Дипломная работа на тему "Технология мышления"

ГлавнаяПсихология → Технология мышления




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Технология мышления":


Введение

Почему так трудно выучить иностранный язык? Кто и как помогает нам в управлении автомобилем? Почему дети в возрасте «от двух до пяти» буквально «терроризируют» взрослых своими бесконечными вопросами? Мог ли Юлий Цезарь делать семь дел сразу? Почему нам становится страшно, когда мы смотрим фильм ужасов? Каким образом мы способны узнавать лица знакомых людей, и почему мы так странно забываем их имена? Когда появились первые слова, и что появилось раньше: слова или мысли? Чего не могут компьютеры, и с чем легко справляется ребенок? Кто «хозяин» в нашем сознании? Как «думают» собаки, чему учат в «кошачьих школах» и почему не все обезьяны стали человеками?

На эти и многие другие вопросы предлагаемая работа дает интересные, а часто и неожиданные ответы, которые идут вразрез с устоявшимися, традиционными представлениями. Она позволяет объяснить многие непонятные стороны и загадочные особенности человеческого сознания. И пусть вас не пугает слово «теория»: книга написана простым понятным языком, рассчитана на широкий круг читателей и имеет практическое назначение.

Новая работа дает вполне конкретные ответы на многие вопросы, в том числе и на самые трудные: что такое сознание и мышление, каково их происхождение и какое место занимает человек среди других биологических видов?

Основные формулировки, описывающие общие принципы организации сознания и алгоритмы мышления человека, могут иметь важное практическое значение в попытках создания реальных прототипов искусственного интеллекта. То есть – принципиально нового поколения компьютеров, которые, наконец, научаться думать и находить собственные алгоритмы решений, примерно так, как это делает человек. Более того, работа над частными приложениями выявила и другие уникальные аспекты: компьютерные программы могут не только стать интеллектуальными (как ни странно − эмоциональными тоже), по отношению к искусственному интеллекту они способны в миллионы раз сократить тот гигантский эволюционный путь, который прошел биологический вид homo sapiens, прежде чем стать человеком.

Технические примечания. Текст настоящей работы структурирован (разбит на главы). Для навигации достаточно использовать режим «Структура», уровень 2 (меню «Вид») или соответствующий значок в левом нижнем углу окна. Сноски собраны в конце, однако, чтобы их увидеть, достаточно к знаку такой концевой сноски просто подвести курсор.

 


1.  ТАЙНА ЗА СЕМЬЮ ПЕЧАТЯМИ

 

Феномен сознания человека издавна считается одной из величайших загадок Природы и первые попытки постигнуть сущность этого таинственного и ускользающего от нашего понимания явления восходят еще к временам Античности. Но и в более поздние времена люди не оставляли своих многочисленных попыток ответить на самые трудные вопросы: “Что такое сознание? Что такое мышление? Каково происхождение сознания человека? Каков “механизм” нашего способа мышления? Можно ли считать в какой-то степени, пусть даже в очень небольшой, разумными других животных?”

Целью настоящей работы являлось не исследование каких-то биологических, физиологических, психических или иных аспектов мозга человека или животных, хотя этого полностью избежать не удалось, но исследование именно самого феномена человеческого сознания и предшествующих ему прототипов. По сути дела, данная теоретическая работа является развернутой  концептуальной идеей, которая формирует и упорядочивает в единое логическое пространство оригинальную систему взглядов и подходов, а также собственные или заимствованные версии, идеи или предположения.

Основные выводы, логически вытекающие из принятых за основу предпосылок, нередко противоречат общепринятым традиционным представлениям о природе нашего сознания, а иногда эти выводы диаметрально противоположны по отношению к некоторым устоявшимся научным мнениям или подходам. Теория, не смотря на всю сложность феномена человеческого сознания, изложена простым, доступным языком и рассчитана на широкий круг читателей, не имеющих специальной подготовки в этой области, но интересующихся этими “вечными загадками”.

Людям свойственно ошибаться, подтверждений этому несть числа в истории человечества вообще и науки – в частности. Сначала, например, считалось непреложной истиной, что Земля плоская и держится на трех китах, потом ее все же признали круглой, но оставили центром Мироздания, потом оказалось, что это Земля вращается вокруг Солнца и себя самой. И сравнительно недавно выяснилось, что Земля хотя и круглая, но не шар, а имеет довольно сложную форму в виде геоида. И вряд ли на этом месте можно поставить точку: процесс познания человеком мира и самого себя бесконечен...

Что же касается сознания человека, то мы еще в самом начале тернистого и многотрудного пути. Неизвестно точно, как обстоят дела с “тремя китами”, но то, что человек является единственным носителем разума – это на сегодняшний день непреложная истина. Соответственно, весь Мир должен вращаться вокруг единственного и неповторимого сознания человека, точно так же, как в свое время весь Мир вращался вокруг Земли, центра Вселенной. Идея не оригинальна, но очень удобна для людей. Если же отбросить непомерные человеческие амбиции и взглянуть на проблему сознания человека непредвзято, то нетрудно заметить множество явных противоречий в таком подходе.

Во-первых, у Природы нет и никогда не было “любимчиков”. Люди являются такой же неотъемлемой частью животного мира как, например, дельфины или лисицы. То, что мы люди, не означает, что мы лучше или хуже остальных видов животных. Мы не лучше и не хуже – мы другие, но ведь то же самое можно сказать и про любой другой биологический вид.

Во-вторых, человек, как биологический вид, имеет немало близких родственников. Близки нам не только приматы, но и многие другие животные. Вопрос только в близости родства, а в самом общем смысле нет, наверное, ни одного биологического вида, который не имел бы к нам пусть самого отдаленного и условного, но родства.

В-третьих, повседневный опыт показывает, что некоторые млекопитающие руководствуются в своем поведении не только рефлексами и инстинктами. Соответственно, мы склонны считать одних животных “умными”, а других – “глупыми”.

В-четвертых, откуда же появился разум (или сознание) у человека, если все другие биологические виды, лишены этого качества полностью? Можно сформулировать этот каверзный вопрос и иначе: в какой именно день обезьяна

Можно привести в-пятых, в-шестых и в-десятых... Дело здесь не в количестве противоречий, а в постановке вопроса. Действительно ли человек  является единственным разумным существом? Ответить утвердительно на этот вопрос, означает не замечать явных противоречий и с накопленными знаниями, и с повседневным нашими опытом. Другое дело, что люди имеют настолько развитое сознание, что оставили далеко позади себя все другие биологические виды. Но ведь с этим никто не спорит. Хотя и здесь не все так просто и однозначно: мозг слона, например, превосходит по объему мозг человека, а мозг дельфина не уступает в сложности. Уместно будет напомнить, что мозг вымерших гигантских динозавров был ничтожен в сравнении с мозгом человека, и это не смотря на их впечатляющие размеры. Если не путать ум с образованием (суммой полученных знаний), то те же дельфины ведут себя на удивление разумно: они никогда не нападают на себе подобных и исключительно дружелюбны по отношению к людям. В отличие от “хомо сапиенсов”, которые такими “комплексами” не страдают, не смотря на всю их разумность.

Эта и следующие две главы являются трудными не столько для понимания, сколько для восприятия, так как содержат большое количество необходимых пояснений и отступлений. Однако преодолев эти главы, вы увидите грандиозную картину становления и развития сознания человека, на создание которой природа затратила несколько миллиардов лет и бесконечное число «экспериментов».

Теорий о сознании человека существует множество, и нет особой нужды рассматривать их все. Однако все такие теории или гипотезы так или иначе пытаются дать ответы на главные, принципиально важные вопросы, и в первую очередь на такие: что такое сознание и что такое мышление человека? Прежде, чем перейти к рассмотрению этих ключевых вопросов, следует сформулировать постулаты (положения, принимаемые без доказательств), взятые за основу, суть нового подхода к этой глобальной проблеме, а также указать на две важнейшие идеи, которые послужили отправной точкой и одновременно являются краеугольными камнями в основании настоящей теоретической работы.

Первая идея вытекает из хорошо известного труда Ч. Дарвина “О происхождении видов путем естественного отбора...” (1859 г.). Если человек произошел от обезьяны и таким естественным образом “унаследовал” от своих далеких предков общее строение своего организма, равно как и всех его частей (например, кисть руки), всех внутренних органов и систем жизнеобеспечения, то почему мозг человека должен быть исключением из общего правила? Хотя люди традиционно и считают приматов неразумными существами, однако до сих пор еще не удалось обнаружить ни одной обезьяны, у которой не было бы головного мозга. Почему же люди считают, что сознание человека возникло на “пустом месте”? “Из ничего – ничто”, – это хорошо известный тезис и пока еще никому ни удалось его опровергнуть. И не удастся, хотя бы потому, что любое такое “доказательство” вступит в явное противоречие с фундаментальными законами Природы о сохранении материи. Мозгу человека предшествовал мозг обезьяны, точно так же как и любому другому органу предшествовал соответствующий прототип. Это представляется достаточно очевидным и вряд ли нуждается в доказательствах. Следующий из этих предпосылок логический вывод, что сознанию человека предшествовало сознание обезьяны, нуждается тем не менее в таком доказательстве, но не по причине его неочевидности, а по причине стойких предрассудков и стереотипов человеческого мышления.

Вторая идея принадлежит нашему знаменитому соотечественнику И. М. Сеченову: ”Все акты сознательной и бессознательной жизни по способу происхождения суть рефлексы” (1863 г.). Остается только удивляться его необычайной прозорливости: ведь по существу эти слова являются ключом к проблеме человеческого сознания и мышления, проблеме, которая не дает нам покоя на протяжении уже многих тысяч лет... Удивительно и другое: обе идеи были известны почти полтора века назад и никто не мешал задуматься над их значением или как-то связать их между собой – ведь они несут в себе огромный, нереализованный научный потенциал. Настоящая работа раскрывает и развивает эти идеи, доводит их до логического завершения. Забегая вперед, можно сказать, что именно с таких позиций удалось ответить на многочисленные и трудные вопросы, связанные с нашим сознанием и мышлением.

При обосновании теории “Технология мышления” был использован логический метод анализа, как наиболее универсальный. Не следует считать этот метод чисто формальной логикой. Возможно, методы формальной логики хорошо подходят к решению проблем математики или физики, но к проблеме сознания человека такой подход был бы малопродуктивным: слишком много здесь неизвестных и слишком много “естественных” научных направлений связано с этой проблемой, таких как биология, медицина, психология, лингвистика и многие другие. Соответственно, такие знания носят не столько абстрактный, сколько конкретный характер. При всем уважении к этим наукам их нельзя считать “чистыми и идеализированными науками”, которые способны отвлечься от второстепенных фактов и факторов и возвысится над всем и вся в своей логической чистоте, абстрактности и “непорочности”, как, например, математика.

Фактическим материалом послужили многочисленные и общеизвестные примеры, показывающие и подчеркивающие особенности человеческого сознания, мышления и поведения. На многие, в том числе и “главные”, вопросы новая теория позволяет дать достаточно обоснованные, “логичные”, хотя нередко и неожиданные ответы. Тем не менее на очень многие вопросы ответов пока нет, и в первую очередь это относится к проблемам и процессам, связанными с памятью человека. Если и сам феномен сознания является классическим “черным ящиком”, то по отношению к памяти это определение верно вдвойне: об этом аспекте сознания нам практически ничего неизвестно.

Детальное изучение тех или иных вопросов изначально не входило в задачи настоящей работы, поэтому приводящиеся многочисленные и хорошо известные факты из других областей науки, например, биологии, носят общий, а не узкоспециальный характер. В равной мере это относится и к многочисленным аналогиям и примерам. По той же причине в работе практически не используются узкоспециальные научные термины.

Постулаты

1. Функция сознания является таким же продуктом эволюции, как и любая другая функция организма.

2. Сознание, равно как и мышление, по своей природе материальны и, следовательно, поддаются описанию и пониманию.

3. Сознание является вторичным по отношению к существованию (образу жизни), и соответствуют этому образу жизни. Изменение образа жизни ведет к изменению сознания.

4. “Все акты сознательной и бессознательной жизни по способу происхождения суть рефлексы” (И. М. Сеченов).

5. Сознание является сложной (интегрированной) функцией мышления. (Сознание – вторично, мышление – первично.)

Некоторые постулаты не кажутся достаточно очевидными, однако отказ от любого из них ведет к неразрешимым логическим противоречиям или разрушает общую целостность предлагаемой концепции.

Под словом “сознавать” (“осознавать”) в настоящей работе подразумевается логическая обработка любого типа информации, как внутреннего, так и внешнего происхождения. Соответственно, “сознание“ (“осознание”) – это, в самом общем значении, способность к логической обработке (т.е. “пониманию”) такой информации. Значение этих слов в настоящей теории значительно шире, чем в общепринятом понимании или толковании этих понятий.

Во многих главах были использованы хорошо известные пословицы и поговорки – и это не случайно. Дело в том, что пословицы и поговорки отражают многовековые, а иногда и тысячелетние наблюдения людей и отличаются исключительной достоверностью (хотя и субъективной). В этом легко убедиться: попробуйте опровергнуть любую устоявшуюся пословицу или поговорку и вы увидите, что сделать это крайне трудно, если вообще возможно. Причиной чрезвычайной устойчивости в языке пословиц и поговорок является их достоверность, которая выдержала испытание временем и подтверждена опытом многих поколений людей. Именно “опыт, сын ошибок трудных” и является “главным гарантом” их истинности, так как критерием истинности может быть только практика, а не идеология, религия или наука. Научная картина Мира, в соответствии с накопленными знаниями, изменялась и пересматривалась самой же наукой неоднократно, и в этом отношении опыт, нашедший свое отражение в пословицах и поговорках, вполне заслуживает серьезного внимания.


462847204462845946 462689659448762935428360476 428211408428205712428101473 428093741427860725427860536 427053486 name="_Ref426722524 name="_Ref426717335 426548714426541234426540243 426539413">2.  ГЛУБИННОЕ  ПОДСОЗНАНИЕ  (ГЛУБИННОЕ  СОЗНАНИЕ)

В рамках настоящей работы сознание человека условно поделено на три уровня (глубинное, эмоциональное, интеллектуальное), но с таким же успехом его можно поделить на четыре или семь уровней – это не столь важно. Важно другое: сознание человека неоднородно, а такое чисто условное деление позволит впоследствии понять два важнейших момента: зарождение сознания и эволюционный путь его развития.

Глубинные участки головного мозга (его ядро) являются наиболее древними, первичными образованиями нервных клеток. Сюда же можно отнести и спинной мозг. Назначение этой части – регулирование всех систем жизнеобеспечения организма. Другими словами – вся физиология. Этот участок мозга, назовем его уровнем глубинного сознания, обеспечивает сложнейшие функции регулирования и контроля всех внутренних органов и систем, каждой клетки организма, а также “отвечает” за безусловно-рефлекторную деятельность организма. Движет или управляет этим уровнем сознания три основных инстинкта: самосохранения, самообеспечения и размножения. Глубинное сознание сориентировано на обслуживание внутренних потребностей организма в пище, воде, отдыхе и т. п. Именно этот уровень сознания контролирует и регулирует все сложнейшие биохимические процессы, протекающие на уровне клеток, органов, систем или всего организма в целом, постоянно поддерживает в нужных параметрах обмен веществ, энергетические балансы и многое другое, без чего нормальная жизнедеятельность организма невозможна.

С какими именно органами чувств связан этот уровень сознания? Полно и исчерпывающе ответить на этот вопрос пока не представляется возможным. Но можно все же предположить, учитывая, что это древнейший по времени происхождения уровень нашего сознания, что первоначально он был не только связан с регулированием и контролированием всех систем жизнеобеспечения организма (это его главная функция), но и наверняка был связан с самыми первыми, примитивными прототипами органов чувств и органов движения хотя бы потому, что тогда просто не существовало других уровней сознания. Во всяком случае, что-то похожее наблюдается у примитивных видов животных – они не имеют еще сколько-нибудь развитого мозга, (так же, как и развитых органов чувств и движения), а его роль на этом этапе эволюционного развития организма выполняют скопления нервных клеток. И образ жизни, и физиология таких животных крайне примитивны.

Можно предположить, что “исторически” этот уровень сознания был связан с прототипами таких органов чувств, как осязание, вкуса, обоняния. Вполне возможно, что и сегодня эти органы чувств человека замыкаются на уровень глубинного сознания, полностью или частично.

Этот уровень сознания имеет огромное количество внутренних и внешних “датчиков” (интероцепторов и экстероцепторов). Назначение и происхождение интероцепторов достаточно очевидно и понятно: именно таким путем глубинное сознание получает гигантское количество информации о работе и состоянии всех внутренних органов, систем жизнеобеспечения, вплоть до каждой клетки организма. Подавляющая часть такой информации по вполне понятным причинам предназначена только для “внутреннего пользования”, на ее основе глубинные отделы головного мозга, а также спинной мозг, получают возможность регулирования и контроля всего организма в целом или любой его части в отдельности.

Какая-то, и скорее всего, ничтожная часть такой информации, но уже в обработанном, то есть осознанном виде поступает на более высокие уровни сознания – в этом случае мы осознаем (в обычном значении этого слова) чувство голода, жажды, усталости, боли и т. п. Хотя в действительности эта информация была осознана (то есть “понята”, “расшифрована”) еще на глубинном уровне, передается же она на более высокие уровни сознания по другой и достаточно очевидной причине: назначение глубинного сознании – регулирование процессов физиологии, а не решение несвойственных ему проблем организма, таких как добывание пищи, нахождении воды или поиск места для отдыха. Другими словами, глубинное сознание “обязано” информировать верхние уровни сознания обо всех внутренних потребностях организма, а также о “сбоях и неполадках” организма в целом или какой-то его части в отдельности. Обычно информацию о таких возникших внутренних проблемах мы осознаем в виде усталости, расстройства, недомогании, боли... Если же все в порядке в нашем сложном организме, то он нас ничем и не беспокоит – без нужды глубинный уровень сознания не передает информацию “наверх”.

Видимо, по этой причине мы и не замечаем собственного здоровья, а вспоминаем о нем только тогда, когда начинаем чувствовать какие-то расстройства, недомогания или боли. Известное выражение “Молчание – знак согласия” хорошо подходит к ситуации о состоянии организма. “Молчание” глубинного сознания равносильно докладу о том, что все системы функционируют нормально и согласованно между собой, никаких сбоев или отклонений в их работе нет, а все внутренние потребности удовлетворены или находятся в пределах допустимых норм. Если уместна техническая аналогия, то это соответствует случаю, когда двигатель автомобили хорошо отрегулирован, а изношенных деталей в нем нет – звук от работы будет очень тихим и “шелестящим”. Если же при работе двигателя слышны посторонние шумы, стуки, то это определенно указывает на возникшие неисправности либо на неправильную его регулировку.

Появление, например, симптомов усталости недвусмысленно “уведомляет” более высокие уровни сознания о том, что ресурсы организма заметно уменьшились, и вскоре потребуется короткий или более продолжительный отдых. И это должно учитываться, т. к. ограничение ресурсов организма уменьшает и потенциальные возможности для решения внешних проблем или задач: передвижения, работы и т. п. Когда же возникают явные противоречия между состоянием внутренних ресурсов, систем жизнеобеспечения, с одной стороны, и выполнением каких-либо внешних функций, связанных с расходованием этих ресурсов, с другой стороны, глубинное сознание начинает постепенно “игнорировать” волевые приказы (например, прямые приказы из интеллектуального уровня сознания) вплоть до полного неподчинения. Человек может пробежать первые 100 метров за 15 секунд или даже быстрее, однако на следующие 100 метров ему потребуется заметно больше времени и по мере прохождения такой неограниченной дистанции, скорость его будет заметно падать. В конечном итоге скорость бега либо упадет до какого-то приемлемого уровня (насколько этот уровень приемлем − решает глубинное сознание), либо это кончится полным изнеможением и остановкой. Второй вариант соответствует схождению спортсмена с дистанции. Однако такие ситуации очень хорошо известны и встречаются не только в спорте.

Никакими усилиями воли человек не может заставить себя бежать дальше – все волевые приказы блокируются глубинным подсознанием. Делается это по вполне понятной причине: истощение внутренних ресурсов и пиковые нагрузки (в данном случае – физические) угрожают жизненно важным функциям самого организма, возникли серьезные сбои в работе важнейших систем жизнеобеспечения и в первую очередь – систем дыхания и кровообращения. Другими словами, такая ситуация несет в себе прямую угрозу здоровью или жизни.

В действительности же ресурсы организма полностью не исчерпаны, есть еще “неприкосновенные запасы”, но использованы они могут быть только в случае возникновения реальных и опасных для жизни ситуаций

Появление так называемого “второго дыхания” хорошо знакомо как спортсменам-профессионалам, так и спортсменам-любителям. Вероятно, это ни что иное как момент преодоления защитной реакции глубинного сознания, направленной на ограничение предельных пиковых нагрузок на основные системы жизнеобеспечения организма. Преодоление такой защитной реакции глубинного сознания обычно связано с очень неприятными и болезненными симптомами, которые, в свою очередь, можно считать материализованным проявлением противоречий между разными уровнями нашего сознания, отвечающими за разные функции организма. В зависимости от конкретных обстоятельств и силы воли, человек может обрести “второе дыхание” либо нет. Появление же “второго дыхания” указывает на то, что подсознание подчинилось приказу, исходящего из более высоких уровней нашего сознания и задействовало какие-то внутренние резервы

Экстероцепторы находятся практически по всей поверхности тела и способны реагировать на прикосновение, давление, температуру и другие внешние раздражители. Они же могут нести и информацию о боли. Это своего рода сигнал тревоги, что не все в порядке, что возникли или могут возникнуть какие-либо нарушения, например, целостности кожного покрова или слизистой оболочки. В случае ощущения раздражения или боли внутри организма, аналогичные сигналы доносят до нашего сознания интероцепторы, с той лишь, пожалуй, разницей, что в этом случае нам гораздо труднее идентифицировать точное место возникшего раздражения или боли. Назначение сигналов боли, в общем, понятно: это не только информация о возникших “неполадках”, но и “уведомление” о возникших ограничениях каких-либо потенциальных возможностей организма в целом или какой-то его части. Например, при переломе голени будет ощущаться очень сильная боль. Если бы такие травмы не сопровождались болью, то человек при попытке встать на поврежденную конечность мог значительно усугубить собственное положение и получить еще более тяжелую и опасную травму в виде открытого перелома.

Иногда при получении очень серьезных повреждений человек какое-то время не чувствует сильной боли и способен не замечать полученных переломов или ожогов. Но смысл такого блокирования болевых ощущений, по-видимому, в другом: глубинное подсознание использует внутренние “неприкосновенные резервы” и дает возможность верхним уровням сознания вывести человека из опасной для жизни ситуации любым возможным способом: бегом, ползком, вплавь и т. п. Но время такого блокирования боли незначительно, обычно не более нескольких секунд или минут.

Имеют ли экстеро- и интероцепторы прямой выход на уровень эмоционального сознания – сказать трудно. Скорее всего, не имеют: сигналы боли доходят до верхних уровней сознания уже в обработанном виде, то есть мы осознаем и характер боли, и ее место. Обработка такой информации входит в обязанность глубинного подсознания, хотя, конечно, нельзя исключить и другие возможные варианты. Косвенным образом это подтверждается тем, что, например, при ощущении внезапной боли в желудке человек осознает это сразу на всех уровнях своего сознания. Но тип такого осознания различен: уровень глубинного сознания доносит ощущение боли, уровень эмоционального сознания дублирует болезненные ощущения соответствующими негативными эмоциями, а уровень интеллектуального сознания констатирует те же ощущения и эмоции в форме мысли: “Сильно болит желудок, очень неприятно...”

Какое отношение уровень глубинного подсознания имеет к сознанию человека вообще? Самое непосредственное: это первый уровень нашего сознания. Именно таким способом мы осознаем внутреннее состояние организма, его потребности и проблемы. Это способ осознания самого себя на уровне физиологии, то есть способ осознания собственных потребностей. Таким образом:

Глубинное сознание (глубинное подсознание) – это осознание собственных внутренних потребностей и проблем на уровне физиологии организма.

Это вполне самостоятельный уровень нашего сознания и обычно он не берет на себя главной функции контроля над организмом в целом и не вмешивается в работу эмоционального уровня сознания, хотя постоянно обменивается с ним информацией. Тем не менее, иногда возникают ситуации, когда глубинное подсознание берет на себя главную функцию контроля. Но происходит это только в исключительно опасных для жизни случаях из-за физической невозможности более высоких уровней сознания справиться с создавшейся критической ситуацией. Это может произойти из-за полученных тяжелых травм или увечий и в некоторых других случаях: сотрясение мозга, контузии, болевой и нервный шок, тепловой удар, обморок... В таких случаях принято говорить, что человек находится без сознания. Что и есть на самом деле: человек в такой момент не осознает ни себя, ни внешний мир, и, как правило, он ничего не чувствует, даже сильной боли.

Назначение такого временного перехода контроля достаточно очевидно: любой ценой, за счет всех внутренних резервов, поддерживать главные системы жизнеобеспечения организма и пытаться компенсировать полученные повреждения, восстановить способность восприятия внешнего мира хотя бы на уровне эмоционального сознания. Если это удается сделать – человек приходит в себя, то есть в сознание, если нет – то погибает. Это самый крайний и последний способ в арсенале спасения собственной жизни. Именно глубинное подсознание “отключает” верхние уровни сознания от внешнего мира, действуя в соответствии с “аварийной программой” спасения жизни. Если этого не сделать, то сознание человека может получить необратимые психические повреждения, и из-за чрезмерных перегрузок человек может просто лишиться рассудка, что в естественных условиях выживания означает смерть.

Похожие ситуации часто встречаются в технике: аварийные режимы или аварийные отключения каких-либо агрегатов, установок, приборов (из-за энергетических, тепловых, физических и других перегрузок) направлены на сохранение целостности и потенциальной работоспособности этих агрегатов или приборов и нередко такие системы защиты предусматривают автоматический обратный переход в нормальный режим функционирования или эксплуатации.

Но известны и другие случаи, когда частичный контроль переходит к глубинному сознанию – это опасные ситуации, в которых человек ведет себя чисто рефлекторно. Например, мы резко и неосознанно (по отношению к верхним уровням сознания) отбрасываем горячий предмет, если неосторожно взяли его в руки, подгибаем ноги в коленях, когда падаем или прыгаем с высоты и т. п. Такая реакция (безусловные рефлексы) не зависит от того, что мы видим или слышим в этот момент, слепой или глухой человек поступает в подобных ситуациях точно так же, как и вполне здоровый. Это в какой-то мере косвенно подтверждает предположение (более подробно это будет рассмотрено в других главах) о том, что глубинное сознание не имеет прямого выхода на органы зрения и слуха.

Каково происхождение уровня глубинного сознания? Этот уровень зародился вместе с самыми первыми, доисторическими прототипами животных организмов[6] как необходимый регулятор примитивных функций жизнеобеспечения, усложнялся и совершенствовался параллельно с усложнением и совершенствованием структуры организма. Несколько миллиардов лет назад именно этот, тогда единственный уровень сознания, и контролировал весь организм. Только инстинктов тогда было меньше: скорее всего, один – инстинкт самообеспечения, но и в него входило немного безусловных рефлексов. Размножались такие первоживотные, вероятно, бесполым путем, поэтому и инстинкт размножения, в обычном понимании, отсутствовал. Первые прототипы животных не имели ни сколько-нибудь развитых органов чувств, ни органов активного движения, ни даже естественных врагов – все это появится позднее, в результате эволюционного развития самих животных. “Пионерам” животного мира было достаточно по мере необходимости просто поглощать пищу, например, простейшие растения. Этим процессом и “заведовали” первые нервные клетки, древнейшие прототипы глубинных отделов головного мозга.

До тех пор, пока у первоживотных не было сколько-нибудь развитых органов чувств, которые могли бы предупредить об опасности, органов активного движения, которые помогали бы избежать такой опасности, и собственно врагов, то они вполне обходились и без инстинкта самосохранения. Например, кораллы и сегодня легко обходятся без инстинкта самосохранения. Какой им прок от такого инстинкта, если избежать опасности они все равно не могут? Ведь у них нет органов движения, а органы их чувств, видимо, недалеко ушли в своем развитии от примитивных органов чувств первоживотных.

Такая “идиллия” продолжалась по нашим понятиям долго, может быть, миллионы лет, но в конечном итоге одни первоживотные начали поедать не только растения, но и себе подобных. Решающую роль в этой борьбе за существование стали играть органы чувств и движения. Древнейшие прототипы животных вряд ли имели даже один сколько-нибудь развитый орган чувств, и, скорее всего, этим органом был примитивный анализатор съедобности или несъедобности пищи. Но в последствии, именно эволюционное усовершенствование этого примитивного анализатора привело к появлению более развитых и совершенных органов чувств, и в первую очередь – органов осязания и вкуса. Используя свои примитивные прототипы органов чувств, первоживотные находили и поедали пригодную для них пищу. Съедобную часть своего “обеда” они усваивали, а от несъедобной избавлялись как от ненужного компонента или балласта. Такой принцип усвоения пищи и сегодня характерен для всех животных.

Появление самого первого органа чувств – скорее всего это был орган вкуса – дало мощный толчок в ускорении эволюции, и прежде всего в отношении хищников: теперь они уже не были совершенно “слепыми” в поиске своей добычи. То же самое можно сказать и о первых органах активного движения – все это стало важнейшими факторами в борьбе за существование.

Где-то на этом этапе естественный отбор определил две главные стратегии выживания. Первая, в основном, сводилась к совершенствованию способов пассивной защиты (прочные раковины, твердые наросты, шипы, токсичные вещества в тканях...), а вторая – к совершенствованию способов активного поиска и нападения, которая приводила к быстрому развитию и совершенствованию органов чувств и движения, а также специальных органов, назначение которых было в разрушении раковин, наростов, шипов и прочих средств пассивной защиты.

Любопытно отметить, что вторая стратегия в конечном итоге приводила к более совершенной структуре организма. Если сравнивать хищников и их естественные объекты охоты, например, волков и овец или лосей, то нетрудно заметить, что в эволюционном отношении организм хищников более совершенен: у них гораздо лучше развиты органы чувств (они имеют более острое зрение, более тонкий слух и феноменальное чутье) и органы движения, они более быстры и выносливы, хотя физически не всегда превосходят (по весу или силе) свою добычу. Лучше хищники и организованы: на охоте они, обычно, придерживаются вполне оправданной тактики, в которой можно усмотреть и элементы стратегии: чтобы справиться с крупной добычей, волки сбиваются в стаи, а свою потенциальную жертву они стараются сначала отбить от стада. Вся же “тактика” их добычи чаще всего сводится к пассивной защите или к паническому бегству. Не менее любопытно и другое: не смотря на свое физическое совершенство и “эмоциональное превосходство”, баланс популяций между хищными и травоядными животными сохраняется на достаточно стабильном, хотя и динамичном уровне. Здесь проявляется зависимость одних видов животных от других. Природа сама регулирует эти сложные экологические процессы, не допуская чрезмерного возрастания одной популяции за счет чрезмерного же истребления другой – в противном случае происходит обвальное сокращение численности обоих видов...

В процессе эволюции появились типы, классы и виды животных, но до сих пор среди них сохранилось разделение по образу жизни: одни остались растениеядными, а другие – хищными. Правда, не всегда такую границу можно провести четко: есть виды животных (к ним относится и человек), которые могут потреблять оба вида пищи, как растительного, так и животного происхождения.

В истории эволюции человека было немало неожиданных и непонятных моментов – например, приматы не являются хищными животными, почти полностью их рацион состоит из пищи растительного происхождения – тем не менее, человека можно отнести к хищникам. Переход же на высококалорийную пищу сыграл важную роль в становлении человека как биологического вида, а следовательно – в развитии его сознания и способа его мышления. 


462847205462845947 462689660448762936428360477 428211409428205713428101474 428093742427860726427860537 427053487 name="_Ref426723297 name="_Ref426723106 name="_Ref426722564 name="_Ref426717543426548715 426541235426540244426539414">3. Эмоциональное сознание (собственно подсознание)

Орган вкуса и орган осязания – это древнейшие органы чувств и по своему принципу действия это контактные органы чувств. Можно предположить, что орган обоняния явился следствием развития в процессе эволюции органа вкуса и по своей сути это все тот же орган вкуса, но действующий уже на некотором расстоянии. Что касается органов чувств самого человека, то несомненно близкая и почти прямая связь между вкусом и запахом, по крайней мере – в отношении пищи. Точно так же можно предположить, что орган слуха явился следствием развития органа осязания, который отмечал уже не непосредственный контакт или соприкосновение с объектом, а его колебания, вибрации, передающиеся в водной или твердой среде. Это справедливо и в отношении человека: мы и сейчас способны чувствовать сильные колебания земли руками, подошвами ног и, вообще, всем телом.

Можно также предположить, что возникновение первых органов чувств, действующих уже на некотором расстоянии, положило начало в формировании следующей зоны головного мозга – уровня эмоционального сознания, как достаточно самостоятельного и оперативного центра реагирования и управления, в первую очередь – органами движения. Принято считать, что слепой человек лишен примерно 9/10-х информации о внешнем мире. Справедливо будет и обратное: животные, получившие возможность видеть окружающий мир, стали получать в 10 раз больше информации об этом мире, что повлекло за собой значительные изменения в организации их уровней сознания.

Появление органов зрения, по-видимому, завершило процесс образования эмоционального уровня сознания. Происхождение органов зрения достаточно ясно и, скорее всего, это следствие развития тепловых экстероцепторов, присутствующих в коже животных и реагирующих на тепло. Человек так же способен ощущать действие света от солнца или другого источника тепла любым участком своей кожи. Принципиальной разницы между тепловым и световым излучением нет, отличие лишь в частоте колебаний.

Для многих видов животных, например, для хищных змей, ведущих преимущественно ночной образ жизни, тепловое зрение имеет даже большее значение, чем обычное. Условия и образ жизни вносят существенные коррективы: многие виды животных имеют органы чувств, которых у человека нет. Летучие мыши обзавелись эхолокатором (своего рода объемное звуковое зрение), китообразные – гидролокатором, рыбы имеют так называемую боковую линию, которая позволяет им чувствовать приближение других животных и т. п. Некоторые же виды животных, напротив, из-за специфических условий своего существования полностью или в значительной мере лишились органов зрения, которые у них присутствовали на более ранних этапах эволюции – имеется немало видов глубоководных рыб, которые слепы. Свет солнца не может достичь многокилометровой глубины, что, по-видимому, и является причиной этого явления. Среди млекопитающих подобный феномен наблюдается у кротов, которые большую часть своей жизни проводят под землей. (То же можно сказать и в отношении органов движения: млекопитающие, вернувшиеся в водную стихию, кардинально изменили свои конечности и обзавелись хвостами и ластами. Некоторые из них, например, дельфины, вообще лишились передних конечностей, и только строение их скелета указывает, что такие конечности у них были на более ранних этапах их эволюционного развития.)

Эти примеры хорошо подтверждают третий постулат настоящей теории: “Сознание является вторичным по отношению к существованию (бытию) как образу жизни”. В вышеприведенных случаях эта зависимость хорошо видна: полная или частичная утрата способности видеть отражает произошедшие изменения в сознании таких животных.

В немалой степени это справедливо и по отношению к людям, не видящих с рождения: способ их передвижения, например, значительно отличается от способа передвижения зрячих людей. У слепых людей обычно гораздо лучше развиты другие органы чувств, и в первую очередь, это относится к осязанию и слуху. Невозможность ориентации в пространстве с помощью зрения заметно улучшает некоторые виды их памяти, например, моторной (память на движения) и слуховой (память на слуховые образы), что в свою очередь является ответной реакцией сознания на изменившиеся условия существования.

Формирование органов чувств и развитие органов движения шло параллельно с процессом усложнения и совершенствования эмоционального сознания. Различие между глубинным подсознанием и эмоциональным сознанием не только в их “специализации”, но и в уровнях осознания. Если глубинное сознание дает непрерывную оценку внутреннего состояния всего организма, то эмоциональное – дает оценку не только внешнего мира, но и положения организма относительно реальной действительности, то есть осознание своего положения в этом мире. Заметно и другое различие: если глубинное сознание занято в основном обработкой весьма конкретной информации (от каждой конкретной клетки, органа или системы организма), то эмоциональному сознанию уже приходится обобщать не только значительную часть информации, поступающей, например, от органов чувств, но обобщать и отдаваемые “команды на исполнение” Такие “обобщенные” команды (своего рода макрокоманды) нетрудно заметить в стереотипах движения или поведения любого животного, в том числе и человека.

Нельзя сказать, что глубинное подсознание не может обобщать информацию (приведенный в предыдущей главе пример с отсутствием “доклада” по поводу прекрасного самочувствия является случаем обобщения информации), однако в работе эмоционального сознания и количество, и уровень обобщений значительно выше. Для любого животного гораздо важнее иметь общее представление о своем положении в реальном мире, чем знать в каждый момент времени точное местоположение всех частей своего тела – обычно в этом нет особой необходимости. Но если такая подробная информация доступна сознанию человека (мы можем при желании уяснить довольно точно, какое место в пространстве занимают наши руки, ноги или туловище, даже не открывая глаз), то можно предполагать, что она доступна и для других видов, классов или даже типов животных...

Осознание своего реального пространственного положения является жизненно важным для любого животного, способного активно передвигаться и, следовательно, менять свое местоположение в пространстве. Именно осознание своего действительного положения позволяет таким животным максимально полно и оперативно использовать все возможности, предоставляемые реальным миром для удовлетворения своих внутренних потребностей, например, при поиске пищи или защите от своих естественных врагов.

Эмоциональное сознание – это осознание внешнего мира как реальной действительности, осознание внешних возможностей, предоставляемых этим миром и осознание собственного положения в этом мире; это способ оперативного реагирования на изменение конкретных ситуаций внешнего мира и управления органами движения.

В действительности нельзя провести точной границы между одним и другим уровнем сознания – это всего лишь условная черта, позволяющая понять принципы организации нашего сознания. Хорошо видна преемственность между глубинным и эмоциональным уровнями сознания: и тот, и другой способны одновременно принимать и анализировать колоссальное количество информации, равно как и принимать одновременно огромное количество решений (“команд на исполнение”).

И хотя в рамках этой теории все уровни сознания будут рассматриваться как достаточно независимые друг от друга, однако разделить их полностью нельзя. Точно так же, как нельзя разделить полностью даже важнейшие системы жизнеобеспечения организма. Например, нельзя физически отделить систему кровообращения от любой другой системы организма: “конструктивно” они не только соприкасаются, но и “пересекаются” друг с другом тем или иным образом. По этой же причине не удастся найти какую-либо четкую границу между глубинными образованиями головного мозга и участками мозга, отвечающими за сферу эмоций, желаний и приобретенного опыта. “Конструктивно” мозг создан как единый орган, в котором сосуществуют и дополняют друг друга различные уровни нашего сознания.

Самые первые органы чувств (осязания, вкуса) замыкались на уровень глубинного сознания. Но именно развитие этих органов, также как и развитие органов движения, вызвало необходимость в более самостоятельном центре для восприятии информации, ее анализа и оперативного реагирования на нее. Совершенно закономерен вопрос: на какой именно уровень сознания замыкаются органы чувств у человека? Однозначно ответить в отношении всех органов чувств вряд ли удастся, но некоторые предположения сделать все же можно. Органы зрения и слуха почти наверняка замыкаются именно на уровень эмоционального сознания. И дело здесь не в объеме информации, а в сложности ее анализа и осознания (осмысления) – вряд ли такая сложная и специфическая работа по силам глубинному подсознанию. Необработанная же информация такого рода по большей части мало что стоит, ее даже не с чем сравнить, в отличии, например, от запаха пищи – такая информация хранится в наследственной памяти и, скорее всего, именно на уровне глубинного сознания. А вот органы обоняния, осязания и вкуса, вполне возможно, сохранили свою первоначальную ориентацию на уровень глубинного сознания. Но возможны и варианты...

Однако некоторые косвенные подтверждения такому распределению органов чувств между уровнями сознания все же есть. В случае обморока, человека несильно ударяют ладонью по лицу (в кожном покрове лица очень высока концентрация экстероцепторов), брызгают в лицо водой или дают вдохнуть нашатырного спирта – на звук или свет человек в такой ситуации, как правило, не реагирует. То есть организм реагирует на такие раздражители именно на уровне глубинного сознания. В тяжелых же случаях потери сознания вывести человека из такого состояния невозможно даже с помощью сильной боли – все связи с внешним миром оказываются временно оборваны. Соответственно, нарушается и рефлекторная реакция, зрачок, например, не реагирует на свет.

Не смотря на неопределенность с некоторыми органами чувств, все же можно считать, что воспринимаем мы весь реальный мир на уровне эмоционального сознания. Эмоциональное сознание – это мир чувств, желаний, накопленного опыта, условных рефлексов и стереотипов поведения. Это наиболее развитая и наиболее сложная часть нашего сознания

Чтобы проще понять роль этого уровня сознания, его можно сравнить с ролью старшего вахтенного офицера на мостике боевого корабля. Именно старший вахтенный офицер осуществляет координацию действий всего экипажа, он получает всю оперативную информацию о внешней ситуации и о состоянии всех систем и ресурсов корабля, он же осуществляет и оперативное управление кораблем. Так же, как вахтенный офицер подчинен капитану, так и эмоциональное сознание починено интеллекту, то есть интеллектуальному уровню сознания. Капитан вмешивается в оперативный процесс управления боевым кораблем, когда считает это необходимым: он может изменить курс, или общую боевую задачу, временно взять оперативное управление на себя в случае неспособности вахтенного офицера самостоятельно принять сложное решение либо в случае непонимания им изменившийся ситуации и т. п.

В какой-то степени сходно распределение обязанностей между эмоциональным и интеллектуальным уровнями сознания: первый осуществляет оперативное руководство (управление) по решению поставленных задач, второй же осуществляет общий контроль, ставит эти задачи и вмешивается в процесс оперативного управления или решения задач по мере необходимости. В обычной, ординарной ситуации интеллект вполне доверяет оперативный контроль эмоциональному сознанию. При любых сбоях, сложностях или неординарных и непонятных ситуациях он вмешивается в оперативное управление либо берет его временно на себя.

Главное назначение эмоционального уровня сознания, как человека, так и высокоорганизованных животных, это адекватное и оперативное реагирование на меняющиеся условия реального мира, максимальное использование внешних возможностей для удовлетворения собственных внутренних потребностей.

В связи с предполагаемой биологической историей возникновения этого уровня сознания следует ожидать, что прототипы этого уровня сознания должны в той или иной мере присутствовать у многих типов и классов животных. И отличительным признаком такого уровня сознания должны быть хорошо развитые органы чувств и движения. Под такую классификацию попадают очень многие животные, такие как земноводные, рептилии, птицы, рыбы. Некоторые типы животных, например, моллюски дробятся в такой классификации на две части, настолько разнятся их отдельные виды: у кальмаров и осьминогов хорошо развиты и органы чувств, и органы движения, мидии и устрицы выглядят на таком фоне совершенно допотопными созданиями. Соответственно у мидий уровень эмоционального сознания практически отсутствует, чего нельзя сказать о кальмарах и тем более – осьминогах. Возможно, это показывает, что даже такие примитивные животные, как моллюски, могут тем не менее далеко продвинуться в развитии своего сознания. Настолько далеко, что тех же осьминогов люди не считают совсем глупыми животными, напротив, склонны им приписывать какое-то разумное поведение...

Не стоит, конечно, ставить знак равенства между эмоциональным сознанием обыкновенной лягушки и человека –  это далеко не одно и то же. Но родство все же есть, точно так же, как есть родство в строении лап лягушки и конечностей человека. Это и не удивительно: ведь человек, как биологический вид, прошел очень длинный и долгий путь. На этом пути наши очень далекие биологические предшественники были на разных этапах и рыбами и земноводными, и рептилиями... Возвращаясь к более ранним этапам эволюции, в нашей очень далекой “родне “ должны быть и еще более примитивные организмы, вплоть до тех первоживотных, с которых и началось развитие животного мира.

Для убедительности можно напомнить, что эмбрион человека в своем развитии всего за сорок недель повторяет все основные этапы своей биологической истории, и на разных этапах внутриутробного развития хорошо заметно его сходство и с рыбами, и с земноводными, и с рептилиями, и с млекопитающими вообще, и с обезьянами – в частности. Соответственно, будет какое-то сходство, пусть и очень отдаленное, между строением мозга лягушки и мозга человека. Нельзя выбросить из нашей общей биологической истории какие-то страницы только потому, что они нам чем-то не нравятся.

Если же проводить аналогии с более близкими биологическими видами, например, с млекопитающими, то здесь сходство настолько очевидно, что вряд ли нуждается в доказательствах. И если люди очень “ревнивы” в отношении своего сознания и стараются даже не допускать мысли о том, что кто-то еще может обладать хотя бы ничтожными задатками рассудка, то в отношении эмоций мы более покладисты и снисходительны: никто ведь не спорит, что собакам или кошкам знакомы чувства и желания? Млекопитающим свойственны многие чувства, которые свойственны и человеку, с той лишь разницей, что чувства и желания животных, скорей всего, носят более простой и конкретный характер. Мир чувств и желаний человека много сложней и богаче, а абстрактный способ мышления оказывает заметное влияние на наш внутренний эмоциональный мир. Поэтому кроме обычных, конкретных эмоций и желаний присутствует у человека и во многом абстрактные чувства. Например, тоска по Родине (понятие “Родина” многозначное и в значительной мере отвлеченное, абстрактное) или “мировая скорбь”. Возможно, причиной такого размывания и “неконкретности” является наша способность к абстрактному образу мышления.

Но более убедительной и логичной представляется как раз обратная версия: способность обобщать чувства, скорее всего, и явилась изначальной предпосылкой к обобщению мыслей. Исторически, или, если угодно – эволюционно, эмоции имеют значительно более глубокие корни, чем интеллект

Не следует, конечно, ставить знак равенства между уровнем эмоционального сознания человека и других млекопитающих – мир эмоций, желаний и стремлений человека несравнимо сложнее и богаче – однако определенное родство здесь, безусловно, есть. И основная причина этого явления в преемственности эволюционного развития человека как биологического вида. Как уже было сказано, на разных этапах эволюции мы “были” и обезьянами, и земноводными, и рыбами... Поэтому стоит ли сравнивать богатый и разнообразный эмоциональный мир человека с примитивными желаниями какой-нибудь лягушки? Слишком далеко мы отстоим друг от друга.

Но как бы там ни было, а в том, что тем же собакам хорошо знаком мир чувств (не человеческих, конечно, а собачьих

Вероятно, Природа ничего не дает просто так, задаром: дав человеку светлый и изощренный разум, она во многом обделила его в яркости эмоций и в новизне восприятия рельефного, красочного, изменчивого и многоликого мира. В своей повседневной жизни мы не только мало эмоциональны и обыденны, но и практически не замечаем удивительной красоты и колоритности окружающего нас мира: в лучшем случае мы отмечаем появление зеленой листвы на деревьях весной, а желтой – осенью, летом же мы обычно не обращаем на деревья или кустарники никакого внимания. Точно так же, как мы не обращаем внимания на цвет неба, если на нем нет грозовых туч... Недостаток же ярких эмоций в жизни человека является одной из причин неизменного интереса к эмоциям и желаниям других, нередко вымышленных, книжных или “киношных” героев.

Возможно, по этой причине человек утратил не только остроту чувств, но и остроту самих органов чувств: мы много хуже слышим звуки и запахи даже по сравнению с обычной, домашней кошкой. Собачий же “нюх”, вообще, находится за пределами нашего понимания – любая дворняжка самое малое улавливает в 100 раз более слабые запахи, чем человек. Но, тем не менее, есть два органа чувств, в отношении которых мы занимаем почетное место на общем пьедестале: это зрение и осязание. Мы сохранили и даже развили эти органы благодаря нашему образу жизни. Орган слуха, хотя и является нужным и важным, все-таки не играет такой решающей роли в нашей жизни, как зрение и осязание: глухой человек не чувствует себя беспомощным, в отличии от слепого.

Наш образ жизни оказал заметное влияние на наше зрение и слух. Можно считать достоверным фактом (такие научные эксперименты действительно проводились в некоторых странах), что способ зрения человека очень сильно отличается от способа зрения других животных. Речь идет не о строении глаза – принципиально глаз человека не отличается от глаза коровы или собаки – а именно о способе зрения, точнее способе рассматривании чего-либо. Например, при рассматривании портрета или фотографии глаз человека совершает огромное количество микродвижений. Изучение характера таких движений показало: взгляд, в виде быстрых, хаотичных движений, сосредотачивается сначала на лице и в первую очередь – на глазах, потом переходит на руки и фигуру человека, затем – на мелкие детали в одежде и только в последнюю очередь – на общий фон. Это наводит на серьезные размышления, и в других главах будет дан более детальный разбор этого феномена. Забегая же вперед, следует отметить, что такой способ зрения непосредственно связан с работой нашего эмоционального сознание по анализу и обобщению зрительной информации.

Для сравнения: взгляд кошки практически неподвижен, когда она смотрит в лицо человеку. (Любопытно, но она тоже смотрит в глаза, а не куда-либо еще.) Это, видимо, означает, что кошка воспринимает “картинку” целиком, а не частями, как это делает человек. Человек же, не смотря на достаточно широкий сектор обзора (порядка 180°), тем не менее, детально может видеть лишь очень небольшой кусочек общей картины, остальное мы видим не резко, не в фокусе. Поэтому и рассматриваем мы картину, пейзаж да и все остальное – частями. Это справедливо по отношению к даже очень небольшой фотографии. Нетрудно догадаться, что чтобы собрать из таких мелких кусочков мозаики общую цельную картину, нашему эмоциональному сознанию придется выполнить колоссальный объем работы и по осмысливанию, и по увязыванию между собой большого количества фактически разрозненных фрагментов – рассматриваем-то мы частями, а не целиком!

Что касается слуха, то и здесь есть явное отличие и снова это связано со “способом слушания”. Например, человек хорошо воспринимает живую или воспроизведенную акустическими системами речь других людей в закрытом помещении. Если же живую речь (в помещении) записать даже на высококачественный магнитофон, то сразу возникнут трудности при прослушивании: голоса сливаются в общую массу, трудно разобрать многие слова... Почему? Этот вопрос тоже тщательно изучался и все исследователи приходили к одному и тому же выводу: в помещении всегда присутствует огромное количество отголосков речи в виде отражения (эха) от стен, потолка, мебели... которые приходят с некоторым запозданием по времени и “смазывают” общую картину

Этот пример наглядно показывает “независимость” работы уровня эмоционального сознания от интеллекта. Если эмоциональное сознание не справляется с задачей распознания слуховых образов

Примерно так же мы поступаем, если зрительный образ не удается осознать из-за каких-то оптических или прочих помех – мы стараемся приблизиться к объекту, поменять ракурс восприятия, улучшить освещение... То есть, в обоих случаях интеллект вмешивается в работу подсознания из-за возникших трудностей с восприятием образов и старается помочь с решением такой задачи. Такие моменты с затруднениями в работе эмоционального сознание хорошо знакомы каждому человеку. Например, если мы смотрим на какой-то предмет, в общем, нам хорошо знакомый, но никак не можем понять, что же это такое – из-за необычного наложения теней, недостаточного освещения и тому подобных причин – то наступает некоторая пауза. Предмет мы видим, а идентифицировать его сразу не можем – эта задержка вызвана вмешательством интеллекта в работу эмоционального

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Технология мышления". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание
опытному автору»


Просмотров: 562

Другие дипломные работы по специальности "Психология":

Влияние смысложизненной ориентаций супругов на удовлетворенность браком

Смотреть работу >>

Влияние условий макро - и микросреды на речевое развитие детей 5-7 лет

Смотреть работу >>

Анализ межличностных отношений в семье глазами детей старшего дошкольного возраста

Смотреть работу >>

Влияние профессиональной деятельности супругов на конфликтность в семье

Смотреть работу >>

Организационно-психологические условия успешности адаптации молодого специалиста на промышленном предприятии

Смотреть работу >>