Дипломная работа на тему "Уголовная ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны"

ГлавнаяГосударство и право → Уголовная ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Уголовная ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны":


Оглавление

Введение

Глава I. Социально-правовая природа института необходимой обороны по законодательству Российской Федерации

§ 1. Социальная сущность и значение необходимой обороны в российском уголовном праве

§ 2. Проблемы социально-правовой оценки условий и пределов правомерности необходимой обороны

Выводы по I главе

Глава II. Уголовно-правовая характеристика убийства при превышении пределов необходимой обороны

§ 1. Особенности объек тивных признаков убийства при превышении пределов необходимой обороны

§ 2. Особенности субъек тивных признаков убийства при превышении пределов необходимой обороны

Выводы по II главе

Глава III. Актуальные вопросы уголовной ответственности за убийство при превышении пределов необходимой обороны

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых защищённых студентами дипломных проектов предлагает вам приобрести любые проекты по необходимой вам теме. Грамотное написание дипломных работ по индивидуальным требованиям в Казани и в других городах России.

§ 1. Соотношение необходимой обороны с иными обстоятельствами, исключающими преступность деяния

§ 2. Разграничение убийства при превышении пределов необходимой обороны со смежными составами преступлений

§ 3. Специальные вопросы квалификации убийства при превышении пределов необходимой обороны

Выводы по III главе

Заключение

Список источников и литературы

Введение

Актуальность темы. В современных условиях объективного сокращения социальных гарантий личности наиболее остро обозначилась проблема обеспечения безопасности человека, угрозы которой способны подорвать сложившиеся устои общества. Преступность как деструктивный фактор общественного развития также посягает на такой основополагающий объект правовой охраны, как безопасность жизни человека.

Однако государство не в состоянии обеспечить безопасность граждан только лишь силами правоохранительных органов. Сомнения населения в эффективности деятельности органов обеспечения правопорядка в условиях современной криминогенной ситуации в стране указывают на необходимость применения законных мер самозащиты, которые призваны сыграть важную роль в направлении противодействия преступности. Часть 2 ст. 45 Конституции РФ провозглашает, что «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом».

Право на необходимую оборону представляет собой не только общественно полезное и морально поощряемое явление, но и социально необходимую меру на современном этапе развития общества и государства. Это право призвано повышать социальную активность населения в борьбе с преступностью, способствовать охране общественного порядка и спокойствия. Однако необходимая оборона пресекает нарушения права таким специфическим способом отражения посягательств, как причинение вреда жизни, здоровью, имуществу нападающего, в связи с чем и находит свое оправданное отражение в нормах уголовного законодательства.

Поскольку действия в сфере реализации права на необходимую оборону связаны с причинением вреда и по внешним признакам напоминают преступные деяния, серьезную проблему в практической деятельности правоприменительных органов вызывает разграничение правомерного и преступного поведения лица, применившего меры самозащиты. В этой сфере возникают наиболее острые противоречия между интересами обороняющегося и уголовным законом. Уголовное законодательство, регламентируя основания реализации права на необходимую оборону, требует соблюдения целого ряда условий, относящихся к посягательству и защите, а определение возможного превышения пределов необходимой обороны основано на оценочных критериях и в итоге является прерогативой суда. Не существует определенных стандартов оборонительного поведения, поскольку требования, предъявляемые к действиям в состоянии необходимой обороны, до настоящего времени не урегулированы должным образом в уголовном законодательстве и вызывают дискуссии в уголовно-правовой доктрине, следственной и судебной практике.

Законодательное закрепление расширения реальных возможностей реализации права на необходимую оборону призвано выступить действенным средством противодействия преступности в современном обществе.

Совокупностью приведенных положений обусловлен выбор темы, ее актуальность, значимость и определены основные направления исследования института необходимой обороны и уголовной ответственности за превышение ее пределов.

Степень научной разработанности. Изучением научно-практических вопросов необходимой обороны и превышения ее пределов в разное время занимались многие отечественные и зарубежные исследователи. Среди ученых прошлых лет, исследовавших эту проблему, особо следует отметить А. Ф. Кони, Н. С. Таганцева, А. О. Кистяковского, А. В. Долопчева, Н. Д. Сергеевского, Г. С. Фельдштейна, И. В. Рейнгардта. Среди современных деятелей уголовно-правовой науки эта проблема наиболее глубоко изучалась Х. М. Ахметшиным, Ю. В. Баулиным, Ф. С. Бражником, Н. И. Коржанским, Н. Н. Паше-Озерским, В. Ф. Кириченко, И. И. Слуцким, И. С. Тишкевичем, В. И. Ткаченко, Т. Г. Шавгулидзе, Н. И. Загородниковым, И. Э. Звечаровским, Н. Д. Дурмановым, Ю. И. Ляпуновым, Ю. Н. Юшковым, М. И. Якубовичем и др.

Целью настоящей работы является решение задачи повышения эффективности уголовной ответственности за убийство при превышении пределов необходимой обороны, имеющей существенное значение для уголовного права; разработка и обоснование теоретических положений и научных рекомендаций по совершенствованию уголовного законодательства о необходимой обороне и практике его применения с учетом интересов личности обороняющегося как главного адресата уголовно-правовых норм о необходимой обороне.

Достижению указанной цели служат постановка и последующее решение комплекса следующих задач:

1.  Исследовать социально-правовое и юридическое значение необходимой обороны и показать ее объективное место в системе современных социально - правовых мер обеспечения безопасности человека.

2.  Провести системный анализ законодательства, регулирующего необходимую оборону и ответственность за превышение ее пределов, в целях выявления его недочетов и внутренних резервов.

3.  Научно систематизировать конститутивные признаки состава убийства при превышении пределов необходимой обороны с учетом новых законодательных положений о необходимой обороне и превышении ее пределов.

4.  Выработать рекомендации по правильной квалификации и назначению наказания за убийство при превышении пределов необходимой обороны.

5.  Разработать комплекс научно обоснованных положений по разграничению убийства при эксцессе обороны с деяниями, не образующими преступление, и со смежными составами преступлений.

6.  Обобщить практику применения ст. 37 и ч. 1 ст. 108 УК РФ, выявить ее основные тенденции, на основании чего предложить научный прогноз ее дальнейшего развития.

7.  Выработать рекомендации по совершенствованию правового регулирования института уголовной ответственности за убийство при превышении пределов необходимой обороны, предложения по совершенствованию уголовно-правовой регламентации права необходимой обороны и практики ее применения, а также по обеспечению эффективности реализации права на необходимую оборону.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в процессе применения уголовного законодательства о необходимой обороне и превышении ее пределов.

Предмет исследования составляют:

- действующее уголовное законодательство Российской Федерации как система уголовно-правовых норм, регулирующих институт необходимой обороны;

- практика реализации института необходимой обороны в правоприменительной деятельности следственных и судебных органов.-

Научная новизна исследования заключается в том, что работа выполнена на основе концепции безопасности человека, с учетом положений новой редакции ст. 37 УК РФ, регламентирующей институт необходимой обороны и превышения ее пределов и неразрывно связанных с данными новеллами признаков состава убийства при превышении пределов необходимой обороны.

Ввиду иной интерпретации в Общей части УК РФ понятия «превышение пределов необходимой обороны» сфера общественно опасных действий, образующих состав рассматриваемого вида убийства, по содержанию значительно сужена. Возможное превышение пределов необходимой обороны составляют лишь действия по защите правоохраняемых интересов от общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или других лиц.

Научная новизна работы также состоит в том, что в рамках представленного исследования со своеобразных авторских позиций обосновывается значение уголовно-правового института необходимой обороны как важного инструмента обеспечения физической и духовной безопасности человека в Российской Федерации.

При работе над дипломной работой обращено внимание на результаты современных исследований в области теории уголовного права.

Методологическую основу работы составляют общенаучный диалектический метод познания, философские, формально-логические методы: анализ, синтез, описание, сравнение, моделирование, а также социологический и другие приемы исследования.

Теоретическая значимость результатов исследования состоит в том, что комплексное изучение и освещение проблемы позволит, проанализировав существующее законодательство с учетом общих направлений уголовной политики, использовать полученные результаты для дальнейшей разработки проблемы. Результаты исследования станут обоснованием необходимости совершенствования нормативно-правовых актов, регулирующих общественные отношения в данной сфере.

Практическая значимость результатов исследования. Практическая значимость работы заключается в том, что полученные результаты могут быть использованы при совершенствовании уголовного законодательства, регулирующего ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, объединяющих семь параграфов, заключения, списка источников и литературы.


Глава I. Социально-правовая природа института необходимой обороны по законодательству Российской Федерации § 1. Социальная сущность и значение необходимой обороны в российском уголовном праве

Право на необходимую оборону по существу является ключевым при исследовании преступлений, совершенных при превышении пределов необходимой обороны, и выступает в качестве генеральной предпосылки таких деяний. Институт необходимой обороны как самостоятельная категория уголовного права непосредственно взаимосвязан с конструкцией состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, поскольку реализация права на необходимую оборону явно не соответствующими методами и средствами в качестве объективного признака входит в структуру объективной стороны исследуемого убийства. С учетом указанного обстоятельства целесообразно рассмотреть не только уголовно-правовой аспект необходимой обороны, но и выявить его подлинную социально-правовую природу, обусловившую отнесение законодателем данного преступления к разряду привилегированных.

Остро обозначившаяся в последние годы в Российской Федерации проблема охраны жизни человека в условиях несоблюдения социальных гарантий защиты прав и свобод вынуждает граждан к применению мер самозащиты, которая выступает своего рода панацеей личной неприкосновенности в современном обществе. Важнейшее значение необходимой обороны в данном аспекте состоит в том, что она представляет собой надежное и эффективное средство противодействия преступности и особенно такой в настоящее время наиболее распространенной ее форме, как корыстно-насильственная. По этому поводу уже более века назад Н. С. Таганцев обоснованно отмечал, что необходимая оборона является существенным дополнением охранительной деятельности государства, так как оно не в силах предвидеть и предотвратить каждое отдельное правонарушение, посягающее на личные блага человека. Обладание правом, писал он, заключается не только в пользовании им, но и в охране его силами правоносителя от возможных правонарушений[1].

Правовой институт необходимой обороны всегда привлекал и в настоящее время оправданно продолжает привлекать к себе особо пристальное внимание общественности, ученых и сотрудников правоохранительных органов. Данная правовая категория довольно глубоко и обстоятельно разработана в отечественной и зарубежной уголовно-правовых доктринах. Однако, проблема реализации гражданами права на необходимую оборону является неисчерпаемой ввиду своей особой социально-нравственной и государственно-правовой значимости. В свете действующего и продолжающего развиваться отечественного уголовного законодательства, она нуждается в основательном осмыслении и постоянной научной корректировке.

Ситуация необходимой обороны, в силу своей специфики, воплощает в себе дуализм интересов: обороняющегося, управомоченного законом на причинение вреда, и посягающего, которому на законном основании этот вред причиняется. А. В. Наумов по этому поводу обоснованно отмечает, что необходимая оборона - это не просто конфликт, а поле конкуренции правоохраняемых благ, принадлежащих, с одной стороны, посягающему, а с другой - иным обладателям права[2].

Право на защиту неотъемлемых благ личности, составляющее основное содержание необходимой обороны, предоставляется в первую очередь не юридическим законом, а самой природой. Это принадлежащее от рождения, неотчуждаемое право каждого свободного члена общества. Необходимая оборона основывается на инстинкте живых существ защищать себя от опасности. В ответ на возникшую угрозу жизни человек не только сознательно, но и подсознательно прилагает усилия, ей противодействующие. В основе нормы о необходимой обороне, таким образом, лежит идея естественного стремления человека к самозащите, самосохранению, выживанию. Право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств, обеспечивая физическую, нравственную и социальную неприкосновенность личности, является незыблемым субъективным правом человека, гарантирующим жизнь, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, защиту чести и достоинства, принадлежащей частной собственности, неприкосновенности жилища. Данное право, по своему происхождению, не создается и не устанавливается обществом и государством искусственно, а лишь им признается и законодательно оформляется, регламентируется, легитимизируется. Законодатель, закрепляя в уголовном законе право на необходимую оборону, в первую очередь должен исходить из естественной природы данного института. Как обоснованно отмечает И. Э. Звечаровский, только в том случае, когда регламентация института необходимой обороны будет полноценной в смысле ее подчиненности идее естественного права может идти речь о стимулировании социально-правовой активности граждан в деле защиты личных, государственных и общественных интересов. При отсутствии таких гарантий данный институт будет способствовать воздержанию от реализации права на необходимую оборону[3].

Объективным действиям лица в состоянии необходимой обороны в естественно-правовом аспекте не присущ и признак субъективный - виновность. Обороняющийся, противодействуя посягательству, имеет намерение причинить вред в качестве вынужденной меры, направленной исключительно на достижение общественно полезной цели защиты правоохраняемых благ.

Для достижения целей наиболее полной реализации безопасности человека необходимо, чтобы самооборона как естественно-ценностная и уголовно-правовая категория максимально соответствовала своему социальному предназначению, чтобы общество и государство реально, на деле обеспечивали интересы граждан при ее применении. Проблема обеспечения безопасности человека приобретает особую актуальность в свете реализации гарантий правовой защищенности и стимулирования гражданской активности личности в обществе.

Каждый может использовать свое право на защиту в состоянии необходимой обороны независимо от любых обстоятельств, но вправе также и уклониться от его осуществления. Впервые это право в качестве общей декларации получило нормативное закрепление Федеральным законом от 01.07.1994 г.[4] и позднее было регламентировано в УК РФ 1996 г. В ч. 3 ст. 37 УК РФ провозглашается право каждого на защиту своих прав и законных интересов, прав и законных интересов другого лица, общества и государства от общественно опасного посягательства независимо от возможности избежать посягательства либо обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Уголовный закон декларирует, что право на необходимую оборону принадлежит в равной степени всем лицам, независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения. Однако для определенных категорий граждан (сотрудников милиции, военнослужащих, сотрудников охранных структур) осуществление мер необходимой обороны, исходя из специальных законодательных актов[5], выступает в качестве публичной обязанности. Воздержание от осуществления акта необходимой обороны для указанных лиц признается, во-первых, нарушением закона; во-вторых, является уклонением от исполнения служебных обязанностей, что может представлять собой факт совершения преступления или проступка. Однако для перечисленных категорий граждан, в отношении которых противодействие преступным посягательствам входит в их служебную компетенцию, осуществление права на необходимую оборону должно расцениваться в первую очередь как реализация неотъемлемого права на защиту, а лишь затем рассматриваться как выполнение служебного долга. Поэтому их действия при пресечении посягательств путем причинения вреда нападающим посредством применения физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия должны, прежде всего, соответствовать положениям ст. 37 УК РФ, а лишь затем требованиям соответствующих федеральных законов. Регламентация порядка и условий применения мер и средств предотвращения посягательств в указанных специальных законах, должна носить инструктивный характер по отношению к уголовно-правовой норме о необходимой обороне. Установление в отношении указанных лиц каких-либо ограничений по поводу осуществления ими действий по предотвращению общественно опасных посягательств недопустимо, за исключением специально предусмотренных соответствующими нормативными актами случаев возникновения экстремальных ситуаций, вызванных спецификой рода их деятельности.

Являясь неотъемлемым правом человека, необходимая оборона в то же время не может быть безмерной. Поскольку субъект, создающий угрозу безопасности тоже личность, наделенная соответствующим правовым статусом, следовательно, необходимо установление четких, очевидных и объективных критериев правомерности и, соответственно, неправомерности необходимой обороны. Это право должно быть строго ограничено рамками закона. А. Ф. Кони по этому поводу еще более столетия назад обоснованно отмечал: «В силу стремления к самосохранению человек старается избежать опасности и принимает все меры к ее отвращению. Сознавая свое право на существование, человек ограждает это право от всякого чужого посягательства, от всякого неправа. Но, очевидно, что действия человека в этой сфере не могут быть безграничны, и ограничение их лежит уже в самом существовании общества, государства»[6].

В результате совершенного нападения между нападающим и обороняющимся возникают своеобразные правоотношения, в рамках которых формируются взаимные права и обязанности. Лицо, подвергшееся посягательству, не представляющему опасности для жизни, в целях его пресечения вправе причинить нападающему обусловленный обстановкой и опасностью посягательства вред, однако с соблюдением обязательного условия - не должно быть допущено превышения пределов необходимой обороны. Нападающий, в свою очередь, должен принять на себя причиняемый при правомерной необходимой обороне вред как закономерное правовое последствие своих общественно опасных действий, как справедливое воздаяние за совершенное посягательство. Правовое положение посягающего при этом является двойственным. С одной стороны, его права и интересы выходят из-под сферы защиты уголовного закона, объективным основанием для чего является совершенное им общественно опасное посягательство; с другой, жизнь и здоровье нападающего становятся объектом уголовно-правовой охраны в том случае, если обороняющийся выходит за рамки дозволенной законом защиты, в связи, с чем его оборонительные действия приобретают характер противоправных общественно опасных действий[7].

Расширяя пределы дозволенного в состоянии необходимой обороны, необходимо соблюдение принципа равенства и состязательности сторон. Законодатель с целью достижения социального компромисса вводит понятие превышения пределов необходимой обороны, ограничивая тем самым пределы реализации субъективного права на защиту, выход за которые превращает действия, обороняющегося в злоупотребление правом. Именно вопрос о границах допустимой защиты находится в центре внимания правовых научных исследований о праве на необходимую оборону. При этом суть проблемы при установлении превышения пределов необходимой обороны состоит в том, что жертва нападения, находясь в состоянии замешательства и душевного волнения в момент осуществления посягательства, руководствуясь чувством самосохранения, объективно не имеет возможности адекватно оценить величину угрожающей опасности, поскольку действительные намерения нападающего далеко не всегда очевидны. В результате происходящего столкновения обороняющийся, вынужденный в экстремальных условиях соотносить возможность и недопустимость тех или иных мер защиты, в состоянии отчаяния и растерянности, порой непроизвольно выходит за допустимые пределы защиты, вступая в противостояние с законом.

В праве вообще и в уголовном праве в частности механизм реализации социального явления приводится в действие благодаря закреплению его содержания в юридической форме. Значимые социальные категории начинают действовать и приобретают правовое значение только в том случае, если они отражены законодателем в позитивном законе. Предназначение нормативной формы состоит в наиболее полном выражении социального содержания того или иного явления. Поэтому предписания закона о необходимой обороне и превышении ее пределов для достижения наиболее полной реализации данного института в социальной практике должны быть максимально доступными для его понимания потенциальным субъектом обороны. Как справедливо отмечает В. Мельник, «степень доступности закона предопределяет полноценное знание уголовно-правовых норм, стимулирующих активное правомерное поведение в экстремальных жизненных ситуациях»[8]. Право на необходимую оборону, закрепленное соответствующим образом в совершенной законодательной форме, выступит действенным средством обеспечения безопасности личности в обществе и государстве.


§ 2. Проблемы социально-правовой оценки условий и пределов правомерности необходимой обороны

Необходимая оборона по своей сущности представляет собой единство двух взаимообусловленных элементов: нападения, причиняющего вред или создающего реальную угрозу его причинения, и акта защиты как естественной ответной меры предотвращения возникшей опасности. Объективная социально-правовая оценка условий и пределов правомерности необходимой обороны требует установления соответствия между данными составляющими. Проанализировать каждый из этих элементов можно лишь раскрыв их признаки, определяемые соответствующими условиями. Условия, характеризующие правомерность необходимой обороны, недостаточно четко регламентированы в действующем уголовном законодательстве, а более конкретно определяются лишь в уголовно-правовой доктрине и судебной практике, что существенно усложняет оценку правомерности оборонительных действий. В частности, в теории уголовного права условия правомерности необходимой обороны принято подразделять на две группы: условия, относящиеся к посягательству, определяющие возникновение состояния необходимой обороны, и условия, относящиеся к акту защиты, характеризующие правомерность действий по защите нарушенного блага. Следует отметить, что проблема определения условий правомерности необходимой обороны признается одной из наиболее сложных и дискуссионных в науке уголовного права и судебной практике. Однако, несмотря на разнообразие разрабатываемых учеными подходов относительно классификации условий правомерности необходимой обороны, принципиальных теоретических различий между ними не имеется. Смысловое значение предлагаемых концепций, по существу, идентично[9].

К условиям правомерности необходимой обороны, характеризующим посягательство уголовно-правовая наука традиционно относит: 1) общественную опасность; 2) наличность; и 3) действительность. В качестве условий правомерности необходимой обороны, относящихся к акту защиты в уголовно-правовой литературе указываются: 1) возможность защиты личности и прав обороняющегося, других лиц, охраняемых законом интересов общества и государства; 2) причинение вреда интересам нападающего; 3) отсутствие превышения пределов необходимой обороны.

Оценивая условия правомерности необходимой обороны, мы считаем наиболее приемлемым данный признанный традиционным в теории российского уголовного права подход к определению признаков правомерности необходимой обороны. Этот критерий определения условий правомерности необходимой обороны представляется приоритетным, поскольку из содержания уголовно-правовой нормы ст. 37 УК РФ следует, что необходимая оборона может быть признана правомерной при соблюдении определенных условий, относящихся к посягательству и характеризующих действия по защите. Целесообразно выделить каждое из условий правомерности необходимой обороны, относящихся к посягательству и защите и провести их последовательный анализ, подробно остановившись на наиболее дискуссионных вопросах.

1. Условия правомерности необходимой обороны, относящиеся к посягательству.

Важнейшим условием правомерности необходимой обороны, относящимся к посягательству, является общественная опасность.

Как известно, общественная опасность присуща различным видам правонарушений. Последние же по характеру и степени общественной опасности подразделяются на две категории: проступки и преступления.

Вопрос о возможности применения права необходимой обороны против административных проступков в уголовно-правовой науке вызывает дискуссии. Одни ученые допускают такую возможность[10], другие категорично ее отвергают, мотивируя свою позицию незначительной степенью общественной опасности последних[11]. Данный вопрос нашел свое разрешение в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 № 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств», в котором в частности говорится, что под общественно опасным посягательством, создающим право на необходимую оборону, следует понимать деяние, предусмотренное Особенной частью уголовного закона[12]. Таким образом, необходимая оборона в уголовном праве допускается высшим судебным органом лишь против деяний, обладающих признаками преступления. Кроме того, право на необходимую оборону против административных правонарушений законодатель, как уже отмечалось, не регламентировал и в действующем КоАП РФ. Преступления в сравнении с другими правонарушениями причиняют более тяжкий вред личности, обществу и государству, поскольку посягают на приоритетные ценности - личность и права граждан, собственность, основы государственного и общественного строя, внешнюю безопасность и другие важнейшие охраняемые правом объекты. Поэтому право необходимой обороны в полной мере применимо в отношении преступлений, в силу того, что они в наибольшей степени создают угрозу для безопасной жизни человека в обществе.

Отождествление в литературе таких понятий, как «нападение» и «посягательство», формирует ошибочное представление о допустимости необходимой обороны лишь в отношении посягательств, совершаемых в форме нападения. Поэтому в рамках рассмотрения данного признака правомерности необходимой обороны целесообразно провести сопоставление этих понятий. В уголовно-правовой науке высказываются различные мнения на этот счет. Е. И. Бахтеева предлагает под общественно опасным посягательством, создающим право на необходимую оборону, понимать только нападение, как наиболее распространенную его форму[13]. Обоснованность приведенной позиции вызывает сомнение. Исследование материалов следственно-судебной практики свидетельствует, что, действительно, основная масса посягательств, порождающих право на защиту, осуществляется посредством нападения. Под нападением, как указано в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.01.1997 № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм»[14], следует понимать действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создания реальной угрозы его применения[15]. Вместе с тем на практике имеют место насильственные посягательства, совершаемые без признаков нападения (например, насильственное удержание заложника и т. д.), применение права необходимой обороны, против которых обусловлено их значительной степенью общественной опасности.

По нашему мнению, необходимая оборона против бездействия не применима. В словаре русского языка посягательство определяется как попытка (незаконная или осуждаемая) сделать что-нибудь[16]. Исходя из приведенного толкования посягательством, создающим право на необходимую оборону, является лишь действие, то есть активное поведение посягающего. Бездействие, состоящее в невыполнении правовой обязанности, само по себе не причиняет вреда, а лишь его не предотвращает или ему потворствует. Необходимая оборона, как известно, выражается в причинении вреда, с тем, чтобы предотвратить или пресечь начавшееся посягательство. Нанесение посягающему вреда выступает здесь как средство предотвращения или пресечения посягательства. Причинение же вреда бездействующему объективно не может выступать в таком качестве. Вместе с тем в данном случае допустима ситуация, когда бездействующему лицу причиняется вред для того, чтобы понудить его отвратить опасность. Однако такие действия не соответствуют признакам необходимой обороны и при определенных обстоятельствах могут охватываться правилами такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как крайняя необходимость.

Относительно данной проблемы Н. С. Таганцев в свое время писал, что только в том случае, когда собака натравливается человеком, может идти речь о необходимой обороне, поскольку нападающим на самом деле выступает хозяин собаки, а собака лишь орудием нападения[17]. С. В. Познышев придерживался позиции, что необходимая оборона допустима во всех случаях защиты от животных, принадлежащих кому-либо, вне зависимости от того, было ли оно натравлено кем-либо или напало самостоятельно[18].

По поводу защиты от нападений животных Н. Н. Паше-Озерский рассматривает 3 возможных случая: а) животное используется его собственником в качестве орудия посягательства; б) животное используется в качестве такого же орудия другим лицом; в) животное, принадлежащее кому-либо, нападает без влияния человека. По мнению ученого, причинение собаке смерти или увечья, только в том случае следует рассматривать по правилам о необходимой обороне, когда животное использовалось его собственником в качестве орудия посягательства[19]. Данное мнение разделяют многие современные криминалисты[20].

По нашему мнению, применение мер необходимой обороны в отношении лиц, натравливающих животных, вполне оправдываемо, поскольку в такой ситуации животное сознательно используется человеком как средство достижения преступной цели.

Вторым необходимым условием возникновения состояния необходимой обороны в российском уголовном праве признается наличность общественно опасного посягательства. На данное условие не имеется прямого указания в уголовном законе, однако оно закономерно вытекает из сущности необходимой обороны, поскольку причинение вреда нападающему может быть признано правомерным лишь при наличии посягательства, которое определяется начальным и конечным моментами.

Начальный момент посягательства, создающий право на необходимую оборону, определен в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16.08.1984 г., «Состояние необходимой обороны возникает не только в самый момент общественно опасного посягательства, но и при наличии его реальной угрозы»[21]. Большинство теоретиков отечественного уголовного права, разделяя приведенное в указанном постановлении определение начального момента посягательства, утверждают, что необходимая оборона допустима лишь против такого посягательства, которое уже начало осуществляться или угроза совершения которого непосредственно возникла[22].

Моментом окончания состояния необходимой обороны признается момент фактического окончания посягательства. Теория уголовного права признает, что посягательство может быть окончено вследствие наступления следующих обстоятельств: а) добровольного его прекращения; б) отражения посягательства защищающимся; в) вмешательства третьих лиц; г) достижения посягающим цели нападения.

Третьим условием правомерности необходимой обороны, относящимся к общественно опасному посягательству, признается его действительность.

Состояние необходимой обороны возникает лишь при наличии реально угрожающего общественно опасного посягательства. Если же лицо причиняет вред, защищаясь от воображаемого, объективно не существующего в действительности нападения, то такого рода случаи в уголовно-правовой доктрине и судебной практике именуются мнимой обороной.

Таким образом, на основе изложенного можно заключить, что под общественно опасным посягательством, указанным в ст. 37 УК РФ в качестве основания для применения необходимой обороны, следует понимать общественно опасное деяние нападающего, причиняющее существенный физический или имущественный вред или создающее реальную и непосредственную угрозу причинения такого вреда объектам уголовно-правовой охраны, предотвращение которого возможно путем физического воздействия на посягающего. При этом по правилам о необходимой обороне также следует рассматривать действия, в силу добросовестного заблуждения принятые лицом, применившим средства защиты, за акт общественно опасного поведения.

2. В качестве условий правомерности необходимой обороны, относящихся к акту защиты теория уголовного права признает:

1) возможность применения мер защиты в отношении личности и прав обороняющегося, других лиц, охраняемых законом интересов общества и государства (ч. 1 ст. 37 УК РФ);

2) причинение вреда интересам нападающего, а не третьим лицам;

3) недопустимость превышения пределов необходимой обороны.

Данной классификации придерживается большинство ученых, и она является общепризнанной в уголовно-правовой науке[23]. Приведенный перечень условий, характеризующих акт защиты, объективно вытекает из законодательного определения необходимой обороны и представляется, по нашему мнению, исчерпывающим.

Исходя из положений уголовного закона, необходимая оборона применима в отношении посягательств на личность и права обороняющегося, других лиц, охраняемые законом интересы общества и государства. Следует обратить внимание на существенное смещение акцентов в приоритете социальной ценности прав и законных интересов, защищаемых посредством акта необходимой обороны. В соответствии со шкалой социальных ценностей и исходя из положений Конституции РФ они впервые в истории отечественного уголовного законодательства в ст. 13 УК РСФСР (в редакции Федерального закона РФ от 01.07.1994 «О внесении изменений и дополнений в Уголовный Кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР»), а затем и в ст. 37 УК РФ ранжированы как права и интересы: личности - общества - государства.

Вместе с тем исходя из ч. 1 ст. 37 УК РФ в качестве объектов необходимой обороны могут выступать все без исключения блага, защищаемые уголовным законом. Изучение материалов следственной и судебной практики свидетельствует, что оборонительные действия предпринимаются гражданами для защиты сравнительно небольшого круга охраняемых объектов (как правило, жизни, здоровья и имущества). Данное явление объясняется тем, что посягательства на некоторые из объектов (например, на основы конституционного строя, внешнюю безопасность государства и другие объекты государственно-правовой охраны), встречаются не часто, а также тем, что надобность в активной защите от многих преступных посягательств путем реального причинения вреда практически не возникает ввиду их особого характера.

Вторым условием правомерности необходимой обороны, относящимся к защите, признается причинение вреда интересам нападающего, а не третьим лицам.

При необходимой обороне правомерным признается вред, причиняемый непосредственному источнику опасности, а не третьему лицу. Однако в ситуации необходимой обороны могут иметь место случаи причинения вреда третьим лицам вследствие отклонения действия. При таких обстоятельствах необходимо установление вины обороняющегося по отношению к деянию и наступившим последствиям применительно и к посягающему, и к третьему лицу, пострадавшему в результате применения необходимой обороны. При причинении вреда третьему лицу в случае отклонения действия, содеянное, в зависимости от конкретных обстоятельств дела и формы вины обороняющегося, может быть квалифицировано либо как умышленное или неосторожное преступление, либо как невиновное причинение вреда.

Защита при необходимой обороне может выражаться в различных способах причинения вреда посягающему: в причинении имущественного ущерба (в уничтожении, повреждении, отбирании имущества, с использованием которого происходит преступное посягательство), в лишении свободы, в форме различного рода насильственных действий, в нанесении телесных повреждений различной степени тяжести и, наконец, в лишении жизни, если угроза со стороны посягающего была реально опасной для жизни лица, подвергшегося нападению. Одним словом, формы реализации необходимой обороны могут быть самыми различными.

Право на осуществление активной защиты против общественно опасных посягательств получило четкую законодательную регламентацию в УК РФ 1996 г. В частности, в ч. 3 ст. 37 УК РФ говорится, что право на необходимую оборону принадлежит лицу независимо от возможности избежать посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти. Данная новелла, внесенная в действующее уголовное законодательство отмеченным выше Федеральным законом от 01.07.1994 г., является важным позитивным моментом в обеспечении права граждан на активную защиту.

Для правомерности необходимой обороны не требуется, чтобы защита путем причинения вреда нападающему была единственно возможным способом предотвращения посягательства. Признание оборонительных действий неправомерными на том основании, что обороняющийся мог убежать от нападающего, позвать на помощь сотрудников милиции или представителей других органов власти, а также граждан, но не воспользовался этой возможностью, противоречило бы целям, которыми руководствовался законодатель, предоставляя гражданам право на необходимую оборону, о чем, в частности, указал Пленум Верховного Суда РФ по конкретному уголовному делу[24]. В Постановлении Пленума Верховного Суда СССР № 14 подтверждается изложенное[25].

Поскольку право на необходимую оборону признается законом не только за потерпевшим, но и за любым лицом, оказавшимся очевидцем такого посягательства, характер и пределы необходимой обороны не зависят от того, кем конкретно она предпринимается. Для осуществления акта необходимой обороны от нападения на другое лицо не требуется устанавливать согласие подвергшегося нападению на такую защиту его третьими лицами. Необходимая оборона со стороны третьих лиц, то есть очевидцев посягательства, не имеет каких-либо ограничений, независимо от того, является ли она оказанием помощи потерпевшему или имеет характер самостоятельных действий, направленных на отражение посягательства.

Третье условие правомерности необходимой обороны, относящееся к акту защиты, предполагает, что защита не должна превышать пределов необходимости. Формулировка ч. 1 ст. 37 УК РФ в редакции Федерального закона «О внесении изменения в ст. 37 УК РФ»[26] воплотила в себе результат многолетних дискуссий в уголовно-правовой доктрине и судебной практике. В законодательной формуле ч. 1 ст. 37 УК РФ вновь декларируется возможность причинения любого вреда посягающему, если нападение с его стороны было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. По смыслу новой редакции ст. 37 УК РФ при необходимой обороне от общественно опасного посягательства, сопряженного с применением насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, правомерно причинение любого ответного вреда нападающему, в том числе лишение его жизни.

Выводы по главе

Следует констатировать, что в ст. 37 УК РФ отсутствует четкая регламентация, против каких конкретно посягательств допустимо причинение того или иного вреда нападающему и в чем он может быть выражен; какими признаками должна обладать защита, не выходящая за пределы правомерности, предпринимаемая против того или иного противоправного деяния. Положения закона о правомерности причинения любого вреда нападающему при защите от посягательства, сопряженного с применением насилия, опасного для жизни, и о том, что действия по предотвращению нападения, не сопряженного с применением такого насилия, не должны быть явно не соответствующими характеру и опасности посягательства, в ст. 37 УК РФ (в редакции Федерального закона от 14.03.2002) носят оценочный характер. В этой связи создаются дополнительные предпосылки для субъективной оценки действий обороняющегося. Уголовно-правовая норма ст. 37 УК РФ в действующей редакции в сущности, дублирует уже ранее известную нормативную конструкцию ст. 13 УК РСФСР, которая сориентировала судебную практику на требование о полном соответствии обороны нападению, что в корне противоречит духу самой нормы о необходимой обороне. В силу изменения редакции ст. 37 УК РФ, как следствие, возник целый ряд теоретических и практических проблем применения нормы ч. 1 ст. 108 УК РФ, предусматривающей ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны, составляющей предмет настоящего исследования.

Исходя из социально-правовой оценки условий правомерности необходимой обороны следует констатировать, что реализация данного права связана с обязательностью соблюдения целого ряда условий ее правомерности. Указанные условия правомерной необходимой обороны широко разработаны лишь в науке уголовного права и судебной практике, но недостаточно четко регламентированы в действующем уголовном законодательстве, что существенно ограничивает возможности реализации данного института.


Глава II. Уголовно-правовая характеристика убийства при превышении пределов необходимой обороны § 1. Особенности объек тивных признаков убийства при превышении пределов необходимой обороны

В УК РФ убийство при превышении пределов необходимой обороны отнесено к главе ХVI, предусматривающей ответственность за преступления против жизни и здоровья (раздел VII «Преступления против личности»). Исходя из данной законодательной конструкции родовой объект рассматриваемой группы преступлений составляют общественные отношения, в рамках которых реализуется личность как субъект социальной взаимосвязи и совокупность важнейших интересов и неотъемлемых благ (жизни, здоровья, личной неприкосновенности и т. п.) в качестве участника правоотношений со свойственными ему социальными, биологическими и психологическими признаками.

Видовым объектом убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, выступает жизнь человека. Жизнь человека в данном случае рассматривается не только как биологический процесс, а как целостная социальная категория, поскольку он является членом общества и непосредственным участником общественных отношений. Поэтому ошибочной представляется позиция ученых, выступающих за рассмотрение в качестве видового объекта не категории «жизнь человека», а более узкого понятия «человек», включающего в себя человеческую жизнь лишь в биологическом понимании[27]. Жизнь человека неотделима от общественных отношений, поскольку объектом преступного посягательства при убийстве, как обоснованно отмечает С. В. Бородин, является и жизнь человека в биологическом аспекте, и нарушенные общественные отношения, в качестве субъекта которых он выступал[28], то есть объектом убийства по праву является человек как носитель и звено единой, неразрывной социальной взаимосвязи.

Начало жизни человека в уголовно-правовом аспекте принято определять с момента начала физиологических родов[29]. Данный вопрос в отечественном законодательстве до настоящего времени не получил нормативного урегулирования. Применительно к убийству, совершенному при превышении пределов необходимой обороны, представляет особую актуальность установление момента окончания жизни человека. Данный вопрос, как известно, входит в компетенцию медицинской науки. Вместе с тем признание человека умершим - факт важный не только в медицинском, но и в юридическом отношении, поскольку с указанным моментом связаны важные юридические последствия. Определение момента, с которого человека следует считать умершим, на практике представляет большую важность для квалификации преступлений против жизни в плане разграничения стадии покушения и оконченного преступного деяния. Нормативной основой для решения рассматриваемого вопроса является Закон РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека». Статья 9 (раздел II «Изъятие органов и (или) тканей у трупа для трансплантации» регламентирует, что заключение о смерти дается на основании констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерти мозга), установленной в соответствии с процедурой, утвержденной Министерством здравоохранения Российской Федерации. Детализация положений ст. 9 закона дается в ст. 46 «Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан»[30], которая в свою очередь направляет к инструкции Минздрава России «По констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга»[31]. Законодательство в области медицины связывает понятие «смерть человека» с необратимостью прекращения функционирования мозга, независимо от состояния других тканей, органов и систем организма. Прекращение функции мозга означает необратимую гибель человеческого организма. С этого момента возникают все правовые последствия, связанные со смертью индивида.

В отличие от других преступлений против жизни непосредственным объектом анализируемого преступления является жизнь не всякого человека, а лишь того, кто посягнул на охраняемые законом права и интересы других людей. При этом уголовный закон охраняет личность посягающего только в том случае, если обороняющимся допущено преступное превышение пределов необходимой обороны, выразившееся в лишении жизни или причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего. В свете положений действующей редакции ст. 37 УК РФ в качестве объекта уголовно наказуемого превышения пределов необходимой обороны могут выступать лишь жизнь и здоровье посягающего, нападение, со стороны которого не сопровождалось применением насилия, представляющего опасность для жизни обороняющегося или других лиц. Исходя из положений современного уголовного законодательства жизнь и здоровье нападающего, осуществляющего посягательство, представляющее реальную опасность для жизни, выводятся из-под сферы охраны уголовного закона.

Объективная сторона исследуемого состава содержит три обязательных признака: деяние, общественно опасное последствие и наличие причинной связи между ними. Таким образом, объективная сторона убийства, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, характеризуется следующими признаками:

1.  общественно опасное деяние обороняющегося;

2.  общественно опасное последствие в виде смерти нападающего;

3.  причинная связь между действиями обороняющегося и наступившим общественно опасным последствием.

Исходя из действующей редакции ч. 2 ст. 37 УК РФ уголовно-наказуемое превышение пределов необходимой обороны представляет собой предотвращение посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или других лиц, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, осуществленное при явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства. На первый взгляд, складывается впечатление, что уголовный закон наделяет лицо, обороняющееся против посягательства, опасного для жизни, правовыми основаниями для «беспредельной», не ограниченной какими-либо рамками обороны. В действительности же дело обстоит иначе. Действующая редакция ст. 37 УК РФ породила новые оценочные признаки, добавив их к ранее существовавшим. На самом деле обороняющемуся сложно определить, является ли посягательство действительно опасным для жизни и причинение какого вреда допустимо при защите от него. Опасность для жизни, исходя из совершаемого нападения, может быть как явной и очевидной для обороняющегося, так может носить и скрытый, завуалированный характер. То есть факт нападения и его сопряженность с применением физического насилия, опасного для жизни, нередко не осознается лицом, подвергшимся нападению. Общественно опасное посягательство в таких ситуациях может быть незаметным для потерпевшего (выстрел из укрытия, неожиданный удар в спину, введение в организм опасных для жизни веществ и т. п.). Непосредственность угрозы применения насилия, опасного для жизни, также принадлежит к числу нормативно не определенных, оценочных признаков. Исходя из уголовно-правовых и судебно-медицинских критериев непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни, имеющая юридическое значение, должна отвечать требованиям наличности, реальности и действительности. Такая угроза должна быть выраженной в очевидной форме и субъективно восприниматься обороняющимся как реально существующая, создавать твердое убеждение в том, что она будет немедленно реализована, если посягающий встретит какое-либо противодействие в свой адрес.

Анализируя насилие, опасное для жизни, следует обратиться к Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»[32]. Под насилием, опасным для жизни, согласно данному разъяснению высшего судебного органа следует понимать насилие, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего либо не повлекшее никаких последствий, но в момент его применения создавшее реальную опасность для жизни (например, сбрасывание с высоты, выталкивание из движущегося транспортного средства, попытка удушения и т. д.). Для того чтобы сделать обоснованный вывод относительно характера применяемого насилия и степени тяжести причиненного вреда, необходимо проведение судебно-медицинской экспертизы. Порядок судебно-медицинского определения тяжести вреда здоровью регламентируется «Правилами судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью» (Приложение № 2 к Приказу Министра здравоохранения от 10.12.1996 № 407)[33]. В пунктах 31.1, 31.2 указанных Правил опасными для жизни признаются повреждения, которые по своему характеру создают угрозу для жизни потерпевшего и могут привести к смерти, и повреждения, вызвавшие развитие угрожающего для жизни состояния, возникновение которого не имеет случайного характера. Виды тяжкого вреда здоровью также нормативно определены в ст. 111 УК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 111 УК РФ реально опасными для жизни признаются: повреждения, опасные для потерпевшего в момент нанесения или при обычном их течении заканчивающиеся смертью, то есть такого рода нарушения функций организма, которые не могут быть устранены без проведения специального комплекса медицинских мер по восстановлению его жизнедеятельности. Определяющим положением «опасности для жизни» при этом, является наличие реальной опасности наступления смертельного исхода как закономерно обусловленного последствия. Таким образом, уголовно-правовое значение в плане допустимости неограниченной обороны в соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ имеет только непосредственная угроза лишения жизни или причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни в момент нанесения. Вопрос о правомерности необходимой обороны против посягательств, сопряженных с причинением тяжкого вреда здоровью, не представляющего опасности для жизни, согласно действующему уголовному закону должен решаться исходя из требования соразмерности посягательства и защитных действий, то есть установления соответствия между качественными и количественными критериями причиненного и предотвращенного вреда, о котором говорится в ч. 2 ст. 37 УК РФ.

Кроме альтернативного перечня видов причинения тяжкого вреда здоровью к насилию, опасному для жизни, согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 г. № 29 отнесено также введение в организм потерпевшего опасных для жизни и здоровья сильнодействующих, ядовитых, снотворных или других одурманивающих веществ с целью приведения его в беспомощное состояние[34]. При оценке характера и степени тяжести применяемого насилия подлежат учету не только последствия в виде причинения вреда здоровью, но и интенсивность, продолжительность, способ применения насилия, а также орудия, используемые посягающим. Надо признать, что сам факт «орудия нападения» также далеко не однозначен. Применение нападающим предметов, отнесенных Федеральным Законом РФ от 13.12.1996 «Об оружии»[35] к холодному или огнестрельному оружию, свидетельствует о наличии непосредственной угрозы применения насилия, опасного для жизни и не подвергается сомнению. В действительности же вред, реально опасный для жизни, может быть причинен посредством применения множества и других предметов, используемых человеком в быту, в повседневной жизни. В руководящих разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ по этому поводу обоснованно отмечается, что под предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать неограниченный круг предметов, с помощью которых может быть причинен вред, опасный для жизни и здоровья[36].

Некоторые ученые придерживаются позиции, что при нарушении границ необходимой обороны во времени состояние необходимой обороны отсутствует вследствие отсутствия нападения[37]. Согласно данной концепции убийство, совершенное в условиях, когда непосредственной угрозы посягательства еще не было или посягательство уже закончилось, не должно ни при каких обстоятельствах квалифицироваться по ч. 1 ст. 108 УК РФ. Вместе с тем ряд авторов допускают возможность превышения пределов необходимой обороны, как при запоздалой, так и при преждевременной защите[38].

Обоснованной, на наш взгляд, следует признать позицию ученых, которые отвергая допустимость признания превышения пределов необходимой обороны при преждевременной защите, в то же время не исключают такой возможности в отношении запоздалой обороны[39].

Исходя из сущности необходимой обороны алгоритм установления превышения ее пределов может быть сведен к следующим ключевым этапам исследования:

1. Установление наличия состояния необходимой обороны;

2. Определение характера применяемого насилия на предмет установления возможного превышения пределов необходимой обороны (если посягательство сопряжено с насилием, опасным для жизни - вопрос о возможном превышении пределов необходимой обороны отпадает);

Последующие этапы исследования подлежат анализу лишь применительно к посягательству, не сопряженному с насилием, опасным для жизни:

3.  Установление тяжести фактически причиненного нападающему вреда;

4.  Определение тяжести вреда, предотвращенного актом необходимой обороны;

5.  Оценка соответствия между причиненным и предотвращенным вредом.

Т. В. Кондрашова превышение пределов необходимой обороны определяет как несоразмерность характера и интенсивности защиты характеру и интенсивности нападения[40].

В. И. Ткаченко и П. Г. Пономарев наряду с несоответствием интенсивности защиты и посягательства дополнительно указывают еще на два признака: несоответствие средств защиты и нападения, а также несоответствие мер защиты и нападения[41].

При раскрытии обстоятельств, характеризующих чрезмерную оборону, Х. Кадари вообще отвергает признак интенсивности защиты и нападения, заменяя его следующим критерием: причиненный обороняющимся вред не должен резко превышать угрожающего вреда[42].

Л. Андреева, придерживаясь сходной позиции, указывают на два признака, характеризующих, по их мнению, превышение пределов необходимой обороны: 1) несоразмерность в интенсивности, определяемая совокупностью конкретных обстоятельств и выразившаяся в том, что имелась возможность защищаться более мягкими способами; 2) резкая диспропорция между значимостью защищаемого блага и тяжестью причиненного вреда[43].

С. В. Бородин утверждает, что решение вопроса о правомерности вреда, причиненного нападающему, лицом, осуществившим оборону, зависит от характера защищаемого интереса, интенсивности и соразмерности средств защиты и нападения[44].

Вторым признаком объективной стороны убийства при превышении пределов необходимой обороны является общественно опасное последствие - смерть посягающего. Поскольку данное последствие предусмотрено в диспозиции ч. 1 ст. 108 УК РФ, оконченным это преступление признается лишь в случае наступления смерти нападающего, ввиду того что данный состав по своей конструкции является материальным. При ненаступлении указанного последствия действия виновного, совершенные с прямым умыслом по отношению к лишению жизни нападающего, следует квалифицировать как покушение на убийство при превышении пределов необходимой обороны (по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 108 УК РФ).

Третьим обязательным признаком объективной стороны исследуемого убийства является наличие причинной связи между общественно опасным деянием обороняющегося и причиненным им вредом - смертью нападающего, то есть объективно существующей, закономерной связи между деянием и наступившим общественно опасным результатом. Причинная связь между общественно опасным действием и наступившими названными в законе последствиями является обязательным элементом анализируемого состава преступления. Отсутствие такой связи исключает состав преступления и, следовательно, уголовную ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны.


§ 2. Особенности субъек тивных признаков убийства при превышении пределов необходимой обороны

При исследовании механизма преступного поведения должно подлежать анализу не только объективно свершившееся в реальности преступное деяние (это, образно говоря, представляет лишь надводную часть айсберга), а чрезвычайную важность представляет исследование внутренних, психологических процессов, протекающих в сознании субъекта и обусловивших возникновение побуждения совершить преступление. В. Н. Кудрявцев писал, что преступное поведение - это процесс, развертывающийся во времени и пространстве, включающий не только сами действия, изменяющие внешнюю среду, но и предшествующие им психологические процессы, протекающие в сознании субъекта, определяющие генезис противоправного поступка[45].

Вопрос о субъективной стороне преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, тесно взаимосвязан с вопросами квалификации данного преступления и относится к числу наиболее важных при анализе чрезмерных защитных действий. Правильное решение этих вопросов является залогом обеспечения законности и обоснованности принимаемых компетентными органами решений по уголовным делам данной категории.

К числу субъек тивных признаков анализируемого состава относится и характеристика субъекта преступления. Субъект преступления в общеправовом отношении является непосредственным участником социальных взаимосвязей, оказывающим негативное воздействие на правоохраняемый объект. Субъектом убийства, при эксцессе обороны исходя из норм действующего уголовного законодательства может быть физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 16 лет. В большинстве случаев это лицо, подвергшееся нападению, но им может быть и человек, использовавший право на необходимую оборону для оказания помощи другим лицам в частном порядке или при выполнении своих служебных обязанностей. При этом согласия или просьбы о помощи со стороны подвергшихся нападению лиц уголовный закон не требует.

Уголовной ответственности за эксцесс обороны как за предусмотренное уголовным законом преступное деяние в соответствии со ст. 19 УК РФ подлежит лицо, которое в момент отражения посягательства было вменяемо, то есть могло сознавать фактические признаки и общественную опасность совершаемого деяния, и было способно отдавать отчет в своих действиях, что присуще только психически здоровому и умственно полноценному человеку. Регламентацию уголовной ответственности закон неразрывно связывает с интеллектуально-волевым поведением человека, его способностью в полной мере осмысленно управлять своими действиями. Данное обстоятельство важно установить в анализируемой ситуации, ввиду того, что в состоянии необходимой обороны, в силу сложившихся экстремальных условий, имеющие место в процессе посягательства внутренние и внешние факторы оказывают негативное влияние на способность обороняющегося в достаточной степени осознавать реальность обстановки, предвидеть наступление возможных последствий и руководить своим поведением.

Установление уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ по достижении субъектом 16-летнего возраста (то есть общего возраста уголовной ответственности) явилось позитивной новацией УК РФ 1996 г.

Не достижение возраста уголовной ответственности или установленная надлежащим образом невменяемость обороняющегося полностью исключают уголовную ответственность.

В ч. 1 ст. 108 УК РФ не содержится указаний на специального субъекта преступления, поэтому им может быть любое лицо независимо от рода профессиональной деятельности и наличия специальных навыков, которое, хотя и с превышением допустимых пределов, осуществляет предотвращение общественно опасного посягательства со стороны лица, пытавшегося причинить ущерб правоохраняемым интересам. Положения закона, регламентирующие право на необходимую оборону в полной мере применимы в отношении должностных лиц и сотрудников органов внутренних дел, органов уголовно-исполнительной системы, федеральной службы безопасности, федеральных органов государственной охраны, таможенной службы и других силовых ведомств и структур. Согласно действующему уголовному законодательству право на отражение посягательства с соблюдением условий правомерности необходимой обороны представляет собой неотъемлемое право каждого независимо от занимаемой должности, специальной подготовки и служебного положения. Вместе с тем для перечисленных категорий граждан, в отличие от остальных, которые вправе выбирать, воспользоваться законным правом на необходимую оборону или избежать посягательства, оказание противодействия агрессивным антиобщественным проявлениям является их служебным долгом, и отказ от применения мер необходимой обороны для указанных лиц может заключать в себе состав преступления или дисциплинарного проступка. При установлении в отношении указанных лиц факта превышения пределов защиты следственным органам и суду необходимо исходить не только из предписаний уголовного закона по данному вопросу, но и из требований специальных нормативных актов, регулирующих правовой статус сотрудников соответствующих структур. Осуществление права на необходимую оборону не может составлять лишь предмет служебного долга, так как, прежде всего, является реализацией неотъемлемого права на защиту, поскольку в ч. 3 ст. 37 УК РФ говорится, что «право на необходимую оборону имеют в равной мере все лица независимо от их профессиональной или иной специальной подготовки и служебного положения…» Следовательно, действия указанных лиц при пресечении общественно опасных посягательств, в том числе с применением оружия и специальных средств, как уже отмечалось, должны соответствовать в первую очередь положениям ст. 37 УК РФ, а лишь затем - требованиям специальных нормативных актов.

Представляя собой своеобразную «модель» объективной стороны состава в психике субъекта, субъективная сторона различных преступлений, писал В. Н. Кудрявцев, имеет неодинаковое «предметное содержание» и может иметь различную форму[46]. Субъективная сторона преступления, будучи интеллектуально-волевой, движущей детерминантой деятельности субъекта применительно к убийству при эксцессе обороны, характеризуется определенным психическим отношением (виной) лица к своим действиям и наступившему в результате их совершения последствию - смерти потерпевшего. Важность установления субъективной

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Уголовная ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 662

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>