Дипломная работа на тему "Концепт «Дружба» в английском языковом пространстве"

ГлавнаяИностранный язык → Концепт «Дружба» в английском языковом пространстве




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Концепт «Дружба» в английском языковом пространстве":


Выпускная квалификационная работа

Поготовила Осипишина Юлия , специальность иностранная филология

Черноморский государственный университет имени Петра Могилы, Украина

г. Николаев 2005

Введение

Образ человека реконструируется многогранно, многоаспектно и многофункционально в социологии, физиологии, психологии, лингвистике. Часто речь идёт о перцептивном, ментальном, эмотивном и волитивном «модусах», их разновидностях и взаимопроникновении. Наиболее обширен и интересен внутренний мир человека, чувственная сторона его бытия. Анализ эмоциональных проявлений, отраженных и закрепленных в языковом знаке, является важнейшим и чуть ли не единственным источником культурологической информации об «обыденном сознании» носителей какого-либо естественного языка (Воркачев 1992:46), об их наивной картине мира, когда исследуются отдельные, характерные для данного языка концепты, своего рода культурные изоглоссы и пучки изоглосс (Апресян 1995:38).

Это, прежде всего, стереотипы языкового и, более широко, – культурного сознания: например, типично русские концепты «Душа», «Тоска», «Судьба», «Удаль». В последнее время много внимания притягивает к себе проблема определения концепта «Дружба» в английском языке, которая к концу XX века вызвала повышенный интерес лингвистов, философов, лингвокультурологов, психологов. Как показывают наблюдения, это понятие в лингвокультурологии является одним из наименее изученных и однозначно определенных, в то время как его значимость и ценность достаточно высоки. Этот концепт отражает сложную систему духовно-нравственного и морально-этического измерений картины мира и внутренней, духовной жизни личности, этими обстоятельствами и объясняется выбор темы и объекта исследования.

Объектом настоящего исследования является многогаммный, широко варьированный концепт «Дружба», описываемый лингвистическими средствами английского языка.

Предметом исследования являются линговокультурологические особенности языковой концептуализации дружбы как чувства и понятия.

Целью исследования является определение стереотипов англоязычного общества, связанных с дружбой посредством анализа литературных источников американского и британского вариантов английского языка.

В соответствии с целью исследования в работе ставятся следующие задачи:

1. изучение взаимосвязи языка и культуры в рамках лингвокультурологии;

2. уточнение понятия «концепт»;

3. установление способа вхождения концепта в состав культуры, определение национальной концептосферы;

4. определение компонентов концепта «Дружба»;

5. анализ изменений концепта «Дружба».

Эмпирическим материалом работы послужили конструкции с лексемой «friendship», «friend», а также дефиниции этих лексем, зафиксированные в этимологическом, культурологическом и толковых словарях, языковые единицы и конструкции, отобранные методом сплошной выборки из толковых и фразеологических словарей, словарей пословиц и поговорок, из текстов английской и американской современной литературы, которые являются средством объективации концепта «Дружба», которые составили 462 примера.

Материал исследования изучается на основании применения следующих методов:

- дефиниционный анализ;

- этимологический анализ;

- концептуальный анализ:

 анализ синонимов и дериватов ключевого слова;l

 анализ сочетаемости ключевого слова, паремий иl афоризмов;

 анализ текстов художественного дискурса.l

Структура работы определяется целями и задачами. Работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.

Во введении мотивируется выбор темы и объекта исследования, формулируется основная цель и задачи работы, описывается объем эмпирического материала и методология исследования, структура работы.

В первой главе рассматриваются основные теоретические вопросы – взаимосвязь языка и культуры в рамках культурологии, определение культуры, концепта, его характеристики, типология концептов, исследование концепта «как сгустка культуры», отражение культуры в языке.

Вторая глава ставит своей целью проиллюстрировать и проанализировать концепт «Дружба» американской и английской культуры на материале современной английской и американской литературы, фразеологизмов и цитат.

В заключении подводятся суммарные теоретические итоги исследования.

Глава 1: Языковой концепт как базовое понятие лингвокультурологии

§1. Лингвокультурология как наука

Сложный и многоаспектный вопрос о соотношении языка и культуры является центральным в современном языкознании. Несмотря на существенные расхождения в подходе к отношениям между культурой и языком, тезис о том, что язык является частью культуры народа, почти не вызывает возражений среди лингвистов. Исследования проблематики взаимосвязи и взаимодействия языка и культуры, по словам А.С.Мамонтова, «являют собой порой довольно пеструю картину, притом, что ни одно из них никогда не отрицало наличия дихотомии «язык и культура»» (Мамонтов 2000:3).

Ключевой идей в современной лингвистике является идея антропоцентричности языка. В центре всего изображаемого словом стоит человек – он сам и все то, что воспринимается им как его окружение, сфера его бытия. С позиции антропоцентрической парадигмы, человек познает мир через осознание себя, своей теоретической и предметной деятельности в нем, в основе данной парадигмы лежит переключение интересов исследователя с объектов познания на субъект, т.е. анализируется человек в языке и язык в человеке.

Именно формирование антропоцентрической парадигмы привело к развороту проблематики в сторону человека и его места в культуре[1] . Продуктом антропоцентрической парадигмы в лингвистике является наука лингвокультурология [2] . По словам В.В. Воробьева, «сегодня уже можно утверждать, что лингвокультурология – это новая филологическая дисциплина, которая изучает определенным образом отобранную и организованную совокупность культурных ценностей, исследует живые коммуникативные процессы порождения и восприятия речи, опыт языковой личности и национальный менталитет, дает системное описание языковой «картины мира»…» (Воробьев, цит. по: Тер-Минасова 2000: 18).

В.Н. Телия определяет лингвокультурологию как часть этнолингвистики, посвященную изучению и описанию корреспонденции языка и культуры в их синхронном взаимодействии (Телия 1996: 217). «Объект лингвокультурологии изучается на «перекрестке» двух фундаментальных наук: языкознания и культурологии» (Там же: 222).

Выделяются следующие основные проблемы и области изучения лингвокультурологии: 1) безэквивалентную лексику и лакуны; 2) мифологизированные языковые единицы: архетипы и мифологемы, обряды и поверья, ритуалы и обычая, закрепленные в языке; 3) паремиологический фонд языка; 4) фразеологический фонд языка; 5) эталоны, стереотипы, символы; 6) метафора и образы языка; 7) стилистический уклад языков; 8) речевое поведение; 9) область речевого этикета (Маслова 2001: 36-37).

Лингвокультурология, как и любая научная дисциплина, обладает своим категориальным аппаратом – системой базовых терминов. К числу таких базовых терминов относится понятие концепта.

§2. Статус концепта как феномена

На очередном витке спирали, по которой движется в своем развитии гуманитарное знание, и в ходе очередной «эпистемической революции» российская лингвистическая мысль столкнулась с необходимостью выработки нового термина для адекватного обозначения содержательной стороны языкового знака, который снял бы функциональную ограниченность традиционных значения и смысла и в котором бы органически слились логико-психологические и языковедческие категории.

Возникшая потребность породила появление целого ряда соперничающих номинативных единиц, общим для которых было стремление «отразить в понятиях» неуловимый «дух народа» – этническую специфику представления языковых знаний. В конкурентной борьбе в российской лингвистической литературе с начала 90-х годов прошлого века столкнулись термины «концепт» (Арутюнова 1993; Лихачев 1993; Степанов 1997, Ляпин 1997: 40–76; Нерознак 1998 и др.), «лингвокультурема» (Воробьев 1997: 44–56), «мифологема» (Ляхтеэнмяки 1999; Базылев 2000: 130–134), «логоэпистема» (Верещагин, Костомаров 1999: 70; Костомаров, Бурвикова 2000: 28; 2001: 32–65), однако на сегодняшний день становится очевидным, что наиболее жизнеспособным оказался термин «концепт», по частоте употребления значительно опередивший все прочие протерминологические новообразования.

Слово «концепт» является калькой с латинского conceptus – «понятие», от глагола concipere «зачинать», т.е. значит буквально «зачатие». Этимологически эти значения восходят к древнерусскому слову пояти – «схватить, взять в собственность, взять женщину в жены».

Термин «концепт» широко применяется в различных научных дисциплинах, что приводит к его множественному пониманию. Часто «концепт» употребляется в качестве синонима «понятия», хотя термин «понятие» употребляется в логике и философии, а «концепт», являясь термином математической логики, закрепился также в науке о культуре, в культурологии.

Необходимо отметить, что понятие концепта является достаточно разработанным в российской культурологии и лингвистике, однако в разных направлениях этот термин приобретает различное наполнение и содержание.

Термин «концепт» является зонтиковым, он «покрывает» предметные области нескольких научных направлений: прежде всего когнитивной психологии и когнитивной лингвистики, занимающихся проблемами мышления и познания, хранения и переработки информации (Кубрякова 1996: 58), а также лингвокультурологии, определяясь и уточняясь в границах теории, образуемой их постулатами и базовыми категориями. Однако ментальные объекты, к которым отправляет имя «концепт», не обладают общим специфическим родовым признаком (принадлежность к области идеального – это свойство все тех же значения и смысла, идеи и мысли, понятия и представления, образа и гештальта и пр.) и находятся скорее в отношениях «семейного сходства», подобного отношениям номинатов имени «игра», где «мы видим сложную сеть сходств, переплетающихся и пересекающихся» (Витгенштейн 1994: 11). Можно допустить, что, подобно множеству в математике, концепт в когнитологии – базовая аксиоматическая категория, неопределяемая и принимаемая интуитивно, гипероним понятия, представления, схемы, фрейма, сценария, гештальта и др. (Бабушкин 1996: 19–27; Стернин 1998: 24–27; Попова, Стернин 2001: 72–74).

В рамках когнитивной лингвистики под концептами понимаются «оперативные содержательные единицы памяти, ментального лексикона, отраженные в человеческой психике» (Зинченко, Зусман, Кирнозе 2003: 87).

З.Д. Попова, И.А. Стернин определяют концепт как «глобальную мыслительную единицу, представляющую собой квант структурированного знания,… идеальную сущность, которая формируется в сознании человека из его непосредственных операций человека с предметами, из его предметной деятельности, из мыслительных операций человека с другими, уже существующими в его сознании концептами – такие операции могут привести к возникновению новых концептов» (Зинченко, Зусман, Кирнозе 2003:48). Язык, таким образом, является лишь одним из способов формирования концептов в сознании человека. Для эффективного формирования концепта, для полноты его формирования одного языка мало – необходимо привлечение чувственного опыта, необходима наглядность, необходима предметная деятельность. Только в таком сочетании разных видов восприятия в сознании человека формируется полноценный концепт.

У Н.Н. Болдырева концепт – «элемент сознания,…автономный от языка, фиксированный в сознании смысл» (Зинченко, Зусман, Кирнозе 2004: 61).

В область современного гуманитарного знания едва ли не первым слово “концепт” вводит русский мыслитель С. А. Аскольдов (1870—1945). Как и средневековые номиналисты, он признает “индивидуальное представление заместителем всего родового объема”. Однако, в отличие от них, он не отождествляет концепт с индивидуальным представлением, усматривая в нем “общность”. Для С.А. Аскольдова – концепт «есть мысленное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода» (Зинченко, Зусман, Кирнозе 2004: 85)

В качестве самого существенного признака концепта С. Аскольдов выдвигает “функцию заместительства”. Вот как выглядит одно из центральных определений его статьи: “Концепт есть мысленное образование, которое замещает нам в процессе мысли неопределенное множество предметов одного и того же рода” (Аскольдов: 1980). В статье приводится ряд примеров “заместительных отношений”, причем не только из области мысли, но также и из чисто жизненной сферы. Так, “концепт тысячеугольника есть заместитель бесконечного разнообразия индивидуальных тысячеугольников”, конкретность которых осуществима лишь в целом ряде актов мысленного счета, вообще длительного синтезирования данной фигуры из ее элементов. В данном случае концепт выступает как заместитель этих длительных операций.

В культурологии концепт – основная ячейка культуры в ментальном мире человека (Степанов 2001:43). Концепты возникают в сознании человека не только на основе словарных значений слов, но и на основе личного и народного культурно-исторического опыта, и чем богаче этот опыт, тем шире границы концепта, тем шире возможности для возникновения эмоциональной ауры слова, в которой находят свое отражение все стороны концепта (Лихачев 1993: 144). По мнению Ю.С. Степанова, именно эта особенность позволяет определять концепт – как «сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека…то, посредством чего человек входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее» (Степанов 2001: 43). Концепты не только мыслятся, они переживаются. Они – предмет эмоций, симпатий и антипатий, а иногда и столкновений.

"Концепт - основная ячейка культуры в ментальном мире человека. Структура концепта трехслойна: 1) “основной, актуальный” признак; 2) дополнительный или несколько дополнительных, "пассивных" признаков, являющихся уже не актуальными, "историческими"; 3) внутренняя форма, обычно вовсе не осознаваемая, запечатленная во внешней, словесной форме". Таким образом, "в современных исследованиях культурные концепты определяются обычно как многомерные смысловые образования в коллективном сознании, опредмеченные в языковой форме”. (Ю.С. Степанов, 1997: 47). Это определение является основополагающим в данной работе.

§3. Базовые характеристики концепта

Как уже отмечалось, концепт более широкая, чем понятие, категория. По словарному значению “концепт” и “понятие” — слова близкие. В английских словарях “концепт” — “идея, лежащая в основе целого класса вещей”, “общепринятое мнение, точка зрения” (general notion) . В “Longman Dictionary of Contemporary English” “концепт” определяется как “чья-то идея о том, как что-то сделано из чего-то или как оно должно быть сделано” (someone’s idea of how something is, or should be done) . Возникает неожиданное указание на мыслящее лицо, деятеля, обладателя некой идеи и точки зрения. При всей абстрактности и обобщенности этого “некто” (someone) вместе с ним в “концепт” входит потенциальная субъективность.

Исследования показывают, что концепт является семантически глубже, богаче понятия. Концепт приближен к ментальному миру человека, следовательно, к культуре и истории, поэтому имеет специфический характер. «Концепты представляют собой коллективное наследие в сознании народа, его духовную культуру, культуру духовной жизни народа. Именно коллективное сознание является хранителем констант, то есть концептов, существующих постоянно или очень долгое время» (Степанов 1997: 76).

Концепт расширяет значение слова, оставляя возможности для домысливания, дофантазирования, создания эмоциональной ауры слова.

Слово и концепт материализуются в одном и том же звуковом/буквенном комплексе, и это обстоятельство порождает дополнительную научную интригу, обусловливая целый ряд вопросов.

Одно из самых существенных различий слова и концепта связано с их внутренним содержанием. Внутреннее содержание слова – это его семантика плюс коннотации, то есть совокупность сем и лексико-семантических вариантов плюс экспрессивная/эмоциональная/стилистическая окрашенность, оценочность и т. п. Внутреннее же содержание концепта – это своего рода совокупность смыслов, организация которых существенно отличается от структуризации сем и лексико-семантических вариантов слова.

Другое заметное отличие концепта от слова заключено в его, концепта, антиномичности. Под антиномией традиционно понимается сочетание двух взаимопротиворечащих суждений об одном и том же объекте, каждое из которых истинно относительно этого объекта и каждое из которых допускает одинаково убедительное логическое обоснование.

В формировании концептов весьма велика роль субъектного начала, что для слова нехарактерно. Субъектный фактор выполняет в концепте нестандартную функцию – он является одним из импульсов изменения (движения) концепта и сообщает концепту еще одну отличительную черту: концепт – явление более динамичное, более стремительно меняющееся сравнительно со словом.

Когнитивный статус концепта в настоящее время сводится к его функции быть носителем и одновременно способом передачи смысла, к возможности «хранить знания о мире, помогая обработке субъективного опыта путем подведения информации под определенные, выработанные обществом, категории и классы»[3] . Это свойство сближает концепт с такими формами отражения смысла, как знак, образ, архетип, гештальт, при всём очевидном различии этих категорий, которые концепт может в себя вмещать и в которых одновременно способен реализовываться. Главное в концепте – это многомерность и дискретная целостность смысла, существующая, тем не менее, в непрерывном культурно-историческом пространстве и поэтому предрасполагающая к культурной трансляции из одной предметной области в другую, что позволяет называть концепт основным способом культурной трансляции. Концепт, таким образом, является средством преодоления дискретного характера представлений о действительности и онтологизированным комплексом этих представлений. Именно он и является средством, делающим возможным «сгущение» поля культуры.

Анализ многочисленных наблюдений исследователей позволяет сделать вывод о том, что концепт обладает следующими базовыми характеристиками.

Концепт недискурсивен в смысле дúскурса. Дúскурс – термин, обозначающий тип западноевропейской интеллектуальной стратегии рационально-классического ряда. Отсюда, дискурсивный – рассудочный, понятийный, логический, опосредованный, формализованный (в отличие от чувственного, созерцательного, интуитивного, непосредственного), отличается от понятия «дискỳрс» – термина, обозначающего определенный лингвистический феномен.

Концепт недискурсивен в том смысле, что он нелинеарен: в этом смысле отношения концептов не есть отношения текстуальные (последовательностные), а гипертекстуальные, основанные не на временном развертывании, но на принципах переклички, отсылки.

Концепты иерархичны, их системные отношения образуют «образ мира», «картину мира». Быть может, самыми удачными терминами, выражающими системные связи концептов и как когнитивных структур, и как языковых воплощений, являются термины «лингвориторическая картина мира» и «языковой образ мира» поскольку утверждается, что «Систему и структуру лингвориторической картины мира образуют культурные концепты» (Ворожбитова, 2000: 30).

Бесконечность концепта определена его бытием как явлением культуры: он постоянно существует, совершая движение от центра к периферии и от периферии к центру, его содержательное наполнение также безгранично.

Событийность концепта определена его функцией в человеческом сознании, его участием в мыслительном процессе.

Для того чтобы концепт укоренился как эвристическая категория, необходимо разделять системный, языковой концепт и его речевые, контекстуальные воплощения.

Концепт и речевые, контекстуальные воплощения находятся в отношениях, аналогичных отношениям фонемы и звука, морфемы и морфа. Языковой концепт абстрактен, нематериален, в то время как речевые, контекстуальные воплощения материальны и конкретны. Через речевые, контекстуальные воплощения осуществляется бытие концепта.

Концепт может рассматриваться как совокупность его «внешней», категориальной отнесенности и внутренней, смысловой структуры, имеющей строгую логическую организацию. В основе концепта лежит исходная, прототипическая модель основного значения слова (т. е. инвариант всех значений слова). В связи с этим можно говорить о центральной и периферийной зонах концепта. Причем последняя способна к дивергенции, т. е. вызывает удаление новых производных значений от центрального.

§4. Понятие «национальной концептосферы»

По справедливому наблюдению С.Г. Тер-Минасовой, «важнейшая функция языка заключается в том, что он хранит культуру и передает ее из поколения в поколение. Именно поэтому язык играет столь значительную роль в формировании личности, национального характера, этнической общности, народа, нации» (Тер-Минасова 2000:80).

Концепт тем богаче, чем богаче национальный, сословный, классовый, профессиональный, семейный и личный опыт человека, пользующегося концептом. В совокупности потенции, открываемые в словарном запасе отдельного человека, как и всего языка в целом, можно называть концептосферами. Концептосфера национального языка тем богаче, чем богаче вся культура нации – ее литература, фольклор, наука, изобразительное искусство (оно также имеет непосредственное отношение к языку и, следовательно, к национальной концептосфере), она соотносима со всем историческим опытом нации и религией особенно (Лихачев 1997).

В настоящее время общепринятым является мнение о том, что как в культуре, так и в языке каждого народа присутствует универсальное (общечеловеческое) и национально-специфическое. В то же время в любой культуре имеются присущие только ей культурные значения, закрепленные в языке, моральных нормах, убеждениях, особенностях поведения и т.п.

Среди источников, дающих объективные сведения о национальном характере того или иного народа, С.Г. Тер-Минасова выделяет набор стереотипов, ассоциирующихся с данным народом. В.А. Маслова определяет стереотип как «тип, существующий в мире, он измеряет деятельность, поведение и т.д.» (Маслова 2001: 147). Наиболее популярным источником стереотипных представлений по С.Г. Тер-Минасовой являются 1) международные анекдоты и шутки разных видов; 2) национальная классическая и художественная литература; 3) фольклор, устное народное творчество; 4) национальный язык (Тер-Минасова 2000: 147).

Концепт – это универсальный феномен, поэтому его использование помогает установить особенности национальной картины мира. Подход к концепту как к «алгебраическому выражению значения» (Лихачев1997: 280) свидетельствует об объёмности данного термина, о его скрытых, потенциальных ресурсах. В недрах человеческого сознания зарождается и формируется концептуальный взгляд на мир, но необходимо обратить внимание и на зарождение этого взгляда в коллективном сознании, определить в связи с этим в пространстве термина «концепт» роль и место мировоззренческим национальным позициям, менталитету. О значимости этого компонента говорит и высокий интерес к языковой личности как носителю ментальности языковой, а, следовательно, и социокультурной.

Национальная концептосфера складывается из совокупности индивидуальных, групповых, классовых, национальных и универсальных концептов, то есть концептов, имеющих общечеловеческую ценность. К числу универсальных относятся относятся такие базовые концепты как родина, мать, семья, свобода, любовь, вера, дружба, на основе которых формируются национальные культурные ценности, а также такие фундаментальные универсальные как время, пространство, причинность и т.д. Именно наличие общих, универсальных концептов обеспечивает возможность взаимопонимания между народами. В тоже время каждая нация имеет собственную шкалу мировоззрения, собственную шкалу ценностей. Каждая культура формирует свои стереотипы сознания и поведения, опирающиеся на собственное видение мира. Таким образом, несмотря на то, что концепт «Дружба» универсальный, наполненность его для каждой нации своя. В работе рассматривается данный концепт в рамках английской и американской концептосфер.

Выводы

Основной тенденцией в эволюции концептологии был постепенный отход от трактовки концепта как строго индивидуальной, субъективной формы схватывания смысла в сторону всё большего заострения функциональной стороны концепта как некой универсальной, интерсубъективной формы хранения и трансляции общекультурной информации, функционирующей на фоне других подобных форм.

Лингвокогнитивный и лингвокультурный подходы к пониманию концепта не являются взаимоисключающими: концепт как ментальное образование в сознании индивида связан с концептосферой социума, т.е. в конечном счете, с культурой, а концепт как единица культуры есть фиксация коллективного опыта, который становится достоянием индивида.

Концепт в работе понимается и рассматривается в рамках лингвокультурологического направления как сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека, и то, посредством чего человек сам входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее.

Основные признаки концепта как лингвокультурологической категории, могут быть сформулированы следующим образом:

- универсальность, общность, абстрактность представления о чем-либо;

- тождественность понимания реципиентами, обладающими общим менталитетом;

- культурно-этическая, историко-культурологическая значимость для носителей языка;

- способность воздействовать на формирование концептосферы в рамках коллективного сознания;

Совокупность концептов, характерных для конкретной нации составляют национальную концептосферу, отличную от концептосфер других национальностей.

Глава 2. Анализ средств объективации концепта «Дружба»

Анализ концепта «Дружба» в английском языковом пространстве в данной работе осуществляется в рамках лингвокультуролоческого направления, процедура анализа была предложена Ю.С. Степановым. Он выделяет 3 «слоя» концепта: основной, актуальный признак; дополнительный, или несколько дополнительных, «пассивных» признаков, являющихся уже неактуальными, «историческими»; внутреннюю форму, обычно вовсе неосознаваемую, запечатленную во внешней, словесной форме (Степанов: 1997).

В основном признаке, в актуальном, «активном» слое концепт актуально существует для всех пользующихся данным языком (языком данной культуры) как средство их взаимопонимания и общения.

В дополнительных, «пассивных» признаках своего содержания концепт актуален лишь для некоторых социальных групп, при этом во всех случаях актуализируются «исторические», «пассивные» признаки концепта главным образом при общении людей внутри данной социальной группы, при общении их между собой, а не вовне, с другими группами.

Внутренняя форма, или этимологический признак, или этимология открывается лишь исследователям и исследователями. Для пользующихся данным языком этот слой содержания концепта существует опосредованно, как основа, на которой возникли и держатся остальные слои значения.

Для выявления внутренней формы концепта обратимся к его этимологии. Этимологический словарь Скита (Skeat: 1961) указывает, что «friendship» является исконно английским словом, состоящим из корня «friend» и суффикса «ship».

Friend, an intimate acquaintance. В среднеанглийском frend, freond. Происходит от причастия настоящего времени глагола freon, freogan, таким образом, значение причастия - «любящий». В исландском froendi, a kinsman (близкий родственник), происходит от глагола frja – to love (любить). В шведском языке froinde (a kinsman). В готском frijonds, a friend, причастие настоящего времени от глагола frijon – to love. В старо-венгерском friunt – to love. В шотландском pri – to love.

Таким образом, внутренняя форма концепта «Дружба», заложенная в его этимологии, содержит компонент «друг» – это близкий любимый человек, родственник.

§1. Основные компоненты концепта «Дружба»

В истории любой национальной культуры вопросы, касающиеся человеческих взаимоотношений, таких как любовь и дружба, всегда имели и до сих пор имеют первостепенное значение. Люди пытаются выяснить, в чем заключается смысл дружбы, кто такой друг, и почему дружба так необходима, однако эти вечные вопросы, не имеющие однозначного толкования, вызывают множество споров. Тем не менее человечество не оставляет упорных попыток осмыслить феномен самой дружбы; самосознание, жизнеощущение и миропонимание человечества во многом определяется отношением к дружбе.

Исследование таких концептов как «Дружба» предполагает анализ тех фрагментов текста и тех фразеологизмов, которые так или иначе связаны с этим явлением с целью выявления концепта данной реальности. Для того, чтобы установить элементы этих концептов, необходимо, прежде всего, обратиться к семантической структуре имен, связанных с этим общим понятием. Тезаурус Роже позволяет определить круг активно используемых лексем в связи с концептом «Дружба». На первом месте здесь значатся согласие, совместимость, понимание, способность к формированию групп, общность интересов, интимные, сексуальные и семейные отношения, спонсорская помощь, любовь, начало и восстановление дружбы.

Из этих значений можно сделать вывод, что основным смыслом дружбы является общение с человеком, основанное на взаимной схожести, знании качеств этого человека и любви, которое приносит мир и покой; оно имеет начало, может быть прервано и потом возобновиться. Друг противопоставляется врагу.

Опираясь на результаты исследования тезауруса Роже, интерпретация концепта будет осуществляться путем рассмотрения элементов, которые могут быть выделены с помощью наиболее активно используемых лексем:

• Friendship – Amity

• Friendship – Sociality

• Friendship – Brotherhood

• Friendship – Likeness

• Friendship – Knowledge

• Friendship – Love

• Friendship – Intimacy

• Friendship – Support

• Friendship – Introduction

• Friendship – Reconciliation

• Friendship – Not enmity

Не исключено, что в процессе исследовательской работы будут выделены и другие элементы, составляющие концепт «Дружба».

2.1.1. Дружба – мирные отношения («Amity»)

Друзья приносят спокойствие в нашу жизнь, мы чувствуем себя не одинокими и защищенными. Способность выговориться кому-то, возможность разделить с кем-то удовольствие от совместных действий успокаивает. Не случайно, друг называется лекарством:

«A faithful friend is the medicine of life» (The Bible).

Сердечность отношений, взаимная приятность делают дружбу одним из лучших человеческих отношений. Дружба это не только обязанности, но и удовольствия:

«Friendship is not always the sequel of obligation» (Samuel Johnson).

Наличие друга в нашей жизни дарит некую уверенность, что все горести пройдут. В гневе можно выговориться близкому человеку, и гнев успокоится:

«I was angry with my friend;

I told my wrath, my wrath did end.

I was angry with my foe:

It told it not, my wrath did grow» (William Blake).

Друзьям нечего делить между собой, а следовательно конфликтная ситуация не может возникнуть:

«Between friends all is common» (посл.)

С друзьями приятно делать различные незначительные мелочи, и от того, что рядом друг, действия эти становятся приятнее:

«And the whole summer, when you drive around in the car with your friends, you see the corn grow» (Bushnell, 2002:115).

Общение с другом в некоторых случаях приравнивается к чтению хорошей книги, а книги действуют благотворно на наши души, проливая спокойствие:

«Who God doth late and early pray

More of his grace than gifts to lend;

And entertains the harmless day

With a religious book, or friend.

This man is freed from servile bands,

Of hope to rise, or fear to fall: -

Lord of himself, though not of lands,

And having nothing, yet hath all» (Sir Henry Wotton).

«Choose an author as you choose a friend» (Wentworth Dillon).

Когда многое уже достигнуто и уже не надо никуда стремиться, верный друг становится неотъемлемой частью нашего существования, с ним мы хотим в спокойствии провести время:

«I often wished that I had clear,

For life, six hundred pounds a-year,

A handsome house to lodge a friend,

A river at my garden’s end,

A terrace walk, and half a rood

Of land, set out to plant a wood» (Jonathan Swift).

2.1.2. Дружба – общение («Sociality»)

Дружеское общение во всех возрастах имеет высокую нравственно-психологическую ценность, наличие друзей считается одной из важнейших предпосылок психологического комфорта и удовлетворенности жизнью. Возможность дружеского общения делает нашу жизнь «небезнадежной»:

«Hopeless hope hopes on and meets no end,

Wastes without springs and homes without a friend» (John Clare).

Дружеское общение предполагает не только обсуждение каких-то проблем, но и искренность мнений и отношений:

«There is no man so friendless but what he can find a friend sincere enough to tell him disagreeable truths» (Edward George Bulwer Lytton).

Друзья являются чем-то близким и необходимым в нашей жизни. И не так важен сам факт того, что они сообщают новости, сколько они придают нам уверенность, что мы не одиноки:

«If he was lucky, there would also be owls carrying letters from his best friends Ron and Hermione, though any expectation he'd had that their letters would bring him news had long since been dashed» (Rowling, 2003: 3).

Делясь своими проблемами и переживаниями в дружеском общении, мы проводим много времени со своими друзьями, и это не всегда положительный момент: «Friends are thieves of time», гласит английская пословица.

Высокая социальная мобильность, частые перемены места жительства, работы и т. д. подрывают устойчивость личных отношений и привязанностей, делают их краткосрочными, ненадежными и эфемерными. Отношения людей друг с другом приобретают все более временный, непостоянный характер. Люди, так же как вещи и места, проходят через нашу жизнь, не задерживаясь, во все ускоренном темпе. Чаще всего мы вступаем с окружающими нас людьми в поверхностные, деловые отношения. Сознательно или нет, мы строим наши отношения с большинством людей на функциональной основе. И дружеское общение теряет свою искренность, друг приобретает статус просто собеседника, с которым, как со случайным знакомым, можно провести несколько часов нашей жизни, просто беседуя:

«And even now, at twenty-five,

He has to work to keep alive!

Yes! Al day long from 10 till 4!

For half the year or even more;

With but on hour or two to spend

At luncheon with a city friend» (Hilaire Belloc).

«I have no problems. No fear of disease, psychopaths, or stalkers. Why not just be with your friends and have real conversations and a good time?» (Bushnell, 2002: 5)

Личного присутствия друга уже не требуется, можно пообщаться по телефону или через Интернет:

«'Anyway, we're not lonely. We have extended families in the form of networks of friends connected by telephone,' said Tom» (Fielding, 1999: 64).

Вероятно, оттенок искренности дружбы и необходимости дружбы сохраняется в выражениях «good friends» и «great friends»: определение «great» придает новый оттенок понятию «friend», характеризуя друга как замечательного, великого человека:

«“Please, darling,” Bunny said. “Men like Jingles, and there’s a whole group of them in New York, are not the type of guys you marry. They make great friends – attentive, always there, when you are in a tight spot – and late at night when you’re lonely and desperate as hell, you whisper to yourself”» (Bushnell, 2002:191).

« If you are writing to Mother at any point, you might tell her that a certain Sturgis Podmore, who is a great friend of Dumbledore's, has recently been sent to Azkaban for trespass at the Ministry» (Rowling, 2003: 114).

Часто существительное «friend» сопровождается прилагательным «good» в различных степенях сравнения для усиления значения самого слова «friend», сообщая информацию, что этот человек – хороший друг, что выделяет его из числа других друзей. Таким образом, в прецедентных текстах мы встречаем выражения 1)«good friend»:

«'I am very much looking forward to getting to know you all and I'm sure we'll be very good friends!’» (Rowling, 2003: 81)

«Start to wonder whether am really good friend. We are all so selfish and busy in London. Would it be possible for one of my friends to be so unhappy that they . . . ooh, that's where I put this month's Marie Claire: on top of fridge!» (Fielding, 1999: 84)

«“Of course, we are still really good friends,” he added. “We see each other all the time. We just don’t have sex.”» (Bushnell, 2002:9);

2) «better friends»:

«How come we are not better friends?” Ray asked.» (Bushnell, 2002:56);

3) «best friends»:

Используя превосходную степень прилагательного «good», автор выделяет своего друга из числа других, даже хороших друзей, подразумевая, что этот друг самый лучший:

«Getting a married man. I would never be able to pull it off. I’d probably end up becoming best friends with his wife» (Bushnell, 2002:84).

«Other people say you are a bitch, but I say, “No, she is one of my best friends and she is not like that.” I defend you» (Bushnell, 2002:127).

«Caroline and Cici are best friends through the usual conduit of bounding female friendship in New York: Over some jerky guy» (Bushnell, 2002:128).

Иногда сильное выражение «best friend» намеренно усиливается автором:

«Was he, Harry, Ron's best friend in the world, going to sulk because he didn't have a badge, laugh with the twins behind Ron's back, ruin this for Ron when, for the first time, he had beaten Harry at something?» (Rowling, 2003: 64)

«'Look,' he said, 'your father was the best friend I ever had and he was a good person. A lot of people are idiots at the age of fifteen. He grew out of it'» (Rowling, 2003: 256).

Подводя итог, можно сказать. Что дружеское общение нам необходимо, но оно утратило оттенок искренности, приобретя, одновременно с этим, значение множественности и дистанцированности. Для того, чтобы подчеркнуть искренность чувства, необходимость друга в жизни, используются выражения «good friends» и «great friends».

2.1.3. Дружба – братские отношения («Brotherhood»)

Древнейшие, первоначальные формы дружбы были весьма далеки от современного акцента на свободу и индивидуальность дружбы. Они, напротив, были жестко регламентированы. На заре цивилизации, когда ведущей формой человеческой общности было родство, остальные формы сближения, будь то принятие в общину иноплеменника или установление более тесных отношений между отдельными людьми, также символизировались как породнение (усыновление общиной, побратимство, соотцовство, кровная дружба и т. д.).

Позже эта связь родства и дружбы ослабевает. Однако первобытное общество не знает различий между "личными" и "общественными" связями. Хотя в отличие от родства дружба создавалась путем индивидуального выбора, она имела четко определенные социальные функции, жестко регламентировалась традицией и часто скреплялась специальным ритуалом. Племенной обычай раз и навсегда определял, сколько друзей может и должен иметь человек, с кем и как заключается дружба, каковы взаимные обязанности друзей и т. д.

Таким образом, дружба для людей была сродни братству, иногда друг даже был ближе и дороже, чем близкий родственник:

«A friend loveth at all times, and a brother is borne for adversity» (The Bible).

«There is a friend that sticketh closer than a brother» (The Bible).

Иногда другу приписываются те обязанности, которые должен исполнять близкий родственник, мать или отец, как в следующем примере, закрыть глаза на смертном одре:

«Fallen from his high estate,

And welt’ ring in his blood:

Deserted at his utmost need

By those his former bounty fed;

On the bare earth exposed he lies,

With not a friend to close his eyes» (John Dryden).

Иногда друг и родственник являлись взаимозаменяемыми понятиями, неслучайно существует выражение «next friend», означающее «ближайший родственник (к которому переходит наследство при отсутствии завещания), лицо, выступающее в суде от имени несовершеннолетнего, опекун».

Но в современных литературных источниках практически не встречается подтверждения того, что друг близок так же, как брат. Исходя из этого можно заключить, что этот компонент концепта «Дружба» утрачен, переместился в пассивный слой. В настоящее время можно говорить о том, что друг сравнивается с членом семьи только в отношении внешних признаков, присущих семье, таких как многочисленность и суета, но это скорее отрицательная характеристика, чем положительная:

«Realize it is shallow and wrong to feel that flat is too small to entertain nineteen, and that cannot be arsed to spend birthday cooking and would rather dress up and be taken to posh restaurant by sex-god with enormous gold credit card. Instead am going to think of my friends as a huge, warm, African, or possibly Turkish, family…Love the friends, better than extended Turkish family in weird headscarves any day» (Fielding, 1999: 24).

Пожалуй, выражение «close friends» заменяет компонент «brotherhood» в системе концепта «Дружба» в современном английском и американском языках. Определение «close» сообщает нам, что друзья близки между собой как братья, находятся в доверительных отношениях:

«I am not a close friend or relation, and would have to miss both Blind Date and Casualty» (Fielding, 1999: 57).

Таким образом, становится очевидно, что дружба для носителей языка утратила оттенок семейственности, чтобы воссоздать его в речи, используется выражение «close friend».

2.1.4. Дружба – сходство («Likeness»)

В своих осознанных требованиях к друзьям люди ориентируются на сходство между ними. Подавляющее большинство предпочитает дружить с людьми своего возраста, пола, социального положения, образования и т. д. Почти столь же желательны совпадение или по крайней мере близость основных ценностных ориентаций, интересов и черт характера. Друзья, как правило, придерживаются более или менее одинаковых взглядов по наиболее важным для них вопросам.

«Cici York and her best friend, Caroline Everhardt, are two twenty-five year olds who, like most now thirty-five year olds, come to New York to have careers» (Bushnell, 2002: 127).

Много общаясь между собой, друзья становятся внешне похожи друг на друга, придерживаясь одного стиля жизни и стиля в одежде:

«“Let’s go to some club,” the Girl said. They were sitting on a banquette. Carrie, the Girl, and the Girl’s friends, who turned out to be unattractive guys in their twenties with short, frizzy hair». (Bushnell, 2002: 169)

Часто друзей объединяет место проживания, то есть будучи соседями, они много общаются, и соседские отношения часто перерастают в дружбу:

«Little white invitations bordered with tiny purple flowers arrived, summoning four of Jolie’s city friends to a bridal shower she was hosting at her house…She said she wanted some of her city friends to come, so it wouldn’t be too boring» (Bushnell, 2002: 80).

Общие интересы объединяют людей, и им свойственно становиться дрзьями на почве общих точек соприкосновения:

«There were some country friends of hers…All they talked about was babies and private schools and how this friend of theirs got blackballed from the country club and how one of their nannies crashed a new Mercedes» (Bushnell, 2002: 87).

В прецедентных текстах часто встречаются фразы, в которых автор объединяет своих друзей в группы по схожести интересов:

«Bad things can happen to city women when they come back from visiting their newly married-with-children friends in the suburbs» (Bushnell, 2002: 88).

В данном примере друзья выделены в группу по признаку замужества, наличия детей и жизни за городом.

Сходство интересов и характеров ставит знак равенства между друзьями. Эпитет «equal» подчеркивает равные отношения между друзьями:

«Martial, the things for to attain

The happy life be these, I find:

The riches left, not got with pain;

The fruitful ground, the quiet mind;

The equal friend; no grudge nor strife,

No charge of rule, nor governance;

Without disease the healthful life;

The household of continuance» (Henry Howard, Earl of Surrey).

В дружбе люди равны, в этом смысле дружба противопоставляется любви, где не смотря на различия характеров и образов жизни, люди все равно любят друг друга:

«Friendship is a disinterest commerce between equals; love abject intercourse between tyrants and slaves» (Oliver Goldsmith).

Друзья похожи между собой, и это приводит к согласию в их отношениях. Зачастую споров не возникает в силу того, что точки зрения у друзей очень схожи:

«Lord, make me coy and tender to offend:

In friendship, first I think, if that agree

Which I intend,

Unto my friend’s intent and end.

I wouldn’t use a friend as I use Thee» (George Herbert).

Суммируя все вышесказанное, можно сделать вывод, что дружить люди начинают на почве схожих интересов и образа жизни, и это немаловажный факт в человеческих отношениях.

2.1.5. Дружба – знание («Knowledge»)

Любой отдельно взятый акт межличностного взаимодействия и весь этот процесс в целом можно рассматривать и как поведенческий процесс сближения и соотнесения двух независимых друг от друга субъектов, и как познание одного субъекта другим, и как удовлетворение какой-то внутренней эмоциональной потребности субъекта, и как процесс символического взаимодействия, в ходе которого индивиды не просто обмениваются информацией, но усваивают точки зрения и жизненные перспективы друг друга, расширяя тем самым границы собственных Я.

Прежде чем стать друзьями, нам нужно узнать человека, пообщаться с ним, согласиться или не согласиться с его взглядами на жизнь:

«'I am very much looking forward to getting to know you all and I'm sure we'll be very good friends!'(Rowling, 2003: 81) 

Мы сходимся с людьми, начинаем с ними дружить на основании того, что мы знаем о них, у нас сложилось хорошее мнение об их личностных качествах:

«Love comes from blindness,

Friendship from knowledge» (Comte de Bussy-Rabutin).

Зачастую друзья знают друг друга много лет, осознание того, что они могут в любой момент встретиться, наличие традиций в кругу друзей, поддерживает дружеские отношения:

«So we all go to a Thanksgiving dinner at some friends. Everyone at the dinner has known each other for years» (Bushnell, 2002: 177).

В индивидуальной жизни человека дружба возникает как вполне закономерное явление. Появляется она в детстве тогда, когда у ребенка возникают первые проблемы и вопросы сугубо личного характера – такие, в которых он самостоятельно не в состоянии разобраться. К моменту осознания себя взрослой личностью, друзья знакомы уже много лет, поэтому закономерным становится выражение «old friend».

« But every year, she got older, and when I would run into her at an old friend’s cocktail party she’d regale me and everyone else with stories of the big one who got away» (Bushnell, 2002:146).

«Presumably because they were unable to overcome some slight vestigial embarrassment about doing business with the greasy be perfumed wop who has cuckolded one of their oldest friends they omitted to mention the whole business to me» (Fielding, 1999: 72).

«'What's been going on?' asked Mr Weasley again.

'Nothing, Arthur,' said Sirius, who was breathing heavily as though he had just run a long distance. 'Just a friendly little chat between two old school friends.' With what looked like an enormous effort, he smiled. 'So: you're cured? That's great news, really great'» (Rowling, 2003: 200).

Неслучайно и возникновение выражения «mutual friend», которое можно перевести как «общий друг», который объединяет вокруг себя других людей, скрепляя дружеские связи:

«Jude was depressed because Vile Richard, with whom she is currently split up, keeps ringing her, dropping little verbal baits suggesting he wants to get back together to make sure he keeps her interested, but protecting himself by saying he just wants to be 'friends' (fraudulent, poisoned concept). Then last night he made an incredibly assumptive, patronizing phone call, asking her if she was going to a mutual friend's party» (Fielding, 1999: 34).

«Lunch the other day. Vicious gossip with a man I’d just met. We were discussing mutual friends, a couple. He knew the husband, I knew the wife» (Bushnell, 2002:24).

«The trick is meeting one girl. The best way is through a mutual friend» (Bushnell, 2002:35).

Мы знаем наших друзей, знаем их хорошие и плохие черты, знаем их привычки. Любовь к друзьям и знание друзей дает возможность прощать их:

«To find a friend one must close one eye. To keep him – two» (Norman Douglas).

«To forgive enemies H – does pretend

Who never in his life forgave a friend» (William Blake).

Таким образом, можно заключить, что дружеские чувства приходят к нам через знание, сначала через положительное. Но отрицательное знание о человеке, полученное в процессе общения, не всегда приводит к разрыву отношений, а наоборот дает возможность прощения. В этом знании и заключается как раз та нерассуждающая самоценность, в которой нравственное сознание усматривает самую сущность дружбы.

2.1.6. Дружба – любовь («Love»)

Дружба - отношение глубокое и интимное, предполагающее не только взаимопомощь, но и внутреннюю близость, откровенность, доверие, любовь. Недаром мы называем друга собственным а1tеr еgо:

«Friendship is Love without his wings!» (Byron)

По важности чувств для человека, дружба всегда стоит на одном уровне с любовью, сопутствует ей:

«High birth, vigour of bone, desert in service,

Love, friendship, charity, are subjects all

To envious and calumniating time.

One touch of nature makes the whole world kin,

That all with one consent praise new-born gawds,

Though they are made and moulded of things past,

And give to dust that is a little gilt

More loud than gilt o’er-dusted» (William Shakespeare).

Однако интимность и взаимная любовь друзей не должны заслонять

социально-нравственное содержание дружбы. Дружба дает людям радость взаимопонимания и общения, но и налагает па них определенные обязательства. Но своих друзей мы именно любим:

«Always, Sir, set a high value on spontaneous kindness. He whose inclination prompts him to cultivate your friendship of his own accord, will love you more than one whom you have been at pains to attach you» (Samuel Johnson).

«A monstrous carbuncle on the face of a much-loved and elegant friend» (Prince Charles).

«Love the lovely friends» (Fielding, 1999: 71).

«When was the last time you heard someone say, “I love you!” without tagging on the inevitable (if unspoken) “as a friend”» (Bushnell, 2002: 2).

Для того, что бы подчеркнуть компонент «любовь», усилить его, представители англоязычного социума используют определение «dear», которое показывает, что друзья очень дорогие друг другу люди, и наверное, чаще присуще людям старшего поколения:

«I heard, from my dear friend Tiberius Ogden, that you can produce a Patronus? For a bonus point?» (Rowling, 2003: 271)

Говоря о друзьях, люди обычно молчаливо подразумевают лиц своего пола. Это не значит, конечно, что смешанной дружбы вообще не бывает. Однако ей обычно приписывается особый статус. В английском языке это имело и свое терминологическое выражение: «girlfriend» - друг женского пола для мужчины и «boyfriend» - друг мужского пола для женщины. Со временем слова «girlfriend» и «boyfriend» приобретают сексуальный подтекст. В современном английском и американском языках друг своего пола - просто friend, а друзья мужского пола у женщин «male friends», у мужчин «female friends»:

«Why lasting joys the man attend

Who has a faithful female friend» (Cornelius Whur).

«Peter told a story. He has a woman-friend, forty-one» (Bushnell, 2002: 28).

«As one male friend of mine said, “It’s a sexual variant as opposed to sexually deviant”» (Bushnell, 2002: 59).

Понятия дружба и любовь неразделимы в человеческом сознании, сопутствующие друг другу. Часто друзья становятся любовниками, а несостоявшиеся любовники – друзьями. Не случайно «кавалер» в американском английском - «gentleman friend».

«The falling out of friends is the renewal of love. The falling out of lovers is the renewing of friendship» (посл).

«Stanford Blatch also arrived by private jet. He was staying with his childhood friend Susanah Martin. After River Wild’s party, he had told Susanah, “I want to turn over a new leaf. We are such good friends, we should really think about getting married. That way, I can get my inheritance, and with your money and my money combined, we can live the way we’ve always wanted”» (Bushnell, 2002: 200).

«Fear not, though love and beauty fail,

My reason shall my heart direct:

Your kindness now will then prevail,

And passion turn into respect:

Chloris, at worst, you’ll in the end

But change your lover for a friend» (Sir George Etherege).

Из всего сказанного выше можно заключить, что компонент «love» в составе концепта «Дружба» по-прежнему силен. Любовь и дружба для человека неразделимы. Часто друзья и любовники меняются ролями.

2.1.7. Дружба – близость («Intimacy»)

Ощущение несовпадения собственного "я" и социального положения личности резко усиливает деятельность самосознания и потребность в интимном, доверительном общении. Интимная дружба кажется своего рода убежищем от жестокости и холода социального мира. Не случайно этот тип дружбы чаще всего ассоциируется с юностью, когда молодой человек уже выходит из-под контроля семьи, но еще не укоренился во "внешнем" мире.

Дружба считается наиболее глубоким, интимным чувством - отношением. Недаром в ее определениях постоянно подчеркивается момент доверия: друг - человек, которому можно сказать все. Вероятно, речь здесь идет о самораскрытии каждого человека внутри дружеского круга, когда отношения интимны, максимум самораскрытия достигается именно в общении с друзьями:

«Every long friendship, every old authentic intimacy, must be brought into their office to be new stamped with their currency, as a sovereign Prince calls in the good old money that was coined in some reign before he was born or thought of, to be new marked and minted with the stamp of his authority, before he will let it pass current in the world» (Charles Lamb).

Интимные отношения подразумевают, что люди открывают друг другу души, рассказывают все свои мысли, ни один секрет не может быть утаен:

«A friend is a person with whom I may be sincere. Before him I may think aloud» (Ralph Waldo Emerson).

Очень сложен вопрос о взаимности самораскрытия. Складывается впечатление, что откровенность и доверие большей частью вызывают ответный отклик, тем самым, повышая общий уровень интимности коммуникации:

«They’d gone to college together and have moved to New York after graduation. They were good friends; they had the kind of friendship that tends to be unusual for men. They could actually talk about things. Like diets that didn’t work. And women» (Bushnell, 2002:199).

2.1.8. Дружба – поддержка («Support»)

Дружеские отношения ценны прежде всего потенциально, давая уверенность в том, что нам есть с кем поделиться, есть к кому обратиться за помощью. Реальная потребность такого рода возникает не так часто, в зависимости от конкретных обстоятельств. Однако это не значит, что в остальное время мы забываем или перестаем любить своих друзей, как и они нас. Дружба просто ждет своего часа. Друг помогает в беде, этот компонент концепта «Дружба» подкрепляется многочисленными пословицами, содержащими выражение «a friend in need»:

«A friend in need is a friend indeed», «A friend is never known till a man have need» (посл).

«In the proverbs of Solomon you will find the following words, “May we never want a friend in need, nor a bottle to give him!” When found, make a note of» (Charles Dickens).

Друг проверяется временем, в горестях и радостях не оставляя человека одного:

«Before you chose a friend eat a bushel of salt with him» (посл.).

Отсюда и выражение «fair-weather friend», означающее «друг на время радости», это друг, который бросает человека во время беды. Это выражение имеет явно негативный оттенок.

Дружеская помощь искренна и бескорыстна, она ценна тем, что на друзей можно положиться в самой безнадежной ситуации. И это не только совет или утешение, но и элементарные материальные вещи:

«Carrie had no money. A friend let her a piece of foam for a bed» (Bushnell, 2002: 185).

Друзья пускают нас в свой дом, когда нам негде жить:

«’I moved into a friend’s apartment,” said Bunny» (Bushnell, 2002: 193).

«Amalita was staying in a friend-of-a-friend’s apartment on the Upper East Side» (Bushnell, 2002: 224).

С течением времени, находясь в городе, строя карьеру и добиваясь различных материальных целей, люди начинают выбирать себе друзей по тому критерию, как этот человек может им помочь. То есть причина и следствие меняются местами:

«Most importantly, one must never go to a party without a clear objective: `whether it be to 'network,' thereby adding to your spread of contacts to improve your career, to make friends with someone specific; or simply 'clinch' a top deal» (Fielding, 1999: 26).

Видимо, этот компонент концепта «Дружба» и дает возможность появлению значения «friend – supporter», связанного с деньгами. Еще в начале XX века встречается такая цитата:

«Acquaintance, n. A person whom we know well enough to borrow from, but not well enough to lend to. A degree of friendship called slight when its object is poor or obscure, and intimate when he is rich or famous» (Ambrose Bierce).

Именно этот смысл концепта «Дружба» позволяет появиться новому смыслу, друг – человек, дающий деньги на благотворительность, содержащий какое-то заведение:

«I suppose you might say - how do you find Hogwarts? Do you feel you receive enough support from the school management. Do our friends pay enough to you?» (Rowling, 2003: 124)

«A Friend of our theatre» - человек, который содержит театр.

Также другом называют человека, который поддерживает морально какие-то идеи, например, политику страны:

«A steady patriot of the world alone,

The friend of every country but his own» (George Cunning).

Таким образом, дружеская помощь по-прежнему важна для нас, мы с удовольствием принимаем ее и предлагаем свою в трудную минуту. Именно это и позволило развиться новому значению «друг - меценат».

2.1.9. Дружба – первое знакомство («Introduction»)

Как и любые межличностные отношения, дружба имеет свое начало. И у всех это происходит по-разному, в зависимости от личностных качеств, ситуации или проблемы, которая в данный момент стоит перед человеком. Люди нравятся друг другу, разделяют общие интересы, с этого начинается дружба:

«Friendships begin with liking or gratitude – roots that can be pulled up» (George Eliot).

Дружбу можно завоевать, совершив хороший поступок, тем самым, показать свои положительные стороны:

«Henceforth, stay away from this place. You conquered the friendship of the centaurs when you helped the traitor Firenze escape us» (Rowling, 2003: 266).

Друзей мы «выбираем» опять таки основываясь на знании об их личностных качествах, на приятности общения:

«He did feel Cho might have chosen her friends a bit more carefully; it was small consolation that the last he had heard, Marietta was still up in the hospital wing and Madam Pomfrey had not been able to make the slightest improvement to her pimples» (Rowling, 2003: 242).

«Be slow in choosing a friend, slower in changing him» (посл).

Дружить – это обоюдное желание, взаимный интерес, поэтому друзья «встречаются»:

«Friends may meet, but mountains never» (посл.).

И невозможно стать друзьями, если один человек этого не хочет, даже если его об этом просить:

«“I want to be your best friend,” Cici said, in a voice that rubbed up against her like a cat. “Can I be your best friend? Please?”» (Bushnell, 2002: 130)

Друзей мы «находим» в самых необычных местах и ситуациях:

«In every mess I finds a friend,

In every port a wife» (Charles Dibdin).

Наиболее нейтральный из всех глагол «to make friends» в значении «стать друзьями»:

«'Yeah, we really ought to be trying to make friends with people like that,' said Harry sarcastically» (Rowling, 2003: 86).

Выражение «to strike up a friendship» - «подружиться» сейчас имеет нейтральное значение, изначально в нем присутствовал оттенок быстрого, молниеносного действия. Такой же оттенок присутствует и у выражения «a friendship sprang», подчеркивая, насколько быстро произошел процесс сближения людей, от простого знакомства до искренней дружбы:

«She even came out with some elaborately concocted tale about 'Julian' bumping into her in the Marble Arch Marks and Spencer, making her drop her new Le Creuset terrine dish on her foot and taking her for a coffee in Selfridges from which sprang a firm platonic friendship based entirely on department store coffee shops» (Fielding, 1999: 16).

Таким образом, начало дружбы имеет очень большое значение для индивида. Ряд синонимов, приведенных выше, которые представляют акт начала дружбы, подтверждает этот факт.

2.1.10. Дружба – восстановление дружеских отношений («Reconciliation»)

Дружба, как и любое проявление человеческих чувств, имеет свое начало и свой конец. Мы теряем друзей по разным причинам, будь то изменившееся социальное положение друзей, расхождение во взглядах на жизнь или же неприятие каких-то черт характера:

«A friend in power is a friend lost» (Henry Brooks Adams).

«Every time I paint a portrait I lose a friend» (John Singer Sargent).

«“I know you’re friends with Sam, and I’m sorry, but to tell you the truth, I just can’t stand being in the same room with him,” Miranda said. Packard moved closer. “We are not friends with him anymore, either. Amanda can’t stand him, and neither can I. He’s gotten to be friends with this guy named Barry, and all the two of them do every night is go to these SoHo restaurants and try to pick up women”» (Bushnell, 2002: 175).

Анализ прецедентных текстов показывает, что примирение не всегда возможно:

«Carrie’s friend Jackie went to spend the night at Charlotte’s, and the next day it turned out that she had called her father in the middle of the night to come get her. Charlotte, Jackie said, had “attacked” her. She tried to kiss her and…After that they were not friends anymore» (Bushnell, 2002: 167).

В языке существуют выражения, фиксирующие примирение с друзьями: «Kiss and be friends», а также одно из значений выражения « to make friends», что позволяет нам утверждать, что дружба может быть возобновлена.

<

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Концепт «Дружба» в английском языковом пространстве". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 748

Другие дипломные работы по специальности "Иностранный язык":

Studies lexical material of English

Смотреть работу >>

The socialist workers party 1951-1979

Смотреть работу >>

Французские заимствования в испанском языке

Смотреть работу >>