Дипломная работа на тему "Ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем"

ГлавнаяГосударство и право → Ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем":


Оглавление

Введение

Глава 1. Уголовно–правовая характеристика легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

1.1 Объективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

1.2 Субъективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём

Глава 2. Проблемы и перспективы развития ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

2.1 Отграничение преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, от смежных составов преступлений

2.2 Предупреждение легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

2.3 Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

Заключение

Список использованной литературы

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых успешно сданных дипломных работ предлагает вам скачать любые работы по нужной вам теме. Правильное выполнение дипломных работ по индивидуальному заказу в Самаре и в других городах РФ.


Введение Данная тема весьма актуальна, поскольку легализация доходов, полученных преступным путем, стала одним из самых опасных и распространенных видов преступлений в сфере экономики. Борьба с легализацией денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем, является одним из приоритетных направлений борьбы с организованной преступностью, как в нашей стране, так и во всем мире. Поэтому противодействие легализации доходов от преступной деятельности признано необходимой мерой для обеспечения экономической безопасности Российской Федерации и предотвращения сращивания преступного мира с легальным бизнесом. Негативные последствия легализации незаконных доходов многоаспектны и значительны. Легализация преступных средств, с помощью которых криминальные капиталы попадают в легальный оборот, где их уже невозможно идентифицировать, все это наносит непоправимый ущерб экономике России. Высокая латентность данного вида преступлений, скрытые механизмы легализации с соответствующими финансовыми операциями, отсутствие действенных механизмов отслеживания «теневых» финансовых потоков и их последующей легализации, острейший дефицит квалифицированных кадров в правоохранительных органах, острая нехватка соответствующего методического обеспечения процессов выявления и расследования легализации - это лишь часть проблем, существенно тормозящих процесс выявления и раскрытия фактов легализации доходов, полученных преступным путем. Преступные капиталы, пройдя все стадии легализации, становятся источниками для воспроизводства многих видов экономических преступлений, служат для подпитки организованной преступности, экстремистских и террористических группировок. Легализованные средства используются для подкупа сотрудников государственной власти и местного самоуправления, что способствует разрастанию коррупции и проникновению преступных элементов в политические структуры. Именно легализованный теневой капитал позволяет организованной преступности скупать все виды собственности и устанавливать контроль над экономической, а далее и над политической системой страны. Таким образом, образуется цепь преступных элементов, представляющая серьезную угрозу экономической и в целом национальной безопасности. Важно понимание того, что, ведя борьбу с отмыванием доходов, полученных преступным путем, государство тем самым борется с экономическими преступлениями, коррупцией и наркоторговлей, а также с другими особо опасными преступлениями, теневой и криминальной экономикой в целом, не исключая и те их сегменты, которые работают на международный терроризм. Именно поэтому в борьбе с легализацией доходов, приобретенных преступным путем, вопросы взаимодействия подразделений правоохранительных органов, Росфинмониторинга, финансово-кредитных учреждений и налоговых органов являются наиболее актуальными в современных условиях. Необходимо отметить комплексность проблемы борьбы с легализацией незаконных доходов, включающей в себя не только правовые, но и экономические, политические, оперативно-розыскные, нравственные аспекты. Поэтому решение этих проблем во многом зависит от успешности комплексного теоретического научного анализа понятия легализации доходов, полученных преступным путем, а также изучения мировой практики борьбы с данным видом преступлений и формирования эффективных методов и средств противодействия этому криминальному явлению. Целью курсовой работы является непосредственный анализ статей связанных с легализацией денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём, а также проблемы борьбы с данным видом преступлений. Задачами настоящей работы ставятся: обобщение следственной и судебной практики, проведение анализа применения статей 174 и 174.1 УК РФ. Предметом исследования были в основном особенности нормативной конструкции ст. ст. 174 и 174.1 УК РФ. Объектом курсовой работы являются общественные отношения, складывающиеся по поводу предупреждения, пресечения, профилактики деятельности по легализации преступных доходов. Теоретическую базу исследования, с использованием которой были рассмотрены основные ее проблемы, составляют труды отечественных правоведов и криминологов. Особо следует выделить работы, посвященные вопросам борьбы с экономическими преступлениями, таких авторов, как: Белай М. В., Рудая Т. Ю., Герасименко Н. В., Жубрин Р. И., Михайлов В. И., Тихомирова М. Ю, Лебедева В. М., Коростелев С. Ю и т. д.
Глава 1. Уголовно–правовая характеристика легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

Глава 22 действующего Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за преступления в сфере экономической деятельности. Некоторая часть составов преступлений, входящих в эту главу, существовала и в УК РСФСР 1960 г. и относилась к разряду хозяйственных преступлений. За 6 лет действия УК РФ в эту главу было внесено около 30 изменений и дополнений. Это свидетельствует о том, что экономическая основа общества постоянно совершенствуется, и развивается параллельно политическому и социальному развитию общества. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст. 174 УК РФ). Цель данного уголовно-правового предписания состоит в том, чтобы не допустить утаивание или сокрытие истинного происхождения, местонахождения или движения денежных средств, воспрепятствовать использованию преступно полученных доходов в легальном финансовом обороте. Для однозначного понимания сущности процесса легализации и его общественной опасности необходимо раскрыть понятие отмывания денежных средств, сформировавшееся в российском законодательстве и в российской теории уголовного права. Законодатель дает следующее определение отмыванию денежных средств: «...легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления, за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198 и 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, ответственность по которым установлена указанными статьями»[1]. Не смотря на это, заслуживают внимания определения понятия «отмывание», даваемые отечественными и учеными-юристами, среди которых единства во взглядах не сложилось. Работники правоохранительных органов в своей деятельности должны руководствоваться исключительно тем определением, которое даёт законодатель, так как оно законодательно закреплено и, следовательно, имеет юридическую силу. На общественную опасность деяния, определяемого как преступление, законодатель указывает в ст. 14 УК РФ, которая позволяет понять, почему именно это действие (бездействие) признается уголовным правонарушением. В статье изложено общее определение понятия преступления, которое раскрывает его материально-правовое содержание путем указания на материальную (через общественную опасность) и формальную (через запрещение деяния уголовным законом) его стороны. Формальная сторона выражается в признании преступлением лишь того деяния, которое под угрозой наказания запрещено уголовным законом. Материальная сторона означает, что таковым может быть признано только деяние, обладающее общественной опасностью. В свою очередь, общественная опасность означает, что деяние причиняет или создает угрозу причинения определенного вреда общественным отношениям. При этом вред может быть физическим имущественным или моральным. Сама категория «общественная опасность» носит объективный характер. Необходимо также различать характер и степень общественной опасности преступления. Характер общественной опасности преступления - признак, позволяющий отличать преступление одного вида от преступлений другого вида. Он зависит от социальной ценности того блага, на которое совершено посягательство, а равно других объективных и субъективных признаков, учитываемых законодателем при формировании соответствующих составов преступлений. Степень общественной опасности преступления представляет собой совокупность объективных и субъективных признаков, отличающих одно преступление от другого преступления, ответственность за которое предусмотрена той же статьей или той же частью статьи.

Степень общественной опасности зависит, в первую очередь, от тяжести наступивших последствий, их содержания, а также от способа совершения преступления, формы вины, стадии совершения преступления и иных обстоятельств. Степень общественной опасности преступления, имея относительно самостоятельное значение, тесно связана со степенью общественной опасности лица, совершившего это преступление.

Выяснить в чем заключается общественная опасность легализации (отмывания) денежных средств и причиняется ли какой-либо вред вследствие совершения данного деяния или создается только угроза его причинения достаточно сложно, ведь при отсутствии материальных последствий трудно определить вред, причиненный преступлением. В случае легализации денежных средств материальный вред обычно не причиняется, так как имеет место перемещение имущества, полученного в результате преступления, из криминального оборота в легальный. Само по себе это деяние может нанести материальный (имущественный) вред только в ограниченном числе случаев и лишь по отношению к финансовым организациям. Для государства введение в легальный оборот указанного имущества означает увеличение налогооблагаемой базы и, следовательно, поступление дополнительных налоговых платежей в бюджеты соответствующего уровня. Что касается конкретных законопослушных граждан, то отмывание денег вообще не затрагивает их интересов (если не считать влияния на общее качество и уровень жизни в стране).

1.1 Объективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

В Уголовном кодексе Российской Федерации предусматривается три, а не две статьи о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества: ст.174 УК РФ " Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем " (действовавшая до 1 февраля 2002 г.); ст.174 УК РФ "Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем" (действующая с 1 февраля 2002 г.); ст.174.1 УК РФ "Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления" (также действующая с 1 февраля 2002 г.). Дело в том, что хотя формально ст.174 УК РФ " Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем " и утратила силу с 1 февраля 2002 г., тем не менее преступления, совершенные по признакам предусмотренного ею состава (ч.3 ст.174 УК РФ) до 1 февраля 2002 г. представляют собой согласно ст.15 УК РФ соответственно преступления средней тяжести либо тяжкие преступления. Поэтому состав ч.3 ст.174 УК РФ в силу ч.1 ст.78 УК РФ будет действовать соответственно десять лет согласно сроку давности привлечения к уголовной ответственности. Диспозиция ст.174 УК РФ в прежней редакции действовала до 1 февраля 2002 г., поскольку отсутствовал Закон "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, приобретённых преступным путем" от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ. Рассмотрим состав ст.174 УК РФ в прежней редакции как применимый к преступлениям, совершенным до 1 февраля 2002 г. В период введения в действие ст.174 в законодательстве не было легального определения понятия финансовых операций, поэтому практика руководствовалась понятиями, данными в правовой литературе.[2]

Считается правильным мнение, что совершение финансовых операций образуют такие действия, как размещение на счетах в банках по договору банковского вклада; приобретение на эти средства акций, облигаций и других ценных бумаг, выпускаемых коммерческими организациями; обмен таких средств на иностранную валюту и т. п. Безусловно, финансовой операцией будут действия по кредитному договору, когда "грязные" деньги проводятся как банковский кредит.

Сферой применения комментируемой статьи являлись легальная и нелегальная предпринимательская деятельность различных видов, в которых в силу их характера, наличия объективных и субъективных трудностей осуществления контроля возможно получение правонарушителем имущественных результатов заведомо незаконных действий путем придания денежным средствам или (и) иному имуществу действительного или мнимого статуса легитимности (легализация). Статья распространялась и распространяется на действия, связанные с использованием незаконно полученных средств от банковской деятельности, оптовой и розничной торговли, игорного бизнеса, услуг, деятельности в некоторых областях производства и пр. При определении сферы применения данного уголовно-правового запрета учитывались социально-экономические закономерности движения денежных ресурсов, возможности их использования и контроля над их происхождением.[3] Преступление имело формальный состав и считалось оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки.[4] Объективная сторона данного преступления включала в себя действия в виде финансовых операций или других сделок либо использование денежных средств, а равно иного имущества, полученных незаконным путем, т. е. предпринимательскую или иную экономическую деятельность. Предметом анализируемого преступления считались денежные средства, ценные бумаги в российской и иностранной валюте и иное движимое или недвижимое имущество, приобретенное незаконным путем в России и за ее пределами.

Однако, прежде всего, предметом легализации являлось имущество, полученное в результате совершения таких преступлений, как: хищение, контрабанда, вымогательство, незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ, оружия, незаконное предпринимательство и банковская деятельность, организация и содержание притонов для занятия проституцией, незаконное распространение порнографических материалов, получение взятки, уклонение от уплаты налогов и ряда других.

Совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным заведомо незаконно, по сложившейся практике образовывало основное деяние, предусмотренное данной статьей. Характерно, что законодательное регулирование ответственности за отмывание "грязных" денег необходимо, прежде всего, в интересах борьбы с организованной преступностью, с тем чтобы подорвать финансовую основу этой преступности. "Под отмыванием денег в УК РФ следует понимать все операции, осуществляемые с целью утаить или сокрыть наличие, происхождение или целевое назначение финансовых средств (первая стадия), чтобы затем приступить к извлечению из них регулярных доходов (вторая стадия). Таким образом, отмывание представляет собой, прежде всего, легализацию преступного происхождения денег".

Объектом преступления являлись правоотношения, складывающиеся в сфере экономической деятельности. С легализацией незаконно полученных доходов могут быть связаны сделки купли-продажи, мены, сдача имущества в наем, аренду и многие другие. Приобретение имущества заведомо незаконным путем представляло собой завладение имуществом либо получение фактических прав на него без необходимых правовых оснований, в частности путем недействительной сделки, совершения преступления, неосновательного обогащения, незаконной переработки, самовольной постройки и другим способом. Такое понимание незаконности соответствовало тексту закона, однако нуждалось в чётком толковании. Незаконность заключается в нарушении уголовно-правового запрета, иначе применение данной статьи само было бы незаконным в силу п.2 ст.14 УК РФ ввиду отсутствия общественной опасности деяния.

Заведомость незаконного приобретения означает, что в отношении приобретения лицо действовало с прямым умыслом, безусловно зная о том, что способ, каким оно приобретает денежные средства или иное имущество, является незаконным. Под экономической деятельностью в контексте данной статьи понималась деятельность, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели, но требующая затрат денежных средств или использования иного имущества для достижения других целей, например охраны здоровья, оказания юридической помощи и т. д.[5] Суть разграничения предпринимательской и иной экономической деятельности состоит в том, что некоторые виды деятельности, требуя значительных затрат и предполагая оплату труда и получение различных выгод, все же не признаются предпринимательскими. Использование денежных средств или иного имущества означало совершение любых видов сделок или иных активных действий в целях осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, например, заключение договоров купли-продажи, кредитование, оплату производимых работ и услуг. Под укрытием понималось тайное хранение денег, золота, ценных бумаг в личных сейфах, тайниках, помещение ценностей в банк по фиктивным документам. Основная цель ст.174 УК РФ - охрана экономической системы страны и прежде всего денежного обращения от поступления больших объемов неконтролируемых денежных средств либо иного имущества, а также предупреждение преступной деятельности, направленной на извлечение прибыли и осуществляемой организованными преступными группами или отдельными преступниками. Текст ст.174 УК РФ не оставляет никаких сомнений в умышленном характере этого преступления. Для привлечения к ответственности лиц, участвующих в легализации денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем, необходимо установить и доказать (что чрезвычайно сложно) их желание совершить такие действия, и осознание ими того обстоятельства, что финансовая операция или другая сделка с их участием, а равно предпринимательская или иная экономическая деятельность осуществляются с денежными средствами или другим имуществом, приобретенным незаконным путем.

Рассмотрим ст.174 УК РФ, вступившую в силу с 1 февраля 2002 г.

Статья 174. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем.[6]

Настоящая статья, особенно ч.1, значительно отличается от ч.1 ст.174 УК РФ, которая действовала до 1 февраля 2002 г. Отличие содержания ст.174 УК РФ, вступившей в силу с 1 февраля 2002 г. (далее - "ст.174 УК в новой редакции"), от ст.174 УК РФ в старой редакции, состоит, прежде всего, в принятии и вступлении в силу Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем" от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ.

В диспозиции ст.174 УК РФ в старой редакции не имелось таких важных определений и терминов, как:

1.  легализация (отмывание) денежных средств и иного имущества;

2.  доходы, полученные преступным путем;

3.  финансовые операции и иные сделки с движимым имуществом;

4.  критерий крупного размера финансовых операций.

Отсутствие законодательного закрепления вышеуказанных определений и терминов создавало неопределенность в их трактовке. На практике уголовно-правовая квалификация данного вида преступления по ст.174 УК в старой редакции зависела от мнения ученых-правоведов, изложенных в различных комментариях к УК РФ, отдельных судебных прецедентов, что не только снижало качество расследования, но давало возможность отдельным лицам уходить от уголовной ответственности. Все это зачастую вело к нарушению законности в расследовании данного вида преступлений.

Правовой базой ст.174 УК в новой редакции и ст.174.1, является ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем" от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ. Немаловажную роль при анализе ст.174 УК играют дополнения и изменения, внесенные законодателем в федеральные законы от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" и от 3 февраля 1996 г. N 17-ФЗ "О банках и банковской деятельности" касающиеся легализации (отмывания) денежных средств.

Преступление имеет формальный состав и признается оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки. Преступление имеет двойственный характер. Цель первичного преступления - получение крупных денежных сумм. Цель преступления вторичного - их легализация. Как отмечет С. Ю. Коростелев: "Общим объектом данного преступления, как и любых других преступных деяний, является совокупность общественных отношений, охраняемых уголовно-правовым законом".[7] Обозначенное определение общего объекта существует в юридической литературе еще с советского периода, однако и по настоящее время оно не утратило своей актуальности. Несмотря на всю важность определения непосредственного объекта отмывания денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем или лицом в результате совершения им преступления, среди ученых не сформировалось однозначного понимания его содержания. Некоторые авторы говорят, что непосредственный объект представляет собой " Те общественные отношения, для охраны которых создавалась конкретная уголовно-правовая норма ".[8]

В данном случае таковыми будут выступать:

1.  общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления экономической деятельности в сфере финансового и имущественного оборота, основанные на добросовестности их участников и контролируемости государством источников владения имуществом;

2.  общественные отношения, связанные с инвестированием капитала в национальную экономику.

Дополнительным непосредственным объектом легализации будут являться общественные отношения, связанные с интересами правосудия. Интересы правосудия страдают в результате того, что затрудняется обнаружение преступно приобретенного имущества, могущего служить вещественным доказательством по делу, затрудняется его возврат потерпевшему или обращение в доход государства.

В литературе встречается мнение о необходимости выделения факультативного объекта анализируемых составов. Факультативный объект легализации - общественные отношения, находящиеся под уголовно-правовой защитой, но терпящие вред не во всех случаях совершения данного преступления, т. е. это интересы потерпевших (физических лиц, предприятий, учреждений или организаций). Нередко, материальный ущерб достигает значительных размеров и свидетельствует о высокой общественной опасности совершенного деяния, что должно учитываться при определении вида и размера наказания.[9]

Предметом (вещами материального мира, воздействуя на которые преступник нарушает общественные отношения, охраняемые уголовным законом) рассматриваемых составов преступлений, являются денежные средства и иное имущество, приобретенные исключительно преступным путем. Следует отметить определенное различие между предметами преступлений указанных составов: в ст. 174 УК РФ речь идет о денежных средствах или ином имуществе, приобретенных преступным путем другими лицами, а в ст. 174.1 УК РФ - о денежных средствах или ином имуществе, приобретенных непосредственно субъектом легализации в результате совершения им преступления. Объективная сторона деяния представлена в виде легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем. Способы легализации (отмывания) денежных средств перечислены в диспозиции ст.174 УК: совершение в крупном размере финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенным другими лицами преступным путем, за исключением указанных выше преступлений. Таким образом, легализация может быть осуществлена двумя способами: совершение в крупном размере финансовых операций и совершение в крупном размере иных сделок с денежными средствами или иным имуществом. Законодатель счел целесообразным таким образом построить принципиально важную для квалификации преступления фразу о способах легализации - "совершение... финансовых операций и других сделок". Грамматическое толкование характеристики способов совершения преступления не оставляет вариантов: деяние может быть признано преступным, если субъект помимо финансовых операций совершает и другие сделки. Союз "и" имеет в данном случае определяющее значение. В такой ситуации возникает необходимость выяснить истинную цель законодателя, поскольку легализация может быть весьма успешной, если субъект ограничивается лишь одним способом, например осуществлением финансовых операций. Видимо, законодатель все же именно такой вариант объективации преступной деятельности имел в виду, однако недостаточно корректная конструкция диспозиции вынуждает к расширительному толкованию нормы, что в сущности противоречит принципу законности.

Финансовые операции как один из способов легализации не имеют четкого определения. Однако на основе анализа норм гражданского и валютного законодательства, а также исходя из положений и рекомендаций финансового права к финансовым операциям относятся отношения, возникающие в процессе аккумуляции, распределения и использования денежных средств. Прежде всего это, конечно, валютные операции, к которым п.7 ст.1 Закона РФ "О валютном регулировании и валютном контроле" относит: операции, связанные с переходом права собственности и иных прав на валютные ценности, в том числе операции, связанные с использованием в качестве средства платежа иностранной валюты и платежных документов в иностранной валюте; ввоз и пересылка в Россию, а также вывоз и пересылка из России валютных ценностей; осуществление валютных денежных переводов. Поскольку финансовые операции представляют собой род сделок, постольку иные сделки, связанные с движением капитала, также составляют структуру финансовых операций. К ним относятся, например, договоры финансирования под уступку денежного требования, банковского вклада и т. д. Иным сделкам следует придавать такое значение, которое придает сделкам гражданское законодательство: действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей. К иным сделкам относятся такие операции, как купля-продажа, мена, дарение, рента, аренда, наем жилого помещения, подряд и т. д. Сделка считается оконченной процедурой с момента ее заключения, соответственно чему деяние считается оконченным с момента совершения указанных в законе действий (формальный состав).

Статья 174.1. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имуществ, приобретенных лицом в результате совершения им преступления.[10]

Элементами объективной стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст.174/1 УК, являются:

1.  совершение в крупном размере финансовых операций;

2.  других сделок с денежными средствами;

3.  или иным имуществом, приобретенным в результате совершения им преступления (за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198 и 199 настоящего Кодекса);

4.  в целях придания правомерного вида владения, пользования или распоряжения указанными денежными средствами или иным имуществом.

Финансовыми операциями и другими сделками с денежными средствами или иным имуществом, совершенными в крупном размере, в статье 174 УК РФ признаются финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом, совершенные на сумму, превышающую шесть миллионов рублей.

Сферой применения данной статьи являются легальная и нелегальная предпринимательская деятельность различных видов, в которых в силу их характера, наличия объективных и субъективных трудностей осуществления контроля возможно после получения правонарушителем имущественных результатов заведомо преступных действий путем придания денежным средствам или (и) иному имуществу действительного или мнимого статуса легитимности (легализация). Статья распространяется на действия, связанные с использованием незаконно полученных средств от банковской деятельности, оптовой и розничной торговли, игорного бизнеса, услуг, некоторых областей производства и т. д.

Текст ст.174.1 УК РФ не вызывает сомнений в умышленном характере этого преступления. Для привлечения к ответственности лиц, участвующих в легализации денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем, необходимо установить и доказать (что чрезвычайно сложно) осознание ими того обстоятельства, что финансовая операция или другая сделка с их участием, а равно предпринимательская или иная экономическая деятельность осуществляются с денежными средствами или другим имуществом, приобретенным противоправным, преступным путем, и желание совершить такие действия. Преступление имеет формальный состав и признается оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки. Объектом преступления являются правоотношения, складывающиеся в сфере экономической деятельности. С легализацией незаконно полученных доходов могут быть связаны сделки купли-продажи, мены, сдача имущества в наем, аренду и многие другие.

Диспозиция ч.2 ст.174.1 УК РФ дословно совпадает с диспозицией ч.2 ст.174 УК в новой редакции. Все понятия квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков (ч.3 ст.174.1 УК РФ - совершение преступления организованной группой), текстуально совпадают. Значение объекта преступлений, предусмотренных ст. ст. 174, 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, трудно недооценить в силу того, что благодаря его определению устанавливается характер и степень общественной опасности деяний, а соответственно, и обоснованность расположения в череде уголовно-правовых норм Особенной части Кодекса. Кроме того, от него зависит то, насколько правильно правоприменителем будет квалифицировано совершенное теми или иными лицами деяние. И наконец, определение объекта отмывания денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем или лицом в результате совершения им преступления, необходимо, чтобы отграничить совершенное общественно опасное деяние от иных преступлений.

1.2 Субъективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём

Факты, характеризующие субъектов преступления, их преступные связи, имеют большое значение для раскрытия и расследования преступлений. Данные о профессиональных и личностных качествах субъекта преступления позволяют высказать суждение о мотивах содеянного, средствах и способах преступного посягательства, использованных для этого хозяйственных и финансовых операциях, месте совершения преступления и т. д. Субъектом легализации является физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности и, кроме того, наделенное гражданско-правовыми возможностями осуществлять финансовые или иные сделки. Специальное условие, согласно которому субъект должен быть правомерно наделен возможностями осуществлять сделки, является обязательным для квалификации деяния. Только в таком случае преступно приобретенному имуществу или денежным средствам может быть придан правомерный вид.

Согласно Уголовному законодательству возраст наступления ответственности за данное преступление определяется с шестнадцати лет. Это объясняется следующим. Каждая сделка предполагает ответственность сторон. Отвечать по сделкам и иным заключенным договорам может лишь лицо, которое способно осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Такая способность наступает лишь с момента достижения лицом совершеннолетия. С этого момента субъект признается полностью дееспособным. Значит, субъектом легализации может быть лишь лицо, признанное полностью дееспособным. Как правило, признание лица дееспособным наступает по достижении субъектом 18 лет. Однако возможны ситуации, когда субъект, в силу различных обстоятельств, например психического заболевания, ограничивается в дееспособности. Следовательно, даже в том случае, если субъект достиг совершеннолетия, но по объективным причинам ограничен в дееспособности, он не может быть субъектом рассматриваемого преступления. Возможна, однако, ситуация, когда субъект, дееспособность которого по тем или иным причинам ограничена, обманным путем заключает сделку, хотя ответственности за неисполнение обязательств нести не может. В таком случае сделка признается недействительной с правом реституции - восстановлением нарушенных прав. В итоге все приводится к нулевому варианту и фактически легализации не происходит. Из общего правила о свойствах субъекта легализации гражданское законодательство дает возможность сделать исключение. Статья 27 ГК РФ устанавливает правило, согласно которому несовершеннолетний, достигший 16 лет, может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителя занимается предпринимательской деятельностью (эмансипация). Будучи полностью дееспособным, несовершеннолетний свободен в распоряжении имуществом, приобретенным за счет заработной платы и доходов от предпринимательской деятельности, и вместе с этим имуществом отвечает по своим обязательствам перед другими лицами. Значит, если несовершеннолетний, достигший 16 лет, официально признан эмансипированным, он может быть также признан субъектом легализации.

До принятия редакции ст. 174 УК РФ 07 августа 2001г. в правовой литературе существовали различные точки зрения относительно того, кого можно считать субъектом этого преступления. Можно выделить следующие позиции:

1.  лицо, совершившее основное преступление;

2.  лицо, содействующее легализации доходов, полученных от преступной деятельности другим лицом;[11]

3.  лицо, совершившее основное преступление, и лицо, содействующее легализации доходов, полученных от преступной деятельности[12].

На практике же, к уголовной ответственности, главным образом, привлекались лица, совершившие основное преступление. Иногда подсудимым выносился оправдательный приговор на том основании, что субъектом преступления по ст. 174 УК РФ не могло быть лицо, совершившее основное преступление.

Например, следственным управлением УВД Мурманской области как легализация незаконных денежных средств квалифицированы действия генерального директора ЗАО «Рось» Зоренко, который, не имея лицензии, организовал промышленный лов рыбы и реализовывал ее фирмам Дании и Норвегии, получив доход в сумме 5 млрд недоминированных рублей, зачисленный покупателями на его счет. Полученные деньги он вложил в законную коммерческую деятельность своей фирмы. Судом уголовное дело в части ст. 174 УК РФ прекращено на основании ст.5 ч.1 п.2. УПК РСФСР, «так как наступление уголовной ответственности за действия, предусмотренные данной статьей УК, предполагается не для того лица, которое приобрело имущество незаконным путем, а для иного лица, осуществляющего в его интересах легализацию этого имущества»[13]. Этот спор законодательно разрешен путем изменения 07 августа 2001г. редакции ст. 174 УК РФ и введением ст. 174.1 УК РФ, в соответствии с которыми субъектами преступления теперь становятся и лица, легализующие преступные доходы, и лица, совершившие основное преступление.

Сложность самого процесса легализации предопределяет достаточно широкий круг лиц, вовлекаемых в «отмывание» преступных доходов.

Анализ уголовных дел показал, что легализация может совершаться следующими категориями лиц:

1.  лицом, получившим преступные доходы;

2.  лицом, организующим процесс «отмывания»;

3.  лицом, действующим от имени и по поручению владельца денежных средств или имущества, полученных преступным путем;

4.  любым другим лицом, сознающим, что им совершаются финансовая операция или сделка, направленные на легализацию денег или иного имущества, полученных преступным путем.

Попробуем определить те качества субъектов преступления, которые могут быть использованы для планируемой легализации преступных доходов других лиц. Прежде всего, это высокий уровень знаний в сфере нормативно-правового регулирования определенных сфер деятельности (знание законодательства, главным образом гражданского, финансового, а также подзаконных актов, недостатков в законодательстве, которые позволяют готовить и осуществлять легализацию; финансово-экономические знания; а также (с учетом транснационального характера этого преступления) знание иностранного законодательства и т. д.). Среди личностных особенностей субъектов преступления, имеющих криминалистическое значение, важное место занимает наличие у преступников определенных навыков: умение фальсифицировать документы, печати, штампы и т. д., применение технических средств: множительной техники, компьютеров и их периферийных устройств. Среди лиц, занимающихся отмыванием, высок уровень образованности, многие из них имеют не только среднее, но и среднее специальное и высшее образование. Большинство из них непосредственно участвует в финансово-коммерческой деятельности разного уровня. В их числе всегда находятся лица, владеющие информацией о деятельности кредитно-финансовых структур и знающие изъяны в их деятельности. Если исходить из концепции Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 7 августа 2001г. (115-ФЗ), то можно сделать вывод о том, что субъектом легализации преступных доходов могут быть работники кредитных организаций, страховых и лизинговых компаний, профессиональные участники рынка ценных бумаг, любых других юридических лиц, а также физические лица вне каких-либо предпринимательских структур. Причастных к легализации лиц можно разделить на несколько групп, в зависимости от характера профессиональной деятельности и наличия тех или иных навыков, используемых для целей легализации преступно приобретенных доходов.

К первой группе относятся руководители предприятий, учреждений, организаций, ответственные работники банков и иных кредитных организаций.

Отличительная черта данной категории субъектов заключается в том, что эти лица обладают высоким уровнем профессионализма в банковской (финансовой) сфере. Это позволяет им не просто давать советы или рекомендации, но и, опираясь на свои знания и опыт, фактически организовывать весь процесс легализации преступных доходов. Обычно они имеют опыт работы в банковских, бухгалтерских, предпринимательских сферах, имеют одно или несколько образований (как правило, экономическое или юридическое), хорошо ориентируются в действующем законодательстве. Именно они становятся сторонами по сделкам и финансовым операциям. Вместе с тем наделенные правами управления людьми и распоряжения денежными средствами, руководители разного уровня обладают возможностью путем дачи подчиненным соответствующих указаний реализовывать операции по легализации преступных доходов, формально лично не участвуя в процессе совершения преступления. К данной категории можно отнести руководителей предприятий, председателей правления банков и иных кредитных организаций, их заместителей. Вторая группа представлена рядовыми работниками, а также лицами, не являющимися стороной по сделкам, но в силу требований закона обязанных совершать определенные действия для придания сделке установленной законом формы (нотариусы, работники регистрационных органов). Их можно назвать «вспомогательным звеном». Несмотря на незначительность занимаемого ими положения, такие работники также играют заметную роль в осуществлении преступной деятельности по легализации. В частности, о не последней роли нотариусов в легализации преступных доходов можно судить исходя из содержащегося разъяснения Пленума Верховного суда РФ в отношении нотариусов, который определил, что использование нотариусом своих служебных полномочий квалифицируется как пособничество. Поскольку при отмывании самой рискованной деятельностью является ввод активов в легальный оборот (большую роль в легализации криминальных доходов играют банки[14]), то обычно рядовые работники банков просто незаменимы в процессе реализации преступного умысла. Некоторые банковские служащие могут играть роль пособников, не участвуя лично в финансовых операциях по легализации преступных доходов. Речь идет о тех лицах, которые действуют от имени и по поручению владельца имущества, полученного преступным путем. Например, менеджеры банков по работе с клиентами могут представить владельца «грязных» денег в качестве добропорядочного клиента. Следующую группу лиц, с помощью которых может совершаться легализация, составляют так называемые «преступники-интеллектуалы», использующие возможности компьютерной техники для введения денежных средств, полученных преступным путем, в гражданский оборот. Для этой категории лиц, участвующих в легализации, характерны высокий профессионализм и, как правило, отсутствие уголовного прошлого[15].

К специфической категории такого рода преступников следует отнести лиц, участвующих в легализации с помощью использования компьютерных банковских систем. Чаще всего указанные лица не только владеют специальными навыками в использовании ЭВМ, их устройств, но и могут пользоваться паролями и ключами банковских программ, применять свои специальные знания для фальсификации программ путем изменения первоначально правильных выходных данных. К данной категории относятся оперативные работники банков, программисты и операторы компьютерных систем. Легализации также могут способствовать иные лица, участие которых нельзя исключать. К данной категории можно причислить депутатов и высокопоставленных чиновников различных ведомств, без поддержки которых легализация в ряде случаев (особенно, когда речь идет о легализации крупных сумм денег) была бы невозможна.

Последних, члены ФАТФ называют «влиятельные политические лица» - это термин, используемый в отношении людей, на которых возложены или были возложены в прошлом важные государственные функции в конкретной стране. К этой категории относятся, например, главы государств или правительств, влиятельные политические и правительственные чиновники, члены судов или военного командования, руководители государственных корпораций высшего ранга и ключевые деятели политических партий. В силу особого статуса влиятельных политических лиц (политического в своей стране или, возможно, дипломатического - при работе за рубежом) финансовые организации часто предоставляют влиятельным политическим лицам определенную свободу действий при осуществлении финансовых операций как ими самостоятельно, так и третьими лицами от их имени.

Особую группу субъектов преступления составляют лица, профессионально занимающиеся легализацией. Наличие данной категории лиц характерно для офшоров. Речь идет об использовании для целей легализации услуг специальных брокеров и агентов, занимающихся поиском лиц, намеривающихся легализовывать средства в данной офшорной зоне. Эти же лица часто выступают в качестве посредников при открытии счетов, трастов и т. п. К услугам специалистов, профессионально занимающихся легализацией, прибегают в целях использования их контактов, опыта, знаний в области перевода денежных средств, а также местного законодательства. В зарубежной практике имелись случаи выявления специальных фирм, осуществляющих «отмывание» денег для различных преступных организаций под свою ответственность за фиксированные комиссионные (обычно от 2 до 8% от суммы).[16]

Наличие достаточно большого объема преступных доходов, а также изменения действующего законодательства в части ужесточения со стороны государства мер по противодействию легализации приобретенных преступно средств, привели к появлению так называемых финансовых консультантов. Это люди, специализирующиеся на разработке финансовых схем, а также анализе законодательства, регулирующего области хозяйственной деятельности, используемые в процессе легализации. Эта категория лиц путем проведения семинаров, выпуска монографий, а также дачи советов и рекомендаций способствует совершению данного преступления. Адвокаты, нотариусы, квалифицированные бухгалтеры и иные специалисты подобного рода выполняют ряд важных функций, помогая своим клиентам в организации и управлении их финансовой деятельностью. Прежде всего, они оказывают консультационные услуги физическим и юридическим лицам в таких вопросах, как инвестиционные операции, создание компаний, трастов, по иным мероприятиям, требующим правового регулирования, равно как и в сфере налоговой оптимизации. Кроме того, специалисты в юридической области готовят и при необходимости ведут документарную работу по урегулированию корпоративной деятельности и иных юридических процедур. Наконец, некоторые из этих специалистов могут быть непосредственно вовлечены в осуществление специфических видов финансовых операций (например, хранение или выплата денежных средств, связанных с приобретением или продажей недвижимости) от имени своих клиентов.

В пересмотренном и исправленном издании Сорока рекомендаций ФАТФ, выпущенном в 20 июня 2003 г. (с изменениями от 22 октября 2004 г.), обращается внимание на данную проблему и предусматривается распространение превентивных финансовых мер на специалистов, оказывающих профессиональные услуги в юридической и финансовой сферах, в отношении которых существует риск вовлечения в процесс отмывания преступных доходов (рекомендация 12 отныне предусматривает распространение определенных обязательств по реализации мер по работе с клиентами "customer due diligence - CDD" и ведению документации на адвокатов, нотариусов, прочих независимых юридических профессионалов и аудиторов. Рекомендация 16 распространяет на эту категорию профессионалов обязательства сообщать о подозрительных трансакциях, являющихся предметом профессиональной тайны)[17].

Часть 3 ст.174 УК в качестве особо квалифицированной разновидности легализации устанавливает признак "организованная группа". Совершение деяния в составе организованной группы квалифицируется по тем же правилам о соучастии, которые характерны для оценки деяния по признаку группы лиц, образованной по предварительному сговору. Признаки организованной группы содержатся в ч.3 ст.35 УК.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 Постановления от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм" отметил, что об устойчивости банды могут свидетельствовать такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений.[18]

Вместе с тем не исключена возможность создания организованной группы для совершения и одного преступления, которое требует достаточно серьезной и тщательной подготовки. В частности, совершение одной финансовой операции или другой сделки с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным преступным путем (легализация).

Выработанные наукой уголовного права признаки организованной группы (устойчивость и организованность) все же не имеют четких критериев, позволяющих безошибочно констатировать в действиях группы не просто предварительный сговор, а также согласованность действий и устойчивость существования, которые свидетельствуют о сложной форме соучастия. И в частности, это касается рассматриваемых нами деяний. Анализ уголовных дел, возбужденных по ч. 4 ст. 174 или 174.1 УК РФ, показал, что квалификация деяний по признаку организованной группы сводится к тому, что правоохранительные органы под признаком организованности понимают организацию деятельности юридического лица, осуществляющего операции по легализации: штатный состав, полномочия и т. п. При этом под устойчивостью понимается длительность существования самой фирмы. Такую практику необходимо признать неправильной, так как любая предпринимательская, экономическая деятельность должна носить и носит организованный характер (штат сотрудников; устойчивые, профессиональные связи; наличие начальника-организатора и работников-исполнителей; длительное время существования и т. п.). Организованной группой по смыслу ч. 4 ст. 174 и 174.1 УК РФ следует считать только такую группу, которая сорганизовалась не просто в рамках хозяйствующего субъекта для достижения экономических целей, а образовался ее стабильный состав, с тесными взаимосвязями между членами и т. п. для достижения единой цели - отмывания доходов. Группа лиц в соответствии с данной нормой УК РФ будет считаться организованной не потому, что сама легализация (операции) совершалась в организованном хозяйственном коллективе, а потому, что в рамках существующего коллектива образовалась группа лиц, с признаками организации, исключительно для совершения преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ. Сведения, относящиеся к личности преступника, не позволяют составить целостной системы такого преступления, как легализация. Необходимо выявить связь полученной информации о личности предполагаемого преступника с другими элементами криминалистической структуры преступления: способом его совершения, предметом преступного посягательства, местом и временем совершения преступления, обстановкой.

Определение признаков субъективной стороны и субъекта легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных заведомо преступным путем, имеет важное теоретическое и практическое значение. Отсутствие четких, научно обоснованных представлений о форме и специфических характеристиках вины лица при совершении этого преступления, а также распространенность диаметрально противоположных точек зрения относительно качеств субъекта легализации преступных приобретений, может заметно затруднить применение ст. 174, 174.1 УК РФ в следственно-судебной практике. Преступная деятельность во многом обусловлена психическими особенностями субъекта посягательства. Являясь элементом легализации, как реального явления действительности, психическая деятельность включает в себя психические и физиологические процессы, управляющие поведением виновного при совершении преступления. Прежде чем приступить к деятельности по легализации преступных доходов, виновный должен осознать факт преступного происхождения средств, подлежащих легализации, а также определить условия, на которых другое лицо передаст ему для легализации денежные средства или иное имущество. Принятие решения о согласии или несогласии на участие в легализации преступных средств обусловлено привлекательностью таких условий, объемом информации об объекте действий, а также оценкой нормативно-правового регулирования сфер деятельности, где может быть осуществлена легализация. Психическое отношение лица к выполнению действий, образующих объективную сторону состава легализации преступных приобретений, характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает фактический характер и общественную опасность своих действий и желает их совершения. Осознание общественно опасных последствий остается за рамками формального состава рассматриваемого деяния. Эта точка зрения является практически общепринятой среди отечественных ученых-криминалистов, обращавшихся к теме исследования признаков состава легализации преступных приобретений[19]. Особенностью интеллектуального момента прямого умысла при легализации преступных приобретений является сознание виновным преступности завладения предметом преступления. Сознание лицом общественной опасности своих действий при совершении рассматриваемого деяния как раз и определяется осведомленностью виновного о преступном способе отчуждения денежных средств или иного имущества, поскольку, как неоднократно отмечалось ранее, действия, образующие объективную сторону легализации преступных приобретений вне связи с предметом, не представляют самостоятельной общественной опасности, и предмет преступления становится, таким образом, центральным элементом состава легализации преступных приобретений, что оказывает влияние на формирование особого набора субъективных признаков исследуемого состава преступления. Необходимо в этой связи отметить, что в Общей части отечественного уголовного закона трудно найти правовые основы определения формы вины в составе того или иного преступления, когда общественно опасное деяние не является центральным признаком состава преступления. Для признания умышленной вины, в действиях лица совершающего сделки или финансовые операции с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным преступным путем, или использующего таковые при осуществлении предпринимательской или иной экономической деятельности, необходимо установить, что степень осведомленности виновного о преступности приобретения предмета была исключительно высока. С этим отчасти связано и указание законодателем на заведомое знание виновного о преступности отчуждения имущества или денег. Это обстоятельство повышает значение интеллектуального момента умысла для состава легализации преступных приобретений. Заведомость не является факультативным признаком субъективной стороны состава преступления. Это есть неотъемлемая черта интеллектуального момента умысла в отдельных составах преступлений. О заведомости в тексте норм Особенной части Уголовного кодекса РФ, законодатель упоминает лишь постольку, поскольку для некоторых составов преступлений характерны такие объективные признаки, которые зачастую не являются очевидными для любого лица (беременность потерпевшей при квалифицированном убийстве, малолетство потерпевшей при особо квалифицированном изнасиловании, ложность сообщаемых сведений при клевете и т. п.). Таким образом, используя термин «заведомо», законодатель подчеркивает необходимость присутствия осведомленности виновного о подобного рода неочевидных признаках для наличия в содеянном единственного основания уголовной ответственности всех признаков состава преступления. В тех случаях, когда наиболее значимые объективные признаки деяния являются очевидными или общеизвестными как для виновного, так и для других лиц, необходимости законодательного указания на заведомое знание совершающим преступление об их наличии не возникает. В связи с рассмотрением интеллектуального момента умысла в составе легализации преступных приобретений, представляет интерес суждение П. Н. Панченко, который утверждает, что достоверность знания о преступной деятельности другого лица не должна ограничиваться понятием объективной доброкачественности источников осведомления, поскольку указанная доброкачественность еще не означает убежденности лица в реальности отраженных в полученных сведениях соответствующих фактов[20]. Это приводит к мнению о том, что лицо, виновное в совершении сделок, финансовых операций или иных экономически значимых действий с преступными приобретениями может не только знать, но и допускать с высокой степенью вероятности, что материальные ценности, являющиеся предметом его общественно опасного деяния, приобретены в связи с совершением преступления.

Допущение, которое нельзя отождествить с четким и неопровержимым знанием лица о данном обстоятельстве, еще не означает, что умысел виновного по своей форме является косвенным. Дело в том, что признак сознательного допущения характеризует не интеллектуальный, а волевой момент косвенного умысла в материальном составе (до принятия действующего ныне УК РФ, в отечественной уголовно-правовой литературе на это также обращал внимание А. И. Рарог, который предлагал отождествлять сознательное допущение только с волевым моментом косвенного умысла[21]. Против признания косвенного умысла формой вины в формальных составах в современной юридической литературе высказываются также Блинников В. А. и Устинов B. C., аргументируя это тем, что невозможно совершить сознательное общественно опасное деяние не желая, а лишь сознательно допуская его совершение. Таким образом указанные авторы также отождествляют допущение только с волевым моментом косвенного умысла в формальных составах преступлений[22]). Поэтому представляется не совсем правильным отождествлять с косвенным умыслом вид умысла в формальном составе, интеллектуальный момент которого характеризуется сознательным допущением наличия какого-либо юридически значимого фактического обстоятельства. В действующем уголовном законе, как верно замечено В. А. Якушиным, в свете научных рекомендаций уточнено содержание интеллектуальных моментов как прямого, так и косвенного умысла, изменилась трактовка характера предвидения общественно опасных последствий, которое в прямом умысле может варьироваться в пределах от возможности до неизбежности, в то время, как в косвенном умысле ограничивается только возможностью[23]. В ранее действовавшем российском уголовном законодательстве предвидение возможности наступления общественно опасных последствий вообще не упоминалось. В настоящее время, в соответствии с действующим УК РФ в формальных составах, где имеется такая характеристика интеллектуального момента умысла, как заведомость, умысел может быть только прямым. При этом сознание виновным одного из объективных признаков, образующих такой состав, может варьироваться от допущения с высокой степенью вероятности наличия такого признака до неопровержимого знания об этом.

Таким образом, формула интеллектуального элемента прямого умысла при легализации преступных приобретений может быть определена как такое состояние сознания виновного, когда он знал или, по крайней мере, допускал с высочайшей степенью вероятности, что преобразуемые им материальные ценности приобретены уголовно-противоправным способом, и не мог этого не допускать. Особое внимание заслуживает процесс определения виновным целей деятельности. При легализации основной целью действий виновного выступает стремление создать гражданско-правовые основания для приобретения права собственности на денежные средства или иное имущество, приобретенное преступным путем. В то же время для практической реализации этой цели виновный мысленно планирует преступление, определяет промежуточные цели своих действий, представляет себе их результат, ищет способы, средства их выполнения, выбирает время, место, сферу, благоприятную для использования при легализации, соучастников, формы отношений с ними, у него вырабатывается определенное отношение к действиям и их последствиям. Для легализации характерно, что в большинстве случаев помимо основной цели преследуются и иные цели. Так, достаточно часто целью становится увеличение средств, приобретенных преступным путем, и получение дополнительной прибыли при их введении в гражданский оборот. Легализация как сложная система предполагает необходимость определения виновным также целей промежуточных этапов легализации преступных доходов. К промежуточным целям легализации могут относиться предварительное отмывание (преобразование в другие виды валют, ценных бумаг и т. д.), отделение преступных доходов от источника их происхождения, инвестирование в легальную экономику. Промежуточные цели зависят от использования субъектом способа преступления. Мотивы действий субъекта легализации преступных доходов могут быть самыми разнообразными. Они обусловлены личностными особенностями виновного, его воспитанием, мировоззрением, влиянием личных и деловых связей, социальной средой. Данное преступление совершают в основном люди, достаточно обеспеченные, обладающие властными полномочиями или же зависимые от лиц, которые в результате преступления приобрели подлежащее легализации имущество. Основными мотивами совершения легализации являются желание жить не по средствам, стремление заработать как можно больше любым способом; покрытие расходов на приобретение дорогостоящих вещей, давление со стороны начальства, ложные представления о дружбе. В то же время для тех, кто профессионально занимается легализацией преступных доходов других лиц (финансовые консультанты, своеобразные брокерские фирмы в офшорах), участие в этом преступлении является основным источником доходов.

Глава 2. Проблемы и перспективы развития ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

2.1 Отграничение преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, от смежных составов преступлений

В действующем уголовном законодательстве России существует целый ряд преступлений, имеющих между собой определенное сходство, как по объекту посягательства, так и по другим элементам и признакам состава преступления. Уголовно-правовым запретом, который конкурирует с нормами ст. 174, 174.1 УК РФ, является ст. 175 УК РФ, предусматривающая ответственность за заранее не обещанное приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем.

Преступление, предусмотренное ст.175 УК РФ, может осуществляться в двух формах:

1.  заранее не обещанное приобретение имущества, заведомо добытого преступным путем;

2.  сбыт такого имущества.

Приобретение - это возмездное или безвозмездное получение имущества в любой форме (покупка, получение в дар, в обмен, в счет долга, в порядке возмещения убытков и т. п.), в результате которого приобретший получает возможность пользоваться и распоряжаться этим имуществом как своим собственным. Получение имущества только лишь на временное хранение не может рассматриваться как его приобретение, точно так же как передача имущества на хранение - его сбытом.

Сбыт - это возмездная или безвозмездная передача имущества, его отчуждение любым способом (продажа, дарение, обмен, передача в счет уплаты долга, возмещения причиненных лицом убытков и т п.).

В связи с этим для уяснения признаков состава легализации представляется целесообразным рассмотреть соотношение названного и сходного с ним преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ. Анализ содержания указанных норм свидетельствует об их схожести по ряду признаков. В связи с этим квалификация этих преступлений в следственной и судебной практике вызывает определенные сложности. По мнению В. Н. Зырянова, наличие в Уголовном кодексе ст. 174, 174.1 и 175 есть то препятствие, устранение которого переводит соответствующее деяние из плоскости прикосновенности к преступлению в плоскость соучастия в преступлении[24]. Преступление, предусмотренное ст. 175 УК РФ, является, таким образом, формой прикосновенности к преступлению другого лица. Обязательным условием наступления ответственности по ст.175 УК РФ, так же как и за преступления, указанные в ст. 174, 174.1 УК РФ является наличие предшествующего преступления, в результате которого добыто имущество. Предметом приобретения или сбыта, может быть имущество, добытое в результате совершения деяний, образующих объективную сторону любого из преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, в то время как имущество, полученное в результате преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, не образует предмета легализации, за которую установлена уголовная ответственность. Отечественными криминалистами, рассматривавшими проблему соотношения этих уголовно-правовых запретов, приводились в основном одинаковые критерии их разграничения. Так, некоторым авторам критерием разграничения признаков этих преступлений виделась известная цель легализации преступных приобретений[25]. Отдельные авторы утверждали что, в отличие от субъекта состава заранее не обещанного приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путем, которым, по смыслу закона, не может быть признан исполнитель или иной соучастник основного преступления, субъектом легализации преступных доходов может быть и участник основного уголовно наказуемого деяния[26]. Наконец, некоторыми криминалистами обращалось внимание на то, что объективной стороной составов преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ, охватывается совершение всех сде

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 590

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>