Дипломная работа на тему "Уголовно-противоправная сущность хулиганства"

ГлавнаяГосударство и право → Уголовно-противоправная сущность хулиганства




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Уголовно-противоправная сущность хулиганства":


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О БОРЬБЕ С ХУЛИГАНСТВОМ

1.1 Краткий исторический очерк развития законодательства об ответственности за преступления, посягающие на общественную безопасность

1.2 Институт «хулиганства» в истории уголовного права России

ГЛАВА 2. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ХУЛИГАНСТВА 2.1 Понятие и уголовно-правовой анализ состава хулиганства

2.2 Квалифицированное хулиганство (по ч.2 с т. 213 УК РФ)

2.3 Анализ Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2007 N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений" ГЛАВА 3. АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСУ РЕАЛИЗАЦИИ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ХУЛИГАНСТВО 3.1 Проблемы квалификации хулиганства 3.2 Проблемы квалификации признака вооруженности в составе хулиганства 3.3 Проблемы квалификации хулиганства и экстремистских действий ЗАКЛЮЧЕНИЕ БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

ПРИЛОЖЕНИЕ


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы представленной к защите дипломной работы обуславливается тем, что противодействие хулиганству является одним из наиболее спорных вопросов в уголовно-правовой охране российского общества. В размышлениях о сущности хулиганства как явления можно предполагать, что стержневой сутью его является насилие над личностью, а уже через публичность такого насилия - над обществом и его нормами, которое все это вынуждено воспринимать. Вместе с тем можно с очевидностью утверждать, что хулиганство в целом свойственно обществу, оно связано с общественной формацией и может восприниматься последней как нарушение правил (моральных, нравственных) и норм (в т. ч. и правовых), культуры жизни общества. Только введение данных правил и норм в качестве приоритетных для конкретного государства в смысле соблюдения их конкретным гражданином позволяет оценить реакцию государства на такое явление и воспринять его опасность как опасность для государства в целом.

Для уяснения антисоциальной и уголовно-противоправной сущности такого общественного явления, как "хулиганство", необходимо исходить не только и не столько из его формулы, содержащейся в уголовном законе, а из понимания его как антиобщественного (асоциального) и личностного явления, позволяющего изучить те сущностные общественные отношения и связи, которые и должны подвергаться уголовно-правовой охране, выявить суть уголовно-правовой противоправности и общественной опасности хулиганства.

Социальная обусловленность и эффективность уголовного закона представляют собой обширную проблему, которая может быть исследована в различных аспектах и направлениях, но в основном она ориентирует на установление и изучение факторов, влияющих на создание норм и институтов уголовного законодательства и на их эффективность. В этом смысле такое понимание хулиганства представляется нам общим, первичным, а существующая настоящая уголовно-правовая форма - особенным, или вторичным. Поэтому рассмотрение их в сочетании позволит "увидеть" ожидаемое обществом государственное влияние на такие нарушения общественных отношений и существующую государственную политику в этом отношении, понять, насколько они соответствуют друг другу. Данный подход, кроме того, позволит ответить на такие немаловажные вопросы, как: "отражает ли нынешняя форма уголовно-правового запрета хулиганства реалии развития государства и общества?" и "какие именно общественные отношения, нарушение которых относится к хулиганству, нужно защищать посредством уголовно-правовых норм, какое социальное благо действительно страдает или подвергается опасности от преступного воздействия?". Что же представляет собой этот сложный социальный феномен "хулиганство" как антиобщественное явление, что же социально обусловливает его общественную опасность и уголовно-правовую противоправность? Каковы проблемы квалификации хулиганства в рамках УК РФ? Вот далеко не полный перечень вопросов на которые предстоит найти ответ в рамках данного дипломного исследования.

Объект работы - уголовно-правовые отношения, связанные с реализацией уголовной ответственности за хулиганство по с т. 213 УК РФ.

Предмет работы – хулиганство как преступление, выражающееся в грубом нарушении общественного порядка и явном неуважении к обществу, а также проблемы квалификации хулиганства в правоприменительной практике.

Цель работы - проанализировать историю развития уголовного законодательства об ответственности за хулиганство, а также раскрыть сущность и особенности квалификации данного преступления по УК РФ 1996 года.

Задачи работы:

1.  Проанализировать развитие норм уголовного законодательства об ответственности за хулиганство.

2.  Проанализировать уголовно-правовую характеристику хулиганства в рамках УК РФ 1996 года.

3.  Проанализировать квалифицирующие признаки хулиганства.

4.  Исследовать особенности квалификации хулиганства по с т. 213 УК РФ и раскрыть его отличия от смежных преступлений.

Структура работы включает в себя введение, две главы и заключение. Первая глава работы посвящена анализу истории развития уголовного законодательства об ответственности за хулиганство. Во второй главе работы раскрываются уголовно-правовая характеристика хулиганства по УК РФ 1996 года. Заключительная глава работы посвящена анализу проблем квалификации хулиганства в правоприменительной практике.

При написании работы применялись и использовались наиболее распространенные методы исследований: исторический метод, формально-юридический метод, метод сравнительного исследования, анализ и синтез законодательства и практики.

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Актуальный банк готовых оригинальных дипломных работ предлагает вам приобрести любые работы по желаемой вами теме. Оригинальное написание дипломных проектов под заказ в Туле и в других городах России.

При этом работа основана на исследовании современных учебников и пособий по уголовному праву, отдельных публикаций правоведов и юристов в периодических юридических изданиях, комментариях к УК РФ, материалах судебной практики, изучении научной литературы в рамках темы.

Следует выделить таких авторов, как Андреева Л., Боровиков В. Б., Гаухман Л. Д., Зарубин В. И., Красиков. А., Кириченко В. Ф., Куринов Б. А., Малинин В. Б., Морозова Т., Овчинникова Г., Парфенов А. Ф., Рарог А. И., Рыжаков А. П. Ткачевский Ю. М., Трайнин А. Н., Тяжкова И. М., Фаткуллина М., Шапошников В. Н., Шарапов Р., Шинкарук В. М. и др.


ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О БОРЬБЕ С ХУЛИГАНСТВОМ

1.1 Краткий исторический очерк развития законодательства об ответственности за преступления, посягающие на общественную безопасность

Уголовное законодательство Российской империи второй половины XIX - начала ХХ в., в частности, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. в редакции 1885 г. и Уголовное уложение 1903 г., в отличие от уголовно-правовых систем Германии, Голландии и некоторых других стран, не выделяло самостоятельного раздела или главы, где были бы сосредоточены нормы об ответственности за деяния, аналогичные тем, которые предусмотрены в гл. 24 разд. IХ УК 1996 г. (преступления против общественной безопасности).

Однако это не означает, что уголовное законодательство Российской империи не содержало ответственности за преступления, аналогичные тем, которые установлены в гл. 24 УК РФ. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. в ред. 1885 г. в различных разделах, главах и отделениях предусматривало достаточно большое число норм о деяниях, относимых в настоящее время к числу общеопасных преступлений[1].

Например, в ст. 269 (ч. 1) главы первой "О сопротивлении распоряжениям правительства и неповиновении установленным от оного властям" раздела четвертого "О преступлениях и проступках против порядка управления" предусматривалась ответственность за устройство, подговор к устройству или участие в публичном скопище, сопровождавшемся насилием или угрозой над личностью, похищением, самовольным завладением, истреблением или повреждением чужого имущества, вторжением в чужое обитаемое здание либо иное помещение, огороженное место или усадьбу, а равно руководство совершением указанных действий или подстрекательство к ним (аналог современного понятия "массовые беспорядки"). В ст. 867-869 (ч. 1) отделения шестого "О нарушении правил, установленных для продажи, хранения и употребления веществ ядовитых и сильнодействующих" главы первой "О преступлениях и проступках против постановлений, ограждающих народное здравие" раздела восьмого "О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния" предусматривалась ответственность за нарушение правил обращения с ядовитыми и сильнодействующими веществами. В ст. 922-931 отделения первого "О составлении злонамеренных шаек и пристанодержательства" главы третьей "О нарушении общественного спокойствия, порядка и ограждающих оные постановлений" раздела восьмого устанавливалась ответственность за организацию и участие в шайке для разбоев, зажигательства, краж и т. д. (некий аналог современного бандитизма). Аналогичная по содержанию норма предусматривалась и в отделении первом главы третьей "О похищении чужого имущества" раздела двенадцатого "О преступлениях и проступках против собственности частных лиц".

«Последним в истории Российской империи фундаментальным законодательным актом в сфере уголовного права было Уголовное уложение от 22 марта 1903 г.»[2]. Оно существенно отличалось от предыдущих законодательных актов не только по технико-юридическому изложению, но и по содержательной стороне. Уложение вводилось в действие постепенно по отдельным главам и даже по отдельным статьям. В нем также предусматривались отдельные нормы об общеопасных преступлениях. Так, в главе пятой "О смуте" в ст. 120-123 устанавливалась ответственность за организацию и участие в публичных скопищах. В соответствии со ст. 121 к ответственности привлекался виновный в участии в публичном скопище, заведомо собравшемся с целью выразить неуважение верховной власти или порицание установленных законами основными образа правления или порядка наследия престола, или заявить сочувствие бунту или измене, или лицу, учинившему бунтовщическое или изменническое деяние, или учению, стремящемуся к насильственному разрушению существующего в государстве общественного строя, или последователю такого учения.

В ст. 279 главы двенадцатой "О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойствие" предусматривалась ответственность за участие в шайке, составившейся в различных целях, и в том числе для воровства, разбоев, вымогательств или мошенничества, для повреждений чужого имущества, приобретения, принятия на хранение, сокрытия, заклада или сбыта чужого имущества, добытого заведомо посредством преступного деяния, а также за дачу пристанища заведомо участнику такой шайки или доставление средств для учинения преступных деяний. В этих случаях, если виновный не подлежал за преступное деяние, шайкой учиненное, более строгому наказанию, он наказывался заключением в исправительный дом. Такому же наказанию подлежал виновный в том, что давал пристанище заведомо участнику такой шайки или доставлял средства для учинения преступных деяний.

«До 1917 г. уголовное законодательство об ответственности за общеопасные преступления не подвергалось каким-либо изменениям»[3].

В первые годы советской власти не существовало кодифицированного уголовного законодательства, и ответственность за наиболее тяжкие преступления предусматривалась декретами. Однако подходы законодателя к оценкам деяний и, главное, к описанию конкретных составов были различны. Так, ответственность за бандитизм в современном его понимании предусматривалась Декретом ВЦИК от 20 июня 1919 г. "Об изъятиях из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении". В этом Декрете не только названо такое преступление, как бандитизм, но и впервые дано описание признаков состава: "участие в шайке, составившейся для убийств, разбоя и грабежей, а также как пособничество такой шайке и укрывательство ее". Ответственность за организацию скопища, участие в нем и подстрекательство к нему не предусматривалась. Однако встречается упоминание о другом деянии - о "погромах". В одном из первых воззваний Военно-революционного комитета Петрограда говорилось: "Воровство, разбои, нападения, погромные попытки будут немедленно караться. Виновные в этих преступлениях будут беспощадно судимы военно-революционным судом". Уголовный кодекс РСФСР 1922 г., как первый кодифицированный уголовно-правовой акт Советского государства, предусмотрел специальную гл. 8 "Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок". В статьях данной главы Уголовного кодекса предусматривалась ответственность за следующие деяния: приготовление, хранение и сбыт ядовитых и сильнодействующих веществ лицами, не имеющими на то право (ст. 215); неизвещение подлежащих властей со стороны лиц, к тому обязанных, о случаях заразных болезней или падежа скота (ст. 216); неисполнение или нарушение при производстве строительных работ установленных законом или обязательным постановлением строительных, санитарных и противопожарных правил (ст. 217); неисполнение или нарушение правил, установленных законом или обязательным постановлением для охраны порядка и безопасности движения по сухопутным, водным и воздушным путям сообщения (ст. 218); неисполнение законного распоряжения или требования находящегося на посту органа милиции, военного караула, а равно всяких других властей, призванных охранять общественную безопасность и спокойствие (ст. 219); хранение огнестрельного оружия без надлежащего разрешения (ст. 220); нарушение иных правил (ст. 221).

Понятие "массовые беспорядки" впервые было дано в ст. 75 УК 1922 г.: "Участие в массовых беспорядках всякого рода, как-то: погромах, разрушении путей и средств сообщения, освобождении арестованных, поджогах и т. п., если при этом участники беспорядков были вооружены. В соответствии со ст. 34 УК 1922 г. пределы лишения свободы устанавливались от 6 месяцев до 10 лет.

По ст. 77 УК 1922 г. наказывалось: "Участие в беспорядках, не отягченных преступными деяниями, указанными в ст. 75, но сопряженных с явным неповиновением законным требованиям властей или побуждением их к исполнению явно незаконных требований, хотя бы неповиновение выразилось только в отказе прекратить угрожающее общественной безопасности скопление". Более точно было сформулировано понятие "бандитизм".

Уголовный кодекс 1926 г. сохранил в целом такие же подходы к классификации Особенной части, как и УК 1922 г.[4]. В уточненном наименовании предусматривалась и гл. 8 "Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и порядок", в которой первоначально содержалось 14 составов преступлений, в том числе нарушение правил обращения с сильнодействующими ядовитыми веществами (ст. 179), взрывчатыми веществами, снарядами, огнестрельным и холодным оружием, легковоспламеняющимися веществами и предметами и едкими веществами (ст. 182), нарушение правил об установке механических двигателей (ст. 189).

С изданием в 1927 г. Положения о преступлениях государственных ответственность за бандитизм (cт. 17) и массовые беспорядки (ст. 16) стала регулироваться этим общесоюзным законом. Впоследствии в Положение и, соответственно, в уголовные кодексы был внесен еще ряд норм: ст. 59 (тайное или открытое похищение огнестрельного оружия, частей к нему и огневых припасов), ст. 59.3б, 59.3в, 59.3г, 75.1, 75.4 (транспортные преступления), ст. 108.1 (нарушение правил безопасности производства).

До конца 50-х годов законодательные формулировки анализируемых преступлений, за исключением хулиганства, не подвергались каким-либо изменениям, чего нельзя сказать о позициях судебной практики. Следующий этап в развитии законодательства об уголовной ответственности за общеопасные преступления связан с принятием 25 декабря 1958 г. Закона СССР "Об уголовной ответственности за государственные преступления". В разделе "Иные государственные преступления" Закона содержались нормы, которые устанавливали ответственность за такие общеопасные деяния, как бандитизм (ст. 14) и массовые беспорядки (ст. 16). Впоследствии эти нормы текстуально без изменений были восприняты Уголовным кодексом 1960 г.

В ст. 14 Закона (ст. 77 УК 1960 г.) бандитизм определялся как организация вооруженных банд с целью нападения на ими нападениях. Наказание за него предусматривалось в виде лишения свободы на срок от 3 до 15 лет с конфискацией имущества и со нападения вооруженной банды. Кроме того, в Законе отсутствуют указания на остановки поездов и разрушение железнодорожных коснулись и основных признаков бандитизма: понятия банды и ее вооруженности.

В последующие годы (1962, 1982, 1993, 1994) редакция ст. 77 УК изменялась и в конечном итоге бандитизм определялся как: "Организация вооруженных банд с целью нападения на государственные или общественные предприятия, учреждения, организации либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и в совершаемых ими нападениях[5]". Было исключено указание на ссылку как меру дополнительного наказания.

Массовые беспорядки, согласно ст. 16 Закона (ст. 79 УК 1960 г.), формулировались как организация массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, разрушениями, поджогами и другими подобными действиями, а равно непосредственное совершение их участниками указанных выше преступлений или оказание ими вооруженного сопротивления власти. Представляют интерес тенденции конструирования системы преступлений против общественной безопасности в 40-х и 50-х годах. Так, при подготовке проекта Уголовного кодекса СССР норму о бандитизме, обязательным признаком которого был подрыв советской власти (ст. 79), предполагалось расположить в главе первой "Государственные преступления", в то время как об общеуголовном бандитизме и массовых беспорядках в проекте вообще не упоминалось. В Уголовном кодексе 1960 г., как и в кодексах 1922 и 1926 гг., была выделена специальная гл. 10, в которой наряду с другими деяниями предусматривалась ответственность за отдельные виды преступлений против общественной безопасности. При этом общественная безопасность по-прежнему выступала в качестве составной части объединенного объекта под наименованием "отношения общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения", а не самостоятельного родового объекта охраны. Однако в отличие от предыдущих кодексов в наименовании главы Кодекса 1960 г. общественная безопасность была поставлена уже на первое место. Это свидетельствовало об усилении внимания к проблемам охраны общественной безопасности как наиболее важным из перечисленных в наименовании главы социальных ценностей.

К числу общеопасных преступлений, ответственность за которые устанавливалась в гл. 10 УК 1960 г., относились три группы деяний:

1) преступления, нарушающие общие правила безопасности,

2) преступления, нарушающие специальные производственные правила безопасности,

3) транспортные преступления.

Кроме того, в данной главе предусматривался и ряд деяний, посягающих на общественный порядок: хулиганство (ст. 206); угроза убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества (ст. 207); приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 208); систематическое занятие бродяжничеством или попрошайничеством (ст. 209 - исключена 5 декабря 1991 г.); злостное уклонение от выполнения решения о трудоустройстве и прекращении паразитического существования (ст. 209.1 - введена 25 февраля 1970 г., исключена 7 августа 1975 г.); вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность (ст. 210); доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения (ст. 210.1 - введена 30 ноября 1972 г.), вовлечение несовершеннолетних в немедицинское потребление лекарственных и других средств, влекущих одурманивание (ст. 210.2).

«Новый импульс уголовно-правовое регулирование охраны общественной безопасности получило в начале 80-х годов, когда процесс внутригосударственного законотворчества был напрямую связан с активизацией процесса развития международного уголовного права»[6]. В это время наиболее опасным преступлением, затрагивающим совместные интересы различных государств, становится терроризм, и поэтому к нему прежде всего обращается международное сообщество.

Первые попытки сформулировать понятие "терроризм" предпринимались на международных конференциях по унификации уголовного законодательства - III (Брюссель, 1930 г.) и IV (Париж, 1931 г.). Однако выработано оно было только в 1934 г. на V Мадридской конференции, где терроризм характеризовался как: "Применение какого-либо средства, способного терроризировать население, в целях уничтожения всякой социальной организации". Женевская конвенция о предупреждении и наказании терроризма, подписанная 20 государствами 16 ноября 1937 г., определяла терроризм как: "Преступные действия, направленные против государства, цель или характер которых состоят в том, чтобы вызвать ужас у определенных лиц или среди населения" (ст. 1).

В послевоенные годы борьба с терроризмом осуществлялась не только в рамках регионального сотрудничества, но и с участием ООН. За 50 послевоенных лет было принято более 10 конвенций, прямо или косвенно затрагивающих различные аспекты борьбы с терроризмом, в том числе Европейская конвенция по борьбе с терроризмом 1977 г.. Одними из последних международно-правовых актов являются Международная конвенция ООН от 15 декабря 1997 г. "О борьбе с бомбовым терроризмом" и Договор о сотрудничестве государств-участников Содружества Независимых Государств в борьбе с терроризмом, заключенный 4 июня 1999 г. в Минске.

Поскольку СССР в свое время присоединился к соответствующим международным документам, постольку с некоторым запозданием в Уголовный кодекс 1990 г. Федеральным законом от 1 июня 1994 г. были введены ст. 213.3 и 213.4, которые установили ответственность за терроризм и заведомо ложное сообщение об акте терроризма. В соответствии со ст. 213.3 терроризм определялся как: "Совершение в целях нарушения общественной безопасности либо воздействия на принятие решений органами власти взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, а равно наступления иных тяжких последствий (терроризм)". Квалифицированным видом были: "Те же действия, если они причинили значительный имущественный ущерб, либо привели к наступлению иных тяжких последствий, либо совершены организованной группой". Особо квалифицированным видом признавались: "Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие смерть человека". Наказание за терроризм также устанавливалось различное: по ч. 1 - в виде лишения свободы на срок от трех до пяти лет, по ч. 2 - от пяти до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой, а по ч. 3 - от десяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества или смертной казнью с конфискацией имущества. Согласно примечанию к этой статье: "Лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным образом способствовало предотвращению акта терроризма".

Захват заложников и угон воздушного судна первоначально рассматривались как конкретные формы проявления терроризма, однако по мере распространенности этих преступлений и международного опыта борьбы с ними международное сообщество посредством принятия различных соглашений стало предоставлять им статус самостоятельных преступлений. 17 декабря 1979 г. Генеральная Ассамблея ООН Резолюцией 34/146 приняла Конвенцию о борьбе с захватом заложников. Согласно ст. 1 этой Конвенции: "Любое лицо, которое захватывает или удерживает другое лицо и угрожает убить, нанести повреждения или продолжать удерживать другое лицо (здесь и далее именуемое как заложник) для того, чтобы заставить третью сторону, а именно, государство, международную межправительственную организацию, какое-либо физическое или юридическое лицо или группу лиц, совершить либо воздержаться от совершения любого акта в качестве прямого или косвенного условия для освобождения заложников, совершает преступление, именуемое захватом заложников по смыслу настоящей Конвенции".

23 октября 1990 г. Верховный Совет СССР принял Закон "Об уголовной ответственности за блокирование транспортных коммуникаций и иные незаконные действия, посягающие на нормальную и безопасную работу транспорта". Вопреки установленной до этого практике данный Закон не был ратифицирован Верховным Советом РСФСР и, соответственно, не был включен в Уголовный кодекс. Однако в соответствии с п. 2 постановления Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 г. "О ратификации Соглашения о создании Содружества Независимых Государств" на территории Российской Федерации до принятия соответствующих законодательных актов РФ нормы бывшего Союза ССР применялись в части, не противоречащей Конституции РСФСР, законодательству РСФСР и указанному Соглашению. Закон СССР в части угона воздушного судна противоречил ст. 213.2 УК, поэтому он не мог применяться к случаям угона воздушного судна. В остальном данный Закон мог применяться на территории Российской Федерации.

1.2 Институт «хулиганства» в истории уголовного права России

Борьба с преступлениями, посягающими на общественный порядок, имеет многовековую историю. Еще в Соборном уложении 1649 года существовал ряд статей, которые устанавливали уголовную ответственность за подобные деяния. Так, в статье 7 гл. XXII устанавливалась ответственность за "мучителское надругательство". Статья 17 этой же главы гласила: "А будет кто с похвальбы, или с пьянства, или умыслом наскачет на лошади на чью жену, и лошадью ея стопчет и повалит, и тем ея обесчестит, или ея тем боем изувечит..."[7]. Однако в то время еще не существовало четкого определения общественного порядка, поэтому в подавляющем большинстве случаев деяния не дифференцировались в зависимости от умысла. Можно лишь весьма условно считать, что слова "с похвальбы, или с пьянства, или умыслом", по сути, свидетельствуют о наличии в действиях лица хулиганских побуждений, хотя в современной трактовке умысел - несколько иная категория, посредством которой определяется форма вины.

В документе, именуемом "Устав благочиния, или полицейский", который 8 апреля 1782 г. был утвержден Императрицей Екатериной II, содержался прямой запрет "учинить уголовныя преступления противу народной тишины" (ст.230), хотя в перечне деяний содержались и не имевшие непосредственного отношения к нарушению общественного порядка ("челобитье или прошение или донос скопом или заговором", "насильное завладение недвижимого имения", "разсевание лжи и клеветы")[8]. В части 4 ст.261 Устава более полно обозначены действия, которые подпадают под признаки хулиганства в его современном понимании: "Буде кто во время общенародной игры или забавы или феатрального представления, в том месте или близ зрителей во сто сажен, учинит кому обиду, или придирку, или брань, или драку, или вынет шпагу из ножен или употребит огнестрельное оружие, или кинет камень, или порох, или иное что подобное, чем кому причинить может рану или вред или убыток или опасение, того отдать под стражу и отослать к суду".

В период судебной реформы 1861-1864 гг. согласно ст.38 Устава о наказаниях "за ссоры, драки, кулачный бой или другого рода буйство в публичных местах и вообще за нарушение общественной тишины" виновные подвергались наказанию (правда, весьма незначительному - аресту на срок не свыше семи дней или денежному взысканию не свыше двадцати пяти рублей). В рамках этой же статьи наказание могло быть назначено и в случаях, когда "в нарушениях будет участвовать целая толпа людей, которая не разойдется по требованию полиции". Это деяние больше соответствует такому преступлению, как массовые беспорядки (ст.212 нынешнего УК РФ). Таким образом, классификации нарушений, которые сейчас именуются уголовно наказуемым хулиганством, в то время еще не было.

В Декрете СНК от 4 мая 1918 г. "О Революционных Трибуналах" указывалось, что наряду с контрреволюционными преступлениями трибуналы рассматривают также дела по борьбе с погромами, взяточничеством, подлогами, неправильным использованием советских документов и хулиганством. Конкретные признаки данного преступления в законодательстве того периода не определялись, однако, как это следует из смысла самого термина, речь шла о наиболее опасной форме деятельности скопища - применении насилия к личности, уничтожении и повреждении имущества и т. п. действиях. Установление особого порядка применения репрессий, а также особой подсудности дел об искомых преступлениях свидетельствовали о серьезной угрозе анализируемых деяний для основ общественной безопасности и государства.

«В отечественном уголовном законодательстве послереволюционного периода хулиганство было впервые выделено в качестве самостоятельного состава»[9]. Однако в Уголовном кодексе РСФСР 1922 года хулиганство помещалось в разд.5 "Иные посягательства на личность и ее достоинство". Этот раздел наряду с четырьмя предыдущими был объединен гл. V "Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности".

Хулиганство, согласно ст. 176 УК РСФСР 1922г. , определялось как озорные, бесцельные, сопряженные с явным проявлением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия и каралось принудительными работами или лишением свободы на срок до одного года.

В Уголовном кодексе РСФСР, утвержденном Верховным Советом РСФСР 27 октября 1960 г., который с многочисленными изменениями и дополнениями действовал вплоть до 1 января 1997 г., хулиганство было расположено в гл. десятой "Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения". Определялось оно как "умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу" (ч.1 ст.206 УК РСФСР). Злостным хулиганством признавались "те же действия, отличающиеся по своему содержанию особым цинизмом или особой дерзостью, либо связанные с сопротивлением представителю власти или представителю общественности, выполняющему обязанности по охране общественного порядка, или иным гражданам, пресекающим хулиганские действия, а равно совершенные лицом, ранее судимым за хулиганство" (ч.2 этой же статьи).

Итак, согласно ст. 74 УК РСФСР 1960г. хулиганство определялось как озорные, сопряженные с явным неуважением к обществу действия. При этом «…наказание, если оно совершалось в первый раз и до возбуждения уголовного преследования на совершившего указанные действия не было наложено административное взыскание, налагалось в виде лишения свободы на срок до трех месяцев»[10]. В ч. 2 этой статьи отмечалось, что если означенные действия заключались в буйстве или бесчинстве, или совершены повторно, или упорно не прекращались, несмотря на предупреждение органов, охраняющих общественный порядок, или же по своему содержанию отличались исключительным цинизмом или дерзостью, то наказание назначалось лишением свободы на срок до двух лет.

Редакция ст. 74 УК за этот период изменялась дважды. 10 мая 1935 г. санкция ч. 2 этой статьи была усилена до 5 лет лишения свободы, а 16 августа 1940 г. ч. 1 этой статьи была изложена в новой редакции: "Хулиганские действия на предприятиях, учреждениях и в общественных местах караются тюремным заключением сроком на один год, если эти действия по своему характеру не влекут за собой более тяжкого наказания".

«Несомненным достижением отечественной юридической мысли стало конструирование модифицированного состава хулиганства в Уголовном кодексе Российской Федерации от 13 июня 1996 г. (введен в действие с 1 января 1997 г.)»[11]. Состав хулиганства и в первоначальной, и в новой редакции находится в гл.24 "Преступления против общественной безопасности", которая расположена в разд. IX "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка".


ГЛАВА 2. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ХУЛИГАНСТВА 2.1 Понятие и уголовно-правовой анализ состава хулиганства

В соответствии с ч.1 с т. 213 УК РФ хулиганство есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное:

а) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;

б) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, -

По ч.2 с т. 213 УК данное преступление квалифицируется при наличии таких квалифицирующих признаков, как совершенное РФ хулиганства группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.

Объектом преступления являются общественные отношения, составляющие содержание общественного порядка. Общественный порядок предполагает наличие условий безопасности в публичных местах и обеспечение спокойствия неопределенно большого круга лиц. Под общественным порядком следует понимать сложившуюся в обществе на основе правовых, социальных норм, норм морали, нравственности и этики, норм общежития, обычаев и традиций систему общественных отношений, обеспечивающую правильное, соответствующее принятым в обществе устоям поведение каждого индивида в сфере публичных взаимоотношений, обеспечивающую нормальные условия жизни и деятельности граждан, функционирования институтов общества и государства[12].

Факультативный объект - отношения по обеспечению нормальной деятельности органов власти.

Составом хулиганства не охватывается причинение вреда иным объектам, поэтому, например, причинение вреда здоровью при совершении хулиганства требует дополнительной квалификации по статьям УК РФ, устанавливающим ответственность за преступления против личности.

Хулиганство продолжает оставаться опасным и распространенным правонарушением, посягающим на общественный порядок, спокойствие граждан, нередко приводящим к совершению других, более тяжких преступлений.

В УК РСФСР под хулиганством понимались умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу. Хулиганство признавалось злостным и влекло ответственность по ч. 2 ст. 206 УК РСФСР, если действия отличались по своему содержанию исключительным цинизмом или особой дерзостью, были связаны с сопротивлением представителю власти или общественности, иным гражданам, пресекавшим хулиганские действия, либо совершалось лицом, ранее судимым за хулиганство. Неоднозначно на практике и в теории понималось содержание таких дефиниций, как "грубое нарушение общественного порядка" "явное неуважение к обществу", "особая дерзость", "исключительный цинизм". С принятием УК РФ законодатель уточнил понятие хулиганства, дополнив его указанием на применение насилия к гражданам, угрозы его применения, уничтожение или повреждение чужого имущества. Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. радикально изменил признаки хулиганства. Это деяние стало признаваться уголовно наказуемым лишь в случае, когда оно сопряжено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

По действующему законодательству уголовно наказуемым хулиганством может быть признано только такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы[13].

При решении вопроса о наличии в действиях виновного грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства. Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц.

Уголовно наказуемое хулиганство следует отличать от мелкого хулиганства, являющегося административным правонарушением, ответственность за которое предусмотрена ст. 20.1 КоАП РФ. Под мелким хулиганством понимается нецензурная брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан.

Объективная сторона преступления выражается в грубом нарушении общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Грубым следует признать такое нарушение общественного порядка, которое влечет причинение существенного вреда (срыв общественных мероприятий, нарушение нормальной деятельности предприятий или организаций, нарушение спокойствия неопределенно большого круга лиц и т. п.), связано с издевательством или глумлением над личностью, является длительным и упорным, совершающимся несмотря на меры по прекращению действий. При решении вопроса о квалификации хулиганства надлежит устанавливать, в чем конкретно выражалось грубое нарушение общественного порядка, какие обстоятельства свидетельствовали о явном неуважении виновного к обществу. Эти обстоятельства должны быть отражены в приговоре.

Явность означает очевидность действий для других лиц, что осознается виновным. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.

В литературе высказывается мнение о том, что необходимым признаком явности является публичность действий хулигана. При этом понятие публичности трактуется различно, например: 1) как совершение хулиганства в общественных местах; в присутствии очевидцев; 2) возможность совершения действий в любом месте и в отсутствие очевидцев, но при условии грубого нарушения общепринятых стандартов общения между людьми. С нашей точки зрения, общественное место не является обязательным признаком состава хулиганства. Нельзя смешивать понятия "общественный порядок" и "порядок в общественном месте", так как общественный порядок должен поддерживаться и, соответственно, может быть нарушен не только в общественных местах, но и в иных[14].

Обязательным признаком хулиганства согласно действующей редакции с т. 213 УК РФ является применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. При отнесении предметов к оружию необходимо руководствоваться положениями Федерального закона "Об оружии". Рассмотрен вопрос об оружии и в разъяснениях, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 12 марта 2002 г. N 5 "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств".

Кроме того, в постановлении от 27 декабря 2002 г. N 29 Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" было указано, что "при квалификации действий виновного по пункту "г" части второй статьи 162 УК РФ (разбой с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия) судам следует в соответствии с Федеральным законом от 13 ноября 1996 года "Об оружии" и на основании экспертного заключения устанавливать, является ли примененный при нападении предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели. При наличии к тому оснований, предусмотренных Законом, действия такого лица должны дополнительно квалифицироваться по статье 222 УК РФ".

Рассмотрен вопрос о применении оружия и в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. N 45 "О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений".

При квалификации действий лица по п. "а" ч. 1 с т. 213 УК РФ следует при необходимости на основании заключения эксперта устанавливать, является ли примененный при хулиганстве предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели. При наличии к тому оснований действия лица, применившего при совершении хулиганства оружие, должны дополнительно квалифицироваться по ст. 222 УК РФ.

Под предметами, используемыми в качестве оружия при совершении хулиганства, понимаются любые материальные объекты, которыми исходя из их свойств можно причинить вред здоровью человека (например, перочинный или кухонный нож, бритва, ломик, дубинка, топор, ракетница и т. п.), а также предметы, предназначенные для временного поражения цели (например, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные слезоточивыми и раздражающими веществами), что, как отмечалось выше, не в полной мере соответствует Закону РФ "Об оружии".

Огнестрельное оружие - оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда;

- холодное оружие - оружие, предназначенное для поражения цели при помощи мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения;

- метательное оружие - оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение при помощи мускульной силы человека или механического устройства;

- пневматическое оружие - оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии сжатого, сжиженного или отвержденного газа;

- газовое оружие - оружие, предназначенное для временного поражения живой цели путем применения слезоточивых или раздражающих веществ.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 1 постановления от 12 марта 2002 г. "О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств" указывает, что к оружию следует относить и другие виды боевого огнестрельного оружия, находящиеся на вооружении в Вооруженных Силах РФ, других войсках, воинских формированиях и федеральных органах исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба и на которые действие Федерального закона "Об оружии" не распространяется.

К оружию не относятся изделия, сертифицированные в качестве изделий хозяйственно-бытового и производственного назначения, спортивные снаряды, конструктивно сходные с оружием.

Предметами, используемыми в качестве оружия, признаются любые предметы, в том числе хозяйственно-бытового назначения, применение которых способно причинить вред здоровью человека. Эти предметы могут быть как приготовлены виновным заранее, так и подобраны на месте совершения преступления (палки, камни, ремни, осколки стекла, хозяйственные ножи и т. д.).

В случаях, когда в процессе совершения хулиганства лицо использует животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, содеянное с учетом конкретных обстоятельств дела может быть квалифицировано по п. "а" ч. 1 с т. 213 УК РФ.

В п. 2 названного постановления по делам о хулиганстве Пленум Верховного Суда РФ указал, что под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, следует понимать умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Таким образом, в постановлении фактор применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия, соотносится с физическим или психическим насилием.

В этой связи можно сделать вывод о том, что применение означает использование оружия или предметов в процессе посягательства для фактического причинения вреда здоровью людей либо создания реальной угрозы причинения такого вреда с использованием при этом свойств, присущих определенному виду оружия. Если, например, виновный использует исправное огнестрельное оружие для нанесения ударов потерпевшему рукояткой пистолета, то такие действия при наличии других признаков хулиганства квалифицируются как совершенные с применением предметов, используемых в качестве оружия. Удар прикладом автомата в процессе хулиганских действий следует расценивать как применение оружия, поскольку приклад этого оружия расценивается как его поражающий элемент. Состав хулиганства отсутствует в случаях, когда оружие или предметы, используемые в качестве оружия, применялись для уничтожения или повреждения имущества и это не создавало опасности для жизни и здоровья граждан (например, производство выстрелов в птиц, по линиям электропередачи). В подобных случаях при наличии признака значительного ущерба действия виновного должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 167 УК РФ как умышленное повреждение имущества из хулиганских побуждений.

Демонстрация оружия также может свидетельствовать о психическом воздействии на потерпевшего, что согласно постановлению Пленума может расцениваться как применение оружия. Исходя из этого в п. 4 постановления включено положение о том, что применение в ходе совершения хулиганства незаряженного, неисправного, непригодного оружия (например, учебного) либо декоративного, сувенирного оружия, оружия-игрушки и т. п. также дает основание для квалификации содеянного по п. "а" ч. 1 с т. 213 УК РФ.

К числу составообразующих признаков хулиганства относится и мотивация поведения. Состав преступления образует хулиганство, совершенное по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы[15].

Состав преступления формальный. Преступление является оконченным с момента совершения хулиганских действий независимо от наступления общественно опасных последствий.

Субъективная сторона хулиганства характеризуется виной в виде прямого умысла.

Диспозиция статьи прямо не называет хулиганский мотив в качестве обязательного признака состава хулиганства, но именно он часто является единственным критерием, позволяющим отграничить хулиганство от смежных составов преступлений.

Хулиганский мотив - это мотив озорства, буйства, дерзости, стремление противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к телесной неприкосновенности, здоровью другого лица. Хулиганская мотивация поведения обусловлена в первую очередь желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение.

Следует отграничивать хулиганство, ответственность за которое предусмотрена с т. 213 УК РФ, от других преступлений, в том числе совершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий.

Под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом для правильного установления указанных побуждений в случае совершения виновным насильственных действий в ходе ссоры либо драки необходимо выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован для использования его в качестве повода к совершению противоправных действий. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений[16].

Причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести или совершение убийства по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы при отсутствии иных признаков преступления, предусмотренного с т. 213 УК РФ, следует квалифицировать по соответствующим статьям, частям и пунктам УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности (например, по п. "е" ч. 2 ст. 112 УК РФ).

С учетом того, что субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом, оскорбления, побои, причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести, совершенные в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т. п., при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 с т. 213 УК РФ, должны квалифицироваться по статьям Особенной части УК РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные из хулиганских побуждений и повлекшие причинение значительного ущерба, следует квалифицировать по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

В тех случаях, когда лицо, помимо умышленного уничтожения или повреждения имущества из хулиганских побуждений, совершает иные умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок, выражающие явное неуважение к обществу (например, с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия в отношении физического лица), содеянное им надлежит квалифицировать по ч. 2 ст. 167 УК РФ и соответствующей части с т. 213 УК РФ.

При решении вопроса о том, причинен ли потерпевшему значительный ущерб, судам следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, его материального положения[17].

Субъект преступления общий - вменяемое лицо, достигшее возраста шестнадцати лет.

В судебной практике верховного суда РФ встречаются случаи отмены решения нижестоящих судов по квалификации хулиганств по ч.1 с т. 213 УК РФ, Так Московский городской суд приговор по делу о хулиганстве изменен: действия осужденного переквалифицированы с ч. 1 с т. 213 УК РФ на ч. 1 ст. 116 УК РФ, так как произошедший конфликт ни следствием, ни органом следствия не расценен как хулиганство[18]. По этому делу приговором суда С. осужден за хулиганство, т. е. грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. Как указано в приговоре, преступление совершено при следующих обстоятельствах. 25 июля 2006 года примерно в 18 час. 00 мин. С., находясь рядом с входом в сберкассу по адресу: г. Москва, Рублевское шоссе, дом N 34, корп. 1, грубо нарушая общественный порядок, выражая явное неуважение к обществу, используя в качестве оружия палку-трость, пытался нанести удар по телу Г., но она закрылась от удара левой рукой, в результате ей было причинено телесное повреждение в виде ушибленной раны левого предплечья, которое не причинило вред здоровью. В обоснование вины в хулиганстве осужденного С. суд сослался в приговоре на показания потерпевшей Г., свидетелей З., Г. Д., заявление Г. о привлечении к уголовной ответственности С. за нанесение ей телесного повреждения; справку из больницы N 71 г. Москвы, где у Г. было обнаружено телесное повреждение в области левого предплечья, заключение судебно-медицинской экспертизы, из которого следует, что обнаруженный у Г. кровоподтек в области левого предплечья возник от ударного воздействия твердого тупого предмета, что не причинило вреда здоровью; рапорт сотрудника милиции Ш. от 31.08.2006 о том, что в ходе проверки по заявлению Г. было установлено, что телесное повреждение Г. нанес С. Осужденный С. виновным себя в совершении преступления не признал, пояснил, что в помещении сберкассы незнакомая ему ранее Г. кричала на него, когда он пытался вне очереди, как инвалид войны, оплатить квитанцию по квартплате, после оплаты квитанции он вышел на улицу, присел на ограду газона, стал убирать свои документы и деньги, к нему подошла женщина (он не уверен, что это была Г.), выхватила у него сумку, он упал, сам он никому ударов не наносил. Из показаний потерпевшей Г. следует, что ранее С. она не знала, в помещении сберкассы она сделала ему замечание в связи с тем, что он пытался оплатить квитанции вне очереди, он говорил, что является участником войны, поэтому его должны обслужить вне очереди, также он заявил, что сегодня ему придется идти домой без трости, поскольку сломает трость об нее, она говорила ему, что у нее всего одна квитанция, а у него - три квитанции, С. продолжал возмущаться, предъявил удостоверение на право обслуживания вне очереди, после оплаты своих квитанций он вышел на улицу, затем она Г. оплатила свою квитанцию, но из помещения сберкассы вышла не сразу, а когда вышла, то увидела, что С. стоит недалеко от сберкассы за кустами; увидев ее, он остался на месте, когда она проходила мимо него, он стал размахивать своей тростью; она - Г. попросила мужчин отобрать у С. трость, но ей никто не помог, затем она пыталась уйти, подняла левую руку, чтобы закрыть голову, С. попал тростью ей по руке и сразу ушел, а она зашла в сберкассу, рассказала кассиру о случившемся. Свидетель З. подтвердила, что во время ее работы в сберкассе между С. и Г. произошел конфликт, после замечания Г. по поводу того, что С. пытался оплатить квитанции по квартплате вне очереди как инвалид войны. С. высказал угрозу в адрес Г., после оплаты квитанции он вышел из помещения сберкассы, за ним вышла Г., но через 5 минут она вернулась, сказала, что ее на улице избивает тот мужчина - С. и спросила его данные; что происходило на улице, она - З., не видела. Суд, признав С. виновным в хулиганстве, в описательно-мотивировочной части приговора указал: "Суд, оценив в совокупности все доказательства, приходит к убеждению, что исследованных доказательств достаточно для квалификации действий подсудимого С.; его вина в том, что он совершил хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, подтверждена проверенными и исследованными доказательствами, которые признаны судом допустимыми и достоверными; квалифицирует действия С. по ст. 213 ч. 1 УК РФ". Между тем, по смыслу закона необходимыми элементами хулиганства является грубое нарушение общественного порядка и проявление явного неуважения к обществу. В данном случае в приговоре вывод суда о совершении С. хулиганства не мотивирован, не приведены обстоятельства, свидетельствующие о грубом нарушении С. общественного порядка и явном неуважении к обществу. Из приведенных в приговоре показаний самого С., потерпевшей Г., свидетеля З. следует, что в помещении сберкассы между С. и Г. произошел конфликт на почве личных неприязненных отношений в связи с попыткой С. оплатить вне очереди квитанции по квартплате. Эти действия ни следствием, ни органом следствия не расценены как хулиганство. Последующий конфликт, по показаниям Г., произошел на улице, где С. стоял за кустами, примерно через 5 минут, по показаниям З. Г. вернулась в сберкассу, а свидетель Г. Д., наблюдавшая за происходящим с балкона своей квартиры, не придала этому никакого значения. При таких обстоятельствах действия осужденного С. надлежит переквалифицировать со с т. 213 УК РФ на ст. 116 ч. 1 УК РФ. Потерпевшая Г. настаивала на привлечении С. к уголовной ответственности за содеянное. Наказание С. необходимо назначить в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ. С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, президиум Мос. гор. суда частично удовлетворил надзорную жалобу С.: Приговор Кунцевского районного суда Москвы от 26 декабря 2006 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 29 января 2007 года в отношении С. было изменено: - его действия со ст. 213 ч. 1 УК РФ были переквалифицированы на ст. 116 ч. 1 УК РФ с соответствующим изменением наказания (6 месяцев исправительных работ с удержанием ежемесячно 5% из заработка в доход государства)

2.2 Квалифицированное хулиганство (по ч.2 с т. 213 УК РФ)

Квалифицирующие признаки хулиганства предусмотрены ч. 2 с т. 213 УК РФ: хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка.

Хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее (до момента начала хулиганских действий) договорившиеся о совместном совершении преступления.

При квалификации действий виновного как хулиганства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, следует исходить из требований, предусмотренных ч. 2 ст. 35 УК РФ. При решении вопроса о квалификации таких действий по ч. 2 с т. 213 УК РФ необходимо иметь в виду, что предварительная договоренность должна быть достигнута не только о совершении совместных хулиганских действий, но и о применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо о совершении таких действий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы любым из соучастников. Для квалификации содеянного не имеет значения, всеми ли лицами, договорившимися о совершении такого преступления, применялись оружие или предметы, используемые в качестве оружия.

Совершение хулиганства группой лиц (различными видами групп) - новый квалифицирующий признак, о необходимости которого давно говорила юридическая общественность. На практике хулиганство довольно часто совершается компанией нетрезвых людей, как правило, без предварительного сговора, когда каждый соисполнитель совершает преступные действия исключительно в меру своего разумения, что не делает это преступление менее опасны.

При этом следует все же иметь в виду, что организатор группы, даже если он не принимал участия в конкретных действиях, будет отвечать за преступления, на которые он направил группу. Совершение кем-либо из членов группы действий, выходящих за пределы договоренности, является эксцессом исполнителя, и другие участники группы за эти действия уголовной ответственности не подлежат.

В случае если одно лицо в ходе совершения совместных противоправных действий при отсутствии предварительного сговора с другими участниками преступления применило оружие или предметы, используемые в качестве оружия, либо продолжило хулиганские действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, содеянное им при наличии к тому оснований подлежит квалификации по соответствующему пункту ч. 1 с т. 213 УК РФ (ст. 36 УК РФ).

Действия других участников, не связанных предварительным сговором и не применявших оружие или предметы, используемые в качестве оружия, а также не совершавших преступные действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, не образуют состава указанного преступления. При наличии к тому оснований такие действия могут быть квалифицированы как мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ).

В случае если лицо вовлекло несовершеннолетнего в совершение преступления, предусмотренного с т. 213 УК РФ, его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью ст. 213 и ч. 4 ст. 150 УК РФ (за вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу).

Хулиганство признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Как хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка (ч. 2 с т. 213 УК РФ), следует квалифицировать действия виновного в том случае, когда сопротивление оказано непосредственно во время совершения уголовно наказуемых хулиганских действий.

В тех случаях, когда сопротивление представителю власти оказано лицом после прекращения хулиганских действий, в частности в связи с последующим задержанием, его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 с т. 213 УК РФ и соответствующей статьей Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за совершенное преступление (например, по ст. 317 или 318 УК РФ).

Под сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка, следует понимать умышленные действия лица по преодолению законных действий указанных лиц, а также действий других граждан, пресекающих нарушение общественного порядка, например при задержании лица, совершающего хулиганство, его обезоруживании, удержании или воспрепятствовании иным способом продолжению хулиганских действий.

Хулиганские действия, связанные с сопротивлением представителю власти, в ходе которого применено насилие, как не опасное, так и опасное для жизни и здоровья, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 с т. 213 УК РФ и соответствующей частью ст. 318 УК РФ.

Если виновный при сопротивлении лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, умышленно причинил последнему тяжкий или средней тяжести вред здоровью либо совершил его убийство, то содеянное при наличии к тому оснований следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 с т. 213 УК РФ и соответственно п. "а" ч. 2 ст. 111, п. "б" ч. 2 ст. 112 или п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ, как совершение указанных преступлений в отношении лица в связи с осуществлением им служебной деятельности или выполнением общественного долга.

К лицам, исполняющим обязанности по охране общественного порядка, следует относить военнослужащих, лиц, осуществляющих частную детективную и охранную деятельность, привлекаемых к охране общественной безопасности и общественного порядка, должностных лиц органов местного самоуправления, которые по специальному полномочию органа местного самоуправления осуществляют функции по охране общественного порядка. Под иными лицами, пресекающими нарушение общественного порядка, понимаются лица, хотя и не наделенные какими-либо полномочиями, однако участвующие в пресекательных действиях по собственной инициативе.

Имея в виду, что состав преступления, предусмотренный с т. 213 УК РФ, не содержит такого признака объективной стороны преступления, как применение насилия (причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести), и с учетом того, что при хулиганстве умысел направлен на грубое нарушение общественного порядка, в случаях, когда в процессе совершения хулиганства потерпевшему, а также лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка либо пресекающему хулиганские действия, нанесены побои или причинен вред здоровью различной степени тяжести из хулиганских побуждений, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью с т. 213 УК РФ и частью (пунктом части) соответствующей статьи Особенной части УК РФ, предусматривающей ответственность за преступление против личности.

Субъект преступления, предусмотренного ч. 2 с т. 213 УК РФ, - вменяемое лицо, достигшее четырнадцати лет.

Частью 2 с т. 213 УК РФ установлена уголовная ответственность за хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка. Необходимо иметь в виду следующее: субъект должен обязательно сознавать, что оказывает сопротивление именно представителю власти или другому лицу, которое охраняет общественный порядок.

Представителем власти является любое должностное лицо, обладающее специальными полномочиями по охране общественного порядка, а к "иным лицам" относится любой человек, который хотя и не обладает полномочиями представителя власти, но в данный момент исполняет обязанности по охране общественного порядка. Однако уголовная ответственность по этому признаку может наступить и в тех случаях, когда указанные лица в момент пресечения хулиганских действий не исполняли обязанности по охране общественного поряд

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Уголовно-противоправная сущность хулиганства". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 513

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>