Дипломная работа на тему "Философия управления"

ГлавнаяМенеджмент → Философия управления




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Философия управления":


СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1.  Управление в мире общественных насекомых: философия спонтанности

2.  Управление в императорском Китае: органицистская философия

3.  Управление в Римско-католической церкви: философия теократического управления

4.  Управление в фашистской Германии: эклектическая философия управления

5.  Управление в Советском Союзе: механицистская философия управления

6.  Управление на современном Западе: на пути к органицистской философии управления

7.  Многообразие теоретических и философских концепций управления современным обществом

8.  Темпоральный характер управления социумом и человеком

9.  Философия спонтанности – основа концепции интегрального управления социумом

Вместо заключения. Философия управления – философия безопасности


Посвящается моей незабвенной матери Александре Никифоровне p>

ВВЕДЕНИЕ p>

В начале XXI столетия для общественного сознания характерно смешение целого ряда тревог и надежд, вызванного значительными изменениями, которые влекут за собой вызовы и трудности, ставят новые проблемы. Современные общества Запада, Востока и России вступили в полосу хаотических перемен, в зону мегарисков, в эпоху различного рода кризисов (цивилизационного, антропологического, системно-экономического, экологического и др.), осложняемого глобализацией общественных процессов

Сейчас происходят коренные изменения в управлении всеми сферами человеческой деятельности, обусловленные широким применением новых информационных технологий, меняющимся соотношением централизации и децентрализации в управлении и пр. Фундаментальное требование высокой эффективности управления означает знание природы человека – учет этой способности дает возможность использовать, подчеркивается в новейшем американском энциклопедическом справочнике по управлению, наиболее продуктивно «человеческие ресурсы»2" 2"[2]. Обращает на себя внимание термин «человеческие ресурсы», используемый здесь, т.е. управление людьми немногим отличается от управления машинами и капиталом. Перед нами сугубо американская философия прагматизма, которая в сфере управления представляет собой тейлоризм-фордизм или в более мягкой форме доктрину «человеческих отношений». Однако теперь человек все более ощущает себя личностью, поэтому происходит принципиальное изменение в управленческой стратегии бизнеса: речь идет о «человеческом измерении» - уникальной особенности складывающегося «информационного» общества, отличающего его от индустриального. Новая философия, идущая на смену тейлоризму-фордизму и исходящая из посылки о наивысшей ценности в производстве «человеческого фактора», позволит преодолеть отчуждение, развязать инициативу и высвободить творческий потенциал человека3" 3"[3].

Вполне естественно, что в настоящее время начинает просматриваться так называемый «гуманитарный тип экономического роста», характеризующийся научным знанием и творчеством человека в качестве его главных движущих сил. «Данный тип экономического роста фактически уже существует, хотя свойственный ему подход к управлению можно обнаружить лишь в наиболее передовых организациях. Считается, что этот тип экономического роста характерен для японских предприятий»

Многие западные концепции управления неадекватны действительности потому, что до сих пор не выработаны соответствующие философские основы управления. Дело в том, что западные специалисты в области управления считают необходимым подключить потенциал социальных наук для разработки концепций и теорий эффективного управления социальными процессами и прежде всего производственными процессами. Известный специалист в области социологии менеджмента и индустриальной психологии, автор классических «теории X» и «теории Y» стилей управления Д. Макгрегор пишет: «Уже стали банальными утверждения, что в следующей четверти века наиболее значительные события произойдут не в области естественных наук, а в области социальных наук; что производство – экономический орган общества – располагает фундаментальными методами применения достижений естественных наук и технологий ради материальной пользы человечества; и что мы должны научиться использовать социальные науки так, чтобы наши общественные организации стали действительно эффективнее работать. Многие в принципе согласны с этими утверждениями, но последние до сих пор представляют из себя не более, чем надежду»5" 5"[5]. Другими словами, на практике происходит недооценка человеческой природы экономики, не говоря уже о других сферах человеческой жизнедеятельности. Это объясняется, в частности, тем, что мало внимания уделяется философии, которая занимается природой и сущностью человека, его местом в окружающем мире и без которой вся теоретическая и практическая деятельность социума и человека является слепой.

Не удивительно, что во многих работах по управлению красной нитью проходит мысль о необходимости создания философии управления; достаточно раскрыть серьезный отечественный журнал «Проблемы теории и практики управления» и другие научные издания. Однако все дело в невероятной сложности поведения самого человека, многомерности, неопределенности и нелинейности его природы и незавершенном характере его сущности. На это указывает Э.А. Смирнов, который в своей статье «Новая философия управления» рассматривает философские основы контроллинга как совокупности всех форм анализа и оценки деятельности организации, разработки и осуществления решений для достижения поставленных целей: «Социальная (общественная) система характеризуется наличием человека в совокупности взаимосвязанных элементов… Социальные системы существенно опережают биологические по разнообразию функционирования. Набор решений в социальной системе характеризуется большим динамизмом как в количестве, так и в средствах и методах реализации. Это объясняется высоким темпом изменения сознания человека, а также нюансов в его реакциях на одинаковые и однотипные ситуации»

В этом плане заслуживает внимания подход отечественного исследователя Г. Квасова, который исходит из концепции человеческого бытия в качестве философской основы теории управления7" 7"[7]. Здесь подлинное человеческое бытие представляет собою систему всех видов жизнедеятельности, которые восходят к высшим формам проявления человеческой сущности. Последняя присуща человеку как биосоциальному культурному существу и изменяется благодаря развитию гуманитарных, социальных и технических наук. Человек есть единство пяти аспектов: природное существо, чья сущность социальна и следует из социального и культурного наследия, субъект деятельности, прежде всего трудовой и профессиональной, общения, познания, ценностного освоения мира культуры и неповторимая индивидуальность. Так как истинное человеческое бытие обладает этической сущностью, основано на достижениях науки и имеет эстетические особенности, то его философская концепция оказывает влияние на теорию и практику, методики и технологии, гуманитарные, социальные и иные практические результаты. «Типология человеческой жизни такова, - отмечает Г. Квасов, - что есть люди высококультурные, соединяющие воедино свободу, культуру и творчество, лежащие в основе человеческого бытия. Свобода – это подлинная культура, а культур столько, сколько видов жизнедеятельности, человеческого общения. Вот где лежит много ценного для тех, кто занимается теорией и практикой управления»8" 8"[8].

Данная концепция человеческого бытия заслуживает внимания, однако выбор ее в качестве философской основы теории управления сужает возможности построения новой концептуальной системы управления. Ведь одна из функций философии, которая сродни фундаментальной науке, является ее способность «критически относиться к любым мировоззренческим идеям… и за счет теоретического движения создавать рациональные эскизы возможных будущих оснований культуры, а значит и возможных будущих миров человеческой жизнедеятельности»9" 9" title="">[9]. Другими словами, одна из существенных функций философии состоит в том, что она способна моделировать возможные миры. В этом смысле философия управления должна исходить из учета тенденций развития современного мира, усложнения общества, изменения взаимоотношений человека и социума, чтобы можно было создать теорию управления, адекватную происходящим трансформациям человечества. Значимость философии управления для будущей теории управления можно выразить тезисом, согласно которому необходимо мыслить глобально, чтобы эффективно действовать локально.

Рассмотрим некоторые из тенденций развития современных сложных обществ Запада, Востока и России, которые следует принимать во внимание при конструировании предлагаемого нами интегрированного концептуального каркаса философии управления. Во-первых, на данном этапе развития информационного общества ведущее место принадлежит глобальным информационным технологиям, способствующим тому, что место управления вещами занимает место управления людьми. Тогда проблемой проблем является дилемма «свобода – детерминированность поведения человека». Отечественный исследователь С.А. Дятлов эту ситуацию комментирует следующим образом: «По сути, здесь речь идет о свободе и безопасности человеческой личности в самом широком смысле этого слова – в смысле цели, способа и формы свободного волеизъявления, безопасного существования и жизнедеятельности человеческой личности»10" 10"[10]. Современные информационные технологии – компьютерные, виртуальные, телекоммуникационные – дают возможность представлять в цифровой форме информационное содержание самых разнообразных объектов, начиная физическими и кончая социально-экономическими. Возникает электронно-цифровое общество, требующее специфических методов управления и оказывающее значительное влияние на свободу человека.

Во-вторых, тенденция к глобализации мировой экономической системы, которая сопровождается регионализацией и фрагментацией, что в условиях наступающего энергетического и экологического кризиса наряду с ростом народонаселения мира ведет к внеэкономическим методам регулирования11" 11" title="">[11]. Глобальный мир экономики – это мир ТНК, чьей основой выступают глобальные вычислительные сети, в том числе «всемирная паутина» Интернет, образующие мировое киберпространство. Это служит основой человеко-машинных, человеко-сетевых комплексов, обладающих своим пространством-временем и новой пятой информационной координатой. Независимость системы этих человеко-сетевых комплексов, образующих электронно-цифровое общество, от географического расположения объектов управления логично ведет к глобальной корпоративной экономики. Сетевой мир-ТНК является неустойчивым, что влечет вполне закономерно введение в жизнь человечества структурную несвободу: мир для человека будет подобием грез и сновидений, где все возможно. Отсюда вытекает разрастание глобальных сетей наркобизнеса, криминальной торговли оружием и всех видов терроризма.

В-третьих, усиливается тенденция к более широкому применению в современном менеджменте методов «корпоративной войны» и теорий стратегии, включающей азиатские варианты и соответствующую им философию. Ведь философские знания в том же Китае всегда неразрывно связаны с социально-этической и социально-политической проблематикой, решение которой требовало высокого уровня искусства управления

В-четвертых, все более отчетливо проявляется тенденция становления информационной фазы постиндустриального общества – общества знаний, основанного на наукоемкой экономике, когда необходимо управление знаниями13" 13"[13]. Специфика этого общества, социальных групп и различных сообществ заключается в их необычайной хрупкости, ибо широкое распространение знаний позволяет человеку нарастить свой личностный, профессиональный потенциал. Экспертные оценки социальной роли знания показывают, что распространение знания влечет за собой как «непредвидимые» риски и неопределенности, так и освобождающий потенциал действий индивида. Все возрастающее распространение знания в обществе на основе использования новых информационных и телекоммуникационных технологий (Интернет-технологии, WEB-технологии, технологии виртуальной реальности и пр.) влечет за собой политическую хрупкость и социальную непрочность современного социума. «Современные общества суть образования, которые отличаются прежде всего тем, что «сами производят» свои структуры, сами определяют свое будущее – а стало быть, обладают способностью к саморазрушению»14" 14"[14]. Индивид оказывается более неуязвимым, чем общество, социальная группа, которые представляют собой межличностные связи и отношения. Поэтому именно управление поведением отдельного человека оказывается весьма трудным и не всегда прогнозируемым.

В-пятых, в настоящее время происходит становление ноосферы, которое может при определенных условиях преодолеть кризис биосферы, и в первую очередь человеческой истории, обусловленный противоречием между хаосом и порядком как фундаментальных сущностных характеристик мироздания. «При формировании ноосферы, - отмечает Ю.А. Жданов, - разумное целеполагание становится доминирующим, условием деятельности. Сама эта деятельность все более определяется логикой предмета. Как логика, она включает субъективность, а в качестве предметности отражает свойства и законы объективного мира. На весах судьбы это означает равновесие в личном интересе интересов частных и всеобщих»

В-шестых, в управлении социальными процессами все большее значение приобретает фактор времени, особенно ярко он виден на международной арене, где происходит взаимодействие государств, неправительственных организаций, ТНК и народов, не имеющих своего государства (так называемый «четвертый мир»)16" 16"[16]. Значимость времени как фундаментального параметра природы и социума в управлении вытекает из того эмпирического факта, согласно которому физические, биологические, социальные и культурные системные и несистемные образования имеют свой генезис, развиваются, изнашиваются и погибают. Время является атрибутом бесконечного мира, характеризующего длительность и смену состояний конечных «вещей» (оно есть, по выражению Гегеля, «чистое единство бытия и небытия»), поэтому оно должно органически входить в ткань управляющей и управляемой частей того или иного существующего образования. Именно от того, какая концепции времени используется в теории управления, зависит философия управления и вытекающая отсюда ее методологическая действенность.

В-седьмых, динамика современных обществ характеризуется возрастанием их сложности, что требует для управления ими применения нелинейных методов исследования различного рода социокультурных процессов. Чтобы обеспечить устойчивый характер развития этих обществ, необходимо решать целый спектр проблем комплексной безопасности социально-экономических и природно-экологических систем нашей планеты

Анализ мировой литературы, посвященной актуальным проблемам теории и практики управления самими различными системами, показывает неудовлетворительное состояние науки об управлении. В предисловии недавно вышедшей фундаментальной трехтомной монографии «Современная прикладная теория управления» констатируются следующие положения: «Рассматривая все сферы – от космоса до молекулярного микроуровня и от технических систем до человеко-машинных систем управления обществом, необходимо признать, что высокоэффективная точная наука об управлении в современный период является наиболее актуальной и наиболее важной из всех наук. Это обусловлено не только технической революцией, но и экологическим и общественным мировым кризисом, выходы из которого лежат в новых структурах и методах управления. Между тем, несмотря на большой мировой контингент ученых, огромное число публикаций, новых эффективных концепций управления, крупных открытий в теории управления в последние два десятилетия почти не отмечалось. Практический прогресс сводится главным образом к компьютеризации, автоматизации на основе уже известных классических принципов, т.е. происходит распространение скорее вширь, чем вглубь. Наука об управлении не получила необходимого развития, она отстает от потребностей практики»19" 19"[19]. Только в последние годы стали появляться новые фундаментальные направления в теории и технике управления – физическая теория управления, синергетический подход к теории управления, оптимизация систем с прогнозируемой моделью, теория нечетких и нейросетевых систем управления и др. Именно от этих новых направлений в теории и технике управления ждут важных практических приложений.

Изложенное выше свидетельствует в пользу того, что для успешного построения теории управления, адекватной развитию социума и изменению сущности человека, необходимо очертить философские основы управления сложными системами общества и личности. В данной монографии предлагается целостный подход к управлению, который вбирает в себя все ценное, что накоплено в азиатских философских учениях, на которых основаны стратегии управления различными социокультурными процессами и поведением человека, философские принципы западных концепций и теорий управления, математические методы, используемые в разработке моделей управления (методы фрактального исчисления и др.), законы функционирования больших систем иерархического и сетевого типа, специфика культурных систем различных цивилизаций, основные идеи постмодернистской философии, лежащие в основе функционирования экономики информационного общества. Философские основы управления включают в себя ноосферный и семиосферный подходы, фиксирующие разумный характер среды социума (субъект-субъектное управление при учете того факта, согласно которому субъект может быть одновременно и объектом управляющего воздействия) и насыщенность общественной среды значениями, а внутреннего мира человека смыслами, функционирующими в области бессознательного и иррационального. Фундаментальным положением философских основ управления является положение о том, что природа человека (как и окружающего его мира) является единством и взаимодействием порядка и хаоса, что его сущность имеет социокультурный характер и находится в постоянном изменении.

Философские основы управления включают в себя также положение о том, что современное общество носит сложный, нелинейный, многомерный и многоэтажный характер, поэтому весьма плодотворным для анализа проблем управления является модель многослойной конструкции с соответствующей системой деятельности: экономика (экономическая деятельность), политика (политическая деятельность), воспитание (педагогическая деятельность), религия и философия (мировоззренческая деятельность), искусство (художественная деятельность), наука (научная деятельность) и техника (техническая деятельность), между которым существует глубокая взаимосвязь и взаимозависимость. Не менее существенным является положение о том, что человек – основное звено сложно дифференцированного общества, он выступает системообразующим фактором динамично развивающегося социума и культуры и субъектом различных систем деятельности и управления.

На основе всего только что изложенного можно очертить следующий концептуальный каркас в качестве философии управления. Это - многослойная, многоуровневая иерархическая конструкция управления имеет гетерогенный (неоднородный) характер, причем на каждом уровне может использоваться сетевая система связей, при этом в зависимости от конкретных условий целесообразно применять линейный (механистический), нелинейный (органистический), ноосферный, включающий рефлексивный, и семиосферный, темпоральный подходы в качестве основы системы управления социумом и поведение человека. Здесь можно для наглядности использовать модель слоев воды в океане, которому подобно стратифицированное общество. Иными словами, управление аналогично распространению волн (управляющих решений) в неоднородных слоях океана (социума), имеющих колебательную природу (эффективность управления обусловлена наличием социального резонанса). В силу гетерогенного характера общественного континуума на каждом уровне социальной лестницы могут быть эффективно использованы вкрапления механистического, органицистского, синергетического, ноосферного и семиосферного подходов, либо же их комбинация, а также возможно применения принципа взаимодействия уровней – гетерархия, в соответствии с которым ни за одним из уровней не закреплена постоянная роль ведущего и допускается коалиционное объединение высших и низших уровней в единую систему действия. Не менее существенным в философско-методологическом плане является выделение в системе управления средой социума и поведения человека жесткой базовой программы, необходимой для выживания общества и индивида, и мягкой вариабельной программы управления, позволяющей использовать адаптивный потенциал социума и человека в изменяющихся условиях окружающей природной и социальной среды. Необходимо также принимать во внимание особенности индивида, которым гораздо труднее управлять, чем социальной системой. Только в ситуации «выживания» к поведению индивида применима теории физического и технического управления – это первая крайность. Другая - состоит в том, что можно эффективно управлять обществом, когда совокупность «бегающих» элементов (индивидов) объединяются в экономическое, военное, культурное и пр. сообщества. Тогда ими легко управлять посредством параметра порядка, так как последний автоматически подчиняет себе группу (сообщество). Эти две крайности представляют собой ситуации так называемого «критического обострения»; они детально рассмотрены в синергетике. Особого внимания заслуживает управление поведением человека, которое во многих случаях является нерациональным и иррациональным. Ведь человек – особое звено в системе систем: он – системообразующий фактор социальных групп, сообществ и общества в целом и он сам состоит из целого ряда вложенных в друг друга систем организма. Отсюда управление его поведением осуществляется в соответствии с многоэтажной иерархической системой систем, каждый уровень которой имеет свою размерность. И наконец, весьма значимым в философском измерении управления предстают используемые преимущественно на Западе социальное проектирование, планирование будущего состояния социума и на Востоке реализуется потенциал ситуации, когда будущее трудно прогнозировать. Эти два подхода следует комбинировать в силу их комплиментарного (дополнительного) характера, что значительно повышает эффективность управления.

В данной монографии автор анализирует наиболее фундаментальные системы управления в мире общественных животных, чтобы раскрыть генезис управления социумом и человеком, в истории человеческого общества - системы управления в императорском Китае, католической церкви, фашистской Германии и др. Здесь показываются также границы управляемости социумом и индивидом, вытекающие из накладываемых природой жестких ограничений в виде наступающей экологической катастрофы, невычислимого характера деятельности человеческого мозга, неархимедовой природы времени, детерминирующего поведения человека и социальной системы и пр. Автор приносит благодарность за обсуждение целого ряда проблем, связанных с философской основой управления, теории и практики управления член-корреспонденту РАН Ю.А. Жданову, доктору философских наук, профессору Ю.Г. Волкову, доктору философских наук, профессору В.Е. Давидовичу, доктору технических наук, профессору Г.В. Гореловой, доктору технических наук, профессору А.А. Колесникову доктору технических наук, профессору В.И. Кодачигову, профессору, кандидату технических наук В.Е. Ланкину и другим ученым и специалистам в области философии и управления. Особую благодарность автор выражает своему первому другу и критику, своей жене доктору философских наук, профессору В.А. Поликарповой. Данная монография не претендует на исчерпывающее решение такой сложнейшей проблемы современного научного познания, как философия управления. В первом приближении достаточного того, что она отвечает потребности в философском рассмотрении фундаментальных основ теории и практики управления социумом и поведением человека. p>

1. УПРАВЛЕНИЕ В МИРЕ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАСЕКОМЫХ: ФИЛОСОФИЯ СПОНТАННОСТИ p>

В свое время глубочайший знаток человеческой природы Ф.М. Достоевский в своих «Зимних заметках о летних впечатлениях» писал о присущей человеку тяге к воле, о его нежелании жить в сытом, распланированном заранее муравейнике, резюмируя это следующим образом: «Одним словом: далеко еще человеку до муравейника!»спонтанном выражении, признание свободы проявления: феноменологически все выглядит так, будто падающая монета имеет свободу воли и сама принимает решение, как ей упасть – вверх орлом или решкой»21" 21"[21]. Тогда вместо привычной нам цепочки представлений о цели, решении действовать предстает фундаментальная идея спонтанного развития мира, выступающая стержнем философии спонтанности, позволяющей получать максимум эффективности управляющей деятельности только тогда, когда эта деятельность вписана в развитие самого мира.

С позиций трактовки общества как цельного живого организма, нуждающегося в различных способах выживания и функционирования, в науке установлено действие биологических закономерностей на заре человеческого общества: «На самой заре цивилизации человек находил свое место в жизни только на основе личных качеств, поскольку не существовало еще такой технологии общественных отношений, при которой неспособный к делу человек мог бы занимать чужое место. Следовательно, нужно говорить о такой структуре общества, которая наполовину еще биологична и где каждый член социального организма выполняет только ему свойственную от природы функцию. Индийская система варн возникла не на пустом месте; и шумерские, и египетские, и хеттские источники констатируют деление древнейшего общества на четыре основные страты: земледельцы-общинники, ремесленники-торговцы, воины и жрецы»22" 22"[22]. Однако, если рассматривать общество не просто как цельный организм, а как образование еще более высокого уровня, где действует человек, наделенный сознанием (с ним связано целеполагание), то оказывается, что управление социумом и поведением индивида может осуществляться в весьма широком диапазоне, начиная жесткой структурой муравейника или колонии пчел и кончая саморегулирующимся обществом с его максимумом свободы индивида.

Исследование целого ряда ранних государственных образований Древнего Египта, Шумера времен III династии Ура, Спарты, империи инков – через «иезуитский эксперимент» в Парагвае XVII-XVIII вв. – до диктатур XX столетия Муссолини, Гитлера, Франко, Пол Пота и современного формирующегося на Западе сверхобщества или глобального человейника показывает повторяемость социальных структур типа муравейника23" 23"[23]. Отсюда следует предположение о существовании особой, весьма жесткой логики развития такого рода систем, своеобразной матрицы, которая проявляется в разных частях света и в разные времена. Можно утверждать, что в истории человеческого общества просматривается некая глубинная модель, своего рода «кристаллическая решетка», общая и для Шумера, и для западного сверхобщества. Другие дело, что эта глубинная модель представляет собой структуру муравейника, упакованную в символы соответствующего эпохе общества, в том числе и постиндустриального общества.

Поскольку философия управления исходит из существования многоуровневой гетерогенной иерархической системы, чтобы выразить тотальные и частные моменты управления общественной системой, дифференцированной внутри себя, постольку заслуживает внимания анализ природной основы сложного социального поведения животных, общей и для человека, и для общественных животных типа пчел и муравьев. Ведь социальные группы являются устойчивыми надорганизменными системами, обладающими собственным адаптивным потенциалом, причем многие их качества характерны для сверхсложных систем. Эти социальные системы возникли естественным путем и им присущ ряд таких важнейших биологических особенностей, как способность к гомеостазу (самоподдержание своих основных качеств), регенерации (самовосстановление) и самовоспроизводство (размножение). Такого рода сообщества обладают также способностью и к «спонтанному», или эволюционно-адаптивному, совершенствованию. Не углубляясь в проблему идентичности естественных биосоциальных систем у животных и человека, следует иметь в виду то существенное обстоятельство, согласно которому «в природе есть «эволюционные функциональные аналоги» человеку и «человеческому» не только в психической, но и в социальной организации»24" 24"[24].

В науке установлены следующие фундаментальные проявления организации биосоциальных систем:

1) иерархия и доминантность, обеспечивающие в системе организованность информационных потоков, распределение функций и целесообразность действий членов группы в самых различных ситуациях;

2) социотомия – механизм, при помощи которого достигается оптимизация численности группы (примером может служить роение пчел);

3) социальное партнерство, которое представляет собой механизм кооперации особей для достижения тех или иных целей в условиях конкуренции или конфликта внутри сообщества;

4) клубы – организованное социально пространство, необходимое для релаксации и игр членов сообщества.

В нашем плане исследования существенным является именно иерархия, чей генезис у общественных животных является спонтанным: «Группа животных или людей, предоставленных самим себе, самопроизвольно организуется по иерархическому принципу. Это объективный закон природы, которому крайне трудно противостоять. Можно лишь заменить спонтанную, «зоологическую» самосборку на другую, построенную по разумным человеческим законам. Иерархическая организация сообществ, построенная на принципе доминантности, всегда неустойчива и требует информационной поддержки, значительных усилий на поддержание ее целостности»

В этологии (науке о поведении животных) весьма плодотворные результаты в исследовании механизмов ориентации получены благодаря применению методов, которые используются при изучении систем управления в технике. Исследование поведения пчел, муравьев и других насекомых в терминах теории систем управления показывает, что «гипотеза о существовании центральной системы управления оказывается более рациональной, чем гипотеза о существовании специальных механизмов, контролирующих каждый «свою» реакцию менотаксиса»26" 26"[26]. Так, способность к ориентации в терминах теории систем управления позволяет объяснить передачу сообщения медоносной пчелы о местонахождении источника пищи – здесь действует механизм «кругового танца», исполняющего пчелой и тем самым вовлекающих в него других пчел из улья, что способствует увеличению сбора нектара. Следует иметь в виду информационную значимость электрического поля в жизнедеятельности насекомых: «Электрические поля насекомых имеют, по всей видимости, определенное информационное значение в процессе их общения между собой. Так, зарегистрированы электрические поля, генерируемые «танцующей» пчелой, информирующей об источнике пищи»27" 27"[27].

Аналогично получает свое рациональное объяснение случаи переключения от ориентации с помощью одной сенсорной модальности к ориентации посредством другой у муравьев (Myrmica sp.). Движение муравья по горизонтальной плоскости связано с ориентацией по свету, а затем его движение по вертикальной плоскости коррелируется ориентацией по направлению силы тяжести, причем ориентация во втором случае определенным образом соотносится с ориентацией в первом случае. Это означает наличие общего механизма «установки» направления относительно стимулов обеих модальностей, который контролирует эти реакции. Иными словами, имеется в сообществах пчел и муравьев центральная система управления действиями их отдельных особей, причем эта центральная система управления действует в общем, она не детализирует поведения отдельных особей. Следует отметить, что управление жизнедеятельностью насекомых осуществляется не только посредством химической сигнализации, как будет показано ниже, но и электрическим зарядом. В зависимости от знака заряда насекомые притягиваются или отталкиваются друг от друга и от хищников, а также испытывают ускорение во внешнем поле28" 28"[28]. Таким образом, управляющее воздействие в мире насекомых в определенной степени детерминировано закономерностями объективного мира, которые существуют независимо от особей. Ведь элементарный электрический заряд (заряд электрона) является одной из фундаментальных физических констант, определяющих основные свойства вселенной, в том числе и биосферу нашей планеты.

Теперь посмотрим, каким образом осуществляется это централизованное управление, например, в колонии медоносных пчел. Исследования данного процесса обнаруживает в нем следы «давно минувших дней» - остатки доминирования-подчинения, характерные для отношений между царицей и рабочими у шмелей как примитивным эусоциальным видом (здесь социальная организация описывается термином «деспотизм»). Впервые на их наличие обратил внимание известный японский исследователь пчел Ш. Сакагами: «Вот царица с окружающей ее свитой. Она не проявляет никаких признаков агрессивности или доминирования по отношению к пчелам. Но едва царица отложила очередное яйцо и двинулась дальше, как пчелы сразу же расступаются перед ней, матке не приходится расталкивать их! Свита следует за царицей, а когда она опять остановится, вновь окружает ее кольцом. А как ведут себя пчелы в свите? Они стоят головой к матке совсем близко, но все же не прикасаются к ней. Однако время от времени каждая пчела немного придвигается к матке, дотрагивается усиками до ее тела и опять отстраняется. Как похоже на то, что мы наблюдали в гнезде безжалых пчел! Но только знакомые нам элементы поведения доминирования-подчинения проявляются еле заметно»29" 29"[29]. В общем можно считать, что такого рода поведение практически исчезло.

Тогда возникает вопрос об управлении царицей деятельностью улья, или каким образом она осуществляет репродуктивный контроль в семье медоносных пчел? Оказывается для этого используется такое специальное химическое вещество, как феромон. «Животные обладают развитой системой химической сигнализации, при которой выделяемое одним животным вещество (называемое феромоном) вызывает ту или иную реакцию другого животного»30" 30"[30]. Эта управляющая реакция обусловливает соответствующее поведение животного. Известно, что царица медоносных пчел выделяет следующие два феромона: первый - продукт мандибулярных желез, который представляет собою кетодеценовую кислоту; второй феромон выделяет железа Кожевникова, расположенная у матки в основании жала, причем химическая природа его пока не известна. Тем не менее, установлено, что полноценное управление царицей поведением пчел возможно только при одновременном воздействии этого феромона и кетодеценовой кислоты.

Царские феромоны посредством воздействия на рабочих пчел позволяют осуществлять все известные исследователям формы репродуктивного контроля, а именно: они поддерживают бесплодие пчел и стимулируют добывание корма, строительство, выкармливание личинок и все прочие виды деятельности рабочих. Если из улья убрать матку, то уже через полчаса поведение пчел резко изменяется: снижается фуражировочная активность, пчелы становятся более агрессивными, менее организованными и бездеятельными. Затем по происшествии нескольких часов они начинают переделывать некоторые ячейки в маточники и выращивать новых маток на смену утраченной. Таким образом, присутствие матки препятствовало выведению новых, что представляет собою еще одну форму репродуктивного контроля.

Через два-три дня в безматочной семье обнаруживаются небольшое количество откладывающих яйца пчел – так называемых трутовки, ибо из их неоплодотворенных яиц развиваются только трутни. В это время наблюдается слабая агрессивность между рабочими пчелами; особенно враждебно относятся они к трутовкам, нередко даже убивая их. Эта вспышка агрессивных столкновений в пчелиной семье обусловлена исчезновением царицы, т.е. поведение членов пчелиного сообщества оказывается неуправляемым. Однако, независимо от судьбы трутовок их появление полезно, так как они дают жизнь трутням, без которых невозможно оплодотворение молодой матки.

Каким же образом до каждой из десятков тысяч пчел улья доходит управляющий сигнал о том, что матка на месте? «Раньше считали, что пчелы свиты поглощают феромоны царицы и передают их другим пчелам при кормовом обмене. Но пчелы довольно редко облизывают царицу, чаще просто прикасаются к ней усиками. Теперь установлено, что феромоны царицы находятся на всей поверхности ее тела. Время от времени царица чистится: протягивает усики и ножки сквозь челюсти, потирает ножки друг о друга, проводит ими по голове, груди и брюшку. При этом феромон из мандибулярных желез распространяется по ее телу. Кроме того, феромоны царицы являются поверхностно-активными веществами и легко растекаются по ее кутикуле. Когда пчела прикасается к матке усиками, феромоны попадают на них и на другие части тела»31" 31"[31].

Окружающие царицу пчелы ведут себя очень следующим довольно необычным образом. После того, как пчела пробудет некоторое время в свите, она уходит и в процессе быстрого перемещения по сотам вступает в контакты с другими особями. Подобная повышенная коммуникация продолжается около получаса, а потом поведение приходит в норму. Этих покидающих свиту пчел называют «посыльные», чья задача состоит в распространении феромона царицы. Посыльные несут на усиках и теле феромоны матки, и встречающиеся с ними пчелы получают сигнал о том, что «матка на месте, все в порядке». Наблюдения свидетельствуют, что и сама царица ведет довольно подвижный образ жизни, регулярно появляясь на всех сотах. Такое ее поведение вместе с деятельностью посыльных обеспечивает управление деятельностью пчелиной семьи - каждая пчела в семье почти постоянно ощущает запах царицы, хотя и не встречается с ней непосредственно.

Исследование эволюции репродуктивного контроля царицы на конкретных примерах, начиная с примитивного эусоциального вида диаликтус зефирус и заканчивая медоносной пчелой в качестве одной из вершин эволюции социального поведения среди насекомых, показывает следующее: «Мы видели, что при возникновении эусоциальности разделение на касты обычно основано на доминировании самки-матери, которая с помощью «грубой физической силы» подавляет стремление потомков к размножению и заставляет их быть рабочими. У общественных насекомых, находящихся на промежуточных ступенях эволюции эусоциальности, иерархия доминирования-подчинения создает стабильную социальную структуру, обеспечивает организованность и служит базой для разделения функций. Но у этих насекомых уже появляется вторая форма репродуктивного контроля-посредством царского феромона, - получающая преобладающее развитие у наиболее высокоорганизованных эусоциальных насекомых. Можно сказать, что в процессе эволюции грубые формы тирании сменяются «деликатным деспотизмом», когда при полном отсутствии внешней враждебности рабочие подвергаются «химической стерилизации»32" 32" title="">[32].

В такой «завуалированной» форме подобное управление в виде репродуктивного контроля царицы поведения членов колонии развит и у муравьев. Известно, что еще в 1874 г. швейцарский мирмеколог О. Форель установил факт откладывания яйца, из которых выходят только самцы, лишенных царицы рабочими муравьями. В дальнейшем подавление царицей плодовитости рабочих было обнаружено у множества видов муравьев. Более того, в последние десятилетия выяснилось, что по крайней мере у некоторых из них ситуация еще сложнее: в присутствии царицы рабочие все-таки откладывают яйца, но это яйца кормовые, идущие в пищу личинкам и царице. Таким образом, царица не только препятствует плодовитости рабочих, но и принуждает их откладывать вместо нормальных яиц кормовые. Сейчас это доказано уже для муравьев родов мирмика, плагиолепис, тапинома, иридомирмекс, атта, экофилла и др. Просматривается аналогия с безжалыми пчелами, чьи рабочие тоже откладывают в присутствии царицы только кормовые яйца. Интересно, что недавно появившиеся из куколок мирмики не реагируют на царицу и откладывают нормальные плодовитые яйца, а когда взрослеют, то переходят на откладку кормовых.

Рабочие многих примитивных понерин способны спариваться, но не делают этого, пока в гнезде есть плодовитая царица. Когда из гнезда австралийского муравья ритидопонера металлика царицу удалили, среди рабочих начались стычки и попытки к спариванию, такая ситуация весьма напоминает поведение пчел-галиктов. Репродуктивный контроль царицы муравьев проявляется и в стимулировании активности рабочих. Давно известно, что рабочие без царицы часто пассивны, хуже ухаживают за личинками, не столь агрессивно реагируют на врагов и посторонних муравьев; у них меньше выражено стремление собираться в гнезде группами - нередко они разбредаются, не обращая внимания друг на друга и забрасывая личинок. Царица играет у муравьев, как и у других общественных насекомых, роль организующего, управляющего начала.

На основании целого ряда исследований управления царицей деятельностью муравейника советский ученый В.Е. Кипятков делает следующее резюме: «Теперь почти ни у кого уже не вызывает сомнения, что репродуктивный контроль царицы муравьев полностью или в значительной степени обусловлен специальным феромоном. Но пока ни у одного вида этот феромон не выделен и его химическая природа не известна. Мы располагаем только экспериментальными доказательствами того, что феромон есть и находится на теле царицы. Когда цариц муравьев плагиолепис и мономориум ежедневно «купали» в ацетоне, они утрачивали влияние на рабочих, хотя во всех других отношениях их поведение оставалось нормальным и яйца они откладывали. Феромон цариц многих видов очень устойчив. Например, высохший труп царицы муравьев-портных шесть месяцев продолжает «побуждать» рабочих к откладке кормовых яиц! О способах распространения феромона царицы в гнезде муравьев мы пока тоже знаем немного. У мирмик воздействие царицы не передается, так сказать, «через вторые руки», т. е. через муравьев, контактировавших с ней. Каждый рабочий должен сам периодически встречаться с царицей, чтобы ощущать ее влияние. А вот у огненного муравья доказана возможность опосредованной передачи феромона»33" 33"[33].

Этологией установлен в ходе специальных наблюдений факт существования следов доминирования-подчинения у муравьев, выраженного в виде линейной иерархии, например, среди цариц в полигинной колонии рыжей мирмики. Доминирующие царицы обычно располагаются каждая в своей камере на пакетах с яйцами и молодыми личинками. Подчиненные царицы, напротив, все время слоняются по гнезду. Когда такая царица забредет в камеру к доминирующей, между ними происходит стычка с толчками и укусами. При этом доминирующая царица приподнимается над подчиненной и постукивает ее передними ногами и усиками, в итоге подчиненная царица всегда ретируется. «Наконец, иерархия была обнаружена и среди рабочих муравьев. В небольшой семье муравья-рабовладельца харпагоксенуса американского, состоящей из царицы, двух десятков рабочих харпагоксенуса и около сотни рабов-муравьев рода лептоторакс, американцы Н. Фрэнке и Е. Сковелл выявили линейную иерархию среди хозяев гнезда. Наивысший ранг имеет царица, а все рабочие занимают определенные ранги ниже ее. При встрече более старший муравей приподнимается на передних ножках и начинает барабанить усиками по голове и груди подчиненного, а тот прижимается к земле, принимая позу смирения. Иногда при сильнее выраженной агрессивности доминирующий муравей даже становится передними ногами на голову или грудь подчиненного. Чем выше ранг муравья-рабовладельца, тем чаще ему перепадает пища от рабов. Царице же достается поистине «львиная доля». Полученной от рабов пищей рабовладельцы между собой не делятся, но царицу кормят, причем тем чаще, чем выше их иерархическое положение. Царица хорошо осведомлена о месте своих подчиненных в «табеле о рангах» и выпрашивает корм преимущественно у муравьев более старших рангов»34" 34"[34].

Возникновение эусоциальности знаменуется разделением насекомых в колонии на касты - плодовитую и бесплодную. Первоначально различия между ними затрагивают только функцию размножения, однако по мере углубления и совершенствования разделения функций появляются и усиливаются различия в строении тела между насекомыми разных каст вплоть до полного кастового диморфизма. «В эволюции происходит постепенная специализация плодовитой касты: функции цариц мало-помалу ограничиваются размножением и выделением феромонов, управляющих поведением рабочих. Такую эволюционную тенденцию можно проследить почти в любой группе общественных насекомых»возрастная функциональная специализация плодовитой касты. Это же явление характерно для термитов и в меньшей степени для ос и шмелей»36" 36"[36].

Исследования свидетельствуют о том, что на основе первоначального разделения функций между двумя кастами в эволюции появляются и углубляются поведенческие и морфологические различия между ними, насекомые разных каст становятся все более непохожими друг на друга. «Это приводит к возникновению так называемого социального полиморфизма, т. е. наличию в колонии морфологически четко различающихся особей. У множества общественных насекомых он сводится к кастовому диморфизму. Но нередко полиморфизм приобретает более сложный характер, поскольку морфологически разные формы появляются в пределах одной касты»37" 37"[37].

Разделение труда, или функций, у общественных насекомых фиксируется категорией «полиэтизм», например, различие в поведении цариц и рабочих - это кастовый полиэтизм. Однако формы разделения труда между насекомыми бесплодной касты гораздо разнообразнее, что дает возможность выделить так называемые полиэтические, или функциональные, группы, хорошо различающиеся по «обязанностям» в гнезде и вне его. Например, среди рабочих муравья-понерины эктатомма руидум исследователи выделяют пять функциональных групп: муравьи-няньки, посвящающие значительное время уходу за личинками; няньки, ухаживающие в основном за куколками; малоактивные муравьи, являющиеся резервом рабочей силы; рабочие-сторожа, специализирующиеся на охране гнезда; и рабочие-фуражиры. Поведение каждого муравья (а все они имели индивидуальные метки) было стабильным и четко укладывалось в рамки этих полиэтических групп.

Разделение труда у общественных насекомых может проявляться в двух формах. «Первая - это расчленение задач, когда весь «трудовой процесс» разделен на ряд операций, которые выполняют последовательно разные насекомые, но рабочие при этом равноценны и в то или иное время могут быть заняты любой операцией»38" 38" title="">[38]. Например, весь процесс сооружения ячейки и снабжения ее провизией разделен у пчел-галиктов на ряд этапов. При этом одни пчелы строят ячейку, другие приносят пыльцу и нектар, третьи оформляют пыльцевой хлебец. Однако каждая пчела регулярно меняет род своей деятельности: она то вылетает за кормом, то становится «землекопом», то «булочником», изготавливающим хлебцы. Таким образом, разделение труда существует, однако любая пчела остается мастером на все руки. Именно данная форма организации работ у общественных насекомых является весьма распространенной.

Вторая форма разделения труда - функциональная специализация, когда группы насекомых выполняют лишь вполне определенный набор операций. Функциональная специализация, конечно, невозможна без расчленения задач, но последнее само по себе не предполагает обязательной функциональной специализации насекомых. Выполнение рабочим определенных функций может иметь различную продолжительность - от нескольких дней до многих недель и месяцев - и даже бывает пожизненным39" 39"[39].

Исследования показывают, что основой подобной специализации служат три типа полиэтизма рабочих особей

В связи с этим возникает вопрос о том, какие внутренние свойства насекомого обусловливают предпочтение им той или иной работы? И хотя это до сих пор не выяснено наукой, однако накопленные ею данные свидетельствуют в пользу утверждения, согласно которому насекомые даже одной семьи не являются одинаковыми по психофизиологическим свойствам. Это значит, что каждое из них, подобно человеческим индивидам, обладает собственным «характером» и даже имеет определенные «вкусы». Одни агрессивны и смелы, склонны обследовать незнакомые предметы, другие, напротив, робки и миролюбивы, в непривычной обстановке пугаются и прячутся, причем эти качества не только изменяются с возрастом, но даже у одновозрастных насекомых они могут различаться. «Исходя из представлений современной генетики и этологии, можно полагать, что «характер» насекомого в значительной мере определяется его наследственностью, является врожденным, но на него обязательно влияют и внешние обстоятельства»42" 42"[42]. Не исключено, что постоянно выполняемая работа модифицирует некоторые психофизиологические качества насекомого.

Заслуживает внимания то обстоятельство, согласно которому все большее разделение труда в среде общественных насекомых, влекущее за собой усложнение социальной организации, детерминация касты происходит на все более ранних этапах жизни особи

В колониях общественных насекомых централизованное управление органически связано с определенной социальной структурой - системой взаимоотношений между отдельными насекомыми и их группами. Именно такую организованность Аристотель и более поздние ученые усматривали в колонии насекомых, когда именовали ее «государством»

При увеличении числа насекомых в колонии до нескольких сотен и тысяч взаимодействие каждого с каждым становится физически невозможным, многие рабочие в такой колонии в течение всей жизни никогда не встречаются друг с другом. «И тогда колония подразделяется на ряд тесно связанных группировок насекомых - возникает структура на уровне групп особей. Каждая такая группа по структуре соответствует клану, и насекомые в ней - хорошие знакомые. Но членов соседних групп они индивидуально узнают не всех и не всегда. Нечто сходное можно увидеть и во взаимоотношениях людей»

Усложнение социальной структуры общественных насекомых влечет за собой многоклановый характер колонии, благодаря чему достигается достаточно рациональное «размещение производительных сил» в гнезде и обеспечивается более или менее равномерная эксплуатация кормового участка. Каждый муравей при этом связан с определенной частью гнезда и отлично ее знает, а фуражиры работают в основном в своем секторе и редко бывают в соседних. Многоклановая структура возникает в случае превышения численности взрослых насекомых в гнезде превышает несколько сотен (у муравьев обычно около 300). При увеличении численности насекомых в колонии обитание в единственном гнезде становится все более нерациональным. Действительно, чтобы собрать нужное количество пищи, рабочие вынуждены уходить все дальше от гнезда, расширяя кормовой участок. Но сверхдальние походы отнимают слишком много времени и сил. И тогда колония прибегает к полидомности - обитанию в нескольких гнездах, что позволяет рассредоточить население и эффективнее использовать значительно большие кормовые угодья.

В условиях особенно острой территориальной конкуренции несколько расположенных рядом полидомных колоний могут объединиться в федерацию. «Породнение» происходит путем организации обменов через промежуточные почки. Сначала муравьи двух соседних материнских муравейников сооружают две такие почки поблизости. Они приносят расплод в свои почки, а оттуда его забирают муравьи соседней колонии. Но вскоре обе почки сливаются в одно буферное гнездо, через которое в дальнейшем и идут все обмены. Буферные гнезда постоянные, но функционируют только летом. Они выполняют, так сказать, «федеральные функции», связывают между собой «государства» - колонии муравьев. Благодаря им происходит эстафетный обмен между материнскими гнездами разных колоний. В обменных операциях участвуют десятки тысяч муравьев-носильщиков, живущих в буферных гнездах. Система связей между муравейниками в федерации уже не радиальная, а эстафетно-сетевая. Обмены в федерациях совершаются в 3-4 раза интенсивнее, чем в обычных полидомных колониях, что приводит к еще большей однородности населения соседних гнезд и взаимосвязанности системы в целом. Исчезают охраняемые отдельными гнездами территории, федерация имеет общую территорию… Федерация очень стабильная система. Однажды включенные в нее муравейники уже никогда не становятся самостоятельными»47" 47"[47].

Особенно внушительных размеров могут достигать федерации муравьев рода формика, которые часто называют суперколониями. В горных лесах Швейцарии найдена такая суперколония волосистого лесного муравья, состоящая из примерно 1200 гнезд и занимающая площадь в 70 га. Но рекорд принадлежит виду формика йессензис - японскому родственнику красноголового муравья. На прибрежных лугах Хоккайдо исследована федерация этого вида, состоящая из 45 тыс. гнезд и занимающая площадь почти в 3 км2. Подсчитано, что в столь гигантской федерации обитает около 300 млн. рабочих и больше миллиона цариц. Перед нами единая система гнезд, связанных обменными дорогами и имеющих общую территорию, т.е. это – панмуравейник.

«В отличие от диффузной полидомности, - отмечает В.Е. Кипятков, - для федерации характерны устойчивость и жесткость не только всей системы в целом, но и отдельных ее элементов. Муравейники в федерации в течение десятков лет находятся на одних и тех же местах, столь же стабильны дорожная сеть и система фуражировочных участков. Если какое-нибудь гнездо разрушить, муравьи почти молниеносно восстановят его в той же точке. Федерация ревниво оберегает незыблемость своей структуры. Федерации и суперколонии являются выражением совершенно иной по сравнению с диффузной полидомностью жизненной стратегии. Создающие их виды приспосабливаются таким образом к стабильным длительное время экологическим условиям. Подходящие для их жизни местообитания встречаются в природе не так часто. Поэтому если вид попал на пригодный участок, очень важно полностью заселить и использовать территорию. И муравьи успешно справляются с такой задачей Создавая федерацию, они достигают наивысшей в данных условиях плотности поселения… Федерация вытесняет со своей территории все виды муравьев-конкурентов, оставл

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Философия управления". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание
опытному автору»


Просмотров: 849

Другие дипломные работы по специальности "Менеджмент":

Особенности принятия стратегических решений на предприятии в условиях риска и неопределенности (на примере ООО «Тамила+»)

Смотреть работу >>

Совершенствование процесса принятия стратегических решений

Смотреть работу >>

Анализ процесса принятия стратегических решений

Смотреть работу >>

Особенности принятия стратегических решений на предприятии в условиях риска и неопределенности

Смотреть работу >>

Мероприятия по совершенствованию деятельности предприятия

Смотреть работу >>