Дипломная работа на тему "Семантика артиклей в аппозитивной конструкции"

ГлавнаяИностранный язык → Семантика артиклей в аппозитивной конструкции




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Семантика артиклей в аппозитивной конструкции":


Министерство образования и науки Российской Федерации

Магнитогорский Государственный Университет

Кафедра английского языка

Дипломная работа

Семантика артиклей в аппозитивной конструкции

Выполнила: А. А. Юрченко (Журавлева)

студентка 502 гр.

факультета лингвистики и перевода

Магнитогорск

2006

Содержание

Введение

Глава первая. Артикль в аппозитивной конструкции

§ 1. Грамматическое понятие «артикль»

§ 2. Аппозитивная конструкция в английском языке

§ 3. Референциальные аспекты приложения

Выводы по главе первой

Глава вторая. Артикль как актуализатор денотативного статуса элементов аппозитивной конструкции

§ 1. Неопределенная дескрипция в функции приложения

§ 2. Определенная дескрипция в функции приложения

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Новый банк готовых защищённых на хорошо и отлично дипломных проектов предлагает вам скачать любые работы по необходимой вам теме. Профессиональное выполнение дипломных работ по индивидуальным требованиям в Воронеже и в других городах России.

§ 3. Имена собственные в функции приложения

Выводы по главе второй

Заключение

Список литературы

Источники и принятые сокращения

Введение

Настоящая работа посвящена исследованию употребления артиклей в аппозитивной конструкции на материале английского языка. Актуальность данной работы заключается в том, что употребление артиклей в приложении рассматривается с точки зрения семантики, поскольку употребление того или иного артикля зависит, прежде всего, от собеседников.

Объектом исследования являются аппозитивные конструкции в английском языке. В данной работе использован материал научной и художественной литературы, а также англоязычной прессы.

Цель данной работы заключается в том, чтобы показать насколько зависит семантика высказывания от употребления того или иного артикля с элементами аппозитивной конструкции.

В соответствии с поставленной целью в работе решаются следующие конкретные задачи:

1. Анализ употребления определенного артикля в аппозитивной конструкции

2. Анализ употребления неопределенного артикля в аппозитивной конструкции

3. Анализ значимого отсутствия артикля в аппозитивной конструкции

Синтаксическая структура предложения отражает, прежде всего, восприятие определенных ситуаций говорящим. Речь – это сложное переплетение предметов, признаков и отношений, невозможно отобразить в ней все детали объективной, реальной ситуации. Именно поэтому говорящий отображает в высказывании то сочетание объектов и их признаков, которое зафиксировано в некоторый момент в его сознании. Синтаксическая структура высказывания, таким образом, зависит от говорящего: от того, как он представляет данную ситуацию, какого участника выбирает на роль субъекта, что является темой сообщения и т. д. То есть одна и та же ситуация может быть описана по-разному, в зависимости от того, как ее видит говорящий, и как он хочет, чтобы ее воспринял слушающий.

При анализе аппозитивных конструкций надо исходить из того, что используя одну именную группу (ИГ) в роли опорной, а другую – в роли приложения и производя соответствующую референцию, говорящий преследует определенную коммуникативную цель, которая не сводится лишь к повторному наименованию референта при помощи приложения. Мы попытаемся показать это при помощи анализа денотативных статусов элементов аппозитивной конструкции.
Глава 1. Артикль в аппозитивной конструкции §1. Грамматическое понятие «артикль»

Правильное использование артиклей в устной и письменной речи на английском языке – одна из самых значительных трудностей для человека, родным языком которого является «безартиклевый» язык, как, например, русский. Для того чтобы понять сущность самого явления артиклей в английском языке, необходимо упомянуть, что их не было в древний период и о действительных причинах их возникновения можно только предполагать. Существует версия, что в какой-то момент развития языкового сознания стала ощущаться необходимость указывать с помощью специального формального средства, употреблено ли каждое существительное в полном или частичном объеме понятия. Эта потребность предположительно возникла вследствие необходимости более точной передачи содержания мысли.

Для древних языков вообще и древнеанглийского, в частности, было характерно отсутствие последовательного различения понятий, выражаемых существительными в полном объеме, без ограничений, и лишь части понятия. Так, в древнеанглийском сочетание on sae (совр. sea) в одних предложениях означало «быть в море (вообще), плавать, быть моряком» и т. д., а в других – «находиться на море или у кромки конкретного моря». Позднее, начиная с XI – XIII веков, стала складываться норма, согласно которой полному объему понятия существительного (представлено в первом случае) соответствует отсутствие артиклей, а для передачи частичного объема понятия (выражающего представление о «конкретном море») они используются [Архипов 2001].

Второй возможной причиной развития системы артиклей, не исключающей первую, является обеспечение возможности постановки любого существительного в начале предложения. Большинство предложений во многих языках строится по схеме: известное стоит в начале предложения, а неизвестное (новое) - в конце. Однако правилом современного английского языка является то, что в начале предложения обычно стоит подлежащее, т. е. то, о чем идет речь в высказывании. Если бы не было определенного и неопределенного артиклей, то англичане были бы вынуждены, как правило, начинать предложение с указания на уже известные слушателю или читателю предметы, так как предшественники артиклей – указательные местоимения – существовали уже в древнеанглийском. Это было бы неестественным ограничением.

Следует помнить, что определенный артикль the развился из группы указательных местоимений, из которых до нашего времени дошли только that и those, а неопределенный – из числительного an (один). Оба артикля в значительной степени сохранили свои исходные значения.

Следует обратить внимание на различные понимания сущности артикля в английском языке, хотя на сегодняшний день не существует единого мнения на этот счет. Все авторы, занимавшиеся проблемой артикля, указывают на важность роли артиклей в реализации существительным категории определенности. Артикль является определителем существительного. Это одно из средств передачи определенности и неопределенности [Кобрина и др. 1999]. Артикль – это «определенность в совокупности с элементом, который модифицирует значение слова» (Дж. Крамский). Артикль «актуализирует» существительное (Г. Гейер).

Сторонники современной теории (Дж. Крамский, П. Кристоферсен, У. Коллинсон) выделяют три формы артиклей в английском языке: определенный, неопределенный и «нулевой» (значимое отсутствие артикля).

Приверженцы традиционной теории (Кобрина Н. А., Бармина Л. А., Верховская И. П.) указывают лишь две формы артиклей: определенный и неопределенный. Определенность предполагает, что объект, выраженный существительным, выделен из группы других объектов того же вида; в то время как неопределенный артикль выражает общее представление о предмете. Так, когда мы говорим:

1. The book is a historical novel или

2. The boy has a dog говорящий имеет в виду какого-то определенного мальчика или книгу.

Если же мы говорим a dog, a historical novel, то подразумеваем любую собаку или исторический роман, сообщаем только о виде романа и о разновидности животного.

Согласно современной теории Гийома-Кристоферсена-Хьюсона-Архипова содержание артиклей определяется так: неопределенный артикль вводит в разговор понятие об одном предмете, а определенный артикль отсылает собеседника к тому или тем предметам, о которых уже шла речь в данном сообщении. Говорящий употребляет неопределенный артикль при первом упоминании предмета в данной ситуации общения. Говорящий не опирается на «знания о предмете вообще» при выборе артикля. Когда говорящий употребляет определенный артикль, он сигнализирует собеседнику: «Мы об этом уже говорили. Вспомни».

При использовании каждого существительного говорящий решает:

1.  употреблено ли оно в полном или частичном объеме выражаемого им понятия, и

2.  известно ли слушающему или читателю в пределах данной ситуации общения о предмете речи или нет.

Именно говорящий/пишущий решает: предмет, обозначенный существительным, следует представить как «предмет вообще» и тогда он в равной степени известен и ему и слушателю/читателю либо как один предмет из класса. Как один предмет, он может быть известен или неизвестен партнеру в данной ситуации общения [Архипов 2001].

Артикль является определителем существительного, а существительное – это главное слово в именной группе, поэтому многие грамматисты говорят о синтаксической роли артикля, которая заключается в том, чтобы выделить существительное или именную фразу как часть предложения.

Морфологическая роль артикля заключается в субстантивировании других частей речи, главным образом прилагательных, причастий, местоимений, наречий, числительных [Кобрина и др. 1999; Бармина, Верховская 1989].

3. More nurses were required to tend the sick and the wounded.

4.  Her hair was a bright brown.

5.  It wasn’t a he.

6.  He is such a nothing.

7.  There is a beyond.

8.  She was only just fifty and looked a handsome thirty-five.

У артиклей также есть коммуникативная функция. Существительное с неопределенным артиклем может вводить новую информацию в предложение, и тогда она является центром высказывания («рема» предложения):

9.  A pretty girl of about eight ran into the room.

Существительное с определенным артиклем в начале предложения обычно указывает на то, что данная информация не является центром высказывания.

10.  The girl ran into the room.

Итак, согласно одной из теорий, артикль возник тогда, когда появилась необходимость в более точной передаче мыслей. Употребление артиклей зависит от того, какую информацию говорящий/пишущий хочет донести до слушателя/читателя. Наряду с этим у артикля появились различные функции: синтаксическая (артикль выделяет существительное или именную фразу как часть предложения), морфологическая (артикль участвует в субстантивировании частей речи) и коммуникативная (артикль влияет на теморематическое построение предложения). В данной работе при анализе аппозитивных конструкций мы будем опираться на вышеперечисленные функции артиклей. >§ 2. Аппозитивная конструкция в английском языке

Наличие аппозитивных конструкций свойственно английскому языку. Однако в связи с наличием множества различных подходов, в частности в связи с отсутствием единой, достаточно полной, современной теории о членах предложения и в связи с многочисленными различиями в лингвистических теориях отечественных и зарубежных школ, точки зрения лингвистов на подобные языковые явления достаточно сильно разнятся. В принципе, отсутствует единое мнение даже по поводу того, какие собственно конструкции следует считать аппозитивными.

Прежде всего, необходимо определить, какие конструкции мы будем рассматривать в качестве аппозитивных. В имеющихся работах, посвященных приложению, наблюдается большой разброс мнений относительно критериев, по которым авторы определяют аппозитивную конструкцию и приложение. Однако ряд наиболее существенных характеристик, на основе которых выделяется аппозитивная конструкция, находят поддержку у всех исследователей. Это в первую очередь формальные, синтаксические признаки, такие как количество и структурный состав элементов конструкции, их расположение по отношению друг к другу, а также способ включения приложения в синтаксическую структуру предложения. Представляется оправданным рассмотреть сначала данные параметры аппозитивной конструкции.

Бинарность. Все исследователи единодушны в том, что аппозитивная конструкция состоит, как правило, из двух элементов: опорного (определяемого) слова и приложения.

1.  Номинативность. Основным структурным признаком аппозитивной конструкции признается морфологическая ограниченность ее элементов именными группами, то есть существительными, их субстантивированными эквивалентами, личными местоимениями и словосочетаниями, ядро которых составляет существительное [Kruisinga 1932; Delorme, Dougherty 1972;] Аппозитивные конструкции с инфинитивными и герундиальными оборотами типа:

11.  Their solution, namely to appoint a committee, is deplorable (Quirk, Greenbaum, Leech, 1993)

12. His favorite exercise, playing football on Sunday, kept him fit (Quirk, Greenbaum, Leech, Svartvik, 1982) находятся на периферии категории и относятся к так называемой «слабой аппозиции». Целесообразно считать аппозитивными только отношения между именными группами (ИГ), в противном случае понятие аппозиции будет слишком расплывчато [Quirk R., Greenbaum S., Leech G., Svartvik J. A. 1993:1308].

В данном исследовании также не будут рассматриваться предложения типа The gardener, he went out, субстантивные конструкции в которых получили название местоименной репризы. Особенности таких конструкций довольно подробно рассмотрены в работах В. П. Казикиной, где показано, что основное различие между приложением и местоименной репризой заключается в том, что первое информативно, а вторая – нет [Казикина 1984].

Позиция по отношению к опорной ИГ

Постпозиция по отношению к определяемому слову большинством исследователей отмечается как наиболее характерная для приложения, а некоторыми - как единственная позиция, в которой может находиться приложение.

Мы склонны придерживаться мнения тех исследователей, которые полагают, что приложение может находиться не только в постпозиции, но и в препозиции к опорному слову, что определяется коммуникативным намерением говорящего [Seiler 1960; Лебедева 1965].

Также как и постпозиция, наиболее типичным является контактное положение приложения по отношению к опорной ИГ. Не случайно некоторые лингвисты (например, [Leech, Svartvik 1983; Казикина 1984]) настаивают на том, что приложение может находиться лишь в контактном положении по отношению к опорному слову, и не рассматривают в качестве аппозитивных конструкции с дистантным приложением, такие как

13. He was a wonderful man, that uncle of yours. (Казикина 1984)

14. An unusual present awaited him, a book on ethics. (Quirk et al. 1993)

Мы разделяем мнение тех авторов, которые считают, что аппозитивная и опорная ИГ могут располагаться как контактно, так и дистантно [Poutsma 1928 и др.], однако наиболее типичным все-таки является приложение, следующее непосредственно за опорным словом.

Обособление. Традиционно приложения подразделяются на обособленные и необособленные [Bloomfield 1935; Сапрыкина 1966 и др.]. Однако образцом, прототипическим представителем приложения как члена предложения является обособленное приложение. У необособленных приложений наблюдается тенденция к слиянию в единое целое с опорным словом, в результате чего образуются единства типа Mr Smith или сложные слова типа fisherman, cookmaid [Сапрыкина 1966; Вацеба 1979].

Факультативность. Одной из характерных черт обособленного приложения считается его факультативный характер в семантико-синтаксической структуре предложения. Во многих исследованиях подчеркивается, что удаление приложения не нарушает структурной и смысловой целостности предложения, отмечается его структурная и информационная необязательность [Гуляева 1978; Вендлер 1982;]

Подлежащее в качестве опорной ИГ. Приложение может относиться к подлежащему, дополнению и предикативу. Однако наиболее характерной является аппозитивная конструкция с подлежащим в качестве опорного слова. Использование приложения обусловлено тем, что установление референта субъекта, являющегося героем высказывания, - очень важный компонент интерпретации и понимания дальнейшего высказывания и дальнейшего текста, поскольку субъект, как правило, связан с темой данного эпизода или всего текста.

Особенности пунктуации. В плане выражения обособленное приложение на письме оформляется с помощью двусторонних повторяющихся пунктуационных знаков: прежде всего, запятых, а также с помощью так называемых «сильных» знаков препинания – скобок и тире.

Таким образом, по формальным признакам аппозитивную конструкцию можно определить как состоящую из двух именных групп. Приложением, как правило, является ИГ, находящаяся в контактной постпозиции по отношению к опорному слову-подлежащему; приложение факультативно в структурном плане и отделяется от элементов включающего высказывания интонационно (в устной речи) или при помощи запятых, реже – тире, скобок или двоеточия (на письме).

Кроме того, при определении аппозитивной конструкции необходимо принять во внимание такую её семантическую характеристику, как соотнесенность обоих её элементов с одним и тем же экстралингвистическим объектом.

§3. Референциальные аспекты приложения

Аппозитивная конструкция традиционно понималась как свертка предложения тождества, и одной из основных её характеристик называлась кореферентность обоих элементов. ИГ в составе аппозитивной конструкции рассматривались как полностью эквивалентные, имеющие одно и тоже значение, как два названия одного и того же предмета [Петровская 1953; Бархударов 1966; Сапрыкина 1966; Лебедевский 1972; и др.] Исходными предложениями для аппозитивной конструкции считались, с одной стороны, предложения, выражающие полное тождество (идентифицирующие и именующие, обе части которых являются определенными дескрипциями), с другой стороны, предложения, выражающие частичное тождество (классифицирующие, в которых предикативный член или обе составляющие выражены неопределенными дескрипциями) [Нехорошкова 1989:5]. Таким образом, аппозитивная конструкция рассматривалась как трансформ предложения тождества, причем направление трансформации считалось несущественным: X is Y → Y is X [Бархударов 1966:25], поскольку кореферентность ИГ предполагает их взаимозаменяемость в любых контекстах, даже в рамках одного высказывания.

Для доказательства идентичности функций элементов аппозитивной конструкции производилась трансформация предложения с обособленным приложением – исключение опорного слова:

15. Maudie, a large-faced girl with glass ear-rings, came out of the back passage. → *…a large-faced girl with glass ear-rings came out of the back passage. (Северьянова 16) (В данном случае исключение опорной ИГ затрудняет восприятие всего предложения, так как становится непонятным, о какой именно девушке идет речь в данном высказывании).

В большинстве других работ [Бархударов 1966; Лебедевский 1972; Quirk et al. 1993 и др.] для демонстрации кореферентности опорного слова и приложения их по очереди используют в функции субъекта предложения:

16. Der Schlosser Mittenwald arbeitet seit zwanzig Jahren in diesem Betrieb. → Mittenwald, Mittenwald ist ein Schlosser, arbeitet seit zwanzig Jahren in diesem Betrieb. (Лебедевский 7) (В этом высказывании при трансформации меняется теморематическая структура текста: der Schlosser становится ремой, а имя собственное – темой предложения).

В последующих двух примерах предложения несут разную информацию. При трансформации меняется теморематическая структура предложения, а при исключении приложения высказывание теряет часть информации.

17. Mr. Smith, the local doctor, was known to everybody. →

The local doctor, Mr. Smith, was known to everybody. →

Mr. Smith was known to everybody.

The local doctor was known to everybody. (Кобрина и др. 71)

18. A neighbour, Fred Brick, is on the telephone. →

Fred Brick is a neighbour.

A neighbour is on the telephone.

Fred Brick is on the telephone. (Quirk, Greenbaum 276)

Однако очевидно, что далеко не во всех случаях элементы аппозитивной конструкции действительно взаимозаменимы, на что в некоторых работах обращалось внимание. В некоторых случаях трансформации, как верно отмечают авторы, приводят к грамматически некорректным вариантам:

19. Mr. Smith, a local doctor, was known to everybody. →

*A local doctor was known to everybody. (Кобрина и др. 71)

Трансформация тем более невозможна в предложениях, где приложение имеет обстоятельственные уточнители темпорального характера, на что указывали сами авторы:

20. Norman Jones, at that time a student, wrote several novels. → *At that time a student wrote several novels. (Quirk, Greenbaum 276)

В ряде других случаев, чтобы избежать грамматически неправильных предложений, авторы вынуждены заменять или добавлять артикль к одному из элементов аппозитивной конструкции. В высказывании 16, например, ИГ Der Schlosser при трансформации превращается в ИГ ein Schlosser.

Как показывают приведенные примеры, формула Х is У = У is Х работает не во всех случаях, а лишь тогда, когда и опорное слово, и приложение являются конкретно-референтными. В тех предложениях, где приложение не называет, а характеризует референт опорного слова, то есть имеет предикатный денотативный статус, трансформации оказываются невозможными. Более того, по словам Ю. Д. Апресяна, опрометчиво утверждать, что при трансформации сохраняется смысл исходного выражения. Разумно предполагать, что всякому изменению формы соответствует некоторое семантическое изменение [Апресян 1967, цит. по раб. Падучева 1998].

Следовательно, при анализе аппозитивных конструкций надо исходить из того, что, используя одну ИГ в роли опорной, а другую – в роли приложения и производя соответствующую референцию, говорящий преследует определенную коммуникативную цель, которая не сводится лишь к повторному наименованию референта при помощи приложения. Приложение, как правило, несет какую-либо дополнительную информацию о референте опорной ИГ, относит его к некоторому классу или характеризует. Мы попытаемся показать это при помощи анализа денотативных статусов элементов аппозитивной конструкции.

Мы будем придерживаться наиболее подробно разработанной классификации денотативных статусов ИГ, которая представлена в работе Е. В. Падучевой [Падучева 1985:87-101]:

1. Референтные ИГ (индивидуализируют объект или множество объектов)

1.1. Определенные ИГ (Сократ - философ)

1.2. Слабоопределенные ИГ (Звонил некий Дюбуа (которого вы, я полагаю, не знаете), то есть ИГ, определенные для говорящего, но не определенные для слушающего.

1.3. ИГ, неопределенные даже для говорящего (Какие-то люди побывали в моей комнате)

1.4. Собственно неопределенные ИГ (в артиклевых языках они выражаются неопределенным артиклем) (Иван подрался с милиционером)

2.НереферентныеИГ(не обозначают никаких индивидуализированных объектов)

2.1. Экзистенциальные ИГ (объект относится к классу объектов того же рода, но не индивидуализирован)

2.1.1. Дистрибутивные ИГ (Иногда кто-нибудь из нас его навещает)

2.1.2. Неконкретные ИГ(Он ищет новую секретаршу)

2.1.3. Общеэкзистенциальные ИГ (Многие люди боятся тараканов)

2.2. Универсальные ИГ (Все дети любят мороженое; Любой ее недостаток можно устранить)

2.3. Атрибутивные ИГ (Убийца Смита - сумасшедший)

2.4. Родовые ИГ (соотносятся с типичным представителем класса) (Скорпион похож на кузнечика)

3. Предикатные ИГ (чистое общее имя; это ИГ в функции предикатива при связочном глаголе и аппозитива) (Вальтер Скотт – автор “Веверлея”; У него была дочь красавица)

4. ИГ в автонимном употреблении (не укладываются в построенную классификацию денотативных статусов; обычный автонимный контекст - функция приложения) (Пришел наш слесарь Сергей).

Как видно из классификации, ИГ имеет референтное прочтение в том случае, когда существительное выделяет предмет из ряда подобных, поскольку, выделяя предмет, существительное включает как выражение родовых его признаков, так и некоторых индивидуальных его признаков, которые отличают этот предмет от всех других предметов его рода. В тех случаях, когда существительное не выделяет предмет, а лишь причисляет его к тому или иному роду (классу, разряду), оно называет в предмете только совокупность существенных признаков, оставляя нераскрытыми его индивидуальные свойства и имеет нереферентное или предикатное прочтение [Никитин 1961:7].

Необходимо подчеркнуть, что приложению в данной классификации приписываются предикатный и автонимный денотативные статусы. Предикатная функция приписывается приложению и другими авторами. Например, М. В. Никитин отмечает, что классифицирующее значение существительных выступает наиболее отчетливо, когда существительное используется в функции предикатива или обособленного приложения:

21. She followed him with adoring eyes – a fool of love, a spoiled child, a family pet. (Никитин 1961,38)

Описание высказываний с приложениями прежде всего предполагает определение типов референциальной соотнесенности элементов аппозитивной конструкции. В данной работе такое исследование будет опираться на принципы теории референции, которая в последнее время находится в центре внимания лингвистики.

Референция понимается как соотнесенность актуализованных (включенных в речь) именных выражений (именных групп) или их эквивалентов с объектами действительности (референтами) [Лингвистический Энциклопедический Словарь 1990:411]. Референтами являются прежде всего реальные предметы, лица, чувства, а также продукты человеческого сознания: отвлеченные понятия, вымышленный объекты и т. п. [Гак 1998:330].

Референция может осуществляться только в высказывании, то есть в процессе речевого акта или в тексте, поскольку она характеризует употребление языка говорящими и не является свойством самих языковых выражений [Линский 1982; Стросон 1982; Серл 1982]. Что касается предложения, то ИГ, входящие в его состав, имеют лишь предназначение к тому или иному типу соотнесенности с внеязыковыми объектами и ситуациями, то есть обладают тем или иным денотативным статусом - типом референциального предназначения [Арутюнова 1976; Падучева 1985].

Но денотативный статус ИГ определяется в речи, поскольку детерминируется несколькими факторами. Во-первых, он зависит от синтаксической позиции ИГ в предложении. Так, в позиции актантов (подлежащего и дополнений), как правило, выступают референтные ИГ различных видов, которые указывают на индивидуализированный объект действительности (или множество объектов). В функции предиката, напротив используются нереферентные и предикатные ИГ, которые указывают не на объект действительности, а на признак объекта, его характеристику, оценку или его отнесенность к тому или иному классу. У таких ИГ реализуется сигнификативное значение, их конкретно-предметный характер и референциальные качества как бы отнесены на задний план, ощущаются как нерелевантные [Адамец 1985:489].

Во-вторых, тип денотативного статуса определяется функцией имени, составляющего основу ИГ. В высказывании реализуются две основные функции: идентификации и предикации. Под идентификацией мы будем понимать уточнение референции имен существительных, а именно: отнесенность имени к тому или иному единичному предмету или нескольким однородным предметам [Москальская 1981:100]. Под предикацией мы будем понимать сообщение о референте некоторой информации, выражение к нему говорящим своего отношения [Арутюнова 1998:62]. Значение существительного приспосабливается к выполнению одной из этих функций. Причем существительные (и имена собственные, и имена нарицательные) могут выступать и как идентифицирующие, и как предикатные имена; в первом случае они обозначают предмет со всеми его признаками, во втором – лишь определенное свойство и используются в обобщенном значении [Гак 1981:117; Стросон 1982:78]. Хотя, конечно же, имена нарицательные гораздо более приспособлены для целей предикации, чем имена собственные. Как отмечает Е. В. Падучева, в принципе любое нарицательное существительное (или общее имя) имеет характер предиката: оно выражает некоторое свойство, но не имеет референтов. Его экстенсионал – это множество всех потенциально возможных референтов, или иначе – множество всех объектов, для которых соответствующий предикат истинен. При этом ни все множество, составляющее экстенсионал, ни его элементы не являются референтами имени [Падучева 1985:84].

В свою очередь имена нарицательные неравнозначны по предназначенности для выполнения функций характеризации или идентификации. Как подчеркивает Н. Д. Арутюнова, для одних категорий нарицательных имен более естественна функция идентификации, а для других – предикатная роль.

Наблюдения Н. Д. Арутюновой также показали, что распределение существительных между идентифицирующими и предикатными именами неодинаково в разных семантических разрядах, в частности у имен лица. Имена таксономические и реляционные, на ее взгляд, более пригодны к функции идентификации, а имена функциональные – к функции предикации, хотя тоже в различной степени [Арутюнова 1976, 1980].

В-третьих, характер денотативного статуса ИГ проявляется через актуализатор, особенно в германских и романских языках, в которых тип референциальной отнесенности существительных последовательно оформляется системой артиклей и местоименных показателей [Акт. предл. 1997:155].

Так, в сочетании с различными актуализаторами имя нарицательное может образовывать как определенную, так и неопределенную дескрипции [Рассел 1982]. Типичными актуализаторами идентифицирующих ИГ являются определенный артикль, указательные и притяжательные местоимения, актуализаторы предикатных ИГ – неопределенный артикль и нулевой актуализатор (значимое отсутствие артикля).

Поскольку высказывание, включенное в контекст, или речевую ситуацию, всегда обращено к слушающему и рассчитано на его восприятие, законный интерес у исследователей вызывают прагматические функции высказываний с приложениями.

Язык, будучи насквозь прагматичным, прежде всего предназначен обслуживать и продвигать прагматические интересы говорящего, которые тесно связаны с когнитивным содержанием. “Совокупное значение высказываний расслаивается на когнитивный и прагматический компоненты. Прагматический в свою очередь – на эмотивно-оценочный и коммуникативно-целевой (а последний – на коммуникативно-информационный и коммуникативно-прагматический). Когнитивный компонент значения дает объективированное представление о денотате высказывания, прагматический – пропускает это представление через призму говорящего, дополняя и модифицируя когнитивное содержание высказывания представлениями о целях говорящего и его субъективном эмоционально-оценочном отношении к компонентам ситуации речевого общения” [Никитин 1996:724-725].

Таким образом, всякое высказывание несет представление, более или менее богатое, не только о том, о чем в нем говорится, но также зачем оно говорится.

Наиболее существенные с точки зрения прагматики проблемы использования аппозитивных конструкций рассмотрены в исследовании Е. К. Захаренко. Это, прежде всего, вопросы, касающиеся субъекта речи (его коммуникативная интенция, оценка содержания высказывания, видение общего фонда знаний и конкретной информированности адресата, используемые принципы речевого поведения и речевой тактики), а также вопросы, связанные с адресатом речи (оказываемое на него воздействие, интерпретация речи, успешность осуществления принципа сотрудничества) [Захаренко 1998:16].

В данной работе разделяется мнение, согласно которому основными речевыми интенциями, реализуемыми говорящим при помощи аппозитивных конструкций, являются информирование адресата, следствием чего является изменение запаса его знаний и выражение субъектом речи своей оценки содержания высказывания с целью оказать определенное воздействие на адресата [Захаренко 1998:17].

Все перечисленные обстоятельства делают необходимым учитывать такие аспекты как различные категории имен существительных и функции артиклей в приложениях и именных группах.

Выводы по главе 1

1. Правильное употребление артиклей представляет значительную трудность для носителей «безартиклевого» языка. На сегодняшний день не существует единой теории относительно содержания и возникновения артиклей, но все грамматисты, занимавшиеся этой проблемой, указывают на важность роли артиклей в осуществлении высказывания.

2. Наличие аппозитивных конструкций свойственно английскому языку, но мнения относительно того, какие конструкции считать аппозитивными достаточно разнятся. Однако существуют формальные и синтаксические признаки, на основе которых выделяется прототипическая аппозитивная конструкция. Эти характеристики находят поддержку у всех исследователей.

3. Долгое время аппозитивная конструкция понималась как свертка предложений тождества, ИГ в составе аппозитивной конструкции считались полностью эквивалентными. Но многие исследователи в своих работах указывали на то, что взаимозаменяемость элементов аппозитивной конструкции не всегда возможна, так как смысл предложения при трансформации меняется. В связи с этим, исследователи стали говорить о семантической роли высказывания с аппозитивными конструкциями. Описание высказываний с аппозитивными конструкциями в данной работе опирается на принципы теории референции, которая в последнее время находится в центре внимания лингвистики.

4. Поскольку характер денотативного статуса (тип референциального предназначения) проявляется через актуализатор, возникает необходимость учитывать функции артиклей в приложениях и опорных именных группах при анализе аппозитивных конструкций. Артикль рассматривается как актуализатор денотативного статуса элементов аппозитивной конструкции.

Глава 2. Артикль как актуализатор денотативного статуса элементов аппозитивной конструкции

§1. Неопределенная дескрипция в функции приложения

Аппозитивная конструкция типа определенная дескрипция +неопределенная дескрипция

Аппозитивная конструкция, в которой приложение выражено неопределенной дескрипцией, а опорная ИГ конкретно-референтной, является прототипической. Приложение, классифицирующее предмет, уже обозначенный при помощи опорной ИГ, имеет ярко выраженный предикатный характер, так как тем или иным образом квалифицирует референт опорной ИГ, раскрывая его существенный, релевантный в данной ситуации признак или относя его к тому или иному классу. Различные категории нарицательных имен акцентируют внимание адресата на различных признаках референта опорной ИГ.

Рассмотрим некоторые примеры.

Реляционные имена (прежде всего имена родства и имена, называющие людей по признаку отношения к браку и семье) в функции приложения характеризуют референта опорной ИГ по отношению к объекту (или лицу), известному адресату из контекста:

22. But the presence of another adult in the home – like a grandparent or a friend of the mother, but not a stepfather – lowers the risk almost to the level found in two-parent families, especially for boys. (Papalia, 574)

23. As late as 4 p. m. Sunday, working at his Crimean vacation retreat at Foros on the speech he intended to give at the treaty singing, Gorbachev telephoned Georgi Shakhnazarov, an aide and friend, who was vacationing nearby. (Time, 33)

или из фонда экстралингвистического знания:

24. Mr. Jeffers, an old friend of the President’s, will be our new ambassador to India. (Warriner 1 1973, 81)

Функциональные имена называют человека по действию, которое он обязан выполнять (хотя не обязательно выполняет). Это названия профессий, должностей, воинских званий, занятий, носящих регулярный характер [Акт. предл. 1997:156]. Именно по этим признакам квалифицируют референта опорной ИГ функциональные имена в позиции приложения:

25. James R. Newman, a modern writer on mathematics, calls it “a nest of subtleties and traps.” (Campbell, 54)

26. John Pierce, a leading communications theorist, insists that information theory is a branch of engineering and mathematics, and that its chief concern is to build better technology and understand the workings of communications devices. (Campbell, 52)

27. John Conway, an English mathematician whose special field is the theory of numbers, developed these computer patterns into what he calls the life Game, which is played with colored counters on a checkerboard of unbounded size. (Campbell, 107)

28. “Gorbachev is back in power”, says Alex Pravda, a Soviet expert at St. Anthony’s College, Oxford University, “but the presidential office is shrinking under his feet.” (Time, 25)

29. The new love in her life is Mexican-born sculptor Robert Graham, a California-based artist with a passion for nude studies. (New Idea, 8)

30. The coup “wasn’t the army as such in revolt,” says Stephen Meyer, a Soviet expert at M. I. T. (Time, 31)

Таксономические имена в роли приложения относят референта опорной ИГ к тому или иному естественному классу:

31. The painting, a portrait of a young Florentian woman, is slightly cracked from temperature changes. (Warriner J. E., Griffith F., 455)

32. The Mona Lisa, a painting by Leonardo da Vinci, is a prize possession of the Louvre. (Warriner J. E. Griffith F, 455)

33. The authors of this book, a volume of bitter criticism, have, in my opinion, been most unfair. (Warriner J. E., Griffith F., 638)

Квалифицирующие приложения могут раскрывать самые различные характеристики референта опорной ИГ, например, его человеческие качества:

34. And there he is – a clever young fellow – doesn’t make his hundred a year! (Galsworthy, 96)

35. Henry, a kind-hearted young man, saw in the young Agnes a faint vulnerability, and attributed the pursed lips and severe expression to her brutally religious upbringing. (Anthony, 88)

36. I am sure you will like Miss Hemmingway. A nice, quiet girl; so different from so many of the bold girls one meets in London nowadays. (Wodehouse, 218)

37. Blotzmann, a naturally quarrelsome and combative man, believed in fighting unceasingly for his atomist convictions,…(Campbell, 38)

особенности внешности:

38. The bus driver, an anxious little man who had no other passengers apart from Gail, assumed that she was frowning at him. (Anthony, 207)

39. Wesley had not yet met her husband, a handsome blond man built like a football player, who, Wesley had to admit himself, looked nice enough, in a standard Hollywood way. (Shaw, 303)

40. Take Lester: a tall, stooped man with severe Parkinson’s disease. (Anthony, 34)

41. But there’s no mistaking about you, boy, the moment you appeared at the door, there is no mistake, there was Tom Jordache’s kid, yes, sir, I bet he’s proud of you, a big strong boy, with Tom Jordache printed all over your face. (Shaw, 235)

42. Having sat, poor soul, long by the bedside of Small (a man of poor constitution), she had acquired the habit… (Galsworthy, 32)

43. His father – a thin, stooped little man, seemed barely to exist and took off to the bookie’s at the first hint of discord. (Anthony, 105)

44. Jack and Albert became firm friends, and arriving at Celie’s I was introduced to him: a slim, dark youth in jeans and sweatshirt, with a jacket slung over his arm, and cap hanging out of the jacket pocket. (Anthony, 64)

45. He was tiny – almost a caricature. (Anthony, 33)

Они могут выражать авторскую оценку:

46. There he sat in the gloomy comfort of the room, a puppet in the power of great forces that cared nothing for family or classes or creed,… (Galsworthy, 28)

47. Someone will change the soiled bedclothes; someone will help her wash; someone will hand her her pills while she sits, a passive recipient. (Anthony, 149)

48. Rhoda, a placid blonde, radiantly beautiful under her heavy golden plaits, stretched herself on the lounge and smoked dreamily as he talked. (Cusack, 116)

49. Mrs. Nicholas, an effete woman, smiled a smile of frightened jollity behind his back. (Galsworthy, 33)

50. This was Norbert Wiener, a florid and eccentric character, a blower of fanfares for his own accomplishments, which were considerable. (Campbell, 21)

51. So perished Sir Ferdinando, a victim to his own patriotism. (Huxley, 167)

и многие другие признаки.

В таких аппозитивных конструкциях между опорной ИГ и приложением не наблюдается отношения тождества. ИГ в функции приложения здесь не выделяют один-единственный объект (он уже выделен при помощи опорной ИГ), а указывают на класс, к которому относится референт опорной ИГ. Денотативный статус таких приложений однозначно определяется как предикатный.

Аппозитивная конструкция типа неопределенная дескрипция + неопределенная дескрипция

Неопределенными дескрипциями могут быть выражены оба элемента аппозитивной конструкции: и приложение, и опорная ИГ. В таких случаях приложение может квалифицировать референта опорной ИГ, который известен говорящему, но по какой-либо причине не идентифицируется для слушающего. Денотативный статус опорной ИГ в таких высказываниях определяется (по Е. В. Падучевой) как референтный, слабоопределенный (то есть неопределенный для слушающего). Например:

52. It’s somebody up at Time Magazine. A lady. She helped me when I came to New York looking up the dope on my father. (Shaw, 274)

В этом предложении аппозитивная конструкция содержит две неопределенные дескрипции описывающие, но не идентифицирующие одного референта, который, несомненно, известен говорящему. Говорящий точно знает референта аппозитивной конструкции, но не хочет идентифицировать его для слушающего.

В ряде случаев референт опорной ИГ не известен даже говорящему (то есть опорная ИГ имеет нереферентный денотативный статус), а приложение классифицирует его, относит к разряду людей/объектов с определенными признаками, как в следующем примере:

53. Only last week he had received a letter from a colleague in London, telling him about an old acquaintance – a journalist – who was dying from AIDS. (Anthony, 166) (В данной ситуации автор является сторонним наблюдателем, он описывает читателю ситуацию с позиции свидетеля, поэтому ему не известен референт опорной ИГ).

Еще одна возможная комбинация: опорная ИГ с нереферентным универсальным денотативным статусом и приложение–предикат, описывающий ее и относящий к определенному классу вещей. Признаки данной тележки отличались от тех, которые свойственны типичным (обычным) тележкам, поэтому они эксплицированы в приложении, выраженном неопределенной дескрипцией:

54. Mr. Brown made a shopping trolley for him – an old basket on wheels with a handle for steering it. (Bond, 63)

55. It means a place of safety: a refuge. Sanctuary. (Anthony, 71)

В подобных высказываниях имеет место включение конкретного (но не идентифицированного) объекта в некоторый класс (примеры 53,54) или включение одного класса в другой (пример 55) . Таким образом, опорная ИГ и приложение здесь также не кореферентны.

Отсутствие актуализатора с ИГ в функции приложения

В английском языке исчисляемое существительное в позиции предикатива или приложения требует артикля. Однако нередко отмечается, что при обособленном существительном-приложении артикль может отсутствовать [например, Гак 1981:186].

Существительное без артикля (или какого-либо другого актуализатора), как объясняют Р. Kверк и другие авторы, используется для выражения предикативных отношений, особенно если ИГ в функции приложения обозначает уникальную, единственную роль или задание [Quirk et al. 1993:1313]. Роль – абстракция, придуманная людьми, обобщенное неограниченное понятие, отражающее социальное положение, сферу деятельности и круг обязанностей некоей группы людей, и поэтому артикли при них не употребляются [Архипов 2001]. Особенно отсутствие артиклей характерно для языка журналистов, газетного стиля:

56. Mary Cordwell, 25-year-old singer on television shows, is being invited to the reception. (Quirk et al. 1993, 1313)

57. Blair Ruble, director of the Kennan Institute of Advanced Russian Studies at the Woodrow Wilson Center, has observed…(Time, 23).

По той же причине без артикля могут использоваться названия должностей и другие функциональные имена, например:

58. “All the central institutions lack legitimacy”, says S. Frederick Starr, president of Oberlin College and a Soviet expert (Time, 28).

59. L. V. Stringer reports rumor fight in hotel room over Quayles’s wife, later small-part Hollywood actress. (Shaw, 44)

60. Robert Luther, first assistant Cumberland Country Prosecutor, said stranger will sentence Miller May 14. (Region)

61. For a while her regular escort was Pete Cetera, singer with the group “Chicago”. (New Idea, 5)

Приложения без артикля в приведенных примерах и подобных им, бесспорно, характеризуют референта опорной ИГ, указывая на его профессиональную принадлежность, на обладателя определенной социальной роли, выполняя чисто предикатную функцию.

Отсутствие артикля может быть использовано в стилистических целях. Как уже отмечалось, существует жанровая специфика, то есть отсутствие артиклей характерно для газетных заголовков, авторских ремарок и т. д. Кроме того, артикли и другие актуализаторы часто опускаются в официальных бланках, анкетах и т. п., например:

62. Please send the stipulated items, viz.

(i) birth certificate

(ii) passport

(iii) correct fee (Quirk et al. 1993, 277).

При перечислениях, то есть в ряду однородных членов, отступление от нормы может выражаться как в повторе артикля, так и в опущении его:

63. It began to rain slowly and heavily and drenchingly… and her thoughts went down the lane toward the field, the hedge, the trees – oak, beech, elm. (Gr. Greene)

В данном случае чередование рядов с артиклем и без артикля создает определенный ритм предложения: то замедляет, то ускоряет его темп [Арнольд 1990:147]. В данном примере приложения без артикля имеют родовой денотативный статус. Они не указывают на единственность референта опорной ИГ.

Мнение о том, что отсутствие артикля с конкретным существительным может сигнализировать о том, что им обозначается весь класс целиком, то есть некая абстракция, высказывается рядом французских лингвистов (в работе Э. А. Гуляевой приводятся мнения Р. Л. Вагнера, Ж. Пэншона, М Гревисса, Ф. Брюно и др.) [Гуляева 1978:92], а также в работах англистов [Никитин 1961; Арнольд 1990 и др.]. В подобных случаях приложения без артикля нереферентны и аналогичны по функциям неопределенным дескрипциям.

Таким образом, ИГ без актуализатора в функции приложения обладают предикатным денотативным статусом.

§2. Определенная дескрипция в функции приложения

Определенная дескрипция в приложении чаще всего выполняет функцию идентификации. И на первый взгляд, между опорной группой и приложением, выраженным определенной дескрипцией, имеет место только отношение тождества. Приложение действительно может идентифицировать референта опорной ИГ, если его употребление создает ситуацию узнавания.

Дело в том, что существенным признаком идентифицирующих высказываний является информационная и коммуникативная неравнозначность их элементов: говорящий предполагает, что референт первой ИГ неизвестен, а референт второй ИГ известен слушающему; приравнивание этих ИГ должно облегчить слушающему идентифицирование референта первой ИГ [Арутюнова 1976; Вайс 1985]. Таким образом, идентифицирующую функцию определенные дескрипции в роли приложения могут выполнять в том случае, если указывают на объект или лицо, известные слушающему.

64. Gretchen was talking to Richard Sanford, the author of Restoration Comedy, when Rudolph saw her on the other side of the space where people were dancing. (Shaw, 308)

В данном высказывании первая ИГ, Richard Sanford, имеет референтный слабооопределенный статус, то есть референт ее известен говорящему, но не слушающему (в данном случае читателю). ИГ-приложение the author of Restoration Comedy идентифицирует ее для слушающего, поясняя, кто такой Ричард Сенфорд. Имя собственное употребляется в контексте впервые, а название произведения уже упоминалось, поэтому в данной ситуации референт ИГ the author of Restoration Comedy известен и говорящему и слушающему (читателю). Таким образом, в данной ситуации приложение идентифицирует референт опорной ИГ.

Если же референт определенной дескрипции в роли приложения неизвестен слушающему, определенная дескрипция выполняет характеризующую функцию. Употребление определенной дескрипции в опорной ИГ объясняется таким образом: говорящий уверен, что слушающий знает или догадается, о чем или о ком идет речь, опираясь на воспоминание ситуации, в которой фигурировал тот или иной предмет или объект. [Архипов 2001]

65. The gardener, the last one of Gatsby’s former servants, came to the foot of the steps. (Fitzgerald, 159)

В данной ситуации опорная ИГ the gardener имеет референтный определенный статус, то есть ее референт известен и слушающему и говорящему. ИГ-приложение the last one of Gatsby’s former servants дает дополнительную информацию о референте. Тот факт, что аппозитивная конструкция содержит в качестве опорной ИГ и в качестве приложения определенные дескрипции, не означает автоматически, что объект называется два раза, что к нему дважды производится референция. В данном случае приложение, выраженное определенной дескрипцией, сообщает дополнительную информацию о своем референте, характеризуя садовника как последнего из бывших слуг Гетсби.

Целый ряд исследователей отмечают, что не всякое употребление определенной дескрипции является конкретно-референтным и что семантическую функцию определенной дескрипции невозможно определить однозначно. С одной стороны, определенная дескрипция может выполнять идентифицирующую функцию и иметь конкретно-референтный денотативный статус. С другой стороны, ИГ с определенным артиклем могут иметь и родовой, и экзистенциальный статус [Stenning 1978:176]. «Употребление артикля the показывает, но не констатирует, что мы производим или намерены произвести референцию к одному определенному представителю рода such and such» [Стросон 1982:70]. Любая определенная дескрипция может употребляться как референтно, так и нереферентно, причем, по мнению К. С. Доннелана, нереферентное употребление определенных дескрипций является первичным, а референтное – вторичным [Доннелан 1982:136-139]. Определенная дескрипция не тождественна имени собственному и не только называет своего референта, но и в какой-то степени описывает, характеризует [Рассел 1982:47; Крипке 1982:366; Николаева 1978; Чирко 1979:22 и др.].

Во-первых, определенная дескрипция может характеризовать лицо как единственного обладателя того или иного признака. Л. Линский в этой связи приводит следующую цитату из Г. Райла: «Дескриптивное выражение (т. е. имеющее форму “the so-and-so”) – это не собственное имя, и способ, которым оно указывает… на носителя обозначенных в нем атрибутов, состоит не в том, что этот носитель именуется “the so-and-so”, а в том, что он определенным образом характеризуется и …является обладателем ему только присущего, уникального атрибута, который обозначен в дескрипции» [цит. по раб. Линский 1982:161].

Следовательно, ИГ с придаточным предложением типа the man who I can trust возможно рассматривать как предикатные. Причиной того, что предикатные ИГ в подобных случаях имеют определенный артикль, является то, что существует только одно лицо, удовлетворяющее условию, выраженному соответствующей ИГ…» [Куно 1982:312]. Именно такое толкование получают определенные дескрипции в функции приложения в следующих пяти примерах:

66.  As for Roger, the ‘original’ of the brothers, he had been obliged to invent a locality of his own… (Galsworthy, 35) (Рождер – единственный из братьев, кого называли «чудаком, самобытным человеком»).

67.  Then, it had concerned Lally, the pretty little red-head on the farm that joined theirs. (Cusack, 35) (На ферме есть только одна хорошенькая рыжеволосая девочка, которую зовут Лэли).

68.  Take George, for example – the little man who used to say, “I’m dead, where do I go?” (Anthony, 35) (Именно Джордж известен всем как маленький человечек, который всегда повторяет одну и ту же фразу).

69.  The police have found Davonic, the man they wished to question further. (Shaw, 75) (Полиция хотела допросить человека по фамилии Давоник, а не кого-то еще).

70.  Even the flabby toast, the rubbery scrambled egg seemed delicious: even Lila, the slatternly maid whose slippers slapped on the floor as she rubbed a mop in a desultory fashion over their room, seemed different. (Cusack, 127) (Для горничной Лилы характерно то, что она, в отличие от других уборщиц, неопрятна).

В соответствии с тем же положением можно истолковывать определенные дескрипции, обозначающие посты и должности, которые предполагают единственного референта, но при этом характеризуют его [Куно 1982:296]:

71.  To cope with the myriad calculations needed, Robert Oppenheimer, the director of Los Alamos, told von Neumann to order the most sophisticated calculating machines he could find. (Campbell, 103)

72.  They were accompanied by Yuri Plekhanov, the chief of the state security-guard organization, said Gorbachev’s man; that was all he knew. (Time, 33)

73.  The president was handpicked successor of Yuri Andropov, the former Soviet leader who was once the KYB chief. (Time, 30)

74.  Clair George, the former deputy director of operations, and Duane Clarridge, onetime head of the spy agency’s Latin America division, among others, are likely to be charged with perjury and withholding information from Congress. (Time, 17)

75.  Would Hamlet have paid Rosencrantz and Guildenstern to do the job on his uncle, the king, if he had had florins? (Shaw, 351)

76.  Martha’s mother, the union leader at a plastic factory, has arranged for Martha to enter an apprenticeship program at the factory, and Martha has never considered doing anything else. (Papalia, Olds, 566)

Говорящий в таких ситуациях опирается на коллективное совместное знание слушающего, на его способность делать логические выводы на основе знания «картины мира». Данные высказывания будут безошибочно осмыслены всеми носителями языка независимо от того, упоминаются ли the director, the chief, the leader, the king, the union leader впервые или повторно [Архипов 2001]. Такие ИГ, как the director, the chief, the leader, the king, the union leader и т. п. несомненно предполагают лишь одного референта. Но этот референт был идентифицирован в опорной ИГ, а приложение характеризует его с функциональной точки зрения, указывая на занимаемую им должность.

Существует некоторое различие между употреблением в качестве приложения определенных и неопределенных дескрипций, содержащих функциональные имена. Как отмечают С. Гринбаум и Дж. Уиткат, ИГ типа the footballer употребляются в тех случаях, когда референт, к которому они относятся – известная, знаменитая личность; и наоборот, если референт опорной ИГ не является знаменитостью, в качестве приложения лучше употребить неопределенную дескрипцию типа a footballer [Greenbaum, Whitcut 1988:270]. В случаях широкой известности референта опорной ИГ, приложение, конечно же, приобретает определенно-референтный статус. Об употреблении в функции приложения ИГ, содержащих названия постов и должностей без артикля говорилось в первом параграфе.

Таким образом, единственность объекта, обозначенного определенной дескрипцией не означает автоматически, что его упоминание сообщает слушающему известную информацию. В таких случаях приложение может классифицировать референт опорной ИГ, то есть относить его к некоторому классу, но к классу, который содержит лишь один элемент.

Во-вторых, существительное с определенным артиклем может быть родовым именем [Вендлер 1982] и, как следствие, обладать нереферентным денотативным статусом, то есть область его референции не ограничивается одним или несколькими определенными объектами. Например:

77.  Family dinners of the Forsytes observe certain traditions. … With the second glass of champagne, a kind of hum makes itself heard, which, when divested of casual accessories and resolved into its primal element itself heard, which, when divested of casual accessories and resolved into its primal element, is found to be James telling a story, and this goes on for a long time, encroaching sometimes even upon what must universally be recognized as the crowning point of a Forsyte feast – ‘the saddle of mutton’. (Galsworthy, 34)

Данный отрывок содержит описание того, что обычно происходит за обедом у Форсайтов, речь не идет о конкретном блюде. Определенный артикль в приложении ‘the saddle of mutton’ указывает на родовой характер ИГ, которая относит референт опорной ИГ к определенному разряду блюд.

Приведем еще три примера из того же произведения:

78.  He stole a glance at Bosinney, whose eyes, the eyes of the coachman’s ‘half-tame leopard’, seemed running wild over the landscape. (Galsworthy, 48)

В данном случае определенная дескрипция также носит родовой характер. Приложение не отождествляет, а сравнивает глаза Босини с таким типом глаз, какие бывают у «полудикого леопарда» и, следовательно, имеет предикатный денотативный статус.

В-третьих, определенный артикль не выражает конкретной референции при наименовании собирательных и абстрактных понятий [Москальская 1981:106]. Существительные собирательные в сочетании с определенным артиклем называют определенную часть обозначаемого, выделяя ее среди подобных. Употребляя определенный артикль с собирательными существительными, говорящий сигнализирует о том, что он выделяет некую часть из того, что представляют собой данные понятия в полном объеме. [Архипов 2001]

79. He already had his potential customers – the people he visited. (Anthony, 277) (Не все люди в мире являются его потенциальными покупателями, а только те, которых он посещал).

80. The teenagers in Vicky’s circle will influence not only the way she dresses and wears her hair but also her social activities, the music she listens to, her sexual behavior, her use or avoidance of drugs, and her pursuit or disdain of academic achievement – the basic patterns of her life. (Papalia, Olds, 577) (Все перечисленные виды деятельности определяют образ жизни героини, а не всех подростков вообще).

81. ‘If it comes to that’, Carmen said, ‘it will be your friends, the yacht owners, who will bring it about’. (Shaw, 318)

82. You learn a lot about people caught at the fag-end of life. Displaced people, society’s outcasts; the victims of abuse and the butts of malicious humour who just want to be accepted, for whom a smile means the world. (Anthony, 17) (Определения с предлогом of сужают объем понятия определяемого существительного, речь в данной ситуации идет не о всех «жертвах» и «мишенях» вообще, а о «жертвах оскорбления» и «мишенях злых насмешек»)

83. There is a lot of talk at NATO about displaced populations, the Germans kicked out of Poland, the East Germans, refugees in the West Germany, the Palestinians, the Armenians, the Jews kicked out of Tunisia and Lybia, the French colons from Algeria. (Shaw, 125) (В этом примере названия национальностей употребляются с определенным артиклем потому, что говорящий подразумевает под ними группу людей, которые были выселены из разных стран, а не всех немцев, палестинцев, армян и евреев вообще).

84. Augustus Fink-Nottle, the newts’ friend, she knows. She is aquainted with Augustus Fink-Nottle, the dog’s chiropodist. But Augustus Fink-Nottle, the orator – that’ll knock her sideways, or I know nothing of the female heart. (Wodehouse, 69-70)

В данном отрывке реляционная ИГ (the newts’ friend) и функциональные ИГ (the dog’s chiropodist и the orator) характеризуют референта ИГ Augustus Fink-Nottle, обозначая различные социальные роли, в которых выступает одно и то же лицо, известное и говорящему и слушателю, то есть тоже обозначают часть личности, а не личность в целом.

Таким образом, вне контекста (или ситуации общения) определенная дескрипция в функции приложения имеет сдвоенный денотативный статус: конкретно-референтный и предикатный. Денотативные статусы ИГ, как и другие параметры предложения (например, тип предиката, семантические роли актантов) уточняются в процессе речевого высказывания [Падучева 1985; Козинцева 1991; Van Valin 1993]. Поэтому, какое употребление имеет место в каждом конкретном случае, должен решить слушающий на основании контекста или конситуации. Следует учитывать, что актуализатор как таковой не всегда определяет денотативный статус ИГ. Как уже упоминалось, характер денотативного статуса зависит от комплекса факторов, в том числе и от синтаксической позиции ИГ в предложении: в начальной позиции определенная дескрипция референтна всегда, а в конечной – лишь при соответствующей осведомленности слушающего [Вайс1985:440]. Приложение, как правило, находится справа от опорной ИГ, то есть занимает конечную позицию.

§3. Имена собственные в функции приложения

Имена собственные по традиции считаются сингулярными термами, то есть именами, всегда индивидуальными по своей лексической семантике, всегда обозначающими определенный объект, выделенный из класса подобных [Курилович 1962:251; Линский 1982:164; Вендлер 1982:207; Гуляева 1978:46-47]. В таком случае аппозитивные конструкции, в которых приложением являются имена собственные, должны рассматриваться как аналоги высказываний тождества, а приложение – как средство идентификации референта опорной ИГ.

Однако существуют такие высказывания, в которых имя собственное лишь сообщает, что референт зовется так-то и так-то. Так, по Б. Расселу, «если предложение ‘Скотт есть сэр Вальтер’ в действительности означает ‘лицо по имени Скотт’ идентично лицу по имени ‘сэр Вальтер’, то эти имена фигурируют в функции дескрипций: индивид ими не именуется, а описывается как носитель соответствующего имени» [Рассел 1982:49]. Д. Вайс также обращал внимание на то, что не следует смешивать высказывания тождества и чисто именующие высказывания, которые приписывают лицу или предмету некоторое имя. Характерно, что в качестве примера именующего высказывания он приводит высказывание с аппозитивной конструкцией:

Это моя жена, Люцетта Леоновна (Вайс, 437).

Сейчас такое употребление имен собственных принято называть автонимным. Причем подчеркивается, что автонимная функция характерна для имен собственных в функции предикатива и приложения [Падучева 1985:101; Булыгина, Шмелев 1997:503; Крылов 1997:257-258].

Е. В. Падучева отмечает, что автонимный статус не укладывается в построенную ею классификацию денотативных статусов ИГ. Однако необходимо учесть, что в некоторых ситуациях имя собственное может быть актуальным признаком лица или объекта (например, в ситуации знакомства или когда коммуникантам не известны никакие другие признаки референта). В таких случаях при помощи автономных ИГ в функции приложения говорящий приписывает лицу или предмету имя, описывает это лицо как носителя некоторого имени, то есть имя выступает как один из признаков референта. Признаки, как известно, прецидируются лицу или предмету. Поэтому можно предположить, что имя собственное в позиции приложения может носить предикатный характер, и что автонимный статус является одним из проявлений предикатного денотативного статуса.

Вернемся к примеру 18: A neighbour, Fred Brick, is on the phone. Здесь опорная ИГ Fred Brick имеет автонимный статус: это все, что известно говорящему о каком-то соседе, который в данный момент звонит. И если поменять местами опорную ИГ и приложение, то смысл высказывания значительно изменится.

На наш взгляд, приложение, выраженное именем собственным, способно выполнять как идентифицирующую, так и автонимную, и собственно предикатную функции. Определение того, какая из этих функций имеет место в каждом конкретном случае, основывается, как и в случае с определенными дескрипциями в функции приложения, на факторе известности или неизвестности референта имени собственного для коммуникантов, особенно для слушающего. Идентификация связана с ситуацией узнавания, а именование – нет [Вайс 1985:437]. Следовательно, если референт имени собственного в позиции приложения известен слушающему, имеет место ситуация идентификации, и статус приложения может быть определен как референтный. Если же слушающий не в состоянии идентифицировать референта имени собственного, то имя воспринимается им как один из признаков, приписываемых референту опорной ИГ, и приложение получает автонимный денотативный статус.

Итак, имена собственные в функции приложения имеют определен

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Семантика артиклей в аппозитивной конструкции". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 769

Другие дипломные работы по специальности "Иностранный язык":

Studies lexical material of English

Смотреть работу >>

The socialist workers party 1951-1979

Смотреть работу >>

Французские заимствования в испанском языке

Смотреть работу >>