т. д., где творчество может сохранять игровые формы и одновременно профессионально ориентировать старшеклассников.

Умственное развитие в юношеском возрасте заключается не столько в накоплении знаний и навыков, изменении свойств и структуры интеллекта, сколько в формировании индивидуального стиля умственной деятельности – индивидуально-своеобразной системы психологических средств, к которым сознательно или стихийно прибегает человек в целях наилучшего уравновешивания своей(типологически обусловленной) индивидуальности с предметными, внешними условиями деятельности.

В познавательных процессах это выступает как стиль мышления, который тесно связан с типом нервной деятельности юноши, темперамента, условий воспитания и навыков самовоспитания. Так, по данным Н. Е. Малкова, старшеклассники с инертной НС в условиях школьных перегрузок учатся хуже, чем обладатели подвижного типа НС, т. к. не успевают за быстрым темпом преподавания. Однако недостатки этого типа НС могут компенсироваться другими ее свойствами: так, школьники с инертной НС лучше планируют свою деятельность, контролируют ее, упорнее добиваются необходимого результата, они более скрупулезно вникают в изучаемый материал, обладают интеллектуальной дисциплиной и волей.

Юношеский возраст связан с формированием активной жизненной позиции, самоопределением, осознанием собственной значимости. А все это неотделимо от формирования мировоззрения как системы взглядов на мир в целом, представлений об общих принципах и основах бытия, как жизненной философии человека, суммы и итога его знаний. Развитие мышления создает все предпосылки для формирования мировоззрения, а продвижение в личностном плане обеспечивает его устойчивость и мотивированность.

Но мировоззрение - это не только система знаний и опыта, но еще и система убеждений, переживание которых сопровождается чувством их истинности, правильности. Поэтому мировоззрение тесно связано с решением в юности смысложизненных проблем, осознанием и осмыслением своей жизни не как цепочки случайных разрозненных событий, а как цельного направленного процесса, имеющего преемственность и смысл.

Юношеское отношение к миру имеет большей частью личностную окраску. Явления действительности интересуют юношу не сами по себе, а в связи с его собственным отношением к ним. Читая книги, многие старшеклассники выписывают понравившиеся им мысли, делают на полях пометки типа Вот это правильно, Я так и думал и т. д. Они постоянно оценивают себя и других, причем даже частные проблемы часто ставятся ими в морально-этическую плоскость. Мировоззренческий поиск включает в себя социальную ориентацию личности, осознание себя в качестве частицы, элемента социальной общности (социальной группы, нации и т. д.) и выбор своего будущего социального положения и способов его достижения.

Некоторые особенности эмоциональных реакций юношеского возраста коренятся в гормональных и физиологических процессах. В частности, юность характеризуется повышенной эмоциональной возбудимостью, реактивностью. Это проявляется в неуравновешенности, раздражительности, вспышках то хорошего, то плохого настроения и т. п. Физиологи связывают

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Взаимосвязь личностных характеристик и представлений о времени в раннем юношеском возрасте". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 595

Другие дипломные работы по специальности "Психология":

Влияние смысложизненной ориентаций супругов на удовлетворенность браком

Смотреть работу >>

Влияние условий макро - и микросреды на речевое развитие детей 5-7 лет

Смотреть работу >>

Анализ межличностных отношений в семье глазами детей старшего дошкольного возраста

Смотреть работу >>

Влияние профессиональной деятельности супругов на конфликтность в семье

Смотреть работу >>

Организационно-психологические условия успешности адаптации молодого специалиста на промышленном предприятии

Смотреть работу >>