Дипломная работа на тему "Авторское музыкальное самодеятельное творчество: история и современность"

ГлавнаяМузыка → Авторское музыкальное самодеятельное творчество: история и современность




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Авторское музыкальное самодеятельное творчество: история и современность":


Минаев Евгений Анатольевич

Автореферат диссертации на соискание ученой степенидоктора искусствоведения

Москва 2000

Актуальность темы. Работа обдумывалась автором в течение многих лет на материале практической работы в Министерстве Культуры СССР и в период работы в качестве заместителя главного редактора музыкальных программ Гостелерадио СССР, секретаря СК России, а затем проректора Московской государственной консерватории по экономическим вопросам - в связи с организацион ной деятельностью автора, на практике столкнувшегося с актуальной проблемой создания научной концепции оптимального развития музыкальной культуры в современных условиях.

На рубеже XXI века человечество вступает в новую эпоху понимания и функционирования информации. Теория информации становится логической и организационной основой современной культурологии. В связи с появлением информационных технологий искусства музыкознание стоит перед задачей осмысления на новом уровне функций музыки как одной из подсистем общей информационной системы культуры.

Данная работа представляет собой попытку рассмотрения процесса развития музыкального искусства как части информационного поля (пространства), созданного человеком и составляющего инструмент адаптациогенеза человеческих сообществ. В работе определяется новый уровень рассмотрения проблем музыкальной информации - уровень полевой интерпретации явлений музыкальной культуры. Полевой анализ и полекая интерпретация этих процессов дают новые ключевые подходы в оценке явлений современной культуры, особенно в наше время техногенной глобализации культурных процессов.

В исследованиях последнего времени понятие информации соединяется с понятием информационого поля. Однако новые представления об информации до сих пор не вошли в аналитических аппарат музыковедения.

Новые идеи теории информации позволяют в новом ракурсе рассмотреть особую форму человеческого мышления и общественного сознания, каковой является музыка. В настоящее время такой подход к поставленной теме составляет особую актуальность и вырабатывается на протяжении нескольких лет содружеством исследователей, объединенных под эгидой Общественного Института Международной Академии Информатизации, инициирующего многочисленные конференции и специальные издания по проблемам информациологии искусства.

В последнее десятилетие выдвинуты идеи рассмотрения информационных синергетических процессов как основы адаптациогенеза (Хакен, Пригожий, Князева, Курдюмов, Голицын, Петров, Горшков), понятия идеализированой информации как основы адаптациогенеза человеческих сообществ (Цымбал),

сформулирован один из основных законов идеализированной информации - закон полевого состояния идеализированной информации (Цымбал), и, наконец, создана целостная теория информационного поля (Вернадский, Казначеев, Спирин, Юзвишин, Двойрин, Цымбал, Нефедов, Протопопов, Семенцов, Яшин), Однако, современная полевая информациология редко вводит в сферу своего внимания музыкальное искусство. Музыкознание же недостаточно связано с. информациологией, хотя и имеет значительные традиции соприкосновения с идеями этой науки. Актуальность диссертации состоит в разработке междисциплинарного пространства современной информациологии, теории музыки и музыкальной культурологии.

методологическая основа диссертации. Диссертация направлена на изучение полевых явлений в музыкальной культуре на материале данных музыкально-исторических и социологических исследований, современной прессы о музыке и материалов каталогов звукозаписывающих фирм и нотных издательств и опирается на аналитические методы исследования.

объект исследования: целостное информационное поле современой музыкальной культуры и исторические феномены, раскрывающие понятия музыкально-информационного поля и полевых механизмов музыкального искусства в целом.

предмет исследования - информационно-полевые факторы музыкальной культуры и принципы оптимизации, самореализации и самоидентификации современных культурных процессе в их музыкальных аспектах.

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Новый банк готовых защищённых на хорошо и отлично дипломных работ предлагает вам приобрести любые работы по необходимой вам теме. Правильное выполнение дипломных работ по индивидуальному заказу в Челябинске и в других городах России.

основная гипотеза исследования музыкально-информационное поле (музыкально-информационные поля всех категорий) рассматривается как стержневая основа эмоционально-духовного адаптациогенеза человеческих сообществ.

задачи исследования:

- раскрыть содержание, структуру и онтологический смысл понятия «музыкально-информационное поле»;

- рассмотреть теоретические основы музыкально-информационного поля в аспекте современной культуры на материале основных известных исторических форм бытования музыкального искусства в социокультурном процессе;

проанализировать методологические проблемы информационной саморегуляционой сущности музыкального искусства;

- разработать понятийно-категориальный аппарат информациологического аспекта музыкального искусства, включая такие понятия, как эмоция, интонация, жанр;

- уточнить информационно-полевые механизмы действия массовых феноменов культуры;

- определить стратегии и институциональные условия информационных процессов музыкальной культуры;

- обосновать онтопсихологические предпосылки осуществления музыкального творчества как феномена адаптациогенеза человеческих ментальных общностей;

показать информационные механизмы самореализации музыкально-художественной личности;

- выявить информационно-полевые механизмы порождения культурных ценностей на основе общего информационно-полевого анализа феномена музыки и музыкальной культуры;

- определить перспективы современной социокультурной художественной информацион ной деятельности;

- рассмотреть основные виды современного музыкального искусства и

-музыкальной культуры в их комплексном бытовании - в современном фольклоре, церковном певческом искусстве, театрально-концертных жанрах и жанрах массового искусства;

учесть основные формы современной техногенной культуры и связаные с ними макропроцессы музыкальной культуры. научная новизна диссертации состоит

- в определении понятий «идеализированной информации», «музыкально-информационного поля» и «музыкально-информационных потоков» применительно к историческим и социальным процессам в музыкальной культуре;

- в разработке теоретических основ анализа информационно-полевых процессов музыкального искусства,

- в корректировке с точки зрения особенностей этих процессов таких понятий, как эмоция, интонация, жанр;

- в целостном анализе с этих позиций различных видов современной музыкальной культуры и явлений музыкально-культурной практики;

- в анализе с этих позиций современного массового искусства;

- в новых трактовках техногенных основ современной музыкальной культуры с точки зрения информационно-полевых механизмов культуры.

В работе - проанализированы теоретические основы музыкально-информационного поля в аспекте современной культуры и на материале основных известных исторических форм бытования музыкального искусства;

определены методологические проблемы информационной саморегуляционной сущности музыкального искусства;

разработан понятийно-категориальный аппарат информациологии музыкальной культуры, в особенности такие понятия, как эмоция, интонация, музыкальный жанр;

- выявлены информационно-полевые механизмы действия массовых феноменов культуры;

показаны стратегические параметры современных музыкально-информационных процессов в обществе;

- обоснованы онтопсихологические предпосылки осуществления музыкального творчества как феномена адаптациогенеза человеческих ментальных общностей, показаны информационно-адаптационные механизмы самореализации музыкально-художественной личности;

- на основе общего информационно-полевого анализа феномена музыки и музыкальной культуры проанализированы информационно-полевые механизмы порождения культурных ценностей;

- намечены перспективы современной социокультурной художественно-информацион ной деятельности;

- рассмотрены основные виды современного музыкального искусства и музыкальной культуры в их комплексном бытовании в современном фольклоре, церковном певческом искусстве, театрально-концертных жанрах и жанрах массового искусства;

- учтены основные формы современной техногенной культуры и связанные с ними макропроцессы музыкальной культуры.

практическая значимость работы. Основные выводы диссертации позволяют наиболее адекватно трактовать явления современной культуры, наиболее оптимально применять эти выводы к анализу процессуальной (бытийной) основы музыкального искусства в обществе, стратегии и тактике музыкальной культуры в целом.

апробация работы и внедрение результатов в практику: По теме работы были сделаны доклады на российских и международных конференциях (Москва, Струга /Македония/), публикации, в т. ч. одноименной монографии. Концепция диссертации рализована в продюссерской деятельности автора. Диссертация неоднократно обсуждалась в Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковскогои и была рекомендована к защите 21 июня 2000 года на кафедре Междициплинарных специализаций музыковедов Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского.

СТРУКТУРА И ОБЪЕМ РАБОТЫ: диссертация состоит из двух частей, вбирающих соответственно четыре и восемь глав, Введения и Заключения, Списка литературы по теме и Приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.

Введение. Информационно-полевые аспекты феномена музыки

О возможности информационного подхода к некоторым проблемам музыкального мышления начали говорить с развитием кибенетики и теории информации уже в 70-х годах XX в. (А. Моль, Р. Зарипов, И. Рудь, И. Цуккерман, Л. Дыс, М. Бонфельд). Музыковедение «неосознанно» зафиксировало основные законы информациологии, отражающиеся в теории музыкального формообразования и социологии музыкальной культуры. Вклад в современное музыкознание в развитии информационных аспектов развития музыкального искусства составили работы А. Сохора, Г. Орлова, М. Арановского. Дальнейшее развитие этой проблематики осуществили В. Медушевский, В. Холопова, Л. Акопян.

Для понимания феномена и процессов саморазвития искусства основополагающим представляется предложенное и разработанное Л. Цымбалом понятие идеализированной информации, которое дает возможность по-новому видеть и сущностные процессы искусства, творчества, культуры.

Идеализированная информация, по определению Цымбала, понимается как "закономерный сплав объективного отражения и субъективного восприятия"1. По определению Цымбала, живые системы в процессе самоорганизации в природе создают своим разумом стройный воображаемый мир с помощью идеализированной информации, который является основным, базовым регулятором общественного сознания и сознания индивидуумов. Мир идеализированой информации создается информационными потоками всех культур на протяжении всей истории человечества, развивается по определенным законам становления, трансформации и трансляции информации.

Теория информационного поля включает понятие единого информационного поля ноосферы, раскрывает законы, составляющие объективные механизмы действия информационного поля - закон сохранения формы представления информации, закон единства и сохранения энергии информационного поля2.

Смежным понятию информационного поля представляется понятие информационного потока, к которой подошел в 20-х годах нашего века А. Лосев, сформулировавший теорию потока сознания на материале вербального языка. Теория Лосева непосредственно соединяется с полевыми категориями потока музыкального языка - как традиционно-ментальной интонационной и жанровой сферы, так и акциональной формы бытования музыки.

Приняв за основу понятие идеализированной информации как совокупной информации, вырабатываемой человеческим сообществом в процессе своего внешнего и внутреннего адаптациогенеза, необходимо всю совокупность музыкального искусства и шире - музыкального быта рассматривать как органическую часть общей идеализированной информации, действующей как инструмент внутреннего адаптациогенеза человеческих сообществ и обладающей определенными законами развития. Применение категориального понятия идеализированной информации делает возможным выработку критериев целостной оценки творений человеческой фантазии, не умещающихся в "чистых" рамках понятия искусства; предоставляет основание методики анализа отрицательных информационных явлений и процессов, возможности новых аспектов постижения как современной горизонтали, так и исторической вертикали музыкального искусства.

Часть . Теоретические аспекты музыкально-информационного поля.

Глава 1. «Музыкально-информационное поле» как понятие и культурологический феномен.

В контексте исследований, выдвигающих новые продуктивные научные гипотезы, можно кратко суммировать широко воспринимаемый учеными в целом ряде научных дисциплин вывод о том, что информация является единой общевселенской сущностью. Пространство имеет, по Юзвишину, информационно-сотовую волновую структуру: это волновое, резонансное, осциллирующее и колеблющееся относительно своего положения равновесия состояние электронов3. Атомы и электроны, составляющие информационные поля, совершают постоянные аутоколебания. Аутоколебания обеспечивают атомам и электронам сверхчувствительность по отношению к внешним воздействиям. В результате они мгновенно реагируют на минимальные внешние колебания, хоть на малую величину превышающие их собственные аутоколебания. Воздействующие колебания немедленно передаются по всему информационному полю. Информационно-волновая природа Вселенной обеспечивает перенос на большие расстояния из одной точки пространства энергии света, звуков и разнообразных сообщений.

К гипотезе Юзвишина примыкает гипотеза Двойрина об энергополевом состоянии информации и энергополевой информационной голографической природе мира и Вселенной - вечной и единой духовной, физической и математической сущности мироздания.

Важнейшие положения теории информационного поля сформулированы рядом ученых, заявивших о формировании новой науки биоэнерго-информатики, о едином информационном поле ноосферы, его электромагнитной основе, об электромагнитных информационных полях в живом веществе; определившим основные закономерности существования единого информационного поля ноосферы; раскрывшим волновую природу биологических полей и волновую природу передачи не только коммуникативно-адаптационной, но и генной информации. Исследователями получено определение современного информационного поля ноосферы как "сложной материальной субстанции, характеризующейся глобальностью, многомерностью, коммуникационными качествами, отличающейся многовариантностью материальных носителей с преобладанием электромагнитного поля и динамизмом взаимных перевоплощений, развивающейся синхронно с эволюционными процессами, сопутствующими разум ной деятельности человека"5.

Человек - звучащий микрокосм, излучающий ритмы (биоритмы внутренних органов, сокращения мышц и т. д.). В работах психологов мы находим исследования об электромагнитных и акустических колебаниях органов человека, фиксирующие тонкие полевые явления6. Современная наука разработала ряд методов и приборов, позволяющих в некоторых случаях зарегистрировать изменения биогенных физических полей и излучений человека, в следствие чего было научно сформулировано понятия биополя человека как физического поля высокой степени информационного наполнения и сложности7. Открыто существование сверхслабых излучений фотонов у всех исследованных типов биосистем и доминирование полевой формы антропогенеза - универсального социоприродного механизма коллегиального (социального) интеллекта сообщества8. Открытие полевого существования форм сознания имеет первостепенно значение для понимания сущностей культуры и собственно музыки как своеобразного стержневого полевого адаптивного феномена.

Развитие биоэнергоинформациологии представлено в работах биологов и психологов, определившим, что информация определяет взаимоотношения и развитие всех живых организмов, а в человеческом обществе - межличностные и межпопуляционные отношения (К. Судаков) . В человеческом сообществе эти процессы происходят на основе многообразного информационно-энергетического обмена. В осмыслении этих процессов возникло новейшее определение человека: "человек - это «энергоинформационное существо, связанное с информационным миром динамическими энергоинформационными потоками» (А. Бойцов)10.

Идея обнаружения и констатации полевых механизмов бытия возникала в трудах многих исследователей (О. Шпенглер, Тейар де Шарден, И. Пригожин, И. Стенгерс). Об этом говорили русские философы Н. Лосский, С. Трубецкой, Г. Шпет, Д. Панин, Л. Гумилев. О космо-планетарном измерении человека говорили Н. Рерих, В. Соловьев, Н. Федоров, К. Циолковский, А. Чижевский, а также Н. Бердяев, А. Лосев, П. Флоренский, В. Вернадский, В. Налимов. Современная информациология и философия (Нефедов, Протопопов и др.; Г. Пурынычева) комментирует и дополняет подобную аргументацию.

Благодаря полевым формам сознания, постоянно развивающимся и расширяющимся, происходит саморазвитие человеческого сообщества, совершенствуется адаптациогенез всех уровней.

Ритмические и звуковые проявления человека, создание музыки как вида искусства составляют особую ступень энерго-информационной эволюции сознания, зависящую от полевой формы действия и непосредственно переходящая в полевую форму развития.

Согласно выводам современной информациологии, популяция приобретает свои особые информационные топографические свойства, в определенной степени аналогичные информационным голографическим экранам организма. Этот "экран" формируется в структурах общественно-полевого, тезаурусного сознания, несущих функцию хранения информации. В музыке это - система интонаций, жанров, музыкальных мысле-форм, а также структуры, собирающие общественное знание в памятниках искусства и документах музыкальной письменности, хранящихся в музеях, библиотеках, фонограмм-архивах - так называемых банках идеализированной информации.

Рассматривая музыку во всех ее богатейших проявлениях, «человека музицирующего» (И. Земцовский) в современном мире, можно выделить три •потока музыкальной реальности - поток акционального биотического музицирования; поток воспроизведенного музицирования (звукотехнологии, индустрия музыки) и вероятностно-ментальный поток музыкального общественного сознания, проявляющийся в самой востребованности тех или иных ликов музыки и развертывающийся в разнообразии форм и видов музицирования, воспроизводства и потребления музыки.

Музыка и музыкальное искусство входит в сферу оперативных энергоинформационных составляющих современного общества. Ее бытование опирается на инфраструктуры хранения музыкальной информации (ноты, книги, древние и новые музыкальные рукописи; технологии звукозаписи, виды искусств, связанные с технологиями звукозаписи - кино, театр, формы бытования и трансляции - телевидение, радио, научные знания о музыке и жанрах искусства, составной частью которых музыка является, музыка), и благодаря им входит в долговременные материальные и информационные составляющие. В качестве же специфически информационных, имманентных механизмов совокупного сознания, хранения музыкальной информации выступает внутренняя инфраструктура жанров и форм музыкального искусства, которая в конце XX века претерпевает значительные изменения.

Создание сети Internet фактически означает рождение глобального планетарного сознания, планетарного интеллекта. Возникла принципиально новая информационная технология и мир "виртуальной реальности"

Учитывая новые данные информациологии, необходимо обозначить понятие музыкально-информационного поля. Необходимо принять за основу, что музыкально-информационное поле представляет собой энергетическое напряжение актуализируемой информации (носителями информации отдельными человеческими личностями - взятой из информационных банков: памяти, письменности, звукозаписывающих технологий; из институционных хранилищ - библиотек, медиотек, фильмофондов, архивных фондов, и т. д.,), распространяемой и потребляемой реципиентами в информационной среде и образующей информационную общность (тезаурусное единство) реципиентов.

Глава 2. Музыка в свете информационного феномена эмоции.

Музыка - одно из наиболее эмоциональных искусств. Это общее положение в последнее время подвергается всестороннему изучению в исследованиях психологов, теоретиков искусства, музыковедов (М. Смирнов, В. Холопова, В. Морозов, В. Медушевский, И. Данова, Л. Дорфман, Л. Бочкарев, С. Мальцев и др.), а размышления на эту тему восходят к началам философии искусства.

Термин "эмоция" (emotion - волнение, возбуждение, переживание), возник во Франции в начале XVII века". В его основе лежит смысловой спектр слов, в глубине которых обнаруживается корень "mot" - "произнесенное слово", "выражение", "знак", "суть".

Эмоция - это психо-энергетический феномен, составляющий. определяющую регулятивную первоснову жизнедеятельности человека. Энергия человека проявляется в форме эмоционального возбуждения, направленного на преодоление дисбаланса в системе "человек-мир" в реакциях на окружающую среду. Механизм выброса эмоциональной энергии сформировался в результате адаптациогенеза человека в окружающей среде, но его главное предназначение - адаптация человека в среде себе подобных, т. е. коадаптация. Адаптация рассматривается как энергетический процесс, или множество параллельных процессов, проходящих в природе, человеке, социуме - во всей сложности и эволюции адаптациогенеза ".

В свете теории информации и в контексте той роли, которую эмоция играет в фундаментальных параметрах музыки, понятие эмоции раскрывается с глубиной, в соотнесении с которой по-новому проясняются исторические, эволюционные и сущностные основания самого феномена музыки.

Основополагающим для характеристики роли эмоций в музыкальном искусстве является вывод современной теории сознания об эмоциональном сознании как основе познания в целом13. Эмоциональное познание представляется базовым в познании вообще (Л. В.Роднов, А. В.Разин)|4.

Для понимания сущности действия и распространения эмоции важна теория трансперсональности сознания Налимова. На определенных уровнях анализа можно говорить о трансперсональности эмоции. Более того, именно трансперсональность, _полевое действие эмоции является основным ее информационным качеством.

Полевое действие эмоции связано с явлением мимезиса. подражательными формами поведения как адаптационном механизме человека в человеческих сообществах15. Музыка, массовое танцевальное действо психологически способствует формированию миметического коллективного единства, поскольку синхронные ритмодвижения, организованные хотя бы простейшими звуковыми ритмо-сигналами, организуют и создают особое психическое единство16.

Музыкально-информационное поле формирует имитационный характер поведения и закрепляет его, а эмоционально-звуковой резонанс выступает как основа полевой формы сознания.. Эти выводы на современном научном уровне уточняют древнейшие положения античной эстетики о мимезисе в философии Платона и Аристотеля. Основа этого подражания, как показывает современная информациология - не тем или иным формам жизни, а эмоционально-ритмическим формам поведения человека в обществе.

В рамках информационно-полевой теории эмоций можно видеть, что в человеческих популяциях полевая эмоциональная информация накапливается и обрабатывается особыми информационными феноменами, крупнейшим из которых является искусство и музыкальное искусство в особенности. Отсюда видна столь важная роль искусства и связанной с ним информации, регулирующей эмоциональные коммуникации реципиентов, эмоциональный контакт, эмоциональный резонанс, воспитывающей эмоциональную культуру, создающей традиции как школу эмоций. При этом становится очевидным, что школой эмоций становится не только искусство, но и все формы культуры - обряд, обычаи, религиозные формы ограничений. Искусство же придает им акциональную форму полевой организации.

Музыка наиболее активно влияет на формы имитационного поведения людей, организует круги акционального общения человеческих сообществ, создает резонирующие эмоциональные формы коммуникаций.

Миметические формы сознания выражаются в музыке и музыкальном искусстве, как важнейшие первичные, до-вербальные, до-понятийные смыслы человеческого бытия, пронизывающие все более сложные струкуры человеческого сознания. Они же являются основными направляющими значениями в организации всей системы форм и жанров музыки, как и форм и систем человеческих сообществ.

Информационная теория эмоций венчается выводами о высших духовных потребностях человека, составляющих важнейшую сферу адапциогенеза популяций и человеческого сообщества в целом. С позиций этой теории освещаются основные категории этики и эстетики, и тогда становится очевидным, что сверхсознательная, творческая деятельность человека направлена на масштабные, сущностно-бытийные формы коадаптации. использующие весь эмоциональный и логико-сознательный опыт человека, опыт, вбирающий опыт социальной и вселенской адаптации (В. Морозов, Е. Нестеренко, А. Васильева)

Идеи аккумулирования искусством высших значений идеализированной эмоциональной информации получили дальнейшее обоснование на современном уровне исследования и осмысления.

Эмоциональное восприятие красоты, имеет эволюционное значение как кратчайший путь адаптациогенного интуитивного познания (П. Симонов, В. Медушевский).

Регулятивная функция музыки простирается на сложнейший комплекс эмоций, связанных с неадаптационными действиями человека, формулируемые как понятие греха. Через него в обществе и в самом человеческом организме существуют регулятивные механизмы, возвращающие человека в сферу позитивного поведения (Н. Моисеева)|?.

«Культура есть воспроизводство энергии любви» (А. Невелев)18. Это умозаключение позволяет рассматривать вопросы адаптациогенеза не только в связи с информационным значением в этом процессе музыкального искусства, но и в самом широком - Евангелическом аспекте. Музыке наиболее близко отношение к эмоции как разуму сердца, который, по выводам современных философов, и по Евангелию, представляет ядро Софийного сознания.

Важнейшая функция музыки, и особенно церковного пения - мелоса, интонационно близкого сакральным формам искусства, невидимому, должна расцениваться как высший момент в полевой музыкально-информационной сущности искусства. В связи с этим обращается внимание на категорию катарсиса,- (очищение, слезы при восприятии музыки) как основной критерий ценности искусства, наивысшую категорию полевого действия музыки.

Содержание эмоций в интонации предстает информационно-звуковой первоосновой музыкальных смыслов. При отмечается, что не всякое интонирование эмоционально в романтическом смысле этого понятия. Например, "а-эмоциональное" интонирование в обрядовом интонировании и в древнейшем интонировании отражает собственно информационное содержание музыки - охват пространства и сознания находящихся в этом пространстве сознательных существ, к которым в древнейших представлениях относится весь мир вообще - включая зверей, растения, духов всех вещей и явлений. Голос человека действует как проявление его живой психической и интеллектуальной энергии, как проявление и притягивание космической энергии19.

Звукоизвлечение вне человеческого голоса - инструментальное - кардинально расширяет возможности проявления его эмоциональной энергии, а в историческом плане, с учетом технического прогресса вплоть до наших дней - делает их многократно умноженными в пространстве и во времени. Посыл звука в пространство предстает как познавательная и идентифицирующая акция звуковая обработка пространства и его сущностей. Информационный тип интонирования мы ощущаем в фольклоре, особенно в древнейших его, дошедших до наших дней, формах. Он выражает не ту. или иную эмоцию как таковую, а состояние общности, собственно информационно-полевое измерение сознания человеческой психогруппы.

Будучи отмеченным, этот феномен дает ключ к пониманию многих музыкальных явлений, а так же некоторых форм современного музыкального искусства. В частности, внеэмоциональное проявление некоторых феноменов современной музыки (сериальная техника, некоторые разновидности рок-клипов) отражает попытки прямого выражения современных интеллектуальных форм мышления или информационной общности психогрупп..

В современной системе средств массовой информации проявляются тенденции деэмоциализации музыкальных артефактов, например, в специальных клиповых молодежных каналах. Такие клипы осуществляют простейшие приемы захвата информационного пространства не силой высших адаптационных - объединяющих - идеализированных эмоций, а силой упрощенных форм воздействия на предполагаемый круг реципиентов энергией неодухотворенных эмоций. Однако, по всей видимости, упрощенное до уровня примитивизации эмоциональное интонирование несет разрушение полевого контекста музыкального искусства, дробление и атомизацию информационных общностей.

Особо разделяются биотические и а-биотические формы передачи эмоциональной энергии. Известно о влиянии магнитных полей - ухудшении показателей неосознаваемой памяти, нарушениях в нервно-психических проявлениях20. То же самое можно наблюдать на техногенных полевых уровнях трансляции и восприятия музыки. В тех случаях, когда музыка несет энергию высоких эмоций в контактных формах коммуникаций, она создает позитивный эмоциональный резонанс в акциональной форме. Репродуцируясь электронными средствами, она приобретает новую звуковую силу, хотя и теряет действенную первородную силу живого вещества. При передаче а-эмоциональных энергий в преобладающем массиве артефактов, избирающихся СМИ для тиражирования, формируется поле эмоций отрицательного знака, связанных с агрессивными, регрессивными, тревожными, подавляющими спектрами эмоциональных полей.

В данной главе важны положения об энергетической, информационной, полевой адаптационной сущности эмоции; миметическом механизме эмоционального поля человеческих сообществ; двух уровнях адаптациогенных эмоций - акционального адаптациогенеза малых сообществ, ограниченных жизненными контактами человека и ментального долговременого эмоционального адаптациогенеза, определяющего адаптациогенез масштабных человеческих сообществ.

Глава 3. Музыкальная интонация как генерирующий элемент информационного поля.

Теория интонации связана в нашем представлении с именем Б. В.Асафьева. Разработка этой теории составляет традицию отечественного музыковедения (А. Лосев, о. П. Флоренский, Г. Шпет, Б. Асафьев, Е. Орлова, М. Михайлов, Е. Назайкинский, М. Арановский, И. Земцовский, Т. Перевозский, Е. Герцман, В. Холопова, В. Жданов, И. Дотоль, С. Мальцев, Л. Березовчук, Е. Шевляков, М. Карабань Т. Чередниченко, В. Кобекин, В. Медушевский, А. Андреев). Очень важны размышления на эту тему композиторов и музыкантов - Глинки, Мусоргского, Шаляпина, Г. Свиридова, Э. Денисова, ряда крупных деятелей искусства.

А. Лосев стремился обозначить природные основы музыки в законах, существующих во времени и выражающихся идеально в структурных закономерностях сознания, которые он назвал числом, пребывающим в идеальных измерениях нашего (целостного человеческого) сознания21.

П. Флоренский раньше Асафьева приходит к выражению понятия интонации, существующей как информационная единица, мыслеформа, информационный организм, пребывающий в человеческом мышлении как один из мельчайших генов сознания, иерархическое строение которого дает далее всю структуру мышления и культуры. По Флоренскому, важнейшей сущностью интонации является энергия. Этот вывод выдающегося математика и богослова крайне важен для исходных моментов теории интонации именно с позиций информационной сущности: будучи энергийной, интонация имеет полевую природу существования22.

Г. Шпет прозревает в речевой интонации вокальную, отдавая исторический приоритет последней23.

Научная мысль XX века была подготовлена развитием музыкального искусства. Из русских композиторов эта тема предстает в размышлениях Глинки, Мусоргского. Мусоргский пришел к идее информационной сущности интонации, отражающей высшие мыслительные воздействия, "к обоготворению человеческого дара слова"24 (подчеркнуто нами). Эту сторону слуховых прозрений Мусоргского воспринял композитор Георгий Свиридов, на первое место в истоках музыки ставивший этос Слова в Евангельском смысле25.

Законы человеческого интонирования имеют свои полевые пределы, в которых и пребывают, и возрождаются в каждую эпоху, несмотря на значительные интонационные различия разных эпох (Э. Денисов). На материале древних культур исследователи приходят к выводу о контекстных значениях интонации (Е. Герцман)26. Понятия музыкального звука и музыкального тона в историко-стилевом контексте рассматриваются как главные репрезентанты исторических стилей музыки27. О едином понимании вербального языка и языка музыкальных текстов с позиций вероятностных моделей смыслов говорит Т. А.Перевозский в Приложении к работе В. В.Налимова о сознании28. Идеи полевой сущности интонации, вероятностной природы интонационного поля устной традиции формулирует И. Земцовский29.

Большой вклад в теорию интонации внес В. Медушевский, осуществив выход этой теории на новый уровень познания - постижения интонаций как одухотворенных звукосмысловых сгустков истории.

Интонация представляет информационное отражение эмоции, являющейся неотъемлемой функцией как организмов, так и - в результате полевых форм бытования - популяций, действующих на комплементарной эмоциональной основе. Интонационное содержание музыки составляет императивный феномен, создающий первоосновы полевого единства человеческих сообществ.

Звук, звучание голоса, информация, заложенная в интонации составляют первооснову человеческой коадаптации. генерирующий элемент информационно-полевого сознания. В развитых формах сознания эмоциональный опыт фокусировался в особых формах собственно музыкального мышления - в интонационных мыслеформах, производных от эмоциональных и духовных (стремящихся к единению с миром) энергий человека.

Интонация - осознанный, отмеченный вниманием тон (последовательность тонов) в хаосе шумов, содержательно значимый ряд в информационно не значащих, не выделяемых сознанием, как значимых, комбинаций звуков30. На этих основаниях интонации как голограммы смысла, возникла речь - сложное артикуляционное и семантическое звуковыражение человека. Но также, параллельно сложнейшим артикуляционным навыкам в речи, сформировалось музыкально-интонационное артикулирование, которое несет важнейшую функцию адаптации людей в сообществе на всех этапах исторической эволюции.

Интонационность духовного бытия проявляется не только в музыке - это общая категория, созвучная информации и как метафора - на материале живописи и скульптуры - и как более широкое понятие эвритмии, когда пластическое выражение получает музыкальная и поэтическая речь.

Интонация как элемент всеобщности составляет первичную единицу информационного поля музыки, одну из тончайших мысле-форм сознания человека, а на множественном полевом уровне - человеческого сообщества.

Генезис интонации - в мимезисе, в подражательных механизмах регулирования полевых сообществ. Индивидуальность словесной и музыкальной интонации сглаживается ее миметическими функциями, умножаемостью, вариантной близостью интонаций эпохи, стиля.

Художественные стили - индивидуальные, эпохальные (а также региональные и этнические) - представляют собой сложные интонационные феномены, формирующиеся в полевых акциональных проявлениях и развивающиеся как континуальные информационные потоки в совокупном сознании человеческих социальных общностей. Информационное поле сознания и, в частности, его особая сфера - музыкально-информационное поле ментального уровня предощущалось в понятии "интонационный словарь эпохи" (Асафьева) или "интонационный запас" (М. Михайлов).

Интонации, накапливаемые человеческими сообществами в процессе исторического развития - это перцепционно апробированные высотно и ритмически организованные звукопроявления - стали действенным средством концентрированного воздействия на человеческое сообщество не только в плане передачи эмоциональной, а иногда закодированной понятийной информации, но главным образом - в плане формирования в сообществах общего эмоционального поля и миметических форм поведения, а затем ; создания единообразного поля общей самоидентификации, т. е. информационнного тезаурусного поля в существовании данного человеческого сообщества (группы, племени, нации и т. д.).

Полевые феномены интонации разделяются на акциональные, действующие в непосредственных человеческих контактах, и на ментальный интонационный фонд, вырабатывающийся для более сложных адаптационных мысле-форм.

Звукоизвлечение вне человеческого голоса - инструментальное - кардинально расширяет возможности проявления его эмоциональной энергии, а в историческом плане, с учетом технического прогресса вплоть до наших дней - делает их многократно умноженными в пространстве и во времени. Собственно информационный тип интонирования присутствует в фольклоре, в ряде типов современного интонирования. Он выражает состояние общности, некоего собственно информационно-полевого измерения звука.

Исследователями выделяются два аспекта музыкальной информации - коммуникативный и когнитивный (Л. Березовчук). Две основных составляющих музыкального искусства, "две глобальных концепции: ритмическая и мелодическая" (В. Холопова) - определяются не только функцией мимезиса в организации человеческих сообществ, но исходят из единого — информационного (информационно-когнитивного) типа интонирования.

Акциональные контактные формы музыкально-информационного поля образуют круг ритмоинтонаций императивного действия, и чем более масштабны массы человеческих общностей, которые создаются с помощью интонаций, тем проще, усредненнее, становятся сами интонации. Интонация бытовой музыки отражает эмоциональные поля контактных сообществ, конденсируя, трансформируя и вновь императивно формируя воспроизводство контактных акциональных общностей людей. Своей усредненностью, сверкоммуникативностью бытовая музыка императивна, это свойство ее сущностное, родовое (Е. Шевляков) Полевые формы общих действ - праздники, танцевальные и танцевально-песенные формы общностей постепенно при многократном повторении становятся первоосновой сложения духовных ментальных единств. Их массовость и миметический характер - от народной пляски до современного рок-концерта - не случайное явление, а закономерное действие природы полевого механизма формирования человеческих единств, ощущаемое человеком на интуитивном уровне как необходимость.

Современная бытовая интонация становится всеобщей и вновь начинает опираться на элементарные формы мимезиса (Э. Денисов, Т. Чередниченко).

Интонационные элементы дистантных ; долговременных. стратегических тезаурусных полевых форм музыкальных коммуникаций, напротив, стремятся к протяжению, к полноте охвата пространства и времени и к полноте выражения эмоциональной информации. И потому направлены на преодоление тяготения к усреднению, унификации. На этих путях полевого тезаурусного сотворчества формируются особые феномены собственно музыкального сознания - мелос, крупные концепционные формы музыкального искусства, несущие функции дистантно-временного, стратегического адаптациогенеза, формирования крупных человеческих единств и единства человека с бесконечными мирами. сознания. Однако и музыка быта, музыка малых, контактных акциональных форм действия, когда уже пройдены уровни достижения первичного единства, может стремиться в бесконечность, к единству с целым миром.

В музыкознании все более осознается сущность мелоса, распева как музыкального созерцания целостности единого со всеобщим. Творческие закономерности мелоса определяются как звукоформы сознания (М. Карабань, В. Кобекин). Возникает идея о совпадении структур мелического и мыслительного процесса '.

Выработка дистантных, тезаурусно-опосредованных форм интонаций представляет собой сложный, долговременный процесс накопления адаптациогенной информации, что в конечном итоге выливается в понятие культуры.

Способ "анализа интонаций эпохи как симптоматики общего состояния психо-ментальной картины мира, в частности, современной нам эпохи, представляется пока еще мало использованным, когда в самом деле он может дать новые ракурсы понимания современной культуры, вырисовывается основная семантическая схема музыкального знака: эмоция - симптом эмоции, моделируемый звучанием, акустико-звуковой формой музыкального знака, воспроизводящей в ритмико-интонационной форме симптомы человеческих эмоций (С. Мальцев, В. Холопова).

Эмоционально-интонационное познание мира человеком через интонацию представляет важнейшую область адаптациогенеза в малых и больших человеческих сообществах, и эта способность человека то совершенствуется, то в каких-то проявлениях утрачивается. На определенных этапах социогенеза теряется восприимчивость к интонационному и эмоциональному богатству проявлений человека, и эта утрата в древности называлась окаменением сердца. В. Медушевский называет этот симптом "иссушением слуха", также объясняя его иссяканием любви, как основной формы проявления энергии жизни. Эти - обратные процессы адаптациогенеза, разадаптации на эмоционально-интонационном уровне, замечаются в определенные этапы истории, их симптоматика отмечена и в современную нам эпоху.

Интонационный контекст XX века связан с глубокими изменениями в самой структуре музыкальной интонации. Интонация читается как симптом самой культуры. В интонации состредоточились выражение эмоций и отражение логики мысли. Интонация подчинилась психологической, языковой, культурной и аналитической (авторской) детерминации. Она пополнилась еще несколькими слоями, вплоть до суперинтонации авторского преподнесения музыкальных цитат, до интонации-символа.

Очевидны полярные расхождения интонационного поля новой профессионально-композиторской музыки (дистантно направленной) и музыки массового употребления, направленной на создание контактных музыкально-информационных полей. Массовая интонация не выходит из определенного круга типизированных очертаний, удобных для массового воспроизводства на неэлитных уровнях. В элитных жанрах интонация предстает как сгусток информации о целых содержательных мирах, но нередко теряет генетические связи с массовой интонацией.

Современный круг интонаций в наиболее активно распространяемых в массово-полевых жанрах музыки - интонация крика, хрипа, подстанывания, инфантильная интонация, интонация нарочитой подделки - пение "не своим голосом", интонация тюремного слэнга; англо-американский стиль - все это симптоматика ментальностей современного общества. Круг современных интонаций сужается; повторность - элементарный принцип формообразования - становится преобладающим, а сами интонации широкого применения (о них не скажешь уже: "бытовые интонации", т. к. они не представляют, как прежде, бытового музицирования. а являются продукцией санкционированной профессиональными дельцами масс-культуры) словно специально сбрасывают с себя семантику культурных слоев истории, становясь выразителями некоей «немотивированной» общности, действующей на уровне всепокрывающей усредненности.

При этом продолжают свое действие интонационные сферы классической музыки - европейской и русской, джаза, лирической советской песни 30-70-х годов, нередко переинтонируемой в современных исполнительских интерпретациях. В современном интонационном поле действует также и православная интонация церковного пения, романсовые интонации, русская фольклорная и русская народная песененая интонация в преломлении эстрадных стилей, а также уличных певцов.

Подавление тонкой интонационной природы музыки, отмечаемое исследователями, приводит к важнейшим психотропным результатам: происходит адаптациогенез массовидности сознания - новая форма адаптациогенеза - спресованность сознания особей в массу и воздействие на массы как единицы форм сознания(П собственно музыкальными, интонационными средствами. умноженными по силе воздействия техногенными средствами музыки.

Радио и телевидение приносят в нашу жизнь интонационное многоязычие мира, новый Вавилон; но в бытовой среде, в жизни вне эфира - интонационная среда общества, все страны, включая провинцию, более единообразна. Сейчас уже можно видеть, что музыкальная интонация современных массовых эстрадных жанров по радио и телевидению - почти не попадает в быт, не воспроизводится на личностном уровне. В быту поются песни прежних лет, которые передаются через живую интонационную среду. В массовом сознании остается колыбельная - ее и сейчас поют, как некогда прежде, воспроизводится культура живого интонирования - главным образом то, что в живом интонировании, в застольях и в задушевном общении переходит от человека к человеку.

Таким образом, интонация как первоэлемент музыкального информационного поля приобретает на новом историческом этапе значительно большую весомость и выступает на первый план в сравнении с музыкальной формой в виду диктата спресованности времени восприятия в акциональных жанрах музыкального искусства.

Глава 4. Музыкальный жанр как информационно-полевая категория.

Отечественное музыкознание, благодаря трудам Б. Яворского, Б. Асафьева, В. Цуккермана, Л. Мазеля, А. Сохора, С. Скребкова, В. Бобровского, М. Арановского, В. Конен, М. Михайлова, И. Земцовского, О. Соколова вскрыло глубокие закономерности, присущие музыкальным жанрам. Развитию теоретических аспектов жанрообразования посвящены работы Л. Березовчук, А. Климовицкого и О. Никитенко, Г. Демешко; своеобразие жанрообразования в фольклоре исследуется в работах И. Земцовского. В последнее время к этой проблеме обращались А. В.Соколов, Е. Дуков, А. Андреев, Л. Акопян, Н. Бекетова, И. Бродова, Т. Кюрегян.

Начиная с 20-х годов XX в. была определена знергийная природа мышления, в связи с чем возникла идея мыслеформы как «некоторой совокупности и последовательности приемов, "методов" осуществления "энергии"» (Г. Шпет), и в свете такого подхода жанр становится определенным энергетическим годом, мыслеформой коадаптивной идеализированой информации.

Основополагающее значение жанра базируется на понимании его энергетически-полевой, порождающей структурно-вариантной природы, проявляющейся в акциональных полевых формах и закрепляющейся в полевом тезаурусном уровне массового и индивидуального сознания.

О. В.Соколов в специальной монографии дал определение музыкального жанра: "жанром называется порождающая закономерность вида музыкальной структуры, соответствующего определенной функции - социально-практической или художественной"32.

Порождающая модель жанра обладает как чертами стабильности, определяемой "плотностью" информации, так и вариантной мобильностью, связанной с индивидуальным проявлением творческого сознания. В связи с этой особенностью, отражающей родовые принципы полевого феномена, в своем историческом движении жанровые системы развиваются, как живые системы - ветвятся, взаимодействуют, воспроизводятся на основе элементарных информационных единиц (ритм, интонация, мелос) и в новых исторических условиях всегда готовы к метаморфозам, диффузии, переинтонированию (И. Земцовский, В. Сисаури, И. Дотоль, Л. Симуш), созданию новых тезаурусных форм музыкального мышления (см. работы Л. Акопяна, Н. Бекетовой, И. Бродовой).

Понятие жанра оказывается однокоренным с понятием "гена", не случайно неся в себе структурно организованный "ген" мысли, действующий как порождающая структура в творчестве. Поэтому термин "генология"33, в значении "жанрология" предлагается исследователями для обозначения общеэстетического аспекта жанровой теории. Жанровая система сложившихся и постоянно возникающих музыкальных «мыслеформ» служит своеобразным художественно-генетическим кодом, преобразующим социальные импульсы в художественные структуры.

В наше время феномен жанра должен быть рассмотрен с новых позиций теории трансперсонального сознания (В. Налимов, Л. Дорфман).

Степень детерминированности жанров связана с общественно-историческими предпосылками их возникновения, бытования и условиями развития. Иерархия жанров развита в систематизации Л. Березовчук, где жанры подразделяются по миметическому принципу, который является основным информационно-полевым принципом регулятивности социумов: миметически простые жанры, миметически сложные жанры, а также еще более сложные - аналитические жанры, связанные с концептуальным авторским творчеством34.

С позиций информациологии жанровая типология отражает общие информационные потребности человека и человеческих полевых общностей - таких как абсолютные, вторичные и спонтанные информационные потребности (А. Соколов)35.

Первичные, базовые - акциональные миметические жанры - танец, марш, песня, романс - обеспечивают контактные, акциональные миметические сообщества людей. Концептуальные жанры обеспечивают дистантные сообщества, рассчитанные на долговременное бытие тезаурусной общности людей, переходящей границы смены поколений. Первичные миметические жанры - песня, танец - имеющие традиционное функционирование в общности (фольклор) так же содержат "гены" долговременной связи между людьми и между поколениями людей.

Жанры второго миметического уровня - оперы, оратории, симфонии, сонаты - производны от первичных, но отражают более сложный жизненно-ситуативный опыт людей, являясь более сложными феноменами, основанными на механизмах долговременного регулирования социумов путем передачи опосредованной в музыке сложной эмоционально-адаптивной информации36.

Музыкальные жанры. таким образом. представляют собой информационно-полевые феномены музыкального сознания, основанные на информационных потоках долговременного существования, обеспечивая хранение и воспроизводство адапташюгенной информации на социально-полевом уровне существования.

Особо значимым представляется существование в творческом мышлении композиторов сферы свободного концептуального высказывания, не связанного с жанровыми моделями. В музыке современных композиторов эта свобода становится модусом всеобщей внутренней подвижности, одним из фундаментальных принципов современного музыкального мышления. Специальные исследования показывают, что музыка XX века - это музыка авторской концепции формы, жанра, гармонии, интонационного языка (С. Савенко, Е. Вязкова, Л. Дьячкова, С. Курбатская, Т. Кюрегян).

Описание сложных систем связано с принципом огромного сжатия информации на определенных степениях действия макросистем в восприятии (Г. Хакен. И. Пригожин. Е. Князева. С. Курдюмов). "Информационная плотность", феномен сжатия информации проявляется и при формировании жанровой системы музыкального искусства - в ее эволюции и бытовании в культуре.

Выводы современной информациологии определяют общее понятие информационного потока (Цымбал). В некоторых исследованиях высказывались идеи о волновой и полевой структуре не только жанровых образований в музыке, но и самих стилистических циклов в истории культуры (Н. Велижева, А. Дриккер). Рассматривая в этом свете теорию жанров, можно видеть, что каждый вид искусства представляет собой относительно автономный информационный поток в общем информационном поле культуры. В то же время эти потоки имеют тенденцию к воссоединению с другими информационными потоками. Наиболее ярко эта тенденция в наши дни выражена в музыке - она имеет множество сопряжений с другими видами искусств, интегрирует во все сферы жизни (Г. Кушнер, В. Кущ, В. Медушевский).

Наука о жанре входит, таким образом, в философские исследования о принципах и формах мышления. Музыкальное искусство представляет действие иерархии мыслеформ, отражающих общие формы сознания. Современными мыслителями все более осознается роль типизированных мыслительных форм (топосов) (А. Невелев); выявляется «иерархия эйдосов (порождающих информационных матриц), задающих структурные и целевые основания материально-множественного существования физических, биологических и психических норм" (А. Иванов). В работах современных философов показывается, что такие представления "всегда имплицитно присутствовали в смысловых слоях базовых физических понятий "материя", "поле", "информация", "вакуум", <...> связанных с научным освоением тончайших несущих энергий Космоса, неотделимых от психической деятельности человека". Выдвигаются гипотезы о том, что они эволюционируют вместе (или параллельно) с человеческим трансперсональным сознанием. Отражение этой эволюции можно видеть в эволюции музыкальных форм, жанров, интонационных мысле-форм, а также и новых структур сознания, проявляющихся в новой "материи" музыкального искусства.

Подтверждая положения информациологии о роли идеализированной информации в развитии социумов, жанровые системы музыки - как бытовой, обеспечивающей контактные, акциональные формы адаптациогенеза, так и концептуальной, обеспечивающей протяженные константы адаптационных форм социумов - возникают и действуют на основе информационных полей и информационных потоков разного уровня и масштаба действия. Они обеспечивают консонантные отношения в культуре, определяя созвучие эмоциональных миров человеческих сообществ.

Жанровые системы музыки обеспечивают: а) акциональную регудятивность первичных, контактных сообществ; б) долговременную регулятивность сложных социумов в дистантных параметрах; в) тезаурусную регулятивность эволюционной целостности социумов.

В исторической эволюции жанров информационная "плотность" бытовых жанров чрезвычайно велика - даже при смене национальных и исторических стилевых норм сами жанры остаются практически неизменными (песня, танец), поскольку служат одним информационным целям - объединению первичных социумов на уровне контактной миметической адаптации Жанры миметически сложные, выполняющие задачи долговременной организации социумов, содержат структуры более сложных значений, воспроизводящихся и переосмысливаемых в продолжительные по времени периоды эволюции человеческих общностей. Они отвечают более масштабным задачам выработки и хранения адаптациогенной информации, которую не способен предложить реципиент рядового уровня, поскольку усложнение социальных и информационных структур общества несоизмеримо индивидууму возрастает. Так появляется уровень музыканта-художника, предлагающего социуму индивидуально осмысленную концепцию мира в соотнесении с акциональными и перспективными задачами адаптации социума. В свете информационной теории жанра творческое мышление, дарованное человеку, предстает как основа адаптациогенных процессов общества.

В современной техногенной культуре выработаны возможности музыкально-информационного банкирования (звуко - и видеозапись), минующего сложные музыкальные формы, созданные человеком за его историю. Вся система музыкальных жанров, возникших в процессе эволюции музыки как фонд информационных единиц хранения адаптациогенной информации, подвергается своеобразной ревизии на функциональную необходимость как отдельным реципиентам, так и человеческим общностям. Эти исторически выработанные информационные структуры становятся малоактуальными, поскольку в передаче массовой информации используются в основном средства быстрого захвата сознания - короткие интомационко-информационные единицы (клипы). Оперирование такими информационными единицами осуществляет захват сознания в кратковременных ракурсах, причем, как правило, не комплексом положительных эмоций, а путем эмоционального диссонанса.. Если такой информационный принцип проводится как всеобщий, нарушается механизм информационной эмоциональной адаптации социумов из-за ограниченности разнообразия информационных потоков. Человек, как составной элемент такого информационного поля, не принимает всей полноты художественной информации и теряет адаптационные способности. Такое положение требует серьезного осмысления для построения стратегического прогнозирования в культуре.

Часть II. Практические аспекты музыкально-информационного поля

Введение

Жизнь человечества в XX веке сопровождается стремительным развитием технологий хранения информации, имеющих глобальное культуростроительное значение. Наиболее яркое осуществление технологий культуры на современном этапе проявляется в создании информационной индустрии массовых коммуникаций и индустрии культурного потребления (Н. Ващекин, В. Лось, А. Урсул, А. Вебер, В. Иноземцев, Ю. Солодухин). В связи с этим меняются принципы культурной политики в государстве, координирования массовых процессов в культуре (И. Загурский и др.). Полевые явления в культуре приобретают новые смыслы и значения.

Для современной эпохи характерна смена типа культуры с массово-праздничного (И. Сидорская, Л. Зайцева), ориентирующегося на контактно-полевой уровень взаимодействия реципиентов в потоке ценностей культуры, на повседневно-индивидуальный и, следовательно, а-полевой тип функционирования артефактов.

Появилась новая - компьютерная коммуникативная виртуальная реальность, способствующая новым взаимодействиям человека и общества. Компьютерные сети начинают играть роль полевого феномена сознания.

Устаревает привычное подразделение коммуникативных потоков музыкального искусства на два основных русла - развлекательные и академические жанры (А. Якупов). Уточнение этих понятий связывается с из вариантами: музыка академическая и массовая; легкая - серьезная; бытовая - профессиональная (А. Цукер), обиходная — надбытовая (Е. Дуков). В других случаях нюансы этой типологии различаются как E-Musik (элитарная, серьезная) и U-Musik (низшая, развлечение) (Т. Чередниченко), как folk-music и art-music, то есть фольклорная музыка и музыка как искусство (Л. Гофман).

В этих классификационных системах заложено различие жанров кратковременного адаптациогенеза малых общностей - развлекательная музыка - и музыка "серьезная", "академическая" "артистическая", т. е. связанная с обучением в профессиональных институтах передачи традиций (в школах, "академиях") с ориентацией на ценности долговременного адаптациогенеза.

Выдвигаются иные оппозиции - аутентичное - репродуктивное, биотическое — абиотическое (В. Кутырев), относящиеся к культуре технологического воспроизводства артефактов. В прессе постоянно обсуждаются проблемы культуры в контексте наукоемких технологий (А. Ракитов и др.). Ядром культуры становятся технологические виды искусств -кинематограф, телевидение. На фоне массовых процессов в культуре происходят процессы демассификации контактных форм коммуникаций, сближение устного и экранного типа коммуникаций, движение к персонифицированной культуре, переориентация массовой культур ной деятельности с публичных на домашние формы. В процессах, происходящих в современной культуре, решающее значение приобретает информационная революция: информатизация, компьютеризация, медиатизация пространства культуры; экранная, аудиовизуальная культура (И. Сидорская, Т. Семилет).

Определяющую роль приобретают технологии звуковоспроизведения и массовые технологии культуры, существенно меняющие привычные оппозиции, поскольку технологии культуры - звукозапись, видеозапись, электротехнологии звука могут использоваться как в контактных (домашнее музицирование, музицирование в малых контактных группах и в масштабных социальных группах), так и в дистантных технологиях музыки, охватывающих милионные аудитории, но не образующих контактных полевых структур сознания.

С точки зрения теории информационной самоорганизации в музыкальной культуре современности можно определить два уровня самоорганизации: рещшиентно-самоорганизующиеся формы и институционно-самоорганизую-щиеся (общественно инициированные). К реципиентно-самоорганизующимся формам относятся традиционный фольклор, пока еще сохраняющийся в локальных реликтовых проявлениях; городская бытовая культура и все маломасштабные явления человеческого общения, основанные на спонтанных потребностях жизни. Институционные формы организации культуры подразделяются на биотические (храмовая культура, театр, концерт, празднества) и оснащенные современными технологиями, посредством которых музыка потребляется слушателем как продукт технической манипуляции.

Очевидно, что технологическая музыка кардинально меняет процессы формирования живых информационных полей. Равновесие этих процессов имеет кардинальное значение для культуры. Если живое информационное поле содержит механизмы ментального адаптациогенеза, то а-биотическое информационное поле создает предпосылки для новых форм адаптациогенеза.

Раздел 1. Информационное поле контактных форм музицирования. Глава 1. Музыкально-информационное поле фольклора.

Пространство с древних времен воспринимается человеком через его освоенность (П. Флоренский, Ю. Зубов, Н. Сляднев, О. Пашина). Первоначальные элементы музыкально-информационного поля выступают как маркирование пространства, подразумеваемого сакральным, для защиты от злых сил.

Символическое освоение, перекрывание голосом и звуком некоего пространства совершается во имя того, чтобы придать ему осмысленные качества. Голос и звук выступают в календарных обрядах в функции оберега. защищая людей, скот, культурные объекты от зла вообще, от недоброжелательных людей, от вмешательства нечистой силы, от стихийных бедствий и др. Звук наделяется функцией изгнания, вытеснения чужой информации. Шумом и криком выгоняют за пределы культурного пространства обрядовый персонаж, символизирующий зло (ААфанасьев, Л. Ивлева).

Особая функция, приписываемая в календарных обрядах интенсивному голосу и звуку, - продуцирование жизни - в сельскохозяйственной сфере, в брачных обрядах.

Маркирование пространства неупорядоченными звуковыми инициациями важно само по себе как первичный способ противостояния хаосу неизвестности хаосом собственных объединенных (участниками обряда, ряженых) звукоизвлечений в социальной группе. Подражание природному хаосу и вытеснение его собственным организованным хаосом, нарочито декларируемым объединенным человеческим сообществом, составляет важную начальную основу противостояния энтропии созданием своего собственного информационного поля, представляющего защитный механизм, защитный слой человеческого бытия.

Первоэлементы согласованного интонирования вырабатываются при опоре на явление резонанса, которое ощущается всеми участниками совместного пения, в котором возникает натуральный звукоряд как объективный результат полевого совместного интонирования (Э. Алексеев М. Папуш). Возникает иерархический ряд явлений: резонанс эмоций, резонанс интонаций, лад - парадигматическое и полевое обобщение совместных интонационных "действий" участников исполнения звукоизвлечения в обряде. Собственно пение - именно то, что воспринимается исполнителями как пение - является коммуникативным актом, нередко направленным не только на присутствующих слушателей, но и на кого-то из отсутствующих, как передача информации куда-то далеко - и предстает как феномен информационный и информационно-полевой: оно захватывает своей эмоцией и мелодической энергией пространство реальное и пространство воображаемое38.

Пространственное измерение фольклора наиболее продуктивно выражено в обряде, а также в такой особенной форме обряда, какую представляют собой хороводы. В русском фольклоре, как и в фольклоре других народов, хоровод представляет собой особую, исторически возникшую разновидность совместной художествен ной деятельности, стимулирующую и создающую наиболее концентрированную информационно-полевую форму сознания.

Обрядовая приуроченность и форма хороводов - хождение по кругу или замкнутым формам кривых линий раскрывают нам древнейшие проявления информационно-полевого поведения человеческой общности, гармонизующего семейные и внутри-этнические отношения. Молодежные игры и хороводы служили школой этикетных отношений в обществе, вырабатывали навыки социальных отношений, были центром духовной художественной жизни молодежи (И. Ромодмна, Л. Мухомедшина). В них концентрировались и интенсифицировались процессы информационного соединения, полевого действия эмоции и сознания, создания музыкально-информационного поля, музыкально-информационного потока, программирующего дальнейшую, уже вне обряда, жизнедеятельность человека.

Феномен молодежных игр очень важен при анализе современных проблем музыкальной культуры, вплоть до таких явлений, как дискотеки и концерты рок-музыки. Как бы отрицательно их ни оценивать с точки зрения качества музыкальной продукции, нельзя не видеть того, что в них удовлетворяется потребность полевой творческой деятель

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Авторское музыкальное самодеятельное творчество: история и современность". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 511

Другие дипломные работы по специальности "Музыка":

Дмитрий Дмитриевич Шостакович. «Эпизод нашествия» из первой части Седьмой («Ленинградской») симфонии

Смотреть работу >>

Аспекты организации системы управления

Смотреть работу >>

Пианистическая реформа Ф. Листа

Смотреть работу >>

Особенности музыкальной памяти

Смотреть работу >>

Музыкальные способности и методы их развития

Смотреть работу >>