Дипломная работа на тему "Процессы конституирования политического права, взаимосвязь политического права и общества"

ГлавнаяГосударство и право → Процессы конституирования политического права, взаимосвязь политического права и общества




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Процессы конституирования политического права, взаимосвязь политического права и общества":



ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

по курсу «Общее право»

по теме: «Процессы конституирования политического права, взаимосвязь политического права и общества»

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРАВА

1.1 Политическое право в трудах мыслителей античной эпохи

1.2 Системы политического права Нового времени

1.3 Современное политическое право

2. ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРАВО И ПРОБЛЕМЫ ПОСТРОЕНИЯ ГРАЖДА НСКОГО ОБЩЕСТВА

2.1 Структура политического права и гражданского общества

2.2 Политическое право и гражданское общество современной России

2.3 Политическое право и гражданское общество – региональный аспект

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ВВЕДЕНИЕ

В последнее время проблемы политического права, относящиеся к взаимосвязи личности, социальных групп, общественных формирований, права и государства находятся в центре внимания наших ученых, журналистов и политиков. И это понятно, поскольку формирование политического права связано с развитием демократии, рыночной экономики и становлением правового государства – иначе говоря с глобальным социальным переустройством, в ходе которого должны были бы возникнуть структуры общественного контроля, гарантирующие обратную связь между человеком и обществом. Возрождение интереса к политическому праву связано, прежде всего, с теми социально-политическими потрясениями, которые совершенно изменили лицо Восточной Европы и России за последнее десятилетие.

Среди ученых-обществоведов как в нашей стране, так и на Западе существует много разных подходов к изучению данного феномена, но до сих пор нет единого мнения относительно его сущности, происхождения и исторических границ. Публицисты, политики, а иногда и ученые используют этот термин, вкладывая в него абсолютно разное содержание. Современные представления о политическом праве – результат их длительной эволюции в истории социально-философской и политической мысли, чем и объясняется их многообразие и противоречивость.

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых защищённых на хорошо и отлично дипломных проектов предлагает вам приобрести любые работы по желаемой вами теме. Мастерское написание дипломных работ по индивидуальным требованиям в Саратове и в других городах России.

В связи с характерными особенностями российского бытия как бытия, объединяющего в себе традиции и формы восточных и западных типов государственных устройств одновременно, в связи с долгосрочным действием тоталитарной системы в России в ХХ веке понятие «политическое право» у нас в стране появилось сравнительно недавно. В современной России политическое право и гражданское общество рассматривается в качестве ключа, открывающего дверь в мир свободы и прав человека, в качестве рычага становления демократии и рыночной экономики, в качестве пути к правовому государству.

Поскольку процесс формирования политического права в современной России протекает в отсутствии многих условий, одним из которых является готовность и желание самих людей включиться в этот процесс, исследования построения политического права обладают для России сегодня и научной, и практической актуальностью.

Цель работы – проанализировать процессы конституирования политического права, а также взаимосвязь общества, государства и политического права. На основании цели поставлены следующие задачи.

В отечественной научной литературе существуют разные трактовки содержания понятий гражданского общества и правового государства, их структуры, взаимосвязи элементов. Без выявления и анализа терминов раскрытие данной темы не представляется возможным.

В работе анализируется оценка вклада мыслителей разных эпох в создание концепции политического права, проводится сравнительный анализ их взглядов. Изучается также становление и развитие институтов политического права в развитых странах.

Далее подвергается анализу современное состояние политического права в России. Права человека и гражданина, гражданские и политические свободы, роль права частной собственности исследуются в системе властных отношений общества и государства. Изучаются также различные пути упрочения и развития российского гражданского общества.

Следовательно, задачи, поставленные в работе можно сформулировать следующим образом:

изучить процессы становления и развития политического права;

проанализировать современное политического право в развитых странах;

выявить черты современного политического права России, основные проблемы его становления и пути их решения.

1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПРАВА

1.1 Политическое право в трудах мыслителей античной эпохи

Проблема гармоничного согласования общественных и личных интересов не нова для философской мысли. Истоки концепций политического права можно найти в трудах философов Древней Греции и Древнего Рима. В их работах разработка тех или иных положений политического права, при этом они неразрывно связывались с поиском универсальных норм осуществления социальной справедливости.

Одним из первых к вопросу согласования общественных и личных интересов обратился Гераклит (VI - V вв. до н. э.), который рассматривал знание о справедливости как часть знания о мире вообще, о космосе как «упорядоченной вселенной», «мировом порядке». В основе всех событий мира лежит всеобщий божественный логос (космос, природа), являющийся первоисточником человеческой справедливости и права. Полис и его закон в понимании Гераклита есть нечто общее, одинаково божественное и разумное по истоку и смыслу. «Ведь все человеческие законы питаются единым божественным, который простирает свою власть, насколько желает, всему довлеет и над всем одерживает верх». Этот божественный закон дает разумный масштаб и меру человеческим явлениям, делам и отношениям, в том числе и человеческим законам.

Сказанное Гераклитом означает, что человеческие законы и поступки полностью и всецело зависят и управляются чувственно-материальным миром (космосом), который и есть мера и масштаб всему.

В этом контексте более понятными становятся взгляды представителей пифагорейской школы (VI-V вв. до н. э.), которые считали, что жизнь людей должна быть реформирована и приведена в соответствие с выводами философии о полисе, справедливости и «надлежащей мере» в человеческих взаимоотношениях. При этом пифагорейцы сформулировали весьма важное положение о том, что «справедливое состоит в воздаянии другому равным». Глубина и новизна пифагорейского взгляда состояла в том, что под понятиями «надлежащая мера» и «соразмерность» они усмотрели известную числовую по своей природе пропорцию, основанную на принципе уравнения (или, другими словами, уравнивания) личных интересов граждан в рамках полиса. Последнее становится возможным только в рамках чувственно-материального и поэтому численно измеримого мира, который «в пределе и есть не что иное, как максимально обобщенная вещь, как сумма всех вещей». Другими словами, в основание принципа справедливости пифагорейской школой был положен принцип перераспределения вещей.

Следующий существенный шаг в решении интересующего нас вопроса был сделан Демокритом (ок. V-IV вв. до н. э.). В его трудах мы встречаемся с понятием полиса как «общего дела всех граждан», их «опорой», а это фактически означает, что государство впервые рассматривается как форма выражения общественного интереса или, говоря по-другому, общественный интерес перестает существовать в сознании как некая неуловимая абстракция, а приобретает весьма конкретные формы и очертания. Решение проблемы справедливого согласования общественных и личных интересов, существовавшей до этого момента лишь в плоскости поиска способа уравнивания всего многообразия личных интересов, дополняется и начинает постепенно перемещаться в плоскость изысканий возможностей учета личных интересов в рамках интереса общественного (государственного).

Важное дополнение к критерию чувственно-материального основания справедливости, как основополагающего принципа политического права внесли софисты (V - IV вв. до н. э.).

Положение о всеобщем равенстве по природе выдвинул софист Антифонт. При этом он ссылался на то, что у всех людей - эллинов и варваров, благородных и простых - одни и те же естественные потребности. Неравенство же людей проистекает из человеческих законов, а не из природы. «По природе, - говорит Антифонт, - мы все во всех отношениях равны, притом (одинаково) и варвары, и эллины. Здесь уместно обратить внимание на то, что у всех людей нужды от природы одинаковы». С этих позиций он отмечал, что «многие предписания, признаваемые справедливыми по закону, враждебны природе человека». Даже полезные установления закона - суть оковы для человеческой природы, веления же природы приносят человеку свободу. Обосновывал он это так: «Ибо предписания законов произвольны (искусственны), веления же природы необходимы. И сверх того, предписания законов суть результат соглашения, договора людей, а не возникшие сами собой порождения природы; веления же природы суть самовозникшие врожденные начала, а не продукт соглашения людей между собой».

Таким образом, идея естественно правового равенства всех людей, включая рабов, появилась еще в античности. Иначе говоря, еще в античности делается первая попытка определить предметом общественного (государственного) интереса обеспечение равенства людей в реализации их естественных прав.

Один из самых известных философов Древней Греции Сократ (469-399 гг. до н. э.) говорил о необходимости соблюдения всеми разумных и справедливых законов полиса, а также утверждал, что только на этом пути достижима свобода - прекрасное и величественное достояние, как для человека, так и для государства. Идеи Сократа были развиты его учеником Платоном (427-347 гг. до н. э.).

Любое государство, по Платону, возникло из потребностей людей. Прежде всего, из потребности преодоления хаоса и определенной организации жизни общества, ибо только это могло обеспечить необходимые условия существования людей, реализации их разнообразных интересов. Другая фундаментальная потребность, обусловившая возникновение государства, заключалась в необходимости установления социальной справедливости между людьми.

У Платона понятие общество совпадает с понятием государство. Оно изображается как единое целое, и в нем соблюдается принцип морально-политического единства всех граждан, как трехсословное, иерархическое, управляемое «разумным» сословием на основании знания, а не мнения.

Платон исходит из убеждения, что свободный член общества непременно участвует в управлении государством. Но создателем и правителем совершенного государства могут быть только философы. Лишь небольшое число граждан может соответствовать самым высоким и строгим критериям их отбора. Согласно Платону, гражданином является свободный член общества, принадлежащий к определенному сословию и профессионально исполняющий свои обязанности, участвующий в управлении государством.

Платон выделял три правильные формы: царскую власть (законную монархию, т. е. правление одного лица на основе законов), аристократию (законную власть немногих) и законную демократию (власть демоса на основе законов) и соответственно три неправильные формы: тиранию (незаконную власть одного), олигархию (незаконную власть немногих) и незаконную демократию (власть демоса не на основе законов).

Платон считал, что сила государства заключается в силе его законов. При этом он подчеркивал, что закону, выражающему интересы большинства людей данного общества, должны подчиняться все - от рядовых граждан до правителей. В работе «Законы» Платон говорил: «Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью. Где же закон владыка над правителями … там усматриваю я спасение государства и все блага, какие только могут даровать государствам боги». По сути дела в этих словах Платона, сказанных несколько тысяч лет назад, мы находим важнейшие составляющие современной концепции правового государства: идеи необходимости самоограничения власти правом и верховенства последнего.

Аристотель продолжил исследование государства как формы выражения общественного интереса. Он считал, что сущность государства заключается в политическом общении между людьми. Человек по своей природе есть существо общающееся, живущее в обществе и потому выступающее как «существо политическое». Естественным основанием государства служат семья и род. Общение же «вполне завершенное, состоящее из нескольких селений, образует государство». Подобно Платону Аристотель считал, что государство «существует ради достижения благой жизни». Достижению такой жизни, по мнению философа, отнюдь не мешают отношения господства и подчинения.

В основу любого государственного устройства, по мнению философа, должен быть положен принцип справедливости. Как и его учитель, Платон, Аристотель говорит о двух видах справедливости - справедливости уравнивающей и справедливости распределяющей. Распределяющая справедливость - это проявление справедливости при распределении всего того (власти, почести, выплат и т. п.), что может быть разделено между членами общества. Принципом распределяющей справедливости, по Аристотелю, выступает деление общих для всех граждан благ по достоинству, т. е. пропорционально их вкладу или взносу в общее дело. Тем самым распределяющая справедливость интерпретируется им как равенство в геометрической пропорции.

Развивая и конкретизируя учение Платона, Аристотель в «Политике» ставит вопрос о статусе гражданина. Понятие гражданина лучше всего может быть определено, согласно Аристотелю, через принцип участия в суде и власти: «Мы же считаем гражданами тех, кто участвует в суде и в народном собрании».

Гражданин тот, кто принимает участие в законосовещательной или судебной власти данного государства. «Государством же мы и называем совокупность таких граждан, достаточную, вообще говоря, для самодовлеющего существования», - пишет Аристотель, не разделяя понятий общества и государства.

Трактуя право как политическую справедливость, Аристотель писал: «Не должно ускользнуть от нашего внимания то обстоятельство, что искомое нами понятие состоит как в справедливости вообще, так и в политической справедливости (праве). Последняя же имеет место между людьми, принадлежащими к одному общению, и имеет целью самоудовлетворенность их, притом между людьми свободными и равными, равными в смысле или пропорциональности, или числа вообще. Люди, не находящиеся в подобных отношениях, не могут и иметь относительно друг друга политической справедливости (прав), но имеют некоторого рода справедливость, названную так по сходству с предшествующим видом. Те люди имеют права, для которых существует закон, определяющий их отношения; закон же предполагает преступление, суд - распределение правды и неправды».

Одним из первых Аристотель делит политическое право на естественное и волеустановленное (т. е. позитивное). Однако несмотря на то, что подобное разделение все-таки было произведено, в античности, как нам кажется, оно носит несколько иной, отличный от современного его понимания характер, поскольку фиксирует разные стороны существования материально-чувственного мира. Область естественного права здесь выражает интересы человека, опирающиеся на саму его социально-биологическую природу, данную ему от рождения. По сути дела естественное право изначально естественно и никем не создаваемо, оно не есть выражение чьей-то воли, напротив, оно является простым выражением природы человека как «существа политического» по происхождению. В свою очередь волеустановленное право также не есть нечто абсолютно внешнее по отношению к праву естественному, более того, оно есть волевое продолжение, деятельная реализация человеком его природы, его политической сущности.

Далее Аристотель отмечает, что хотя вся область права изменчива, однако понятия о справедливости и праве изменчивы только в известной степени, причина тому - их единое происхождение из материально-чувственного космоса. «Ясно, - пишет он, - что из явлений, могущих быть и иными, должно отнести к области естественного права, и что должно отнести не к области естественного права, а установленного законом и всеобщим соглашением».

Право в целом (и естественное, и волеустановленное) и права индивида, по Аристотелю, носят политический характер и возможны только в государстве, «причем для (граждан) свободнорожденных и равных пропорционально или арифметически». При господстве, т. е. неполитическом типе власти и отношений (в варварских деспотиях, в отношениях между рабом и господином и т. д.), невозможны как право вообще, так и права индивидов. В этих неполитических условиях и отношениях, отмечает Аристотель, о праве можно говорить лишь условно. «Человек по природе своей - существо политическое», значит, что естественные права человека реально существуют лишь в виде прав политического субъекта, т. е. гражданина полиса.

В трактовке Аристотеля «правильны» лишь те формы политического (государственного) устройства, что соответствуют принципу справедливости и идее права, т. е., иначе говоря, носят правовой характер. «Итак, ясно, - пишет Аристотель, - что только те формы государственного строя, которые имеют в виду общую пользу, являются, согласно принципу абсолютной справедливости, правильными; те же формы, при которых имеется в виду только личное благо правителей, все ошибочны и представляют отклонения от правильных; они основаны на деспотическом принципе, а государство есть общение свободных людей.

Аристотель писал, что тремя правильными формами являются царская власть, аристократия и полития (правление большинства на основе законов), а тремя неправильными формами - тирания, олигархия и демократия (правление демоса, большинства не на основе законов).

Таким образом, Аристотеля продолжает разрабатывать идеи и принципы государственного устройства, сегодня названного бы правовым, производит разделение всей области права как сферы выражения интересов, на право естественное и волеустановленное. Заслугой Аристотеля является постановка вопроса о равенстве прав и равенстве собственности, о возможных отрицательных последствиях для стабильности демократической системы как уравнительства, так и экономического неравенства.

В эпоху эллинизма представления о возможностях согласования общественных и личных интересов посредством государственного устройства развивал Эпикур. Главная цель государства и основания политического общения состоят, по Эпикуру, в обеспечении взаимной безопасности людей, преодолении их взаимного страха, непричинении ими друг другу вреда. С таким пониманием характера и цели политического общения связана и его трактовка государства и права как договора людей между собой об их общей пользе и взаимной безопасности.

Принцип и критерии справедливости применимы, согласно Эпикуру, лишь в отношениях участников договорного общения (людей и народов). Конкретное содержание понятия справедливости как результата «договора о полезном» изменчиво в зависимости от особенностей той или иной страны, обстоятельств и т. п. Однако во всей этой изменчивости неизменным остается сам принцип справедливости: «… в общем справедливость для всех одна и та же, потому что она есть нечто полезное в отношениях людей друг с другом».

Законы, соответствующие справедливости, выступают как средство ограждения и защиты «мудрых» от «толпы», как публичная гарантия свободы, безопасности и автономии индивида. «Законы, - говорит Эпикур, - изданы ради мудрых, - не для того, чтобы они не делали зла, а для того, чтобы им не делали зла». Таким образом, закон рассматривается как средство защиты прав человека и обеспечение свободы их реализации.

Концепции об универсальности человечества и о мировом порядке, основанном на естественном законе - приобретают особое значение в школе стоиков после завоеваний Александра и взаимопроникновения греческой и восточной культур в эпоху эллинизма.

Во II в. до н. э. Полибий, интерпретируя историю Рима и его институтов, использовал идеи Аристотеля и Платона. В достоинствах смешанной конституции и создании институтов консулов, сената и народного собрания он увидел гарантии стабильного и справедливого управления миром посредством римского законодательства. Впоследствии эти идеи были усвоены Цицероном и другими представителями римской интеллектуальной элиты эпохи поздней республики.

Марк Туллий Цицерон в понятие гражданской общины и государства вводит закон в качестве из связующего звена. Равное право для всех граждан утверждается как залог стабильности гражданского общества и государства. Последние прочны, когда народ издает законы, вершит правосудие, решает вопросы войны и мира, союзных договоров, прав и имущества граждан. В основание теории международного права закладывается тезис о необходимости соблюдать права человека не только в мирное, но и в военное время.

В самом анализе проблемы прав граждан намечается сравнительно-исторический подход, обращается внимание на то, что свобода гражданина Афин включала больший набор прав, чем свобода гражданина Рима.

Согласно Цицерону, власть должна уважать такие права римских граждан, как право избрания царя и магистрата, право провокации, наличие института плебейских трибунов. Он отметил также, что правосудие укрепляется любовью граждан к миру и спокойствию, а государственную власть укрепляет авторитет лучших граждан в сенате.

Заслугой Цицерона, на наш взгляд, является также стремление определить рамки гражданской свободы. Она должна реализовываться в строгих границах закона. Чрезмерная свобода имеет тенденцию перерождения в рабство.

Значительным был его вклад в развитие доктрины стоиков о естественном праве. Он был убежден, как отмечает Алмонд, в существовании всеобщего естественного права, определяемого божественным порядком космоса, рациональной и социальной природой человечества.

В одной из работ Цицерон дает такое определение естественного права: «Истинный закон - это разумное положение, соответствующее природе, распространяющееся на всех людей, постоянное, вечное, которое призывает к исполнению долга, приказывая, запрещая, от преступления отпугивает; оно, однако, ничего, когда это не нужно, не приказывает честным людям и не запрещает им и не воздействует на бесчестных, приказывая им что-либо или запрещая. Предлагать полную или частичную отмену такого закона - кощунство; сколько-нибудь ограничивать его действие не дозволено; отменить его полностью невозможно, и мы ни постановлением сената, ни постановлением народа освободиться от этого закона не можем». Сформулированная им концепция естественного права вошла в римское законодательство, далее - в доктрину католической церкви, в труды мыслителей эпохи Просвещения и современные формулировки.

1.2 Системы политического права Нового времени

От феодально-удельных государств средних веков национальные государства Нового времени отличались сосредоточением власти в руках монарха, созданием государственной казны, централизованного аппарата управления и правосудия, постоянной армии, обособленностью государства от сословных, религиозных, этнических и иных социальных групп.

Новый этап в становлении концепции политического права связан с формированием в обществе третьего сословия - буржуазии и его борьбой за расширение гражданских и политических прав.

Важным составным моментом в развитии идей политического права стала концепция общественного договора как источника происхождения и правовой основы деятельности государства. Однако необходимо заметить, что в отличие от античной концепции государства как результата общественного договора людей, в основе которой лежало опять-таки представление о естественных правах человека, опиравшееся на «чувственно-материальное» мировоззрение античности, либерально-буржуазная концепция в философии Нового и Новейшего времени не выходит за рамки духовно-нравственного мировоззрения христианства.

Разрабатывая договорную концепцию государства, Г. Гроций (1583-1645 гг.) писал: «Государство есть совершенный союз свободных людей, заключенный ради соблюдения права и общей пользы». С таким пониманием государства, содержащим идею правовой государственности, связано у Г. Гроция и целого ряда последующих мыслителей и положение о естественном человеческом праве оказывать сопротивление насилию властей, нарушающих условия общественного договора.

Развивая естественно-правовые воззрения и договорную концепцию государства, Б. Спиноза отмечал, что «цель государства в действительности есть свобода». Он подчеркивал, что «естественное право каждого в гражданском состоянии не прекращается», поскольку и в естественном, и в гражданском состоянии человек действует по законам своей духовной природы, сообразуется со своей пользой, побуждается страхом или надеждой. Полное лишение людей их естественных прав привело бы к тирании. Для сравнения мыслители античности в этом случае говорили о наступлении для человека необратимых последствий, связанных с разрушением самой его биосоциальной природы.

В этой связи Б. Спиноза выделяет и исследует факторы, определяющие пределы государственной власти в ее отношениях с индивидами. Во-первых, замечает он, такой предел обусловлен собственной природой государства, тем, что оно «зиждется на разуме и направляется им». Во-вторых, к праву государства не относится «все то, к выполнению чего никто не может быть побужен ни наградами, ни угрозами». Так, согласно Б. Спинозе, вне государственного вмешательства в жизнь и дела гражданина, т. е. в сфере его естественного права, находятся способность суждения, свобода совести, вопросы взаимной любви и ненависти людей, право человека не свидетельствовать против самого себя, право на попытку избежать смерти и т. д. «В-третьих, наконец, - пишет он, - нельзя упускать из виду, что к праву государства менее всего относится то, на что негодует большинство». Это означало, что право государства должно соответствовать мнению большинства и что государственная власть должна считаться с общественным мнением.

Дальнейшее решение вопрос взаимосвязи общественных и личных интересов получил в теории естественного права и общественного договора Т. Гоббса. В своих трудах философ исходил из того, что в естественном состоянии общество выступает как совокупность людей, свободных и равных между собой по их физическим и умственным способностям, в то время как в античной философии говорили о равенстве в потребностях. Различие это фиксирует существенную разницу в подходах к самой основе естественных прав человека со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Естественное состояние общества, продолжает Т. Гоббс, характеризуется отсутствием отношений собственности, т. е. какого-либо разграничения между «своим» и «чужим». Равенство способностей и свобода каждого определяют равенство прав всех людей. Однако складывающиеся на этой основе отношения между ними не идеальны. В общении друг с другом они ищут лишь выгоду и почет. Руководствуясь эгоистическими интересами, они часто вредят друг другу и вступают в жестокую борьбу между собой. При этом «не существует действительной, видимой власти, которая могла бы под страхом наказания умерить страсти и принуждать к соблюдению естественных законов». Продолжается «война всех против всех», в которой «каждый защищает свою жизнь и свое тело, как он только может».

Подобная война порождала много опасностей для людей, поскольку каждый человек мог свободно использовать свою силу и свои права против других. Она не могла закончиться ничьей победой и не способствовала сохранению человеческого рода. Отсюда Т. Гоббс заключает, что для преодоления взаимной вражды людей, обретения мира и спокойствия было необходимо, «чтобы каждый член общества перенес свою личную власть и силу на какое-нибудь одно лицо - единичное или коллективное. В этом случае данный человек или собрание будет представлять каждого члена общества и каждый должен подчинить свою волю его воле и суждению».

Так из договора «всех со всеми» появляется «великий Левиафан», всемогущее чудовище, имя которому государство. Люди передают ему свои права, несут перед ним определенные обязанности. Оно же в своем государственном лице представляет интересы всех граждан данной страны и действует от их имени. По словам Т. Гоббса, государство есть «соединение всех в одно лицо».

Гроций как основоположник теории естественного права, выводит его из начал природы, а право народов - из общего согласия и свободной воли народа. Право рассматривается как основа безопасности любого общественного союза, включая род человеческий или несколько народов. Источником права считается соблюдение разумных правил общежития. Естественным правом предписывается соблюдение договоров. Провозглашается вечность и незыблемость естественного права, которое служит основой права внутригосударственного и права народов.

Обеспечение неотчуждаемых прав человека в условиях государственности Д. Локк связывает с двумя существенными моментами. Первый из них заключается в необходимости разделения властей (на законодательную, исполнительную и федеративную), без чего политическая власть неизбежно превратится в абсолютную и деспотическую силу в руках одного органа или лица. Разделение властей - необходимое условие соблюдения требований общественного договора и его сути - признания и защиты неотчуждаемых прав человека.

Второй существенный момент состоит в «доктрине законности сопротивления всяким незаконным проявлениям власти». Законность такого сопротивления как формы борьбы за право человека (вплоть до восстания против деспотической власти) коренится, согласно Д. Локку, в суверенных правомочиях народа - учредителя государства. После заключения общественного договора народ остается сувереном и судьей, решающим, правильно ли учрежденные и уполномоченные им власти выполняют возложенные на них договорные обязательства или эти власти стали отклонятся от условий договора и нарушать их.

Таким образом, общественный договор - это, по Д. Локку, постоянно действующий фактор политической жизни, и договорные отношения народа с политической властью - непрерывный процесс, протекающий в соответствии с принципом согласия индивидов и народа в целом с действиями властей. Данный принцип, опирающийся на идею народного суверенитета и положение о неотчуждаемых правах человека, Локк противопоставляет феодальным представлениям о прирожденном подданстве людей, о естественном праве власти на людей как на свою собственность, о безусловной, не зависящей от человека и как бы самой природой предопределенной его связанности с данной властью.

По мнению Д. Локка, индивид - не безвольный подданный государства, а его добровольный член. Договорная концепция государства (договорный характер его происхождения, сущности, целей, функций и пределов деятельности, договорная форма установления гражданства - добровольность членства людей в государстве и т. п.) в трактовке Локка предполагает взаимные, это необходимо особо подчеркнуть, права и обязанности договаривающихся сторон, а не абсолютное право государства и безусловную обязанность подданных, как это, например, имеет место в гоббсовской интерпретации идеи договорного возникновения государства. Абсолютную власть, которая всегда суть изначальное бесправие подданных и ограниченный характер прав и свобод, предоставляемых им по усмотрению самих властей, Д. Локк вообще не признает в качестве формы государственного устройства и гражданского правления. Такая деспотическая власть ввергает людей в рабство; она хуже естественного состояния с его хотя и недостаточно гарантированными, но все же равными правами и свободами всех.

Большим достоинством учения о правах человека Д. Локка является и анализ необходимой внутренней связи между свободой и законом. «Несмотря на всевозможные лжетолкования, - писал философ, - целью закона является не уничтожение и не ограничение, а сохранение и расширение свободы. …Там где нет законов, там нет и свободы».

С позиций такого понимания законности Д. Локк отвергает вульгарные представления о свободе как произвольном усмотрении и несвязанности никаким законом. «Свобода людей, находящихся под властью правительства, - писал Д. Локк, - заключается в том, чтобы иметь постоянное правило для жизни, общее для каждого в этом обществе и установленное законодательной властью, созданной в нем; это - свобода следовать моему собственному желанию во всех случаях, когда этого не запрещает закон, и не быть зависимым от постоянной, неопределенной неизвестной самовластной воли другого человека.

Гоббс определяет свободу как отсутствие препятствий, определяет свободу воли человека и называет некоторые основные гражданские свободы: право на жизнь, безопасность, собственность, справедливый суд, равенство людей при заключении договора, свобода покупать и продавать, выбирать свое местопребывание, пищу, образ жизни и т. д. Однако в сравнении частных прав с государственным предпочтение отдается последнему. Гражданскими правами называются те, которые не предусмотрены законом.

Признание, защита и реализация неотчуждаемых прав и свобод человека в гражданском состоянии, по Д. Локку, возможны, таким образом, лишь при определенных условиях и гарантиях. В числе таких условий - правовое качество закона (выражение и защита в законе прав и свобод индивидов), и надлежащее устройство самой государственности путем разделения властей.

Ж. Ж. Руссо считал, что социальное неравенство противно естественному праву, «поскольку оно не совпадает с неравенством физическим». В результате получается, что «глупец руководит мудрецом», горстка людей утопает в роскоши, тогда как большинство народа нуждается в самом необходимом.

Вершиной теоретического творчества Руссо явилось его учение об общественном договоре. Он отверг такое понимание общественного договора, согласно которому народ передает свои права правительству, а оно затем осуществляет власть от имени народа и над народом, над всеми гражданами государства.

Философ считал возможным заключение между представителями самого народа такого договора, при котором каждый гражданин оставался бы свободным и пользовался соответствующими политическими правами. Руссо сформулировал суть общественного договора и его основную задачу: «Найти такую форму ассоциации или общественного объединения, которая защищала и охраняла бы всей своей силой личность и имущество каждого члена и благодаря которой всякий, соединяясь со всеми, повиновался бы только себе и оставался бы также свободным, как и прежде». Однако сама форма такого идеального договора, как мы видим, и это хотелось бы подчеркнуть, еще должна быть найдена, она не существует в природе как нечто естественным образом данное человеку.

Объединившись на основе общественного договора, люди выступают как единое «политическое целое» с их «общей волей» (общественным интересом). Это не лишает их свободы и не мешает реализовать их личные интересы, если они не наносят вреда интересам других людей. Однако с этого момента появляются и общие интересы, выступающие одновременно как интересы каждого из них. Это общие интересы того «политического целого», или государства, которое представляет собой весь народ, обладает всей полнотой власти и тем самым выступает как «верховный суверен».

По утверждению Руссо, народный суверенитет, проявляющийся как «верховная власть» народного государства, «никогда не может отчуждаться». Поэтому данный суверен, или народное государство, «может быть только самим собою». Государство (идеальное с точки зрения согласования общественных и личных интересов) решает все вопросы, касающиеся жизни его граждан, их защиты от внутренних и внешних посягательств.

Глубокая философская разработка проблем прав и свобод человека в реализации им своих личных интересов с либерально-гуманистических позиций связана с именем И. Канта. «Если существует наука, действительно нужная человеку, - писал он, - то это та, которой я учу, - а именно подобающим образом занять указанное человеку место в мире - и из которой можно научиться тому, каким надо быть, чтобы быть человеком».

По смыслу кантовского агностицизма (познаваемость лишь явлений и невозможность познания «вещи в себе», а также сущностей типа «свобода воли», «бессмертие души», «бытие бога» и т. д.) теоретический разум может достоверно ответить лишь на вопрос: «что человек может знать?», но не на вопросы: «что человек должен делать?» и «на что человек может надеяться?». Два последних вопроса, недоступные собственно познанию (теоретическому разуму), оказываются у И. Канта проблемами практики, практического разума - сферой должного, где трансцендентальные идеи разума играют лишь регулятивную, а не собственную познавательную роль. Регулятивная значимость трансцендентальных идей проявляется в том, что они дают направление, ориентир и цель деятельности разума (и действиям человека как разумного существа): априорные максимы разума выступают как законы и правила для практической сферы в виде долженствования, обозначая тем самым нормы морального и правового порядка.

Основной трансцендентальной идеей и первым постулатом кантовской этики выступает свобода человека, его свободная воля, которая определяет смысл моральной независимости и автономии личности, ее способность и право самой устанавливать нормы должного и следовать им без внешнего принуждения и давления.

И. Канту принадлежит большая заслуга в последовательном философском обосновании и развитии либеральной теории правового государства. Согласно мнению философа, «государство - это объединение множества людей, подчиненных правовым законам». Благо государства состоит в высшей степени согласованности государственного устройства с правовыми принципами.

Существенное достоинство кантовского философского подхода к проблемам прав и свобод личности состоит, в частности, в том, что эту проблему он ставит и разрабатывает во всемирно-историческом масштабе (в соответствии с категорическими требованиями идей разума) для установления всемирного гражданско-правового состояния и вечного мира между народами. Утверждение моральной автономии личности, прав и свобод человека, идей республиканизма является, по И. Канту, единственно возможным путем осуществления этого идеала.

Кант последовательно отстаивает свободу индивида и резко критикует двуличие реальной политики в ее отношении к морали и праву. Политика, согласно мнению философа, должна быть подчинена морали и праву, категорическим императивам разума о правах и свободах личности. «Истинная политика, - подчеркивал он, - не может сделать и шага, не присягнув заранее морали… Право человека должно считаться священным, каких бы жертв ни стоило это господствующей власти». Реально существующая политика предстает в изображении И. Канта как по преимуществу деспотическая, игнорирующая человеческое право и неизбежно вызывающая сопротивление подданных произволу властей, их антиморальным и антиправовым установлениям. «Если в действиях власти нет ничего такого, к чему разум внушает непосредственное уважение (как например, человеческое право), - замечает он, - то никакое влияние на произвол людей не в силах обуздать их».

Кантовское учение об автономии личности, ее правах и свободах, о правовой политике, правовой организации государственной жизни, правовом союзе свободных государств как способе обеспечения международного мира и пути к вечному миру приобретают особую актуальность в современных условиях интенсивного развития общеевропейского и мирового процесса в направлении к повсеместному признанию и постепенному утверждению идей господства права, прав и свобод человека.

Для другого великого немецкого философа Г. В.Ф. Гегеля они действительность, т. е. практическая реализованность разума в государственно-правовых формах наличного бытия людей. Господство разума в истории, по Г. В.Ф. Гегелю, означает, что свобода представляет собой определенное начало и конечную цель всего хода развития духа. Всемирная история, согласно такому подходу, - это прогресс как в познании свободы, так и в объективизации достигнутых степеней свободы в правовых и государственных формах.

Человеческая свобода - результат длительной работы духа. Духовная работа всемирной истории в ее движении с Востока на Запад состоит, по Г. В.Ф. Гегелю, в дисциплинировании естественной (неразумной и несвободной) воли, в возвышении ее до подлинно свободной - одновременно свободы целого и свободы составляющих ее членов, индивидов. На Востоке свободен лишь один (деспот), в греческом и римском мире свободны некоторые (сохраняется рабство остальных), в германском мире (под которым Г. В.Ф. Гегель имеет в виду ряд стран Западной Европы) - все. В соответствии с этими тремя основными формами государства: восточная деспотия, античное государство в виде демократии или аристократии, современная представительная система - конституционная монархия.

Идея свободы людей, по Гегелю, достигает своей полной реализации лишь в конституционно оформленных и развитых государствах современности. Эти государства представляют нечто разумное внутри себя; они действительны, а не только существуют.

Подчеркивая внутреннее единство права и свободы, философ писал: «Право состоит в том, что наличное бытие вообще есть наличное бытие свободной воли. Тем самым право есть вообще свобода как идея».

Государство, согласно Гегелю, это тоже право, а именно - конкретное право (по диалектической трактовке наиболее развитое и содержательно богатое), т. е. вся его система, включая все остальные, более абстрактные права - права личности, семьи и общества. Тем самым государство выступает в трактовке Г. В.Ф. Гегеля как наиболее полное выражение идеи свободы, поскольку «система права есть царство осуществленной свободы».

Характеризуя правовую форму выражения свободы человека, Гегель писал: «Личность содержит вообще правоспособность и составляет понятие и саму абстрактную основу абстрактного и потому формального права. Отсюда веление права гласит: будь лицом и уважай других в качестве лиц».

Абстрактное право выступает лишь как абстрактная и голая возможность всех последующих, более конкретных определений права и свободы личности. Мыслитель обосновывает формальное, правовое равенство людей: люди равны именно как свободные личности, равны в одинаковом праве на частную собственность, но не в размере владения частной собственностью. Требование же имущественного равенства расценивается им как неразумная точка зрения, пустая и поверхностная рассудочность.

Требование принципа субъективной свободы людей, по Г. В.Ф. Гегелю, состоит в том, чтобы о человеке судили по его самоопределению. Лишь в поступке субъективная воля человека достигает объективности и, следовательно, сферы действия закона; сама же по себе моральная воля ненаказуема.

Абстрактная свобода и право личности, подчеркивает Гегель, приобретают действительность в нравственности, когда понятие свободы объективируется в наличном мире в виде семьи, гражданского общества и государства.

Гегель отмечает три основные ступени развития общества: семья, гражданское общество и государство. Причем каждая высшая форма вбирает в себя предыдущую, поэтому разделение гражданского общества и государства он считает временным, то есть государство как высшая ступень неизбежно проходит через этап гражданского общества. Гражданское общество, по Гегелю, – это сфера действия частного интереса. Индивиды в этом обществе противостоят друг другу так же, как и их корыстные интересы, но они не могут существовать друг без друга, поскольку взаимосвязаны. В гражданском обществе, писал философ, «каждый для себя – цель, все другие суть для него ничто. Но без соотношения с другими он не может достигнуть объема своих целей; эти другие суть потому средства для целей особенного».

Гегель гражданское общество характеризует двояко: как самостоятельное и как слитное с государством, растворенное в нем. То есть, в его теории впервые как-то объединились два направления в понимании гражданского общества.

В соответствии с учением К. Маркса об идеальном социальном устройстве высшей целью развития общества является свободный человек, при этом, как он не раз подчеркивал, свободное развитие каждого является условием свободного развития всех. Маркс дал блестящий анализ разных форм отчуждения, порабощающих и закабаляющих человека. Его критика эксплуатации человека человеком при капитализме, можно сказать, была социально-экономической версией знаменитого кантовского принципа: относиться к другому человеку как к цели, а не средству. К. Маркс выступал в защиту угнетенных, обездоленных, против социального неравенства и частной собственности. Однако при всем этом, разрабатывая концепцию коммунистического общества, он противопоставлял ее активно развивающейся концепции правового государства и гражданского общества. По его мнению, член гражданского общества, обладающий естественными и неотъемлемыми правами, существующими вне государства и стоящими выше государственной власти, превращается в ограниченного, замкнутого в себе индивида.

Таким образом, подводя некоторый итог, можно сказать, что проблема конституирования политического права не имеет однозначного, раз и навсегда данного для всех времен и народов решения. Более того, каждая цивилизация на каждом этапе развития решает ее по своему, в соответствии с требованиями и реалиями времени, культурными особенностями, представлениями о природе человека, справедливости и равенстве.

1.3 Современное политическое право

Как совершенно верно указывал в начале ХIХ в. один из исследователей-обществоведов Б. Бауэр: «Мысль о правах человека лишь в прошлом столетии была открыта для христианского мира. Она не является для человека врожденной, а, напротив, завоевана им лишь в борьбе против исторических традиций, в которых до сих пор воспитывался человек. Таким образом, права человека – не дар природы, они также не получены нами от прошлой истории в наследие, – они куплены ценой борьбы против случайностей рождения и против привилегий, доныне передававшихся историей из поколения в поколение. Они – результат образования, и только тот может обладать ими, кто их завоевал и заслужил».

Возвращаясь к периоду буржуазных революций, необходимо отметить, что высшим выражением социальной справедливости в то время считалось достижение формально-правового равенства всех перед законом и судом вне зависимости от занимаемого в обществе положения, вероисповедания, национальной и расовой принадлежности. В описываемый период данный вопрос был успешно решен посредством смены формы правления на конституционную монархию или республику, включения в систему осуществления государственной власти выборных органов управления и самоуправления, избираемых государственных должностей, развития законодательства, перехода уголовного судопроизводства с инквизиционной на состязательную систему и т. д.

Общественно-экономическое развитие западных стран не стояло на месте, и к концу Х1Х – началу ХХ вв. в Европе начался новый кризис, явившийся следствием неспособности государства найти оптимальные способы согласования общественных и личных интересов. В основе этого кризиса лежала отнюдь не проблема вмешательства государства в частную жизнь граждан и социальных групп, напротив, проблема состояла в том, что, несмотря на получение формального права на реализацию интересов, большая часть населения этих стран (в частности, рабочих, крестьян) в силу целого ряда социальных причин не могла им воспользоваться. В общественном сознании постепенно укреплялась мысль, что, говоря словами Б. Констана, «политическая свобода служит гарантией личной свободы, но она не может ее заменить».

Представительное государство и равное для всех право создавались в ходе развития основанного на частной собственности, правовом равенстве, на свободе предпринимательства и торговли общества, и это сопровождалось бурными социально-экономическими процессами. В период промышленного переворота и становления капитализма разорение мелких и средних собственников и развитие пролетариата, стремительное обогащение промышленной, торговой и финансовой буржуазии происходили в обществе, не имевшем ни систем социальной помощи, ни массовых и влиятельных организаций рабочего класса, способных бороться с промышленниками за сносные условия труда и заработной платы. По социально обездоленным слоям общества больно били экономические кризисы и безработица. Росло относительное и абсолютное обнищание пролетариата. Его разрозненные выступления жестоко подавлялись вооруженной силой.

Господствующей политико-правовой идеологией буржуазии того периода был либерализм, требование невмешательства государства в частно-правовые отношения и осуществления им только лишь охранительных функций. В осуществлении «позитивных функций» государства виделись препятствие свободному предпринимательству и конкуренции, а также посягательство на права собственников-налогоплательщиков. Чисто формальной (да и формально ограниченной рядом цензов) долгое время была возможность участия народа (через выборных представителей) в деятельности государства.

В конкретных исторических условиях XIX в. идея правового государства и либеральные лозунги о защите общества и личности от государственной власти по существу означали требование нейтральности государства в неравной борьбе за существование наемных рабочих и владельцев капитала. Для первых государство в период формирования гражданского общества практически выступало как чисто карательная сила, для вторых – как страж богатства и связанных с ним социальных возможностей. Этим обусловлена развернувшаяся в XIX в. социалистическая и демократическая критика ограниченного цензового представительства и идей правового государства («государство – ночной сторож»), требование «социального государства», осуществляющего не только охрану правопорядка, но и проводящего социальную политику в интересах неимущих и общества в целом (законодательное регулирование продолжительности рабочего дня, ограничение и запрет детского и женского труда, социальное обеспечение нетрудоспособных и безработных, всеобщее образование за счет государства, бесплатное здравоохранение и др.).

Уже Гегель видел обремененность гражданского общества противоречиями богатства и бедности. Маркс вынес буржуазному обществу суровый приговор, основанный на выводе, что капитализм к середине XIX в. стал тормозом развития производства и должен быть насильственно уничтожен стремительно нищающим пролетариатом.

Однако история рассудила иначе. Самореформирование государств запада в конце ХIХ – начале ХХ вв. шло по пути принятия ими на себя новых обязательств по обеспечению всем гражданам уровня жизни не ниже определенного минимума, что потребовало активной позиции государства в определенных вопросах социальной жизни, другими словами, принятия на себя социальных функций. В результате правовое государство переходит на качественно новый уровень жизнедеятельности и становится, если использовать общепринятую терминологию, социальным государством.

Движение рабочего класса создало механизмы противодействия эгоизму предпринимателей; промышленное общество сумело породить многочисленный средний класс; развитие представительных институтов власти создавало предпосылки для все более широкого учета в текущей политике государства не только классово-эгоистических интересов буржуазии, но и интересов других классов, а также всего общества в целом. Расширялся и усиливался контроль представительных и судебных учреждений за деятельностью центральной и местной исполнительной власти; рос круг лиц, пользующихся избирательными и другими политическими правами; возникла и постоянно усиливалась зависимость представительных учреждений от системы сложившихся в обществе политических партий и движений, притязающих на выражение и защиту интересов трудящихся, а также социально обездоленных членов общества.

Агеев М. пишет по этому поводу: «В первой половине XIX века в Англии 2/3 населения не имели гражданских прав. В середине века начинается борьба за гражданские права. Рабочий класс выходит на улицы и начинает требовать, чтобы ему предоставили те же права, что и у джентльменов. Интересная деталь: англичанин XVII века, казалось бы, не имеет гражданских прав, при этом он считает себя свободным британцем, то есть он свободен в том смысле, что к нему не может прийти полиция, она не может его отвести в суд и без предъявления доказательств его вины судить. У него есть защита от произвола. Начиная с XIII века, благодаря Великой хартией вольности, любой простолюдин имел защиту закона от посягательств начальства и государства. Но к середине XIX века простолюдин обнаруживает, что этого недостаточно, что он не может доверять управление государством джентльменам. Он тоже хочет участвовать в принятии решений, ему нужны права для участия в политическом процессе. Так началась борьба, которая заняла примерно 60 лет: с 1840 года до начала нового XX века… В этот период проявился героизм маленького человека, который на каждом шагу доказывал, что он имеет право стать субъектом политики. Начали борьбу рабочие, потом в нее включились женщины, религиозные меньшинства. Это был длительный процесс… Это то, что завоевывалось повседневно каждым маленьким человеком, в непрерывной борьбе с институтами, истеблишментом, властью.»

Рубеж XIX–XX вв. можно считать началом нового этапа развития политического права. К этому времени ведущее место в промышленности и торговле перешло от частных предпринимателей и торговцев к индустриальным, торговым и финансовым корпорациям. А организованный в профессиональные союзы рабочий класс сложился во внушительную силу, с которой вынуждены считаться предприниматели и на защиту интересов которого притязает ряд влиятельных политических партий и движений. В защиту демократических и социальных прав и свобод выступают широкие слои служащих, лица свободных профессий, деятели науки, культуры и искусства, научная интеллигенция, студенты, молодежь.

Государство является уже не только «ночным сторожем». Все большее место в его деятельности занимают такие позитивные функции, как организация социального обеспечения, управление народным образованием, здравоохранением, и другие социальные функции. В XX в. существенно повысилась роль государства и в регулировании экономических отношений – государственный контроль и спорадическое вмешательство в экономику создали возможности смягчения и изживания кризисных явлений. Большое место в правовых системах развитых стран XX в. занимает социальное законодательство. В результате расширения социальной деятельности государства увеличилась сфера действия публичного права.

Начиная с 20-30 годов XX века, политическое право стало символом реально работающей, осмысленной демократии, из провозглашенного лозунга – написанным законом, исполнение которого может реально контролироваться гражданами.

Современное политическое право ряда развитых стран трудно назвать буржуазным. На наш взгляд относительно удачным является термин Деева Н. Н., который определяет его как «социализированный капитализм». Гибкое соединение в современной экономике различных форм собственности, существование мощных организаций рабочего класса, развитие систем социальной помощи, успех широких демократических движений в поддержку прав, свобод личности и их гарантий – все это поставило пределы первобытному эгоизму буржуазного общества, вынудило имущие классы считаться с общенациональными интересами, идти на компромиссы с другими классами.

Нормальное, цивилизованное государство современности – правовое и социальное государство с развитыми институтами представительной и непосредственной демократии, с различными формами самоуправления, с подчиненностью всей системы должностных лиц закону и контролю со стороны представительных учреждений, выборностью ряда руководящих звеньев управленческого аппарата, с гласной государственной деятельностью и ответственностью должностных лиц перед общим судом.

Через институты демократии, через законодательство, основанное на признании и гарантиях прав и свобод человека, через общественное мнение, многопартийную систему, группы давления и свободную прессу гражданское общество стремится подчинить себе государство, которое становится не только орудием классового господства, но и средством достижения общественного компромисса, организации социального партнерства, снятия или смягчения социальных противоречий, механизмом управления делами общества. Созданное и охраняемое таким государством право отличается от права первой половины XIX в. тем, что оно, во-первых, содержит уже не только возведенную в закон волю буржуазии, но и волю, интересы, требования других общественных классов, групп, общества в целом; во-вторых, это уже не только формально равное для всех право, но и в значительной мере социальное право, дающее ряд льгот и преимуществ обездоленным слоям общества, обеспеченное рядом материальных гарантий.

Однако путь человечества никогда не был прямым и ровным. История знает не только рывки, скачки вперед, но и стремительные откаты назад. Политическое право и гражданское общество не гарантированы от разрушения, свертывания горизонтальных связей автономных субъектов, их перестройки в вертикальные связи зависимостей от государства. Поэтому наряду с оптимистическими прогнозами и предположениями о перспективах развития гражданского общества и политического права нет недостатка в противоположных по содержанию прогнозах.

Во многих странах политическое право переживает опасный период. В одних регионах оно существует лишь в потенции как выражение общей тенденции развития мировой цивилизации; в других оно находится в стадии становления, но его формированию препятствуют влиятельные общественные группы, способные привлечь и повести за собой значительную часть народа; в третьих уже существующее гражданское общество подвергается нападкам внешних и внутренних сил.

По мнению М. Агеева самый страшный пример из современной истории гражданского общества можно было наблюдать при распаде Югославии. Югославия из всех стран Восточной Европы была страной с наиболее развитым гражданским обществом, она в этом отношении далеко опережала другие восточноевропейские страны, не говоря уже о России. Когда гражданское общество оказалось предоставленным самому себе, осталось без системы демократических институтов, без системы нормально функционирующих судебных органов, без системы, которая бы обеспечивала защиту меньшинств, защиту каждого отдельного гражданина, то есть гражданское общество, оставшееся без государства, вдруг оказалось способным на чудовищные преступления. Один из югославских интеллектуалов писал, что «в Югославии мы увидели вооружившиеся части гражданского общества, которые осуществляли геноцид других частей гражданского общества».

XX век знает не только явные успехи демократии и пакты о правах человека, но и торжество тоталитарных режимов, упразднявших права и свободы, разрушавших политическое право, устанавливавших вертикальные структуры, подобные военно-феодальным.

Решающая роль в замене институтов политического права тоталитаризмом принадлежит государству. Государство и общество – не враги. Но их интересы не тождественны, а иногда противоречивы. Противоречия между государством и обществом резко обостряются в кризисные периоды, особенно если к руководству государством стремится или приходит группа лиц, пытающихся использовать государство в групповых целях.

Государство способно стать орудием уничтожения гражданского общества, если власть перейдет в руки политических деятелей, учреждающих привилегии, противоречащие всеобщему равенству перед законом, ограничивающих или отменяющих права и свободы, заменяющих диалог и поиск компромиссных решений принуждением и подавлением инакомыслящих, узаконивающих отношения власти и собственности, свойственные тоталитарным и полутоталитарным государствам.

Для идейно-политических программ тоталитаризма характерны, во-первых, притязания на защиту общего блага, на выражение подлинных интересов нации или народа, ссылки на историческую необходимость применения крайних мер и отсутствие других способов спасения, кроме тоталитарных; во-вторых, ограничение (а затем отмена) завоеванных гражданским обществом равноправия, прав и свобод человека, запрет какой бы то ни было оппозиции и самостоятельной мысли; в-третьих, перестройка основанных на равенстве горизонтальных связей членов общества в вертикальные структуры, подчиненные правящей иерархии, бесконтрольно распоряжающейся людьми, организациями, общественным и государственным имуществом.

В случае победы тоталитаризма восстанавливаются многие черты, свойственные сословно-кастовому строю, предшествовавшему современному политическому праву. Таковы иерархическое строение всех политических и социальных структур, установление привилегий должностных лиц соответственно их месту в иерархии правящей партии и государства, свертывание сферы частного права, дотошное государственно-правовое регулирование многих сторон общественной и частной жизни, подмена принципа законности всеобщим законопослушанием и др. На этом основано определение современного тоталитаризма – «промышленный феодализм», «прорыв феодального прошлого в наше время».

Это определение вызвало не лишенное оснований возражение. «Такое определение уместно лишь как публицистическая метафора, – пишет Н. Н. Деев. – Для тоталитаризма и феодализма – при всем содержательном различии этих категорий – характерны некоторые аналогичные формы несвободы (кастовость, привилегии и т. д.). Но главное, что феодализм был естественной формой вызревания свободы в несвободе традиционного общества, тогда как тоталитаризм – это бунт и бегство от обретаемой свободы или ее перспективы».

Такой взгляд представляется вполне обоснованным. Сословное или кастовое общество исторически складывалось как естественная (хотя бы и примитивная) организация общественного разделения труда; тоталитаризм является искусственной системой, насильственно навязанной обществу в кризисный период развития. Предпосылки гражданского общества зародились и вызревали при феодализме, во времена позднего средневековья (теория естественного права, протестантская этика, отдельные институты частного права, сословно-представительные учреждения и др.). Привилегированные сословия еще не осознавали опасностей, которые им несли идеи всеобщего равенства и свободы; поэтому феодализм порой допускал большую свободу мысли и слова, чем тоталитарные государства. Лишь после Великой французской революции идеологи свергаемого феодализма, спохватившись, предприняли попытки развернутого опровержения идей, лежащих в основе уже существующего гражданского общества. Сторонники тоталитаризма прекрасно знают опасности, которые им несет свобода мысли, слова, печати. Поэтому именно в тоталитарных государствах XX в. достигли наивысшего развития приемы и способы подавления инакомыслия, насаждение одной-единственной официальной политической доктрины как всеобще-обязательной.

В кризисные эпохи гражданское общество не всегда способно противостоять экстремистским тоталитарным партиям, захватившим руководство государством. Основные институты демократии, которыми облечено современное государство, выглядят как его необходимые части, но не являются таковыми, поскольку государство остается государством и без этих учреждений. Гражданское общество по самой своей природе недостаточно организовано для борьбы с государством, если последнее находит возможность избавиться от его власти и контроля. Представительные учреждения подобны общественным организациям и потому способны вырождаться либо в митинговые собрания, говорильни, бессильные осуществлять реальную власть, либо в декоративные придатки бюрократической и военной иерархий. Общественное мнение может быть деформировано официозной печатью и государственными средствами информации, а народное волеизъявление подменено сфальсифицированными результатами референдумов и плебисцитов. В социальных спорах самым последним доводом всегда была сила, а организованная сила государства превосходит любую другую.

Решающим фактором сохранения гражданского общества, современного государства и политического права или, наоборот, замены их тоталитарным строем является состояние народа как особой социальной общности.

Объединение множества людей в единый народ осуществляется через все формы общественного сознания, особенно, через осознание общности исторических судеб, т. е. действительное или предполагаемое единство прошлого, настоящего и будущего, в основе которого лежат преемственность традиций и предвидение общих исторических перспектив. Основными идеологическими средствами сплочения населения государства в единый народ являются (помимо традиций) общая цель или опасность. Опасность может быть реальной (агрессия, стихийные бедствия) или мнимой (несуществующие «враги народа», мнимые агрессоры, «подозрительные»). Общая цель может быть достижимой (сохранение или улучшение высокого уровня жизни) ил

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Процессы конституирования политического права, взаимосвязь политического права и общества". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 405

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>