Дипломная работа на тему "Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко и Реца"

ГлавнаяИстория → Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко и Реца




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко и Реца":


Министерство образования и науки Российской Федерации

ГОУ ВПО «Ивановский государственный университет»

Исторический факультет

Кафедра истории древнего мира и средних веков

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Тема: ИЗОБРАЖЕНИЕ ОСНОВНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ ДЕЯТЕЛЕЙ ФРОНДЫ В МЕМУАРАХ ЛАРОШФУКО И РЕЦА

Студент VI курса заочного

отделения Колескин Д. А

Научный руководитель

доктор исторических наук,

профессор Евсеев В. А

Заведующий каф едрой

доктор исторических наук,

профессор Тюленев В. М

Иваново 2011

Оглавление

Введение

§1.Историография

§2.Обзор источников

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых успешно сданных дипломных проектов предлагает вам приобрести любые работы по необходимой вам теме. Качественное написание дипломных проектов по индивидуальным требованиям в Краснодаре и в других городах РФ.

§3.Франция в эпоху Ришелье и Мазарини

Глава I Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко

§1.Мазарини

§2.Принц Конде

§3.Королева

§4.Рец

Глава II Изображение основных политических деятелей Фронды в Мемуарах Реца

§1. Мазарини

§2.Принц Конде

§3.Королева

§4.Ларошфуко

Заключение

Список используемых источников и литературы

Введение

В истории Франции XVII века, трудно переоценить уникальность и значимость событий эпохи Фронды, ибо абсолютная монархия во Франции по ее окончании приобрела наиболее ярко выраженные черты. В этой связи представляется очень интересным моментом изображения политиков данного периода в мемуарах их основных участников Ларошфуко и Реца. Интерес к данной теме возникает и потому, что в этих мемуарах центральным событие является гражданская война, в которой сами мемуаристы принимают активное участие. Взгляд на происходящие события изнутри, всегда привлекает внимание историков, так как в мемуарах дается характеристика основных героев Фронды, их поступки, действия. В мемуарах Реца и Ларошфуко можно проследить за карьерными взлетами и падениями политиков того времени. В целом интересна позиция мемуаристов на саму войну, их отношения, принципы. Данная эпоха в истории Франции, а именно после смерти Ришелье в 1642году и короля Людовика XIII в 1643 , является очень насыщенной событиями. И для того, что бы разобраться в них, нужно рассмотреть все аспекты жизни страны перед гражданской войной.

Франция была к этому времени одним из самых больших (площадью около 500 тыс. кв. км) и населенных (по неполным демографическим данным, около 15 млн. человек) централизованных государств Европы.[1] Сословно-политический строй Франции был внешне прост: духовенство, дворянство и «ротюра», возглавляемые королем, пользующимся неограниченной властью. За кажущейся стройностью и простотой этой схемы, однако, скрывалась сложная социальная реальность, спутанный клубок классовых соотношений.

франция фронда ларошфуко рец

§1.Историография

Серьезные исследования мемуаров Ларошфуко относятся лишь к концу XIX века, они возникли после того, как было опубликовано первое его собрание сочинений. Среди посвященных ему биографических работ выделяются работы Ш.-О. Сент-Бева, Ж. Бурдо, Ф. Эмона, Э. Мора и наиболее полная биография Ларошфуко, принадлежавшая американскому автору - М. Бишопу[2] Бишоп обстоятельно изучил жизнь Ларошфуко и выразил это знание в своем труде. Автор подробно изучает ту среду, в которой рос и воспитывался Ларошфуко, в каких условиях он делал себе придворную карьеру, автор исследовал его жизнь и поступки во время Фронды. Однако Бишоп лишь перечислял факты которые он запечатлел в своей работе, но выводов и анализа окружения Ларошфуко нет.

Изучение Ларошфуко в России связано с именами литературоведов Э. Л. Липецкой и М. В. Разумовской. М. В.[3] Разумовская в первой половине 60-х годов выпустила две статьи, одна из них: "Ларошфуко и Фронда". Монография посвящена исследованию творчества известного французского моралиста, характеристике исторической обстановки, в которой жил и творил Ларошфуко, философских концепций и политических теорий, оказавших влияние на его мировоззрение, определению места Ларошфуко в ряду других классицистов "великого века". Основное внимание уделяется анализу общественно-политического и философского содержания «Максим» — главного произведения Ларошфуко Монография посвящена исследованию творчества известного французского моралиста, характеристике исторической обстановки, в которой жил и творил Ларошфуко, философских концепций и политических теорий, оказавших влияние на его мировоззрение, определению места Ларошфуко в ряду других классицистов "великого века". Основное внимание уделяется анализу общественно-политического и философского содержания «Максим» — главного произведения Ларошфуко. Некоторое внимание Ларошфуко уделено в исследованиях о литературе XVII в. Ю. Б. Виппера, С. Д. Артамонова и P. M. Самарина.[4] Но все здесь сводится лишь к краткому рассказу о его жизни и беглому обзору "Максим". Большинство исследователей, занимавшихся Ларошфуко и конструировавших для себя его образ, разделились на два лагеря. Некоторые превозносили его достоинства, другие сосредоточились на его недостатках. При этом одним и тем же его поступкам порой давали совершенно противоположные объяснения, делая из него то негодяя, то благороднейшего и бескорыстнейшего рыцаря.

Со страниц многих работ Ларошфуко предстает как заядлый интриган, гордый и заносчивый человек, образец высокомерия. "Во Франции было немного людей более надменных, чем герцог де Ларошфуко"[5], - утверждал его исследователь У. Г. Льюис.[6] Ларошфуко не сумел сделать карьеры при дворе, "в основном по собственной глупости", поскольку был совершенно непоследователен, то поддерживая королеву, то борясь против нее. Интрига была его стихией, "в которую Ларошфуко и окунается с огромным наслаждением"[7]. Он, очертя голову, "кинулся во Фронду без убеждений, но рьяно, из-за любви и злости на королеву"[8]. А иные полагают, что он лишь притворялся влюбленным, цинично используя страсть герцогини де Лонгвиль, одной из красивейших дам при дворе, фрондерки и сестры Великого Конде, для достижения собственных целей. Но даже вся его гордость не помешала ему, разорившись, отдать дочь в жены своему бывшему слуге, лишь бы только не лишиться его финансовой помощи (этот брак не был признан официально, но не считался секретом в обществе).

Но есть авторы, которые рисуют совершенно иной образ Ларошфуко. Большинство из тех, кто занимался изучением биографии герцога, считают, что Ларошфуко был застенчивым человеком, увлеченным "идеалом рыцарской галантно-героической романтики" и всячески стремившимся походить на героев "Астреи"[9].

Другой известный участник Фронды – кардинал де Рец. Его «Мемуарами» занимались прежде всего писатели, а затем уже, как правило, ученые-историки. Еще Ш.-О. Сент-Бёв в середине XIX в. восставал против близорукости и предвзятости, проявившихся у современных ему историков в отношении мемуариста. Он сам благодаря своей поразительной художественной интуиции и своей проницательности блестяще раскрыл противоречия Реца и многое предвосхитил в нашем современном понимании автора «Мемуаров» как личности, как политического деятеля и мыслителя, как гениального писателя. Значительно позднее великолепное эссе о кардинале и его «Мемуарах» создал Андре Сюарес. Лейтмотив этюда: «Книга этого великого человека — зеркало его характера и его духа» [10]. Тонкие прозрения содержало эссе Г. Пикона, увидевшего в фактических неточностях и ошибках Реца не злой умысел, а спонтанное отражение внутреннего мира мемуариста, его чаяний и мечтаний.[11] Что же касается историков XIX и первой половины XX в., занимавшихся изучением «Мемуаров» Реца — Альбера-Бюиссона, Шантелоза, Батиффоля и других, то они сосредоточивали свое внимание прежде всего на выявлении различного рода ошибок, неточностей, умолчаний, допущенных Рецем в изложении и истолковании событий Фронды. В глазах этих историков произведение Реца представляет собой крайне ненадежный источник, написанный с предвзятой точки зрения, рисующий в целом, в угоду самолюбию и тщеславию автора, произвольную и искаженную картину катаклизмов, сотрясавших Францию в середине XVII столетия. Конечно, ошибок и неточностей в «Мемуарах» Реца немало, и на них еще придется дальше остановиться подробнее. Но истоки и природу этих ошибок и неточностей следует рассматривать под иным углом зрения, чем это делают историки — разоблачители Реца: не как следствие некой коренной недобросовестности, а как результат, если так можно сказать, одержимости задачей, поставленной автором перед собой, как некую оборотную сторону достоинств созданного им произведения. Позиция историков-критиков Реца не позволяет им не только должным образом оценить, но и вообще увидеть новаторство Реца - писателя, выдающееся место его «Мемуаров» в развитии французской прозы XVII в. Над образом мысли исследователей тяготеет определенный стереотип.

Монография Малова В. Н. посвящена Парламентской Фронде — необычному историческому конфликту между абсолютистским правительством и его судейским аппаратом.[12] На обширном материале опубликованных и архивных источников автор раскрывает характер Парламентской Фронды как исторически подготовленного конфликта между двумя альтернативными путями развития французской абсолютной монархии, форма и исход которого зависели от конкретной военной и политической обстановки. Это серьёзная монография, автор которой не только опирается на обширную базу источников и излагает факты, но старается проанализировать сущность кризиса французского государства середины XVII в. Особенно хорошо, что Малов ищет более сложное объяснение, чем то, к которому прибегали советские авторы. Хорошо и то, что много места уделено критике примитивных идей марксистских «историков». Единственным недостатком книги видится только практически полное игнорирование современных иностранных монографий. Зато первоисточники, старые книги и вся отечественная историография по теме задействованы достаточно.

Люблинская А. Д. - архивист, палеограф, историк западноевропейского средневековья и раннего нового времени, в своём произведении " Французский абсолютизм в первой половине XVII века"[13] рассматривает время правления Ришелье как самый блестящий век в истории Франции, как век расцвета искусств под покровительством абсолютной королевской власти, как век относительной политической стабильности (по сравнению с предшествующими и последующими столетиями).

Черкасов П. П. в своей книге[14] дает очень яркую оценку эпохе, в которой правил Ришелье Его книга это - первое в России подробное жизнеописание кардинала Ришелье. Известный историк, доктор исторических наук пытается воссоздать портрет подлинного Ришелье - фактического правителя Франции в эпоху Людовика XIII, выдающегося государственного деятеля, повлиявшего на ход европейской истории. Точность исторического портрета кардинала Ришелье обеспечивается привлечением автором французских источников, раскрывающих масштабность деяний крупного политика, а также значительность его личности во всех ее проявлениях. Биография Ришелье дается на широком фоне драматических событий, сотрясавших Францию и Европу с конца XVI века до середины XVII столетия.

Копосов Н. Е свою монографию[15] посвятил практически не исследованной в отечественной и остро дискутируемой в зарубежной историографии теме о социальном облике представителей государственной власти, позволяющей глубже понять сущность и своеобразие французского абсолютизма. В историко-социологическом аспекте рассматриваются семьи членов королевского совета при Людовике XIV в 1661 – 1715 гг.

Ивонина Людмила Ивановна - В своей статье[16] исследует и дает ответы на следующие вопросы: Каких размеров достигало материальное наследство французских министров XVII в ? Как оно отражало их личные взгляды и вкусы? Почему сочетание власти из богатства вызывало неадекватное отношение разных слоев подданных короля Франции? Существовала ли разница в возможностях накопления материальных благ до эпохи Короля-Солнца Людовика XIV и во время его правления? Автор отвечает на эти вопросы на примере характеристики материального наследства первых министров Франции - кардиналов Ришелье и Мазарини и некоторых министров Людовика XIV.

Исследованию конкретно французского двора XVI-XVII вв. посвящена монография В. В. Шишкина[17]. В своей работе он исследует королевский двор как государственный институт, причем в самый неспокойный для Франции период - время правления последних Валу а, гражданских войн, прихода к власти Генриха IV, правления Людовика XIII и кардинала Ришелье. Уделив внимание вопросу институциональной эволюции двора, В. В. Шишкин выявил иную, нежели Н. Элиас, причину «цивилизованности» знати. По мнению историка, перемены в нравах двора были обусловлены не столько самопринуждением аристократии к мирному общению, сколько обновлением придворного состава.

Модели поведения и добродетели, на которые должны были ориентироваться монархи на рубеже Средневековья и Нового времени, по материалам сочинений Ф. де Коммина, Ж. Бодена и А.-Ж. Ришелье изучала A. A. Мироненко[18]; феномену дружбы XVII столетия по произведениям французских интеллектуалов (герцога Ларошфуко, мадам Лафайет, мадам Сюодери) уделяла внимание A. B. Стогова[19]; то, как посредством текстов современники Людовика XIV конструировали определенный образ жизни, одновременно становившийся и образом в литературе, исследовалось М. С. Неклюдовой[20].

Хохлова Ю. С в своей диссертации[21] уделила особое внимание традициям, ценностям, ментальным установкам придворного общества Франции раннего нового времени. Предмет исследования составляют социокультурные, социопсихологические характеристики и аспекты образа человека двора, рассматриваемые в контексте ценностных ориентаций и реальной придворной практики. В диссертации комплексно и разносторонне изучается совокупность качеств, составляющих образ человека французского двора. Автор выявляет специфику социокультурных традиций придворного общества и характерные ценности, определявшие поведение знати. На основе анализа личностных характеристик представителей элиты определяет комплекс качеств придворного и короля в системе ценностных ориентаций и в реальной практике. Реконструирует идеальный и реальный образ человека двора в контексте межличностных взаимоотношений при дворе.

Научный труд [22] французского ученого Э. Маня знакомит читателя с нравами галантного XVII столетия, когда жили и сражались столь хорошо известные герои А. Дюма - три мушкетера. Автор воскрешает на страницах книги неповторимый аромат того времени, привычки и пристрастия знати, буржуа и простолюдинов, мир салонов и узеньких улиц Парижа. В центре повествования - человек в правление Людовика XIII, его чаяния, надежды, излюбленные развлечения и трудовые будни. Перед читателем предстают главные действующие лица той эпохи - Людовик XIII, кардинал Ришелье и Анна Австрийская, в тиши королевского кабинета, на торжественных приемах или охоте. Э. Маню удалось воссоздать условия того времени, от интеллектуального состояния общества до простых деталей быта, костюма, мебели. Книга изобилует неизвестными ранее отечественному читателю подробностями и предназначена для широкой аудитории.

Много внимания уделил изучению французской придворной аристократии раннего нового времени немецкий социолог Н. Элиас. В монографии «Придворное общество»[23], написанной в 40-е годы XX в., им было высказано несколько важных тезисов. Первый заключается в том, что определяющее значение на личностные особенности вельмож и монархов имели традиции двора. Следующий тезис касается ценностных установок и поведения придворного. Ученый полагал, что в эпоху Людовика XIV жизненно необходимым для аристократа было обладать расчетливым умом, стремлением к престижу, искусством общения и наблюдения. Ещё одно положение в его работе сводится к тому, что в придворном обществе в течении ХVI-ХVII вв. происходили серьезные процессы социопсихологического характера, связанные с самопринуждением знати к мирному общению вместо дуэлей и формированием «цивилизованных» нравов. Благодаря таким изменениям, как полагает Н. Элиас, придворных-рыцарей сменила придворная аристократия. Несмотря на очевидное новаторство в изучении королевского двора как социального института, модель придворного у Н. Элиаса статична. Она сводится к замкнутой системе характерных для неё признаков и отношений, в ней нет места другому измерению, которое постоянно эволюционирует и не может быть предугадано. Но, тем не менее, выводы этого ученого до сих пор остаются базовыми в представлении о французском придворном раннего нового времени и способствуют пониманию процесса аристократизации элиты. Концепция Н. Элиаса оказала сильное влияние на труды других ученых. На её основе американский историк Р. Мушанбле сформулировал один из основных своих тезисов: «цивилизация нравов», выражавшаяся в расширении контроля над аффектами, определила сущность европейской цивилизации. Монография Н. Элиаса значительно повлияла на развитие новых исследовательских ракурсов в западной и отечественной медиевистике. Ключевой темой, в рамках которой проводится изучение представителей французской аристократии, стал феномен двора.

С 80-90-х годов XX в. также в изучении французской знати используются методики интеллектуальной истории. Сквозь призму индивидуальных представлений интеллектуалов конца XVI-XVII вв. — Фаре, Кастильоне, Грасиана - М. Магенди и Э. Бюри реконструируют и осмысливают популярный в XVII столетии образец «honnête homme» . Они детально исследуют вопрос о причинах появления такого образца и являются авторами т. н. концепций «l'honnêteté»: светской и нравственной. Изучением проблемы взаимосвязи понятия «honnête homme» с представлениями мыслителей XVIII-XIX вв. об идеальном подданном эпохи Просвещения и Романтизма занимались историки Д. Стантон и Ж.-П. Дане.[24]

Отмеченные нами исследования, безусловно, является одними из наиболее перспективных в современной историографии. Однако при всех его достижениях, выразившихся в ряде работ общего и конкретного плана, на этом исследовательском поле остается немало проблем, требующих дальнейшего теоретического осмысления и конкретных изысканий, обобщения результатов, полученных в изучении отдельных аспектов. В историографии все ещё отсутствуют труды, посвящённые исследованию того, как осветили в своих мемуарах известнейших действующих лиц Фронды её же участники, а именно Франсуа де Ларошфуко и Кардинал де Рец.

Цель дипломного сочинения: Показать отношение Ларошфуко и Реца в их мемуарах к основным деятелям Фронды.

Задача: 1.Проследить степень участия мемуаристов в Гражданской войне.

2.Определить принадлежность мемуаристов к той или иной группе противоборствующих сторон и причины этого выбора.

3. Дать характеристику действий и поступков основных политических деятелей Фронды, в сочинениях мемуаристов.

4. Оценить личностные качества основных участников гражданской войны с точки зрения мемуаристов.

5. Сравнить оценки Реца и Ларошфуко в отношении политических деятелей Франции периода Фронды

§2.Обзор источников

В западноевропейской истории раннего нового времени трудно переоценить уникальность и значимость мемуарной литературы, которая освящает многие события истории Франции, её внешнюю и внутреннюю политику, в том числе и королевский двор Франции, его основных и второстепенных героев, потому, что он, превращаясь одновременно в политический, экономический, социальный и культурный центр страны,- со второй половины XVII столетия стал единственным высшим органом управления государством, оплотом патронажа и клиентелы, эталоном придворной жизни, которому пытались подражать все европейские дворы, по сравнению с его блеском и пышностью, казавшиеся старомодными и провинциальными. Именно при королевском дворе и вокруг его разгорались события Фронды, которые перевернули в то время понимание власти в стране, его структуру. Именно поэтому, источниковедческой базой исследования послужили в основном материалы нарративных источников, т. е, сочинения Ларошфуко и Реца. По сравнению с документальными и нормативными они содержат обширный материал для реконструкции начала и основных действий в гражданской войне, описания основных политических деятелей – участников данных событий, и их действий. Дается их характеристика. Наиболее репрезентативными с точки зрения выбранных ракурсов исследования явились мемуарные сочинения. Достоинства и недостатки такого рода источников общеизвестны. С одной стороны, они насыщены характеристиками и разными примерами поведения людей, отображают особенности их внутреннего мира, раскрывают причины поступков. С другой стороны, мемуары – субъективны и часто ретроспективны. События в них переосмысливаются на основе личного опыта автора и описываются так, как они были услышаны, пережиты или прочувствованы им в качестве очевидца или участника событий. К тому же, воспоминания могли быть написаны гораздо позднее тех событий, которые находят в них отражении историко-антропологических исследований. Хотя может возникнуть вопрос: неужели субъективизм воспоминаний не искажает реконструируемый на их основе образ человека? Искажает, если исследовательская работа опирается на слишком малое количество таких источников. При сопоставлении материалов большого числа мемуаров воссоздается более или менее объективная картина, не зависящая от субъективных намерений авторов.

В дипломной работе для характеристики политических деятелей глазами Франсуа де Ларошфуко[25] и Кардинала де Реца[26] использовались их мемуарные труды.

Мемуары-хроники, посвящены преимущественно политическим событиям, к таким можно отнести труды Ларошфуко. "Мемуары", под названием "Гражданские войны во Франции с августа 1649г. до конца 1652 г.", впервые опубликованы в 1662 г. в Руане, без ведома автора.[27] Текст их был сильно искажен купюрами, добавлениями из других авторов. Ларошфуко отказался от авторства этих "Мемуаров" и даже обратился с жалобой в парижский парламент, который указом от 17 сентября 1662 г. запретил их продажу. Подлинный текст "Мемуаров" издан в том же 1662 г. Брюсселе, у Франсуа Фоппенса (хотя на титульном листе значится: Кельн, у Пьера Ван Дика). В дальнейшем, на протяжении XVII, XVIII, первой половиныXIX вв., было много переизданий искаженного текста, часто под именем Ларошфуко печатались воспоминания других авторов. Первое научное издание"Мемуаров", подготовленное Ж. Гурдо, появилось в 1874 г. в собрании сочинений Ларошфуко в серии "Les grands ecrivains de la France"[28]. Настоящий перевод А. С. Бобовича сделан по этому изданию, и книга вышла в Москве в 1993 году.[29]

Достоверность мемуаров Ларошфуко как исторического источника достаточно высока для того времени. Автор мемуаров, конечно, очень часто высказывал свое личное мнение или мнение оппозиции, в которой он состоял, Характеристика королевы у меня вызывает сомнение, т. к, Ларошфуко восхищался ей и ничего плохого или объективного написать не мог. Т. о при изучении личности королевы я бы не опирался на мемуары Ларошфуко, т. к считаю их не полностью осветившими всю полноту информации о ней. К кардиналу Мазарини Ларошфуко, так же как и к Ришелье отнёсся с недоверием и с неприязнью, но объективно описал его качества и даже сравнил его с Ришелье. Я считаю, что Ларошфуко вполне объективно и достоверно оценил многие плюсы и минусы политики Мазарини. Фронда в мемуарах Ларошфуко оценивается с точки зрения не стороннего наблюдателя или участника, а со стороны одной из противоборствующих сторон, тем более Ларошфуко, имел, на мой взгляд свое мнение по вопросу Фронды, как и любой ее участник, но описал её однобоко. Изучая историю Франции с 1624 по 1651год глазами Ларошфуко, я сделал некоторые выводы об авторе: я считаю, чтостремление представить свою личность в выгодном свете, не вызвав при том нареканий в «эготизме», заставляет Ларошфуко писать о себе в третьем лице, называя себя сначала принцем Марсийаком, а позже - герцогом Ларошфуко. Так или иначе, мемуары Ларошфуко – это один из лучших исторических источников по истории Франции эпохи Фронды. Конечно, во многих случаях в мемуарах взято очень предвзятое мнение, но это свойство большинства исторических мемуаров. Волнения в Париже, Ларошфуко очень подробно описывает в реальности, а не свое видение ситуации: «Я не был тогда в Париже, так как по приказанию королевы выехал в свое губернаторство».[30] В первой Фронде Ларошфуко был ранен, и лечился в своих землях: «Моя тяжелая и опасная рана лишила меня возможности увидеть собственными глазами происшедшее в дальнейшем ходе этой войны; события эти, впрочем, не заслуживают описания».[31] Таким образом, со слов самого мемуариста становится понятно, что многие события и оценки автора подвергаются сомнению, так как описаны человеком который был оппозиционером Мазарини и двора, и в этом ключе написаны эти рукописи. Второй момент, это описание событий, в которых сам мемуарист не участвует, однако описывает их со слов ярых противников двора, которые не выражали объективного мнения на происходящее.

Мемуары Реца относят к разновидности мемуары – автобиографии. Вышеперечисленные мемуары относят и к литературному портрету («Портрет Ларошфуко, написанный им самим» и «Портрет герцога Ларошфуко, написанный де Рецом»). Отсутствие достоверных сведений позволяло некоторым исследователям считать «Мемуары» плодом многолетнего труда — начало работы относили к 1662 — 1665 годам, когда Рец обосновался в имении Коммерси в Лотарингии. Опираясь на анализ самого текста (каких исторических деятелей уже умерших или еще живых кардинал упоминает, какими титулами величает), Андре Бертьер в своей докторской диссертации[32] доказал, что воспоминания были созданы в Коммерси за полтора года, в 1675 — 1677 годах (с перерывом на поездку в Рим на конклав в 1676 г.). По свидетельству секретаря Реца — Ги Жоли, его хозяин задумал и даже якобы начал писать историю своей жизни во время заключения в Венсеннском замке в 1652 — 1654 годах. Известно, что он любил рассказывать отдельные эпизоды своей жизни, но лишь после неудачной попытки уйти от мира, сложить кардинальский сан и затвориться в аббатстве Сен-Мийель (Сен-Мишель) как простой монах-бенедиктинец (папа римский не принял его отречения от сана), он уступил настояниям своих друзей и принялся за мемуары. Возможно, подтолкнуло его к этому и появление ряда мемуаров о Фронде, в том числе его врага герцога Франсуа де Ларошфуко. История жизни осталась незаконченной — отчасти из-за прогрессировавшей близорукости, отчасти из-за того, что наиболее значительные события уже были описаны, а за ними следовал период унизительных скитаний.

Хранившаяся в монастыре Сен-Мийель рукопись «Мемуаров» в XIX веке попала в Америку, а ныне хранится в парижской Национальной библиотеке. Большая часть написана самим кардиналом, отдельные отрывки (около 90 страниц) — монахами под его диктовку. Из рукописи вырваны первые 258 страниц (около 4 — 5 печатных листов), еще несколько — в середине и в конце. Плохо сохранившаяся третья часть восстанавливается по копиям. Девять небольших фрагментов из начала попали в первые издания — аутентичность их в настоящее время не оспаривается, но источник остается по-прежнему неизвестен. Гипотеза А. Бертьера, что рукопись начиналась с переработанного варианта «Заговора графа Джанлуиджи деи Фиески»[33], который после смерти Реца был передан книгоиздателю Барбену (напечатан в 1682 г.) по ошибке, вместе с первыми страницами мемуаров, вызвала возражения Марии Терезы Хипп: опытный издатель Барбен должен был распознать, какая ценность попала ему в руки.

Впервые «Мемуары» были опубликованы в 1717 году ; в 1719 году вышло уже восьмое издание, что свидетельствовало о безусловном читательском успехе. Высказывались сомнения в подлинности «Мемуаров»: казалось неправдоподобным, чтобы священнослужитель столь подробно рассказывал о своих неблаговидных поступках и помыслах. За последующие сто с лишним лет «Мемуары» печатались еще восемь раз, пока наконец Шампольон-Фижак не обнаружил рукопись Реца и не издал ее в 1837 году — в серии «Новое собрание мемуаров, посвященных истории Франции, начиная с XIII века до конца XVIII-го», т. XXV, выходившей под руководством Ж.-Ф. Мишо и Ж.-Ж.-Ф. Пужула. Следующее авторитетное издание было подготовлено в 1870 — 1880 годах А. Фейе, Ж. Гурдо и Р. де Шантелозом для фундаментального десятитомного «Собрания сочинений кардинала де Реца» (1870 — 1920) в серии «Великие французские писатели» , на которое опирались и все последующие. Лишь в новом варианте издания произведений Реца в «Библиотеке Плеяды» (первое подготовил Морис Аллем в 1939 г. ) в 1984 г. литературовед Мария Тереза Хипп и историк Мишель Перно заново пересмотрели как текстологию, так и сам подход к «Мемуарам», принципам комментирования, используя работы последних лет и в первую очередь капитальное исследование А. Бертьера. Именно по тексту этого издания и был осуществлен настоящий перевод[34]. Ряд существенных дополнений и корректив был предложен вдовой А. Бертьера Симоной Бертьер в 1987 году в издании мемуаров Реца в серии «Классик Гарнье»[35]. Всего же во Франции «Мемуары кардинала де Реца» издавались и переиздавались около тридцати раз.

Исходя из темы исследования и ее цели и задач, я построил изложение своей дипломной работы в следующем порядке: во введении я считаю нужным обозначить основных действующих лиц в период Фронды, В этой части работы я считаю нужным исследовать этапы самой Фронды и указать их участников, принадлежность их к той или иной противоборствующей стороне, для того что бы более адекватно оценивать и понимать, почему мнение мемуаристов трактуется именно так или иначе. А так же я считаю, что для моей работы очень полезно разъяснение сути происходящего в стране, а именно оценить то наследие которое оставил после себя Ришелье, но главным я считаю, указать на предпосылки гражданской войны, и кратко обозначить ее ход и итоги.

Исходя из темы работы, её цели и задач считаю нужным обозначить первую и вторую главу как изображение основных политических деятелей и их поступков в мемуарах Ларошфуко и Реца. В третьей главе считаю нужным изучить морально – нравственный аспект в действиях политиков Фронды. Я считаю, что основная суть работы раскрывается именно в этих трех главах. Таким образом, принцип построения данной дипломной работы является – проблемный.

§3. Франция в эпоху Ришелье и Мазарини

Эпоха Ришелье - для Франции – это укрепление абсолютизма. Закончились религиозные войны, королевская власть утвердилась перед двумя врагами: католической лигой и гугенотской партией. Почти полностью отвоёваны территории Франции, ещё недавно захваченные Испании. Во внутренней политике была устранена всякая возможность полномасштабной гражданской войны между католиками и протестантами. Будучи противником гугенотов (протестантов), Ришелье лишил их политических прав и военных привилегий. Но в то же время, дарованная им свобода отправления культа и судебные гарантии положили конец религиозным войнам во Франции. Ему не удалось покончить с традицией дуэлей и интриг среди провинциальной знати и придворных, но благодаря его усилиям неповиновение короне стало считаться не привилегией, а преступлением против страны. Ришелье значительно укрепил позиции королевского совета во всех сферах управления. Но всему рано или поздно приходит конец. Пришли новые правители, и страна была ввергнута в гражданскую войну. Начиная с 1623 г. до середины XVII века не проходило ни одного года без городских восстаний. В 1620—1640 гг. в южных, западных и северных провинциях Франции прошли и крестьянские выступления. Крестьянство, составлявшее большинство населения Франции, было разорено войной, огромными налогами, вторжением вражеских войск и мародёрством собственной армии. Кардинал Мазарини был крайне непопулярным первым министром. Он имел массу придворных врагов. Тридцатилетняя война и война с Испанией, требовавшая огромных финансовых затрат, создавала недовольство населения. В 1646. парламент отказался внести в свои регистры предложенные Мазарини фискальные проекты; одновременно вспыхнули открытые восстания на юге страны (в Лангедоке) и других местах. Фискальные тенденции политики Мазарини затрагивали интересы не только простого народа, но и зажиточного городского класса. К началу 1648 года положение настолько обострилось, что кое-где на улицах Парижа начались вооружённые стычки. В январе, феврале и марте произошёл ряд заседаний парламента, который отнёсся отрицательно к финансовым проектам королевы-регентши Анны Австрийской и Мазарини. Именно эти события явились, как предыстория гражданской войны во Франции.[36]

Её можно разделить на 2 основных этапа: Первый из них это - Парламентская фронда, ее началом послужило то, что летом 1648 Мазарини сослал нескольких своих влиятельных врагов. Тогда парламент заговорил уже об ограничении правительственного произвола в деле наложения новых податей и в лишении свободы. Успех английской революции, уже определившийся к концу 1640-х, содействовал смелости французской оппозиции. Тем не менее регентша велела (26 августа 1648) арестовать главу парламентской оппозиции, Брусселя, и ещё некоторых лиц. На другой день парижское население построило около тысячи двухсот баррикад. Анна Австрийская очутилась в Пале-Рояльском дворце запертой целой системой баррикад на соседних улицах. После двухдневных переговоров с парламентом регентша, видя себя в очень критическом положении, освободила Брусселя. Полная гнева, она в середине сентября, с Мазарини и со всей семьей, уехала из Парижа в Рюэль. Парламент потребовал возвращения короля в столицу, но это сделано не было. Тем не менее, решившись до поры до времени показать себя уступчивой, Анна подписала «Сен-Жерменскую декларацию», которая в общем удовлетворяла главнейшие требования парламента. Осенью 1648 к Парижу подошла часть войск от границы. Принц Конде, герой Тридцатилетней войны, благодаря щедрым подаркам королевы, стал на сторону правительства, и Анна (в декабре 1648) снова начала борьбу с парламентом. Конде вскоре осадил Париж (откуда 5 января 1649 выехала королева). Парижское городское население, в союзе с недовольными аристократами (Бофором, Ларошфуко, Гонди и др.), решило всеми мерами сопротивляться.[37] В Лангедоке, Гиени, Пуату, а также на севере (в Нормандии и других местах) начались волнения антиправительственного характера. «Фронда», как стали называть их сначала в шутку (по имени детской игры), а потом серьёзно — стала приобретать сильных союзников. Это снова сделало королеву и Мазарини уступчивыми. Парламент между тем успел разглядеть, что его знатные союзники действуют из чисто личных целей и не откажутся от предательства. Поэтому 15 марта парламент пришёл к мирному соглашению с правительством, и на короткое время волнение утихло.[38]

Вторым этапом можно считать - Фронду принцев. Но едва это соглашение устроилось, обнаружилась вражда и зависть Конде к Мазарини, политику которого он до тех пор поддерживал. Конде вёл себя так дерзко по отношению не только к Мазарини, но и к королеве, что произошёл открытый разрыв между ним и двором. В начале 1650 года, по приказу Мазарини, Конде и некоторые его друзья были арестованы и отвезены в Венсенскую тюрьму. Снова возгорелась междоусобная война, на этот раз уже не под главенством парламента, а под прямым руководством сестры Конде, герцога Ларошфуко и других аристократов, ненавидевших Мазарини. Опаснее всего для двора было то, что фрондёры установили отношения с Испанией (воевавшей тогда против Франции). Мазарини начал военное усмирение бунтовавшей Нормандии и быстро его привёл к концу; эта «Фронда Конде» вовсе не была особенно популярна (парламент её совсем не поддерживал). Столь же удачным (в первой половине 1650) было усмирение и других местностей. Мятежники всюду сдавались или отступали перед правительственными войсками. Но фрондеры ещё не теряли бодрости духа. Мазарини, с регентшей, маленьким королём и войском, отправился к Бордо, где в июле восстание разгорелось с удвоенной силой; в Париже остался Гастон Орлеанский, в качестве полновластного правителя на всё время отсутствия двора. В октябре королевской армии удалось взять Бордо (откуда вожди Фронды — Ларошфуко, принцесса Конде и другие — успели вовремя спастись). После падения Бордо Мазарини загородил путь южной испанской армии (соединившейся с Тюренном и другими фрондёрами) и нанёс (15 декабря 1650) врагам решительное поражение. Но парижские враги Мазарини осложнили положение правительства тем, что им удалось привлечь на сторону «Фронды принцев» затихшую уже парламентскую Фронду. Аристократы соединились с парламентом, их договор был окончательно оформлен в первые же недели 1651, и Анна Австрийская увидела себя в безвыходном положении: коалиция «двух Фронд» требовала от неё освобождения Конде и других арестованных, а также отставки Мазарини. Герцог Орлеанский также перешёл на сторону Фронды. В то время, когда Анна медлила исполнить требование парламента, последний (6 февраля 1651) объявил, что признаёт правителем Франции не регентшу, а герцога Орлеанского. Мазарини скрылся из Парижа; на другой день парламент потребовал от королевы (явно имея в виду Мазарини), чтобы впредь иностранцы и люди, присягавшие кому бы то ни было, кроме французской короны, не могли занимать высших должностей. 8 февраля парламент формально приговорил Мазарини к изгнанию из пределов Франции. Королева должна была уступить. В Париже толпы народа грозно требовали, чтобы несовершеннолетний король остался с матерью в Париже и чтобы арестованные аристократы были выпущены на свободу. 11 февраля королева приказала это сделать. Мазарини выехал из Франции. Но не прошло и нескольких недель после его изгнания, как фрондёры перессорились между собой, вследствие слишком своего разнородного состава, и принц Конде, подкупленный обещаниями регентши, перешёл на сторону правительства. Едва он порвал сношения со своими товарищами, как обнаружилось, что Анна обманула его; тогда Конде (5 июля 1651) выехал из Парижа. Королева, на сторону которой один за другим стали переходить её враги, обвинила принца в измене (за отношения с испанцами). Конде, поддерживаемый Роганом, Дуаньоном и другими вельможами, начал мятеж в Анжу, Бордо, Ла-Рошели, Берри, Гиени и т. д. Испанцы тревожили границы на юге; положение Анны снова оказалось отчаянным. Ей помог Мазарини, явившийся из Германии (в ноябре 1651) во главе довольно многочисленной армии наёмников. Вместе с войсками королевы эта армия принялась за укрощение мятежа в неспокойных провинциях. Борьба началась упорная. Конде и его союзники пробились к Парижу, и Конде въехал в столицу. Огромное большинство парижан, после долгих, не прекращавшихся смут, относилось к обеим враждующим сторонам вполне индифферентно, и если всё чаще и сочувственнее начинало вспоминать Мазарини, то исключительно потому, что надеялось на скорое восстановление порядка и спокойствия при его управлении. Летом 1652 Конде начал насильственные действия против приверженцев Мазарини в Париже; у ворот столицы происходили, с переменным успехом, стычки между войсками Конде и королевскими. Часть парламентских советников выехала, по королевскому желанию, из Парижа, а Мазарини уехал добровольно «в изгнание», чтобы показать уступчивость правительства. Эта мера привела к тому, на что она была рассчитана: почти все аристократические союзники Конде покинули его; парижское население отправило к регентше и королю несколько депутаций с просьбой возвратиться в Париж, откуда уехал всеми покинутый Конде, присоединившийся к испанской армии. 21 октября 1652 королевская семья с триумфом въехала в Париж. Уцелевшие выдающиеся фрондёры были высланы из столицы (самые опасные, впрочем, выторговали себе амнистию, ещё прежде чем оставить Конде); парламент вёл себя низкопоклонно. Анна восстановила все финансовые эдикты, послужившие четыре года тому назад первым предлогом для смуты; королевский абсолютизм воцарился всецело. В январе 1653 снова вернулся Мазарини, отнявший у Конде последние бывшие в его руках крепости. Кое-где фрондёры ещё держались в течение первой половины 1653, но только при помощи испанских войск.

Окончательным прекращением Фронды считается взятие, в сентябре 1653, города Периге войсками правительства. Таким образом, Главные деятели Фронды это: на стороне короля Регентша Анна Австрийская, королева-мать; Кардинал Мазарини, первый министр Франции. Фрондёры Монсеньор де Гонди, коадъютор архиепископа Парижа, впоследствии кардинал де Рец; Принц де Конти, младший брат герцогини де Лонгвиль и Великого Конде; Мадмуазель де Монпансье, известная как «Великая Мадмуазель»; Герцог де Лонгвиль; Герцогиня де Лонгвиль, супруга предыдущего и сестра Великого Конде и принца де Конти; Герцог де Ларошфуко, любовник предыдущей; Герцог де Бофор; Герцогиня де Шеврез; Герцогиня де Монбазон, любовница герцога де Бофора. В разное время на той и другой стороне. Великий Конде; Виконт де Тюренн. Сражались во главе королевских войск, затем перешли на сторону фрондёров. Именно так я увидел расклад сил в данной гражданской войне. Но какими этих деятелей Фронды увидели сами фрондеры, а именно Рец и Ларошфуко я и хотел бы исследовать в своей Дипломной работе. В связи с этим, история Фронды глазами его современников была и остается в центре внимания исторической науки. Изучение данного периода истории Франции, стало одним из ведущих направлений современной медиевистики и истории раннего нового времени. Сегодня достигнуто многое по ряду ключевых вопросов, касающихся предпосылок, причин, самих событий Фронды, его главных действующих лицах, результатах и выводах.

Глава . Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко

Франсуа VI де Ларошфуко (15 сентября 1613, Париж — 17 марта 1680, Париж), герцог де Ларошфуко — знаменитый французский моралист, принадлежал к древнему французскому роду Ларошфуко. До смерти отца (1650) носил титул принц де Марсийак. Ларошфуко был не только писателем и не только философом-моралистом, он был военачальником, политическим деятелем. Род Ларошфуко считался во Франции одним из наиболее древних - он вел свое начало с XI века. Французские короли не раз официально называли сеньоров де Ларошфуко "своими дорогими кузенами" и поручали им почетные должности при дворе.[39] При Франциске I, в XVI в., Ларошфуко получают графский титул, а при Людовике XIII - титул герцога и пэра. Эти высшие титулы делали французского феодала постоянным членом Королевского совета и Парламента и полновластным хозяином в своих владениях, с правом судопроизводства. Исходя и вышеперечисленных фактов мемуары Ларошфуко приобретают особенную историческую ценность.

§1. Мазарини

В своих мемуарах Ларошфуко очень ярко и обстоятельно изобразил свое отношение к Мазарини не только как к политику, но и как к человеку. Мемуарист указал на многие качества политика, как положительные, так и отрицательные: «Ум его был обширен, трудолюбив, остер и исполнен коварства, характер - гибок; даже можно сказать, что у него его вовсе не было и что в зависимости от своей выгоды он умел надевать на себя любую личину. Он умел обходить притязания тех, кто домогался от него милостей, заставляя надеяться на еще большие, и нередко по слабости жаловал им то, чего никогда не собирался предоставить. Он не заглядывал вдаль даже в своих самых значительных планах, и в противоположность кардиналу Ришелье, у которого был смелый ум и робкое сердце, сердце кардинала Мазарини было более смелым, чем ум. Он скрывал свое честолюбие и свою алчность, притворяясь непритязательным; он заявлял, что ему ничего не нужно и что, поскольку вся его родня осталась в Италии, ему хочется видеть во всех приверженцах королевы своих близких родичей, и он добивается для себя как устойчивого, так и высокого положения лишь для того, чтобы осыпать их благами».[40] Читая эту характеристику, становится ясной позиция Ларошфуко по отношению к кардиналу. Читая строки об уме Мазарини, Ларошфуко явно не лукавит, так как мемуаристу понятно, что глупый человек никогда не добьется высокого положения при дворе. Но уже в словах: « исполнен коварства», прослеживается та первая ниточка недоброжелательности по отношению к Мазарини, которая уже позже выльется в шквал критики. В характеристике Ларошфуко указывает на двуличность политика, его жадность, честолюбие. В словах мемуариста явно прослеживается обида, которую нанес Ларошфуко Мазарини. По сути Мазарини использовал Ларошфуко в своих целях, отправив гасить восстание в свое имение, пообещав право табурета для жены Ларошфуко: «Он положительно заверил меня, что в недалеком будущем я буду ею пожалован, а по возвращении сразу же получу - и притом первым из притязающих – жалованную грамоту на герцогский титул с тем, чтобы одновременно и моя жена получила право табурета[41]». Но этого права Ларошфуко от Мазарини так и не получит. Этот факт Ларошфуко простить Мазарини не смог. Поэтому описание самого Мазарини получиться у Ларошфуко в крайне не объективной форме. Именно в связи с этими событиями Ларошфуко не стеснялся в оценку Мазарини уже с точки зрения народа и парламента: «Владычество кардинала Мазарини становилось нестерпимым: были общеизвестны его бесчестность, малодушие и уловки; он обременял провинции податями, а города - налогами и довел до отчаяния горожан Парижа прекращением выплат, производившихся магистратом».[42] В этой характеристике во многом прослеживается и мнение самого мемуариста, та недосказанность, которая присутствует в личной оценке Ларошфуко о Мазарини.

В своих мемуарах Ларошфуко указывает ещё одну черту характера, как заносчивость, с которой кардинал обращался «ко всем»[43], это поведение мемуарист объясняет несколькими победами Мазарини в гражданской войне. Если до гражданских войн Ларошфуко описывал характер Мазарини в сдержанных тонах и даже показывал его многие положительные черты, то уже в разгаре военных событий характеристика Мазарини меняется: Мазарини предстает перед мемуаристом « встревоженным, нерешительным, охваченным нелепым тщеславием»[44], мемуарист указал на политическую недальновидность, отсутствие политической ловкости. Мемуарист явно хочет показать Мазарини не с лучшей стороны. Особенно интересно это мнение в связи с тем, что оно сложилось в результате личной встречи Ларошфуко и Мазарини.

Изображение Мазарини как политического деятеля

В мемуарах Ларошфуко характеристика Мазарини как политика, начинается с момента смерти короля. Ларошфуко явно характеризует Мазарини как имеющего в государстве вес – политика, говоря, что « Все дела вершились тогда кардиналом Мазарини…».[45] Мемуарист указывает на предусмотрительность Мазарини, который желал иметь определённые гарантии на власть, в случае если она достанется королеве. Параллельно Мазарини решает двигаться в сторону сближения с королевой, понимая, что именно с ней после смерти короля он получит власть, если ее не попытаются ограничить. Именно в этих действиях мемуарист показывает целеустремленность, расчетливость и осторожность Мазарини как политического деятеля. В своих мемуарах, Ларошфуко дает ряд преимуществ Мазарини как политику говоря, что «Кардинал Мазарини ловко пользовался промахами своих врагов».[46] Эти качества не раз пригодятся кардиналу в политической борьбе. Автор мемуаров указывает на тот факт, что Мазарини был скрытен и видимо немногословен в то время, на это указывает то, что его первые серьезные политические соперники – Герцог Бофор и тесная группа придворных имела свое о нем мнение: « К кардиналу Мазарини тогда относились ещё несколько с высока…». И этот факт явился их ошибкой, а лучше сказать тем промахом, которым воспользовался в дальнейшем сам Мазарини, что характеризует его, как жесткого политика. Как результат Герцог Бофор был арестован. В дальнейшем кардинал шел по пути уничтожения своих соперников, сажая одного за другим в тюрьму. Так Мазарини подвел ситуацию к аресту Брюсселя и других противников власти кардинала. Эта планомерность событий подтверждает факт жесточайшей борьбы, в которой Мазарини оказался очень сильным соперником. Но в мемуарах Ларошфуко указаны и отрицательные моменты в политике Мазарини, он считал, что слава военных побед французской армии, даст ему поддержку народа во внутренних делах. Но Мазарини ошибся и в результате многочисленных арестов, «Народ взялся за оружие»[47]. И после этого впервые можно увидеть Мазарини – как политика, который не смог просчитать все возможные последствия этих решений. В результате начались вооруженные выступления. Но и в этой ситуации Мазарини не опустил руки, и даже переманил на свою сторону принца Конде. Тем самым в мемуарах прослеживается высокая степень политического таланта Мазарини.

После подписания мира, Ларошфуко описывает политику Мазарини, как очень осторожную. Мазарини понимал, что его рейтинг среди народа критически мал, и нужно принимать новые решения. И он их принял, избрав направление по сваливанию всей вины на принца Конде. В этой ситуации Ларошфуко изображает Мазарини в лучших красках политического коварства. Ларошфуко в личной характеристике указывал о двойственности Мазарини, и вот она предстает во всей красе. Мазарини вознамерился уничтожить Принца: «Он решил, что нужно поддерживать в Принце это стремление и делать вид, будто боится его, не только затем, чтобы этим способом помешать ему стать на путь прямого насилия, но и для того, чтобы с большей уверенностью и легкостью привести в исполнение свой замысел о лишении Принца свободы».[48] Таким образом, Ларошфуко показал Мазарини очень хитрым и злопамятным политиком, который просчитывает свои действия на несколько ходов вперёд. И параллельно Мазарини, до ареста Принца, решил поссорить Принца с фрондерами. Таким образом, Ларошфуко изображает Мазарини, как вполне удачливого политика. Мемуарист показывает Мазарини смелым, предприимчивым человеком, который умеет добиваться своих целей. Но и Ларошфуко с радостью изображал все недостатки политической деятельности Мазарини, после которых он был вынужден покинуть страну. Но в результате в мемуарах Ларошфуко Мазарини предстает победителем, который добился все-таки поставленных им целей.

§ 2. Принц Конде

Одним из ярчайших представителей дворянства Франции 17 века, является Принц Конде, который принял активнейшее участие в гражданских войнах или как её называют Фронда. Соответственно в своих мемуарах Ларошфуко ставит фигуру Принца в центр тех событий, давая ему следующую характеристику: «Принц Конде, великий политик, отменный придворный, по к личным делам - прилежавший больше, чем к государственным, все свои притязания ограничивал лишь одним – обогащаться».[49] Можно сделать выводы о личных характеристике исходя из его поступков и поведения. Так в его характере Ларошфуко обнаруживает отсутствие твердой жизненной и политической позиции, так как тот переходил из одного политического лагеря в другой, а именно в первой фронде от фрондеров к двору, потом предстал как независимый политик и угрожал самому Мазарини, и даже перед своим арестом успел поссориться с фрондерами помириться с Мазарини и как результат он попал в тюрьму. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что сам Конде был смелым человеком, так как участвовал в сражениях, но на политическом поприще, как это отобразил в своих мемуарах Ларошфуко был человеком недалеким. Все эти выводы были прочитаны между строк, потому что Конде даровал право табурета его жене.

Характеристика поведения Конде, как центральной фигуры в гражданских войнах

Принц Конде с самого начала в мемуарах Ларошфуко как политик высокого уровня, находящийся в центре политических баталий того времени. После смерти короля многие политики и в том числе Конде вступили в непременный совет – орган для ограничения власти королевы. Таким образом, Ларошфуко показывает высокий политический статус политика, который ведет себя вполне адекватно в сложившейся ситуации в стране. В период первой гражданской войны «Принц Конде изменил, свои взгляды и действовал заодно с двором».[50] Данный факт показывает лишь то, что Принц пытался получить большую выгоду из ситуации, и не являлся ярым сторонником той или иной партии. Причину этого поступка Ларошфуко изобразил следующим комментарием в своих мемуарах: «Что касается противостоящего стана, то армия короля день ото дня укреплялась, и принц Конде, движимый личною неприязнью, сражался за Кардинала, одновременно отмщая и собственные обиды».[51] После дарования мира, Конде оказался в стане победителей. Ларошфуко показывает решительность и размах политических шагов Конде. Он замахнулся на самого Мазарини, уличив его во всех прошедших бедствиях народа. Таким образом, Ларошфуко изображает Конде смелым и уверенным в себе и в своих силах политиком. Как результат мемуарист указывает на то, что « нелады между ними вскоре были подмечены всеми».[52] Ларошфуко указывает на следующее продолжение во взаимоотношениях Конде и Мазарини: «И вот вскоре Принц, желая показать, что он искренне печется об интересах членов своей фамилии, воспользовался первым представившимся предлогом и обрушился на Кардинала за то, что вопреки данному слову тот отказывает в предоставлении герцогу Лонгвилю начальствования над Пон-де-Ларш».[53] Логика такого поступка вполне понятна, она уже описана выше. Особенно интересен следующий факт, который описал Ларошфуко в своих мемуарах, а именно то, что после такого выпада в адрес Мазарини Конде решается на мир с Мазарини: «Впрочем, то ли Принц не почел возможным на них положиться, то ли не захотел затягивать надолго размолвку с двором, но он вскоре решил, что достаточно сделал для общества, и неделю спустя восстановил мир с Кардиналом. Таким образом, он снова отдалил от себя фрондеров». [54]Таким образом само поведение Конде приобретает определённый характер. Он заключается в некой политической неопределённости, соблюдение неких сугубо личных интересов. То есть Конде вполне вольготно себя чувствует как в стане фрондеров, так и при дворе. Именно это между строк пытается донести до читателя мемуарист.

В дальнейшем по отношению к Принцу Мазарини воплотил свой коварный план. И Принц позволил собой руководить, хотя думал, что действует по своей воле. И это характеризует Принца, как политика не лучшей стороны. Так перед тем, как арестовать Принца, Мазарини смог поссорить его с фрондерами. Таким образом, Ларошфуко показывает этими фактами то, что Принц не имел политического опыта в борьбе за власть. И как результат этого его арест. Но не всегда Принц был неким бесстрашным героем в мемуарах Ларошфуко, были моменты, в которых волей случая Принцу приходилось сгибать свою волю и мнение перед обстоятельствами. Таковыми является визит Мазарини в тюрьму к Конде. Ларошфуко в данной ситуации следующим образом описывает Принца: «Принц перенес эту опалу с непоколебимой твердостью и не упустил ни малейшей возможности просечь свои злоключения».[55] Ларошфуко косвенно критикует Принца за то, что, тот позволил королеве сохранить власть, которую нетрудно было у нее отобрать. И это очередное негативное отношение к поступкам Принца. Как фрондер Ларошфуко положительно оценивает поступок Конде, когда тот окончательно перешел в их стан, начав переговоры с испанцами о возможности ведения войны. Но этот положительный отзыв мемуариста сменяется описанием нерешительности Принца: «Принц продолжал колебаться, как ему поступить, все еще не решив, чему отдать предпочтение, миру или войне».[56] И эти колебания Принца привели его к тому, что его парламентеры отправленные к Мазарини приняли его условия, и считались только со своими интересами. Ларошфуко в очередной раз изобразил результаты всей нерешительной политики Принца. Таким образом, карьера Принца Конде, которая в период гражданской войны и до нее блистала, в конце войны рухнула. Это сам мемуарист не указывает в своих мемуарах, но своим молчанием явно дает это понять. А именно то, что как политик Конде явно уступал своему главному оппоненту – Мазарини, который управлял мыслями, желаниями Конде в решающие моменты. И главные черты Конде, как политика – это нерешительность и неумение предугадывать шаги своих политических соперников.

§3. Королева

В мемуарах Ларошфуко одно их центральных мест занимает персона Королевы, которая будучи регентшей, принимала активнейшее участие в политических событиях страны на тот период.

После смерти Ришелье, как указывает Ларошфуко в своих мемуарах, положение Королевы было неблагоприятным, так как Король не желал в случае своей кончины доверять своих детей и власть Королеве.[57] Таким образом, был создан Непременный совет [58]. Именно так Ларошфуко описывает политическое положение в стране, и место в нем Королевы. Но после смерти Короля Королева становится регентшей: «Она наступила 14 мая 1643 года, в тот же день недели, в какой тридцать три года назад он взошел на престол. На следующий день королева привезла своего сына в Париж. Два дня спустя с согласия Месье и Принца Парламент провозгласил ее регентшей, не посчитавшись с декларацией покойного короля. Вечером того же дня она назначила кардинала Мазарини главою Совета».[59] Таким образом, Ларошфуко изображает королеву, как политика сумевшего преодолеть все трудности и взойти на престол, пусть и в качестве регентши. Как только королева вступила в свои права, она так же назначила Мазарини главою Совета, чем очень удивила Ларошфуко, и даже расстроила его. Таким образом, как самостоятельный политик для Ларошфуко Королева перестала существовать, она была во власти Мазарини: « Он неограниченно властвовал над волею королевы»- как писал Ларошфуко.[60] В дальнейшем все действия королевы в мемуарах Ларошфуко сводились к влиянию Мазарини, и лишь он был виноват во всех проблемах государства, а о влиянии королевы мемуарист явно многое умалчивал. И при каждом удобном случае выказывал ей свое почтение, как в жизни, так и в мемуарах. Уже после Рюэльского мира королева торжественно въехала в Париж и полностью окунулась в политическую деятельность, выразив благодарность Принцу за оказанные им услуги.[61] Таким образом, Ларошфуко изображает великодушие королевы, ее политическую грамотность, умение приблизить или отдалить от себя нужных союзников, и умение отблагодарить их. Но в дальнейшем королева под влиянием Мазарини дает добро на арест принцев. Этот факт Ларошфуко изображает, указав единственного виновника в этом – Мазарини. А королеву мемуарист старается не указывать, как виновника ареста принцев и как следствие гражданской войны. После освобождения принцев, королева, как указывает Ларошфуко оказалась в очень затруднительном положении, она рисковала потерять власть.[62] Но тут. Ларошфуко указал на то, что королева смогла мобилизироваться и начать активные действия по недопущению этого. В начале она начала тайные переговоры с Принцем об возможности возвращения Кардинала. Так же договорилась с Коадъютором: «то королева заключила новый союз с Коадъютором, главнейшей основой которого была их общая ненависть к Принцу». Исходя из этого Ларошфуко показывает умение королевы подходить с разных сторон к решению проблем, она вела переговоры и с Принцем и Коадъютором, что показывает политическую мобильность регентши. Ларошфуко следующим образом оправдывает действия королевы: «Она могла ожидать, что они сослужат ей службу благодаря тому весу, который имели в народе, а сохранять его они могли только пока народ продолжал верить, что они — враги Кардинала. Обе стороны сошлись, таким образом, в том, что для их безопасности необходимо ниспровержение Принца».[63] Королева, в результате использовала в своих интересах все, что могло приблизить возвращение Кардинала. В дальнейшем действия королевы Ларошфуко никак не описывает, или лишь косвенно указывает на возможные действия, которые могли быть при участии королевы. Автор мемуаров очень доброжелательно относится к фигуре королевы. Изображая ее, как политика автор мемуаров не употребил ни одной оскорбительной фразы в ее адрес, не разу не указал на ее ошибки или промахи. Но как результат, фрондеры проиграли гражданскую войну, а как следствие королева оказалась победителем.

§4. Рец

В период гражданской войны во Франции, активную роль в ней играл Поль де Гонди, потому Ларошфуко хотя и имея к нему яркое неприязненное отношение, все-таки не мог не написать о нем в своих мемуарах. Описание это было вполне сдержанным. Но после выхода мемуаров Реца, где Ларошфуко был представлен не в лучшем свете, а мемуары, Ларошфуко уже были написаны и дополнить или исправить он их не мог. Но я думаю, что если бы не этот факт описание характеристики Реца в мемуарах было бы явно иным, и выглядело бы оно так, как было написано сборнике портретов Ларошфуко, где автор очень интересно описал личностную характеристику Реца: «Поль де Гонди, кардинал де Рец, человек возвышенный, ума обширного, но более кичлив, нежели истинно смел и велик. Память необыкновенная, в речах больше силы, чем невежества, нрав легкий и покладистый, покорно сносит он жалобы и попреки друзей; веры в нем нет, набожность только наружная. Он кажется честолюбцем, хоть это не так; тщеславие и те, кто руководили им, понудили его вершить великие дела, по большей части противоречащие сану его; он вызвал великие потрясения в государстве, не имея намерения извлечь из того выгоду; объявил себя врагом кардинала Мазарини не для того, чтоб занять его место, а желая единственно казаться грозным, попусту тешить свое честолюбие тем, что противостоял ему. По натуре он склонен к праздности, но, однако, прилежно трудится над делами безотлагательными и отдыхает беспечно, покончив с ними. Он умеет сохранять присутствие духа и так споро оборачивает к выгоде своей случаи, судьбой предоставляемые, что кажется, будто он предвидел и приуготовил их. Он любит рассказывать истории, желая непременно покорить слушателей своими необычайными приключениями, и зачастую сочиняет их, а не вспоминает. Достоинства его по большей части вымышленные; пуще всего способствовало репутации его умение представить в выгодном свете свои недостатки. Он не способен ни к ненависти, ни к дружбе, как ни пытался он выказать обратное; зависть и скупость ему не свойственны, отчасти по добродетели, отчасти по равнодушию. Он занял у своих друзей больше, чем частное лицо может вернуть; ему было лестно пользоваться большим кредитом и уплачивать долги. Нет в нем ни вкуса, ни утонченности, все забавляет его, и ничто не нравится; с великой ловкостью он не дает распознать, что обо всем имеет самое общее представление.[64] Таким образом, исходя из этого изображения Реца, у мемуариста прослеживается не просто неприязненное отношение к нему, а даже приступы гнева, так, как написаны, были под впечатлением автопортрета, сделанным Рецем на Ларошфуко.

Изображение Реца, как основного политического деятеля Фронды.

В мемуарах Ларошфуко одним из основных политических деятелей являлся Коадъютор Парижский. Впервые Ларошфуко упоминает о нем в разгар начавшегося восстания, после ареста Брюсселя. Исходя из содержания мемуаров, автор указывает на то, что Рец в ту пору был вполне лоялен двору, и всячески пытался ему угодить, но в результате за его рвение он был осмеян.[65] Таким образом, Ларошфуко указывает на то, что по сути Рец не имел какого либо веса при дворе и причислялся к обычным придворным. В результате публичного осмеяния, Рец принял сторону оппозиции, и был в числе тех, кто разрабатывал план гражданской войны.[66] Как указывает Ларошфуко это публичное осмеяние, которым подвергся Рец « смертельно его уязвило»[67]. В дальнейшем в мемуарах Ларошфуко редко упоминается Коадъютор Парижский, но понятно то, что в войне он принял активное участие, так как, его имя упоминается практически во всех наиболее значимых событиях. После ареста принцев Рец был активным участником движения по их освобождению.[68] После освобождения принцев Рец вступает в противоборство с Конде, и для этого даже вступает в союз с королевой.[69] Из этого следует то, что Ларошфуко в своих мемуарах явно показывает то, что Рец не был фанатиком своего дела, а просто преследовал свои интересы, и если вчера он ратовал за освобождение Принца, то сегодня он уже готов посадить его обратно в заточение, для увеличения своего влияния среди фрондеров.[70] В своих мемуарах Ларошфуко позволил себе высказать мнение о Реце: «Особую ненависть Коадъютор питал к герцогу Ларошфуко: он приписывал ему расстройство замужества м-ль де Шеврез и, считая, что для расправы с ним допустимы все средства, не забыл ничего, чтобы любыми способами натравить на герцога его личных врагов. На его карету за одну ночь было произведено три нападения, причем так и не удалось выяснить, кем они были учинены».[71] Исходя из этого признания Ларошфуко, становится явным то, что изображение Реца в мемуарах читается через призму ненависти к нему.

Таким образом, в своих мемуарах Ларошфуко вполне ясно обозначил свое мнение в изображении основных политических деятелей Фронды. Мазарини в мемуарах Ларошфуко изображен гнусным и нечестным политиком, который пользуется безграничным доверием королевы. Мазарини изображен политиком вполне не глупым, хитрым, и двулич

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Изображение основных политических деятелей Фронды в мемуарах Ларошфуко и Реца". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 523

Другие дипломные работы по специальности "История":

Российско-китайские отношения: история и современность

Смотреть работу >>

Внешняя политика Франции в конце XIX – начале XX веков

Смотреть работу >>

Советско-германские отношения в 1920 – начале 30-х гг

Смотреть работу >>

Польша от 1914 года к началу второй мировой войны

Смотреть работу >>

Социально-экономические аспекты традиционной структуры Казахстана в 20-30 годы ХХ века

Смотреть работу >>