Дипломная работа на тему "Сравнительный анализ крестьянского движения в 1920-1921 гг. на основе материалов Саратовской и Тамбовской губерний"

ГлавнаяИстория → Сравнительный анализ крестьянского движения в 1920-1921 гг. на основе материалов Саратовской и Тамбовской губерний




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Сравнительный анализ крестьянского движения в 1920-1921 гг. на основе материалов Саратовской и Тамбовской губерний":


Содержание

Введение

Глава 1.Положение и борьба за свои права крестьянства Саратовской и   Тамбовской губернии в дореволюционный период

Глава 2.Причины, предпосылки, размах крестьянского движения в 1920-1921гг. в Саратовской и Тамбовской губерниях и военные организации повстанцев

2.1.Причины и предпосылки возникновения крестьянского движения в 1920-1921гг

2.2.Размах крестьянского движения и военная организация  повстанцев

Глава 3.Программы, политическая организация, лидеры и тактика  ликвидации восстаний

3.1.Программы повстанцев

3.2.Крестьянские лидеры

3.3.Политическая организация

3.4.Тактика ликвидации крестьянского движения в Тамбовской и Саратовской губернии

Заключение

Список источников и литературы

Введение

В  1920 г. Советская Россия находилась в весьма тяжелом положении. Республика испытывала топливный кризис, промышленное производство приближалось к мертвой точке, транспорт являлся самой разрушенной отраслью народного хозяйства. Голодающий Центр, не имевший крепких связей с Сибирью и Украиной, был вынужден дать непосильную норму продразверстки Саратовской и Тамбовской губерниям. Данные губернии пострадали от засухи и не могли выполнить установленную норму. Как следствие, в Саратовской и в Тамбовской губерниях вспыхнули крестьянские восстания. Антоновский мятеж в Тамбовской губернии имел общероссийский резонанс. По стране на рубеже 1920-1921гг прокатилась волна крестьянских восстаний: в Западной Сибири, на Северном Кавказе, Украине, Белоруссии, Карелии, Поволжье. Крестьянское движение во многом повлияло на отказ власти от политики «военного коммунизма». Однако крестьянское движение во многих регионах имело свои особенности и свою специфику. Не смотря на пристальный интерес к крестьянскому движению в 1920-1921гг, в исторической науке отсутствуют работы, посвященные сравнительному региональному анализу крестьянского движения в 1920-1921гг. Данные губернии относятся к разным географическим регионам – Центральное Черноземье и Нижнее Поволжье. Если материалы по крестьянскому движению Саратовской губернии имеют фрагментарный характер, то благодаря усилиям В.П. Данилова и Т.Шанина по крестьянскому движению в Тамбовской губернии имеется неплохая база источников.

Изучение проблем крестьянского движения началось еще в 1920-е гг. В1922-1923гг вышло  в свет несколько брошюр и журнальных статей, авторы которых, непосредственные организаторы и участники подавления антоновского мятежа, попытались дать ретроспективный анализ и оценку самых различных сторон и аспектов «антоновщины»: ее причин, целей, движущих сил, времени и места возникновения. Большой интерес представляют статьи Б. Леонидова, Н.Е. Какурина, К.В. Бриммера. В начале 1923г Тамбовским губистпартом был выпущен не утративший своей научной ценности до наших дней сборник под названием «Антоновщина». До 1935г из печати вышли лишь три работы М. Тухачевского, В. Макерова, Е.С. Шейдемана, полностью или в значительной степени посвященные истории восстания. В 1928г в Саратове вышел труд Е. Васиной «Бандитизм в Саратовской губернии», а в 1934г – работа Р. Таубина «Разгром кулацкого мятежа Сапожкова». В изучении крестьянского движения для ее первых историков был важен военный аспект темы.

В 1940-е г. появляются две научные работы Г.М. Михалева. В них автор дает довольно подробный анализ социально-экономического положения Советской России. Заметное место занимает работа Г.М. Михалева «Разгром кулацко-эссеровского мятежа в Тамбовской губернии». Каркас концепции образуют  четыре основных положения. Первое: антоновщина – антисоветский мятеж, возглавлявшийся эсерами, принявший форму политического бандитизма. Второе – это кулацкое по классовой сути движение, в которое обманом и силой была втянута часть трудового крестьянства. Третье: решающую роль  в ликвидации мятежа сыграл переход от продразверстки к продналогу. Четвертое: неправомерные действия партийных, советских и военных работников объяснялись их неопытностью, а иногда и сознательными происками врагов, пробравшихся в органы советской власти с целью их дискриминации. Данные положения были применены и к крестьянским восстаниям в Поволжье в 1920-1921гг.

В 1956г Н.Н. Калашников защитил диссертацию на тему «Борьба Коммунистической партии за укрепление союза рабочего класса и трудящегося крестьянства в восстановительный период (1921-1925гг). По материалам бывшей Саратовской губернии». В 1958г тамбовские историки В.В. Шпаковский и Н.А. Окатова попытались рассмотреть весьма важный для понимания событий на Тамбовщине в 1920-1921гг вопрос о политике РКП(б) и ее тамбовской губернской организации по отношению к крестьянству. Заметной вехой в историографии крестьянского движения 1920-1921гг явилась работа И.Я. Трифонова, который проанализировал историю подавления антисоветских крестьянских восстаний в масштабе всей страны во время перехода к НЭПу и на начальном его этапе. Им было введено в научный оборот большое количество нового, преимущественно архивного, материала. Историк И.П. Донков в своих трудах показал роль В.И. Ленина, РКП(б), ее центральных и местных органов в подавлении «антоновщины».

Из появившихся  в течение 1970-1980гг. работ, посвященных крестьянскому движению 1920-1921гг., следует отметить исследования Д.Л. Голинкова, Ю.А. Щетинова, А.Я. Переверзева. Работы посвящены проблемам  участия правых и левых эсеров в организации крестьянских восстаний; деятельности  Коммунистической партии в 1917-1921гг.

В  1987-1991гг. публикуются статьи В.В. Самошкина, С.А.Павлюченкова, Д.Фельдмана, посвященные Антоновскому мятежу.

 С.А. Павлюченков исследовал причины восстания, военную организацию повстанцев, переход к НЭПу и его влияние на крестьянство. В.В.Самошкин внес большой вклад в изучение предпосылок восстания – именно он определил количество дезертиров в Тамбовской губернии и трех юго-восточных уездов к началу мятежа в 1920г. Д. Фельдман уделил внимание в своей статье военным методам ликвидации восстания. В.В. Самошкин поставил под сомнение тезис о кулацко-эсеровском мятеже в Тамбовской губернии в этот период, а С.А. Павлюченков и Д. Фельдман исследуют данные события как крестьянское восстание, а не мятеж, где одной из главных движущих сил являлись кулаки. Тем не менее, интерес возник только к событиям в Тамбовской губернии, а крестьянское движение в Саратовской губернии в 1920-1921гг. не привлекло к себе внимание исследователей.

Период 1990-х гг. является наиболее плодотворным в изучении крестьянского движения в 1920-1921гг. Статьи В.П. Данилова, В.Л. Дьячкова, С.А.Есикова, В.В.Канищева, В.В.Самошкина, Д. Сельцера, Л.Г. Протасова позволили по-другому взглянуть на тамбовские события в 1920-1921гг, историк-крестьяновед В.В.Кондрашин занимается проблемами крестьянского движения в 1920-1921гг в Поволжье. В центре внимания работ – проблема участия ЦК ПСР и Тамбовских эсеров в организации восстаний, структура и функционирование антоновских СТК,  биография А.С. Антонова и его роль в восстании, злоупотребления местной власти и перегибы в продразверстке, влияние крестьянских восстаний на переход к НЭПу, репрессивные и военные методы подавления восстаний, количество дезертиров в Поволжье.

 В 1994г. вышел сборник документов под редакцией В.П.Данилова «Крестьянское восстание в Тамбовской губернии: в 1919-1921гг «Антоновщина»: Документы и материалы. Ценность сборника заключается  в наличии значительного количества документов повстанцев, что позволяет проследить динамику крестьянского движения и уровень политической и военной организации антоновцев. В 1994г. в журнале «Родина» благодаря П. Аптекарю появилась публикация документов о подавлении восстания на Тамбовщине с помощью химического оружия. Представляют интерес мемуары В.М. Чернова «Перед бурей», в которых есть материал не только о деятельности лидера правых сил в Тамбовской губернии, но и информация о функционировании народнических кружков в конце XIX в. и о знакомстве Чернова и Слетова. В 1996г. появился трехтомный сборник документов «Партия социалистов-революционеров», в котором есть материалы по проблеме участия ЦК ПСР в организации антисоветских восстаний. В 1998г. вышел сборник документов под редакцией А.Я. Лившина и И.Б. Орлова «Письма во власть: 1917-1927гг».

 В 2000-е гг. исследовательская работа перетекает в издание сборников документов. В 2005г появилась монография В.В.Самошкина «Антоновское восстание». Главное достоинство исследования – огромный фактологический материал. Усилиями историка-крестьяноведа В. Данилова и социолога Т.Шанина возникла серия сборников документов по крестьянскому движению «Крестьянская революция в России. 1902-1922гг». Наиболее значительны и представляют интерес сборники документов «Крестьянское движение в Поволжье. 1919-1922гг: Документы и материалы», «Крестьянское движение в Тамбовской губернии, 1917-1918гг». В 2000г. вышел в свет сборник документов «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД» в 4-х томах. В 2001г. под редакцией С.С. Крюковой появился в печати сборник документов «Крестьянские истории: российская деревня 1920-х гг. в письмах и документах», в котором содержатся интересные материалы, повествующие о социально-экономических последствиях Антоновского мятежа для тамбовской деревни. В данных сборниках большинство документов публикуется впервые. Сборники документов серии «Крестьянская революция в России. 1902-1922гг.» являются научной тематической комплексной публикацией документов.

Зарубежная историография  не богата идеями и работами. Наиболее известна книга американского историка  О. Рэдки, но ее достоинства приходится оценивать   сдержанно: автор изображает столкновение «добра» и «зла», нехватку исторической конкретики возмещает героизацией крестьянской стихии. Образцом научной объективности  является статья С. Сингльтона, в которой использованы  воспоминания бывшего «антоновца» М. Фомичева  (Лидина). Ряд высказанных автором положений и оценок, прежде всего об отношении ПСР к «антоновщине», заслуживает признания или внимания, благодаря своей  аргументированности и оригинальности. Представляет интерес монография О. Файджеса «Крестьянская  Россия, гражданская война. Деревня Поволжья в годы революции (1917-1921гг.)», в которой уделено большое внимание проблеме крестьянского движения.

Круг источников для изучения крестьянского движения в Саратовской и Тамбовской губерниях в 1920-1921гг разнообразен. Во-первых, это коллективные и персональные крестьянские документы. К коллективным можно отнести постановления и наказы общего собрания граждан села, волости. К персональным относятся обращения крестьян в органы местной власти – уездной или губернской, а также есть обращения к В.И. Ленину, М.И. Калинину, в Президиум ВЧК, ВЦИК. Вторым видом источников являются декларации, программы, воззвания, приказы, листовки повстанческих армий и отрядов. Третий вид источников – документы местной власти. В свою очередь материалы подразделяются на партийные и советские с подразделениями на губернские, уездные и волостные; самостоятельные группы составляют материалы местных продовольственных, милицейских, чрезвычайных и военных органов власти. Другой вид источников – документы Центральной власти. Она представлена отдельными документами ЦК РКП(б), СНК, Наркомата внутренних дел, Наркомата продовольствия, а также самостоятельными группами материалов силовых структур власти: армейских органов, войск ВОХР/ВНУС и органов ВЧК. В-пятых документы партий социалистов-революционеров. В-шестых, воспоминания и мемуары красных командиров, подавлявших восстания, революционеров.

База  источников для изучения крестьянского движения широка и колоритна, что вызвало интерес исследователей к данным проблемам.

Моя работа основывается на общих методологических принципах (объективность, историзм, комплексность) и аналитических методах, широко применяемых в общественных науках: анализ и синтез, сравнение, обобщение и др.

Целью данной работы  является  сравнительный анализ крестьянского движения  в Саратовской и  в  Тамбовской   губерниях в 1920-1921гг., на основе которого  выявляются региональные особенности.

Для ее решения необходимо решить следующие  задачи: во-первых, проанализировать причины, предпосылки и размах крестьянского движения 1920-1921гг.;во–вторых, исследовать программы, организацию, классификацию лидеров, тактику ликвидации крестьянского движения.

Поставленные цель и задачи предопределили структуру  работы. Она состоит из введения, двух глав  и заключения.

Глава I. Причины, предпосылки, размах крестьянского движения в 1920 – 1921 гг. в Саратовской и Тамбовской губерниях и военная организация повстанцев.

1.1. Положение и борьба за свои права  крестьянства Саратовской и Тамбовской губерний в дореволюционный период.

Саратовская и Тамбовская  губернии являлись аграрными, чисто крестьянскими губерниями.

В Тамбовской губернии в начале XX века около 92% населения составляли крестьяне. В конце  XIX века население Саратовской губернии составляло 1,6-1,8 млн. человек, но только  около 200 тысяч являлись горожанами, а остальные происходили из крестьян. В начале  XX века соотношение городского населения и крестьян не изменилось. В Саратовской и Тамбовской губернии  промышленность была развита слабо.  В Саратовской губернии  рабочий класс насчитывал только 1,6 % от всего населения. Обе губернии являлись зерновыми житницами России, поэтому многие проблемы в аграрном секторе отражались здесь наиболее остро и ярко. Историк Б.Н. Миронов  пишет: « В результате  к 1901году избыток рабочей силы в деревне достиг 23 млн. К 1914 году 32 млн., что составило 52 и 56 % от всего наличного числа работников в деревне».

Демографический подъем до предела обострил проблему аграрного перенаселения Тамбовской губернии. По некоторым подсчетам, уже в 1890 г. свыше 40% сельского населения оказалось «лишним». Власти пытались изменить ситуацию, организуя переселение крестьянства в  восточные регионы страны с большими земельными ресурсами. Однако миграционные процессы не смягчили остроту демографической ситуации. К 1897г. из губернии выехало 260 тысяч сельских жителей, почти десятая часть населения  Тамбовщины на тот момент. В 1906-1914гг. из Тамбовской губернии выехало примерно 100 тыс. крестьян (около 3% населения края), что явно не могло смягчить напряженность земельного вопроса на Тамбовщине. Она, напротив, нарастала ввиду того, что естественный прирост населения региона перекрывал механическое миграционное  движение. Только в одном 1912 г.  превышение  рождаемости над смертностью  в Тамбовской губернии составило 100 тыс. человек, т.е. равнялось числу всех  переселенцев из губернии за период cтолыпинской  реформы. Миграция крестьянства за пределы губернии во многом была связана с тем,  что тамбовские города, которые до начала ХХ в. оставались,  главным образом,   административными центрами и не могли принять сколько - нибудь  значительное  количество сельского населения.

В первое двадцатилетие после реформы 1861г. на Тамбовщине усиленно  распахивались целинные и залежные земли, вырубались леса, засыпались овраги. Удельный вес пашни стал приближаться  к запредельному показателю в 80%, сводя до минимума территории под лесами и кормовыми угодьями. По мнению аграрников (А.А.Кауфман,  А.В. Чаянов и др.) для рационального  трехпольного хозяйства необходима площадь  лугов и выгонов, по крайней мере, равная пахотной. В Тамбовской же губернии к началу ХХ в. пашни  было в 9 раз больше, чем пастбищных  угодий. Ухудшение экологического  положения губернии, его влияние на экономику и жизненный  уровень тамбовского крестьянства  быстро заметили современники. Так, в отчете сенатора Мордвинова, ревизовавшего Тамбовскую губернию в 1870г., отмечались явные  признаки уменьшения крестьянского  благосостояния, связанные с истощением   плодородности земли, вследствие беспорядочной и хищнической ее обработки, уменьшением количества рабочего скота.

Н.П. Огановский писал, что при трехпольной системе земледелия, населению становится тесно при густоте в 40 человек на кв.версту. Для Тамбовской губернии, находившейся большей частью в черноземной полосе, эту цифру  он поднимал до 50-55 человек. Уже к 1880г. губерния перешагнула этот рубеж. А в 1917г. плотность населения  на крестьянских землях была почти вдвое выше нормы. Необходимо учитывать и такой «жизненный» показатель, как людность  населенных  пунктов. Она, на наш взгляд,  во многом объясняет  естественно-исторические предпосылки  повышенной социально- политической  активности  крестьян определенных районов Тамбовской губернии в период крестьянской революции – Борисоглебского уезда и степных частей Тамбовского, Кирсановского и Козловского уездов. В первом из них средняя людность населенных пунктов в начале ХХв. Перевалила за 1000 человек. В Тамбовском, Кирсановском и Козловском уездах в среднем она находилась на общегубернском уровне 700-800 человек.

Разрядка людской напряженности в степных  районах ограничивалась трудностями переселения из больших  приречных сел на сухие  плакорные пространства, где требовались громадные средства для строительства прудов, колодцев, скважин, лесонасаждений и т.п.

В лесостепных и степных уездах  уменьшение наделов происходило резко, экстенсивная традиция  хозяйствования преодолевалась очень мало,  отхода почти не было, в целом острота демографического и экологического кризисов была выше, что и подталкивало крестьянство «сидячих» районов  к решительной борьбе  за недостающие  природные ресурсы. Во всех наиболее крупных вспышках аграрно-крестьянской революции  первых десятилетий  ХХв. неизменно,  наиболее активными были крестьяне Борисоглебского Кирсановского, Козловского  и Тамбовского уездов.

Видный историк – крестьяновед  А.И. Анфимов пишет  о грубой  эксплуатации крестьян помещиками  в Саратовской и Тамбовской  губерниях.

  Даже землевладение  крупных капиталистов, из которых многие покупали землю, становясь одновременно и помещиками, далеко не всегда можно относить к категории капиталистической  собственности. Так, крестьяне села Лаврово Тамбовского уезда в ходатайстве на «высочайшее имя»  жаловались на то, что известный банкир  Л.С. Поляков «откупил у наших двух смежных  крепостных господ землю: у господина Воейкова  и Ознодишина… 3000 десятин земли, в настоящее время торгует землей за одну  десятину 25 рублей на 1 посев, таковую сумму деньгами не принимает, а приходится каждому семейству зарабатывать полевой работой  за дешевую плату;  расходу для сельского скота совсем не позволяется».

В начале ХХв. В Тамбовской губернии  отработочная система преобладала над капиталистической. За 30 лет (1864-1894гг.) плата крестьянам за отработку кругов не только не возросла, а наоборот, снизилась в последнем пятилетии в среднем  83,8%  первоначальной платы.

С учетом некоторого повышения цен  на сдельные работы в 1880-1894гг. плата крестьянам в 1890-1894гг. составит уже только 81,9 % . Реальное же снижение  расценок было еще больше вследствие падения курса рубля. Наконец, чтобы представить, как усилился гнет  латифундии над крестьянами к концу Х1Хв., добавим к сказанному, что в последние  пятилетие хозяйство Строганова почти полностью перешло к обработке земли кругами.

Некоторые помещики показывали полнейший эгоизм и желание поживиться за счет крестьян, навредить им. Доклады департамента полиции свидетельствуют: 

«Рклицкий Владимир Иванович, собственник  дачи, штрафовал крестьян  и привлекал к суду за мелкую безделицу. В.И. Рклицкий распахал под посев подсолнуха  тот именно участок  в общей даче, который исстари служил крестьянам для выгона скота». 43% пашни в Саратовской губернии  находилось в крепостнической аренде на один  посев и  исполу. В значительной мере такой же характер имела и долгосрочная аренда. Во-первых, в губернии была широко  развита пересдача арендованной земли крестьянам по ценам, превышавшим те, по которым арендовали земли крестьяне у помещиков. Так, у владельцев  крестьяне снимали землю в среднем по 7руб.67коп., а у крупных  арендаторов – по 9 руб.04 коп. Во-вторых, во многих случаях в долгосрочную аренду зачислялась аренда  на один севооборот (2-3 года), мало отличавшаяся по условиям от краткосрочной.

Преобладающим  все же оставалось сочетание капиталистического хозяйства с отработкой, издольщиной и сдачей земли. Сказанное относится даже к хозяйствам с промышленной переработкой продуктов. Так в имении кн. Л.Д. Вяземского (Балашовский уезд)  с собственным винокуренным заводом «почти 1/3 распашной площади экономия  сдает крестьянам села   Аркадак… За деньгами сдается обыкновенно малая  часть земли, около 1/3 всего количества, по цене 12-15 руб. за десятину,  большая же часть сдается за отработку».

Далее читаем, что, «сдавая большую часть за отработку, экономия выигрывает, обеспечивая себя рабочими руками  в горячее время, а  это очень важно ввиду  громадной площади картофельных посевов экономии, требующих массы рабочих рук».

Историк А.М. Анфимов утверждает, что в Тамбовской губернии имелась прослойка богатых крестьян - «гроссбауэров». Расчеты исследователя показывают, что  меньшая по численности  группа хозяйств с инвентарем в Тамбовской губернии  значительно богаче  такой же группы  в Курской, Орловской, Рязанской  и Тульской губерниях.  Сеялок у инвентарных хозяйств Тамбовской губернии было в 10 раз больше, а жнеек – в 6 раз, чем у инвентарных хозяйств 4 соседних  губерний. В целом,  в Тамбовской губернии при наличии огромного  количества  безинвентарных хозяйств, составлявших 86,2%, имелось сеялок в 1,5 раза больше, чем в 4 соседних губерниях вместе взятых. Жнеек имелось в губернии почти столько же, сколько в 4 губерниях. Активность в революции  1905-1907гг. проявили середняки и богатые крестьяне. Именно эта прослойка  и будет воспринимать  наиболее болезненно малоземелье и действие Советской власти.

Не случайно крестьянские восстания, начавшиеся  в 1902г. черноземных губерниях Украины, перекинулись  в тамбовские  села  и деревни.  Здесь   они нашли подготовленную  и  социально- экономическую, и естественно –историческую,  и социально-психологическую почву. В последующие 20 лет борьба  тамбовских крестьян  против  помещиков  и любых  форм зависимости  и гнета почти не затухала, имея только разную степень широты, массовости и интенсивности. Единичные крестьянские выступления  в Тамбовской губернии  были постоянным явлением  деревенской  деятельности в ХУ111-Х1Хвв. Новое  качество крестьянского движения 1902-1903гг. проявилось в том, что выступления   крестьян одного  села  по самому заурядному поводу  служило детонатором  для выступления крестьян в соседних селениях. Таким образом, формировался общекрестьянский  антипомещичий  фронт. Разновидностью борьбы крестьян  за землю были поджоги помещичьих  домов и других строений. Вспоминая  о своей записке  о событиях последовавших после полтавско-харьковского  восстания 1902г.  исполняющего обязанности директора департамента полиции  А.А. Лопухина писал:  «За это время во многих  уездах  Саратовской, Пензенской, Херсонской и Киевской губерний происходили систематические поджоги крестьянами помещичьих усадьб.  В Саратовской губернии крестьяне  в течение одного лета 16 раз поджигали усадьбу  помещика Ермолаева, а в Тамбовской   усадьба статс-секретаря Безобразова в течение 5 месяцев была подожжена 11. В одной волости Киевской губернии в течение полутора лет было совершено семьдесят восемь поджогов дворянских  имений».

Крестьянская убежденность в том, что земля должна  принадлежать  тем, кто ее  обрабатывает своим трудом, в годы революции 1905-1907гг. не только проявилась в массовых  захватах  помещичьих земель, но и породило программное  политическое требование их полной и безвозмездной  конфискации. По  числу разгромленных  помещичьих усадеб Тамбовская губерния находилась в ряду лидировавших в России. Крестьяне накапливали опыт борьбы, именно в этот период заявляют о себе будущие лидеры крестьянского движения 1920-1921гг: Антонов, Семенов, Плужников и т.д. Они не только активно участвовали в политической жизни, знакомились с программами различных политических партий, но и многие из них прошли школы каторги и тюрем.  Основные компоненты в механизме революционного насилия, направленного на ликвидацию  помещичьего господства в деревне, сложились уже в ходе первой революции. Правящий класс России не только не сделал должных выводов, но не желал понять причины революции. В Тамбовской губернии князь Б. Вяземский конфисковал тысячи гектаров пастбищ у деревенских общин в наказание за участие в бунтах в 1905г. Такие действия только накаляли социально-психологическую атмосферу в деревне. Решающим моментом стал 1917г. Падение «слабого» царизма  как бы  развязало руки крестьянам для захвата помещичьей земли. В сентябре, октябре 1917г более тысячи помещичьих владений были разграблены и сожжены, большинство из них – в Тамбовской, Саратовской, Орловской, Тульской, Рязанской, Воронежской, Пензенской губерниях.

Не было исторической случайностью то, что именно в Тамбовской губернии, в ее Козловском уезде, в первых числах сентября 1917г. вспыхнул огонь всеобщего крестьянского  восстания. В короткий срок в ряде уездов было сожжено свыше ста имений.

Стихия «черного» (т.е. общего) передела захлестнула деревню. Все попытки правительственных органов остановить разгромное  движение  были тщетны. Не помогали ни эсеровские увещевания, ни войска, хотя в придачу к кавалерийским  полкам в Тамбове, Кирсанове и Борисоглебске в сентябре были присланы из Москвы отряды казаков и юнкеров.

Относительно умиротворить тамбовскую деревню смогло, однако, не войско, а принятие  «Распоряжения №3», явившегося прямым предшественником ленинского декрета о земле (принят 26 октября (8 ноября) 1917г II Всероссийским съездом Советов). Этот акт был опубликован 13 сентября за подписями руководителей всех высших губернских учреждений – от председателей Советов крестьянских, рабочих и солдатских депутатов до губернского комиссара Временного правительства. Пронизанный идеей социализма земли, он передавал помещичьи экономии в ведении земельных и продовольственных комитетов для последующей передачи угодий и хозяйственного инвентаря крестьянам на условиях арендного пользования. Смысл этого документа в литературе часто толкуется превратно, как попытка спасти помещиков и обмануть крестьян. На самом же деле оно явилось для крестьян  прямым руководством к немедленному действию.

Вместе с тем «Распоряжение №3» помогло эсерам, державшим в своих руках все рычаги губернского управления, направить аграрное движение, хотя и не сразу, в русло законности и относительной организованности. Тамбовские крестьяне фактически взяли земли помещиков сами, еще до Декрета о земле.

Таким образом,  в предреволюционные годы в Тамбовской губернии сложился центр сопротивления крестьян власти : Борисоглебский, Тамбовский, Кирсановский,Козловский уезды. Сложились традиции антиправительственной борьбы, основанные на неприятии крестьянами любой эксплуатации и убежденности в том, что земля должна принадлежать только тем, кто ее обрабатывает. Появилась целая плеяда вождей и организаторов, выходцев из крестьянской и мещанской среды в Саратовской  и Тамбовской губернии. Отряд крестьянских вождей в Тамбовской губернии был более многочисленен, но и в Тамбовской, и в Саратовской губерниях они имели связь с партией социалистов – революционеров. В Саратовской губернии  центр сопротивления  крестьянства не сложился.

1.2. Причины и предпосылки возникновения крестьянского движения в 1920-1921гг.

Историк-крестьяновед Т.В. Осипова считает, что даже при передаче общины всех частновладельческих земель прирезка пахотной земли составила бы менее 1 десятины, как это и оказалось в 1918г. что не внесло существенных изменений в систему  общинного землепользования. Земельный вопрос в России заключался не в нехватке земли, а в сохранении малоэффективных приемов земледелия, практикуемых общиной, устаревших формах землепользования в губерниях центральной России. Выход был не в расширении крестьянского землевладения, а в интенсификации  сельскохозяйственного производства, в поисках новых форм земледелия.

В период гражданской войны  усилился приток  городского населения в деревню и таким образом, земельная теснота увеличилась.  В Тамбовском уезде в 1884г. на одно село в среднем приходилось 92 двора, в 1920г. -  168. За эти же годы обеспеченность  землей наличной души  снизилось с 2,8 до 0,88. Следовательно, приток населения в деревню сильнейшим образом сказался на возникновении абсолютного или относительного малоземелья. В результате  перераспределения  земли в Саратовской и Тамбовской губерниях увеличилось дробление земли  и дальноземелья, местами до 30-50 верст. В Козловском уезде Тамбовской губернии появились дальние земли за 80 и даже 100 верст.

Характерное явление Тамбовской губернии - дальноземелье и связанное с ним  хроническое пустование  отдельных земель - не было преодолено. Около трети всех селений составляли села свыше 300 дворов. Особенно больших размеров  достигали села бывших государственных крестьян, их наделы характеризовались  и чересполосицей, и общностью владений  (однопланные села).  У бывших помещичьих  крестьян  в разнобарщиных селениях сохранились  главные недостатки:  узкополосица и вычурность очертаний наделов. В результате крестьяне, получившие землю, не в состоянии были обрабатывать ее всю за дальностью нахождения. Так происходило в Кирсановском и Моршанском  уездах Тамбовской губернии. В Лемешкинской волости Камышенского уезда Саратовской губернии  среди причин недосева 1919г. называлась и дальноземелье, достигавшее здесь 20-30 верст. Даже во второй половине 1920-х г. проблема землеустройства в Тамбовской губернии стояла достаточно остро, а в период гражданской войны крестьяне только приступили к переделу земли и не могли решить за столь небольшой период времени проблемы с наделением земли. В 1917-1918гг. иллюзии о быстром решении проблем с землей рухнули.

В первые годы Советской власти возникает новый тип трудового землепользования – коллективное, в основе которого лежал совместный труд и общественная собственность на средства производства. К концу 1920г. в стране насчитывалось 10,5 тыс. колхозов, объединивших 131 тыс. крестьянских дворов. Их общая земельная площадь исчислялась примерно в 1,2 млн.га. И по количеству крестьянских дворов, и по земельной площади удельный вес колхозов составлял около 0,54%. Это были первые ростки нового общественного строя в деревне. Основная масса колхозов занимала участки бывших помещичьих земель. Наличие большого количества имений в Центральном Черноземье и в Поволжье также обусловили преимущественное возникновение колхозов на этой базе.

В Саратовской губернии коллективным хозяйствам принадлежало 37 970 тыс. десятин, а совхозам в Тамбовской губернии передали 72 тыс. десятин, которая и так страдала малоземельем и дальноземельем. В.А. Антонов-Овсиенко в докладе в ЦК РКП(б) пишет: « Ни один совхоз не поставлен сколько-нибудь сносно – все идут в убыток, все пользуются крестьянским трудом (с исполу), и очень немногие (Ивановский совхоз в Тамбовском уезде) оказывают некоторую существенную помощь деревне.

И отношение к совхозам (через них к Советской власти) почти повсеместно у крестьян враждебное.

 Столь же враждебное отношение встречают в большинстве случаев и усердно насаждавшиеся до последнего времени колхозы: по  коллективизации Тамбовская губерния идет впереди других, но тяга к коллективному хозяйствованию, естественно усилившаяся с истощением инвентаря и т.д. была через край поощряема различными льготами, премиями. Как в совхозах, так и в колхозах частенько  осели прежние помещики, управляющие или дворовые люди. Колхозы не менее совхозов стали убежищем для инвалидов и бездельников; лишь очень  немногие из них  являют хозяйственную ценность и успешно противостоят  придирчивой критике единоличников. На  землеустройство колхозов и совхозов было обращено приветливое внимание, но землеустройство крестьян–единоличников едва лишь начато. Чересполосица, дальнеземелье  тяжко гнетут тамбовского крестьянина. Вопрос о расселении, пожалуй, самый больной вопрос в губернии».Во многом положение  совхозов держалось за счет  принудительной работы крестьян. Моршанский уездный земельный отдел от 26 октября 1918г. приказывал крестьянам сел Каменки, Поминайки, деревень Бояровки и Милашки вспахать землю советских хозяйств по цене 60 руб. за вспашку двухлемешным плугом и по 120 руб.- однолемешным плугом. Земельный уезд угрожал, что если предписание не будет выполнено, то будут расстреляны  несколько кулаков.

Уже в мае 1918г. возникали выступления крестьян против коммун. В сводке ОГПУ от 9 марта 1923 г. есть такой интересный факт: «Недовольство крестьян Тамбовской губернии вызвано плохим ведением хозяйства совхозов. Хозяйства Земетчинского сахарного завода ведется  хуже крестьянского. Часть земли пустует. Урожай реализован не вовремя. Кроме того, во главе этого совхоза  и совхоза железнодорожников стоят бывшие управляющие графов Долгоруковых и Воронцовых-Дашковых. Некоторые управляющие  почти не изменили  своего отношения к крестьянам и крестьяне смотрят поэтому на совхозы как на помещичьи земли».

В 1920г. поля совхозов были вспаханы и засеяны большей частью с помощью  принудительного труда  дезертиров  и крестьян, которых силой оружия заставляли возделывать не свои собственные земли, а поля советских хозяйств. Так было в деревне Мельгуны, где вооруженная охрана находящегося по соседству сахарного завода блокировала все выходы из деревни  и стреляла в воздух, применяя насилие, заставила крестьян отправиться на обработку полей, принадлежащих Мельгуновскому сахарному заводу. Крестьяне спрашивали: «Чем же собственно  большевистский социализм отличается от крепостного права?». Уполномоченный исполкома  Т.И. Якушин  пишет в докладе: «Кулаки, умники организовались в артели, освобождены от гужевой , трудовой повинности, а землю, которую взяли для обработки, обрабатывать сами не в состоянии, прибегают к вольному найму, что, понятно, представляется невозможным, обращаются в советы за помощью. Советы принудительно заставляют середняков обрабатывать землю и за кулака. Середняк выполняет всю гужевую повинность и хлебную разверстку как за себя, так и за лодырей, именующих себя пролетариями, ввиду чего отпадает всякая охота обрабатывать  лишнюю землю и разводить скот, работать за людей, а поэтому  больше половины посевной площади не засеяно и разводят мало скота, на что нужно обратить самое серьезное внимание.

Надо дать  возможность крестьянам  продолжать пользоваться землей, если это возможно, хотя бы так, как раньше они пользовались для  своей работы на земле, принадлежащей советским экономиям, как пользовались раньше у помещика, беря в аренду, если не для обработки, то по крайней мере для пастбища скота. А сейчас есть случаи, где и это не позволяется  крестьянам. Выходит, что им сейчас хуже, чем когда был на этом месте помещик. Великие идеи социальной революции по причине, указанной выше, для них пока что чужды. Им надо на деле доказывать хорошие стороны рабоче-крестьянской власти ».

Само же  экономическое положение совхозов было плачевным. По заявлению председателя съезда  гражданина Смоленского, совхозы Тамбовской губернии не только не оправдали с 1919г. возлагавшихся  на них надежд, но уже сейчас сами предъявили к губпродкому требование на доставку им продовольственных  и семенных хлебов общей сложности  в размере 2 млн. пудов. «Советские хозяйства потерпели крах», - откровенно сознавался  на съезде первый же докладчик по «текущему моменту», член губернского комитета РКП гражданин Немцов, - пролетарско-крестьянское хозяйничание в совхозах оказалось безобразным, хлеб или остался не убран под снегом или убранный сгнил».

Так в Александровском совхозе Тамбовской  губернии из 820 десятин пахотной площади было засеяно только 140 десятин озими, но и этих результатов  удалось достигнуть исключительно путем  «мобилизации граждан» (т.е. окрестных крестьян). Путем  насильственного  привлечения на работы крестьян, убрал небольшую часть своей земли и Плавицкий совхоз, Липецкого уезда Тамбовской губернии. Там, где крестьян не удается мобилизовать для работы, положение для совхозов складывается совершенно безнадежное. Например, в Зиновьевском  совхозе Усманского уезда из 1500 десятин земли удалось засеять  осенью 1919г. только 22 десятин. Урожай в совхозах Тамбовской губернии был гораздо ниже урожая на крестьянских полях. Даже в выделяющемся сравнительно благополучной постановкой дела Ивановском совхозе  Тамбовского уезда  (бывшем имении князей Лейхтенбергских) 168 десятин ржи  дали только 6375 пудов.

Молочное хозяйство в совхозах Тамбовской губернии было поставлено не лучше зернового. Так, из 67 коров, числящихся при совхозе «Громок» Тамбовского уезда, дойными считаются только 26, дающих удою ежедневно 170 фунтов. Такая же картина и в остальных совхозах. Уход за скотом настолько небрежен, что в некоторых совхозах, по заявлению на съезде агронома Золотарева « по - нескольку дней скотину оставляли некормленой».

«В Знаменском совхозе (Тамбовский уезд), - рассказывал гражданин Золотарев, - лошадей так хорошо кормили, что с голодухи изгрызли все, что было в конюшне деревянного. Павшая лошадь лежала в конюшне две недели неубранной.

В 1920г. для совхозов губернии требовалось 5300 рабочих лошадей, имелось же только 900 голов (17%), в большинстве зараженных чесоткой и усиленно падающих от бескормицы; телят требуется 4000 – имеется 142, на 900 голов лошадей имеется всего 452 комплекта сбруй.

В другом совхозе уполномоченный не был в состоянии определить, сколько в нем сеялок, потому что они все, сложенные в кучу на дворе, покрылись горою снега. Крестьяне Тамбовской губернии, страдавшие от малоземелья и чересполосицы, не могли принять обширные владения коллективных хозяйств, которые и так усугубляли проблему малоземелья. Долгие годы крестьяне боролись с помещичьим землевладением, а в  1917-1918гг. оказалось, что «черный передел» проблему малоземелья не решает. В 1918г. возникают коллективные хозяйства на основе помещичьего землевладения и эксплуатирующие крестьян. Ненависть к помещичьему землевладению перешло на собственность коллективных хозяйств, а разочарование и крах иллюзий  - в агрессивность к колхозам.

В 1920г. объемы продразверстки были просто непосильными, хотя и Саратовская, и Тамбовская губернии пострадали от сильной засухи.

Местная власть на Тамбовщине допустила ошибку: 46%  продразверстки приходилось  на 3 уезда, которые и стали очагом «Антоновщины ».

Продотдел нередко проявлял бесхозяйственность. Зимой 1919-1920г.г. около 60 тыс. пудов картошки погибло, 4 тыс. пудов конфискованного зерна съели крысы.

Историк А.А. Ильюхов пишет: «В результате мешочники доставили в город и поселки за 1919-1920г.г. не менее 30 млн. пудов хлеба за год, что составило 64,4% всего потребляемого хлеба. Продовольственные органы обеспечили подвоз 18 млн. пудов или 35,6%. Эти цифры убедительно показывают реальную эффективность продовольственной диктатуры в России».

Кроме того, в 1920г. в Тамбовской губернии господствовал тиф. Трудно согласиться с выводом А.М. Анфимова о «гроссбауэрах» как основе кулацкого мятежа в Тамбовской губернии. Во-первых, восстание подняли крестьяне 3 уездов, а не всей Тамбовской губернии; во-вторых, В.В. Самошкин утверждает, что свыше 90% восставших крестьян относилось к беднякам и середнякам, а костяк антоновских полков составляли дезертиры; в-третьих, в письме землемера Кирсановского уземотдела Насонова сообщалось, что «бандиты» были одеты в рубища, часто босые, истощенные; в-четвертых, в некоторых селах Кирсановского уезда в отрядах состояло свыше 80% мужского населения, а некоторые села, увидев зверства антоновцев, не присоединились к отрядам. Следовательно, не только экономические мотивы влияли на поведение крестьян.

Главная и общая причина недовольство крестьян являлась непосильная продразверстка и злоупотребление продотрядов.

 Только в Тамбовской губернии крестьянское восстание вспыхнуло в трех уездах, а в Саратовской губернии эпицентра не было.

Политика в отношении религии и Русской Православной  Церкви вызывала протест со стороны крестьян Тамбовской губернии. Местная власть в этом вопросе действовала наиболее жестко.

Осенью 1918г в Тамбовской губернии вспыхнули волнения. Зачинщиками восстания объявили бывших офицеров и священнослужителей. Руководитель отряда по подавлению крестьянских мятежей докладывал: «Теперь вылавливаем зачинщиков. По допросам арестованных и по документам убитых установлены руководители, бывшие офицеры и попы. Всего расстреляно 6 попов». В Темникове в июне 1920г. произошло восстание горожан и крестьян городских окрестностей по причине закрытия монастырей. Декрет об отделении церкви от государства так же вызвал негодование и породил различные слухи. В сообщении Некрасовского волостного совета Тамбовского уезда встречаются такие данные: «Настроение населения надутое, меньшинство благожелательно, население относится к массе, указывая, что распоряжение издаются не свободно на местах, а свыше, без свободы. Отделение церкви от государства, по мнению массы населения, является, будто убийством религии в корне со стороны еврейской нации». Появились слухи летом 1920г. что «коммунисты - это есть предшествия антихриста».

В Усманском уезде господствовал такой слух что «Советская власть будет существовать только 42 месяца, потом наступит монархическое правление». 

 В Тамбовской губернии насчитывалось около 3 тыс. баптистов, которые не приняли идеи Октябрьской революции. В Саратовской губернии были аресты священнослужителей, разгоны религиозных праздников, которые заканчивались столкновениями с представителями местной власти, недовольство по причине изъятия религиозных предметов из школьных программ, однако перегибов в этом вопросе не было.

Недовольство вызывали некомпетентные действия местных властей крестьян на Тамбовщине, а в Саратовской губернии – жестокость и насилие карательных отрядов.

Историк Гимпельсон считает, что советские руководящие кадры  1917-  1920гг. были далеки от идеала.  Инструктор ВЧК А.П. Смирнов в докладе председателю ВЧК Ф. Дзержинскому пишет: «Местные советы и ячейки коммунистов, которые ничего общего не имеют с коммунизмом, пьянствуют до невозможности, отбирают у граждан, что попадает в руки, на что никаких квитанции не выдается, а также, куда поступают отобранные предметы – тоже нигде не занесены. В свободные часы, я как при первой поездке, устраивал митинги и собрания, на которые собиралось 1 тыс. человек и более, везде  и всюду одни возгласы: «Нам этого не поясняют, а только и слышим «Арестуем! Расстреляем! Мы власти, поэтому боимся». Первый состав губчека на Тамбовщине попал целиком в тюрьму. Такая же судьба постигла и сменивший его второй состав. Аресту и осуждению подверглись все руководители губчека. В Саратовской губернии прославились своей жестокостью Дворянчиков, Черемухин, Иванов – Павлов.

Дворянчиков в селе Бакуры расстрелял 60 невиновных крестьян. В телеграмме председателя Вольской учека Власенко от 8 августа 1919г. сообщается: «Командированный губпродукта уполномоченный Иванов – Павлов незаконными неправильными действиями вызывает брожение в массе, занимается выселением, арестом белогвардейских крестьянских семей, арестовывая стариков, женщин, вплоть до грудных детей, конфискует имущество, раздавая отряду».

Н.А. Черемухин в протоколе показаний пишет, что «за время с 1918 июля по 22 сентября им расстреляно в уездах 130 человек».

Саратовская губерния пережила в 1920г.  сильную засуху. До 6,8 пудов с десятины собрали в Саратовской губернии, хотя среднегодовой урожай составлял около 50 пудов с десятины. Саратовская губерния была в числе наиболее пострадавших   от засухи губерний Поволжья и Черноземного Центра. Историк  В.В. Кондрашин утверждает, что голодные годы 1921-1922гг. оставили в памяти крестьян  неизгладимый след>. Если в Тамбовской  губернии крестьянское восстание возникло прежде всего из-за неправильно распределенной продразверстки, то в Саратовской губернии по причине непосильной продразверстки и голода.

Саратовская и Тамбовская губернии явились прифронтовыми, поэтому на крестьян ложились дополнительные повинности: гужповинность, строительство укреплений.

Однако Тамбовская губерния пострадала больше, чем Саратовская. Набег войск Мамонтова нанес  ощутимый удар по хозяйству губернии. Здесь находились  расквартированные войска, через Тамбовскую  губернию проходили части Красной Армии. Южные  уезды перевидали десятки красноармейских частей, живших на подножном корме, мало считавшихся с потребностями  крестьянского хозяйства.

В письме крестьян  села Медного Тамбовской губернии сообщается: «Оставаясь  сами полуголодными, все же мы при самом крайнем напряжении своих сил выполняли 85 % разверстки. Но, к сожалению,  при всем горячем участии к судьбам  отечества и к страданиям голодных братьев пролетариев, у нас не достало малой доли наших сил на выполнение разверстки  в предъявленных размерах. Причиной этого были с одной стороны, слабый урожай хлебов, с другой - проход через наше село  во время   мамонтовского надела войсковых красноармейских частей, расхитивших немало ярового хлеба  и взявших также немало скота».

Виктор Дружинович в письме сообщает В.И. Ленину: « Нередко при занятии белыми какого-либо пункта, как, например,  города Тамбова, нами оставлялись громадные запасы продовольствия, мануфактуры, обуви и других предметов потребления (военный базисный склад был заблаговременно переведен  из Тамбова). Население, не удовлетворявшееся в этих благах, или удовлетворявшееся в более чем ограниченном количестве, при виде таких громадных запасов, расхищаемых и вывозимых белыми целыми обозами, приходит в страшное возмущение, сопровождаемое  проклятиями по адресу  Советской власти…».

От действий красноармейцев  и белоказаков сильно пострадали  совхозы. Недовольства вызывали мобилизации  в Красную Армию в Тамбовской и Саратовской губерниях. Сводки ВЧК за 1918-1919гг. пестрят сообщениями  о нападении отрядов дезертиров на станции, боях с красноармейскими частями. В связи с наступлением Деникина и  белополяков, количество дезертиров  сократилось. К началу мятежа (август 1920г.) в Тамбовской губернии оставалось  еще около  110 тыс. дезертиров. Причем 60 тыс. из них скрывались как раз в трех будущих мятежных уездах – Тамбовском, Кирсановском, Борисоглебском. Именно эти дезертиры и составляли позднее основной костяк антоновских полков.  В сводках ВЧК от 16-30 июня 1920г.  сообщается, что особенно много дезертиров  в Кирсановском уезде.

С конца 1919г. количество дезертиров стало сокращаться в Саратовской губернии. Главной причиной добровольной явки  служит не только наступление Деникина, но и применение  репрессированных мер семьям дезертиров в воздании РВС Восточного фронта.  Ко всем гражданам Поволжья и Урала  от 14 апреля 1919г. утверждалось, что «каждая семья, скрывшая дезертира, будет   подлежать суровой ответственности по законам  военного времени». Историк В.В. Кондрашин считает, что в первом полугодии 1920г. на территории Приволжского  военного округа находилась около 110 тысяч дезертиров. То есть в Тамбовской губернии их было гораздо больше.

Многие дезертиры имели фронтовой опыт  как в Тамбовской, так и в Саратовской губерниях. В июне 1918г. даже Тамбов, Борисоглебск и Козлов на короткое время оказались  во власти восставших  мобилизованных. Часть фронтовиков Саратовской губернии поддержала Советскую власть и многие из них в 1918г. добровольно стали  красноармейцами. Другая часть фронтовиков не смогла устроиться в новых реальных условиях и возненавидела существующие порядки. Саратовский фронтовик П.Я. Шаповалов пишет: «Вы, товарищи, находите неправильным  постановление времен правительства. Но почему же до настоящего времени вы не позаботились об нас. Вы хорошо знаете, нас пустили в зиму без теплой одежды и обуви, и что у холостых нет ни дома, ни крова, ни куска хлеба, и ни кто ничего для нас не приготовил, и многие  пришли одни скилеты; мало способных к хвизическому труду. Что же нам делать: идти  к  буржуям кланяться или же хулиганить?  справедливо ли это?  А вы так хладнокровно к нам относитесь  (и так, где не послушаешь, везде  грабеж и воровство и тому под  хулиганство, сердце разрывается от боли).  Что же мы не так страдали  как семейные?  На них потратили массу капитала, а нам ни  копейки, это нам очень больно и обидно…  Но уже год прошел и ликовать  не приходиться потому что никаких средств нету к жизни, а 40 лет миновало  и холост и нет семейного очага».

В 1921г. в Тамбовской  губернии появляются  демобилизованные красноармейцы, которые  во многом будут пополнять  ряды  восставших. Антоновщина была наиболее ярким  эпизодом в череде крестьянских восстаний против диктатуры большевиков, но в тамбовских событиях на стороне повстанцев принимали участие и рабочие  немногочисленных  предприятий, расположенных в этой  крестьянской губернии.  Некий товарищ  Объедков, очевидно какой-то  профессиональный   функционер, писал в сентябре 1920г. в ЦК союза текстильщиков, что здесь как крестьяне так и рабочие абсолютно  контрреволюционно настроены, а поэтому первое восстание  Антонов сделал  на станции и селе  Сампур, где крестьяне и рабочие, конечно,  примкнули к банде. В Саратовской губернии, за исключением станций Ртищево, такой тенденции не наблюдалось.

Таким образом, сложилась обстановка для организованного восстания для Борисоглебского, Тамбовского, Кирсановского уездов. Данные уезды и стали эпицентром восстания. В Саратовской губернии эпицентра не сложилось.

1.3. Размах крестьянского движения и военная

организация повстанцев.

Вспыхнув в середине августа 1920г. в селах Хитрово и Каменка Тамбовского уезда, где крестьяне отказались сдавать хлеб и разоружили продотряд, огонь восстания распространялся по губернии как по сухой соломе, с непостижимой для местных властей быстротой, поскольку они привычно считали, что имеют дело с бандитскими шайками, а не народным возмущением. Уже в августе – сентябре 1920г. антоновцы подковой охватили Тамбов, находясь всего в 15-20 верстах от губернского центра. Их численность достигла примерно 4 тыс. вооруженных повстанцев и около десятка тысяч людей с вилами и косами>.

Не вызывает сомнений хорошая организация повстанцев, образовавших своеобразную «крестьянскую республику» на территории Кирсановского, Борисоглебского, Тамбовского уездов с центром в с.Каменка.

Вооруженные силы А.С. Антонова считали принципы построения регулярной армии с иррегулярными вооруженными отрядами. Историк С.А.    Павлюченков считает, что антоновцы имели лошадей и оружия на 20 тыс. человек и поэтому могли сменить личный состав своих двух армий три раза, давая отдых уставшим от боев. У А.С. Антонова была отборная Волчья дивизия, части которой носили синюю одежду, очевидно, этим цветом подчеркивая свое отличие от белых, красных и зеленых. Историк М. Френкин считает, что у восставших было оружие на 2,5 – 3тыс. человек. А.С. Антонов, будучи начальником милиции, скопил немало оружия. Фронтовики иногда возвращались с войны не только с боевым опытом, но и с оружием. Нередким было явление, когда в ряды антоновских полков вступали с собственным огнестрельным оружием. В результате побед над красноармейскими частями повстанцы получали необходимое оружие. На станции Сабурово был взят товарный поезд повстанцами, в котором находилось немало боеприпасов. У антоновцев одно время на вооружении находились артиллерия и бронемашины, отбитые у противника. Количество оружия в период восстания зависело от побед и поражений восставших. Если повстанцы терпели поражение, то им не только не доставалось трофейного оружия, но и многие восставшие со своими винтовками и обрезами покидали антоновские полки.

На основе территориальной системы был создан ряд повстанческих полков. На бумаге существовали точные штаты, но на деле полки представляли просто сборище разной степени организованности (от 2 до 7 эскадронов), разной численности (от 200 до 2000 сабель) и вооружения (значительная часть была  почти без оружия) большинство на конях, пешие в виде исключения. Штабы разрабатывали точные приказы и инструкции. При полках существовали конная разведка, пулемётная команда, конная связь, хорошо поставленная канцелярия, хозяйственная часть, комиссия по замене лошадей, обоз, полевой суд, политотдел.

Подобная структура не отличалась прочностью между «атаманами» зачастую шла обычная для подобных формирований борьба амбиций. Но до поры до времени это компенсировалось инициативностью командиров, гибкой партизанской тактикой внезапных атак и стремительных отходов. Тактика проявляется в том, что бой с красноармейскими частями открыто принимают только в тех случаях, когда находятся в безвыходном положении, зачастую же производят внезапные налеты на села волости и деревни, занятые частями Красной Армии

В целом организация и стиль руководства антоновцев оказались

достаточными для ведения успешных военных действий партизанского типа в условиях трех лесных уездов Тамбовщины – при наличии прекрасных природных укрытий, при теснейшей связи с населением и его всемерной поддержке, при отсутствии необходимости в глубоких тылах, обозах и т.п. Конкретность и наглядность целей и результатов военных действий повышает боевой дух армии и привлекает к ней новые силы: число бойцов в антоновском войске в феврале 1920г. достигло 40 тыс. К началу мая их численность сократилась до 21 тыс., как в результате начавшихся решительных действий Красной Армии. В «Двухнедельник добровольной явки бандитов» явилось и в массе разошлось по домам до 6 тыс. антоновцев.

Антоновские отряды совершали походы в Воронежскую, Пензенскую, Саратовскую губернии. Правда эти походы носили «продразверсточный» характер вызывали ненависть и сопротивление крестьян.

В Саратовской губернии повстанческое движение проходило на трех уровнях.

В Саратовской губернии действовали отряды Сапожкова, Пятакова, Попова, Вакулина, Серова, Аистова, Сарафанкина.

Данные отряды не создавали структуру управления. Партизанские отряды избегали столкновений с частями Красной Армии, однако брали с боем города. Сапожков пытался взять город Новоузенск, Вакулин взял город Камышин, Попов – Хвалынск. В отрядах были не только крестьяне, но и новобранцы из Саратовской губернии, казаки. Вооружены повстанческие отряды были плохо. В отряде Сапожкова наблюдается даже дефицит патронов. В Саратовскую губернию в 1921г. проникли антоновские отряды и даже угрожали губернской столице.

На втором уровне повстанческого движения  находятся  небольшие отряды, которые действовали на территории одного уезда или губернии. Партизаны были вооружены винтовками и шашками, частью охотничьими ружьями и вилами, пулеметов было мало. Патроны и оружие   добывались частью у жителей, припрятавших их при  отступлении уральских казаков, частью путем разоружения мелких красноармейских частей, милиции и разграбления складов. Многие такие отряды имели многонациональный состав: казаки, русские, калмыки. Нередким явлением было, когда за отрядом следовали женщины и дети. Угроза голода стояла особенно  остро. Третий уровень  сопротивления – борьба с продотрядами. В Саратовской губернии  наибольшую активность проявляли женщины. Лишь весной 1921г. наряду с женщинами стали выступать против продотрядов   демобилизованные красноармейцы. Иногда  же  с женщинами выступали дезертиры. Однако особой угрозы эти выступления не представляли.

В Тамбовской губернии  «бабьих  бунтов» не было. Если в Тамбовской губернии коммунистов уничтожали, то в Саратовской губернии они принимали активное участие в крестьянском движении. В Саратовской губернии  широкомасштабного крестьянского движения не получалось из-за  многонационального состава,  амбиции лидеров повстанческих отрядов и  голода, охватившего Саратовскую губернию. В Тамбовской губернии в 1920г. русских насчитывалось 94,85%,  а в Саратовской губернии – 78,85%. В Саратовской губернии проживали, русские, калмыки, астраханские казаки, мордва, татары, украинцы.

Документы местных властей и сводки ВЧК свидетельствуют о легком подавлении локальных крестьянских выступлений в мордовских и татарских селах в 1919-1920гг., потому что  соседние  села  были населены русскими, и они не поддержали  выступления.

 Повстанческие отряды нередко действовали  совместно, однако, создать повстанческую армию по типу антоновской они  не старались.

Угроза голода  заставляла крестьян сопротивляться  не только продотрядам, но и повстанцам. Если крестьяне ведут борьбу с повстанческими отрядами, то естественно размах  восстания будет гораздо меньше. 

Таким образом, размах крестьянского движения в Тамбовской губернии был гораздо шире, сильнее, выходил за пределы Тамбовщины. В Саратовской губернии действовали только разрозненные отряды, которые не представляли особой угрозы по сравнению с антоновскими полками.

Глава 2. Программы, политическая организация, лидеры крестьянского движения и тактика ликвидации восстаний.

2.1. Программы  повстанцев.

Предположительно в ноябре–декабре 1920г. были составлены  программа и устав «Союза трудового крестьянства». Первейшей своей задачей он ставил, свержение  власти  коммунистов-большевиков, доведших  страну до нищеты, гибели и позора, с помощью добровольческих партизанских отрядов, ведущих вооруженную борьбу.

В короткой программе наиболее четко были сформулированы политические цели. На первое место выдвигались две самые популярные среди крестьянских масс задачи:  ликвидация деления   властями граждан  на классы и немедленное прекращение гражданской войны и установление мирной жизни. Первую проблему хорошо выразил крестьянин Н. Кретов в письме товарищу  М.И. Калинину в 1920г.: « Больно видеть, что пропасть, разделяющая город пролетария от крестьянства, все более и более расширяется, и ненависть  одного труженика к другому все более и более обостряется...

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Сравнительный анализ крестьянского движения в 1920-1921 гг. на основе материалов Саратовской и Тамбовской губерний". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 818

Другие дипломные работы по специальности "История":

Российско-китайские отношения: история и современность

Смотреть работу >>

Внешняя политика Франции в конце XIX – начале XX веков

Смотреть работу >>

Советско-германские отношения в 1920 – начале 30-х гг

Смотреть работу >>

Польша от 1914 года к началу второй мировой войны

Смотреть работу >>

Социально-экономические аспекты традиционной структуры Казахстана в 20-30 годы ХХ века

Смотреть работу >>