Дипломная работа на тему "Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания"

ГлавнаяГосударство и право → Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания":


Содержание

Введение

1. Теоретические аспекты использования судейского усмотрения при назначении наказания

1.1 Сущность и понятие судейского усмотрения

1.2 Пределы судейского усмотрения

2. Судейское усмотрение в судопроизводстве

2.1 Судейское усмотрение и институт условного осуждения

2.2 Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания при рецидиве преступлений

2.3 Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания при наличии смягч ающих и отягчающих обстоятельств

2.4 Свобода судейского усмотрения и право на доступ к суду

3. Проблемы совершенствования законодательства о применении судейского усмотрения на современном этапе

Заключение

Список использованной литературы


Введение

В соответствии со ст.2 Гражданского процессуального кодекса РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Статья 2 Арбитражного процессуального кодекса РФ устанавливает, что задачами судопроизводства в арбитражных судах являются:

защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, органов государственной власти Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц в указанной сфере;

обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;

справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок независимым и беспристрастным судом;

укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности;

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Специальный банк готовых защищённых студентами дипломных работ предлагает вам приобрести любые работы по желаемой вами теме. Качественное выполнение дипломных проектов под заказ в Саратове и в других городах РФ.

формирование уважительного отношения к закону и суду;

содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота.

Характерной чертой современного этапа развития системы отечественного права является обновление законодательства. Происходящие процессы затрагивают гражданское процессуальное и арбитражное процессуальное право. Во многие вновь принимаемые акты материального права включаются нормы, содержащие процессуальные правила. Особенностью данных изменений являются, в частности, возрастающие возможности суда по применению усмотрения.

Нормы, регулирующие осуществление дискреции, формируются при непременном участии государства. Оно не является основным фактором в этом процессе. Государство не формирует нормы о судейском усмотрении, а завершает правообразовательный процесс.

Причины нормативного закрепления судейского усмотрения коренятся в материальном способе производства, характере экономического развития общества, его культуре и т. д. .

С развитием рыночной экономики, реформированием социально-экономических отношений в обществе, возрастанием роли гражданского права как основного регулятора товарно-денежных и иных отношений, складывающихся в рыночном хозяйстве, умаляется значение формализма в гражданском и арбитражном процессах. Присущие гражданско-правовому регулированию начала инициативы и диспозитивности, равенства и взаимной имущественной ответственности субъектов влекут расширение сферы их применения в формирующемся правовом государстве и в судопроизводстве, в частности, путем расширения сферы судейского усмотрения.

Развитие права сопровождается постепенным ограничением личного произвола, расширением влияния общественной воли закона и, следовательно, применением судейского усмотрения. Основным отличием дискреции от судебного произвола является закрепленная нормой права возможность осуществления усмотрения в процессе разрешения правового вопроса.

Суд не всегда имеет возможность применять императивные (абсолютно-определенные) правовые нормы. Когда в законе нельзя детально описать ситуацию, в которой суд будет действовать и принимать решение, ему предоставляется возможность осуществления дискреции при разрешении возникающих вопросов. Поэтому и появляется необходимость в применении усмотрения, когда суд сам во исполнение возложенных на него прав и обязанностей устанавливает и подтверждает объем прав и обязанностей участников гражданского или арбитражного процессов. Представляется, что законодатель потому и передает на судейское усмотрение решение ряда правовых вопросов, что сам их полностью урегулировать не может, так как для этого требуется специальный подход в каждом конкретном случае.

Перечисленными выше факторами обусловлена актуальность темы дипломной работы, целью которой является анализ особенностей применения судейского усмотрения на современном этапе.

Для достижения поставленной цели в работе решены следующие задачи:

раскрыто понятие, сущность и пределы судейского усмотрения на современном этапе;

охарактеризованы различные ситуации применения судейского усмотрения;

разработаны предложения по совершенствованию системы судейского усмотрения на современном этапе.

Таким образом, объектом данного исследования является судебная деятельность, предметом - судейское усмотрение.

Дипломная работа написана на 70 листах и состоит из введения, трех глав, разбитых на параграфы, заключения и списка использованной литературы.


1. Теоретические аспекты использования судейского усмотрения при назначении наказания 1.1 Сущность и понятие судейского усмотрения

Право на судебное усмотрение, так же как и судебная дискреция, - это такие формы правоприменительной деятельности суда, которые не могут не служить источниками судебного правотворчества. Ведь новые правовые нормы возникают и в том случае, когда в условиях пробела в законодательстве судья вынужден выбирать и применять общепризнанные принципы и нормы международного права, а также правила международных договоров Российской Федерации лишь на том основании, что они решают проблему пробела в законодательстве, обладая конституционным статусом составной части правовой системы Российской Федерации.

Безусловно, судебное правоприменение порождает новую правовую норму при обстоятельствах пробела в гражданско-правовом законодательстве, когда судья, непосредственно формируя эту норму, руководствуется общими началами и смыслом этой отрасли законодательства, требованиями добросовестности, разумности и справедливости.

Как это и усматривается из Постановления Конституционного Суда от 25 января 2001 года N 1-П, судебное усмотрение и дискреционные функции суда, особенно в условиях острого дефицита информации, могут стать основой судебного правотворчества и безотносительно к проблемам пробелов в законодательстве[1].

В правоприменительной практике возникают нередко ситуации, когда разрешение дела зависит от ряда весьма сложных обстоятельств, которые, естественно, не могут быть спрогнозированы законодательно. Так, продавцы жилых домов обращаются в суд с исками о признании заключенных ими договоров купли-продажи недействительными по причине того, что дом был продан на крайне невыгодных для продавца условиях. Как правило, речь в таких случаях идет о продаже строений по несоразмерно заниженной цене по причине крайней нужды или других обстоятельств (статья 179 ГК РФ[2]). Не всякая невыгодная сделка противозаконна. Вот почему для признания ее недействительной необходимо наличие явной невыгодности и использование крайней нужды продавца. Наличие крайней невыгодности определяется судом путем исследования конкретных обстоятельств дела, не урегулированных нормой права.

Судебное усмотрение становится необходимым в случаях, например, применения гражданско-правовых норм, содержащих положения об установлении судом размера компенсации или суммы морального ущерба. Если собственник культурных ценностей, отнесенных в соответствии с законом к особо ценным и охраняемым государством, бесхозяйственно содержит эти ценности, что грозит утратой ими своего значения, то эти ценности по решению суда могут быть изъяты у собственника путем выкупа государством или продажи с публичных торгов. При выкупе культурных ценностей собственнику возмещается их стоимость в размере, установленном соглашением сторон, а в случае спора - судом (статья 240 ГК РФ).

Судебное усмотрение не может быть оторвано от смысла и содержания применяемого судом при разрешении дел законодательства. Следовательно, оно во многом определяется тем толкованием, которое дает суд применяемым законам или их отдельным чертам. Нередко, впрочем, придаваемый правоприменителем смысл отдельным правовым нормам служит основанием Конституционному Суду РФ для лишения этих норм юридической силы.

Так, по смыслу, который придавался правоприменительной практикой, Закон "О прокуратуре Российской Федерации[3]" своим пунктом 2 статьи 5 во всех случаях приводил к отказу органами прокуратуры в предоставлении гражданину для ознакомления материалов, непосредственно затрагивающих его права и свободы, без предусмотренных законом надлежащих оснований, связанных с содержанием указанных материалов, и препятствовал тем самым судебной проверке обоснованности такого отказа. Это обстоятельство и послужило основанием для того, чтобы данная норма Закона была признана Конституционным Судом РФ (Постановление от 18 февраля 2000 года N 3-П[4]) неконституционной. Может быть лишена юридической силы и значения, равно как и изъята из сферы судебного правоприменения, норма закона "в той мере, в какой она может быть истолкована" правоприменителем в смысле, не отвечающем требованиям законности.

Истолкование судом-правоприменителем правовой нормы является существеннейшим моментом процесса правоприменения, и оно должно отвечать определенным требованиям, важнейшим и непременнейшим из которых является соответствие принципам и нормам Конституции РФ. Та или иная правовая норма, следовательно, может полностью сохранять свою юридическую силу и применяться судом, но при условии правильного, т. е. в соответствии с Конституцией, ее истолкования.

Суд, и это также одна из форм его усмотрения в правоприменительной деятельности, может определять объем и содержание субъективных прав и обязанностей, произведя их конкретизацию. Так, в силу статьи 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех участников. В случае же разногласия порядок владения и пользования определяется судом. Закон не содержит предписаний суду, каким образом он должен определить порядок управления собственностью. Исходя из конкретной ситуации, сообразуясь с собственным усмотрением, суд находит собственный вариант такого управления.

В правоприменительной деятельности суда имеет место реализация норм факультативного характера, которая также предполагает усмотрение. Согласно, например, статье 165 ГК РФ несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее недействительность (ничтожность). Вместе с тем часть 2 статьи 165 ГК РФ дает право суду признать сделку, совершенную с нарушением нотариальной формы, действительной при условии, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, а другая сторона уклоняется от нотариального оформления соглашения.

Судебное усмотрение особенно очевидно опирается на действующую правовую основу в тех случаях, когда применяемый закон текстуально содержит установки, ориентиры: "может", "справедливый", "разумный предел" и др. Например, в части 4 статьи 21 ГК РФ относительно дееспособности граждан говорится, что при признании брака недействительным суд может принять решение об утрате несовершеннолетним супругом полной дееспособности с момента, определяемого судом.

Возможности судебного усмотрения могут быть заложены и в альтернативной санкции норм. Согласно статье 272 ГК РФ ("Последствия утраты собственником недвижимости права пользования земельным участком") в случаях, когда снос здания или сооружения, находящегося на земельном участке, запрещен в соответствии с законом и иными правовыми актами (жилые дома, памятники истории и культуры и т. п.) либо не подлежит осуществлению ввиду явного превышения стоимости здания или сооружения по сравнению со стоимостью отведенной под него земли, суд с учетом оснований прекращения права пользования земельным участком и при предъявлении соответствующих требований сторонами может:

признать право собственника недвижимости на приобретение в собственность земельного участка, на котором находится эта недвижимость, или право собственника на приобретение оставшейся на нем недвижимости либо

установить условия пользования земельным участком собственником недвижимости на новый срок.

Судебное усмотрение обусловливается также и относительной определенностью правовых норм. Относительно-определенные правовые нормы не содержат достаточно качественных характеристик об условиях их действия, правах и обязанностях сторон, предполагая возможность и необходимость индивидуального судебного регулирования в форме конкретизации правовых норм[5].

Итак, опять же закон, учитывая "индивидуальные характеристики объектов", может в отдельных случаях предоставить "соответствующие возможности", позволяющие суду проявить "усмотрение" в процессе правоприменения. При разрешении подобных правовых конфликтов и споров увеличивается значимость более тщательного выявления и учета всех обстоятельств дела, истории вопроса, особенностей современного состояния и т. д.

В силу своего абстрактного характера закон в состоянии опосредовать лишь родовые и видовые особенности общественных отношений, оставляя за пределами досягаемости индивидуальные характеристики конкретного казуса, что и предполагает необходимость для суда прибегать к усмотрению (индивидуальному судебному регулированию).

Индивидуальное регулирование имеет юридическое значение лишь постольку, поскольку оно носит поднормативный характер. Авторы "Black's law dictionary" понимают "судебное усмотрение" как термин, применяемый к усмотрительной деятельности судьи или суда и означающий усмотрение, основанное на нормах и принципах права, а не на судебном произволе. Такое усмотрение - это выражение мнения судьи по каждому конкретному делу, подтверждаемого конкретными обстоятельствами дела, общими положениями закона, целями, преследуемыми законодателем, принципами права[6].

Свою конкретную ответственность по закону за последствия принимаемых ими решений несут и судьи. Это относится, разумеется, и к судебным решениям, принятым на основе судебного усмотрения. Такой правовой ответственности конкретных судей было, в частности, посвящено Постановление Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 года N 1-П.

Что касается ответственности за вред, причиненный при осуществлении правосудия, в том числе в результате правоприменительной деятельности суда, то вина судьи в причинении вреда не предполагается, а должна быть доказана, и, кроме того, эта вина может быть установлена вступившим в законную силу приговором суда. В соответствии с пунктом 2 статьи 16 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" судья не может быть привлечен к какой-либо ответственности за принятое решение, если вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена его виновность. Уголовно ненаказуемые, но незаконные виновные действия (или бездействие) судьи в гражданском судопроизводстве рассматриваются как нарушение права на справедливое судебное разбирательство, что предполагает необходимость справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права.

Придя к выводу, что в подобных случаях, в том числе в случаях противоправного деяния судьи, не выраженного в судебном акте (решении и др.), его вина может быть установлена не только вошедшим в законную силу приговором, но и иным судебным решением, Конституционный Суд РФ в Постановлении от 25 января 2001 года N 1-П предписал Федеральному Собранию урегулировать в законодательном порядке основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) суда (судьи), а также определить подведомственность и подсудность дел применительно к случаям, предусмотренным резолютивной частью Постановления Конституционного Суда РФ, руководствуясь Конституцией РФ и с учетом данного Постановления Конституционного Суда РФ.

Как отмечается в указанном Постановлении Конституционного Суда РФ, при столь большой зависимости результата осуществления правосудия от судейской дискреции разграничение незаконных решений, принятых в результате не связанной с виной ошибки судьи и его неосторожной вины, "представляет собой трудновыполнимую задачу".

Практика судебного правоприменения уже давно использует обобщение опыта и выработку Верховным Судом руководящих указаний по пониманию и применению нижестоящими судами отдельных правовых норм. Еще Закон РСФСР от 8 июля 1981 года "О судоустройстве РСФСР" устанавливал (статья 56) положение, согласно которому Верховный Суд РСФСР "изучает и обобщает судебную практику, анализирует судебную статистику и дает руководящие разъяснения судам по вопросам применения законодательства РСФСР, возникающим при рассмотрении судебных дел. Руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РСФСР обязательны для судов, других органов и должностных лиц, применяющих закон, по которому дано разъяснение".

В пользу позиции об обязательности для судов разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по вопросам судебной практики уместно привести и такой довод: принятию Пленумом Верховного Суда постановлений с разъяснениями по конкретной категории дел предшествует большая работа по сбору и анализу необходимых материалов, включая и статистические. Сбор необходимых материалов и их анализ связан с выездом на места судей Верховного Суда РФ. Из Верховных Судов республик, из краевых, областных и др. судов запрашиваются справки по результатам обобщения судебной практики. Полученные материалы анализируются с привлечением соответствующих специалистов министерств и ведомств, а также ученых-правоведов. Подготовленный проект постановления Пленума рассылается в нижестоящие суды для получения отзывов, и одновременно проект обсуждается в судебных коллегиях Верховного Суда РФ, а также на заседании Научно-консультативного совета при Верховном Суде РФ. С учетом обсуждений и отзывов проект постановления дорабатывается, после чего его окончательный вариант (до того могут существовать несколько вариантов) выносится на Пленум. На заседании Пленума происходит обсуждение каждого пункта проекта с участием практических и научных работников. Дорабатывает проект постановления с учетом высказанных предложений и замечаний образованная Пленумом редакционная комиссия из числа его членов, которая и выносит доработанный проект на Пленум для голосования. Принятию постановления предшествуют выступления Министра юстиции РФ, Генерального прокурора РФ и членов Пленума по существу доработанного проекта, после чего постановление принимается путем голосования по каждому пункту.

Высказывается мнение, что, хотя отдельные положения постановлений Пленума Верховного Суда РФ имеют характер не разъяснений, а рекомендаций соответствующим судам (например, усилить надзор за правильным применением законодательства нижестоящими судами либо повысить внимание к выявлению и устранению причин правонарушений и условий, способствовавших их совершению и т. п.), такого рода рекомендации носят обязательный характер для судов, поскольку в соответствии со статьей 126 Конституции РФ на Верховный Суд РФ возложена обязанность по осуществлению судебного надзора за деятельностью судов общей юрисдикции.

Признавая за судами правотворческие функции, С. В. Поленина высказывается за признание прецедента источником права. Она считает необходимым принять закон, закрепляющий возможность существования судебных прецедентов, устанавливающий ограничения (по предмету и органам) возможности их применения. Постановления Конституционного Суда РФ С. В. Поленина склонна рассматривать в качестве судебного прецедента[7].

Как пишет Поленина С. В. в монографическом исследовании "Законотворчество в Российской Федерации", вопрос о возможности использования судебного прецедента как источника права по-прежнему остается дискуссионным и в теории, и на практике, хотя существенное влияние постановлений Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, оказываемое на правоприменительную практику, а в конечном счете и на законодательство, никогда не ставилось под сомнение. "Очевидно, - пишет она, - что в философско-методологическом плане речь может идти не об отказе от закона как основного источника права в пользу прецедента, а лишь о дополнении первого. Органично дополняя закон, прецедент позволяет правовой системе в целом наиболее полно отразить противоречивые и далеко не однозначные процессы в общественной жизни и чутко реагировать на них. Закон же можно использовать для отражения более глубоких тенденций социального развития, решения кардинальных, стратегических вопросов в жизни общества".

Таким образом, Поленина С. В., признавая в судебной практике наличие прецедента как источника права, отводит ему дополнительное, по сравнению с законом, место, оценивает его как второстепенный правовой фактор.

Характеризуя природу разъяснительной функции Пленума Верховного Суда, С. С. Алексеев писал: "Общеобязательное же разъяснение юридических норм, т. е. нормативное официальное толкование, не может быть не чем иным, как конкретизирующим нормативным предписанием. Нормативное толкование только и может быть выражено в других, более конкретных (интерпретационных) нормах. Следовательно, результаты толкования, будучи продолжением и выводом из юридических норм, имеют относительно самостоятельное значение. Причем нормативное разъяснение состоит как в общеобязательном толковании оценочных понятий, терминов (дефинитивные нормативные предписания), так и в формулировании более конкретных регулятивных предписаний, являющихся логическим выводом из одной, а чаще из нескольких, связанных между собой юридических норм. [8]" Относя постановления Пленума Верховного Суда и других центральных юрисдикционных органов к нормативным актам, С. С. Алексеев в двухтомном курсе лекций "Проблемы теории права" относил их, хотя и весьма условно, к источникам права, внешним формам права. "Строго говоря, они представляют собой "чистые" интерпретационные акты, содержащие правила применения юридических норм[9]".

Касаясь вопроса о правовой идентификации разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, А. И. Рарог отказывается относить их к судебным прецедентам, заявляя одновременно, что здесь в известной мере представляется правомерной проблема правотворческой деятельности Пленума Верховного Суда РФ в связи с его правом давать судам разъяснения по вопросам судебной практики, однако это лишь часть более общего вопроса о том, сможет ли быть правоприменитель одновременно и творцом права, вопроса общетеоретического значения, требующего фундаментальных исследований общей теорией права и отраслевыми юридическими науками[10].

Конечно, основной целью руководящих указаний Пленума Верховного Суда РФ является правильная и единообразная реализация судами действующего законодательства. Прецедентные нормы права, возникающие на основе обобщения практического правоприменительного опыта судов и получившие авторитет обязательности, не только обогащают и углубляют правовое содержание норм действующего законодательства, но, что не менее важно, ориентируют суды не на механическое исполнение закона, безотносительно к уровню его правового содержания, его правовой эффективности, а именно на их правовое обогащение. Усиление подобных тенденций в правоприменительной деятельности обусловливается, конечно, не самим по себе фактом появления и действия прецедентных норм права, а тем, что эти нормы содержательно только и могли появиться как результат отбора и обобщения правоприменительной практики, максимально приближенной к человеку, его интересам, потребностям и правам.

Один из важнейших результатов присоединения Российской Федерации к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод состоит в правовых последствиях воздействия прецедентного права, сформировавшегося в рамках Совета Европы, на российское право и правоприменительную деятельность. Задача инкорпорации прецедентного права Совета Европы стоит сегодня и перед Российской Федерацией. Первым из органов, призванных реализовать эту задачу, стала Межведомственная комиссия РФ по делам Совета Европы (Положение о Межведомственной комиссии утверждено Указом Президента РФ N 1783 от 28 декабря 1996 года). Содействие развитию сотрудничества с Советом Европы и входящими в него государствами в целях совершенствования законодательства Российской Федерации и правоприменительной практики в соответствии со стандартами Совета Европы - таково одно из основных назначений указанной Межведомственной комиссии (пункт 2 Положения). С учреждением должности Уполномоченного Российской Федерации при Европейском суде по правам человека (Указ Президента РФ N 310 от 29 марта 1998 года[11]) в число основных функций Уполномоченного было включено "изучение правовых последствий решений Европейской комиссии по правам человека и Суда для государств - членов Совета Европы и подготовка с учетом прецедентного права Совета Европы рекомендаций по совершенствованию законодательства Российской Федерации и правоприменительной практики".

Как отмечает М. В. Кучин в своей статье "Прецедентное право Совета Европы и правовая система России", сегодня, после присоединения Российской Федерации к Конвенции, "остро встает проблема включения прецедентного права Совета Европы в правовую систему Российской Федерации по аналогии с общепризнанными нормами и принципами международного права. К этому нас обязывают и международные обязательства, зафиксированные в статье 1 Закона "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" от 30 марта 1998 года, согласно которой "Российская Федерация в соответствии со статьей 46 Конвенции признает ipso fakto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней[12]".

Однако и наука, и практика, связанные распространенной в отечественном праве догмой о невозможности признания прецедента в качестве источника международного права, фактически не готовы к разработке такого механизма. Вместе с тем представляется, что данный подход к прецеденту является устаревшим и не отвечающим реальному положению вещей[13].

1.2 Пределы судейского усмотрения

К. Шнейдер (C. E. Schneider), отражая мнение большинства зарубежных специалистов, отмечает, что "правовая система стран общего права предоставляет судам большие возможности по применению усмотрения по причине значительного ограничения усмотрительной деятельности[14]".

А. Барак отмечает шесть ограничений судейского усмотрения: зона разумности; фундаментальные проблемы в нормативной системе; фундаментальные проблемы в институциональной системе; взаимоотношения между институциональными системами; судейская политика и модели правосудия; преодоление прецедента.

Д. Б. Абушенко указывает три способа ограничений "свободы правоприменителя": простое указание, использование оценочных категорий, комбинированный способ. Ученый полагает, что "сущностный признак простого указания - полное отсутствие в норме юридических фактов, на основе которых суд принимает правоприменительный акт... ". В способе оценочных категорий - "правовой норме, содержащей ссылку на юридический факт, выраженный оценочной категорией, - отсутствуют какие-либо объективные критерии, позволяющие этот факт установить... Как правило, вместе с оценочным термином законодатель использует... управомочивающие конструкции..." (например, "может быть").

Возможно выделить множество ограничений судейского усмотрения, которые могут быть объединены по различным основаниям. Мнения специалистов интересны и заслуживают внимания. Предложим свой вариант освещения проблемы.

В процессе применения судейского усмотрения суд вправе выбирать законный вариант разрешения правового вопроса. Выбор, осуществляемый судом, имеет общие и специальные пределы. Таким образом, усмотрение суда применяется в практике рассмотрения и разрешения дел по существу, оно не является свободным.

Пределы выбора при осуществлении судейского усмотрения отличаются от ограничений дискреции. Во-первых, пределы выбора носят обязательный для правоприменителя характер, ограничения - рекомендательный. Во-вторых, пределы выбора отражают теоретический контекст дискреции (discretio), ограничения имеют практическую направленность.

Рассмотрим некоторые из ограничений усмотрения, имеющие, на наш взгляд, важное значение в отечественной правоприменительной практике.

В связи с тем, что наибольшее количество дел рассматривается в судах первой инстанции, остановимся на ограничениях дискреции названного уровня.

А. Ограничение усмотрения суда является результатом формирования, подготовки и обучения судейского корпуса.

Судья - ключевая фигура процесса осуществления правосудия. Он в силу профессии имеет отношение к государственным делам. Данный социальный статус судьи закреплен в Законе "О судебной системе Российской Федерации". А. В. Цихоцкий, в частности, отмечает: "Вместе с тем судья - главный носитель консерватизма в корпоративной среде правоведов, поскольку способен наполнить своей энергией неправовые законы[15]".

Законом о статусе судей в Российской Федерации[16] закреплены требования, предъявляемые к судье: избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи и вызвать сомнения в его объективности; судья не вправе быть депутатом, принадлежать к политическим партиям и движениям, осуществлять предпринимательскую деятельность, а также совмещать работу в должности судьи с другой оплачиваемой работой (ст.3). Государство определяет качества судьи самым общим образом: указанием на критерии возраста, образования, профессионального опыта и гражданства, которые законодательно формализованы как требования к претенденту на замещение должности судьи (ст.119 Конституции РФ).

А. В. Цихоцкий указывает, что "поскольку правосудие как вид государственной деятельности правомерно рассматривать в качестве средства поддержания (защиты) нормативов равенства и справедливости, то вопросы морали (нравственности) в сфере правосудия вызывают столь пристальное внимание ученых-юристов: сформировалась даже специальная отрасль науки - судебная этика, разрабатывающая моральные проблемы судебного правоприменения... Статистические данные косвенно свидетельствуют о необходимости определенных организационно-правовых мер, направленных на повышение уровня нравственности судей". Этические требования, предъявляемые к судье, закреплены, например, в Законе "О статусе судей в Российской Федерации", в Кодексе чести судьи Российской Федерации, принятом Советом судей Российской Федерации 21 октября 1993 г.

А. В. Цихоцкий верно отмечает, что "хотя судопроизводство по гражданским делам - это функция органа государства, но реализует ее человек, одаренный сознанием и волей, что позволяет говорить о прямой зависимости между личностными качествами судьи и эффективностью правосудия, поскольку судопроизводство является осознанным, целенаправленным и волевым. Иными словами, судопроизводство - это внешнее выражение воли судьи в практической деятельности суда. Следовательно, нельзя не признать, что процессуальное законодательство само по себе не может гарантировать обществу качественную работу судьи, так как оно может быть нейтрализовано личными качествами правоприменителя, то есть судьи, в личности которого отражается общее и особенное. Если общее - это то, что едино у судьи и других представителей исторически данного ему общества, то особенное - это его индивидуальность, уникальность, что отличает его от других".

Поддерживаем мнение ряда специалистов о том, что "большинство судей... относятся к своему делу, требующему неустанной работы мысли, без достаточного интереса, без вдумчивости, без сознания важности своего положения... [17]". Современные правоведы полагают, что правоохранительные органы и их должностные лица являются порождением своего общества и своего времени. Больное общество не может не иметь и больные правоохранительные органы, в том числе и суд, vice versa. Ученые отмечают, что болезни эти весьма разнообразны. В их числе и устаревшее консервативное мышление суда, которое не может не влиять на правовую и общественную оценку фактов при рассмотрении и разрешении гражданских дел[18]. Приведенные мнения специалистов подчеркивают значимость высокой профессиональной подготовки судей в их правоприменительной деятельности, в осуществлении ими правосудия, в подавлении возможного оказания личностного влияния на процесс.

Нельзя отрицать наличие взаимосвязи между применением судейского усмотрения и квалификацией судьи. На наш взгляд, правильным является мнение, согласно которому "высококвалифицированному правоприменителю вряд ли по душе выполнение работы, не предоставляющей возможности осуществления усмотрения; судьи же, обладающие более низкой квалификацией, предпочитают обратное[19]".

Отметим, что проблемы, связанные с деятельностью судьи, его квалификацией, активно обсуждаются последнее десятилетие учеными, законодателями и правоприменителями[20].

Одним из основных направлений полемики является тема разработки методов, способствующих более эффективному соответствию судей занимаемой должности, реализуемых во всех кадровых процедурах: подготовке, подборе, расстановке и повышении их квалификации[21].

Основополагающим в ходе исследования является понятие "профессиональные значимые качества", т. е. психологические качества, играющие ведущую, значимую роль в обеспечении эффективности судебной деятельности, в осуществлении судейского усмотрения.


2. Судейское усмотрение в судопроизводстве 2.1 Судейское усмотрение и институт условного осуждения

УК РФ предусматривает различные варианты применения мер уголовно-правового воздействия к лицу, совершившему преступление, и в этом отношении действующее законодательство является прогрессивным. Лицо, признанное виновным в совершении общественно опасного деяния, предусмотренного УК РФ, должно понести заслуженное наказание. Однако уголовное законодательство России в некоторых случаях позволяет нетрадиционно подойти к решению данного вопроса. Одним из таких вариантов нетрадиционного подхода является условное осуждение.

Отметим, что в России за последние годы условное осуждение получило массовое распространение, хотя наблюдается резкое увеличение преступлений. К лишению свободы приговаривается все меньше и меньше лиц, совершивших преступления. Непрерывно увеличивается процент осуждаемых условно.

Исследования показали, что в 2007 г. суды применяли наказания следующих видов:

--------------------------------------------------
Вид наказания | Краснодарский край | Ставропольский край | Ростовская область | Республика Адыгея |
---------------------------------------------------------
Лишение свободы | 33,1 | 32,2 | 31,7 | 24,9 |
---------------------------------------------------------
Лишение свободы условно | 29,9 | 48,7 | 46,7 | 52,3 |
---------------------------------------------------------
Штраф | 21,8 | 9,6 | 7,9 | 11,7 |
---------------------------------------------------------
Исправительные работы | 12,2 | 5,1 | 5,3 | 4,8 |
--------------------------------------------------------- --------------------------------------------------

Президент РФ В. В. Путин, возмущаясь нарастанием коррупции и теневой юстиции в стране, обращался к правоохранительным органам с призывом усилить борьбу с этими негативными явлениями. Однако статистика неуклонно фиксирует рост преступлений среди государственных чиновников, в том числе и среди судей. Исследования же судебной статистики показывают, что суды не реагируют на выступления Президента РФ.

В последние годы гуманизация стала приоритетным направлением уголовной политики, в том числе и судебной, доказательство этому - увеличивающееся число условных осуждений к такому наказанию, как лишение свободы, в том числе за так называемые коррупционные преступления. Заметим, что такие преступления подкреплены довольно строгими санкциями. Среди коррупционных преступлений центральное место занимают взятки. Криминологические и социологические исследования свидетельствуют о том, что данные преступления получили наибольшее распространение[22].

Следует согласиться с П. Скобликовым в том, что решение проблемы борьбы с коррупционными преступлениями заключается не в ужесточении санкций, а в обеспечении неотвратимости наказания, особенно для высокопоставленных чиновников и иных лиц, принадлежащих к "элитарным" слоям общества (политиков, крупных предпринимателей, лидеров криминальной среды и т. д.). Ибо примеры их безнаказанности, как ничто другое, деморализуют и развращают представителей иных, более многочисленных, общественных слоев и групп, способствуют повсеместному распространению "низовой" коррупции[23].

Внимание привлекают наказания за должностные преступления, включенные в гл.30 "Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления" (ст.285 - 293 УК РФ). Так, в 2007 г. в Краснодарском крае было установлено, что за эти преступления к лишению свободы было осуждено всего 8,0%, из них на срок до 1 года - 38,8%, на срок от 1 года до 2 лет - 16,6%, на срок от 2 до 3 лет - 22,2%, на срок от 3 до 5 лет - 22,2%. К другим видам наказания были приговорены: к штрафу - 37,9%, к исправительным работам - 3,1%, к лишению права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью - 0,8%, условно к лишению свободы - 48,2%. В качестве дополнительного наказания 3,5% осужденных за указанные выше преступления было назначено лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В числе преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления - 45,1% виновных лиц были осуждены за получение взятки по ст.290 УК РФ. При этом к реальному отбыванию наказания в виде лишения свободы не был осужден ни один человек, 3% были осуждены к исправительным работам, 9% - к штрафу и 88% - к лишению свободы условно.

К лишению права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью не было осуждено ни одно лицо, а в качестве дополнительного наказания данный вид назначен 8,8% от числа всех осужденных за получение взятки.

Несколько иное положение наблюдается при применении наказаний к лицам, дающим взятки. Так, по ст.291 УК РФ (дача взятки) к лишению свободы с отбыванием наказания реально было осуждено - 9,4%, из них на срок: до 1 года - 60%; на срок от 1 года до 2 лет - 30%; и на срок от 2 до 3 лет - 10%. Остальные лица были осуждены к исправительным работам - 4,7%, к штрафу - 45,2%, условно к лишению свободы - 39,6%.

При назначении наказания взяткодателям и взяткополучателям, особенно высокопоставленным, наиболее востребованным оказался институт условного осуждения.

В Ставропольском крае за получение взятки к реальному отбыванию лишения свободы не был осужден ни один взяточник, к штрафу - 10,7%, остальные - условно к лишению свободы. За дачу взятки по ст.291 УК РФ к реальному отбыванию лишения свободы было осуждено 4,7%, к штрафу - 23% и условно к лишению свободы 71% от всех осужденных за дачу взятки. В Ростовской области за получение взятки по ст.290 УК РФ к реальному отбыванию лишения свободы было осуждено 9,8%, к штрафу - 12,6% и 77,4% условно к лишению свободы. За дачу взятки по ст.291 УК РФ к реальному отбыванию лишения свободы было осуждено 13,6%, к штрафу - 18,1% и условно к лишению свободы 68,1% лиц, осужденных за дачу взятки.

В Республике Адыгея все, кто привлекался судом за должностные преступления, были осуждены условно к лишению свободы.

Причиной такого различия в судебной карательной практике, к берущим и дающим взятки, является коррупция.

Исследования приводят к выводу о том, что содержание ст.73 УК РФ "Условное осуждение" должно быть кардинально изменено. В действующей редакции рассматриваемой статьи законодатель предоставляет суду самостоятельно решать вопросы о применении или неприменении условного осуждения; учитывать или не учитывать характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; устанавливать по своему усмотрению величину испытательного срока; назначать или нет дополнительные наказания; возлагать на условно осужденного или нет определенные обязанности на время испытательного срока.

Нет сомнения, что при таких широких возможностях суд может не только ошибаться, но и злоупотреблять своим положением, расширяя сферу коррупции, мздоимства и теневой юстиции. Не следует ожидать каких-либо серьезных изменений в судебной практике, если законодателем не будут приняты кардинальные меры к сокращению рамок судейского усмотрения.

Проведенный нами социологический опрос судей, прокуроров и адвокатов подтверждает сказанное выше. Перед респондентами, а их было по тридцать человек в каждой группе, был поставлен только один вопрос: повысится ли авторитет правосудия и уголовного закона, если пределы судейского усмотрения при решении вопроса об условном осуждении будут сужены?

--------------------------------------------------
Категория опрошенных | Ответы (в процентах) |
---------------------------------------------------------
да | нет |
---------------------------------------------------------
Судьи | 36 | 64 |
---------------------------------------------------------
Прокуроры | 95 | 05 |
---------------------------------------------------------
Адвокаты | 06 | 94 |
--------------------------------------------------------- --------------------------------------------------

Полагаем, что нет смысла комментировать результаты опроса.

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. установлен срок лишения свободы (восемь лет), выше которого применять условное осуждение нельзя. Такой Закон - фикция, и не более[24]. Известно, что по любому уголовному делу суд найдет достаточно обстоятельств, смягчающих наказание, чтобы назначить восемь лет вместо девяти и более. При условном осуждении суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающие преступления обстоятельства. Но это учитывается во всех случаях, то есть при избрании любого вида наказания и его размера. Поэтому ч.2 ст.73 УК РФ носит декларативный характер.

При условном осуждении взяточников карательная сторона наказания либо вообще отсутствует, либо составляет простую видимость. Статистические данные, полученные нами в Краснодарском и Ставропольском краях, в Ростовской области и Республике Адыгея за 2005 - 2006 гг., показывают, что к реальному наказанию в виде лишения свободы за взяточничество, как правило, почти не осуждаются, наказание применяется только в виде условного осуждения. Заметим, что отмена дополнительного наказания в виде конфискации имущества практически благоприятствует взяточничеству и другим корыстным преступлениям.

Завершая разговор о судейском усмотрении при применении закона об условном осуждении, еще раз отметим, что ст.73 УК РФ должна быть значительно формализована, изменения должны быть направлены на сужение судейского усмотрения. Нами поддерживается предложение о применении условного осуждения только в отношении лиц, совершивших преступления небольшой или средней тяжести[25].

Ст.73 УК РФ должна иметь примечание, в котором следует указать: "Условное осуждение применяется только при наличии обстоятельств, смягчающих наказание, указанных в пп. "и" или "к" ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание, перечисленных в ст.63 УК РФ".

Предложенное изменение ст.73 УК РФ во многом корреспондирует с подобными институтами в уголовном законодательстве зарубежных стран.

В Уголовных кодексах Франции, Польши, Испании, Германии, Японии отсрочка исполнения приговора может быть осуществлена только в случаях, если преступление совершено при смягчающих обстоятельствах и не присутствуют обстоятельства, отягчающие наказания. При этом, как правило, указывается на то, что осужденный возместил или пытается возместить материальный ущерб, причиненный преступлением.

Нет сомнения, что данное предложение не найдет поддержки у значительной части судейского и адвокатского корпуса, но работники правоохранительных органов (прокуратуры, милиции, безопасности и др.), полагаем, выступят в поддержку сужения судейского усмотрения[26].

2.2 Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания при рецидиве преступлений

В 1815 году О. Горегляд писал, что "если наказанный преступник во второй раз или более учинит одинаковое преступление, то при всяком осуждении его определенное ему прежде наказание необходимо должно быть в некоторой мере увеличено[27]". Неизвестно, насколько давно появилось это общее правило. Скорее всего, самой человеческой природе свойственно усиленно реагировать на непрекращающееся противодействие или негативное поведение. И очевидно, что в уголовном праве при определении наказуемости путем изменения видов воздействия и его интенсивности ставится цель достижения желаемого законопослушного поведения.

Извечной является проблема предупредительного воздействия наказания. Способность наказания удерживать от повторного совершения преступления достаточно условна, но весьма интересными видятся слова С. В. Познышева о том, что "наказание, способное сломить уже сложившуюся и заявившую себя волю преступника, будет достаточным для общего предупреждения преступлений[28]". Судейское усмотрение имеет очень важное значение, так как от оценки правоприменителем опасности преступления и личности преступника зависят пределы наказуемости, возможность достижения предупредительной цели применения наказания. Естественно, что слишком широкие рамки усмотрения при назначении наказания не всегда позволяли добиться единообразия, а подчас и справедливости наказания. Поэтому в уголовном праве закономерно возникла идея формализованных, четко фиксированных правил назначения наказания, влияния каждого обстоятельства на меру наказания.

Представляется, что модель назначения наказания, предусматривающая разумное сочетание формализованных и неформализованных признаков, наиболее оптимальна. Как достаточно успешный можно охарактеризовать опыт конструирования в уголовном законе формализованных правил назначения наказания, ограничивающих рамки судейского усмотрения. Однако возникает ряд сложных вопросов в случаях определения меры наказания при рецидиве преступлений, в особенности после внесения в УК РФ[29] изменений от 8 декабря 2003 г. Так, достаточно интересен вопрос о назначении наказания при рецидиве преступлений и наличии обстоятельств, предусмотренных п. п. "и" или "к" ч.1 ст.61 УК РФ. Изучение мер наказаний лицам, осужденным за убийство (ч. ч.1, 2 ст.105 УК РФ) за период с 1997 по 2003 год, показало, что при положительном послепреступном поведении виновных (явившихся с повинной, активно способствовавших раскрытию преступления) и если в их действиях присутствовали признаки особо опасного рецидива преступлений (ст.18 УК РФ), наказание обоснованно не назначалось по правилам ст.62 УК РФ, поскольку имеющееся отягчающее наказание обстоятельство в виде рецидива преступлений препятствовало применению правил этой статьи. Фактически влияние данных смягчающих обстоятельств проявлялось в рамках санкции и в пределах, определенных по правилам ст.68 УК РФ. При этом суд был свободен в установлении размера наказания, но в этих рамках. Об этом свидетельствует и тот факт, что во многих встреченных нами случаях суд ограничивался минимальным пределом наказания в соответствии с правилами ч.2 ст.68 УК РФ (например, при осуждении по ч.2 ст.105 УК РФ и наличии в действиях виновного признаков особо опасного рецидива преступлений, а также при явке с повинной наказание назначалось равным 15 годам лишения свободы). В соответствии с изменениями в ст.68 УК РФ, внесенными в декабре 2003 года, ослаблено влияние рецидива на наказание, так как в настоящее время при любом виде рецидива срок наказания не может быть менее одной трети максимального срока наказания, а при установлении смягчающих обстоятельств, указанных в ст.61 УК РФ, данные пределы при назначении наказания могут не учитываться. Очевидно, что внесенными изменениями расширены рамки судейского усмотрения.

Разумеется, что в таких случаях оценка судьей большой опасности конкретного преступления может остаться неизменной. Однако возможно, что со временем следует ожидать существенного снижения наказуемости при рецидиве, ведь установленные законом правила определения меры наказания по сути не оказывают влияния на его усиление (наказание может быть исчислено фактически в рамках санкции). В настоящее время в связи с данными изменениями в УК РФ нарушается и критерий специализации ст.68 УК РФ при назначении наказания: необходимость усиления меры наказания, реализуемой путем придания обстоятельству в виде рецидива столь существенного значения, что с ним связывается градированное увеличение или уменьшение меры назначаемого наказания[30]. Если виды рецидива различаются в зависимости от общественной опасности преступлений, их образующих, логично предположить, что и пределы наказания должны быть различными из-за опасности видов рецидива. Однако этого фактически нет. В связи с этим нельзя не согласиться с С. В. Познышевым в том, что "понятие рецидива существует для целей практических, для того, чтобы выделить те случаи повторной преступной деятельности, в которых может оказаться нужным не только удлинять данное карательное воздействие, но и перейти от воздействия одного рода к другому. И понятие рецидива, - пишет автор, - должно как можно более этой цели отвечать[31]".

Сложен вопрос и о том, могут ли иные смягчающие обстоятельства, не указанные в ч.1 ст.61 УК РФ, оказывать влияние на неприменение правил назначения наказания при рецидиве преступлений. В ч.3 ст.68 УК РФ четкое указание об этом отсутствует, хотя представляется, что на это может оказывать влияние лишь установленный в ч.1 ст.61 УК РФ перечень обстоятельств (за исключением п. п. "а", "б" ч.1 ст.61 УК РФ).

Обратимся к следующему сложному в теоретическом и практическом плане вопросу, также возникающему при определении наказания при рецидиве. Судейское усмотрение (или дискреционные полномочия) тесно связано с понятием индивидуализации наказания, то есть его назначением с учетом индивидуальной опасности каждого совершенного преступления и личности виновного. Зачастую при определении меры наказания возникает достаточно интересный вопрос о значении предшествующей судимости лица. В теории и практике назначения наказания существует позиция о необходимости учета при назначении наказания погашенной или снятой судимости, но не как отягчающего наказание обстоятельства, а как характеристики личности виновного. Известно, что рецидив преступлений классифицируется по различным основаниям, имеющим уголовно-правовое или криминологическое значение. Фактически в самом широком смысле рецидив (лат. recidivus - повторное проявление) может и не обладать уголовно-правовыми признаками (предшествующей судимостью за умышленное преступление, неснятой или непогашенной судимостью и иными признаками). Так, возможны ситуации повторного совершения преступления лицом при наличии у него снятых или погашенных судимостей. Несколько десятилетий назад Верховным Судом СССР в Обзоре судебной практики "Применение судами законодательства о борьбе с рецидивной преступностью" отмечалось, что поступает немало вопросов о том, можно ли признать отягчающим обстоятельством совершение преступления лицом, ранее совершившим какое-либо преступление, если судимость за это преступление погашена или снята. Подчеркивалось, что в п.1 ст.34 Основ уголовного законодательства дается положительный ответ на этот вопрос, закон признает в качестве условия применения этого отягчающего обстоятельства сам факт совершения в прошлом преступления, а не наличие судимости за данное преступление. В этом случае сама формулировка закона не исключала усиления наказания из-за предшествующей судимости лица (погашенной или снятой).

Впоследствии применительно к таким случаям Верховными Судами СССР, РСФСР, Российской Федерации неоднократно отмечалось, что снятая или погашенная судимость не может быть учтена при назначении наказания как отягчающее обстоятельство. Согласно п. "в" ч.4 ст.18 УК РФ судимости, снятые или погашенные в порядке, предусмотренном ст.86 УК РФ, не могут образовывать рецидив преступлений. А.М. Яковлевым, анализировавшим отягчающее обстоятельство в виде "совершения преступления лицом, ранее совершившим какое-либо преступление", предусмотренное в п.1 ст.39 УК РСФСР, подчеркивалось, что в законе отсутствует прямое указание на значение при определении наказания снятия или погашения судимости. При этом автор критикует точку зрения В. В. Владимирова, согласно которой признак повторности совершения преступления есть не юридическое состояние виновного лица (связанное или не связанное с судимостью), а общественноопасный характер личности, совершающей преступление не впервые[32]. В настоящее время выработанная в теории уголовного права позиция о недопустимости влияния на характер и размер наказания погашенной или снятой судимости и прекращении всех уголовно-правовых последствий, с ней связанных[33], закреплена в законе (ч.6 ст.86 УК РФ). Итак, в традиционном понимании при снятии или погашении судимости аннулируются все правовые последствия, связанные с ней.

Однако можно признать, что речь идет лишь о непосредственном влиянии судимости (на признание отягчающего наказание обстоятельства в виде рецидива и формализованных правил его учета и т. д.). По этой причине мы разделяем встречающуюся в уголовно-правовой литературе точку зрения о том, что погашенная или снятая судимость может учитываться не как отягчающее обстоятельство, а как обстоятельство, характеризующее личность подсудимого[34]. Опасность личности виновного, пишет Г. С. Гаверов, в таком случае должна определяться, например, временем с момента погашения или снятия судимости, особенностями совершенного ранее преступления (однородность либо неоднородность) и т. д. [35]

Показателен, например, приговор по делу М., осужденного Тюменским областным судом, где указано, что "юридически М. считается несудимым, однако судебная коллегия учитывает как характеризующие его сведения данные о том, что он ранее неоднократно был судим за совершенные умышленные преступления[36]". И подобные решения, как показывает изучение судебной практики, неединичные. Естественно, что в таких случаях при определении меры наказания, его усиления в рамках санкции статьи Особенной части УК РФ и даже при определении меры наказания в соответствии с другими положениями уголовного закона (правила частичного или полного сложения наказаний и т. д.) достаточно высока роль судейского усмотрения, позволяющего учесть конкретные антиобщественные проявления личности. Так, многократное совершение тождественных преступлений при осуждении за предыдущие свидетельствует о стойкой антиобщественной направленности лица. Но при запрете учета предшествующих погашенных или снятых судимостей лица при назначении наказания при рецидиве нельзя исключить их влияние на характеристику личности виновного. В связи со сказанным интерес представляет позиция А. Ф. Зелинского, который пишет, что "личность преступника - это личность человека, совершившего не отдельное правонарушение, а систему преступных действий, то есть преступную деятельность[37]". То есть с точки зрения психологии (психологии деятельности) эта система действий должна предполагать постановку цели (наличие сознательного образа желаемого результата), учет внешних условий (постановку задач), выбор определенного способа выполнения действий (техническая сторона выполняемых действий).

Полагаем, что отмеченная позиция об учете погашенных или снятых судимостей вполне соответствует ч.3 ст.60 УК РФ о необходимости учета "личности виновного, в том числе обстоятельств, смягч ающих и отягчающих наказание". Отмеченное позволяет нам заключить, что в возможности косвенного влияния на назначаемое наказание предшествующих погашенных или снятых судимостей проявляется криминологическая обусловленность назначения наказания при рецидиве преступлений.

Несколько десятилетий назад, когда, по сути, было положено начало исследованиям криминологической обусловленности уголовного права, В. Д. Филимоновым подчеркивалось, что в структуру личности преступника входит в том числе и антиобщественное отношение[38]. В свою очередь, нельзя не согласиться с тем, что степень социального отклонения может быть различной. Так, В. Д. Филимонов выделяет: а) простое антиобщественное отношение (когда речь идет о случайных преступниках, о лице, совершившем преступление в силу негативных для него обстоятельств, под воздействием других лиц и т. п.); б) антисоциальная установка как готовность лица совершить преступление. Данным автором также делался очень существенный вывод о том, что содержание общественной опасности личности определяется характером и степенью общественной опасности преступления, которое может быть совершено, а также степенью вероятности совершения лицом нового преступления. Это не означает наказания за "предрасположенность" к преступлениям - в этом проявляется оценка (перспективная) правоприменителем общественной опасности лица. Возможно, что на содержание общественной опасности личности и усиление наказания может оказывать влияние ряд факторов: тождественность вновь совершенного преступления, непродолжительность периода времени между вновь совершенным преступлением и предшествующим осуждением, а также данные о личности виновного, такие, как, например, отказ содействовать в раскрытии преступления или иное негативное постпреступное поведение и т. д.

Как представляется, усмотрение правоприменителя при назначении наказания, варьирование наказания в рамках санкции статьи Особенной части УК РФ зависят от того, насколько выражено наличие данных признаков. Разумеется, при "полярных" обстоятельствах - положительном постпреступном поведении, нетипичных обстоятельствах преступления (провокации со стороны потерпевшего и т. д.) допустимо ослабление меры наказания.

Согласно древнему правилу "закон решает более справедливо, чем человек", поэтому, четко очертив правила назначения наказания, в особенности при особых формах преступного поведения (в том числе и при рецидиве), можно определить границы судейского усмотрения. Подводя итог, следует сказать, что ряд затронутых вопросов может найти свое дальнейшее развитие при сравнительном изучении наказуемости рецидивной преступности в различные периоды действия уголовного закона, в том числе и УК РСФСР, а также при исследовании криминологической обусловленности назначения наказания[39].

2.3 Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания при наличии смягч ающих и отягчающих обстоятельств

Определяя общие начала назначения наказания, уголовный закон придает особое значение установлению характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного в его совершении лица, учету в правоприменении обстоятельств, смягч ающих и отягчающих наказание.

Известно, что в разных разделах и главах действующего Уголовного кодекса содержатся нормы, предусматривающие различные основания смягчения и отягчения уголовной ответственности. К ним относятся, например, положения, закрепленные в ч.5 ст.18, ч.5 ст.31, ч.7 ст.35, ст. ст.61 - 69 Общей части УК, квалифицирующие и привилегирующие признаки статей Особенной части УК. Эти нормы имеют единое назначение, базируются на общих принципах уголовного права и фактически представляют собой самостоятельный институт уголовного права, регламентирующий квалифицирующие и привилегирующие признаки, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность и наказание. В связи с этим правомерно считать, что система смягч ающих и отягчающих наказание обстоятельств составляет самостоятельный комплекс уголовно-правовых норм, отдельный институт уголовного права.

Для законодательной практики последних лет характерно все более активное использование квалифицирующих и привилегирующих признаков составов преступлений для дифференциации ответственности и наказания. Увеличивается их удельный вес, уточняются формулировки при расширении повторяемости признаков, унифицируется терминология, совершенствуются правовые конструкции как средства законодательной техники. При этом под квалифицирующими признаками состава преступления понимаются указанные в законе характерные для части преступлений соответствующего вида существенные обстоятельства, отражающие типовую, значительно измененную в сравнении с основным составом преступления степень общественной опасности совершенного деяния и личности виновного, что отражается в законодательной оценке содеянного и определении меры ответственности.

Правовые последствия закрепления в законе квалифицирующих признаков получают свое выражение в установлении иных границ наказания, рамок санкции, отличных от санкции за преступление основного состава. В дифференцировании ответственности заключается основная функция квалифицирующих и привилегирующих признаков.

Квалифицирующие и привилегирующие признаки составов преступлений представляют собой сложный комплексный институт уголовного права, имеющий свое функциональное предназначение и находящий нормативное закрепление в Общей и Особенной частях уголовного закона. Следует отметить, что известное "удвоение" структуры правового материала названного института вызывает определенные затруднения в правоприменительной практике, неоднообразное понимание значения некоторых понятий и терминов, отдельные аспекты которых будут рассмотрены в дальнейшем.

В теории уголовного права отмечается, что институт квалифицирующих (привилегирующих) признаков смягч ающих и отягчающих обстоятельств обладает самостоятельным предметом правового регулирования, представляя собой совокупность отношений в сфере уголовно-правового регулирования обстоятельств, существенно изменяющих степень общественной опасности совершаемых преступных деяний.

В силу своей относительной цельности он позволяет единообразно регулировать определенные общественные отношения, призван влиять на квалификацию содеянного и дифференцировать уголовную ответственность. При этом наблюдается выраженная тенденция к унификации законодательной формы квалифицирующих признаков, когда кристаллизуются их устойчивые сочетания (например, "группа лиц по предварительному сговору", "с проникновением", "с причинением значительного ущерба"). Юридическое оформление, известная законодательная самостоятельность рассматриваемого института имеет ту особенность, что содержание его норм не обособляется в отдельном структурном подразделении закона, а распределяется в качестве общих положений в различных разделах Общей части и в предметных институтах Особенной части Уголовного кодекса.

Особое место в системе норм квалифицирующих и привилегирующих обстоятельств занимает комплекс норм, определяющих режим учета предусмотренных законом смягч ающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Указание в ч.3 ст.60 УК РФ на необходимость учета смягч ающих и отягчающих обстоятельств при назначении наказания имеет своей целью предупредить возможные ошибки правоприменителя и обеспечить предусмотренное уголовно-правовой нормой надлежащее смягчение или усиление наказания при его индивидуализации по конкретным делам. Функциональное назначение смягч ающих и отягчающих наказание обстоятельств заключается в том, что они являются средством конкретизации характера и степени общественной опасности преступного посягательства и личности виновного и тем самым существенно влияют на определение судом законного, обоснованного и справедливого наказания.

Анализ сущности и правовой природы установленных законом перечней смягч ающих и отягчающих обстоятельств позволяет сделать вывод, что они представляют собой данные, характеризующие особенности преступного деяния и личности виновного. Эти особенности присущи как объективной, так и субъективной стороне состава преступления. Выделение этих обстоятельств в особую группу оснований для решения вопросов назначения наказания, непосредственно влияющих на его снижение или усиление, допускает рассмотрение их комплекса как самостоятельного обособленного института уголовного права.

Изучение правовой природы этого института, его особенностей как своеобразного явления правоприменительной деятельности, его места в механизме правопримени

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Судейское усмотрение и проблемы назначения наказания". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 592

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>