Дипломная работа на тему "Разработка энергосберегающей технологии ректификации циклических углеводородов"

ГлавнаяХимия → Разработка энергосберегающей технологии ректификации циклических углеводородов




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Разработка энергосберегающей технологии ректификации циклических углеводородов":


Дипломная работа

Исполнитель студент группы 593 Ж. В. Лесникова

Амурский государственный университет (ГОУ ВПО «АмГУ»)

Благовещенск 2010

Реферат

Работа содержит 79 с., 14 использованных источника.

Термин, терминосистема, структура термина, расхождения ИЯ и ЯП, научный стиль, эквивалентность, финансово-экономическая лексика, перевод, заимствование, калькирование, дословный перевод, транспозиция, адаптация.

Вопрос о специфике терминов и способах и х перевода всегда занимал особое место в сопоставительном языкознании: его рассматривали в своих работах по теории перевода В. Н. Комиссаров, Я. И. Рецкер, И. В. Арнольд; он является объектом все более пристального внимания современных ученых.

В современном терминоведении уделяется все большее внимание вопросам функционирования терминов в речи. Представляется важным комплексный анализ терминосистемы, функционирующей в специальном тексте финансовых и экономических документов.

В работе рассмотрена терминология, используемая при составлении годовых финансовых отчетов зарубежных компаний в английском и русском языках, уставы международных организаций и другие тексты, имеющие отношение к экономике. По нашему мнению, их терминологическая структура может рассматриваться как отражение финансово-экономического дискурса современного западного бизнеса. Терминология рассматривается нами как система, организующая особый жанр текста, который играет важнейшую роль в деловой коммуникации.

Содержание

Введение 6

1 Экономическая терминология как особый пласт языка 10

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Актуальный банк готовых оригинальных дипломных работ предлагает вам скачать любые работы по необходимой вам теме. Безупречное выполнение дипломных проектов на заказ в Воронеже и в других городах РФ.

1.1 Сущность термина 10

1.2 Структура терминов 12

1.2.1 Характер смысловых связей между компонентами английских терминологических словосочетаний 12

1.2.2 Использование терминов – сложных слов 14

1.2.3 Однословные термины в английском языке 16

1.3 Место термина в системе языка 21

1.3.1 Степень терминологизации лексических единиц 21

1.3.2 Терминология и терминосистема 23

2 Технические способы перевода англоязычных терминов 28

2.1 Определение способа перевода 28

2.2 Прямой и косвенный перевод 28

3 Перевод на русский язык экономических терминов 43

3.1 Расхождения в лексическом составе и морфо-синтаксической структуре терминов ИЯ и ПЯ и их влияние на эквивалентность перевода 43

3.1.1. Расхождение грамматических форм одного из компонентов сопоставляемых терминов ИЯ и ПЯ 45

3.1.2. Расхождения в лексическом составе терминов ИЯ и ПЯ 48

3.1.3. Расхождения лексико-грамматической структуры терминов ИЯ и ПЯ 49

3.2. Сопоставление терминов английского и русского языков на семасиологическом уровне 50

3.2.1. Многозначность и вариантность соответствий в переводе 53

3.2.3. Безэквивалентные термины 60 Выводы 66

Заключение 69

Библиографический список 73

Словари 78

Источники 79

Приложение А 80

Введение

Тема дипломной работы – функционирование терминов в английском языке и способы и х перевода на русский язык (на материале экономических текстов).

Предмет исследования выбран неслучайно. В настоящее время, в эпоху развития экономических отношений и быстрых экономических реформ, как никогда важна коммуникация в области экономики, и, соответственно, адекватный перевод такого важного пласта языка как экономической терминологии.

Настоящее время – это время утраты старых экономических догм, время становления новой модели экономики, появление в связи с этим новых профессий. Магическое слово «рынок» символизировало этот поворот в экономическом развитии. За ним последовала целая лавина новых «экономических» слов – хронологических маркеров происходящих перемен. Эта лавина смела границы традиционного узкопрофессионального употребления и щедро выплеснулась на книжные полки в виде многочисленных актуальных изданий по менеджменту и маркетингу, лизингу и консалтингу, бухучету и аудиту. Экономические термины зазвучали в устной речи на радио и телевидении. Так, большинство ключевых экономических терминов оказались «на слуху» у значительной части общества. В этих условиях не могло не возникнуть повышенного внимания к активно формирующейся экономической терминосистемы.

Интерес для лингвистов представляет как изучение развития финансовой, экономической, управленческой терминологии того или иного языка, так и исследование проблем перевода финансовых и экономических текстов. Изучению экономической терминологии и входящих в нее терминосистем более узких научных областей посвящен целый ряд исследований.

В современном терминоведении уделяется все большее внимание вопросам функционирования терминов в речи. Представляется важным комплексный анализ терминосистемы, функционирующей в специальном тексте финансовых и экономических документов.

В работе рассмотрена терминология, используемая при составлении годовых финансовых отчетов зарубежных компаний в английском и русском языках, уставы международных организаций и другие тексты, имеющие отношение к экономике. По нашему мнению, их терминологическая структура может рассматриваться как отражение финансово-экономического дискурса современного западного бизнеса. Терминология рассматривается нами как система, организующая особый жанр текста, который играет важнейшую роль в деловой коммуникации.

Актуальность изучения способов и проблем перевода терминов экономической направленности обусловлена расширением сотрудничества между российскими и зарубежными компаниями и растущим объемом коммуникации в этой профессиональной области. Необходимым условием межъязыковой коммуникации является эквивалентность терминов, конституирующих бизнес-информацию в специальном тексте.

Вопрос о специфике терминов и способах и х перевода всегда занимал особое место в сопоставительном языкознании: его рассматривали в своих работах по теории перевода В. Н. Комиссаров, Я. И. Рецкер, И. В. Арнольд; он является объектом все более пристального внимания современных ученых. В «Толковом переводческом словаре» Л. Л. Нелюбина переводу терминов посвящена отдельная статья, что подчеркивает значение рассматриваемой проблемы и сложность ее решения. Если задача перевода – обеспечение эквивалентности как «общности содержания текстов оригинала и перевода», то при переводе специальных (финансовых и экономических) текстов терминам следует уделять особое внимание: именно они определяют информационное содержание специального текста, являясь своеобразными ключами, организующими, структурирующими и кодирующими специальную информацию. Следовательно, именно применительно к терминам наиболее остро встает вопрос о возможности достижения эквивалентности при существовании различия кодовых единиц, представляющий, по мнению Романа Якобсона, «кардинальную проблему языка и центральную проблему лингвистики».

Практически все лингвисты согласны с тем, что «абсолютная тождественность кодов противоречит природе языка». Возможность абсолютно полной и точной передачи содержания оригинала при переводе финансовых и экономических текстов ограничена, прежде всего, различиями в языковых системах; кроме того, ей препятствуют разные традиции номинации понятий, сложившиеся в каждом из языков, а также различия явлений самой действительности.

Целью исследования является выявление частотности употребления способов перевода терминов путем сопоставления английских и русских текстов экономической тематики.

В связи с поставленной целью представляется необходимым решение следующих задач:

1. Получить представление об особенностях терминов, определить место терминологии в системе языка.

2. Выделить характерные черты экономической терминологии.

3. Проанализировать основные приемы перевода терминов.

4. Выявить трудности, возникающие в процессе перевода терминов.

5. Классифицировать трудности перевода терминов, сформулировать приемы, позволяющие решить возникшие проблемы максимально эффективно.

В процессе изучения материала широко применялся метод дефиниционного анализа, который позволил установить понятийно-обусловленные связи между английскими и русскими терминами. Также использовался метод контекстуального анализа, поскольку дефиниция не всегда позволяет получить полное представление о значении термина, в этом случае требуется анализ узкого или широкого контекста. При определении терминологических соответствий применялся метод сопоставления и противопоставления понятий, а также метод сплошной выборки.

Материалом исследования послужили экономические термины, полученные в результате типической выборки из источников, представляющих сферу их функционирования, а именно финансовые отчеты, доклады экономической тематики за 2009 год.

Методологическую базу работы составили работы В. Н. Комиссарова, Я. И. Рецкера, А. В. Федорова, Н. К. Рябцевой, И. В. Арнольд, Л. И. Борисовой и других ученых.

1 ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ КАК ОСОБЫЙ ПЛАСТ ЯЗЫКА

1.1 Общая характеристика термина

Обладая сложной внутренней семантической структурой, термин является единой, самостоятельной единицей наименования.[1]

Термин (включая научно-технические термины и термины организационно-распорядительной документации) – это единица какого-либо конкретного естественного или искусственного языка (слово, словосочетание, аббревиатура, символ, сочетание слова и букв-символов, сочетание слова и цифр-символов), обладающая в результате стихийно сложившейся или особой сознательной коллективной договоренности специальным терминологическим значением, которое может быть выражено либо в словесной форме, либо в том или ином формализованном виде и достаточно точно и полно отражает основные, существенные на данном уровне развития науки и техники признаки соответствующего понятия. Термин – слово, обязательно соотносимое с определенной единицей соответствующей логико-понятийной системы в плане содержания.

А. А. Реформатский определяет термины «как однозначные слова, лишенные экспрессивности».[2] М. М. Глушко констатирует, что «термин – это слово или словосочетание для выражения понятий и обозначения предметов, обладающее, благодаря наличию у него строгой и точной дефиниции, четкими семантическими границами и поэтому однозначное в пределах соответствующей классификационной системы».[3]

Какова же лингвистическая природа термина? Во-первых, термин – это неотъемлемая органическая часть лексической системы литературного языка. Во-вторых, термины отличаются от других разрядов слов своей огромной информационной насыщенностью. В научном и техническом термине дано наиболее точное, концентрированное и экономное определение научного или технического понятия.

Основное требование, предъявляемое к термину, – его однозначность. В общетерминологическом плане это требование реализуется двумя путями, т. к. существуют две категории терминов: 1) общенаучные и общетехнические термины и 2) специальные (номенклатурные) термины. Общенаучные и общетехнические термины выражают общие понятия науки и техники. Термины существуют не просто в языке, а в составе определенной терминологии. Терминология, как система научных терминов, представляет собой подсистему внутри общей лексической системы языка.[4] Согласно А. А. Реформатскому, терминология – это система понятий данной науки, закрепленных в соответствующем словесном выражении.[5] Если в общем языке (вне данной терминологии) слово может быть многозначным, то, попадая в определенную терминологию, оно приобретает однозначность.

Специфика терминов как особого лексического разряда слов состоит в том, что они создаются в процессе производственной и научной деятельности и поэтому функционируют лишь среди людей, обладающих соответствующими научными и производственными реалиями, то есть макроконтекстом. Поэтому в отличие от обычных слов, однозначность которых в речевой коммуникации обеспечивается ситуацией или лингвистическим контекстом, однозначность термина регламентируется экстралингвистическим макроконтекстом или лингвистическим микроконтекстом.

Термин не нуждается в контексте, как обычное слово, так он 1) член определенной терминологии, что и выступает вместо контекста; 2) может употребляться изолированно, например, в текстах реестров или заказов в технике, 3) для чего и должен быть однозначным не вообще в языке, а в пределах данной терминологии.[6]

В пределах лексической системы языка термины проявляют те же свойства, что и другие слова, то есть им свойственна и антонимия, и идиоматика. Например, термин «valve» в машиноведении обозначает «клапан», в радиотехнике «электронная лампа», в гидравлике «затвор»; термин «power» в физике означает «мощность», «энергия», в математике – «степень», в оптике – «сила увеличения линзы».

Один и тот же термин может входить в разные терминологии данного языка, что представляет собой межнаучную терминологическую омонимию, например:

reduction 1) в экономике, 2) в юриспруденции, 3) в фонетике;

Постепенно содержание научного знания начинает проникать и в знаки избранного нами языка, насыщать и заполнять их. В языке слово, словосочетание уже неотделимы от их значения, и здесь содержание научного знания становится элементом языка науки. Научное знание, нашедшее свое выражение в слове, в термине, переходит в качественно новую стадию, включаясь в семантическую систему и структуру того или иного языка науки, становясь компонентом лексико-семантической системы этого языка.

1.2. Структура терминов

1.2.1 Характер смысловых связей между компонентами английских терминологических словосочетаний. Термины-словосочетания, выражающие единые целостные понятия, обладают разной степенью смысловой разложимости, в целом они более устойчивы, по сравнению со свободными словосочетаниями общелитературного языка по своей лексико-семантической организации. Их можно отнести к числу лексических словосочетаний, характерной особенностью которых является то, что место одного из компонентов заполняется не любым словом соответствующей категории, а лишь некоторыми, образующими определенную семантическую группу.

В английской научно-технической терминологии имеется большое количество терминов, состоящих из нескольких компонентов. Например:

read-write head for magnetic tape unit (универсальная головка запоминающего устройства вычислительной машины на магнитной ленте)

Такие многокомпонентные термины относятся к двум типам:

неразложимые термины словосочетания;

разложимые термины словосочетания.

Устойчивые терминологические словосочетания гораздо легче поддаются переводу, чем сложные слова – термины, так как в них все компоненты грамматически оформлены, что облегчает раскрытие смысловых связей между ними.

В терминах-словосочетаниях грамматическое оформление может выражаться: суффиксами (selective communication); предлогами (system of taxes);

окончаниями (controlled system). Поэтому обычно смысловое содержание терминологических словосочетаний не допускает никаких неточностей в толковании терминов.

Большое внимание уделяется систематичности вновь создаваемых терминов. Во многих областях разработаны специальные правила образования терминов для понятий или объектов определенного класса.

Термины-словосочетания создаются путем добавления к термину, обозначающему родовое понятие, конкретизирующих признаков с целью получить видовые понятия, непосредственно связанные с исходным. Такие термины фактически представляют собой свернутые определения, подводящие данное понятие под более общее и одновременно указывающие его специфический признак. Таким образом, образуются своеобразные терминологические гнезда, охватывающие многочисленные разновидности обозначаемого явления.

Например, английский термин tax, определяемый как «налог, пошлина, сбор, членские взносы, бремя, гнёт, груз, тяжесть, плата по счёту, цена, неодобрение, порицание; обвинение» используется как основа для ряда терминов, уточняющих характер налогового сбора:

- income tax – подоходный налог;

- expenditure tax – налог на расходы;

- land-tax – налог на землю;

- value-added tax – налог на добавленную стоимость.

1.2.2. Использование терминов-сложных слов. Термин – сложное слово представляет собой чаще всего сочетание двух или больше основ имен существительных, которые совпадают с формами, приводимыми в словарях: distributable items (нераспределяемая прибыль), book value (балансовая стоимость) и т. д. Терминологическое устойчивое словосочетание обычно образуется сочетанием имени прилагательного с именем существительным, причастия с существительным или нескольких существительных, соединенных предлогами: accounting convention (метод бухгалтерского учета), building of competencies (повышение квалификации), utilization of looses (погашение убытков).

Термины – сложные слова все больше проникают в английскую научно-техническую литературу, поскольку значение сложного слова всегда более точно специализировано, чем значение соответствующего словосочетания. Например, сложное слово allweather fighter («всепогодный истребитель», т. е. тип истребителя, предназначенного как для дневных, так и для ночных действий в любую погоду) и fighter for all weather (истребитель, пригодный для использования в любую погоду).

С. Н. Гореликова формулирует ряд формальных правил перевода двухкомпонентных терминов – сложных слов, т. к. «если удается выяснить значения компонентов, то эти правила помогут раскрыть значение сложного слова в целом».[7]

Прежде всего следует определить, к какой лексико-смысловой категории относятся компоненты сложного слова, т. е. что именно они обозначают: предметы, действия, свойства и т. д. Сложное слово – термин, оба компонента которого обозначают предметы (т. е. машины, механизмы, приборы и т. д.), переводится по-разному, в зависимости от того, в каком соотношении находятся между собой данные предметы.

Если второй предмет – часть первого, то русский эквивалент имеет вид: существительное ед. ч., им. падежа + существительное ед. ч. род. падежа. Например:

wheat consumption (потребление пшеницы)

control system (система контроля).

Если первый предмет – часть второго, то первый компонент переводится при помощи прилагательного, т. к. он определяет качественную особенность второго предмета, отличающую его от других подобных предметов. Например:

laboratory research (лабораторное исследование)

gas consumption (газовое потребление).

Если же первый компонент сложного слова обозначает предмет, а второй – его свойство, т. е. существенную характеристику предмета – вес, площадь, толщину, скорость, давление и т. д., то русский эквивалент второго компонента получает форму именительного падежа, а эквивалент первого компонента – существительное в родительном падеже. Например:

crash test (проверка аварии)

bank details (реквизиты банка)

Для того чтобы знать, в каком числе поставить существительное, обозначающее предмет, нужно в микроконтексте сложного слова найти соответствующий английский термин в качестве самостоятельного слова и определить его грамматическое число. В самом сложном слове грамматическое число определить нельзя, т. к. компоненты сложного сова пишутся, чаще всего, отдельно, однако они – не самостоятельные слова, а лишь основы. Поэтому число предметов, обозначенных первым компонентом, в сложном слове не выражается.

При анализе сложного слова вида «предмет + свойство» нужно обратить внимание на то, относится ли понятие, выраженное вторым компонентом (т. е. свойство), к предмету, обозначенному первым компонентом. Если первый компонент сложного слова – термина обозначает предмет, а второй – действие, происходящее с этим предметом, то русский эквивалент второго компонента будет иметь форму именительного падежа, а эквивалент первого компонента – форму родительного падежа. Например:

bank pressure (давление банка) и т. д.

Особую трудность при переводе представляют многокомпонентные сложные слова. Прежде всего нужно раскрыть значение основного компонента. Большую роль при этом, естественно, играет контекст. Затем в составе многокомпонентного сложного слова – термина следует найти внутренние термины, если они имеются, с относящимися к ним словами. В приведенных ниже примерах иллюстрируется последовательность перевода многокомпонентных терминов.

1) control-surface cable adjustment access

access – люк

adjustment access – люк для регулировки

control-surface cable – трос руля управления

Значение всего термина – люк для регулировки тросами руля управления.

2) radio wave speed measurement

measurement – измерение

speed measurement – измерение скорости

radio wave – радиоволна

Значение всего термина – измерение скорости радиоволны.

1.2.3. Однословные термины в английском языке. Суффиксы и префиксы, используемые в системе английского терминообразования, в основном заимствованы из общих, обычных словообразующих средств английского языка. Для образования терминов при помощи суффиксов и префиксов характерен выбор из числа словообразовательных элементов тех, которые оказываются приемлемыми для построения терминов. Специфическим для специальной терминологии является стремление к закреплению за некоторыми суффиксами определенных терминологических значений.

Это особенно характерно для химической терминологии, где наиболее полно изучена специализация суффиксов. В английском языке образуются:

названия основных органических соединений и галогенов – при помощи суффикса - ine [en] (amine, fluorine);

названия неосновных органических соединений – при помощи суффикса - in [in] (salicin);

названия углеводородов ацетиленового ряда – при помощи суффикса - yne [i:n] (propyne).

Более или менее четкая специализация аффиксов проведена в биологической и медицинской терминологии, т. е. там, где термины построены, в основном, из латинских и греческих корней. Например,

суффикс - us [s] для существительных в единственном числе, и суффикс - i [ai] – для существительных во множественном числе: alveolus – alveoli (альвеола – альвеолы);

суффикс - um [m], для существительных в единственном числе и суффикс - а – для существительных во множественном числе: cranium – crania (череп – черепа).

Английские префиксы dis-, en - широко применяются при образовании биологических терминов. Например:

· disafforest (вырубать леса)

· enfееble (ослаблять)

· enrich (удобрять почву) и др.

В терминологии других отраслей систематической специализации значений суффиксов почти совсем не ведется. Поэтому здесь суффиксы имеют более широкое значение, указывая на категорию, к которой относится терминируемое понятие.

Так, например, при помощи суффиксов - er, - or, - ist образуются существительные, обозначающие работника-специалиста:

· operator

· philologist

а также машины, станки, инструменты, приборы:

· drier

· cutter

· computer

Существительные с конкретным предметным значением образуются при помощи суффиксов - ing, - ment:

· heating

· leavings

· development

Существительные с отвлеченным значением образуются при помощи суффиксов, которые выражают свойства и качества:

-ness (business);

-ty (safety);

-hood (likelyhood).

Суффикс - ing используется для обозначения технологических процессов и действия вообще:

· turning

· programming rotating.

Суффикс - (t)ion используется для выражения действия:

· сomposition

· activation

· revolution

Для научно-технической терминологии характерно использование ряда суффиксов и префиксов, малопродуктивных, непродуктивных и совсем отсутствующих в общенародном языке. Так, в системе терминообразования английского языка широко применяются следующие малопродуктивные суффиксы:

-ment (treatment, filement);

-ance, - ence (inductance, divergence).

В системе терминообразования широко применяется суффикс прилагательного - wise, придающий основе значение «в направлении, параллельно»:

· streamwise

· slantwise

Некоторые малопродуктивные префиксы широко используются при терминообразовании:

· non-corroding

· non-dimensional

· non-freezing

Некоторые суффиксы и префиксы, употребляющиеся в системе терминообразования, вообще отсутствуют в общепринятом английском языке.

Например, в английском терминообразовании появился префикс as-, который употребляется с причастиями прошедшего времени и передает значение «непосредственно в том состоянии, какое предмет приобрел, подвергшись процессу, выраженному причастием»:

· as-cast (непосредственно после отливки)

· as-controlled (непосредственно после проверки)

· as-welded (непосредственно после сварки)

Во многих областях разработаны специальные правила образования терминов для понятий или объектов определенного класса. Так, названия различных видов электронных ламп создаются по аналогии с термином electrode с указанием числа электродов, используемых в лампе:

· diode

· triode

В заключение отметим, что однословные термины неоднородны по количеству словообразовательных компонентов. В соответствии с этим основанием однословные термины составляют следующие группы:

I. В структуру термина входит одна основа:

· agent

· domain

· frame

II. Структуру термина составляет основа и один и более аффиксов:

· acknowledgment

· application

· connectionless

Термины, образованные путем сложения основ:

· broadcast

· dial-up

· network

Термины, образованные путем сложения частей слов:

· Internet

· modem

· netiquette

V. Образование термина происходит при помощи сложения основ и аффиксации:

· broadcasting

· subnetwork.

Таким образом, из всего вышеуказанного следует вывод о том, что из-за сложного и многогранного характера образования терминов, возникают трудности при его переводе. Рассмотрение специфики словообразовательных процессов современности обнаружило заметную интенсивность их протекания. Известные словообразовательные модели в экономической терминологии реализовались в виде множества конкретных предметных значений, значительно пополнив словарный состав языка.

Высокую степень продуктивности обнаруживают словообразовательные элементы иноязычного происхождения – префиксы, суффиксы, производящие основы, а также основы собственных имен. Несмотря на стабильность и традиционность основных способов словообразования, результаты словообразовательных процессов по количеству полученных экономических новообразований оказались значительны.

1.3 Место термина в системе языка

1.3.1 Степень терминологизации лексических единиц. В качестве терминов могут выступать не любые лексические единицы, а только те, которые обладают определенными характеристиками (однозначны, лишены экспрессии и т. д.). Некоторые авторы пытаются вывести «порог терминологизации», который устанавливается статистическим путем. По степени терминологизации традиционно выделяют термины и терминоиды, к последним относят лексические единицы либо еще не ставшие терминами, либо не удовлетворяющие требованиям, предъявляемым к терминам. В. А. Татаринов определяет терминоиды как терминоподобные специальные лексические единицы с нечетким статусом. Наряду с этим ученый предлагает различать терминонимы, то есть имена собственные, употребляемые в специальном тексте, которые выполняют терминологические функции или даже являются терминообразующими лексическими единицами, например, «Miranda warning» (при аресте полицейские зачитывают арестованному его права) «Molly Maguire» (член тайного ирландского общества, боровшегося против высокой арендной платы). В таком случае имена собственные часто теряют самостоятельность, и слово переходит на уровень термина (например, «дизель»), но подобные лексические единицы занимают по отношению к терминологии подчиненное положение.[8]

Таким образом, можно констатировать, что терминоиды и терминонимы, которые другие авторы называют квазитерминами, предтерминами или прототерминами, в строгом смысле слова нельзя отнести к терминологии.

Терминология помимо терминов включает в себя также номены. О необходимости разграничения термина и номена впервые написал Г. О. Винокур: «Что касается номенклатуры, то, в отличие от терминологии, под ней следует понимать систему совершенно абстрактных и условных символов, единственное назначение которой состоит в том, чтобы дать максимально удобные с практической точки зрения средства для обозначения предметов, вещей, без прямого отношения к потребностям теоретической мысли, оперирующей этими вещами».[9]

С появлением номенклатурных названий (номенов) начинает формироваться терминология. Номинативные единицы становятся терминами науки. Разница между ними состоит в степени абстракции стоящих за словами понятий (термин отражает абстрактное общее понятие, номен – конкретное единичное, это может быть имя собственное). К номенам относятся названия конкретных предметов, процессов, материалов, машин. Меньшая степень абстрактности выражается в том, что номены представляют собой простой перечень специальных объектов без претензии на выявление существенных взаимосвязей между ними, например, «автомобиль» - это термин, а «Camry» - номен.[10]

Отдельно следует рассмотреть проблему профессионализмов, статус которых в терминологии до сих пор определен недостаточно четко. Так, некоторые исследователи считают термины вариантными единицами общепринятых терминов или просторечными терминами и включают их в терминологию, другие считают необходимым изъять профессионализмы из терминологической системы и обозначают их как разрозненные, не объединенные в единую замкнутую систему или между собой единицы, которым, как правило, свойственно некоторая живописность и образность.[11]

С. П. Хижняк выделяет профессионализмы в отдельный вид специальной лексики и проводит разграничение между терминами и профессионализмами главным образом по функционально-стилевым признакам. Основное отличие профессионализмов – это ограниченная сфера их употребления, которая сводится к устной речи специалистов в неофициальной обстановке. Употребление сниженной детерминологизированной лексики тесно связано с разговорной речью и характеризуется наличием у лексики этого типа эмоциональной окраски и экспрессивных коннотаций.[12]

После того, как мы в самом общем виде определили признаки терминологической единицы и провели разграничение между терминами и другими видами специальной лексики, необходимо рассмотреть вопрос о соотношении понятий «терминология» и «терминосистема», тем более, что на этот счет существуют разные взгляды исследователей.

1.3.2 Терминология и терминосистема. Прежде всего, необходимо остановиться на взаимоотношениях терминологии и общелитературной лексики. Некоторые авторы считают, что отличительные особенности терминологических единиц (независимость от контекста, отсутствие эмоционально-экспрессивных качеств, однозначность и др.) позволяют рассматривать терминологию как особую подсистему литературного языка и отмечают существование в языке бинарной оппозиции «термин – не термин». Соответственно, терминология противопоставляется общелитературной лексике, а сами термины как особые единицы, отличающиеся от обычных слов, помещаются в замкнутые системы – терминологические поля определенных отраслей знаний.[13]

Нам более близок подход Р. Ю. Кобрина и Б. Н. Головина, которые предлагают рассматривать терминологию в системе общелитературного языка, поскольку часто одни и те же лексические единицы могут одновременно выступать в роли как терминов, так и общеупотребительных слов.[14] Кроме того, и те и другие в одинаковой степени подвержены различным лексико-семантическим преобразованиям, а именно: используют одинаковые словообразовательные модели, имеют тенденцию, правда, в разной степени интенсивности, к полисемии, омонимии и т. п.

Тенденция к жесткому отделению термина от других языковых единиц и к выделению особых закрытых систем, в которых функционируют термины, сказалась и при соотнесении понятий «терминология» и «терминосистема». Под терминологией часто понимают «совокупность слов и словосочетаний, обозначающих специальные научные и технические понятия и служащих для осуществления коммуникации в данной области», а под терминологическиой системой – «упорядоченное множество терминов с зафиксированными отношениями между ними», то есть кодифицированную и унифицированную терминологию.[15]

В поддержку разграничения терминологии и терминосистемы выступает В. М. Лейчик. Он отмечает, что совокупности терминов могут формироваться стихийно или сознательно. Стихийно сложившуюся совокупность терминов предлагается называть терминологией, а сознательно сформированную – терминосистемой. Основой терминосистемы является сконструированная и реализованная в знаковой форме система понятий или логическая схема. В центре этой схемы находится ядро – основное понятие, от него расходятся другие понятия, обозначающие виды, признаки, функции, процессы и смежные объекты. Между различными видами понятий существуют родовидовые, функциональные, атрибутивные и другие виды логических связей. Однако подобная логическая схема еще не является терминосистемой. Для создания полноценной терминосистемы к логической схеме необходимо добавить дефиниции понятий, подобрать термины, адекватно выражающие эти понятия и упорядочить терминосистему таким образом, чтобы каждому термину соответствовало одно понятие.[16]

Становится очевидным, что главный признак терминосистемы как искусственно сконструированной модели – это системность и строгая логическая взаимосвязь между элементами этой системы. Термины, не отвечающие данным требованиям, выталкиваются за пределы терминосистемы. Таким образом, за рамками терминологической системы (то есть вне поля зрения терминоведения) остается большой объем терминов, которые существуют и успешно функционируют в реальной научной коммуникации, однако не будут охвачены лингвистическим анализом.

Мысль о том, что вначале необходимо смоделировать понятийный аппарат данной отрасли человеческой деятельности, а лишь затем приступить к моделированию терминологических систем, высказывалась и другими учеными. Сравните, например: «…сначала на логико-понятийной основе должна быть построена полная система знания для данной науки, и лишь впоследствии целесообразно ставить вопрос о том, какие единицы в плане выражения соответствуют единицам системы в плане содержания».[17] Однако такие идеальные в логическом плане конструкции крайне редко встречаются в действительности.

Имеется и другое возражение против разделения понятий «терминология» и «терминосистема». Разделение совокупности терминов на упорядоченное и неупорядоченное множества нелогично в принципе, поскольку не связанных между собой логическими или семантическими связями терминов не существует. Все термины в той или иной степени организованы в рамках своих предметных областей. Степень организации находится в прямой зависимости от уровня развития данной области знания, однако последнее замечание не отменяет общего принципа: терминология системна по определению. А коль скоро это так, то понятия «терминология» и «терминологическая система» могут выступать как синонимы.

В рассмотренном выше подходе к конструированию терминосистем для целей нашего исследования крайне важным представляется акцент на соотнесенность терминов и обозначаемых ими понятий. В контрастивных исследованиях терминологических систем в разных языках, как правило, описываются отдельные термины и способы и х перевода, то есть устанавливается эквивалентность на уровне «знак языка I – знак языка II», что приводит к ошибкам перевода, так как предметная и понятийная соотнесенность терминов в разных языках остается без внимания. Способы перевода терминов необходимо подбирать исходя из свойств реальных объектов, стоящих за этими терминами.

Терминология проявляет себя в двух сферах:

- в области функционирования, где терминологические единицы существуют в контексте и где осуществляется взаимодействие терминов в рамках данной терминосистемы (специальная литература, монографии, тексты законодательных актов и т. п.);

- в области фиксации, где термины находятся в условиях закрытой системы и где они изолированы друг от друга (специальные двуязычные и толковые словари, энциклопедии, тезаурусы).

Во многих терминоведческих работах при исследовании терминологии авторы ограничиваются анализом словарных дефиниций, не обращая должного внимания на функционирование термина в речи. Мы считаем, что при лингвистическом анализе терминологии центром внимания должны стать специализированные юридические тексты, так как многие правовые термины фиксируются не столько в словарях, сколько в текстах законодательных актов. Юридические словари фиксируют только небольшую часть терминологии. В подтверждение этого тезиса С. П. Хижняк приводит следующий пример: из 34 видов воинских преступлений, выделяемых в УК РСФСР, юридический энциклопедический словарь регистрирует только два: «дезертирство» и «самовольная отлучка».[18]

Становится очевидным, что исследовать только лексикографические, дискретные источники терминов явно не достаточно.

Еще В. В. Виноградов отмечал: «В создании и определении термина есть две стороны, две точки зрения: структурно-языковая и понятийная, семантическая, обусловленная развитием системы понятий той или иной науки, того или иного производства, ремесла. Обе эти стороны взаимосвязаны и вместе с тем обусловлены историей, культурно-исторической традицией».[19] Понятийная сторона терминосистемы отражает отношения, существующие между терминами в рамках данного поля.

Особенно важно обращать внимание на этот уровень при сопоставительном исследовании терминологии в разных языках. В терминологических словарях часто внимание обращается только на языковой уровень, что приводит к ошибкам в переводе.

2 ТЕХНИЧЕСКИЕ СПОСОБЫ ПЕРЕВОДА АНГЛОЯЗЫЧНЫХ ТЕРМИНОВ

2.1 Определение способа перевода

В момент перевода переводчик сближает две лингвистические системы, одна из которых эксплицитна и устойчива, а другая – потенциальна и адаптируема. У переводчика перед глазами находится пункт отправления и ему необходимо создать пункт прибытия. Прежде всего он, по-видимому, будет исследовать текст оригинала, оценивать дескриптивное, аффективное и интеллектуальное содержание единиц перевода, которое он вычленил; восстанавливать ситуацию, которая описана в сообщении, взвешивать и оценивать стилистический эффект и т. д. Но переводчик не может остановиться на этом: он выбирает какое-то одно решение; в некоторых случаях он достигает этого так быстро, что у него создается впечатление внезапного и одновременного решения. Чтение на исходном языке почти автоматически вызывает сообщение на языке перевода; ему остается только проконтролировать еще раз исходный текст, чтобы убедиться, что ни один из элементов исходного языка не забыт, после чего процесс перевода закончен.[20]

Именно этот процесс рассмотрен в данной главе. При первом приближении кажется, что его пути и способы весьма многочисленны, но по существу их можно свести к семи, расположив в порядке возрастания трудностей. Эти способы могут применяться и изолированно, и комбинированно.

2.2 Прямой и косвенный перевод

Отметим, прежде всего, что в общих чертах можно наметить два пути перевода, по которым следует переводчик: перевод прямой или буквальный и перевод косвенный (непрямой).

Действительно, может иметь место случай, когда сообщение на исходном языке прекрасно переводится в сообщение на языке перевода, ибо оно основывается либо на параллельных категориях (структурный параллелизм), либо на параллельных понятиях (металингвистический параллелизм). Но может случиться и так, что переводчик констатирует наличие в языке перевода «пробела», который необходимо заполнить эквивалентными средствами, добиваясь того, чтобы общее впечатление от двух сообщений было одинаковым. Может случиться и так, что, вследствие структурных или металингвистических различий, некоторые стилистические эффекты невозможно передать на языке перевода, не изменив в той или иной степени порядок следования элементов или даже лексические единицы. Понятно, что во втором случае необходимо прибегать к более изощренным способам, которые на первый взгляд могут вызвать удивление, но ход которых можно проследить с целью строгого контроля за достижением эквивалентности. Это способы косвенного (непрямого) перевода. Заимствование, калькирование и дословный перевод – способы прямого перевода. Остальные – косвенного.[21]

Заимствование

Самым простым способом перевода является заимствование, которое позволяет заполнить пробел, обычно металингвистического характера (новая техника, неизвестные понятия). Заимствования составляют особый пласт лексики как с точки зрения процессов номинации, так и в плане мотивированности. Являясь одним из возможных ответов на потребности номинации, возникающие в результате языковых контактов и расширения под влиянием других языковых социумов, они представляют собой определённую экономию языковых усилий при порождении речи, так как для заполнения номинативных лакун, возникших в данном языке, используются готовые единицы чужого языка. В то же время, потеря прежних ассоциативных связей, существовавших в языке, из которого они заимствованы, влечёт за собой и потерю возможно присущего заимствованным словам в языке источника мотивированности. Это вызывает существенные трудности при распознавании их смысла в процессе восприятия речи.

Заимствование как процесс использования элементов одного языка в другом обусловлено противоречивой природой языкового знака: его произвольностью как разрешающей заимствование силой и непроизвольностью как препятствующим заимствованию фактором. Этим, по-видимому, и объясняется то обстоятельство, что процесс заимствования в современном английском языке, как, впрочем, и в русском языке, по имеющимся данным, весьма непродуктивен. В количественном отношении он значительно уступает таким процессам номинации, как словообразование и семантическая деривация (словообразование). Сказанное, однако, не означает, что доля заимствований в современном английском языке не столь велика. Заимствованные приблизительно из 50 языков мира, лексические единицы составляют почти 75% словарного состава английского языка и включают пласты лексики, заимствованные в различные исторические эпохи и под влиянием различных условий развития и существования. [22] Среди них исторические, географические, социальные, экономические, культурные и прочие условия.

Являясь результатом длительного исторического взаимодействия языков, заимствование как процесс и заимствование как результат этого процесса представляют собой значительный интерес для истории языка, в рамках которой получают детальное освещение не только причины заимствований, но и их языки-источники. Примечательны также пути, формы и типы заимствований, а также преобразования, которые претерпевает заимствованное слово в новой для него языковой среде. Заимствования интересны, прежде всего, тем, какое влияние они оказывают на системное устройство лексики конкретного языка, а также своим особым, в случае сохранения ряда генетических характеристик, статусом в заимствовавшем их языке.

Это влияние наиболее очевидно тогда, когда в процесс заимствования втягиваются не только отдельные единицы, но целые группы слов, между которыми в языке-источнике существовали определённые отношения.

Значительное число заимствований английского оказываются в языке-источнике генетически производными и характеризуются структурно-семантической зависимостью и выводимостью. При условии заимствования обоих членов таких словообразовательных пар деривационные отношения между ними сохраняются и в заимствующем их языке. Например:

gloss – глосса, заметка на полях, толкование; glossary – глоссарий, словарь; dynasty – династия, dynastic – династический и т. д.

При групповом характере заимствований в английском языке имеет место не только пополнение подсистемы простых и производных слов. Возникает значительное число морфологически членимых единиц, чья комплексность хорошо ощущается носителями английского языка. В итоге происходит формирование новых словообразовательных моделей. Таким образом, существенно расширяются как сам состав морфем английского языка, так и его словообразовательные (деривационные) возможности.[23]

Особо интересна жизнь заимствованных слов в новом для них языке. Многие заимствования под влиянием системы, в которую они вошли, претерпевают значительные фонетические, грамматические и даже семантические изменения, приспосабливаясь, соответственно, к фонетическим, грамматическим и семантическим законам данной системы.

Процесс ассимиляции может быть настолько глубоким, что иноязычное происхождение таких слов не ощущается носителями английского языка и обнаруживается лишь с помощью этимологического анализа. Это наиболее верно, например, для скандинавских и ранних латинских заимствований типа get – получать, skill – умение и другие. В отличие от полностью ассимилировавшихся и усвоенных заимствований частично ассимилировавшиеся иноязычные единицы сохраняют следы своего иностранного происхождения в виде фонетических, (garage, chаise-longue), грамматических (singular – datum) и семантических особенностей (taiga, kopeck, rouble и другие заимствования из русского языка, обозначающие чуждые англичанам реалии и понятия). C целью адекватного их описания в толковых словарях английского языка лексикографами широко используется энциклопедическая информация, сообщающая о местах распространения, формах существования, способах применения обозначаемых объектов и явлений. Так, при толковании слова taiga наряду с указанием родовой характеристики и дифференциальных признаков, позволяющих увидеть специфику и отличие данной реалии от наиболее близких и известных носителям английского языка реалий, даются указания климатической зоны, географического ареала: taiga – swampy coniferous forest of Siberia, beginning where the tundra ends.

Описание заимствованных названий денежных единиц типа rouble также предполагает указание как на то, что это денежная единица, занимающая определенное место в общей системе денежных единиц, так и на страну, в которой она находится в обращении: rouble – see money table: 100 kopecks, Russia.

Переводчика прежде всего интересуют новые заимствования и даже заимствования индивидуального характера. Следует отметить, что зачастую заимствования входят в язык через перевод, среди них фигурируют семантические заимствования, или «ложные друзья переводчика», которых следует особенно опасаться.[24]

Калькирование

Калькирование является заимствованием особого рода: мы заимствуем из иностранного языка ту или иную синтагму и буквально переводим элементы, которые ее составляют. Мы получаем таким образом либо калькирование выражения, причем используем синтаксические структуры языка перевода, привнося в него новые экспрессивные элементы, либо калькирование структуры, причем привносим в язык новые конструкции. Например, слово «superpower» переводится, при использовании метода калькирования, как «сверхдержава».

Выделяют два вида калек слов: словообразовательные и семантические.

Словообразовательные кальки — это слова, полученные «поморфемным» переводом иностранного слова на русский язык. Калька обычно не ощущается как заимствованное слово, так как составлена из исконно русских морфем. Поэтому реальное происхождение таких слов зачастую оказывается неожиданным для человека, впервые его узнающего. Так, например, слово «насекомое» — это калька с латинского insectum (in - — на-, sectum — секомое).

Среди других словообразовательных калек можно отметить такие слова, как летописец, живопись (с греческого); водород, наречие (с латинского); небоскрёб (англ. skyscraper).

Калькирование также бывает частичное: в слове трудоголик (англ. workaholic) калькирована только первая часть слова.

Семантические кальки — это русские слова, которые получили новые значения под влиянием соответствующих слов другого языка в результате буквализма при переводе. Например: basic earnings per share – базовый доход на одну акцию.

Так же как и в отношении заимствований, существуют старые устойчивые кальки, которые можно лишь упомянуть мимоходом, поскольку они, как и заимствования, могут претерпевать семантическую эволюцию, становясь «ложными друзьями». Например: accurate – это не аккуратный (neat), а точный, правильный, mark – это вовсе не марка (stamp), а метка, пометка или знак.

Дословный перевод

Дословный перевод, или перевод «слово в слово», обозначает переход от исходного языка к языку перевода, который приводит к созданию правильного и идиоматического текста, а переводчик при этом следит только за соблюдением обязательных норм языка, например:

The Sharer shall not be liable for the Company’s obligations and shall take the risks for the losses caused by the Company’s activity – Участник общества не отвечает по обязательствам Компании и несет риск убытков, вызванных ее деятельностью.

В принципе дословный перевод – это единственное обратимое и полное решение вопроса. Тому очень много примеров в переводах, осуществленных с языков, входящих в одну и ту же семью, и в особенности между языками, входящими в одну и ту же культурную орбиту. Если и можно констатировать наличие случаев дословного перевода на английский, так это потому, что существуют металингвистические понятия, которые могут также отражать факты совместного существования, периоды билингвизма и сознательного или бессознательного подражания, которое связано с политическим или интеллектуальным престижем. Это можно объяснить также своеобразной конвергенцией мыслей, а иногда и структур, которую можно наблюдать среди языков Европы (ср., например, образование определенного артикля, сходство концепций культуры и цивилизации и т. д.), что вызвало в жизни появление некоторых интересных статей, принадлежащих перу сторонников «General Semantics» («Общей семантики»).

До дословного перевода можно было осуществлять процесс перевода, не прибегая к специально стилистическим приемам. Если бы это было всегда так, то настоящая работа не должна была бы появиться на свет, а перевод, сведенный к простому переходу «исходный язык - язык перевода» не представлял бы никакого интереса. Решения, предложенные группой Массачусетского технологического института, сводящиеся к тому, что перевод следует поручить электронным вычислительным машинам, которые могут осуществлять его на научных текстах, покоится в большей мере на существовании в данных текстах параллельных сегментов, соответствующих параллельным идеям, которые, как и следовало ожидать, выявляются во многих случаях в научном языке. Но если, действуя в соответствии со способом № 3, переводчик признает дословный перевод неприемлемым, то необходимо прибегнуть к косвенному (непрямому) переводу. Под неприемлемостью имеется в виду, что сообщение, которое переведено дословно:

(а) дает другой смысл;

(б) не имеет смысла;

(в) невозможно по структурным соображениям;

(г) не соответствует ничему в металингвистике языка перевода;

(д) соответствует чему-то, но не на том же стилистическом уровне языка.

Эквивалентность сообщений основывается, в конечном счете, на идентичности ситуаций, которая одна позволяет утверждать, что язык перевода содержит некоторые характеристики действительности, которых в исходном языке нет.

Разумеется, если бы мы располагали словарями означаемых слов, то достаточно было бы найти наш перевод в статье, соответствующей ситуации, идентифицируемой сообщением на исходном языке. Поскольку в действительности таких словарей нет, то мы исходим из слов или из единиц перевода, которые мы должны подвергнуть специальным процедурам для того, чтобы прийти к желаемому сообщению. Поскольку смысл слова является функцией его места в высказывании, то иногда возникает необходимость такой перестройки, которая оказывается слишком удаленной от исходного пункта, и ни один словарь не может этого учесть. Поскольку существует бесконечное количество комбинаций между означающими, нетрудно понять, почему переводчик не может найти в словарях готовых решений своих проблем. Только он один полностью владеет смыслом сообщения в целом, для того чтобы, руководствуясь им, произвести необходимый выбор, и только само сообщение, отражающее ситуацию, позволяет, в конечном счете, высказать окончательное суждение о параллельности двух текстов.[25]

Транспозиция

Мы называем так способ, который состоит в замене одной части речи другой частью речи без изменения смысла всего сообщения. Этот способ может применяться как в пределах одного языка, так, в частности, и при переводе.

В области перевода мы должны будем различать два вида транспозиции:

(1) обязательную транспозицию и (2) факультативную транспозицию. Например: выражение «As soon as prices slump» должно быть не только переведено дословно, но и обязательно транспонировано в «Как только цены резко упадут», поскольку в данном случае в английском языке имеется лишь основная структура. В обратном направлении у нас будет выбор между калькой и транспозицией, потому что в русском языке имеются оба оборота.

С другой стороны, две эквивалентные фразы «после того, как товар вернется» и «after goods come back» могут быть легко переведены с помощью транспозиции: after goods’ return – после возвращения товара.

Основной и транспонированный обороты не обязательно эксивалентны со стилистической точки зрения. Переводчик должен пользоваться способом транспозиции, если получаемый оборот лучше вписывается во всю фразу или позволяет восстановить стилистические нюансы. Следует отметить, что транспонированный оборот обычно имеет более литературный характер. Особо частным случаем транспозиции является «перекрещивание».

Модуляция

Модуляция представляет собой варьирование сообщения, чего можно достичь, изменив угол или точку зрения. К этому способу можно прибегнуть, когда видно, что дословный или даже транспонированный перевод приводит в результате к высказыванию грамматически правильному, но противоречащему духу языка перевода.

Так же как и при транспозиции, мы различаем свободную или факультативную модуляцию и модуляцию устойчивую или обязательную. Классическим примером обязательной модуляции является фраза: The time when..., которая в обязательном порядке должна переводиться как «время, когда…»; с другой стороны, модуляция, которая представляет в положительной форме то, что исходный язык представляет в форме отрицательной, является чаще всего факультативной, хотя здесь существуют несомненные предпочтения у каждого языка: It is not difficult to show... – Не трудно показать, что...

Разница между устойчивой и свободной модуляцией – это по существу вопрос степени. Когда мы имеем дело с устойчивой модуляцией, высокая частотность употребления, полное принятие узусом, закрепленность в словарях (или в грамматике) приводит к тому, что любой человек, прекрасно владеющий двумя языками, не колеблется перед необходимостью выбора данного способа. Например: We don't blame them. – Мы их понимаем. (Причина заменена следствием: мы их не виним потому, что мы их понимаем).

При свободной модуляции устойчивая фиксация отсутствует, и процесс каждый раз происходит заново. Отметим, однако, что отсюда не следует, что такая модуляция является факультативной; она должна привести при правильном применении к идеальному решению для языка перевода в соответствии с ситуацией, предложенной исходным языком. В качестве сравнения можно было бы сказать, что свободная модуляция приводит к такому решению, которое заставляет читателя воскликнуть: «Да, именно так это нужно выразить»; следовательно, свободная модуляция направлена на единственное решение. Это единственное решение покоится на привычном образе мышления, которое обязательно, а не факультативно. [26]

Итак, можно заметить, что между устойчивой и свободной модуляцией имеется только разница в степени и что свободная модуляция может в любой момент стать устойчивой, как только она получит высокую степень частотности или будет представлена в качестве единственного решения (это делается обычно на основе анализа двуязычных текстов в результате дискуссии на двуязычной конференции, или исходя из известных переводов, которые имеют высокий литературный престиж).

Превращение свободной модуляции в устойчивую происходит всегда, когда она фиксируется в словарях или в грамматиках и становится предметом преподавания. Начиная с этого момента, отказ от модуляции осуждается как нарушение узуса.

Эквиваленция

Мы уже не раз подчеркивали возможность того, что два текста описывают одну и ту же ситуацию, используя совершенно разные стилистические и структурные средства. В этом случае мы говорим об эквиваленции. Классическим примером эквиваленции является ситуация, когда неловкий человек, забивающий гвоздь, попадает себе по пальцам – по-русски он воскликнет «Ай!», по-английски он воскликнет «Ouch!».

Этот пример, хотя и является грубым, подчеркивает особый характер эквиваленции: она носит чаще всего синтагматический характер и затрагивает все сообщение целиком. Отсюда следует, что большинство эквиваленций, которыми мы постоянно пользуемся, являются устойчивыми и входят в состав идиоматической фразеологии, включая клише, поговорки, адъективные или субстантивные устойчивые сочетания и т. д.

Следует различать потенциально достижимую эквивалентность, под которой понимается максимальная общность содержания двух разноязычных текстов, допускаемая различиями языков, на которых созданы эти тексты, и переводческую эквивалентность – реальную смысловую близость текстов оригинала и перевода, достигаемую переводчиком в процессе перевода. Пределом переводческой эквивалентности является максимально возможная (лингвистическая) степень сохранения содержания оригинала при переводе, но в каждом отдельном переводе смысловая близость к оригиналу в разной степени и разными способами приближается к максимальной.

Различия в системах ИЯ и ПЯ и особенностях создания текстов на каждом из этих языков в разной степени могут ограничивать возможность полного сохранения в переводе содержания оригинала. Поэтому переводческая эквивалентность может основываться на сохранении (и соответственно утрате) разных элементов смысла, содержащихся в оригинале. В зависимости от того, какая часть содержания передается в переводе для обеспечения его эквивалентности, различаются разные уровни (типы) эквивалентности. На любом уровне эквивалентности перевод может обеспечивать межъязыковую коммуникацию.

Любой текст выполняет какую-то коммуникативную функцию: сообщает какие-то факты, выражает эмоции, устанавливает контакт между коммуникантами, требует от рецептора какой-то реакции или действий и т. п. Наличие в процессе коммуникации подобной цели определяет общий характер передаваемых сообщений и их языкового оформления. Текст может последовательно или одновременно выполнять несколько коммуникативных функций, но он не может не иметь в своем содержании функциональной задачи (цели коммуникации), не утратив своей коммуникативности, т. е. не перестав быть результатом акта речевой коммуникации.

Часть содержания текста (высказывания), указывающая на общую речевую функцию текста в акте коммуникации, составляет его цель коммуникации. Она представляет собой «производный» («подразумеваемый» или «переносный») смысл, присутствующий в нем как бы в скрытом виде, выводимый из всего высказывания как смыслового целого. Отдельные языковые единицы участвуют в создании такого смысла уже не непосредственно через свое собственное значение, а посредственно, составляя с другими единицами смысловое целое, которое служит основой для выражения с его помощью дополнительного смысла. Воспринимая высказывание, рецептор должен не только понять значение языковых единиц и их связь друг с другом, но и сделать определенные выводы из всего содержания, извлечь из него дополнительную информацию, которая сообщает не только что говорит источник, но и для чего он это говорит, «что он хочет этим сказать».

Эквивалентность переводов первого типа заключается в сохранении только той части содержания оригинала, которая составляет цель коммуникации, которая представляет собой наиболее общую часть содержания высказывания, свойственную высказыванию в целом и определяющую его роль в коммуникативном акте.

Для отношений между оригиналами и переводами этого типа характерно: 1) несопоставимость лексического состава и синтаксической организации; 2) невозможность связать лексику и структуру оригинала и перевода отношениями семантического перефразирования или синтаксической трансформации; 3) отсутствие реальных или прямых логических связей между сообщениями в оригинале и переводе, которые позволили бы утверждать, что в обоих случаях «сообщается об одном и том же»; 4) наименьшая общность содержания оригинала и перевода по сравнению со всеми иными переводами, признаваемыми эквивалентными.

Таким образом, в данном типе эквивалентности в переводе как будто говорится «совсем не то» и «совсем не о том», что в оригинале. Этот вывод справедлив в отношении всего сообщения в целом, даже если одно или два слова в оригинале имеют прямые или косвенные соответствия в переводе. Например, к этому типу можно отнести перевод She lifted her nose up in the air – «Она смерила его презрительным взглядом», хотя субъекты этих предложений непосредственно соотнесены.

Переводы на таком уровне эквивалентности выполняются как в тех случаях, когда более детальное воспроизведение содержания невозможно, так и тогда, когда такое воспроизведение приведет рецептора перевода к неправильным выводам, вызовет у него совсем другие ассоциации, чем у рецептора оригинала, и тем самым помешает правильной передаче цели коммуникации.

Адаптация

Данный способ перевода применим к случаям, когда ситуация, о которой идет речь в исходном языке, не существует в языке перевода и должна быть передана через посредство другой ситуации, которую мы считаем эквивалентной. Это представляет собой особый случай эквивалентности, так сказать, эквивалентность ситуаций. В качестве примера можно взять выражение «The amount of share of the Sharer in the authorized capital of the Company and also the nominal value of the contribution to the authorized capital amount to: one hundred shares – 1000 USD». Поскольку перевод делается для русских инвесторов, валюта, соответственно, переводится из долларов в рубли – «Размер доли участника общества в уставном капитале общества, а также номинальная стоимость вклада составляет: - сто долей – 30000 рублей». Этот способ адаптирования хорошо известен синхронным переводчикам. С одной стороны – это искажение формы и нарушение структуры оригинального документа, однако с другой – единственный способ сделать текст перевода понятным для читателя.

Отказ от адаптирования, которое затрагивает не только структуры, но также и само развитие идей, мыслей, и способ их фактического изложения в абзаце приводит к наличию в «правильном» тексте какой-то неопределенной тональности, чего-то фальшивого, что неизменно проявляется в переводе. К сожалению, такое впечатление очень часто производят тексты, публикуемые современными международными организациями, члены которых по неведению или из стремления к неверно понимаемой точности требуют буквальности переводов, максимального калькирования. Результатом является «галиматья», которая не имеет названия ни в одном языке. Текст не должен быть калькой ни в структурном, ни в металингвистическом плане. Все великие литературные переводы имплицитно признавали существование способов, которые мы только что перечислили, как это прекрасно показал А. Жид в своем предисловии к «Гамлету». Возникает вопрос, не потому ли американцы отказывались принимать всерьез Лигу Наций, что большинство ее материалов было немодулированными и неадаптированными переводами с французского оригинала, подобно тому, как «ломаный атлантический язык» является лишь плохо «переваренными» текстами англо-американских оригиналов. Мы затрагиваем здесь чрезвычайно серьезную проблему, которую из-за отсутствия места мы не можем рассмотреть должным образом, а именно: вопрос об изменениях в мышлении, в культурном и лингвистическом планах, которые могут повлечь за собой в перспективе наличие важных документов, школьных учебников, журнальных статей, сценариев к фильмам и т. д., создаваемых переводчик

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Разработка энергосберегающей технологии ректификации циклических углеводородов". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 765

Другие дипломные работы по специальности "Химия":

Исследование фазовых эффектов в бинарных азеотропных смесях

Смотреть работу >>

Исследование физико-химических и прикладных свойств новых полимерных композиционных материалов на основе слоистых силикатов и полиэлектролитов

Смотреть работу >>

Методы разделения азеотропных смесей

Смотреть работу >>

Химический язык

Смотреть работу >>

Теория симметрии молекул

Смотреть работу >>