Дипломная работа на тему "Способы защиты права собственности"

ГлавнаяГосударство и право → Способы защиты права собственности




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Способы защиты права собственности":


Содержание

Введение

Глава I Понятие собственности и ее защиты

§1 Право собственности как вещное право

§2 Гражданско-правовая защита права собственности

§3 Система защит ы права собственности

Глава II Юрисдикционные способы защит ы права собственности

§1 Судебная защита собственности

§2 Понятие и способы нотариальной защит ы права собственности

§3 Защита в административном порядке

Глава III Неюрисдикционные способы защит ы права собственности

§1 Самозащита права собственности

§2 Оперативный способ защит ы права собственности

Заключение

Библиография


Введение

Актуальность темы исследования. Одним из ключевых в истории русского общественного сознания является вопрос о праве собственности, его социальном назначении и наилучших формах его выражения. К. П. Победоносцев отмечал: «..история развития понятия о собственности идет в параллель с историей общественного права»[1]. Во все времена институт права собственности занимал центральное место в гражданском праве. Именно этим объясняется непрекращающийся интерес к исследованию права собственности со стороны представителей экономической и юридической науки, философии, социологии и др.

Конституция Российской Федерации провозглашает равную защиту и неприкосновенность всех форм собственности. Конституционные положения соответствуют статье 17 Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., провозглашающей, что никто не должен быть произвольно лишен своего имущества, а также статьей 1 Протокола № 1 от 20 марта 1952 г. к Европейской конвенции о защите прав человека и его основных свобод (в ред. Протокола от 11 мая 1994 г.), согласно которой каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности; никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Вместе с тем, в последние годы вопрос о защите права собственности приобрел особо важное теоретическое и практическое значение. Анализ современной правоприменительной практики показывает, что позиция высших судебных органов не способствует эффективному развитию гражданского оборота. Суды общей юрисдикции и арбитражные суды, рассматривая споры, связанные с защитой нарушенных прав, неоднозначно, а порой противоречиво применяют нормы действующего гражданского законодательства, что приводит к нарушению конституционных прав, реализуемых собственником и добросовестным приобретателем. Неопределенность судебных органов в вопросе единообразного применения норм действующего гражданского законодательства способствует злоупотреблениям в сфере сделок с недвижимостью, ценными бумагами и иным имуществом. Изменения, внесенные в Гражданский кодекс РФ, в Федеральный закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» не способствовали устранению существующих проблем, а привели к еще большим противоречиям норм гражданского законодательства, заключающимся, например, в возможности установления «условного права собственности» у добросовестного приобретателя, которое можно в судебном порядке опровергнуть. Таким образом, при анализе способов защит ы права собственности возникают вопросы как теоретического, так и практического характера, предполагающие комплексное исследование обозначенных проблем, что и предопределило выбор автором представленной темы исследования.

Состояние научной разработанности темы. Теоретическую основу дипломного исследования составляют фундаментальные труды советских и российских специалистов по теории права, гражданскому праву, а также экономической науке, в частности: Г. Н. Амфитеатрова[2], Л. И. Абалкина, М. М. Агаркова, А. Н. Арзамасцева[3], С. Н. Братуся, М. И. Брагинского, А. В. Венедиктова[4], В. В. Витрянского, Д. М. Генкина[5], В. П. Грибанова, Н. Д. Егорова, О. С. Иоффе, А. Г. Калпина, А. Ю. Кабалкина, Ю. Х. Калмыкова, А. В. Карасса, СМ. Корнеева, О. А. Красавчикова, П. В. Крашенинникова, В. Н. Литовкина, Н. С. Малеина, А. И. Масляева, В. П. Мозолина[6], И. Б. Новицкого, В. А. Рахмиловича, А. А. Рубанова, А. П. Сергеева, Е. А. Суханова[7], О. Н. Садикова, К. И. Скловского[8], Ю. К. Толстого[9], P. O. Халфиной, В. Ф. Чигира, Б. Б. Черепахина[10], А. Е. Шерстобитова, Л. В. Щенниковой, A. M. Эрделевского; К. Б. Ярошенко и др.

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Специальный банк готовых защищённых студентами дипломных работ предлагает вам написать любые проекты по требуемой вам теме. Грамотное выполнение дипломных работ по индивидуальным требованиям в Перми и в других городах РФ.

Отдельные аспекты защит ы права собственности были рассмотрены в работах Н. И. Кирилова, Н. А. Баринова, Т. В Дерюгиной, В. П. Камышанского, А. В. Коновалова, В. В. Лазарева, В. А. Летяева, О. А. Минеева, А. Е. Черноморца, З. И. Цыбуленко, В. А. Белова, Б. М. Гонгало, В. А. Дозорцева, А. В. Копылова, В. А. Лапач, Д. В. Мурзина, В. А. Плетнева, Д. О. Тузова и других.

Значительный интерес представляют работы русских ученых, чьи исследования дают возможность изучить тенденции и закономерности развития анализируемых в работе отношений в дореволюционный период: Е. В. Васьковского, М. Ф. Владимирского-Буданова, Ю. С. Гамбарова, К. Д. Кавелина, А. И. Каминки, Д. И. Мейера, С. А. Муромцева, Л. И. Петражицкого, К. П. Победоносцева, Покровского, П. П. Цитовича, Г. Ф. Шершеневича.

Тем не менее, несмотря на множество научных трудов как в России, так и за рубежом, посвященных анализу права собственности и его защиты, в настоящее время, с учетом происходящих изменений, как в нормативном правовом регулировании, так и правоприменительной деятельности появилась необходимость в исследовании ряда новых аспектов в вопросе гражданско-правовой защит ы права собственности.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере защит ы права собственности при осуществлении собственником правомочий владения, пользования и распоряжения имуществом.

Предмет исследования - правовые и организационные аспекты защит ы права собственности, современное состояние и пути дальнейшего совершенствования данного института.

Целью исследования является разработка теоретических положений и практических рекомендаций, направленных на совершенствование правового регулирования отношений по защите права собственности.

Поставленная цель определила следующие задачи исследования:

- выявить предпосылки возникновения и эволюции института права собственности;

- определить юридическую природу и содержание права собственности;

- исследовать сущность защит ы права собственности;
определить значение и соотношение вещно-правовых, обязательственно-правовых и иных способов защит ы права собственности в новых социально-экономических условиях;

- раскрыть содержание вещно-правовых, обязательственно-правовых и иных способов защит ы права собственности;

- определить соотношение и разграничить виндикационныи и кондикционныи иски как средства защиты имущественных прав собственника;

- выявить правовые проблемы, возникающие при применении гражданско-правовых способов защит ы права собственности на практике;

- разработать предложения по совершенствованию действующего законодательства, регулирующего отношения по защите права собственности.

Методы исследования. В основе исследования лежит комплекс общенаучных, частных и специальных методологических принципов познания социально-правовых явлений, которые конкретизируются в виде таких методов, как историко-правовой, сравнительно-правовой, системный, логический, социологический и др.

Структура работы. Цель и задачи дипломного исследования обусловили структуру работы, которая состоит из введения, трех глав, объединяющих восемь параграфов, заключения и библиографии.


Глава I Понятие собственности и ее защиты §1 Право собственности как вещное право

Существование любого человеческого общества неизбежно предполагает добывание средств к жизни, производство материальных благ. Необходимыми предпосылками всякого производства являются средства и предметы труда и люди с их навыками к труду, составляющими в совокупности производительные силы общества.

Основу производственных отношений любого общества составляет собственность на средства производства. Следовательно, собственность лежит в основе жизни человеческого общества.

Собственность как экономическая категория представляет собою присвоение предметов и средств труда, отношение индивида или коллектива к принадлежащей ему вещи как к своей, при этом кто-то должен относится к этой вещи как к чужой[11].

Понятие «форма собственности» – экономическая, а не юридическая категория. Наличие разных «форм собственности» неизбежно влечет появление разных прав собственности, как это имело место ранее, когда нахождение имущества в государственной или иной форме «социалистической» собственности предоставляло ее субъекту неизмеримо большие возможности, чем форма «личной собственности». Обеспечить же «равенство всех форм собственности» в юридическом смысле просто невозможно. Так, в государственной собственности может находится любое имущество, в том числе изъятое из оборота (п.2 ст.129 ГК); государство может приобретать имущество в собственность такими способами (налоги, сборы, пошлины, реквизиция, консфискация, национализация), которых опять-таки лишены граждане и юридические лица. С другой стороны, юридические лица и публично-правовые образования отвечают по своим долгам всем своим имуществом, а граждане – за установленными законом изъятиями[12].

В действующем законодательстве, которое после длительного перерыва делает первые шаги по пути признания вещных прав, классификация этих прав отсутствует, поскольку перечень указанных прав, к тому же примерный, заменить ее не может. Членение вещных прав может производиться по самым различным основаниям. Вне его должно оставаться лишь право собственности, поскольку все остальные вещные права от него так или иначе производны. В числе вещных могут быть выделены права, которые привязаны к определенному имуществу, и права, которые приурочены к определенному лицу; вещные права, которые установлены в публичных интересах(публичные сервитуты), и права, которые установлены в частных интересах; права, которые предоставляют право пользования чужой вещью в известном ограниченном отношении, и права, которые предоставляют право распоряжаться чужой вещью (ипотека). Вещные права можно классифицировать по основаниям их возникновения(по договору, судебному решению и др.) и прекращения (например, в случае гибели вещи, обремененной сервитутом и др.)[13].

Далее, следует отметить, что вещное право - неотъемлемая часть гражданского законодательства любого развитого государства.

Анализ соответствующих норм позволяет выделить ряд отличительных особенностей вещных прав по российскому законодательству:

1)  круг вещных прав, в отличие от обязательственных, очерчен самим законом. Лицо не вправе по своему усмотрению создавать новые разновидности вещных прав.

2)  вещное право, в отличие от обязательственного, является разновидностью абсолютного права, т. е. обладателю вещного права (права собственности, сервитута и т. п.) противостоит неограниченный круг субъектов, обязанных не нарушать его право на вещь.

3)  продолжением этой особенности вещного права является наличие у его владельца правомочий следования и преимущества. Первое означает, что обладатель вещного права продолжает, по общему правилу, сохранять его и тогда, когда вещь переходит к новому владельцу.

Правомочие преимущества сводится к тому, что при конкуренции вещного и обязательственного прав в первую очередь должно осуществляться вещное право. Но данное положение еще нуждается в подтверждении судебной практикой.

4) к признакам, позволяющим отграничить вещное право от других абсолютных прав (право на имя, на жизнь, свободу передвижения и др.) относится его объект. Объектом вещного права служит индивидуально-определенное имущество. Вещи, определяемые родовыми признаками, а также различные нематериальные блага объектами вещных прав не являются[14].

Иными словами, вещным правом принято понимать право, обеспечивающее удовлетворение интересов управомоченного лица путем непосредственного воздействия на вещь, которая находится в сфере его хозяйственного господства. Вещное право принадлежит к числу категорий, которые широко использовались в далеко отстоящие друг от друга исторические эпохи. Не составляет исключение и наше время. Живучесть вещного права во многом объясняется тем, что оно закрепляет отношение лица к вещи (имуществу), обеспечивая за счет этой вещи удовлетворение самых различных потребностей[15].

Право собственности представляет собой наиболее широкое по содержанию вещное право, которое дает возможность своему обладателю-собственнику и только ему определять содержание и направления использования принадлежащего ему имущества, осуществляя над ним полное «хозяйственное господство»[16]. Мейер Д. И. в начале века писал: «С первого взгляда, право собственности представляется нам господством лица над вещью. Но не всякое господство может быть случайным: фактически оно существует, но не признается законным, не признается правом собственности»[17]. В п. 1 ст. 209 ГК правомочия собственника раскрываются с помощью традиционной для русского Гражданского права «триады» правомочий - владения, пользования и распоряжения, охватывающих в своей совокупности все возможности собственника[18].

У собственника одновременно концентрируются все три названных правомочия. Но порознь, а иногда и все вместе они могут принадлежать и не собственнику, а иному законному (титульному, то есть опирающемуся на определенное юридическое основание – титул) владельцу имущества, например, арендатору, Последний не только владеет и пользуется имуществом собственника-арендодателя по договору с ним, но и вправе с его согласия сдать имущество в поднаем (субаренду) другому лицу, внести в имущество улучшения. Вернее говоря, в определенных рамках распорядиться им. Следовательно, сама по себе «триада» правомочий еще недостаточна для характеристики прав собственника.

Правомочия собственника устраняют, исключают всех других лиц от какого-либо воздействия на принадлежащее ему имущество, если на то нет его воли. В отличие от этого правомочия иного законного владельца не только не исключают прав на то же имущество самого собственника, но и возникают обычно по воле последнего и в предусмотренных им пределах.

Некоторыми особенностями обладает содержание права собственности на землю и другие природные ресурсы (п. 3 ст. 209). Однако этот оборот законодательно ограничен (п. 3 ст. 129) в общественных, публичных интересах, так же как и содержание прав всякого землепользователя или природопользователя. Ведь количество и состав такого рода объектов ограничены в силу очевидных объективных причин, а их использование всегда потому так пли иначе затрагивает интересы общества в целом. Поэтому и свободное, по усмотрению собственника использование принадлежащих ему правомочий относительно земельных участков и иных природных объектов подвергается неизбежным ограничениям в публичных интересах, причем во всяком правопорядке. Так, собственник должен учитывать природоохранительные (экологические) требования и запреты, целевое назначение данных объектов, требования закона по их рациональному использованию, права и интересы соседствующих пользователей и др. Это не ограничение его права собственности, а установление более точных границ его содержания, которое в любом случае не может быть беспредельным[19].

Собственник вправе передавать другим лицам свои права владения, пользования и распоряжения принадлежащем ему имуществом, оставаясь его собственником (п. 2 ст. 209 ГК) например, при сдаче этого имущества в аренду. На этом основана и в л. 4 ст. 209 ГК возможность передачи своего имущества в доверительное управление другому лицу, что, как отмечает закон, не влечет перехода к последнему (доверительному управляющему) права собственности на переданное ему имущество[20].

А. А. Иванов убедительно показал, что конструкция доверительной собственности уходит своими корнями в англо-американскую систему права, которая делится на две ветви – общее право и право справедливости.

Согласно этой системе доверительный собственник – полноценный собственник по общему праву, а выгодоприобретатель – по праву справедливости. Именно поэтому в условиях дуализма, присущего англо-американской системе права, конструкция доверительной собственности вполне совместима с общим понятием права собственности как абсолютного вещного права. В условиях же отечественной правовой системы, которая тяготеет к континентальным образцам и не знает деления на общее право и право справедливости, эта конструкция просто-напросто не будет работать[21].

В отношениях собственности тесно переплетаются две стороны «благо» обладания имуществом и получения доходов от его использования и «бремя» несения связанных с этим расходов, издержек и риска. В этом смысле собственность действительно обязывает владельца быть заботливым хозяином и расчетливым коммерсантом, а отсутствие такого «бремени» риска и потерь никогда не сделает владельца настоящим хозяином. Поэтому ст. 210 ГК специально подчеркивает необходимость для собственника нести бремя содержания своего имущества (охрана, ремонт и поддержание в должном состоянии и т. п.), если только законом или договором это «бремя» или его часть не возложены на другое лицо.

Собственник несет также риск случайной гибели или порчи своего имущества, то есть его утраты или повреждения при отсутствии чьей-либо вины в этом (ст. 211 ГК). По сути, этот риск также составляет часть указанного выше "бремени" собственника, С этой точки зрения названное правило закона корреспондирует правилам ст. 223 и 224 ГК, определяющими момент перехода права собственности на приобретателя имущества по договору, ибо с этого момента на приобретателя переходит и указанный в ст. 211 ГК риск, если, конечно, иное не предусмотрено законом или договором. Перенос риска случайной гибели или порчи имущества на других лиц возможен по договору собственника с ними (например, по условиям конкретного арендного договора), а также в силу указания закона (в частности, такси риск может нести опекун как доверительный управляющий имуществом собственника-подопечного, а также унитарное предприятие как субъект права хозяйственного ведения)[22].

Правоотношение собственности, как и любое другое правоотношение, складывается между субъектами, имеет объекты и содержание[23].

Субъективное право собственности является имущественным, абсолютным, вещным и бессрочным[24].

§2 Гражданско-правовая защита права собственности

Собственность в общефилософском смысле на протяжении многих веков рассматривалась в призме "факта человеческой жизни", которую гражданин проживает "на приобретение средств к жизни", т. е. собственности, и даже "творчество современного поэта возможно только при наличии некоторой собственности"[25].

Термин "собственность" употребляется в различных значениях. Например, в древнейший период собственность обозначалась как "моя вещь", "наша вещь"[26], а в русском праве собственность обозначалась выражениями "впрок", "навеки" и подчеркивала принадлежность физическому или юридическому лицу[27].

С нашей точки зрения, наиболее значительным было влияние в развитии учения о собственности Г. В. Гегеля, который рассматривал человека как личность в неразрывной связи с принадлежащей ему собственностью, влекущей для него экономическую основу прав и свобод[28].

В современный период развития собственности окончательно утвердилась ее экономическая основа, которую более или менее обстоятельно вывел и описал в юридической литературе Е. А. Суханов[29]. С точки зрения теоретического обоснования своей концепции профессор Е. А. Суханов экономические отношения собственности представляет как "отношения присвоения конкретными лицами определенного имущества (материальных благ), влекущие его отчуждение от всех иных лиц и предоставляющие возможность хозяйственного господства над присвоенным имуществом, соединенную с необходимостью несения бремени его содержания"[30].

Учение Е. А. Суханова об экономической сущности права собственности поддерживают и такие ученые, как И. Б. Живихина[31], Б. И. Пугинский[32] и многие другие. С нашей стороны, отмечаем, что, продолжая исследования указанных выше ученых, философов, экономистов и юристов, об экономической основе права общей собственности высказались профессор А. П. Фоков[33], профессор Е. А. Чефранова[34].

Так, Е. А. Чефранова считает, что в соответствии с п. 2 ст. 34 СК РФ общим имуществом супругов является все имущество, нажитое в совместном браке. Это доходы каждого супруга от трудовой, предпринимательской, интеллектуальной и иной не запрещенной законом деятельности.

Полагаем, что мнение Е. А. Чефрановой носит сугубо обобщающий характер, так как судебная практика не всегда и не во всем соглашается с общепринятым в теории мнением об общем характере права общей собственности и, следовательно, равном положении супругов в случае, например, раздела имущества.

Неудивительно, что Верховный Суд РФ, обобщая судебную практику по гражданским делам за второй квартал 2002 г., пришел к выводу о том, что если в договоре указан в качестве собственника только один супруг, органы, осуществляющие государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, должны зарегистрировать право собственности за лицом, указанным в договоре. Другой супруг в случае несогласия имеет право обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав совместной общей собственности на приобретенное имущество[35].

В то же время, несмотря на то обстоятельство, что, например, в налоговом, земельном, хозяйственном, о ценных бумагах и ином законодательстве нет норм, направленных на охрану и защиту прав и законных интересов супруга, не являющегося участником общества с ограниченной ответственностью, титульным собственником акций акционерного общества или объекта недвижимости, ученый Е. А. Чефранова продолжает настаивать "на презумпции общности супружеского имущества", мотивируя ст. 256 ГК РФ, ст. 34 СК РФ и общей доктриной отечественного семейного права[36].

Опровергая собственную позицию чистоты охраны и защиты права общей собственности, профессор Е. А. Чефранова ссылается на ученого М. Л. Шелютто[37], который подтверждает обратное, что общая совместная собственность супругов, не отраженная в таком качестве в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, при недобросовестности одного из супругов воспринимается иными участниками гражданского оборота как его индивидуальная собственность, распоряжение которой осуществляется единственным собственником по своему усмотрению. Ссылка Е. А. Чефрановой на судебную защиту общей собственности[38] при подобных обстоятельствах отражает лишь единичные случаи гражданско-правовой защиты права общей собственности, но никак не тенденцию.

Как показывает региональная практика, в данном случае Ставропольского краевого суда, при рассмотрении гражданских дел по вопросам раздела (выдела доли) из совместной общей собственности не только супругов, но и иных категорий физических и юридических лиц суд руководствуется в первую очередь юридически обоснованными доказательствами подобного права на долю в общей собственности либо документами, прошедшими государственную регистрацию, удостоверенными нотариальным органом, вступившими в законную силу решениями (постановлениями) судебных, следственных и прокурорских органов и т. п. Во вторую очередь суд принимает доказательства, которые носят относимый характер, например наличие юридически зарегистрированного брака, но отсутствие при этом брачного договора, дарственной, свидетельства о праве на наследство. Суд также учитывает мнение сторон, свидетелей и иных участников процесса.

При такой постановке вопроса ученый Е. А. Чефранова вынуждена признать, что "действующая редакция п. 2 ст. 34 СК РФ при складывающейся правоприменительной практике не может расцениваться иначе как не отвечающая предъявляемым к закону требованиям четкости и предсказуемости"[39].

Следовательно, при такой разноречивой судебной практике в целях полновесной гражданско-правовой защиты права общей собственности необходимы законодательные изменения, т. е. приведение в соответствие всего комплекса законодательных актов в семейной, налоговой, хозяйственной сферах, в сфере ценных бумаг и т. п. норм права, касающихся всеобщей охраны собственности каждого человека и гражданина, в данном случае супругов.

С нашей стороны, полагаем, было бы вполне логичным п. 2 ст. 34 СК РФ изложить в четкой и определенной редакции о том, что юридически зарегистрированный брак порождает все права и обязанности на общее имущество независимо от его получения или приобретения. Исключая случаи, строго прописанные в законе, а также брачный договор.

§3 Система защит ы права собственности

Как известно, право собственности есть право абсолютное в том смысле, что оно характеризуется отношением, в котором "праву (jus) собственника соответствует обязанность (obligato) всех прочих людей не нарушать его право", в чем и заключается отличие от обязательства, где "праву верителя (jus) соответствует [лишь] обязанность должника (obligato)"[40]. Из такого круга обязанных лиц следует, что право собственности, в отличие от обязательственных прав, нарушить может любой и каждый. Но, без сомнений, такая уязвимость собственности с учетом ее системообразующего юридического и общесоциального значения с необходимостью востребовала особые способы ее защиты[41]. Именно поэтому иск для защиты абсолютного права может быть направлен против каждого лица, нарушающего право[42].

Как видно из последней фразы, под защитой права собственности прежде всего понимаются юрисдикционные формы[43]. Действительно исторически защита прав на вещи сформировалась и развивалась в рамках именно процессуального права, так как при нарушениях нормального оборота одним из его участников другой может восстановить право только путем обращения к публичной власти. Обычно выделяются нарушения прав как связанные с лишением собственника владения, так и иным воспрепятствованием его воле. Однако система защит ы права собственности на недвижимое имущество не ограничивается двумя указанными вещными исками, которым в цивилистике уделено весьма значительное внимание. Собственник вправе использовать все законные способы защиты, как предусмотренные ст. 12 ГК РФ, так и не названные в ней.

Существуют различные основания классификации способов защиты прав: на фактические и юридические, юрисдикционные и неюрисдикционные, публично - и частноправовые. Здесь необходимо заметить, что судебные иски по правовым последствиям (наличию понуждения ответчика к совершению позитивных действий) можно разделить на две группы. Как указывается в процессуальной литературе, "иск о присуждении представляет собой иск о судебном подтверждении права на исполнение", в то время как иск о признании "есть не что иное, как иск о судебном подтверждении гражданского правоотношения"[44].

Кроме того, следует помнить о существующей в отечественном правопорядке императивной определенности, а не конкуренции исков в зависимости от характера отношений с нарушителем. Речь идет о том, что при наличии у собственника обязательственных отношений по поводу имущества с нарушителем (например, отказ нанимателя освобождать по основаниям ст. 687 ГК РФ занимаемое помещение) он не вправе предъявлять ему вещный иск вместо иска из договора.

Для целей настоящего исследования можно выделить следующие способы защиты:

- признания права;

- признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки;

- публично-правовые способы защиты (неприменение судом противоречащего закону акта органа публичной власти или признания его недействительным);

- возмещения убытков;

- самозащиты права[45].

Иск о признании права весьма может являться как самостоятельным иском (например, как последствие приватизационных сделок), так и необходимым элементом комплексных исков для дальнейшего применения способов защиты прав[46]. Суть иска в требовании публичного признания за субъектом наличия у него определенных прав[47], потребность в предъявлении такого иска возникает, когда право лица юридически не очевидно, но спорно и неопределенно для иных субъектов гражданского оборота недвижимости. Иначе говоря, как указывает Д. И. Мейер, "для существования прав, большею частью, достаточно признания их со стороны тех лиц, которые прикосновенны к юридическим отношениям"[48]. В частности, такая необходимость возникает при формальных пороках юридического опосредования фактических отношений.

Важной группой являются исковые требования о защите имущества от неправомерных действий должностных лиц органов государственной власти и местного самоуправления, а также действий должностных лиц организаций. В частности, хрестоматиен пример с распоряжением Губернатора Санкт-Петербурга N 1244-р от 11 декабря 1998 г. "О внесении изменений в распоряжение мэра Санкт-Петербурга от 19 февраля 1996 г. N 128-р", по которому из названного распоряжения исключен п. 2.2, предусматривающий согласование договора муниципалитета с инвестором на реконструкцию многоквартирного дома с собственниками помещений в нем. В соответствии с заявленными требованиями собственников помещений решением Санкт-Петербургского городского суда от 13 сентября 2000 г. данные изменения были признаны недействительными и не порождающими правовых последствий со дня издания. Верховный Суд, оставляя решение в силе, указал, что чердаки относятся к общему имуществу дома и как объект инвестиций не могут передаваться в собственность инвестору отдельно от права собственности на квартиры, расположенные в этом доме. Довод кассационной жалобы о том, что заявителям, обратившимся в суд, на праве собственности в силу договоров приватизации принадлежит лишь только квартира, но не доля в праве на общее имущество, является несостоятельным, так как ст. 135 ГК РФ допускает возможность не указывать в правоустанавливающем документе принадлежности к главной вещи[49].

Таким образом, признание акта публичной власти недействительным активно используется для борьбы с произвольными решениями. Если суд, рассматривая дело, установит несоответствие публичного акта законам РФ, то он не применяет этот акт, причем, как и в случае ничтожности сделки, для этого не требуется специального заявления одной из сторон. Кроме того, собственник вправе использовать не только судебный, но и административный способ защиты прав, причем не только для обжалования действий нижестоящих органов в вышестоящие. Ряд административных органов обладает полномочиями по выдаче обязательных предписаний или рекомендаций, в частности, вместо заявления негаторного иска к соседу, делающему невозможным доступ на лестничную клетку или к пожарной лестнице, собственник может обратиться в правоохранительные органы с заявлением о нарушении его гражданских прав.

Возмещение убытков[50], традиционно воспринимаемое как мера ответственности, является также и мерой защиты, так как в случае недостаточности (если признание сделки недействительной произошло, но реституция невозможна) или невозможности иных мер служит защите права собственности или иных прав. Например, если недвижимость передана в ПИФ, то при цессии пая в инвестиционном фонде индоссант обязан возместить убытки, если окажется, что пай поддельный или подложный, и он не долевой собственник фонда. Более классическим примером является требование возмещения убытков совместно с негаторным иском или же иск к публичным властям при прекращении собственности в результате их действий (в том числе издания актов) в различных формах: вследствие изъятия (выкупа) земельного участка для государственных или муниципальных нужд (ст. 32 ЖК РФ), реквизиции (ст. 242 ГК РФ) или национализации (ст. 235 и 306 ГК РФ). Можно предположить, что с развитием правопорядка возможно будет предоставление защиты и личным правам собственника, нарушаемым при посягательстве на вещь[51].

Следует помнить, что названные способы защиты[52] не исчерпывают всего их многообразия, поскольку любое законоположение, служащее цели охранения прав и интересов лиц и ограждения их от посягательств и применимое для защиты права, может считаться способом защиты в силу открытости списка ст. 12 ГК РФ. Также возможно сочетание и варьирование требований. В частности, весьма актуальный для помещений и иной недвижимости иск об освобождении имущества от ареста является требованием признать постановление судебного пристава-исполнителя недействительным в части наложения ареста на чужое имущество. Для собственника этого имущества такое требование может быть сопряжено с необходимостью признания права собственности, а иногда и с виндикационным иском и требованием возмещения убытков.

В отличие от описанных юридических действий самозащита права представляет собой совершение действий фактического порядка. Как указывал В. П. Грибанов, необходимо различать меры самозащиты "превентивного характера и меры активно оборонительного характера"[53]. Из числа первых можно привести такие меры, как охрана имущества, как установка дверей повышенной прочности, сигнализаций и систем видеонаблюдения, вторые же относятся к институтам необходимой обороны и крайней необходимости. Так, собственник, защищая помещение от вторжения, вправе применить силу и причинить вред (vim vi repellere licet D.1.1.27), пределы необходимой обороны и крайней необходимости полагаются прежде всего характером того обстоятельства, что послужило основанием для их применения (ст. 1066 и 1067 ГК РФ).

Хотя описанные выше способы защиты являются способами защиты гражданских прав вообще, а не только права собственности, все же в силу существенных особенностей собственности они традиционно рассматриваются отдельно от способов защиты иных вещных и обязательственных прав.

Исторически защита ограниченных вещных прав осуществлялась при помощи иных правовых средств в силу того, что сервитут признавался res incorparalis и не мог быть защищен традиционными action on rem. Однако в силу своей вещной природы сервитут мог быть нарушен не только собственником praedium serviens, но и любым лицом, которое препятствует его осуществлению. В силу этого владелец сервитута получал особый вещный интердикт: actio confessoria, по сути, аналогичный негаторному иску собственника, но могущий использоваться и как виндикационный (для личных сервитутов). При развитии преторского права появилось значительное число более специализированных интердиктов, в зависимости от объекта права.

В современном отечественном праве не предусмотрено специальных исков для ограниченных вещных прав: если они связаны с владением, то предоставляется общая владельческая петиторная защита. Если же право на вещь (как, например, для сервитутов на соседние с домом земельные участки) не связано с владением, то возможно требование о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права на земельный участок, и пресечении действий, нарушающих его или создающих угрозу нарушения, причем такие требования будут носить вещный, а не персональный характер и соответственно могут быть предъявлены к любому нарушающему. Кроме того, если сервитут установлен соглашением сторон и собственник служащего участка нарушает его условия, то возможен и персональный иск из соглашения.

Следует обратить внимание на уже упомянутый общий для всех титульных владельцев иск о защите владения от посягательства, тождественный вещным искам, принадлежащим собственникам. В соответствии со ст. 305 ГК РФ всякий титульный владелец не только имеет такой иск против третьих лиц, лишивших его владения или затрудняющих осуществление его, но даже и против собственника. Значение данного законоположения больше, чем представляется обычно. Ранее указывалось, что традиционным для догматики частного права является разделение вещных и обязательственных исковых требований, между тем лицам, владеющим помещениями на обязательственных правах аренды, найма, доверительного управления, предоставлены вполне вещные способы защиты, что еще раз говорит об отсутствии жесткого разделения между вещными и обязательственными правами. Наделение таких владельцев вещным иском, обращенным на собственника, исключает называемый многими авторами общий принцип о недопустимости конкуренции исков[54].

Фактическому владельцу (держателю)[55] предоставляется весьма редуцированная защита. К сожалению, в нашем правопорядке отсутствует вполне традиционная для правопорядков, возникших из римского права, посессорная защита, позволяющая на основании самого факта держания защищать владение, без доказательства правовых оснований. Некоторые авторы указывают на то, что п. 2 ст. 234 "ввел в российское гражданское право так называемую посессорную защиту"[56]. Между тем представляется, что в данном же случае о посессорности защиты держателя можно говорить с весьма большой долей условности, так как для защиты необходимо добросовестное, открытое и непрерывное владение имуществом как своим. И хотя в силу п. 3 ст. 10 ГК РФ действует презумпция добросовестности держателя, но само требование п. 1 ст. 234 выводит отечественную владельческую защиту за рамки традиционной посессорной. Напомним, что при посессорной защите важен лишь факт владения вещью безотносительно к его правовым основаниям, ибо защищается не титул, но res facti удержания вещи[57]. Причем владелец вправе как требовать устранения нарушений владения, так и истребовать имущество от лица, насильственно лишившего его владения. Такие иски предоставляются даже и против собственника вещи.

В отличие от вещных исков, предоставляемых главой 20 ГК РФ собственнику и иным титульным владельцам, держатель по ст. 234 ГК РФ не может обращать свое требование устранения всяких нарушений владения, как связанных с лишением такового, так и не связанных, к собственнику или любому титульному владельцу. Таким образом, мы можем сделать вывод, что весьма редуцированная защита прав добросовестного владельца служит лишь целям ограждения его от посягательств лиц недобросовестных до приобретения ими собственности по давности[58], при этом любое лицо, претендующее на владение по правовому основанию, вправе изъять вещь из такого держания.


Глава II Юрисдикционные способы защит ы права собственности §1 Судебная защита собственности

В системе существующих прав судебной защите общей и долевой собственности придается особое значение. Как показывает судебная практика, среди способов защиты прав, закрепленных ст. 12 ГК РФ, наибольшая доля приходится именно на судебную власть, которая рассматривает до 90% исков имущественного порядка.

Современные российские ученые и практические работники отмечают, что общая и долевая собственность сегодня наиболее уязвима от претензий третьих лиц, сособственников, а порой и государства.

Только судебная власть способна разрешить проблемы, возникающие в спорных правоотношениях общей и долевой собственности, так как решение суда, вступившее в законную силу, обязательно для всех участников судебного разбирательства.

В этой связи очень важно уяснить характер разграничения оснований и способов приобретения права собственности, чтобы в процессе анализа компонентов этого института прийти к осмыслению важности судебной защиты общей и долевой собственности.

Российские ученые, опираясь на учение дореволюционных цивилистов[59], пытаются провести разграничение оснований и способов приобретения права собственности, так как, по мнению проф. Д. И. Мейера, "легко смешать способы приобретения права собственности со способами приобретения других прав", и поэтому якобы необходимо выделить такие способы приобретения права собственности, как передача, давность, военная добыча, находка, пользование, приращение. С чем не мог не согласиться ученый-цивилист Г. Ф. Шершеневич, но полагавший, что к ним необходимо отнести и завладение, давность владения, отделение плодов, приращение, переработку, находку, соединение, передачу, наследование.

Опираясь на проведенные исследования, мы полагаем, что в современной правоприменительной практике следует осторожно подходить к юридической оценке понятий "основания" и "способы" приобретения права собственности. Примером может служить заключение договора купли-продажи какой-либо вещи, например картины, стола или садового дома, что в соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ порождает у покупателя не право собственности, а лишь производное право требовать передачи вещи, что в соответствии со ст. 223 ГК РФ определяет момент возникновения права собственности у приобретателя по договору.

Следовательно, права приобретателя имущества зависят от прав прежнего собственника, который не только по договору купли-продажи, но и по договору дарения, мены передает свое право собственности на имущество другим лицам.

Также полагаем, что с момента перехода права собственности к приобретателю переходит бремя содержания имущества, риск случайной гибели, право обращения взысканий на вещь по долгам собственника и т. п. При уклонении продавца от исполнения договора купли-продажи, дарения или мены покупатель вправе требовать отобрания вещи (ст. 398 ГК РФ). Это право отпадает, если вещь уже передана третьему лицу, имеющему первоначальное право собственности. Если вещь еще не передана, преимущество имеет то лицо, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если указанное невозможно установить, - тот, кто раньше предъявил судебный иск об истребовании вещи из незаконного владения.

В судебной практике сегодняшнего дня более чем достаточно примеров произвольного толкования гражданско-правовых норм об основаниях и способах приобретения права собственности, что создает определенные трудности для вышестоящих судебных инстанций для установления истины по делу ввиду недостаточного исследования этих вопросов в суде первой инстанции.

Следует отметить, что имеющиеся в Гражданском кодексе РФ положения, регулирующие взаимоотношения собственника и добросовестного приобретателя, позволили обеспечить защиту собственности лиц, купивших и оформивших в соответствии с требованиями закона подержанные иностранные автомобили, которые, как выяснилось позже, были украдены за границей. Эта проблема обострилась в середине 90-х годов XX в., когда Россия развернула широкомасштабное сотрудничество с Интерполом в данной сфере. Первоначально российская милиция пыталась изымать у владельцев автомобили, находившиеся в розыске Интерпола. Однако, как известно, только собственник вправе обратиться с иском об истребовании вещи у добросовестного приобретателя, да и то с возмещением затрат, понесенных в результате хранения и улучшения вещи, находившейся у владельца, а также вообще всех иных затрат, возмещение которых предусмотрено как добросовестному, так и недобросовестному владельцу российским законодательством (ст. ст. 301 - 305 ГК РФ). Вместе с тем собственники в подавляющем большинстве случаев вовсе не собирались предъявлять претензии на спорную вещь. Как выяснилось, собственники в ряде случаев сами передавали лжеугонщикам свой автомобиль за скромную плату. Затем в заранее оговоренные сроки, когда собственники были уверены, что автомобили уже пересекли границу, они обращались в полицию с заявлением об угоне и вскоре получали компенсацию от страховых компаний. Зарубежные страховщики предприняли меры, чтобы обеспечить свои интересы. В России же после первых конфликтов по поводу того, должен ли автомобиль оставаться у добросовестного приобретателя или нет, разъяснение действующего гражданского законодательства привело к тому, что почти прекратились попытки изъятия автомобилей у владельцев, должным образом оформивших покупку и получивших ее в свое владение, пользование и распоряжение[60].

Таким образом, позиция Е. А. Суханова, по мнению которого "различие первоначальных и производных способов приобретения права собственности делает возможным различие понятий "основания возникновения права собственности" (т. е. титулов собственности или порождающих юридических фактов) и "способы приобретения права собственности" (т. е. правоотношений, возникших на основе юридических фактов)"[61], что вполне соответствует понятию "способ - образ действий".

Думается, что вполне справедливо замечание Л. В. Санниковой[62] о том, что фактически действия по передаче вещи могут совершаться и во исполнение других договоров, не связанных с переходом права собственности, о чем может свидетельствовать, например, договор аренды. Право собственности возникает только в том случае, если передача вещи опирается на юридический факт, являющийся основанием приобретения права собственности.

В этой связи для приобретения права собственности требуется идеальная совокупность способов и оснований, т. е. совершение события или фактических и юридических действий, прямо указанных в законе.

В случаях, когда вещь (имущество) находится в собственности двух или нескольких лиц, она принадлежит им на праве общей собственности, что определяется гл. 16 ГК РФ (ст. ст. 244 - 259). Так, согласно ст. 244 ГК РФ общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона. Общая собственность на делимое имущество возникает только в случаях, предусмотренных законом или договором.

Обращаясь к теме нашего исследования, отметим, что существует две разновидности общей собственности: долевая собственность и совместная собственность.

Таким образом, если в общем имуществе определена доля каждого из собственников, то это долевая собственность. В случае если доли собственников в имуществе не определены, то речь может идти только о совместной собственности. Различия долевой и совместной собственности проявляются в особом статусе владения, пользования и распоряжения общим имуществом.

Как отмечают многие исследователи, не только современные юристы[63], но и экономисты[64], собственники вещи (имущества) в случае спора вынуждены обращаться в суд за защитой своего права даже в тех случаях, где ответчиком может выступать государство[65].

В настоящее время все граждане России стали потенциальными обладателями права собственности на самые разнообразные материальные объекты, количество и стоимость которых не ограничивается, за исключением случаев, когда это прямо установлено Законом (п. п. 1, 2 ст. 213 ГК РФ). Появление частной собственности в российском законодательстве, вовлечение в гражданский оборот земли, зданий, сооружений и другого недвижимого имущества вызывает в практической деятельности немало вопросов, нуждающихся в осмыслении. Действительно, важно не только провозгласить частную собственность граждан и юридических лиц, но и закрепить основания и способы приобретения права общей (долевой) собственности. Следует сказать, что все основания приобретения общей (долевой) собственности закрепить в отдельных нормах ГК РФ невозможно. Однако требуют законодательного регулирования первоначальные способы приобретения права собственности и четкая регламентация возникновения их вещно-правовых связей, так как приобретение совершается по основаниям, прямо предусмотренным законом, с тем чтобы у приобретателя не было повода усомниться в "чистоте" своего права собственности.

Следовательно, ратификация 20 февраля 1998 г. Государственной Думой РФ Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. предполагает, что ст. 1 Протокола N 1 Конвенции закрепляет право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или обеспечения уплаты налогов, других сборов либо штрафов.

В связи с этим в настоящее время обоснованно предлагается разработать федеральный закон, который бы предусматривал условия и порядок проведения государственных мер, непосредственно ограничивающих право собственности. Речь идет не о дублировании гражданско-правовых норм о собственности, а об определении единых параметров защиты и ограничения частной собственности как права человека. Этот закон должен четко определить роль суда в процессе изъятия собственности (национализация, реквизиция, конфискация и т. д.), непременное его участие в определении размера компенсации в тех случаях, когда она причитается.

Возвращаясь к теме нашего исследования, отметим, что в случае возникновения спора по поводу права общей (долевой) собственности необходимо учитывать, что ст. 35 (ч. 3) Конституции РФ предписывает лишение имущества не иначе как по решению суда, и именно в этом состоит существо конституционной судебной гарантии права собственности.

Гражданский кодекс РФ определяет случаи возникновения долевой собственности. Так, долевая собственность возникает в результате заключения договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), согласно которому все имущество, внесенное участниками договора (товарищами), а также произведенная в результате совместной деятельности продукция и полученные доходы признаются общей долевой собственностью участников договора (ст. 1043 ГК РФ).

При этом необходимо обратить внимание, что объемом прав по владению, пользованию и распоряжению общим имуществом выступает гражданско-правовая категория "доля", которая в материальном выражении не представляет конкретной части имущества, а указывает только на объем правомочий обладателя доли по отношению к общему имуществу (1/2, 1/3 и т. п.). Согласно требованиям ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом (вещами), находящимися в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Неслучайно Г. Ф. Шершеневич в свое время отметил, что "общая собственность, явление весьма частое, представляет значительные трудности для уяснения ее юридической природы"[66]. Поэтому имущество, находящееся в общей долевой собственности, может быть разделено между участниками только по соглашению между ними с выделением всех причитающихся долей и прекращением общей собственности на имущество в отношении сособственников.

Судебная практика вполне определилась по искам о разделе имущества в натуре. Указанное возможно только в случае делимости вещи, а иное может осуществляться путем продажи вещи и распределения вырученной денежной суммы между сособственниками пропорционально их долям. Во всяком случае, доля может быть не только предметом соглашения между сособственниками, но и объектом претензий кредиторов. В случае недостаточности у собственника другого имущества кредиторы вправе предъявить требование о выделе доли должника в общем имуществе и обращении на нее взыскания.

Повседневная жизнь постоянно приводит к ситуациям, когда общая собственность возникает в силу многих обстоятельств: обезличивания при хранении на одном складе вещей совместного наследования, купли акций предприятий (организаций) на совместные денежные средства и т. п. Самое главное, сегодня нельзя предусмотреть все практические случаи возникновения общей собственности и законодательно их закрепить. Неудивительно, что классический подход римского права об идеальной собственности вызвал неоднозначную реакцию ученых, утверждающих о наличии в жизни и "реальных долей", т. е. "установление права пользования на часть вещи (здания) не влечет прекращения права общей собственности на вещь"[67], что нашло поддержку у К. И. Скловского[68] и определенную полемику проф. А. Е. Черноморца[69].

Думается, что бесконечно долго можно спорить по многим проблемам института общей собственности в гражданском праве и приводить вполне убедительные доводы о том, что право общей собственности может существовать как в объективном, так и в субъективном смысле, а все иные высказывания о наличии лишь объективной констанции этого института[70] опровергаются общей теорией права, в процессе научных исследований, а самое главное, противоречат действующему законодательству, в частности главе 16 ГК РФ "Общая собственность".

Многие ученые, такие как профессор А. П. Фоков[71], А. В Кожаринова и Н. К. Нарозников[72], И. Б. Живихина[73], В. А. Тархов и В. А. Рыбаков[74] и многие другие, отдают предпочтение именно судебному способу защиты долевой и общей собственности.

Мы полагаем, судебная защита долевой и общей собственности имеет приоритет по отношению к иным способам, нашедшим закрепление в ст. 12 ГК РФ, что подтверждает судебная практика по рассмотрению споров по данной категории дел.

Согласно ст. 301 ГК РФ: «собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения».

Среди гражданско-правовых средств защит ы права собственности особое место занимают иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения – виндикационные иски[75].

Ст. 301 ГК РФ сохраняет прежнее понимание виндикации как способа защиты прав собственности. Это иск не владеющего собственника к владеющему не собственнику об истребовании индивидуально-определенного имущества из его незаконного владения. Истцом по данному делу выступает собственник имущества, который должен доказать, что имущество принадлежит ему на праве собственности[76].

Ответчиком по делу является незаконный владелец, у которого фактически находится вещь. Незаконное владение это обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию. Незаконным следует, например, считать не только владельца, который самовольно завладел имуществом (похитил, присвоил находку, безнадзорный скот и т. д.), но и того, кто приобрел вещь у лица, не управомоченного распоряжаться ею. При этом не обязательно, чтобы действия незаконного владельца были виновными. Достаточно, чтобы владение было объективно незаконным.

Данный иск направлен на восстановление утраченного собственником владения. Поскольку владение предопределяет в большинстве случаев возможность пользования и распоряжения имуществом, виндикационный иск защищает одновременно и эти правомочия.

Для предъявления иска необходимо наличие трех оснований виндикации.

Утрата собственником владения имуществом, под которой понимается следующее: а) похищение, утеря или иное выбытие имущества из владения собственника помимо его воли (например, вещь унесена потоком воды, ветром); б) утрата имущества титульным владельцем (т. е. лицом, которому собственник передал имущество для пользования, хранения, ремонта и т. д.) помимо его воли и воли собственника. в) неправомерное отчуждение имущества титульным владельцем.

Имущество находится в незаконном владении. Незаконным признается, как мы уже отмечали, владение без юридического основания (титула). Незаконным владельцем следует считать не только лицо, самовольно завладевшее имуществом (например, похитившее его или присвоившее находку), но того, кто приобрел имущество у лица, не уполномоченного распоряжаться им (например, вещь куплена у нанимателя или хранителя). При этом виновность приобретателя значения не имеет. Лицо, купившее имущество, не зная о том, что оно похищено, считается незаконным владельцем.

При предъявлении собственником виндикационного иска к лицу, самовольно завладевшему имуществом, необходимость его возврата не вызывает сомнения.

В Постановлении № 8 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» дается разъяснение: «При разрешении исков об истребовании имущества из чужого незаконно владения, заявленных лицами, титул собственника которых основан на ничтожной сделке или акте государственного органа либо органа муниципального самоуправления, противоречащем законодательству, арбитражный суд вправе дать оценку такой сделке или соответственно не применять акт указанного органа (абз.12 ст. 12 ГК РФ) независимо от того, предъявлялись ли требования о признании сделки) акта недействительными. Если истец приобрел право собственности на основании ничтожной сделки иди акта органа, не соответствующих требованиям законодательства, у него не имеется правовых оснований для истребования имущества»[77].

В случаях, когда при разрешении спора об истребовании имущества из чужого незаконного владения выясняется, что право собственности истца основано на оспоримой сделке, арбитражный суд не вправе в том же процессе при отсутствии встречного иска ответчика давать правовую оценку сделке и признавать ее недействительной, постольку оспоримая сделка может быть признана недействительной только по иску ограниченного круга лиц, указанных в гл. 9 ГК РФ[78].

При применении ст. 301 ГК РФ следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

Иск собственника о возврате имущества лицом, с которым собственник находится в обязательственном правоотношении по поводу спорного имущества, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данное правоотношение»[79].

Имущество подлежит возврату собственнику во всех случаях, если незаконный владелец был недобросовестным приобретателем. Недобросовестным признается приобретатель, который знал или должен был знать по обстоятельствам дела, что приобретает имущество у лица, не имеющего права отчуждать его. Если решение вопроса о незаконности владения основано на объективной противоправности приобретателя имущества, то установление недобросовестности зависит от субъективного критерия, т. е. вины приобретателя.[80] Признание лица недобросовестным приобретателем осуществляется судом исходя из обстановки заключения сделки, ее условий, возможности и необходимости выяснения полномочий отчуждателя на распоряжение имуществом, субъективного состава и т. д. Недобросовестным, например, будет считаться гражданин, купивший дорогое имущество у несовершеннолетнего или по явно заниженной цене[81].

Право собственника на истребование принадлежащего ему имущества из чужого незаконного владения ограничено ст. 302 Кодекса, согласно которой от добросовестного приобретателя имущество может быть истребовано определенных условиях.

По смыслу указанной нормы закона добросовестным приобретателем знается лицо, которое хотя и приобрело имущество у лица, не имевшего отчуждать его, но не знало об этом и не могло знать. Такая ситуация возникает в случаях, когда приобретатель имущества вводится в заблуждение контрагентом по сделке относительно имеющихся у него прав на имущество, и приобретатель при обычной осмотрительности со своей стороны не мог избежать заблуждения.

Добросовестный приобретатель обязан во всяком случае возвратить имущество, приобретенное им по безвозмездной сделке, а также имущество, которое было утеряно собственником или которому им было передано во владение, либо похищено у того или, либо выбыло из их владения и тем помимо их воли.

В остальных случаях имущество полученное добросовестным приобретателем по возмездной сделке, не может быть истребовано собственником ни помощью предъявления виндикационного иска, ни путем предъявления иска о признании сделки недействительной[82].

У добросовестного приобретателя имущество может быть изъято, если оно сохраняется в наличия. Гибель, отчуждение имущества или потребление его приобретателем до того момента, когда он узнал или должен был узнать о неправомерности своего владения, освобождает его от обязательства перед бывшим собственником.

У добросовестного приобретателя, получившего имущество по возмездной сделке, оно истребуется лишь в том случае, если выбыло из владения собственника либо иного титульного владельца помимо их воли. Обстоятельства, в результате которых собственник лишается владения имуществом помимо его воли, различные неправомерные действия третьих лиц, непреодолимая сила, случай, обязательно предписание государственного органа или должностного лица и т. д. помимо воли собственника фактически выбывает имущество из его падения в результате передачи на хранение при чрезвычайных обстоятельствах (например, при пожаре, наводнении, в районе военных действий). Подобные ситуации лишают собственника возможности осуществить выбор лица для хранения спасаемых вещей. Собственник может истребовать имущество не только от приобретателя, но и от любого лица, которому приобретатель передал это имущество во владение, не отчуждая его (по договору найма, хранения т. д.)[83].

Деньги и ценные бумаги на предъявителя не могут быть истребованы от добросовестного приобретателя (п. 3 ст. 302 ГК), даже если они приобретены безвозмездно и вышли из владения собственника помимо его воли. Следовательно, деньги и ценные бумаги на предъявителя могут быть изысканы лишь у недобросовестного приобретателя. Указанное правило признано обеспечить устойчивость обращения денег и ценных бумаг на предъявителя[84].

При истребовании имущества из чужого незаконного владения между сторонами нередко возникают спор о судьбе доходов, принесенных вещью за период незаконного владения, и компенсации произведенных на нее расчетов. Правила производства таких расчетов закреплены ст.303 ГК и сводятся к следующему[85].

Применяя данную норму, необходимо учитывать два обстоятельства. Во-первых, под «доходами» здесь понимаются не только денежные, но и натуральные доходы, т. е. плоды. Во-вторых, речь в данном случае идет лишь о тех доходах и плодах, которые извлечены или, по крайней мере, должны быть извлечены незаконным владельцем из имущества. Указанное обстоятельство, как и сам размер таких доходов, должны бытъ обоснованы собственником истребуемой вещи. Доходы, которые владелец теоретически мог, но не должен был извлечь из имущества, например, путем сдачи вещи в аренду, в расчет не принимаются.

В свою очередь, незаконный владелец имущества, как добросовестный, так и недобросовестный, вправе требовать от собственника компенсации произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с какого собственнику причитаются доходы от имущества. Под необходимыми расходами в данном случае понимаются те издержки владельца, которые вызываются необходимостью поддерживать, имущество в исправном состоянии, в частности расходы на содержание имущества, производство его текущего и капитального ремонта и т. п.

Указанное правило, на первый взгляд, представляется нелогичным по отношению к недобросовестному владельцу имущества, права которого, казалось бы, не должны охраняться законом. В действительности, оно имеет под собой вполне разумное основание, так как в известной мере предотвращает бесхозяйственное содержание имущества со стороны недобросовестного владельца, т. е. служит в конечном счете интересам собственника имущества. Ст. 303 ГК не предусматривает возмещение необходимых затрат, произведенных добросовестным владельцем за тот период, когда ему, а не собственнику, причитаются доходы от имущества. В этом, разумеется, есть своя логика, так как предполагается, что, по общему правилу, необходимые затраты на имущество покрываются извлеченными из него доходами. Однако совершенно очевидно, что это происходит далеко не всегда. Поэтому добросовестный владелец имущества, понесший издержки по его содержанию и ремонту, но не получивший доходов от имущества, оказывается в худшем положении, чем владелец недобросовестный, которому соответствующая компенсация гарантируется законом. В этой связи следует признать, что пока данный пробел закона не устранен, добросовестный владелец имеет право на иск из неосновательного приобретения или сбережения имущества по ст. 1102 ГК.

Наряду с расчетами по доходам и необходимым расходам закон решает вопрос и о судьбе произведенных владельцем улучшений вещи. Под улучшениями подразумеваются такие затраты на имущество, которые, с одной стороны, не диктуются необходимостью его сохранения, но, с другой стороны, носят обоснованный, полезный характер, так как улучшают эксплуатационные свойства вещи, повышают ее качество, увеличивают стоимость и т. п. В качестве примера таких улучшений можно назвать укомплектование автомобиля чехлами для сидений, установку дополнительных стоп-сигналов, локкеров и т. п.

Судьба улучшений зависит опять-таки от добросовестности незаконного владельца. Когда улучшения произведены добросовестным владельцем, ему предоставляется право либо оставить их за собой, если они могут быть отделены без повреждения вещи, либо потребовать от собственника возмеще

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Способы защиты права собственности". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 596

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>