Дипломная работа на тему "Понятие и конституционно-правовая сущность правотворчества"

ГлавнаяГосударство и право → Понятие и конституционно-правовая сущность правотворчества




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Понятие и конституционно-правовая сущность правотворчества":


Оглавление

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ СУЩНОСТЬ ПРАВОТВОРЧЕСТВА

1. Понятие, принципы и способы правотворчества

2. Проблемы теории правотворчества в классической политико-правовой мысли нового времени: Томас Гоббс

3. Приемы и методы, используемые в правотворческом процессе

ГЛАВА 2. ПРАВОТВОРЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС

ГЛАВА 3. ВИДЫ ПРАВОТВОРЧЕСТВА

1. Правотворческая деятельность юриста

2. Правотворчество субъектов российской федерации по предметам совместного ведения

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

БИБЛИОГРАФИЯ

Введение

Право не может существовать без государства, как и государство не существует без права, поскольку правовые формы организации жизни общества присущи только государству. Решающей и завершающей стадией формирования права является правотворчество, выступающее одновременно одним из признаков, отличающих государство от других видов организаций, функционирующих в государственно-организованном обществе. Характер, качество, эффективность правотворческой деятельности государства напрямую зависят от его «правотворческой политики», роли государства в ее осуществлении. Столь тесная связь права и государства в области правотворчества определяет важность исследования категории правотворческая политика, признания ее ведущей формой реализации правовой политики.

Правовая политика современной России, с точки зрения А. В. Малько и К. В. Шундикова, которую разделяет автор настоящей публикации, должна складываться из следующих основных направлений, которые вместе с тем могут считаться формами ее реализации:

правотворческая;

правоприменительная;

правоинтерпретационная;

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых оригинальных дипломных работ предлагает вам скачать любые проекты по требуемой вам теме. Профессиональное выполнение дипломных проектов по индивидуальным требованиям в Санкт-Петербурге и в других городах РФ.

доктринальная;

правообучающая[1].

Хотя этот список не является исчерпывающим: он может изменяться, корректироваться, дополняться[2].

Правовая политика — это политика, основанная на праве. Будучи осознанной, консолидированной, эта политика воплощается, прежде всего в законах, конституциях, кодексах, других основополагающих нормативно-правовых актах. В литературе отмечается, что правовая политика при всем многообразии характеристик и определений этого явления понимается и воспринимается в обществе именно как политика правотворческая. Это в конечном итоге и побудило автора к работе над настоящей публикацией, поскольку, как справедливо отмечает О. В. Шопина, сегодня, в период формирования единого правового пространства, законодательная власть пристальное внимание обращает на необходимость выстраивания правовой политики в нормотворческой сфере[3].

Правотворчество представляет собой составную часть правотворческой политики, которая вместе с тем шире по объему и включает в себя не только процесс собственно создания, изменения и отмены правовых норм, но и деятельность по формированию и управлению правотворческим процессом (она немыслима без использования государственного воздействия), выработку концепции, идеи правотворчества, приоритетов, целей, задач правотворческой политики. Такая деятельность носит осознанный, рационально-волевой характер, следовательно, в ее основе должна лежать определенная концепция, предполагающая представления о целях правотворческого процесса и методах воздействия на него. Она должна быть направлена на совершенствование системы правовых средств, формирование эффективной системы правовых актов.

Субъектом правотворческой политики может быть как государство, так и различные общественные силы, прежде всего политические институты. Можно говорить о правотворческой политике какого-либо государственного органа — Государственной Думы, Президента РФ, Правительства РФ, о политике партии или лоббистской группы. Государственная правотворческая политика — это не что иное, как государственное воздействие на правотворческий процесс, которое должно быть осмысленным и систематизированным.

Правотворческая форма реализации правовой политики во многом характеризует направленность, стратегические основы правовой политики. Однако абсолютизировать, выделять ее в качестве самой главной формы реализации правовой политики, по мнению О. Ю. Рыбакова, вряд ли обоснованно. Ибо известно, что любые, самые правильные, справедливые, выверенные решения в области правотворчества останутся не реализованными в полной мере, если не будут подкреплены сильной политикой в области правоприменения. Именно в сфере применения права, считает О. Ю. Рыбаков, реализуется содержание, потенциал законодательства, именно здесь наиболее ярко обнаруживается как правовая культура, так и правовой нигилизм, юридическое бескультурье[4].

Однако следует признать, что правоприменение возможно только и единственно при наличии сформированной правотворческой базы, т. е. правотворчество, а равно правотворческая политика имеют первенство во времени по отношению к правоприменению и правоприменительной политике. Без нормативно-правовой базы, созданной в результате правотворческого процесса, сформировавшегося под влиянием правотворческой политики, существование правоприменения даже при должной правоприменительной политике невозможно. В любом случае правотворческая политика предшествует и определяет политику правоприменительную, а поэтому считаем, что лидерство в системе существующих направлений правовой политики Российского государства принадлежит правотворческой форме, которая реализуется, воплощается в научно обоснованном принятии, изменении и отмене уполномоченными субъектами нормативно-правовых актов и нормативных договоров, в формировании внутренне согласованного массива юридических норм, образующих регулятивную основу правовой политики. По справедливому утверждению ученых, основная проблема здесь заключается не в количестве юридических документов, а в том, чтобы они были увязаны в единую систему. А для этого потребуется решение задач правотворческой политики, соблюдение ее принципов и учет приоритетов.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВАЯ СУЩНОСТЬ ПРАВОТВОРЧЕСТВА

1. Понятие, принципы и способы правотворчества

Вопросам правотворчества посвящены фундаментальные работы, статьи и учебная литература. В юридической литературе можно встретить множество определений термина «правотворчество».

«Правотворческая деятельность — форма осуществления функций государства путем издания нормативных актов, издания или санкционирования, изменения или отмены юридических норм»; «правотворчество — основное направление социальной деятельности, создающее условие для существования и воспроизводства самого общества»[5]; правотворчество — деятельность компетентных субъектов, направленная на издание и совершенствование нормативных актов; «правотворчество — рациональная деятельность, направленная на решение определенных социальных проблем, на достижение определенных целей экономического, политического, социального, экологического характера и т. п.»; «правотворчество — форма осуществления функций государства, состоящая в установлении, изменении или отмене правовых норм»; «правотворчество — одно из основных звеньев механизма регулирования общественных отношений»[6]; «правотворчество — организационно-правовая форма деятельности субъектов непосредственного народовластия»; «правотворчество — комплексная деятельность, состоящая из операций, которые являются разновидностью умственной деятельности и каждая из которых выполняется различными способами и методами; правотворчество — организационно оформленная деятельность государства по возведению закона государственной воли путем выявления потребностей в нормативно-правовом регулировании общественных отношений и создания в соответствии с потребностями новых правовых норм, замена и отмена действующих; «правотворчество — специфическая, требующая особых знаний и умений интеллектуальная деятельность, связанная с созданием или изменением существующих в государстве правовых норм»[7].

Таким образом, термин «правотворчество» уже давно используется в отечественной правовой науке. Однако нет единого мнения относительно содержания понятия и сущности такой правовой категории.

К тому же подходы к правовой действительности, претендующие на новизну, неизбежно вызывают необходимость обогащения традиционных юридических понятий, выработки новых общих положений и в связи с этим известной рационализации и развития юридической терминологии.

На этом основании было бы неверно оставить без уточнения понятие «правотворчество».

Уяснение почти любого понятия, прежде всего связано с постижением этимологии термина. Так, термин «правотворчество» включает в себя две части — право и творчество. Первая определяет направленность этого вида деятельности — создание права, правовых норм.

В связи с этим также предопределяется конкретный круг ее субъектов — орган государственной власти или население (народ) в целом. Вторая часть анализируемого термина — творчество, то есть деятельность, направленная на создание материальных и культурных ценностей, как правило, ассоциируется в сознании людей с некой свободной реализацией воли субъектов[8]. Особое значение для творчества имеет воображение ума, способности абстрактного мышления, а также внутренней мотивации. Творчество правовых норм, как и любой другой вид творчества, есть некий процесс знания (познания). В то же время творческая активность ума по-разному реализуется в той или иной сфере материальной или духовной культуры. Поэтому выделяют виды познания: житейское, научное, практическое и т. д.

В целом под термином «правотворчество» подразумевается правотворчество в смысле деятельности, особенность которого, по мнению С. А. Пиголкина, состоит в его направленности на создание права, его совершенствование и отмену. «Правотворчество есть возведение государственной воли в закон, ее конструирование в общеобязательные нормативные предписания», — отмечает ученый[9].

Правотворчество — одно из важных направлений работы любого государства. Это специфическая, требующая особых знаний и умений интеллектуальная деятельность, связанная с созданием или изменением существующих в государстве правовых норм. По результатам правотворчества, т. е. по нормативным правовым актам, в том числе по законам, судят о государстве в целом, степени его демократичности, цивилизованности, культурности. Человеческое общество всегда нуждалось в точных и совершенных правовых решениях, в такой деятельности органов государства, в результате которой создаются нормы права, правила поведения граждан и организаций. Одна из важнейших характеристик правотворчества заключается в том, что это государственная деятельность, т. е. деятельность главным образом органов государства. Они принимают, создают нормы права, обязательные для тех, кому они адресованы. Но иногда право создается по уполномочию органов государства общественными организациями (в отечественной правовой системе), непосредственно в результате прямого правотворчества народа (на вече в средневековом Новгороде) или суда (в англосаксонской правовой системе)[10].

Понятие правотворчества (правообразования) обычно употребляется в двух смыслах: образование (происхождение) права; образование отдельного юридического закона или более широкого нормативного правового акта. До настоящего времени не имеет однозначного решения проблема соотношения права и закона.

Существует точка зрения о том, что только государство является единственным и исключительным источником права, которое формируется посредством принимаемых им законов. В данном подходе просматривается понимание равенства между правом и законом.

Более распространенной является другая точка зрения. Она заключается в том, что право как регулятор общественных отношений считается «по меньшей мере относительно независимым от государства и закона или даже предшествующим закону, например, в качестве надисторичного естественного права или в качестве права общественного, социально - и сторически обусловленного, рождающегося в объективных общественных отношениях»[11].

Например, М. Н. Марченко считает, что государство обладает исключительными полномочиями по формированию законов, но не права. «Государство монополизирует законотворческую, а вовсе не правотворческую деятельность, ибо законотворчество и правотворчество, а вместе с ними закон как результат процесса законотворчества и право как продукт правотворчества, согласно развиваемым при таком подходе воззрениям, отнюдь не всегда совпадают».

В то же время он признает, что часть законов носит правовой характер. Критерии, позволяющие делить законы на правовые и внеправовые, а также разграничение права и закона теория пока еще не выработала.

Под правотворчеством условимся понимать вид государственной деятельности, заключающийся в процессе формирования и придания официальной формы в виде закона волеизъявлению, соответствующему интересам большинства населения.

Различают три способа правотворчества:

непосредственная правоустановительная деятельность полномочных государственных органов;

санкционирование государственными органами норм, которые сложились независимо от них в виде обычая (делового обыкновения) или выработаны негосударственными организациями;

непосредственное правотворчество народа, проводимое в форме всенародного голосования (референдума).

Некоторые исследователи обоснованно считают, что из множества используемых юридической наукой категорий только один термин содержит «творческую» составляющую — это «правотворчество».

Из самого понимания сущности демократии следует, что законодательная инициатива должна принадлежать непосредственно народу (как единственному источнику и носителю власти) или выборному представительному органу государства (парламенту — основным предназначением которого является выражение воли народа посредством осуществления правотворческого процесса).

В каждом государстве круг субъектов, обладающих правом законодательной инициативы, определяется на конституционном и законодательном уровнях. Этот перечень имеет достаточно жесткий ограничительный характер. В противном случае работа национальных парламентов была бы практически парализована и носила хаотический характер от большого количества желающих поучаствовать в этом процессе.

Создание современной теории правотворчества, базирующейся на принципах, отражающих разнообразные аспекты правового бытия, является одной из базовых задач, решение которой позволит устранить некоторые проблемы методологического характера.

Итак, правотворчество представляет собой разновидность государственной деятельности. В отличие от других форм деятельности государства — оперативного управления, правосудия, надзора и контроля, осуществление которых производится на основе действующего в обществе права, — правотворчество непосредственно направлено на создание этого права. Основное его назначение состоит в выработке правовых норм и их дальнейшем совершенствовании (изменении, дополнении, объединении). Результат правотворческой деятельности может также выразиться в отмене (признании утратившими силу) правовых норм. Необходимость такого рода нормативно-правовом регулировании возникает в случае, когда правовые нормы утрачивают свое значение, т. е. фактически прекращают действовать.

Характерным для правотворчества является то, что оно всегда нацелено на образование единой внутренне согласованной системы норм права. В роли нормативных регуляторов общественных отношений нормы права призваны оказывать влияние на эволюцию этих отношений и их гармонизацию в интересах человека. Всякое цивилизованное общество стремится, поэтому к изданию таких правовых решений, которые бы в первую очередь обеспечивали реальное действие прав и свобод граждан, нейтрализовали негативные факторы общественной жизни и усиливали действие факторов позитивных, способствовали прогрессивному развитию общества в целом. От уровня разработанности системы права, эффективности ее функционирования во многом зависит степень демократичности, цивилизованности самого государства.

Весьма важным представляется исследование проблем, вызывающих потребность в правовом регулировании, и выбор таких юридических средств, которые бы в полной мере обеспечивали их решение. При установлении потребности в урегулировании нормами права той или иной социальной проблемы во внимание должны приниматься общественная значимость последней, степень ее остроты, актуальности, а также то, что в качестве единственно возможной формы реагирования — из числа имеющихся методов воздействия — в данном случае может выступить только право.

Результативность любой сколько-нибудь значимой правовой нормы во многом зависит и от того, будет ли найден при ее формировании баланс социальных, национальных, политических интересов; учтены материальные условия жизни общества, уровень активности различных политических сил, состояние отношений между всеми национальными образованиями, населяющими страну, место и роль государства в международно-правовой среде. Определенное влияние на создаваемую норму могут также оказать реально сложившиеся в обществе ценности правовой и политической культуры, социальная психология, обычаи, традиции и т. п.[12]

Правотворческая деятельность основывается на определенных принципах.

Одни авторы относят к принципам правотворчества следующие:

— научность, — демократизм, — непосредственное правотворчество народа, — плановость, — обоснованность, — целесообразность, — объективность, — оперативность, — системность.

К числу наиболее важных из них отнесены: законность правотворчества, научный характер, профессионализм, демократизм, гласность, гуманизм, использование правового опыта.

Законность в сфере правотворчества предполагает следование твердо установленному порядку принятия нормативных правовых актов. Это означает, что все действия по принятию актов должны производиться в строгом соответствии с правовой регламентационной процедурой и в пределах компетенции соответствующего правотворческого органа. Каждый принимаемый нормативный акт не может противоречить актам вышестоящих органов. Обязательным условием является соблюдение формы принимаемого акта (закон, указ, постановление, распоряжение и пр.).

Определенными средствами законность призвана обеспечивать соответствие текущего законодательства Конституции страны. «Конституционными» должны быть, прежде всего законы, как акты высшей юридической силы. Принятие законов, противоречащих положениям Конституции, неизбежно влечет за собой нарушение устоев правового, государства, начал демократизма, гуманизма, а требование о соблюдении таких законов превращается в формальность. Отстаивая принцип соответствия законов Конституции, следует, однако, учитывать, что он имеет значение только тогда, когда сама Конституция законна.

Научный характер правотворческой деятельности выражается в требовании, которое сводится главным образом к тому, чтобы проект нормативного акта готовился на основе имеющихся достижений науки, в первую очередь юридической. Использование научных выводов позволяет правовую действительность значительно приблизить к фактическим отношениям и при регулировании этих отношений учитывать назревшие потребности общественного развития, его объективные закономерности.

Принцип профессионализма непосредственно направлен на повышение качества правотворческой деятельности, эффективности принятия правовых решений. Он проявляется в обязательном участии на всех стадиях правотворческого процесса высококвалифицированных специалистов, обладающих опытом и знаниями в определенной области общественной жизни и имеющих специальную профессиональную подготовку (юристы, экономисты, социологи, политологи и др.). Данный принцип к тому же предполагает, чтобы каждый из участников, задействованных в работе, связанной с правотворчеством, владел приемами этой работы и выполнял ее на достаточно высоком уровне. Прежде всего, это касается депутатов, призванных обеспечивать принятие законов. В отношении последних необходимо, чтобы все они проходили соответствующую общеправовую подготовку.

Демократизм как принцип правотворчества подразумевает учет общественного мнения и отражение его в принимаемых нормативных решениях. Он может быть выражен в непосредственном участии населения в правотворческом процессе, которое обеспечивается возможностью для граждан обращаться в правотворческий орган с предложениями по совершенствованию законодательства и правом граждан принимать нормативные правовые акты в ходе референдума. Проявлением демократизма является также привлечение широких слоев общественности к обсуждению проектов нормативных правовых актов; установление нормотворческих процедур, носящих подлинно демократический характер; выработка мер, направленных на охрану прав парламентского меньшинства и т. п.

Гласность заключается в открытости обсуждения и принятия нормативных актов, доведении до всеобщего сведения правовых решений. Внедрению принципа гласности в правотворчество во многом способствует пресса. В общественную дискуссию, проводимую на страницах печати по тому или иному проекту, вовлекаются широкие слои населения. Цель таких дискуссий состоит в выявлении многообразных мнений и принятии на этой основе оптимальных эффективных решений. Представителям прессы предоставлена возможность присутствовать на заседаниях правотворческих органов. Поэтому хотя заседания сами по себе не являются публичными, сообщения о них в прессе обеспечивают необходимую гласность. Сложилась практика трансляции таких заседаний по радио и телевидению. Закрытые заседания предусмотрены лишь в отношении актов, принимаемых в интересах обороны, государственной безопасности, охраны государственной тайны. В определенной мере гласность позволяет осуществлять контроль граждан, их объединений, трудовых коллективов за работой государственных органов, снижая тем самым вероятность проявления с их стороны произвольных, волюнтаристских действий.

Принцип гуманизма предполагает направленность нормативного акта на обеспечение реального действия прав и свобод граждан, на удовлетворение их материальных и духовных потребностей. Важное значение имеет то, чтобы издаваемая юридическая норма в равной степени отвечала интересам каждого человека, которого данный институт признает субъектом права и не предусматривала каких-либо дискриминационных мер в отношении той или иной части населения, порождающих произвол и бесправие личности.

Использование правового опыта в правотворчестве позволяет ориентироваться на предложенные отечественной и зарубежной наукой и апробированные правотворческой практикой наиболее эффективные способы создания нормативных актов. Внедряя в свою деятельность все лучшее из накопленного и достигнутого юридической мыслью и юридической практикой, правотворческие органы вместе с тем при работе над конкретным актом не должны выходить за рамки общепризнанных правовых стандартов. Определенной гарантией результативности принимаемых ими правовых решений может служить постоянная связь с правоприменителем.

научность (ибо в процессе подготовки нормативных актов важно изучать социально-экономическую, политическую и иные ситуации, объективные потребности развития общества и т. п.);

профессионализм (заниматься подобной деятельностью должны компетентные люди — юристы, управленцы, экономисты и др.);

законность (данная деятельность должна осуществляться в рамках и на основе Конституции, иных законов и подзаконных актов);

демократизм (характеризует степень участия граждан в этом процессе, уровень развития процедурных норм и институтов в обществе);

гласность (означает открытость, «прозрачность» правотворческого процесса для широкой общественности, нормальную циркуляцию информации).

оперативность (предполагает своевременность издания нормативных актов).

Следовательно, принципы правотворчества — это основополагающие идеи, руководящие начала, исходные положения деятельности, связанной с принятием, отменой или с заменой юридических норм, это ориентир для органов, творящих право.

Правотворчество — богатое по содержанию явление, сложная деятельность по формулированию общих правил поведения. Оно характеризуется неоднородностью.

Таким образом, правотворчество (или иными словами — правотворческий процесс, правотворческая деятельность) — это деятельность по созданию т. е. по разработке, принятию, официальному опубликованию и введению в действие) нормативных правовых актов[13].

2. Проблемы теории правотворчества в классической политико-правовой мысли нового времени: Томас Гоббс

Принципиальные проблемы процесса создания права всегда находились в поле зрения политико-правовой науки. Теория правотворчества, созданная еще в советское время, с 90-х годов XX в. развивалась быстрыми темпами, соответственно развитию практики этой деятельности. Полный пересмотр законодательства способствовал научному осмыслению теоретических и отраслевых проблем создания нормативных актов, вопросов как внешней, так и внутренней юридической техники (и формы, и содержания правотворческих процессов).

Следует отметить парадоксальный факт: работы по теории правотворчества, по отраслевым проблемам создания и совершенствования законодательства исчисляются тысячами, сама теория правотворчества является уже достаточно разработанной, но практически отсутствует историко-теоретический фундамент данной части научного знания. Это объясняется тем, что история классической политико-правовой мысли в советское время в основном рассматривалась только в качестве объекта критических исследований (за исключением марксизма и некоторых эгалитарных и утопических теорий); с 90-х же годов XX в. основное внимание уделялось практическим проблемам правотворчества; поэтому история этой частной научной теории исследована относительно слабо. А между тем следует отметить, что помимо собственно исторического интереса идеями многовековой давности могут быть обогащены даже современные общетеоретические подходы.

В истории развития учения о правотворческой деятельности государственной власти принципиальное значение имеет Новое время. В период буржуазных революций начался поиск новых оснований легитимности государственной власти, была разработана договорная теория, с позиций которой многие проблемы политико-правовой науки приобрели почти современную постановку. Немаловажное значение отводилось и правотворчеству, которое понималось как деятельность, осуществляемая образованной договорным путем государственной властью в соответствии со справедливыми началами организации общества. Еще Г. Гроций, первый крупный буржуазный мыслитель, указывает на издание законов как на существенную составляющую деятельности государства. Законодатель вправе отменить любой закон в государстве, правда, делать это надо только по серьезному основанию, чтобы не погрешить против «правил правительственной справедливости». Проблемы правотворческой деятельности, ее принципы Г. Гроций системно не обсуждает, но у него есть немало интересных замечаний, характеризующих взгляды античных и средневековых авторов на проблемы правового регулирования различных отношений, на соотношение в этом процессе обычных, религиозных норм, предписаний различных государств.

У следующего выдающегося представителя классической политико-правовой мысли Нового времени Томаса Гоббса, также сторонника договорной и естественно-правовой доктрин, мы находим уже достаточно разработанные методологические подходы к осуществлению правотворческой деятельности государственной власти. В трактатах «О гражданине» (1642) и «Левиафан» (1651) он обращается к различным проблемам правотворчества, много рассуждает о пределах законотворческой деятельности, говорит о необходимости ясности права, доведения содержания принимаемых законов до сведения населения и знания законов как об обязательной предпосылке реализации права.

Т. Гоббс отмечает важность законодательной деятельности в государстве. Одним из важнейших полномочий суверена, образованного в результате общественного соглашения, является издание законов[14]. Первая задача верховной власти — сохранение внутригосударственного мира; предупреждение ссор, возникающих из разных представлений людей о справедливости, наилучшим образом достигается установлением общих для всех правил. Поэтому обязанностью верховной власти является установление гражданских законов, которые есть требования того, кто обладает в государстве верховной властью. Законы государства, таким образом, являются требованиями, касающимися действий граждан в будущем, предъявляемыми сувереном.

Свобода граждан, отмечает Т. Гоббс, состоит не в том, чтобы на них не распространялись государственные законы, и не в том, чтобы обладающие верховной властью в государстве не могли издавать любые законы. Все действия и поступки граждан никогда не охватываются законами, да и не могут быть предусмотрены в силу своего разнообразия. Поэтому существует почти бесконечное множество того, что и не требуется законом, и не запрещается им, но что каждый волен делать или не делать по собственному усмотрению. Каждый должен пользоваться своей свободой, свобода должна пониматься как часть естественного права, предоставляемая гражданам гражданскими законами. Задача законов состоит не в том, чтобы удержать людей от всяких произвольных действий, а в том, чтобы люди не повредили бы самим себе своими собственными необузданными желаниями и неосторожностью, «подобно тому, как изгороди поставлены не для того, чтобы остановить путешественников, а для того, чтобы не дать им сбиться с дороги». В более раннем произведении Т. Гоббса «О гражданине» при выражении этой же мысли используется следующая метафора: «Подобно тому, как вода, запертая со всех сторон берегами, застаивается и портится, а, оказавшись на открытом пространстве, разливается и свободнее течет туда, где находит для этого больше путей, так и граждане, если бы они ничего не делали без приказания законов, впали бы в апатию, но, если бы они поступали вопреки законам во всем, государство бы разрушилось; и чем больше остается не предусмотренного законами, тем больше у них свободы. Обе крайности опасны: ведь законы придуманы не для прекращения человеческой деятельности, а для ее направления, подобно тому, как природа создала берега не для того, чтобы остановить течение реки, а чтобы направлять его. Мера этой свободы должна определяться благом граждан и государства». Следует отметить, что эта позиция представляется более конструктивной, нежели взгляды некоторых представителей европейского либерализма XIX в., соответствии с которыми государство не вправе принудительно направлять деятельность человека.

Закон, по мнению Т. Гоббса, плох, когда он не выполняет своей истинной задачи. Можно было бы думать, что закон хорош, когда он выгоден суверену, хотя бы он не был нужен народу, но это не так. «Ненужные законы суть не хорошие законы, а ловушки в целях сбора денег, излишние там, где права суверенной власти признаны, и недостаточные для защиты народа там, где эти права не признаны». Поэтому противоречит долгу правителей устанавливать большее число законов, чем это необходимо для блага государства и граждан. Надо иметь в виду и то, что обычно люди совершают свои поступки не на основании знания законов, а на основании естественного разума. Там, отмечает Т. Гоббс, где законов слишком много, что их нельзя все упомнить, тем более если они запрещают то, чего естественный разум не запрещает, люди неизбежно по незнанию законов и без всякого дурного намерения запутываются в них, как в сетях, «вопреки той не приносящей вреда свободе, которую правители обязаны сохранить гражданам в силу естественного закона». Проблема постоянно разрастающегося законодательства (в объеме, который Т. Гоббс, по всей видимости, и представить себе не мог), тревожит и современных авторов; по крайней мере, нередки по разным поводам высказываемые утверждения о том, что известное правило «незнание закона не освобождает от ответственности» давно уже превратилось в фикцию. Закон должен быть понятным, это, по Т. Гоббсу, зависит не столько от его содержания, сколько от объявления причин и мотивов издания закона — ведь когда известно намерение законодателя, легче понять закон. Т. Гоббс высказывается в пользу краткости законов. Многословие не необходимо, так как, по его выражению, все слова двусмысленны и умножение слов есть также умножение двусмысленности.

Сомнения, возникающие в содержании закона, должны устраняться в процессе судебного толкования. Толкование необходимо, так как писаные законы в случае их краткости легко могут быть ошибочно поняты из-за различного значения одного или двух слов; если же они пространны, они тем более темны из-за различного значения многих слов. Поскольку симпатии Т. Гоббса находятся на стороне монархии, он, указывая на ее преимущества, говорит и о том, что в монархических государствах значительно лучше обстоит дело и с созданием законодательства. Критикуя демократические государства, Т. Гоббс указывает, что там, где верховная власть по изданию законов принадлежит «собраниям, законы неустойчивы и меняются в зависимости оттого, что на собрание явится сегодня больше сторонников одной партии, а завтра — другой; так что законы там носятся туда и сюда, как на волнах».

Таким образом, можно видеть, что постановка ряда теоретических проблем правотворческой деятельности не просто созвучна современности, но и достаточно развернуто, в связи с общефилософскими и общетеоретическими позициями мыслителя. Заслуги Т. Гоббса в разработке вопросов теории правотворчества должны быть известны (просмотр научной литературы по правотворчеству показывает, что это далеко не так). Качество современной правотворческой деятельности (и, прежде всего законотворческой) в целом позволяет осуществлять государственно-правовое управление обществом; тем не менее качество отдельных нормативно-правовых актов оставляет желать лучшего[15]. Подвергая анализу опыт классических мыслителей, можно видеть, что они в первую очередь старались разрешить наиболее принципиальные вопросы, раскрыть сущность правотворческой деятельности в системе общей концепции государственно-правового регулирования общественных отношений, в том числе и с точки зрения определения пределов и способов правового регулирования. Ясное понимание концептуальных вопросов правотворческой деятельности, как представляется, будет способствовать повышению эффективности законодательства.

3. Приемы и методы, используемые в правотворческом процессе

При выработке правовых норм, издании нормативных актов используются определенные правила и приемы. Их совокупность образует юридическую технику. Уровень юридической техники свидетельствует о правовой культуре. Главным в юридической технике выступает терминология. К средствам юридической техники относится юридическая конструкция, т. е. построение нормативного материала (например, состав преступления).

Происходящие в стране реформы во многих сферах общественной жизни предъявляют очень высокие требования к качеству правотворчества, однако быстрые темпы проведения некоторых реформ порождают принятие актов низкого качества, недостатки и упущения в законодательстве.

Проблема юридической техники как самостоятельная научная проблема не нова, к ее изучению серьезно приступили еще в прошлом столетии. Родоначальником юридической техники считают немецкого юриста XIX в. Рудольфа Иеринга, некоторые из разработок которого актуальны и по сей день. Многое в этой сфере сделано отечественными дореволюционными юристами, такими, как Е. В. Васьковский, В. Д. Катков, П. И. Люблинский, Н. С. Таганцев. Интерес к юридической технике был высок и в советский период.

В последние годы в российской правовой литературе появился ряд новых исследований, посвященных проблемам юридической техники, среди которых можно назвать труды Д. А. Керимова, Д. А. Ковачева, В. М. Баранова, Ю. А. Тихомирова и др. Однако полноценная теория юридической техники в нашей стране еще не создана, отсутствует устоявшееся определение юридической техники, ее составных элементов, роли и места в правовой сфере.

Требует самостоятельного научного исследования проблема нормативности дефиниций. Нуждаются также в разработке вопросы об особенностях подготовки отраслевых и межотраслевых актов, соотношения норм общего и специального законодательства, конкуренции нормативных правовых актов.

Юридическая наука не может обойти вниманием и проблему так называемых технических терминов. Практика последних лет свидетельствует об их активном использовании в текстах нормативных правовых актов. Фактически общепризнано, что такого рода предписаниям не должна придаваться сила юридически обязывающей нормы, однако сейчас они часто включаются в текст законов и других нормативных правовых актов. Между тем данные термины следует употреблять в значении, которое выработано для них соответствующей отраслью знания.

Распространенная в настоящее время практика «точечного» законодательства порождает необоснованный рост массива законодательных актов, нарушает требования принципа системности построения структуры законодательства, порождает юридические коллизии и противоречия, создает возможность неоднозначного толкования нормативных правовых актов.

Среди приемов выражения законодательной воли выделяют абстрактный прием — когда вся совокупность возможных юридических фактов охватывается обобщенным родовым понятием; казуистический прием, при котором фактические обстоятельства даются перечислением или путем указания на конкретные индивидуальные признаки.

При совершенствовании правотворчества необходим учет общественного мнения, сочетание демократизма с профессионализмом, проведение правовых экспериментов, знание юридической техники, а также научная обоснованность.

Под законодательной техникой следует понимать совокупность правил, средств и приемов, используемых при выработке правовых норм, издании нормативных актов и последующей их систематизации.

Под юридической техникой понимается совокупность правил, средств и приемов формулирования, вынесения и обработки индивидуальных правовых актов. Важная роль в юридической технике отводится терминологии, реквизитам, структуре.

Говоря о качестве нормативного акта, следует иметь в виду не только его юридическую, социальную и политическую характеристики, но необходимо обращать внимание и еще на одно немаловажное обстоятельство — цена закона. Она включает в себя два вида расходов:

первый — связан с бюджетными (и не только) затратами на его подготовку в ходе прохождения стадий нормотворческого процесса;

второй — связан с целевыми бюджетными расходами государства на обеспечение реализации его положений. Российская Федерация (в 2007 г. ее бюджет составил около 130 млрд. долл.) пока еще экономически не в состоянии обеспечить полную реализацию всех действующих федеральных законов. Следует отметить, что в 2002 г. бюджет страны (его объем составлял около 50 млрд. долл.) должен был быть в три раза больше, чтобы в полном объеме мог финансироваться правореализующий процесс.

Расходы, связанные с принятием только федеральных законов Российской Федерации, весьма значительны. Например, в течение 2007г. в Государственную Думу было внесено 1265 законопроектов. Лишь каждый шестой из них был рассмотрен в нескольких чтениях. Из числа рассмотренных законов каждый третий был только принят, т. е. лишь 191 законопроект из общего числа стал действующим законом (это чуть более 16%). В практике других государств наблюдается прямо противоположная картина. Например, в Финляндии (2007г.) из двухсот с небольшим законопроектов парламент отклонил всего четыре, т. е. более 95% поступивших законопроектов стали законами.

Авторами примерно 20% поступающих ежегодно законопроектов являются законодательные собрания субъектов Российской Федерации. Самыми эффективными субъектами законотворческой инициативы в 2007 г. были Президент и Правительство России. Все поступившие от них законопроекты стали законами (от Президента — 32, от Правительства — 82). Такое положение соответствует сложившейся законотворческой практике государств со стабильным государственным строем. В них примерно 78% законов подготавливаются правительством. В то же время из 623 законопроектов, подготовленных в 2007 г. депутатами Государственной Думы, было реализовано только 5[16].

Несовершенство и низкая эффективность законотворческого процесса в России для ее бюджета весьма обременительно. По оценкам специалистов, подготовка только одного законопроекта обходится налогоплательщику примерно в 490 тыс. руб. На подготовку всех законопроектов в 2007 г. было израсходовано примерно 630 млн. руб. Учитывая, что 84% проектов были отклонены на разных стадиях, то в разряд издержек следует отнести более 430 млн. рублей. Неэффективные расходы российской законотворческой системы этим не ограничиваются. Внесение и рассмотрение законопроектов также требуют финансовых затрат, идущих на лоббирование (более 820 млн. руб. неэффективного расходования) и непосредственное рассмотрение законопроектов (1,7 млрд. руб. неэффективного расходования). Таким образом, расходы на отклоненные только Государственной Думой законопроекты в 2007 г. составили почти 3 млрд. руб.

Отрицательные последствия некачественного законодательства проявляются и другим образом. Например, недостаточное качество вновь принятых федеральных законов о налогах и сборах проявляется уже в том, что они требуют доработки сразу же после их принятия по причине элементарного нарушения или несоблюдения законодательной техники. Не отличаются высоким качеством и издаваемые на основе федерального налогового законодательства соответствующие подзаконные нормативные правовые акты, направленные на создание механизма их реализации.

По статистике Высшего Арбитражного Суда, более 70% дел по заявлениям налогоплательщиков разрешается в их пользу. Практически каждое третье обращение в форме жалобы в Конституционный Суд России поступает по поводу несовершенства налогового законодательства. Отсутствие в федеральном законодательстве возможности применения практики досудебного урегулирования налоговых споров влечет за собой значительное увеличение нагрузки на судей арбитражных судов.

Кроме того, эта проблема носит не только экономический, но и политический характер. Например, нестабильность налоговой политики государства не позволяет «четко определить не только пределы экономических свобод, но и степень вмешательства в хозяйственную деятельность в результате осуществления мер налогового контроля»[17]. В противном случае налоговый контроль может превратиться из необходимого инструмента налоговой политики в средство подавления экономической самостоятельности, а также одного из способов чрезмерного и несоразмерного ограничения провозглашаемых конституционных прав и свобод в экономической сфере — свободы предпринимательства и права собственности.

Например, от несовершенства федерального закона о государственных закупках государство может экономить 10 — 15% (в 2006 г. экономия составила 8%, а в 2007 г. — 7%). Сумма всех видов государственных закупок составляла в 2007 г. 1 триллион рублей. В мировой практике подобные законы позволяют экономить до 25% закупаемых средств. О несовершенстве законодательства этого вида свидетельствует следующий пример. Для нужд армии горюче-смазочные вещества покупают 14 разных структур. «Казалось бы, что проще: пусть какая-то одна структура покупает бензин для всех, а потом распределяет»[18]. А что предпринимать России? В мире бушует финансовый кризис. Поскольку Россия стала частью мировой капиталистической системы, все неблагоприятные события американского или европейского рынков моментально сказываются и на нашей экономике. Многие организации уже ощутили на себе леденящее дыхание рецессии.

Таким образом, юридическая техника — это система средств, правил и приемов подготовки и упорядочения правовых актов, применяемая в целях обеспечения их совершенства и повышения эффективности.

Основным объектом юридической техники является текст правовых актов, информационное воплощение юридических предписаний. При их принятии важно учитывать, чтобы содержание таких предписаний (дух) и форма (буква) соответствовали друг другу, чтобы не было неясностей, двусмысленности.

Юридическая техника призвана структурировать правовой материал, совершенствовать язык правовых актов, делать его более понятным, точным и грамотным. Во многом именно уровень юридической техники символизирует собой определенный уровень правовой культуры конкретного общества.

Техническими средствами являются юридические термины (словесное выражение понятий, используемых при изложении содержания правового акта) и юридические конструкции (специфическое строение нормативного материала, складывающееся из определенного сочетания субъективных прав, льгот, поощрений, обязанностей, запретов, приостановлений, наказаний и т. п.). В качестве юридических конструкций выступают те или иные правовые режимы, юридический состав правонарушения и т. п.

К техническим правилам относятся:

ясность и четкость, простота и доступность языка правовых актов;

сочетание лаконичности с необходимой полнотой, конкретности с требуемой абстрактностью выражения соответствующих правовых предписаний;

последовательность в изложении юридической информации;

взаимосвязь, согласованность и внутреннее единство правового материала.

Технические приемы — это способы, фиксирующие официальные реквизиты (наименование правового акта, дата и место его принятия, подписи должностных лиц и т. п.), структурная организация правового акта (вводная часть — преамбула, общая и особенная части, нумерация разделов, глав, статей, пунктов и т. д.).

Юридическая техника подразделяется на следующие виды:

законодательная (правотворческая);

систематизация нормативных актов;

учет нормативных актов;

правоприменительная.

Все виды юридической техники играют исключительно важную роль и используются на разных этапах механизма правового регулирования — от издания нормативных актов до принятия на их основе правоприменительных актов. Различные виды юридической техники, все, вместе организуя и конструируя правовой материал, создают условия для рационализации юридической деятельности, для оптимизации процесса правового упорядочения общественных отношений.

Под законодательной техникой понимается система правил и приемов подготовки, наиболее совершенных по форме и структуре проектов нормативных актов, обеспечивающих максимально полное и точное соответствие формы нормативных предписаний их содержанию, доступность, простоту и обозримость нормативного материала, исчерпывающий охват регулируемых вопросов. От соблюдения правил законодательной техники во многом зависит степень совершенства законодательства, доходчивость нормативных актов, высокий уровень учета и систематизация законодательства.

К форме готовящихся проектов предъявляются следующие требования:

логическая последовательность изложения, взаимосвязь нормативных предписаний, помещаемых в правовом акте;

отсутствие противоречий внутри нормативного акта, в системе законодательства;

максимальная компактность изложения норм права при глубине и всесторонности отражения их содержания;

ясность и доступность языка нормативных актов;

точность и определенность формулировок и терминов, употребляемых в законодательстве;

сокращение до минимума количества актов по одному и тому же вопросу в интересах лучшей обозримости нормативного материала, облегчения пользования ими, укрупнение правовых актов.

Если в действующих актах имеются повторения, несогласованности, противоречия с предполагаемым регулированием, то должны быть подготовлены в качестве самостоятельных статей (пунктов) проекта либо пунктов постановления о введении его в действие предложения о внесении в действующие акты изменений в связи с принятием нового нормативного решения, о признании актов, их частей утратившими силу, а также поручение нижестоящим органам привести свои акты в соответствие с новым актом.

Самая удачная форма внесения изменений в нормативные акты — оформление новой редакции изменяемого предписания и помещение его непосредственно в текст акта вместо старой редакции. Дополнения также должны вноситься в текст изменяемого акта.

Для нормативных актов характерны единые унифицированные стереотипы, формальные реквизиты, заранее установленные структурные части. Без таких официальных атрибутов, как указание места издания, даты, наименования (вида) нормативного акта (федеральный закон, Основы законодательства и т. д.), его заголовка, подписей официальных лиц, а для ряда актов — и порядкового номера издания, не может быть нормативного акта как официального документа.

Законодательные акты обычно делятся на статьи, президентские, правительственные и ведомственные акты, а также акты представительных органов местного самоуправления и их исполнительных структур — на пункты. К статьям закона, как правило, даются заголовки, в которых обозначается предмет регулирования соответствующей статьи. Значительные по объему акты делятся на главы, разделы, части. Некоторые из них снабжаются преамбулами, приложениями.

Не следует включать в текст нормативного акта (за исключением преамбулы, которая помещается, как правило, в проектах наиболее важных актов) общие рассуждения, научные положения, призывы, декларации и т. п. Для того чтобы нормативный акт был действительно юридическим документом, он должен излагаться простым, ясным языком, по возможности короткими фразами. В нем не должны употребляться образные сравнения, эпитеты, метафоры, а также устаревшие и многозначные слова и выражения, термины, не являющиеся общеупотребимыми.

Точность, лаконичность и строгость стиля — характерные черты языка нормативных актов. Для законодательного текста не свойственны эмоциональная окрашенность, вольная литературная обработка. Очень важно единство употребления терминов: один и тот же термин должен последовательно использоваться в тексте акта при обозначении одного и того же понятия.

Это правило необходимо соблюдать и при внесении в нормативные акты изменений и дополнений.

В проекте целесообразно давать определения имеющих принципиальное значение терминов (законодательные дефиниции), а также расшифровку малоизвестных юридических, технических и других специальных терминов, особенно если будущий акт рассчитан на широкое применение и касается большого круга должностных лиц или многих граждан.

В качестве обязательного компонента в нормативном акте должны быть предусмотрены специальные правовые средства, обеспечивающие его соблюдение: меры поощрения, контроля, порядок разрешения споров и т. д.

В проекте, содержащем предписания, которые устанавливают обязанности государственных и общественных органов, предприятий, учреждений и организаций, должностных лиц и граждан, меры ответственности за их нарушение формулируются в том случае, если они отсутствуют в действующем законодательстве. Если же такие меры уже предусмотрены, то следует дать отсылку к устанавливающим их действующим актам.

В случае необходимости одновременно с проектом закона готовится проект постановления о порядке введения закона в действие. В проекте такого постановления регламентируются вопросы отмены или изменения ранее принятых законов либо их отдельных частей, начала действия закона, формулируются правила, которые должны распространяться на отношения, возникшие до вступления закона в силу, решаются вопросы, касающиеся порядка его реализации.

Сущность, практическая ценность и технико-юридическое оформление идеи законопроекта

В современной отечественной и зарубежной юридической литературе отсутствует единство мнений по весьма важному вопросу — какой элемент законотворческой деятельности выступает ее начальным звеном.

Стадия законодательной инициативы, как правило, рассматривается формально-юридически, без надлежащей опоры на реальные закономерности правотворческого процесса современной России.

Так или иначе, но из сферы научного анализа правоведов в силу разных причин, по существу, исчез феномен «идея законопроекта». В российском законодательстве идея законопроекта отражения не получила, хотя отдельные ее элементы обнаружить можно.

Представляется, что идея законопроекта обладает вполне определенным логико-гносеологическим статусом, занимает важное место в понятийных рядах теории правотворчества. И самое главное — идея законопроекта представляет собой активно функционирующий практический элемент правотворческой деятельности.

В качестве рабочего операционального определения можно предложить следующее.

Идея законопроекта — относительно самостоятельный прием законотворческой техники, применяемый для обозначения организационно автономной начальной стадии законодательной деятельности, представляющей собой систему научных или ненаучных суждений о необходимости принятия новых либо изменения или отмены действующих правовых норм высшей юридической силы, предмете и основных методах законодательной регламентации, ее целях и ожидаемом результате.

Необходимость включения в теорию и практику правотворчества идеи законопроекта обусловливается следующими обстоятельствами.

Во-первых, это требуется для формирования более точного общетеоретического представления о структуре, механизме и процессе «запуска» начальной стадии законотворчества. Идея законопроекта позволяет конкретизировать стадию законодательной инициативы и «высветить» новые содержательные и технико-юридические ее линии (идеи законопроекта) взаимосвязи с концепцией законопроекта. Идея законопроекта нередко отождествляется с его концепцией. Так, В. Б. Исаков дает следующее наименование первой стадии подготовки проектов законов — «формирование идеи (концепции) законопроекта»[19].

Идея законопроекта предшествует его концепции. Концепция законопроекта — гораздо более поздняя стадия законотворческой деятельности, т. е. когда идея уже оценена и принято решение «развивать» ее в законопроект[20]. Различение идеи и концепции законопроекта желательно и по практическим обстоятельствам. Уровень юридической подготовки нашего депутатского корпуса таков, что очень немногие из депутатов могут сами подготовить полноценную концепцию законопроекта, объективно и своевременно оценить качество подготовленной кем-то концепции. Но оценить четко сформулированную идею законопроекта в состоянии почти все депутаты.

Во-вторых, признание в качестве начального этапа идеи законопроекта может способствовать усовершенствованию планирования законодательной деятельности как на федеральном, так и на региональном уровнях. Однако нужно несколько изменить правовой режим работы компетентных органов с поступающими идеями законопроектов.

Сроки рассмотрения и оценки выдвинутых идей законопроектов должны быть значительно увеличены и различаться, в зависимости от масштаба предлагаемого законодательного нововведения. От трех месяцев до одного года — представляются целесообразными такие временные интервалы для объективной оценки идей законопроектов.

При этом мы исходим из того, что есть смысл в составлении трехлетних планов законодательных работ. Ведь финансово-экономическое обеспечение законопроектов не может находиться в отрыве от государственного бюджета и его временных характеристик.

В-третьих, четкое юридическое оформление идеи законопроекта и последующая тщательная аналитическая работа всех участников правотворческого процесса над ней позволят сэкономить интеллектуальные, организационные и материальные ресурсы при вынужденном рассмотрении компетентными органами разных, порой совершенно «несуразных», «шальных» проектов нормативных правовых актов.

В связи с этим приведем следующие данные.

В день последнего пленарного заседания в Государственную Думу Федерального Собрания РФ четвертого созыва было внесено 24 законопроекта (за два дня до этого было еще 17). Некоторые депутаты, опасаясь, что они лишатся своих полномочий, решили в спешном порядке оставить свое «правотворческое богатство» на рассмотрение нового состава законодательного органа. Депутат Алексей Митрофанов за четыре года выступал с законодательными инициативами 120 раз, Алексей Чуев — 119 раз, Николай Безбородов — 103 раза, Геннадий Кулик — 102 раза, Владислав Резник — 100 раз, Павел Крашенинников — 94 раза, Владимир Пехтин — 93 раза[21]. И это при том, что ряд комитетов Государственной Думы ФС РФ четвертого созыва (например, Комитет по делам ветеранов) за те четыре года рассмотрел всего по пять-шесть законопроектов[22].

Представляется, что столь мощное «фонтанирование» законодательными идеями не может не сказываться на их качестве, обоснованности, реализуемости.

Административная ответственность за курение за рулем, запрет размещать в СМИ объявления об оказании услуг сексуального характера, обязательность привлечения к общественным работам тех, кто получает пособие по безработице, налог на бездетность, запрет абортов без согласия мужа — вот лишь некоторые «скандальные», как их именует пресса, идеи законопроектов, выдвинутых депутатами разных уровней в последнее время[23].

В Собрании законодательства РФ систематически публикуются постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ из трех типичных пунктов: а) отклонить проект федерального закона; б) направить постановление и указанный проект федерального закона автору (инициатору); в) настоящее постановление вступает в силу со дня его принятия. Отклоняются концепции законопроектов либо проекты законов, как отдельных депутатов, так и депутатских групп.

В связи с этим возникает несколько вопросов: во сколько ежегодно обходится работа законодательных собраний субъектов РФ и отдельных депутатов при подготовке данных документов, сколько организационных затрат ушло на их рассмотрение в комитетах, рабочих группах, экспертных советах? Зачем было доводить проблему до уровня проекта федерального закона? Не лучше ли тщательно исследовать вопрос на уровне идеи законопроекта? Для чего ждать вето Президента, если необоснованная законодательная инициатива может быть отвергнута на стадии формулирования идеи законопроекта?

Представляется полезным ежегодно готовить и публиковать обзор об отклоненных законопроектных документах с указанием их авторов и причин, по которым эти инициативы были отвергнуты. Обзоры такого рода могут иметь непреходящую правовую ценность и объективно помочь:

определить реальный уровень профессионализма того или иного участника законотворческого процесса;

депутатам Государственной Думы и членам Совета Федерации Федерального Собрания РФ приобрести опыт законотворчества на «чужих» ошибках;

населению выработать позицию при выборе кандидатов в органы власти;

лишить возможности депутата проявлять лжеинициативу, маскировать свою бездеятельность ссылками на то или иное число предложенных законопроектов;

«выбить» из рук недобросовестных политиков аргументы о профессиональной слабости (либо силе) тех или иных законодателей;

остановить «вал» недоброкачественных идей, концепций законопроектов и дополнений к законам;

научно-исследовательской и учебно-воспитательной работе юридических вузов.

Таким образом, мы выскажем, может быть, спорное и малоприятное для участников законотворческого процесса предложение.

Достоверное установление факта неоднократного предложения явно необоснованной идеи, концепции законопроекта (либо изменения действующего закона) должно служить основанием для привлечения конкретного участника законотворчества к соразмерной дисциплинарной либо моральной ответственности.

В-четвертых, определение статуса идеи законопроекта, признание ее функциональных возможностей может помочь кардинально изменить организацию научно-исследовательской работы в аспирантурах (адъюнктурах) и докторантурах.

Совершенно ненормально (и в этом повинны не только соискатели ученых степеней, но и их научные руководители (научные консультанты)), когда почти каждый диссертант предлагает по итогам своих «нетленных» изысканий издать кодекс, федеральный либо региональный закон, изменить ту или иную статью Конституции РФ. Как правило, предлагается без всякой аргументации только наименование закона или кодекса. Многие соискатели ученых степеней в области экономики, педагогики и других гуманитарных наук, как ни странно, также в своих диссертациях предлагают «новые» законы.

Думаю, «планка» должна быть снижена, желательно ориентировать соискателей на краткое формулирование идеи законопроекта (либо иного акта). Неплохо было бы это условие отразить в инструктивных документах ВАКА. Полагаю, что такой шаг хотя бы частично «оздоровит» ситуацию и выставит барьер для выдвижения заведомо искусственных и субъективных законодательных инициатив.

В-пятых, оперирование идеей законопроекта может помочь в корректировке некоторых проблем методики существующего юридического образования. Речь идет о некоторых нюансах дидактического аспекта идеи законопроекта.

Критика, зачастую чрезмерно резкая, действующего российского законодательства в нашей учебно-методической литературе (я уже не говорю об устном лекционном творчестве) не лучшим образом сказывается на профессиональной подготовке юристов. Ясно, что публичная критика действующего законодательства оживляет учебный процесс, позволяет преподавателю самоутвердиться, вызывает неподдельный (а иногда — и нездоровый) интерес у обучаемых. Но кто знает — как в итоге это сказывается на чувстве законности студента, на его последующей готовности «культурно бороться» за правопорядок?

Один из «мягких» вариантов — делать упор на идеи законов действующих и проектируемых, на их ошибочную интерпретацию и реализацию.

В-шестых, официальное закрепление правотворческого статуса идеи законопроекта может выступить мощным катализатором народной, гражданской законодательной инициативы. И сейчас обращения граждан в самые разные инстанции по поводу необходимости принятия того или иного нормативного правового акта, изменения сущности либо порядка юридической регламентации не так уж редки. Однако правовая основа таких инициатив настолько зыбкая, что подавляющее большинство их реально не оценивается.

Знание того, что оформление идеи законопроекта выступает одним из начальных юридических фактов правотворческого процесса, позволит инициатору более решительно добиваться обстоятельного рассмотрения своего предложения.

Опасаться огромного «всплеска» подготовки и направления в компетентные органы идей законопроектов не приходится, но то, что процесс участия граждан и их законных объединений в законотворчестве при таком подходе упорядочивается, становится демократичнее, очевидно. Сам «микроклимат» вовлечения граждан в правотворчество в такой ситуации улучшается за счет демонстрации более серьезного, более внимательного отношения законосоставителей к народному правотворчеству.

Существующие ныне в федеральном и региональном законодательстве условия реализации права законодательной инициативы для подавляющего большинства граждан непосильны и организационно-технически невыполнимы.

В-седьмых, фиксация и последующее системное оперирование идеей законопроекта необходимы для ранней диагностики содержательных правотворческих ошибок. Не следует забывать, что законотворческая деятельность рискогенна[24]. На стадии оценки идеи законопроекта вполне можно снизить ее рискоемкость, предотвратить некоторые из содержательных дефектов на начальном этапе правотворчества.

В-восьмых, обращение к идее законопроекта может существенно повлиять на технико-юридическую составляющую актов высшей юридической силы. С сожалением приходится констатировать, что каждый седьмой закон, подписанный Президентом России, содержит технико-юридические, в том числе грамматические ошибки.

Идея законопроекта, по всей видимости, должна просматриваться и в наименовании предлагаемого юридического акта. В связи с этим трудно признать разумной и оправданной сложившуюся и все расширяющуюся практику подготовки и принятия федеральных законов с таким неопределенным названием — «О внесении изменений в ОТДЕЛЬНЫЕ законодательные акты». Несколько конкретнее, но столь же малопривлекательное именуется Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. N 311-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам обеспечения военнослужащих и сотрудников некоторых федеральных органов исполнительной власти». Федеральный закон от 29 ноября 2007 г. N 287-ФЗ называется «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации».

Можно ли по таким

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Понятие и конституционно-правовая сущность правотворчества". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 447

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>