Дипломная работа на тему "Политическая ссылка в Олонецкой губернии второй половины ХІХ в"

ГлавнаяИстория → Политическая ссылка в Олонецкой губернии второй половины ХІХ в




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Политическая ссылка в Олонецкой губернии второй половины ХІХ в":


Содержание

Введение. 2

Глава 1. Особенности политической ссылки в Олонецкой губернии. 10

1.1 Характеристика Олонецкой губернии. 10

1.2 Специфика обвинений политического характера ссыльных Олонецкой губернии 17

1.3 Социальный и национальный состав. 30

1.4 Условия содержания политических ссыльных. 32

Глава 2. Вклад в развитие Олонецкой губернии польских политических ссыльных 3 7

2.1 Основные направления деятельности политических ссыльных. 3 7

2.2 Быт и настроения политзаключенных в Олонецкой губернии. 48

2.3 Расходы на содержание политических ссыльных. 50

2.4 Вклад ссыльных поляков в социокультурное развитие Сибири. 54

Заключение. 60

Список источников и литературы.. 62

Введение

Актуальность темы. Вторая половина XIX века в России в политическом аспекте запомнилась массовыми восстаниями поляков, которые явились важными этапами в национальной политике правительства. Вспышки массовых недовольств подавляли и как следствие этого появилось понятие политической ссылки, как особое явление в политической, социальной и культурной жизни российской провинции.

Исследование польской политической ссылки в Олонецкую губернию необходимо для реконструкции провинциальной истории и прошлого государства в целом. Во многих местах, ранее являвшихся местами ссылки, деятельность политических ссыльных составляет одну из важнейших частей историко-культурного наследия. Польские политические ссыльные представляли собой уникальный элемент в структуре населения Олонецкой губернии, поэтому рассмотрение вклада этой этносоциальной группы в экономическую и культурную жизнь является необходимым условием объективной оценки развития региона. Кроме того, польские политические ссыльные оказали, безусловно, немалое влияние на мировоззрение той социальной среды, частью которой они становились в ссылке.

Историография. В контексте нашего исследования необходимо уделить внимание трудам описывающих историю польской ссылки. По данной теме имеется большое количество исследовательской литературы, главным образом, российского и польского происхождения.

Отдельная группа исследований посвящена изучению политической ссылки на Европейском Севере, включая Олонецкую Первые попытки привлечь внимание общественности к проблемам политической ссылки, были сделаны бывшими ссыльными еще в 1906-1907 гг.4 После Октябрьской революции большинство работ также были написаны самими бывшими политическими ссыльными, которые описывали личные впечатления о ссылке и пытались дать общую историческую оценку политической ссылке в Архангельской губернии в конце XIX - начале XX вв.[1]

С конца 1920-х гг. изучение истории политической ссылки замедлилось, а в середине 1930-х гг. фактически прекратилось. Были ликвидированы Всесоюзное общество бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев, закрыт журнал «Каторга и ссылка».

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Новый банк готовых защищённых на хорошо и отлично дипломных работ предлагает вам приобрести любые проекты по необходимой вам теме. Правильное выполнение дипломных работ по индивидуальному заказу в Казани и в других городах РФ.

Таким образом, период до середины 1930-х гг. характеризуется скорее накоплением материала, чем его анализом.

В 1950-1960-е гг. вопросы политической ссылки рассматривались в отдельных работах, посвященных истории революционного движения в крае7. В 1960-е гг. вновь стали публиковаться работы, специально посвященные политической ссылке на Архангельском Севере[2].

Комплексному научному изучению политической ссылки на Севере положило начало появление в 1978 г. сборника статей «Из истории политической ссылки на Европейский Север (XVIII — начало XX вв.)»[3].

Среди работ данного сборника отметим статью Б. Г. Михайлова о народническом кружке, образованном ссыльными Мезени в 1877-1881 гг., в которой приведены свидетельства современников и архивные данные, позволяющие исследователю сделать вывод об особенно тяжелых условиях жизни политических ссыльных в Мезени.[4]

Основанием для подобного утверждения послужил, прежде всего, факт перевода в Мезень наиболее «строптивых» политических ссыльных, дополнительными наказаниями для которых становилась задержка казенного пособия и корреспонденции исправником. В статье содержатся сведения о деятельности С. А. Дворяшевой, которая, проживая в Москве, по-видимому, была связующим звеном между мезенскими ссыльными и их товарищами в Москве. За свою деятельность она была выслана в Мезень.

В арсенале польских исследователей были только мемуарные источники, в то время как у русских, уже в XIX в, была возможность анализировать официальные документы.

По прежнему актуальна работа СВ. Максимова, в третьей части которой излагается суть вопроса по политическим и государственным преступникам[5]. В качестве источников СВ. Максимов использовал работы А. Гиллера. документы МВД, Тобольского Приказа о ссыльных. Возможно в распоряжении исследователя так же были знаменитые записки А. И. Деспот-Зеновича "О положении ссыльных в Тобольской губернии". Небольшой ее сюжет автор воспроизводит, как мнение "одного из местных администраторов"[6].

Исследователь охарактеризовал отдельные виды наказания, кроме того, указал качественные и количественные показатели ссылки повстанцев.

Еще один исследователь – А. Макаров используя арсенал официальных источников (материалы Архива Тобольской Казенной Палаты), описал условия проведения ссылки в округах, тогда как остальных исследователей в то время больше интересовали городские колонии поляков. А. Макаров дал характеристику правовому аспекту водворения, дал описание деятельности комиссии по водворению польских переселенцев и иных учреждений, ведающих ссылкой.

Вряд ли правы исследователи, утверждая, что А. Макаров все неудачи правительства в деле водворения польских переселенцев связывал с поведением самих ссыльных, например, с нежеланием некоторых из них идти на уступки властям[7].

Актуальность изучения освободительной борьбы и судеб поляков пострадавших за независимость отечества, заключается в создании независимого польского государства. Нарастает интерес среди польских граждан к изучению и осмыслению мемуарного наследия ссыльных.

Монография М. Яника сыграла видную роль в историографии данного вопроса[8]. Этот труд был создан на основе польской мемуаристики и содержит отрывки мемуарных памятников, некоторые из которых в настоящее время утрачены, а также ценные сведения об авторах.

Характеристика М. Яника относительгл различных подходов ссыльных к осознанию своей роли, в общем говорит о цивилизаторской миссии поляков, автор концентрирует внимание на влияние поляков в отношении российского революционного движения.

Описанные М. Яником понятия «польско-сибирская история» и «польско-сибирская литература» в будущем отразятся в работах Б. С. Шостаковича.

Б. С. Шостакович, в свою очередь, при исследовании польской ссылки, отказался видеть под оболочкой организации вспомоществования «Огул выгнанцев» тайную революционную деятельность. Ученый утверждал, что донесение забайкальского губернатора Н. П. Дитмара, на котором Коваль основывает свои выводы, построено, главным образом, на слухах. Б. С. Шостакович так же не принимал тезис о наличии конспиративных связей между лидерами сибирского областничества и польской политической ссылкой в Сибири.

Относительно вопроса польско-российских связей в последней трети XIX в., все ученые склонялись к единой версии.

Период рассматривался как процесс вливания поляков в общероссийское освободительное движение и освобождение русско-польского революционного союза от национальных черт[9].

О. П. Морозова проследила пребывание в ссылке представителя руководства левого крыла «красных» Б. Шварце. Созданная при его участии летом 1881 г. в Томске организация Красный крест Народной воли», по мнению О. П. Морозовой, играла роль общесибирского центра «Красного креста»[10].

До начала 1960-х гг. тема ссылки практически не затрагивалась. Библиографический указатель русскоязычной литературы, касающейся восстания 1863 г. и русско-польских революционных связей, вышедшей по 1960 г., отразил довольно бедный спектр исследований по проблеме ссылки повстанцев и совершенное отсутствие работ по польской ссылке в западносибирском регионе[11].

Изданная Е. Козловским библиография Январского восстания на польском языке, была достаточно серьезного уровня, но к сожалению, западносибирский регион в названиях работ почти не встречается.

Проблемой польско-русских революционных контактов, в начале 1960-х гг. занимался институт славяноведения, восстановленный в 1947 г. в Москве в составе Академии наук СССР.

Столетний юбилей Январского восстания стал поводом издания нескольких сборников документов, куда вошли также материалы, касающиеся ссылки[12].

Появление двух обобщающих работ по истории польской политической ссылки обозначил юбилей Кругобайкальского восстания.

Открылась дискуссия о связях революционной организации польских политических ссыльных с сибирскими областническими кружками и революционными организациями центральной России. Особо обратим внимание на работы Л. П. Рощевской, затронувших западносибирский регион. Исследователь обращает внимание не только на численность, размещение, социальный состав ссылки членов «Пролетариата», но и на деятельность поляков в период изгнания, земляческие отношения[13].

Менее изученной осталась тема социально-экономического, политико-юридического положения ссыльных. Коллективная монография «Участники польского восстания 1863 - 1864 гг. в Тобольской ссылке» в общих чертах обрисовала политику местной администрации по отношению к ссыльным, деятельность поляков в изгнании[14].

Объект исследования - участники польской ссылки в Сибирь в первой половины XIX в.

Предмет исследования - взаимодействие польских ссыльных и сибирского общества.

Цель исследования - изучить пребывание польских политических ссыльных 60-70хх. годов 19 века.

Цель исследования ставит следующие задачи:

Рассмотреть основные моменты в истории Олонецкой губернии;

Выявить специфику обвинений политического характера служивших основанием для ссылки в Олонецкую губернию;

Изучить социальный и национальный состав политических ссыльных в Олонецкой губернии;

Рассмотреть условия содержания политических ссыльных;

Выявить основные направления деятельности политических ссыльных.

Хронологические рамки исследования охватывают период 1863 — 1883 гг. Нижняя граница (1863 г.) обусловлена началом поступления ссыльных повстанцев в Сибирь. Верхняя граница (1883 г.) - заключительной амнистией повстанцев. Не все повстанцы покинули Сибирь в 1883 г., но коренным образом изменяется их статус. Ссыльные становятся свободными обывателями, анализ их дальнейшего пребывания в регионе освещает принципиально иной корпус источников.

Территориальные рамки исследования охватывают территорию Сибири в составе Олонецкой губернии.

Источниковая база исследования чрезвычайно широка и включает в себя: делопроизводственные материалы, периодическую печать и источники личного происхождения (мемуары, воспоминания, письма, записки).

Можно выделить несколько групп документов этого типа.

Циркуляры, секретная переписка правительственных органов, полицейских и жандармских управлений, ведавших надзором, осуществлением карательных мер, отчеты, доклады, записки, следственные дела необходимы для изучения политики местной администрации по отношению к ссыльным повстанцам. Деловая документация позволяет не только проследить рождение того или иного законодательного акта, но и выяснить взгляды различных органов управления на ту или иную проблему, составить впечатление о сути решаемой проблемы.

Основным документом для получения сведений о ссыльном стали статейные списки. При этом для нас особую важность имели статейные списки, составленные сибирскими органами власти, где фиксировались перемены, произошедшие с ссыльным во время изгнания (изменения в семейном положении, условиях ссылки, месте жительства). Прошения, жалобы, доносы содержат информацию о ссыльном, вступающем в диалог с властями, применении тех или иных законодательных норм на практике, прецедентах, ставших началом будущей законодательной практики. Этот источник позволяет очертить поле, где желания ссыльных вступали в конфликт с интересами властей.

Представляет интерес адресация и бюрократический путь документа. Информация о том, к кому адресовано прошение, на каком уровне проблема решается, до какого уровня власти прошение ссыльного имеет официальную поддержку, в конце концов, какой мотив используют власти для отказа, позволяет составить впечатление о взаимодействии всех уровней администрации в деле организации надзора за ссыльными поляками. В работе присутствует попытка анализа массива однотипных прошений и доносов.

Большая часть использованных изданий выходит в свет уже после амнистии 1883 г. Они содержат обширную информацию о состоянии «ссыльного дела» в Сибири, отражают общественное мнение относительно реформирования этого вида наказания, не выделяя польской ссылки отдельно[15].

Эмпирической основой послужили архивные данные Национального архива Республики Карелии, материалы архива КНЦ, характеристика фонда Виноградова.

Методологической основой исследования является диалектический метод познания и системный подход.

Структура дипломной работы включает в себя: введение, основную часть, состоящую из 2 глав, заключение и библиографический список.

Глава 1. Особенности политической ссылки в Олонецкой губернии

1.1 Характеристика Олонецкой губернии

Олонецкая губерния входила в состав Российской империи как административная единица. Главным городом губернии являлся Петрозаводск. История Олонецкой губернии начинается с 1801 и продолжается вплоть до 1922 гг., после чего вошла в состав образованной ещё в 1920 году Карельской Трудовой Коммуны.

В период расцвета Великого Новгорода на территории будущей Олонецкой губернии находилась Обонежская пятина, состоявшая из двух уездов: Каргопольского и Олонецкого[16].

После создания Ингерманладской губернии в 1708 эта территория вошла в её состав. При выделении в 1727 году отдельной Новгородской губернии, Олонецкие земли стали её частью и в 1773 году по указу Екатерины II получили статус отдельной провинции.

Именным указом от 24 августа (4 сентября) 1776 года образовано Новгородское наместничество. В составе этого наместничества была создана и Олонецкая область, в которую вошли пять уездов: Олонецкий, Петрозаводский (бывшее Петрозаводское ведомство), Вытегорский, Паданский (бывшее Лопское Паданское комиссарство), Каргопольский.

11(22) декабря 1781 года Олонецкая область была перечислена из Новгородской в Петербургскую губернию. 12(23) мая 1782года центром области утверждён Петрозаводск (вместо Олонца). Центр Паданского уезда перенесён из Паданска во вновь образуемый город Повенец, а Паданский уезд был переименован в Повенецкий.

Именным указом от 22 мая (2 июня) 1784 года Олонецкая область выделена из состава Петербургской губернии и преобразована в самостоятельное наместничество.

Именным указом от 16(27) мая 1785 года в составе наместничества дополнительно образованы Лодейнопольский, Кемский иПудожский уезды. Одновременно в состав Олонецкого наместничества передана часть территории Онежского уезда Архангельского наместничества, в результате чего Олонецкое наместничество получило выход на Белое море.

Именным указом от 12 декабря 1796 года введена новая сетка губернского деления России, в которой Олонецкое наместничество отсутствовало.

По докладу Сената, утверждённому Павлом I от 15(26) июля 1799 года, из состава Олонецкой губернии переданы: в Новгородскую губернию Каргопольский, Вытегорский, Лодейнопольский, Олонецкий, Петрозаводский и Пудожский уезды, а также часть территории Повенецкого уезда, до образования Олонецкой губернии не входившая в состав Архангельской губернии; в состав Архангельской губернии передавались Кемский уезд и часть территории Повенецкого уезда, входившая в Архангельскую губернию до образования Олонецкой губернии (включена в состав Кемского уезда). [17]

Одновременно Лодейнопольский и Пудожский уезды были упразднены. Территория Лодейнопольского уезда и переданная в Новгородскую губернию часть территории Повенецкого уезда включены в состав Олонецкого уезда, территория Пудожского уезда разделена между Петрозаводским, Олонецким, Вытегорским и Каргопольским уездами.

Именным указом от 9(21) сентября 1801 года была Олонецкая губерния восстановлена. Сенатским указом от 10(22) октября 1802 года центром губернии вновь назначен Петрозаводск. Одновременно в составе губернии восстановлены Лодейнопольский, Пудожский и Повенецкий уезды, но Кемский уезд оставлен в составе Архангельской губернии.

Территория Олонецкой губернии, как упоминалось выше была во владении Великого Новгорода, западная часть которой являлась частью Обонежья, в честь названия Онежского озера, находившегося на его территории. Восточная часть, меньшая по размеру проходила по реке Онеге, что составляло часть Заволочья.

Кагопольский уезд, в который входили земли по реке Онеге, появился после падения Новгорода (1478), под управлением наместников, а потом воевод, живших в Каргополе.

Западная часть края, входившая в состав Обонежской пятины, зависела от новгородских наместников и воевод, пока, с построением города Олонца, не был образован в 1649 г. особый Олонецкий уезд, из большей части Заонежской половины Обонежской пятины. При учреждении губерний города Олонец и Каргополь, с их областями, были приписаны к Ингерманландской губернии, но в 1709 г.

Таким образом в Новгородской губернии Олонецкая область представляла собой особую провинцию, а Каргополь отписан к Белозерской провинции той же губернии.

При Екатерине II вновь открыты города Вытегра, Паданск, Петрозаводск, Лодейное Поле, Пудож и Повенец; последний был сделан городом вместо Паданска, вскоре упраздненного. [18]

Преобразование Олонецкой провинции в самостоятельное наместничество произошло в 1784 г. Петрозаводск, стал ее главным городом. В 1782 г. В Петрозаводск из Олонца было переведено областное управление. границы наместничества на севере доходили до берегов Белого моря.

В 1796 г. Произошол раздел наместничество было разделено между двумя губерниями - Архангельской губернией (Кемь и Повенец) и Новгородской (остальные города).

Восстановление Олонецкой губернии с ее главным городом Петрозаводском произошло только в 1801 г. при чем Кемь с уездом осталось во владении Архангельской губернии.

Коренные жители Олонецкого края — корелы и чудь. Чудь – разновидность финской народности, в их число так же входят емь и весь. Возможно, что западная территория Повенецкого уезда, или как еще называют в народе - "Лопские погосты". Там в свое время обитали, так называемые, лопари, которые с течением времени потеряли свою народность и слились с корелами.

Наследством для науки от первобытных обитателей остались орудия каменного века, курганы и высеченные на гранитной скале на восточном берегу Онежского озера, у Бесова Носа, изображения какого-то божества. В начале XII столетия, как показывает устав новгородского князя Святослава 1137 г., новгородцы утвердились на берегах Свири, Онежского озера и реки Онеги. Славянская колонизация шла в Олонецкий край двумя путями — по реке Свири и по реке Шексне. Значительные пространства были заняты новгородскими боярами, владыкой и новгородскими монастырями.

В процессе колонизации исследуемой территории участвовало большое количество монастырей (более сорока), из которых Палеостровский и Муромский на Онежском озере упоминаются уже в конце XIV столетия, как владеющие населенными землями. Особое значение из всех монастырей приобрел Александров Свирский, основанный в конце XV столетия.

В период Смуты и в начале царствования Михаила Феодоровича произошло сильное разорение Обонежского края и земли по реке Онеге, виной тому послужили казацкие и литовские шайки.

Во времена правления Алексея Михайловича многие крестьяне Олонецкого уезда, которые все же оставались при своих хозяйствах, зачислялись в "солдаты и драгуны", их стали обучать военному строю иностранные офицеры.

Вскоре произошел раскол в церковной жизни края. Кроме многочисленных скитов, здесь возникла Выгорецкая пустынь, сделавшаяся главным центром беспоповщины.

В 1702 году Петр I прошел с войском от берегов Белого моря к Онежскому озеру и заложил первую верфь на Свири ( Лодейное Поле). Которое выпустило первые русские корабли в Балтийское море.

Петр основал несколько заводов, наметил Мариинскую систему, лечился на марциальных водах близ основанного им Кончезерского завода

Относительно населения Олонецкой губернии, то к 1 января 1896 г. было 376102 (182690 мужчин и 193412 женщин), в том числе в городах (числом 7) 25882 души. По плотности населения (3,2 жителя на 1 кв. версту)

Олонецкая губерния в Европейской России занимает предпоследнее место, превосходя только Архангельскую губернию. Губерния делится на 7 уездов: [19]

Петрозаводский — 6,3 жителей на 1 кв. версту

Лодейнопольский — 5,3

Вытегорский — 5

Олонецкий — 4,9

Каргопольский — 4,2

Пудожский — 1,9

Повенецкий — 0,8 жителя на 1 кв. версту.

Дворян потомственных 1939, личных 2408, духовного звания 3540, монашествующих 244, почетных граждан 608, купцов 418, мещан 15657, крестьян 327201 (в том числе обельных вотчинников и крестьян 1178), однодворцев 14, военнослужащих 760, запасных 10284, отставных 8888, финляндцев 2648, иностранных подданных 34. Православных 3658 2 5, единоверцев 2373, раскольников 2871, римско-католиков 349, лютеран 2621, евреев 566, магометан 46.

К даниловской и филипповской сектам принадлежали раскольники-беспоповцы, так же они наблюдались и в Каргопольском уезде.

В Повенецком, Пудожском и Каргопольском уездах наблюдается более стремительное распространение раскола. Действительное число раскольников намного превышала официальные данные.

Школа в новейшее время нанесла расколу больший удар, чем закрытие Выголексинских скитов и все репрессивные меры. За 28 лет (1867-1894) средний годовой прирост населения 2804 человека (8,7 на 100). Из Финляндии ежегодно переселяется не менее 100 человек. Селений 5022, дворов 53571. В О. губернии преобладают мелкие селения: почти половина селений имеет не более 10 дворов.

Большая часть селений расположена по берегам рек и озер, группами (иногда по несколько десятков); у каждой группы свое имя; сверх того каждое селение имеет свое частное название. Почти все группы селений намечены были уже в конце XVI столетия. Приходов в городах 17, в уездах 280. Монастырей и пустыней 12. Племенной состав населения: великорусов 289531, корелов 62695, чуди 19917, финнов 2666, немцев 110, поляков 374, евреев 566, цыган 78, татар 46.

Великорусы, потомки новгородских колонистов, поселившихся в Обонежье и по реке Онеге не позже XII в., занимают большую и лучшую часть края: берега Свири и всех ее притоков, кроме верхнего течения Ояти, прибрежье Онежского озера, за исключением небольшой полосы на западном берегу, с Заонежским полуостровом и с устьями всех сколько-нибудь значительных рек, впадающих в Онего, и все земли на восток от Онежского озера.

Корелы живут в северо-западной части О. губернии: во всем почти Олонецком уезде (кроме прибрежья Свири), северо-западной части Петрозаводского и большей, северо-западной части Повенецкого уезда.

Чудь занимает верхнее течение реки Ояти, в юго-восточной части Лодейнопольского уезда, и несколькими селениями переходит в Вытегорский уезд; сверх того, сохранился островок чуди, близкой к обрусению, на западном берегу Онежского озера, к югу от Петрозаводска, олонецкие корелы, а равно и чудь, в антропологическом отношении не представляют из себя чистых финнов; поглотив некоторую часть русского элемента (например в окрестностях Олонца), они говорят языком, заимствовавшим массу русских слов для обозначения культурных понятий, имеют общинное землевладение и почти те же обычаи, как у соседних русских крестьян, поют русские песни и считают для себя совершенно чужими финляндских корелов-лютеран. Чудь и почти все корелы православные; небольшая часть корелов придерживается раскола.

Русское население говорит новгородским наречием и удержало в своем языке немало древних или своеобразных слов славянского корня, позаимствовав также кое-что из финских языков. Заонежско-пудожский говор выделяется своим ударением: оно ставится как можно дальше от конца слова (влияние корельского языка). Ладвинские стекольщики (русские) имеют свой особый ("билямский") язык, подобно офеням. Академия наук предпринимает издание словаря слов Олонецкого. наречия, собранных Г. И. Куликовским. До новейшего времени население Обонежья сохранило богатую народную поэзию, особенно эпическую.

В Олонецком крае собраны былины Рыбниковым и Гильфердингом, причитания — Е. В. Барсовым. Из 400 былин киевского цикла — 300 записаны в Олонецкой губернии; былины о Микуле Селяниновиче сохранились только здесь.[20]

Интересна крестьянская община, отличающаяся от среднерусской[21] (см. статью, и артель. Уцелели такие обычаи, как увод невест (Каргопольский уезд) и еда всем обществом в Ильин день мяса быков и баранов, "завичоных Илье пророку". Много преданий и суеверий. Население живет в больших двухэтажных избах, по большей части зажиточнее и чище, чем в средней России.

1.2 Специфика обвинений политического характера ссыльных Олонецкой губернии

В данном разделе главы дипломной работы представлены ссылки на политические документы, которые касаются непосредственно причин ссылок в Олонецкую губернию из окраинных губерний России, ставших ныне самостоятельными государствами.

Перед рассмотрением политической ссылки поляков в Олонецкую губернию, обратимся к истории ссылок в нашей стране.

На всем протяжении русской истории практиковалась принудительная отправка государственной властью наших соотечественников — да и иностранных граждан — в отдаленные места для временного или пожизненного там пребывания. Целью ссылки было удалить вредных в политическом отношении людей, а также наказать и исправить преступников.

Уровень политической терпимости государства – это, своего рода показатель соответствия политического преступления последующему наказанию.

Трансформация политической системы государства тесно связаны с изменением ее институтов. Прежде всего, это затрагивает сферу законотворчества, потому как именно эта сфера осуществляет работоспособность новой политики со стороны властей, а также меняет содержание понятия политического преступления.

В русском праве XVI в. упоминается «выбытие из земли вон». Это было выдворение из волости, посада или села; такое наказание определялось за ябедничество и за вторую татьбу. К XVII столетию уже возникает относительно четкая дифференциация наказаний ссылой.

Во-первых, ссылка в тюрьму; в основном для религиозных преступников и опальных.

Во-вторых, ссылка в посад (в город); для лиц непреступных.

В-третьих, ссылка в службу; имеются в виду разжалованные и посланные в другую местность на государственную службу.

В-четвертых, ссылка на пашню; ссылаемые в Сибирь наделялись землей и ссудой.

Как уголовное наказание ссылка впервые называется в указе 1582 г., определявшем за некоторые преступления торговую казнь с переводом в казаки — в окраинные города. До Соборного уложения 1649 г. ссылка в основном применялась в отношении опальных бояр и не слишком опасных политических преступников.

По Уложению же ссылке подлежали все тати, мошенники и разбойники после отбытия ими тюремного заключения; затем корчемники и табашники: первые после кнута, вторые — с урезанными носами и рваными ноздрями; а также подьячие, склонные к тому, «чтобы пошлинами покорыствоваться», посадские тягловые люди, которые во избежание уплаты налогов «учнут за кого закладываться и называться чьими крестьяны и людьми». Вскоре после Уложения следует несколько указов, по которым ссылка назначается как самостоятельное наказание. Ей подлежат убийцы «пьяным делом в драке, а не умышлением»; те, «кто у себя медные деньги держать учнет»; «укрыватели краденого; уличенные в краже с пожара». Позже ссылкой наказывали лиц, виновных в насильственном освобождении «оговорных людей», того, кто «с пьянства наскачет на лошади на чью жену и лошадью ее стопчет и повалит и тем обесчестит»[22].

Практика ссылки берет свое начало ссылки ко времени царствования Федора Иоанновича.

Первым ссыльным, как повествует о том история, был в 1593 г... никто иной, как медный угличский колокол, весивший 19,5 пудов и сосланный в Тобольск в наказание за то, что он своим набатным звоном возмутил жителей города Углича к расправе над убийцами царевича Дмитрия во время его совершения этого убийства 15 мая 1591 г. По народному преданию, он был бит кнутом с вырыванием у него уха.

В том же году были сосланы граждане Углича, виновные в убийстве царевича Дмитрия, отправленные Борисом Годуновым в Пелым.

Понятие ссылки возникло одновременно с освоением новых земель. Она, фактически, стала одним из основных факто ров их принудительного за селения.

Уголовная же ссылка оформилась указом 1653 г., когда ею заменили смертную казнь для воров и разбойников. При царе Алексее Михайловиче, указом было решено смертную казнь для воров и разбойников заменить наказанием кнутом с отсечением перста у левой руки и ссылкою с женами и детьми.. Т. о., в нашем древнем уголовном кодексе ссылка является смягчающим наказанием, что законодатель и определяет словом «пожалованием».

С 1669 г. ее начинают применять еще в больших размерах, и она является дополнительным наказанием в тех случаях, в которых назначалась ссылка в отдаленные города, именно – для бродяг, воров.

В числе других наказаний ссылка назначается раскольникам и всем, кто «меж христианы непристойными своими словами чинят соблазн и мятеж», за прошение милостыни «притворным лукавством», земским старостам и целовальникам — за злоупотребления по сбору денег, за стрельбу из ружей в городе Москве.

В начале XVII в. изгнали немало целовальников: «возмутил их разум диавол», и стали они делать на монетном дворе из своей меди деньги наравне с царскими. До XVIII в. преступников ссылали целыми семьями — с женой и детьми. Получалось, что наказывались невинные люди. Не все ссыльные вели себя примерно. Многие «своими трудами питатися не хотят, только того усматривают, что своровать, за промысел никакой не принимаются, свои статки и заводы пропивают и бегут в старину». Ссыльные сколачивались в шайки грабить инородцев и местных русских крестьян.

Слово каторга означает в греческом языке гребное судно, галеру. В России же сначала имелась в виду отдача на тяжелые принудительные работы по строительству портов и крепостей. Каторгу разделяли на вечную и временную. Вечная назначалась вместо смертной казни и сопровождалась кнутом и клеймением. Каторжные работы и ссылка определялись за торговлю русской обувью с дегтем, за несанкционированное ношение русского платья и бороды, за один или два разбоя, «если смертоубийства не учинили», за продажу «нездорового какого харча и мертвечины». [23]

Ссылки на поселение при Петре уже практически не существовало. Елизавета Петровна отменила смертную казнь, взамен определив преступникам вечную каторгу. Применялись также вечная ссылка, ссылка на поселение, на житье. Последняя мера относилась к привилегированным лицам. Первыми местами ссылки в России стали Архангельск, Устюг, Пустозерск, Симбирск, Уфа, Сибирь. Позднее стали ссылать и в Азов, Оренбург, Таганрог. В 1719 г. на Кавказ выселили раскольников. Далее места ссылки прирастают Иртышом, Охотским морем, Забайкальем.

Ссыльнопоселенцев в 1822 г. разделили на шесть классов. Первым классом обозначались поселенцы, наказанные плетьми, которые должны были работать на заводах вместе с каторжными год, получая за это жалованье.

Второй класс — дорожные работники. Это были ссыльные за незначительную вину. Через пять лет хорошего поведения они могли быть приписаны к государственным крестьянам.

В третий класс входили ремесленники, работавшие в специальных ремесленных домах.

Ссыльные четвертого класса не знали никаких ремесел, их разрешалось брать местным жителям в услужение.

Пятый разряд — сельские рабочие.

Шестой разряд — неспособные ни к какой работе. Их приписывали к волостям на вольное пропитание или помещали в больницы и приюты.

По действующему в начале XIX в. праву местом ссылки административной и на житье была Западная Сибирь, а на поселение и в каторгу отправляли в Восточную Сибирь.

На практике каторжные отбывали наказания и в центральных тюрьмах Сибири, и на Сахалине. Обеденный привал партии арестантов На Север стали ссылать рано. В 1560 г. при Иване Грозном был «удален» в Соловецкий монастырь влиятельный в Москве поп Сильвестр. Тогда-то, наверное, и стала соловецкая сторона местом ссылки. Спустя сто лет в тех местах возникли новые ссыльные поселения: Пустозерский и Кольский остроги и Никольский Карельский монастырь — при впадении Северной Двины в Белое море.

Массовая ссылка поляков берет свое начало еще со времен восстания в 1794 году Тадэуша Костюшко [24].

В первой половине XIX века массовое поступление поляков в сибирскую ссылку возобновилось, что было связано с активизацией национально-освободительного движения в Царстве Польском (1830-е гг.) и началом реакционной политики Николая I. Следующая волна массовой ссылки поляков наблюдается в 1860-е годы, в связи с усилением национально-освободительного движения в Польше, Литве и Белоруссии (восстание 22 января 1863 г.)

Многие факторы исторического процесса спровоцировали появление польской политической ссылки.

Уничтожение независимого польского государства спровоцировало появление поляков в структуре населения Российской империи.

Некоторые проблемы, характерные для национальной политики и обеспечения целостности государства 1860 - начала 1880-х гг., весьма актуальны и в настоящее время. Период первой половины 1860-х гг. характеризуется возникновением кризисной ситуации в национальной политике России.

Приток огромного числа политических заключенных в разные регионы Российской Империи явилось результатом подавления восстания 1863-1864 гг. в Царстве Польском и западных губерниях.

Однако данный процесс имел и другую сторону. Это событие поспособствовало взаимодействию диалога разных культур.

В современной Российской Федерации, в вопросах формирования национальной политики, изучение опыта межэтнических контактов является одним из наиболее важных вопросов.

Польская ссылка занимала важное место в политической ссылке Российской империи, имела свои особенности и способствовала изменению законодательства о ссылке. Понятие «польская политическая ссылка» следует понимать, как насильственная высылка в Сибирь поляков за участие в общественно-политических движениях на территории польских земель и Центральной России. Под поляками понимаются уроженцы Царства Польского.

В пореформенный период основными причинами ссылки поляков в сибирский край было участие не только в национально-освободительном движении в польских землях, но и в других движениях как в Царстве Польском, так и в Центральной России.

В связи с этим широко применяется общепринятая периодизация истории польской политической ссылки 1860-1890-х гг.:

1) 1860-е годы - ссылка участников национально-освободительного движения в Польше, Литве и Белоруссии в 1863-1864 гг.;

2) 1870-е - начало 1880-х годов - ссылка участников русских народнических организаций и первых польских социалистических кружков;

3) вторая половина 1880-х-1890-е гг. - ссылка поляков, представителей социалистических и социал-демократических партий.

Следует обратить внимание на то, что при учете выявленных особенностей ссылки поляков в Западную Сибирь (в частности, проблемы их адаптации) пореформенного периода исследователи выделяют новую периодизацию ссылки польских политических заключенных в Западной Сибири:

1) устройство быта поляков в сибирском изгнании (1860-е гг.);

2) жизнь и деятельность в Сибири, завершение первоначальной социально-экономической и социокультурной адаптации (1870-е гг.);

3) возвращение на родину после амнистии 1883 г. или продолжение жизни в Сибири (1880-1890-е гг.) [25]

В этой связи, очень перспективными являются исследования посвященные экономическим, социокультурным особенностям адаптации польских ссыльных к сибирским условиям. Выявляются особенности в отношении модификации национальных традиций в местах ссылки, вариантов межэтнических коммуникаций поляков с представителями других этнических и конфессиональных сообществ, проживающих на территории региона.

Таким образом, затронутая тема может быть полем профессиональных интересов самых разнообразных профессионалов в области науки, таких как этнологи, социологи, культурологи и др.

Общее число каторжан и ссыльных по этому восстанию превышало 22 тыс. человек. После отбытия сроков заключения повстанцев отправили на поселение в разные места Сибири. Часть из них поселилась в Иркутске. Среди поляков было много представителей интеллигенции: ученые, врачи, педагоги, писатели, художники, а также искусные ремесленники. Заметную роль в развитии науки и культуры Иркутска и вообще Сибири сыграли зоологи Дыбовский и Годлевский, геологи Черский и Чекановский, археолог Витковский, художники Вроньский и Зеньковский.

В 1883 г. полякам было разрешено возвратиться на родину. Одни из них вернулись в Польшу, другие остались в Сибири до конца своих дней, а их потомки стали сибиряками.

Нередко в работах чиновников, которые обеспечивали надзор в местах заключения, находились интересные материалы в отношении содержания арестантов, это своего рода были рабочие заметки «по долгу службы».

Так по словам С. С. Хрулева и М. Н. Галкин-Врасского, в связи с развитием общественно-демократического движения, назрела необходимость изменить законодательство о ссылке и реформировать систему управления[26].

Для более полного представления условий, в которых находились ссыльные, рассмотрим развитие Олонецкой губернии именно 60-70 годов.

В первой половине XIX века темпы экономического развития резко замедлились; даже крупные металлургические заводы Александровский и Кончезерский пришли в упадок, не выдержав конкуренции с уральскими предприятиями, располагавшими лучшими и более дешевыми рудами. Оборудование на заводах, в лесопильной промышленности и в солеварении устарело. Все это привело к ухудшению положения рабочих.

В начале XIX века, Олонецкая губерния представляла собой крайне бедный и отсталый регион страны.

В этой связи, в 60-70 годы в Олонецкая губерния превратилась в место ссылки для неугодных лиц царской России.

В Олонецкой губернии первые ссыльные появились в 1830-е гг., однако особенно быстро их число возрастало во 2-й пол. 19 в.: 1858 - 365 чел., 1865 - 991, 1883 - 2622.[27]

К кон. 19 в. их число в Олонецкой губернии. достигло 3 тыс. и оставалась на этом уровне до 1917 (ок. 1% всего нас.). Основная масса переселенцев проживала в Петрозаводском (35%), Олонецком (24%) и Вытегорском (20%) уездах и была занята в промышленности, ремёслах, на строительных работах и лесозаготовках. [28]

Можно привести основные политические деяния, по которым ссылали в Олонецкую губернию:

- проповеди, которые имели антиправительственное и антироссийское содержание - 10%;

- участники национально-освободительных движений, боровшиеся за свободу крестьян – 52%;

- члены народнических, революционных организаций, которые в 60-70 годы имели тенденцию к развитию -25%;

- участники различных забастовок – 5%;

- участники и лидеры мусульманских антирусских движений – 8%.[29]

Большая часть ссыльных были дворянами, которые проживали в Польше, Украине, Белоруссии.

Общий характер всех политических ссыльных и их дел имел публицистическо - образовательный характер, но основную массу ссыльных составляли участники восстаний. К одним из таких ссыльных можно отнести участников крупнейшего национально-освободительного движения, вошедшего в историю под названием Польского восстания 1863-1864 гг.

Одним из важнейших событий, как российской истории, так и истории соседних государств, в первую очередь Польши является восстание 1863-1864 годов, которое охватило территории Царства Польского, Литвы, Западной Украины и Белоруссии.

С первых волнений руководство страны стало применять карательные методы в своей политике в отношении мятежников. Самым распростроненным методом борьбы с революционерами, как и прежде, была ссылка в отдаленные места империи. Олонецкая губерния, занимавшая в то время часть Европейского Севера России, включая территории современной Карелии, как раз и стала таким местом для многих сотен польских ссыльных.

В Олонецкую губернию попадали политические заключенные, которые были замешаны в истории польского восстания. Другое название восстание – январское, так как свершилось оно в январе месяце.

Понятие «поянварская ссылка» трактуется как насильственная переправа в отдаленную местность для отбывания определенного срока, либо пожизненно, тех лиц, которых признали виновными в отношении подготовки и разных форм участия в Январском восстании. «Поянварская ссылка» так же носит более официальное название - восстании за независимость Польши 1863-1864 годов.

С территории Царства Польского и западных губерний было выслано свыше сорока тысяч участников Январского восстания.[30]

Большое количество ссыльных так и не вернулись на родину, их судьба остается неизвестной потомкам. До сих пор не установлены многие имена сосланных поляков, а так же их точная численность.

В этой связи, современным исследователям является приоритет задачи определения численности репрессированных повстанцев, восстановление их имен, биографий, вклада ссыльных в развитие мест вынужденного поселения.

В Олонецкую губернию в 1860-1862 гг. ссылаются "за возмутительные проповеди" антиправительственного и антироссийского содержания.

Среди которых присутствовал "главный зачинщик" политической демонстрации в Польше В. Бетхер.

Также видно, что основной контингент ссыльных - это ксендзы, дворяне, бывшие офицеры Польской армии.

Таким образом, основной спектр обвинений в политических преступлениях в 1860-1870 гг. связан с восстанием в Польше.

Это и участие в мятежах, и проповеди антиправительственного содержания, участники освободительных движений, которые боролись за национальную свободу. Участники различных революционных собраний. На всех этих людей был поставлен штамп неблагонадежен в политическом плане, опасен и представляет угрозу, а значит должен быть удален.

На рубеже 50 - 60-х годов Царство Польское находилось в состоянии острого социального и политического кризиса. Заметно усилилось крестьянское движение, особенно под влиянием отмены крепостного права в России. В апреле 1861 г. волнения охватили 160 тысяч польских крестьян, требовавших ликвидации барщины и передали им в собственность земли без всякого выкупа. Заметно активизировалась и общественно-политическая деятельность социальных верхов Польши. Учрежденное с согласия царского правительства "Земледельческое общество" превратилось в политический орган польского дворянства.

В начале 1861 г. в польском национально-освободительном движении выделились две "партии" - "белых" и "красных". Первые выражали интересы помещиков-землевладельцев и крупной буржуазии. Выступая за национальную независимость Польши, они были против открытой борьбы с русским царизмом, проявляли склонность к соглашению с ним и рассчитывали достичь своих целей путем дипломатического давления на царское правительство со стороны европейских держав.

Вторые выступали за решение не только национальных, но и социальных проблем, за активную борьбу с самодержавием - вплоть до вооруженного восстания. Партию "красных" представляли, главным образом, беспоместная шляхта, чиновничество, студенчество. Они стали создавать нелегальные кружки, ставившие своей задачей вести пропаганду подготовки вооруженного восстания.

В восстании приняли участие ремесленники, мелкая национальная буржуазия, низшие чиновники, учащаяся молодежь, беспоместная шляхта. Активно поддерживало восставших польское католическое духовенство. В костелах и монастырях создавались склады оружия для повстанцев. Однако польские помещики-землевладельцы и крупная буржуазия держались пассивно. К восстанию удалось привлечь лишь незначительную часть крестьянства. Впрочем крестьяне, взявшись за оружие, выступали даже не столько против царских войск, сколько против своих помещиков, громя их усадьбы.

Но основная масса крестьян заняла выжидательную позицию. Их возмущали контрибуции и грабежи, которые устраивали в селах повстанческие отряды. К весне 1863 г. в повстанческой армии насчитывалось до 44 тысячи человек, причем многие из них были мобилизованы насильно, с применением угроз и наказаний к не желавшим вступать в повстанческую армию. В провинции действовали "революционные трибуналы". Специальные отряды "кинжальщиков" и "жандармов-вешателей" приводили в исполнение смертные приговоры "над людьми, восстанию не сочувствующими".[31]

Восстание 1863 - 1864 гг. было слабо подготовлено и фактически вспыхнуло стихийно. Действия повстанцев были неорганизованны, разрозненны и обычно ограничивались "лесными боями" - мелкими стычками с небольшими русскими воинскими отрядами, да нападениями на транспорты и пути сообщения. Более серьезные стычки повстанцев с кара тельными войсками происходили на юге Польши, где действовали сформированные в Галиции при попустительстве австрийских властей вооруженные отряды поляков. Однако и эти отряды после первых же неудач бежали обратно в Галицию. Повстанческие отряды действовали обычно вне городов, которые в продолжении восстания оставались под контролем царской администрации.

В России не только консервативные круги, но и почти все либералы выступили с осуждением польского восстания и с одобрением карательных действий царского правительства в Польше.

Русская революционная демократия однозначно выступила в защиту польского восстания. В пользу восставших поляков вела агитацию "Земля и воля". Но особенно активно в поддержку польского восстания выступал со страниц "Колокола" Герцен. Однако поддерживая требование восставших о самоопределения Польши, Герцен не соглашался с националистической программой вождей восстания. Н. П. Огарев и М. А. Бакунин предпринимали попытки оказать повстанцам помощь оружием.

Под влиянием польского восстания 1863 - 1864 гг. российское самодержавие вынуждено было провести ряд реформ в Польше. С одной стороны, были сделаны важные уступки в социальном вопросе, с другой, проведен ряд мер, направленных на "инкорпорацию" Польши в составе Российской империи. 19 февраля 1864 г. был издан указ "Об устройстве крестьян Царства Польского". [32]

Крестьяне получали в полную собственность, без выкупа, всю землю, какая находилась в их пользовании, а также и ту, которую помещики незаконно захватили у них в последние годы. За крестьянами сохранялись сервитуты - право охоты и рыбной ловли, разработки недр на отведенном им земле, а также право "пропинации" - торговли спиртными напитками (оно ранее было монополией помещиков). Земельными собственниками крестьяне становились сразу - без переходного периода и без уплаты выкупа. Помещики получали за уступаемую крестьянам землю вознаграждение от государства в размере ее рыночной стоимости.

1.3 Социальный и национальный состав

Образ репрессий после восстания, относительно статистических данных, в том числе касающихся лиц, приговоренных к смертной казни, осужденных на каторжные работы и сосланных административно на поселение, опирается в значительной степени на гипотетических, оценочных расчетах. Неполное число приговоренных к смертной казни, на которых приведено приговор в исполнение, составляет 669 лиц.

Число повстанцев, принудительно призванных в царскую армию, неизвестно. Число политических ссыльных оценивается на 38 тыс. Из этого 38 % ссыльных приходится на лица, происходящие из Царства Польского (14 тыс.), 57 % из Литвы и Белоруссии (21 тыс.) и 5 % из Украины (2 тыс.).

Для остальных определено разные формы поселения. Как писал Стефан Кеневич, автор обширной монографии восстания, среди каторжников из так называемой исторической Литвы преобладала шляхта(дворянство), среди каторжников из Королевства лица из более низких, податных сословий.

Изучая социальный и этнографический состав Олонецкой губернии можно провести небольшое исследование, обратившись к архивным источникам Национального Карельского архива. Для этого используем документы, которые включают в себя данные по ссыльному контингенту. К этим документам относятся:

Канцелярия олонецкого губернатора (1780-1919 гг.): оп. 36, д. 91/1 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции в Олонецкой губернии за 1864 г.", оп. 67, д. 1/2 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1868 г.", оп. 67, д.1/3 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1869 г.", оп. 67, д. 1/4 - "Ведомость о лицах, состоящих под надзором полиции за в Олонецкой губернии 1872 г." по лицам, содержащимся в ссылке Олонецкой губернии.[33]

Во-первых, обратим внимание на численность населения Олонецкой губернии.

Если она в 1835 г. включала в себя около 171,7 тыс. чел., то в 1897 г. - 208, 1 тыс. чел. Из-за ссыльных население увеличилось значительно, любой прирост населения такого бы не дал.

Во-вторых, территория, с которой направлялись ссыльные - это Люблинская, Плоцкая, Августовская, Радомская губернии, в настоящее время Польша; Виленская, Ковенская губерния – на данный момент Литва; Киевская, Волынская, Подольская, Винницкая губернии – в настоящее время Украина; и Витебская, Могилевская, Минская губернии – современная территория Беларуси.

Олонецкая губерния с 1860 года по 1870 год пополнилась различными национальностями, такими как, поляки, белорусы, украинцы, литовцы. Так как уже с 1930 года разрешался брак между карелами и русскими, соответственно, другими национальностями, пошла ассимиляция населения.

Для примера, в подтверждение моих слов, приведем несколько фамилий из архивных данных национального Карельского архива :

Хан Фердинанд - мещанин. Национальность - поляк.

Хрущевич Франц - дворянин. Национальность - поляк.

Черниховский Ипполит - дворянин Киевской губернии. Национальность, украинец.

Чернявский Яков - крестьянин. Национальность – поляк.

Шукановский Норберт – ксендз, духовное лицо, представитель католической церкви. Национальность - поляк.

Щенснович Люциан – чиновник. Национальность – поляк.

Из этого следует, что политическая ссылка в Олонецкую губернию приобрела черты многонационального характера. Социальный состав ссыльных так же разнообразен.

1.4 Условия содержания политических ссыльных

Количество ссыльных поляков в Олонецкой губернии дошло до 300 человек, сюда же выслано было 700 семей кавказских горцев.

Из-за большого количества людей, не хватало места в домах и острогах.

Началась серьезная борьба революционеров и самодержавной властью.

В шестидесятых городах девятнадцатого столетия правительство издает циркуляцию и инструкцию для губернаторов и полиции, в которых устанавливается определенный порядок надзора за лицами, обнаружившими вредные политические стремления[34].

Каждый циркуляр, каждая инструкция имела своей целью ухудшить общее положение, стеснить даже личную жизнь политических ссыльных.

На месте ссылки высылаемые должны были жить в определенном поселении и не имели права без разрешения полицейской власти отлучаться за черту города или деревни.

Определено было даже время возможного отсутствия с квартиры не свыше двенадцати часов в сутки.

Политические ссыльные обязаны были ежедневно являться в местное политическое управление и расписываться в специально для этого заведенной книге, чтобы начальство знало, что они не сбежали. В противном случае полиция всегда имела право проверить местонахождение поднадзорного. Независимо от этого и полиция и жандармы в любое время дня иночи могли делать обыски и заходить в квартиры для наблюдении за поведением политических ссыльных.

И этим правом усиленно пользовались, когда хотели. Полиция была настолько невежественна, что при обыске, забирала все, казавшееся ей подозрительным (особенно подозрительным являлись записки, так как привлекали особое внимание).

Политические ссыльные не имели право заниматься ни государственной, ни общественной службой, кроме того им категорически воспрещалось:

Всякая педагогическая деятельность

Обучение каким-либо искусствам и ремеслам

Чтение публичных лекций

Участие в публичных заседаниях ученых обществ

Участие в сценических представлениях

Вообще всякая публичная деятельность

Содержание типографий, библиотек и кабинетов для чтения

Занятие фотографией

Запрещалась поднадзорным и охота с применением стрелкового оружия, которое при обнаружении подлежало немедленной конфискации. Политссыльные не имели право покидать обозначенную территорию. Всякая отлучка за означенную черту считалась за побег и виновные привлекались к судебной ответственности по какой то мифологической статье не существующего закона. Приходилось отсиживать в тюрьме или платить штраф.

Отчеты и рапорта уездных исправников на имя Олонецкого губернатора раскрывают мрачную картину жизни польских политических ссыльных в Олонецкой губернии. Главной проблемой для сосланных было их бедственное, а подчас и полунищенское положение в незнакомом краю. В случае, если сосланный не мог себя содержать в ссылке за свой счет, чаще всего с доходов имения, казной назначалось денежное содержание: 15 копеек в сутки на проживание и 1 рубля 50 копеек в месяц для оплаты снимаемого жилья.

Такой объем содержания при существовавших тогда в Олонецкой губернии, фактически принуждал сосланных к постоянным просьбам на имя олонецкого губернатора о дополнительном денежном вспомоществовании. Не всегда, впрочем, эти прошения удовлетворялись в силу отсутствия соответствующих законов, буквы которых неуклонно держались чиновники Олонецкой губернии.

Бедственность положения ссыльных отягощалась еще и тем, что для них по различным причинам фактически отсутствовала возможность собственным трудом или службой поправить свое материальное положение. Причиной могла быть невозможность работать в силу болезней, развитие которых лишь провоцировалось влиянием сурового северного климата на непривычных к нему жителей южных областей.

Ярким свидетельством такого положения вещей является судьба дворянина Ковенской губернии Киприана Пушко, сосланного в Олонецкую губернию в июле 1863 г., который долгое время страдал размягчением спинного мозга, частичным параличом нижних конечностей и, в конце концов, умер в пудожской земской больнице в августе 1868 г.

Сложность в нахождении работы также была связана с трудностями в контакте с местным населением. К примеру, из прошения на имя Олонецкого губернатора от дворянина Ковенской губернии Владислава Загорского следует, что найти какую-либо службу в г. Каргополе не представлялось возможным в силу «недоверчивости здешних жителей».

Такое положение отягощалось также жестким правительственным контролем, а также некоторыми ограничениями в переписке и общении с родными и друзьями. Особенно настороженно уездная администрация и полиция относились к польскому духовенству сосланному в Олонецкую губернию.

Особая политическая роль польского духовенства объяснялась его традиционной социальной активностью, а также более высокими, чем у польской шляхты, образовательным уровнем и политическим кругозором. Такое особое отношение местных властей к польским священнослужителям видно из весьма точной фразы, приведенной в письме ксендза Казимира Порафинского брату по поводу возможности возвращения из ссылки в г. Повенце на родину: «…Наше возвращение зависит от известных религиозно-политических планов, которыми определена продолжительность нашего здесь пребывания…» [35].

Подводя итог первой главы, следует отметить, что изучение истории ссылки участников восстания 1863-1864 годов, в том числе их высылки в Олонецкую губернию, несомненно, важно. Потому как Россия и Польша имеет общую историю, историю взаимоотношений, пусть и не всегда дружественных.

Наша страна всегда принимало активное участие во всех разделах и изменениях Польского государства. История определила так, что Польша находилась под влиянием нашей страны и в дальнейшем (СССР вторая половина ХХвека).

Все это повлияло на население польских граждан, породило негативные стереотипы в отношении враждебности России. Бытовало мнение среди поляк о том, что целью нашего государства на протяжении веков являлось уничтожение польского народа и свержение его государственности.

Более того, даже на современном этапе, польская общественность представляет как и XIX веке, ужасающие условия жизни сосланных в Сибирский край польских политических заключенных. При этом они часто ошибочно отождествляют любой другой вид ссылки с сибирской каторгой.

Глава 2. Вклад в развитие Олонецкой губернии польских политических ссыльных

2.1 Основные направления деятельности политических ссыльных

В своих воспоминаниях каторжане преимущественно писали об организации быта и внутреннего распорядка каторги и ссылки, отношениях с уголовными заключенными и администрациями тюрем, каких-то внутренних брожениях внутри ссыльного общества и так далее. Связям с волей, с действующими революционными организациями, практически не уделяется внимания.

В первую очередь каторжане интересуются не ситуацией в центре России, а положением в ближайшей тюрьме. Так, например, каторжанки Нерчинской женской каторги вели активную нелегальную переписку с заключенными из тюрьмы в Горном Зерентуе, тогда как письма в Европейскую часть России или региональные партийные организации обычно проходили через цензурный контроль тюремных администраций.

Существовали правила, при которых следовало содержать поляков обособленно и не смешивая с остальными политссыльными - «отдельно от других арестантов и с ними не смешиваться»[36].

Более того, в соответствии с Высочайшим повелением от 16 ноября 1863 г. предполагалось «всех поступающих в арестантские роты польских мятежников подчинить непосредственно попечителям роты»[37].

Попечители должны были разделить политзаключенных на две группы по физическим данным и по состоянию здоровья. К первой группе относили тех преступников, которые не отличались хорошим здоровьем, но обладали каким-либо образованием. Ко второй категории относились преступники крепкого телосложения, но безграмотных. Собственно по этим критериям и велось распределение работ[38].

Общественные работы в условиях ссылки считались своего рода одним из условий исправления политзаключенных. Начальник роты был лично ответственен за обучение арестантов новым видам деятельности[39].

Обязательным считалось наличие в роте таких рабочих специальностей, как столяры, маляры, стекольщики, кузнецы, слесари, кровельщики, каменщики, мостовщики улиц булыжным камнем, штукатуры, печники, плотники, и др.

Считалось важным, чтобы каждый осужденный по возможности освоил как можно больше. Ротный командир должен был также следить, чтобы[40].

Строительный комитет выполнял распределительную функцию ссыльных на различные виды работ, данное решение так же зависело от начальника роты.

Работа проводилась шесть дней в неделю, субботний день работали до обеда, потому как суббота считалась банным днем, и всех арестантов отправляли в баню[41].

Количество заработной платы рассчитывалось каждый год Строительным комитетом или комиссией с утверждением начальником губернии из расчета уменьшения ее на 30% по сравнению с установленной в данной местности оплатой рабочего дня.

Две трети арестантского заработка должны были идти на «пополнение земского сбора», за счет которого содержались арестантские роты; одна треть оставалась в роте для улучшения условий содержания арестантов, показывавших лучшие результаты в исправлении, а также на пособия освобождавшимся. К доходам арестантских рот добавлялось и подаяние, собираемое в кружках, выставленных у дверей занимаемого ротой здания и в одной из местных церквей, причем эти средства можно было использовать только для устройства больницы и для пособий освобождавшимся. На руки арестантам деньги выдавать было строго запрещено[42].

Большую часть работы политзаключенных представляли работы по внутреннему содержанию роты. Организовывались работы по уборке снега, работа в прачечной, приготовление пищи и т. п.

Бывали моменты, когда у основной массы совсем не было работы. Бывшие повстанцы, владевшие каким-либо ремеслом, могли заниматься им в специально созданных при арестантской роте мастерских. При этом, несмотря на запреты, некоторым из них удавалось выполнять частные заказы и оставлять деньги себе[43].

Политзаключенные нуждались в работе. Так как это во многом определяло их дальнейшее существование, потому как не у всех была возможность получать помощь от своих родных и близких. Выдаваемое пособие было крайне скудно, и прожить на него не представлялось возможным. В любом случае работа отвлекала, давала толчок к жизни. Учитывая категорию ссыльных, необходимо заметить, что полит заклюючонные не сколько искали самой работы, сколько дела «по душе». Именно там, в жестких условиях ссылки подчас рождались гениальные произведения.

Разнообразная деятельность ссыльных оказывала влияние не только на хозяйственную, общественную и культурную жизнь края. Влияние ссыльных на общественно-политическую жизнь Сибири наиболее ярко проявилось в их борьбе против самодержавия. Содержание и формы этого влияния изменялись в зависимости от численности и состава политической ссылки, степени развития революционного движения и других факторов. В конечном счете они определялись этапами освободительного движения в России, их характером.

На втором этапе освободительного движения (первый этап - декабристы), когда политическая ссылка по количеству стала более массовой[44], а по составу и характеру - преимущественно народнической, расширились связи ссыльных с местным населением, более разнообразными стали формы их влияния на жизнь в Сибири.

Наряду с просветительской деятельностью ссыльные вели активную борьбу против самодержавия - создавали подпольные кружки и организации, вовлекая в них представителей местной интеллигенции, устраивая с их помощью побеги из ссылки, развернули политическую пропаганду, распространяя нелегальную литературу и рукописные прокламации, используя периодическую печать, заявляли письменные и устные протесты, готовили вооруженные выступления против самодержавия.

Вплоть до конца 19 века женщин по политическим причинам отправляли только в ссылку, однако, в последние два десятилетия в связи с ухудшением политической ситуации в стране их начинают отправлять в ссылку на каторжные работы наравне с мужчинами.

Термин "каторга" происходит от греческого слова "катергон" - "галера"[45]. В конце средних веков преступников часто приговаривали к "галерам". Там они работали гребцами, прикованными цепями к тяжелым веслам. В России подобный вид уголовного наказания впервые применили по указу Петра I от 1699 г. к нескольким жителям города Венева: их отправили в Азов в качестве гребцов на каторгах (в российском флоте так назывались некоторые гребные суда)[46].

Постепенно словом "каторга" стали обозначать все виды подневольного труда, к которым приговаривались осужденные. Заключенных собирали в большие группы (партии) и "гнали по этапу". Этапами назывались пункты, где партии осужденных и их конвой отдыхали во время длительных пеших переходов по грунтовым дорогам. Обычно расстояние между этапами составляло от 15 до 25 км. Часто на этапе строилось или нанималось специальное здание с помещениями для арестантов и конвоя.

Е. П. Клевакин так описывал это путешествие: "Переход партии в 25-30 верст занимал целый день. Через два перехода - дневка. Ночевали и дневали в этапных помещениях, попросту в крестьянских домах, нанятых на этот случай и приспособленных для содержания арестантов. Помещения неудобные, тесные, с миллиардами насекомых.

Таким вот образом убивало бесправное положение пересылаемых по этапу людей. Грубые окрики конвоя при каждом удобном и необходимом случае. Все это действовало угнетающе.

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Политическая ссылка в Олонецкой губернии второй половины ХІХ в". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 509

Другие дипломные работы по специальности "История":

Российско-китайские отношения: история и современность

Смотреть работу >>

Внешняя политика Франции в конце XIX – начале XX веков

Смотреть работу >>

Советско-германские отношения в 1920 – начале 30-х гг

Смотреть работу >>

Польша от 1914 года к началу второй мировой войны

Смотреть работу >>

Социально-экономические аспекты традиционной структуры Казахстана в 20-30 годы ХХ века

Смотреть работу >>