Дипломная работа на тему "Гражданско-правовой договор в механизме регулирования товарно-денежных отношений"

ГлавнаяГосударство и право → Гражданско-правовой договор в механизме регулирования товарно-денежных отношений




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Гражданско-правовой договор в механизме регулирования товарно-денежных отношений":


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МОСКОВСКАЯ ФИНАНСОВО - ПРОМЫШЛЕННАЯ

АКАДЕМИЯ

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

на тему: Гражданско-правовой договор в механизме регулирования

товарно-денежных отношений

Москва – 2010 г.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ, ЗНАЧЕНИЕ И ВИДЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ДОГОВОРА

1.1 Понятие и сущность гражданско-правового договора

1.2 Юридическая природа гражданско-правового договора

1.3 Гражданско-правовой договор в системе вещных и обязательственных правоотношений

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Специальный банк готовых защищённых на хорошо и отлично дипломных проектов предлагает вам скачать любые проекты по требуемой вам теме. Грамотное выполнение дипломных проектов на заказ в Самаре и в других городах РФ.

1.4 Виды договоров

ГЛАВА 2. МЕСТО ДОГОВОРА В СИСТЕМЕ СРЕДСТВ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ТОВАРНО-ДЕНЕЖНЫХ ОТНОШЕНИЙ

2.1 Гражданско-правовой договор в системе комплексного регулирования товарно-денежных отношений

2.2 Договорное регулирование, средства обеспечения, ответственность сторон и проблемы риска в договорных отношениях

2.3 Пути совершенствования законодательства в сфере гражданско-правового регулирования товарно-денежных отношений

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Юридическая конструкция договора использовалась достаточно широко и в период существования административно-плановой экономики. Договор являлся важным юридическим инструментом реализации плана в экономическом обороте. На разных этапах развития нашего государства использование договора было не одинаковым ни по сфере охвата, ни по характеру регулирования товарно-денежных отношений, ни по функциональной связи договора с плановым регулированием экономики. Эффективность использования договорной формы в сфере товарно-денежного обращения обусловливалась как внутренними, так и внешними условиями. Так, в период НЭПа наблюдалась активизация договорных отношений и, наоборот, во время Великой Отечественной войны довольно широко использовались внедоговорные формы связей между социалистическими организациями, когда обязательства возникали во многих случаях непосредственно из административных актов. В течение длительного времени регулирование товарно-денежных отношений в нашей стране осуществлялось на основе сочетания административно-плановых актов и гражданского договора. Советское государство определяло в плановых актах (заданиях) основные направления деятельности социалистических предприятий и организаций, предоставляя им определенную возможность самостоятельно определять и конкретизировать некоторые условия в договорных обязательствах.

Актуальность темы исследования заключается в том, что гражданский договор в условиях становления рынка является важнейшим правовым средством воздействия на экономику в нашей стране. Договор - это правовая форма, которую в настоящее время принимает большинство нормальных экономических отношений.

В России пока не в полной мере сложилась практика договорного регулирования предпринимательства, по-прежнему часто игнорируется цивилизованный подход к обеспечению интересов собственника. Современные бизнесмены, к сожалению, унаследовали упрощенный подход к урегулированию взаимных обязательств, надеясь зачастую на "джентельментские" соглашения, либо конструируют доморощенные соглашения, не отвечающие требованиям гражданского законодательства, при заключении договоров с иностранными субъектами российский предприниматель должен учитывать особенности договорного права страны-партнера.

Целью настоящего исследования является определение места и значения гражданско-правового договора в механизме регулирования товарно-денежных отношений.

Достижение поставленной цели обусловило постановку и необходимость решения следующих основных задач:

- рассмотреть понятие и значение гражданско-правового договора;

- раскрыть юридическую природу гражданско-правового договора;

- определить место гражданско-правового договора в системе вещных и обязательственных правоотношений;

- рассмотреть различные виды договоров;

- изучить роль гражданско-правового договора в системе комплексного регулирования товарно-денежных отношений;

- рассмотреть вопросы договорного регулирования, средства обеспечения, ответственность сторон и проблемы риска в договорных отношениях;

- определить пути совершенствования законодательства в сфере гражданско-правового регулирования товарно-денежных отношений.

Объектом исследования является общественные отношения, возникающие в сфере гражданско-правового регулирования товарно-денежных отношений.

Предметом исследования является законодательное регулирование гражданско-правового договора.

Теоретическая и методологическая основы исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений, выводов и рекомендаций, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического методов.

В дипломной работе использованы труды современных отечественных ученых, внесших значительный вклад в развитие гражданского права: М. И. Брагинского, В. В. Витрянского, М. Ф. Казанцева, А. Б. Бабаева, В. А. Белова, Е. В. Вавилина, А. В. Власова, С. С. Алексеевой и др.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Содержащиеся в дипломной работе выводы и предложения могут быть использованы для дальнейшей разработки проблем вещного и обязательственного права, института ответственности. Практическая значимость исследования состоит в разработке и обосновании комплекса предложений и рекомендаций по совершенствованию действующего гражданского законодательства и практики его применения, касающихся в первую очередь порядка заключения договоров, их изменения и расторжения, а также использования обеспечительных средств, надлежащего исполнения обязательств, снижения степени риска в договорах.

Структура дипломной работы обусловлена целями и задачами исследования и состоит из введения, двух глав, семи параграфов, заключения и списка использованной литературы. В первой главе раскрываются понятие, значение и виды гражданско-правового договора. Во второй главе рассматривается место договора в системе средств гражданско-правового регулирования товарно-денежных отношений.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ, ЗНАЧЕНИЕ И ВИДЫ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОГО ДОГОВОРА

1.1 Понятие и сущность гражданско-правового договора

Термин «договор» употребляются в гражданском праве в различных значениях. Под договором понимают и юридический факт, лежащий в основе обязательства, и само договорное обязательство, и документ, в котором закреплен факт установления обязательственного правоотношения.[1]

В Гражданском кодексе (ст. 420) содержится традиционное для российского гражданского права определение понятия «договор»: договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Нетрудно заметить, что данное определение полностью корреспондирует нормам о двух - или многосторонних сделках (ст. 153 и 154). Действительно, договор — не что иное, как двух - или многосторонняя сделка, ибо всякая гражданско-правовая сделка либо устанавливает, либо изменяет, либо прекращает гражданские права и обязанности.

Поэтому вполне логичным и последовательным представляется содержащееся в Кодексе (п. 2 ст. 420) положение о том, что к договорам применяются правила о двух - и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 ГК РФ.[2]

Гражданско-правовой договор представляет собой наиболее распространенный вид юридических фактов. В качестве основания возникновения широкого спектра гражданских прав и обязанностей (правоотношений) договор закреплен в особом подразделе раздела III Гражданского кодекса.

В ст. 8 ГК РФ перечень юридических фактов открывают договоры и иные сделки, предусмотренные законом, а также договоры, хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему. Согласно ст.154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех и более сторон (многосторонняя сделка), а в силу ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Этой же статьей устанавливается, что к договорам применяются правила о двух - и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ("Сделки") Кодекса. Так, соглашением обычно двух сторон является договор купли-продажи: по легальному определению данного договора (ст. 454 ГК РФ) одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Соглашением большего числа сторон может быть, например, договор простого товарищества (договор о совместной деятельности). По такому договору двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной цели, не противоречащей Закону (ст. 1041 ГК РФ).

Сопоставление понятий «договор» и «сделка» показывает, что второе шире первого, так как сделка может быть односторонней. Поэтому договор — непременно сделка, но последняя далеко не всегда является договором. На договоры распространяются правила о форме, об условиях действительности сделок, об основаниях признания их недействительными и наступающих в подобных случаях последствиях, ряд других положений о сделках.

Однако не всякая сделка сама по себе составляет договор, — таковым признается лишь соглашение, вытекающее из намерения участников породить те или иные гражданско-правовые последствия. Поэтому можно сделать вывод о том, что всякий договор может быть признан сделкой, но не всякая сделка может быть признана договором.

Договоры, в зависимости от соотношения прав и обязанностей участников обязательства, можно разделить на 2 вида: двусторонние и многосторонние, отличающиеся не числом участников, поскольку в двустороннем договоре могут участвовать не, а несколько лиц, и тем не менее договор остается двусторонним. Примером данного вида договоров может служить договор купли-продажи, в котором одна сторона — продавец, обязана передать имущество, а другая сторона — покупатель — принять это имущество. Этот вид характеризует, прежде всего, встречная направленность и противоположность, которая отсутствует в многосторонних договорах. Примером многостороннего договора является договор о совместной деятельности, о создании простого товарищества. Данные договоры встречаются довольно редко, преобладающее положение в гражданском праве занимают двусторонние договоры.[3]

Под термином «Договор» понимают также гражданское правоотношение, возникшее из договора, и документ, в котором изложено содержание договора, заключенного в письменной форме.

Подводя итог вышеизложенному, можно сказать, что термин «договор» расшифровывается комплексно — и как соглашение, и как документ, фиксирующий это соглашение, и как возникающее обязательство. Поэтому следует определить, в каком именно из приведенных значений употребляется термин «договор» в той или иной норме Гражданского кодекса.

В гражданском праве существуют определенные условия, на которых должны базироваться стороны при заключении договора. К такому условию относится, прежде всего, свобода договора. Здесь необходимо дать оценочную характеристику данному принципу, поскольку он является «камнем нового здания российского гражданского права», закрепленного в качестве общего принципа в ст. 1 ГК РФ, а в качестве специального — в ст. 421 ГК РФ.[4]

Проявление свободы договора в конкретной договорной практике имеет для сферы гражданского оборота ряд весьма важных аспектов:

1. Участники гражданских правоотношений свободны в заключении договора. Они не могут быть принуждены к заключению договора, исключая случаи, когда обязанность такого заключения предусмотрена Гражданским кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (п. 1 ст. 421 ГК РФ). Следовательно, граждане и юридические лица свободны, заключать или не заключать договор, а также в выборе контрагента по договору. Второй случай, т. е. понуждение к заключению договора, можно рассмотреть на следующем примере: Законом о поставках предусмотрена обязательность для поставщиков, обладающих монополией на производство отдельных видов продукции, к заключению договоров на поставку продукции для федеральных государственных нужд.

2. Участники гражданских правоотношений могут заключать не только договоры, предусмотренные законами или иными нормативными актами, но и иные договоры, не противоречащие им.

3. Стороны договора могут конструировать свои взаимоотношения из элементов нескольких различных договоров, создавая так называемый смешанный договор. В таком случае к их отношениям будут применяться в соответствующих частях правила о тех договорах, элементы которых использованы сторонами, если иное не вытекает из существа смешанного договора или соглашения сторон о том, какие нормы подлежат применению к их договору (п. 3 ст. 421 ГК РФ).

4. Стороны договора свободны в определении условий его содержания, исключая случаи, когда те или иные условия договора прямо предписываются законом или иным правовым актом.

5. В соответствии с п. 4 ст. 421 ГК РФ стороны договора свободны установить для регулирования своих взаимоотношений правила, отличающиеся от тех, которые предусмотрены диспозитивными нормами права, а, следовательно, определить свои права и обязанности.[5]

Таким образом, можно сделать вывод о том, что идея автономии воли, воплощенная в кодексе, зависит от самого субъекта права.

Если говорить о содержании гражданско-правового обязательства, возникающего из договора, то оно может быть раскрыто с помощью формулы, применимой к любому гражданско-правовому обязательству: в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т. п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (п. 1 ст. 307 ГК РФ).

В связи с этим становится понятной норма, установленная Кодексом (п. 3 ст. 420): к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (ст. 307-419), если иное не предусмотрено специальными нормами ГК РФ, посвященными договорам (как общими положениями, так и правилами об отдельных видах договоров).

Изложенное свидетельствует о сохранении в ГК РФ традиционных для российского гражданского права последних десятилетий подходов к определению как понятия гражданско-правового договора, так и его содержания.

Прежде всего, необходимо еще раз подчеркнуть, что по новому Кодексу в основе договора теперь лежит не чужая воля, навязанная сторонам плановым или иным административным актом, как это нередко имело место в прежние годы, а свободно выраженная воля самих сторон.

Условия договора должны соответствовать императивным нормам. В противном случае они будут признаны недействительными. Речь идет об обязательных для сторон правилах, установленных законами и иными правовыми актами, которые являлись действующими в момент заключения договора.

В связи с этим необходимо также обратить внимание на одно из принципиальных положений ГК РФ, направленных на обеспечение стабильности договорных отношений: если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в самом законе установлено, что его действие распространяется и на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (п. 2 ст. 422 ГК РФ).

Таким образом, в качестве общего правила должно быть воспринято положение о приоритете договора над законом, принятым после заключения договора. Исключение составляют лишь случаи, когда законодатель сознательно распространяет действие императивных норм на условия договоров, заключенных до вступления в силу соответствующего закона. Это создает определенные гарантии для сторон, которые при заключении договора обязаны руководствоваться обязательными правилами, установленными законом, действующим в момент оформления договорных отношений, поскольку исключает возможность не зависящего от воли сторон изменения условий договора путем принятия нового закона, содержащего иные правила.[6]

Анализ текста ст. 422 ГК РФ позволяет сделать еще один очевидный вывод, который будет иметь серьезное практическое значение. В п. 2 названной статьи, в котором устанавливается соотношение договора и правовых норм, появившихся после заключения договора, речь идет только об одном виде нормативных актов, а именно о законе. Следовательно, правило о применении правовой нормы к ранее заключенному договору, если специально установлено, что сфера ее действия распространяется и на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров, касается лишь тех случаев, когда соответствующая правовая норма содержится в законе (в буквальном значении этого слова). Иными словами: то, что позволено закону, не дозволяется делать иным правовым актам, регулирующим гражданско-правовые отношения.

Таким образом, применительно к договорным отношениям сторон правильным будет утверждение о приоритете условий договора перед нормами, содержащимися в указах Президента Российской Федерации и постановлениях Правительства, изданных после заключения договора. Даже в тех случаях, когда названные правовые акты включают в себя императивные нормы, регламентирующие отношения сторон, и содержат указания об их обязательном применении к правоотношениям, возникшим до издания соответствующих правовых актов, стороны вправе не применять указанные нормы, а руководствоваться условиями ранее заключенного договора.[7]

Второй уровень правового регулирования договорных отношений представляет собой большой пласт диспозитивных норм. В отличие от императивной диспозитивная норма применяется лишь постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное. Стороны своим соглашением могут установить условие, отличное от предусмотренного в указанной норме, либо вообще исключить ее применение. И только при отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Может возникнуть вопрос о целесообразности подобного регулирования договорных отношений. Действительно, стороны в договоре вправе своим соглашением определить детальным образом все основные условия договора и тем самым исключить действие любых диспозитивных норм. Кстати сказать, в некоторых странах с развитой экономикой и солидной правовой системой данное обстоятельство учитывается в полной мере. Например, Гражданский кодекс Нидерландов в разделах, посвященных отдельным видам договоров, содержит небольшое число в основном императивных норм, практически не допуская диспозитивного регулирования. При этом разработчики данного Кодекса исходили из того, что стороны договора самостоятельно регламентируют свои взаимоотношения по своему усмотрению и не нуждаются в подсказке в виде диспозитивных норм со стороны законодателя. Чего нельзя сказать, к сожалению, о российских предпринимателях. [8]

И наконец, третий уровень регулирования договорных отношений представляют собой обычаи делового оборота, в качестве которых признаются сложившиеся и широко применяемые в какой-либо области предпринимательской деятельности правила поведения, не предусмотренные законодательством, независимо от того, зафиксированы ли они в каком-либо документе (ст. 5 ГК РФ). Необходимо отметить, что пока сфера применения обычаев делового оборота в основном ограничена внешнеторговыми сделками. Однако дальнейшее развитие рыночных отношений, безусловно, потребует целой системы обычаев делового оборота. Первым шагом в этом направлении могло бы служить применение к договорным отношениям в качестве обычаев делового оборота многочисленных примерных и типовых договоров о поставках отдельных видов продукции и товаров, перевозке грузов и др. — именно на это ориентирует ГК РФ (ст. 427).

Если различные уровни регулирования гражданско-правовых обязательств расположить по определенной иерархии, критерием которой может служить приоритетность в применении к условиям договора, мы получим следующую логическую цепочку регулирования прав и обязанностей сторон по гражданско-правовому договору: на первом месте - императивные нормы, содержащиеся в законодательстве, которое действовало в момент заключения договора; на втором — условия договора, установленные по соглашению сторон, и на третьем месте — диспозитивные.

Что касается обычаев делового оборота, то они могут применяться к договорным отношениям в случаях, когда соответствующее условие договора не определено ни императивной нормой, ни соглашением сторон, ни диспозитивной нормой. Такой вывод следует из анализа текста ст. 421 ГК РФ.

Если же говорить о случаях, представляющих собой изъятия из действия принципа свободы договора, когда допускается заключение договора путем понуждения одного из контрагентов, то необходимо еще раз подчеркнуть, что такие случаи могут быть предусмотрены только законом или добровольно принятым обязательством. [9]

На сегодняшний день законодательство РФ провозглашает свободу договора. Именно свобода договора лежит в основе определения сторонами своих прав и обязанностей, выражающихся в содержании договора. Гражданские права и обязанности, порождаемые, изменяемые или прекращаемые договором, составляют содержание обязательственного отношения, возникающего из договора.

1.2 Юридическая природа гражданско-правового договора

Выявить юридическую природу (или, иными словами, юридическую сущность) гражданско-правового договора это значит определить, к какому роду юридических явлений относится гражданско-правовой договор и какое место он занимает среди других явлений данного рода. Кроме юридической природы (сущности) гражданско-правового договора допустимо говорить и о других аспектах его сущности, например, об экономической, социальной, философской сущности гражданско-правового договора.

Юридическая традиция (как научная, так и прикладная) донесла до начала третьего тысячелетия в качестве доминирующего воззрение, согласно которому гражданско-правовой договор (как сделка, соглашение) является юридическим фактом, с которым связываются возникновение, изменение и прекращение правовых отношений, урегулированных нормами права. Однако роль договора как юридического факта, в достаточной мере до сих пор не прояснена. Обычно в литературе дело не идет дальше констатации вроде следующей: «Договоры... будучи юридическими фактами, устанавливают, изменяют или прекращают гражданские правоотношения». Между тем механизм проявления юридико-фактических свойств договора весьма сложен. Само же понимание договора как юридического факта нуждается в серьезном уточнении:

1.  Значение договора как юридического факта проявляется в основном лишь в факте заключения (наличия) договора.

В самом деле, для возникновения правоотношений (элементов правоотношений), моделируемых нормами права, важен лишь факт существования договора (в необходимых случаях в сочетании с другими юридическими фактами или элементами фактического состава). Из сделанного уточнения, однако, отнюдь не следует, что из юридического обихода надо устранить выражение «договор является юридическим фактом» или подобные ему. Такие выражения укоренились в юридической науке и практике, а некоторая неточность этих выражений компенсируется их лаконичностью. Важно только, чтобы определение договора как юридического факта не заслоняло собой другие, не менее важные свойства договора.

2.  Факт заключения (наличия) договора далеко не единственный юридический факт, необходимый для развития договорного правоотношения.

Сам по себе факт заключения договора влечет чаще всего только возникновение договорного правоотношения, притом нередко лишь в самом общем виде. Дальнейшее развитие (динамика) договорного правоотношения (возникновение новых прав и обязанностей, изменение или прекращение отдельных ранее возникших прав и обязанностей) происходит уже вследствие появления других конкретных юридических фактов, предусмотренных нормами права или условиями договора, определяющими содержание договорного правоотношения (например, таких юридических фактов, как наступление сроков поставки товара, сроков его оплаты, просрочка поставки товара).

Таким образом, не только договор выступает в роли юридического факта, но и условия договора сами нуждаются в наличии юридических фактов для того, чтобы на основе условий договора возникли моделируемые ими договорные права и обязанности. Например, для возникновения договорного правоотношения (элемента договорного правоотношения) на основе условия договора поставки о договорной неустойке за просрочку поставки товара необходим такой юридический факт, как просрочка поставки товара поставщиком.

Изложенное обстоятельство наводит на мысль о необходимости уточнения общего понятия юридического факта. В настоящее время под юридическим фактом обычно понимается конкретное жизненное обстоятельство, с которым юридическая норма (закон в широком смысле) связывает возникновение, изменение или прекращение правоотношений. Однако, как видно из приведенного примера с гражданско-правовым договором, юридические факты необходимы для наступления правовых последствий, смоделированных (предусмотренных) не только правовыми нормами, но и ненормативными положениями (актами). Поэтому в понятии юридического факта необходимо расширить круг правовых положений (актов), выведя его за пределы только правовых норм (нормативных правовых актов).

При таком подходе определение юридического факта может быть следующим: «Юридический факт это факт, с которым правовые нормы и ненормативные правовые положения (акты) связывают наступление юридических последствий». Из приведенного определения следует, что ненормативные положения (акты), в частности договоры, выступают, с одной стороны, как юридические факты, при наличии которых возникают предусмотренные правовыми нормами (нормативными правовыми актами) правовые отношения, а с другой для возникновения прав и обязанностей, предусмотренных ненормативными положениями (актами), может потребоваться наступление дополнительных (своих) юридических фактов.

3.  Юридико-фактическое свойство договора это вторичное юридическое свойство договора как правового явления.

Юридическими фактами могут быть самые различные, практически любые, факты (явления) действительности, в том числе явления, по своей изначальной природе неюридические (например, такие события, как рождение или смерть человека, землетрясение, дорожное происшествие) или же юридические (например, сделки, судебные решения). Изначально неюридическое явление, становясь юридическим фактом, обретает вторичное юридическое свойство – свойство юридического факта. В результате такое явление сохраняет свою первичную неюридическую сущность и дополняется юридическим свойством. Аналогичным образом изначально юридическое явление, становясь юридическим фактом, обретает вторичное юридическое свойство – свойство юридического факта. В результате юридическое явление, сохраняя свою первоначальную юридическую сущность, дополняется новым вторичным юридическим свойством.[10]

Гражданско-правовой договор как изначально юридическое явление имеет свою первичную юридическую сущность правового акта. Наряду с первичной сущностью правового акта договор обладает вторичным юридическим свойством – свойством юридического факта.

Раскрывая регулятивную сущность договора через правовой акт и противопоставляя эту сущность юридико-фактическому свойству договора, нельзя оставить без пояснения то обстоятельство, что по традиционной классификации юридических фактов гражданско-правовой договор рассматривается как разновидность большой группы юридических фактов, именуемых юридическими актами. Означенное обстоятельство, казалось бы, сводит на «нет», по методологическим соображениям усилия выявить регулятивную сущность договора. Однако это только на первый взгляд. В самом деле, отнесение договора к юридическим актам в традиционной классификации юридических фактов и квалификация договора как разновидности правового (юридического) акта при выявлении регулятивной сущности договора существенно различаются по своему юридическому смыслу. В первом случае договор хотя и отнесен к юридическим (правовым) актам, но отнесен в связи с его юридико-фактическим свойством. Включение договора в группу юридических актов здесь никак не проясняет регулятивную сущность договора, наоборот, скрывает, подавляет ее. Во втором же случае квалификация договора правового акта свидетельствует о единстве (общности) его правовой природы с правовой природой законов, иных нормативных правовых актов, которые традиционно противопоставляются юридическим фактам. Чтобы лучше уяснить, как в договоре сочетаются сущность правового акта и юридическое свойство юридического факта, полезно рассмотреть в аналогичном контексте другие изначально юридические явления, которые могут обладать и свойствами юридических фактов. Причем такое рассмотрение тем более показательно, чем менее избранные для анализа юридические явления будут ассоциироваться с юридическими фактами.

Второй пример юридического явления, сочетающего свою первичную юридическую сущность с вторичным свойством юридического факта, в сравнении с предыдущим примером, еще менее привычен в роли юридического факта, но и более ценен, ибо имеет общую с договором первичную юридическую сущность – сущность правового акта. Речь идет о законе (а равно и ином нормативном правовом акте). Действительно, в качестве юридического факта может выступать и закон. Необычность утверждения требует пояснения примером, в качестве которого может выступать ситуация, когда стороны в договоре поставки предусмотрели условие о том, что если в период действия договора будет принят федеральный закон, отменяющий норму закона о неустойке за просрочку поставки товара, то в этом случае возникшая до вступления в силу данного федерального закона, но не исполненная к моменту вступления в силу закона обязанность по уплате неустойки прекращается. В приведенном примере федеральный закон, отменяющий норму о неустойке, следует расценивать как юридический факт, влекущий прекращение правоотношения. Точнее, юридическим фактом здесь будет факт вступления в силу федерального закона. Но от этого не меняется суть вопроса, как не меняется она, если в качестве юридического факта рассматривать не сам договор, а факт его вступления в силу.[11]

Став юридическим фактом, закон соединил в себе первичную юридическую сущность правового акта и вторичное свойство юридического факта. Став юридическим фактом, закон не утратил свою первичную юридическую сущность правового акта.

Точно так же и договор соединяет в себе первичную юридическую сущность правового акта и вторичное юридическое свойство юридического факта. Договор как юридическое явление близок к закону, так как оба они относятся к роду правовых актов и имеют на этом уровне абстракции единую первичную юридическую сущность.

Конечно, юридико-фактическое значение гражданско-правовых договоров гораздо более велико, чем юридико-фактическое значение законов (иных нормативных правовых актов). Однако сама по себе значимость юридико-фактических свойств договора не должна вытеснять его юридической сущности. Гипертрофирование юридико-фактических свойств договора и игнорирование его первичной юридической сущности являются серьезной методологической ошибкой, которая способна привести к неверной юридической характеристике договора. Именно такая ошибка вызвала и необоснованный вывод о содержании договора, сделанный в известной книге по договорному праву. В ней утверждается: «Договоры в их качестве сделки, не отличаясь от других юридических фактов, не имеют содержания. Им обладает только возникшее из договора-сделки договорное правоотношение. При этом, как и в любом другом правоотношении, содержание договора составляют взаимные права и обязанности контрагентов». Процитированное суждение зиждется на посылке о том, что юридический факт не имеет содержания. В свою очередь эта посылка основана, видимо, на рассмотрении юридического факта в плоскости наличия-отсутствия явления (факта). При таком подходе (который, как показано ранее, имеет право на существование и применительно к договору более точен) в самом деле, трудно увидеть содержание юридического факта какое может быть содержание у факта, состоящего в наличии договора. Однако при любом взгляде на договор как юридический факт его юридико-фактическое свойство является вторичным юридическим свойством, не устраняющим юридическую сущность договора как сделки и, следовательно, правового акта, поскольку сделка является разновидностью правового акта. Поэтому содержание имеют и договор как сделка (содержанием договора в этом случае выступает совокупность условий договора), и договорное правоотношение (его содержание образует совокупность прав и обязанностей, смоделированных условиями договора и нормами права). В противном случае будет выбита логическая почва из-под термина «условия договора», понимание которых мыслимо только в качестве элементов содержания договора как сделки.

Из сказанного следует, что, будучи вторичными, юридико-фактические свойства не отражают первичную юридическую природу договора. Соответственно, методологически обоснованное определение гражданско-правового договора, отражающее его юридическую природу, не может базироваться на понимании договора как юридического факта (как, впрочем, и на понимании договора как правоотношения).

Гражданско-правовой договор (как и сделка, вообще) по своей юридической природе является правовым актом и в этом своем качестве регулирует правовые отношения сторон между собой или также с другими (третьими) субъектами права (лицами), наделенными правами по отношению к сторонам. [12]

Особенностью договора как правового акта регулятора общественных отношений является то, что он упорядочивает отношения между сторонами договора и выступает как средство саморегулирования отношений сторон. В отличие от договора односторонний (особенно директивный) правовой акт направлен на регулирование отношений других лиц (в отдельных случаях с участием лица, издавшего односторонний правовой акт). Указанная особенность регулятивных свойств договора позволяет более четко отграничить договор от односторонних правовых актов, изданных двумя или более субъектами. Последние, как и договор, выражают согласованную волю двух или более лиц, издавших совместный односторонний правовой акт. Однако договор заключается сторонами для урегулирования своих взаимоотношений, его воздействие направлено на внутренние взаимоотношения, на их саморегулирование. Между тем такое воздействие одностороннего правового акта, принятого двумя или более субъектами права, направлено вовне, т. е. на регулирование отношений, как правило, других лиц между собой. При этом то обстоятельство, что субъектами регулируемых односторонними правовыми актами отношений могут быть и сами субъекты, издавшие эти акты, не меняет существа дела, так как не меняется внешняя направленность регулятивного воздействия одностороннего правового акта.

Регулирование договором взаимоотношений заключивших его сторон черта договора, наиболее отвечающая его природе. Но она не исключает участия в регулируемых договором правоотношениях третьих лиц, например, в случае с договором в пользу третьих лиц. Здесь договор упорядочивает отношения между заключившими его сторонами и, кроме того, отношения одной или обеих сторон с третьими лицами, в пользу которых заключен договор. Третье лицо по такому договору имеет только права в отношении стороны (сторон) договора. Конструкция договора в пользу третьего лица несколько размывает чистоту договорной доктрины, согласно которой договор определяет взаимоотношения между заключившими его сторонами, но эта конструкция не колеблет одно из главных начал договорной теории договор не может создавать обязанности для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон. Как регулятивный правовой акт гражданско-правовой договор может быть как ненормативным, так и нормативным. Примером ненормативного договора, рассчитанного на однократную реализацию (т. е. содержащего только ненормативные условия), может служить договор розничной купли-продажи, исполняемый в момент его совершения.

Нормативные гражданско-правовые договоры также имеются, и таких договоров немало (больше, чем может показаться на первый взгляд). Например, договор поставки, предусматривающий помесячную поставку товаров в течение года и неустойку за недопоставку (просрочку поставки) товаров носит нормативный характер. В самом деле, условие о неустойке в таком договоре рассчитано на неоднократное применение. Оно используется всякий раз, когда поставщик допускает просрочку поставки (юридический факт), и не исчерпывается однократной реализацией. Здесь могут возразить, что гражданско-правовой договор не является общеобязательным и поэтому не может быть нормативным. Данное возражение будет справедливо, если существенным признаком нормативности считать общеобязательность правового акта (положения). Это, однако, не верно. Для признания правового акта нормативным достаточно того, что такой правовой акт рассчитан на неоднократную (иными словами, неопределенно многократную) реализацию. При подобном подходе нормативные правовые акты могут быть как общеобязательными, так и не общеобязательными, в том числе индивидуальными (свойства индивидуальности и не нормативности не тождественны).[13]

Преобладающая в настоящее время юридическая позиция, согласно которой общеобязательность является существенным признаком правовой нормы, рано или поздно будет пересмотрена. Иначе, оставаясь на логической почве, невозможно объяснить нормативный характер положений, содержащихся в уставах юридических лиц, локальных правовых актах, иных подобных нормативных правовых актах, которые трудно рассматривать в качестве общеобязательных. >

1.3 Гражданско-правовой договор в системе вещных и обязательственных правоотношений

Гражданские правоотношения принято делить по различным признакам. При этом, как правило, на основе двучленной формулы. Из всех видов образованных таким образом пар «вещное – обязательственное» имеет особое значение. Это связано с тем, что в отличие, например, от такого, как «имущественное – неимущественное» или «абсолютное – относительное», рассматриваемое деление позволяет в одно и то же время индивидуализировать вещные и обязательственные правоотношения, вещные и обязательственные права, а равно вещные и обязательственные нормы, составляющие в совокупности одноименные институты.[14]

Деление на «вещное» и «обязательственное», которое берет начало в римском праве, сохранило значение, прежде всего в законодательстве континентальных стран. И если в кодексах, построенных по институционной системе (пример – Французский гражданский кодекс), это деление проявляется не столь явственно, то в кодексах, использовавших пандектнуго модель (от Германского гражданского уложения и до кодексов Российской Федерации), оно имеет основополагающее значение. Речь идет о том, что один из центральных разделов гражданских кодексов Российской Федерации составляло «Обязательственное право» с его обширным правом договорным.

Вместе с тем ГК 1922 г. имел и весьма емкий раздел «Вещное право», который объединил право собственности, право залога и право застройки.

В Кодексе 1964 г. по ряду причин, скорее идеологических, чем юридико-технических, вещное право было сведено к праву собственности. Но уже в действующем Кодексе вещное право оказалось восстановленным. При этом соответствующий раздел (раздел II ГК) в состав незамкнутого перечня вещных прав включал право собственности, а с ним и права пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, сервитута, хозяйственного ведения и оперативного управления имуществом. Соответствующая статья ГК (ст. 216) сделала этот перечень незамкнутым, открытым.

Обязательственное право в новом ГК составляет содержание уже двух разделов ГК, один из которых посвящен общим положениям обязательственного права, а другой – отдельным видам обязательств.

Вместе с тем деление на «вещное» и «обязательственное» приходится проводить применительно и к другим институтам ГК. В частности, оно должно найти отражение в будущей третьей части Кодекса. Имеются в виду один из самых древних институтов – «наследственное право» и один из самых новых – «интеллектуальная собственность» («исключительные права»).

Смысл любой классификации состоит, в конечном счете, в том, что соответствующее понятие относят к определенной группе. При этом учитывается, что оно обладает родовыми признаками этой группы и одновременно то, что в нем отсутствуют родовые признаки, присущие другим группам.

Однако так обстоит только в принципе. На практике приходится часто сталкиваться с тем, что определенное понятие в одно и то же время обладает набором свойств (признаков), присущих разным группам. А в результате наряду с основными, давшими название всему делению группами появляется еще одна, смешанная.

Для сферы гражданского права наиболее убедительно это было показано в литературе применительно к абсолютным и относительным правоотношениям (правам). Примером смешанной группы при таком делении может служить доверительное управление. Имеется в виду, что отношения между доверительным управляющим и его контрагентом-учредителем управления носят относительный характер. Однако благодаря тому, что доверительный управляющий осуществляет по отношению к переданному имуществу правомочия собственника (ст. 1020 ГК), соответствующее правоотношение приобретает черты абсолютного.

Сходная ситуация характеризует и деление правоотношений на вещные и обязательственные. В самом общем виде различие между ними усматривают в том, что вещные права имеют своим предметом вещь, носят абсолютный характер, будучи связаны с вещью, следуют за ней и, наконец, предполагают активность носителя права и одновременно пассивность тех, кто ему противостоит. Для обязательственных правоотношений характерно то, что их предметом служит действие определенного лица (должника), они являются относительными, следуют за должником и предполагают активность этого последнего, противостоящего управомоченному лицу-кредитору.[15]

Часть складывающихся в гражданском обороте правовых связей действительно отвечает перечисленным признакам либо вещных, либо обязательственных правоотношений. И все же едва ли не большинство гражданских правоотношений является смешанными – «вещно-обязательственными».

Проследить смешение вещного с обязательственным можно уже на примере основного обязательственного правоотношения – договорного.

Общепризнано, что обязательство, в том числе порожденное договором, направлено на переход вещи от одного лица к другому. При этом указанный переход осуществляется в результате исполнения одним из контрагентов – должником – лежащей на нем обязанности. Так происходит в договоре купли-продажи, когда продавец во исполнение лежащей на нем обязанности передает имущество в собственность контрагенту-покупателю. Аналогичная обязанность может лежать и на обеих сторонах. Это имеет место, например, при договоре мены. Из данного договора вытекает обязанность каждой из сторон передать имущество контрагенту в собственность и корреспондирующее ей право – требовать предоставления эквивалента переданного имущества. Подобная конструкция целиком отвечает Бирлинговской концепции двух родов объектов правоотношений. В данном случае объектом первого рода служат действия обязанного лица, а роль объекта второго рода играет вещь, которая в результате такого действия должна быть передана (изготовлена и передана).

Однако не все договоры укладываются в указанную схему и далеко не всегда передача на основе договора вещи представляет собой исполнение обязательства должником. Определенное распространение получили договоры, которые самим фактом своего создания порождают у контрагента вещное право, прежде всего, право собственности. В соответствующих случаях передача вещи происходит на стадии возникновения договора, а не его исполнения. Имеются в виду так называемые вещные договоры, объектом которых служат не действия обязанного лица, а непосредственно соответствующие вещи, как это вообще свойственно правоотношениям вещным.

Вещный договор по своему характеру имеет некоторое сходство с реальными договорами. Именно таким договорам присуще отсутствие разрыва во времени между заключением договора и возникновением порожденного им вещного права. Таким образом, действия стороны, которые выражаются в передаче вещи контрагенту, являются разновидностью актов (действий), с которыми связано самое возникновение обязательства, а не его исполнение. Речь идет, таким образом, о невозможности ситуации, при которой вещь еще не передана, а договор уже заключен.

Рожденное из вещного договора право, в отличие от прав, возникающих из обязательственных договоров, имеет своим непосредственным предметом вещь. И как таковое это право является с самого начала не относительным, а абсолютным.[16]

Существующие вещные договоры не укладываются, в отличие от реальных, в рамки обязательственных правоотношений и соответственно могут рассматриваться как один из случаев проникновения вещных элементов в обязательственное правоотношение.[17]

Вещный договор отличается не только от консенсуальных, но, в конечном счете, и от реальных договоров. Имеется в виду, что реальные договоры относятся к категории обязательственных. Это означает, что такие договоры хотя и возникают с передачей вещи, но вместе с тем порождают обычное обязательственное правоотношение с наличием у сторон взаимных прав и обязанностей. Примером могут служить договоры ренты в различных их вариантах, а также договор перевозки.

Отмеченная тенденция к смешению вещных и обязательственных элементов не исчерпывается выделением вещных договоров. Это стало особенно ясным в период разработки проекта Гражданского Уложения в России. Одну из наиболее широких дискуссий вызвали две статьи проекта, в которых были выражены применительно к обязательствам черты, присущие вещно-правовым способам защиты. Речь идет о ст. 133 и 134 Проекта 2. Первая из них предусматривала, что «веритель в случае неисполнения должником обязательства, имеющего предметом передачу определенного имущества, вправе просить суд об отобрании имущества от должника и передаче ему, верителю». Вторая, которая подобно первой имела дело с конструкцией, обладавшей элементами вещно-правового характера, указывала на то, что, «в случае неисполнения должником обязательства, имеющего предметом совершение действия, для которого не требуется личного участия должника, веритель вправе с разрешения суда совершить действие за счет должника. Разрешения суда не требуется, когда совершение верителем за счет должника действия представляется не терпящим отлагательства».

ГК пошел в соответствующем вопросе по пути проекта Гражданского уложения России. Имеется, в частности, в виду, что в гл. 25 «Ответственность за нарушение обязательств» содержатся две статьи: «Исполнение обязательства за счет должника» (ст. 397 ГК) и «Последствия неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь» (ст. 398 ГК). По своему содержанию они совпадают с теми, которые на этот счет содержались в приведенных положениях проекта Гражданского уложения России.

В современном гражданском праве в гораздо большем объеме, чем ранее, выражается одновременно прямо противоположная тенденция: в вещно-правовых конструкциях проявляют себя обязательственно-правовые элементы. Это находит подтверждение, в частности, в основном вещно-правовом институте – праве собственности. Имеется в виду, что признание объектом соответствующего правоотношения «вещи» становится в ряде случаев слишком узким. Речь идет о том, что хотя в принципе вещным правоотношениям присущи такие особенности, в частности, как следование права за вещью, а равно возможность использования таких средств защиты, как виндикационные и негаторные требования, эти же правоотношения могут включать в себя определенные права на действия второй стороны в них. [18]

Подтверждением того, что объектом права собственности или иного вещного права в ряде случаев служит обязательственное по своей природе право и тем самым создается конструкция «права на право». В частности, речь идет о таком общепризнанном объекте права собственности (вещного права), каким является имущественный комплекс-предприятие. Он включает, наряду с земельными участками, зданиями, сооружениями, оборудованием, инвентарем сырьем, продукцией, те же «права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (фирменное наименование, товарные знаки, знаки обслуживания) и другие исключительные права» (ст. 132 ГК). При этом именно в данном своем качестве предприятие выступает как объект договора продажи (п. 1 ст. 559 ГК).

Вопрос о соотношении вещного и обязательственного права был недавно поднят в литературе в связи с оценкой ст. 48 действующего Кодекса. Речь идет о той ее части, в которой отмечается: «Юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом...».

И, соответственно, если ст. 48 ГК говорит об обособленном имуществе и обращении взыскания на него, то она в равной мере имеет в виду и вещи, и права (в том числе обязательственные, включая «права на деньги, хранящиеся на банковском счете»), не делая в указанном смысле различия между теми и другими. Следовательно, когда ст. 35 Конституции РФ провозглашает; «право частной собственности охраняется законом» и «никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда» - имеется в виду, что в необходимых случаях объектом защиты являются не, только вещные, но в такой же мере и обязательственные права, включая права лица, «обладающего частной собственностью» на находящиеся на счете в банке денежные средства.

Приведенный вывод может быть сделан и на основе отдельных статей ГК. Помимо тех, о которых шла речь выше, можно сослаться и на другие. Так, когда в гл, 15 ГК («Прекращение права собственности») идет речь об основаниях «конфискации», то «безвозмездное изъятие у собственника имущества по решению суда» (ст. 243 ГК) охватывает в равной мере и вещи; и обязательственные права по поводу вещей (в том числе все те же права на средства, находящиеся в банке). Коммерческие и некоммерческие организации, помимо государственных и муниципальных предприятий, а также учреждений, финансируемых собственниками, признаются собственниками имущества, переданного им в виде вкладов (п. 3 ст. 213 ГК). При этом в силу п. 6 ст. 66 ГК вкладом в имущество хозяйственного товарищества и общества могут быть деньги, ценные бумаги, другие вещи или имущественные права либо иные права, имеющие денежную оценку. Вряд ли можно сомневаться в том, что вклады осуществляются главным образом именно перечислением денег со счета учредителя (участника) на счет созданного юридического лица, А такой переход осуществляется путем не передачи денег «из рук в руки», а передачей прав на получение суммы, находящейся на счете участника в банке или ином кредитном учреждении. В этом случае платежное поручение или иной способ расчетов как раз и служит одним из технических средств, с помощью которых осуществляется внесение вклада.

Можно, наконец, использовать пример и из смежной области. Так, ст. 34 Семейного кодекса РФ, перечисляя имущество, составляющее «совместную собственность супругов», среди прочего указывает на паи, вклады доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, независимо от того, на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства. Это же относится и ко всем остальным правам обязательственного характера (например, возникшим из любого иного долга).

Еще один пример – договор займа и кредитный договор. Применительно к договору займа ст. 807 ГК прямо говорит о переходе предмета договора, который она называет, правда, вещами, в собственность заемщика. В определении кредитного договора отсутствует указание на передачу в собственность. Но это последнее обстоятельство и для этого договора не вызывает сомнений.

Соединение вещных и обязательственных элементов явилось необходимой базой использования конструкции ценных бумаг, при которой, с одной стороны, речь идет о праве собственности на соответствующий объект (вексель, акция, облигация и др.) как на вещь, а с другой – об обязательственном, рожденном главным образом из договора праве, принадлежность которого лицу подтверждается ценной бумагой. Наиболее полно подобное смешение проявляет себя применительно к ценным бумагам на предъявителя с присущей им некоторой неопределенностью фигуры носителя права.

Таким образом, отказ от конструкции «смешанных правоотношений» вообще, применительно, в частности, к вещным и обязательственным, а равно, связанное с этим исключение из числа возможных объектов собственности прав на действия, и в том числе связанные с ними права на деньги, находящиеся на счете, вынудили бы законодателя прийти к необходимости внести существенные изменения в регулирование различных по характеру отношений и одновременно существенно сузили гарантии, предоставляемые собственнику как таковому и его кредиторам.

Несомненно, должны быть учтены последствия предлагаемого ограничения круга объектов собственности для области международного частного права. Речь идет о пределах действия иммунитета собственности государства. При всей сложности этого вопроса как будто бы не вызывало сомнений то обстоятельство, что иммунитет собственности государства должен в одинаковой степени распространяться на принадлежащие ему не только вещи, но и права (авуары).[19]

В конечном счете, остается признать, что определение места договора в тех или иных правоотношениях невозможно без учета условности деления правоотношений на вещные и обязательственные.

1.4 Виды договоров

Многочисленные гражданско-правовые договоры обладают как общими свойствами, так и определенными различиями, позволяющими отграничивать их друг от друга. Для того, чтобы правильно ориентироваться во всей массе многочисленных и разнообразных договоров, принято осуществлять их деление на отдельные виды. Деление договоров на отдельные виды имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение. Оно позволяет участникам гражданского оборота достаточно легко выявлять и использовать в своей деятельности наиболее существенные свойства договоров, прибегать на практике к такому договору, который в наибольшей мере соответствует их потребностям. Поскольку договоры являются разновидностью сделок, на них распространяется и деление сделок на различные виды.

Ниже приводится такое деление, которое имеет отношение только к договорам и не применяется к односторонним сделкам.

Гражданско-правовые договоры различаются в зависимости от их юридической направленности:

1.  Основные и предварительные договоры;

2.  Договоры в пользу их участников и договоры в пользу третьих лиц;

3.  Односторонние и взаимные договоры;

4.  Возмездные и безвозмездные договоры;

5.  Свободные и обязательные договоры;

6.  Взаимосогласованные договоры и договоры присоединения.

Основные и предварительные договоры. Основной договор непосредственно порождает права и обязанности сторон, связанные с перемещением материальных благ: передачей имущества, выполнением работ, оказанием услуг и т. д. Предварительный договор – это соглашение сторон о заключении основного договора в будущем. Большинство договоров – это основные договоры, предварительные договоры встречаются значительно реже. В соответствии со статьей 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор обязательно должен быть заключен в письменной форме путем подписания единого документа, который на практике носит форму соглашения о намерениях, определять существенные условия будущего основного договора. В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, то основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора. Если в указанные выше сроки основной договор не будет заключен и ни одна из сторон не сделает другой стороне предложения заключить такой договор, предварительный договор прекращает свое действие.

В предварительном договоре стороны могут оговорить отдельные условия будущего договора. Это может быть предоставление скидок, рассрочки платежа. Эти условия могут носить двусторонний и односторонний характер.

В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, в пределах срока его действия уклоняется от заключения основного договора, применяются правила, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 ГК РФ для заключения обязательных договоров: «…Если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор». Так же сторона вправе требовать возмещение понесенных убытков. Такие убытки включают потери вследствие не заключения договора и неполучения предусматривавшегося по нему исполнения. Сторона, необоснованно уклоняющаяся от заключения договора должна возместить другой стороне причиненные этим убытки».[20]

Договоры в пользу их участников и договоры в пользу третьих лиц. Указанные договоры различаются в зависимости от того, кто может требовать исполнение договора. Как правило, договоры заключаются в пользу их участников и право требовать исполнения таких договоров принадлежит только их участникам. Вместе с тем встречаются и договоры в пользу лиц, которые не принимали участия в их заключении, но имеют право требовать их исполнения.

В соответствии со статьей 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу.

Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, с момента выражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться своим правом по договору стороны не могут расторгать или изменять заключенный ими договор без согласия третьего лица (п.2 ст.430 ГК РФ). Указанное правило введено в целях защиты интересов третьего лица, которое в своей хозяйственной деятельности может рассчитывать на исполнение того права, которое оно получило по договору, заключенному в его пользу.

Должник в договоре, заключенном в пользу третьего лица, вправе выдвигать против требования третьего лица возражения, которые он мог бы выдвинуть против кредитора (п.3 ст.430 ГК РФ). Так, если грузополучатель предъявляет к перевозчику требования о ненадлежащем качестве доставленного груза, последний вправе ссылаться на то, что качество груза ухудшилось по вине работников грузоотправителя, осуществлявших его погрузку.

Договор в пользу третьего лица может возникать не только по соглашению сторон, но и в силу соответствующих указаний норм законодательства. Примером могут являться договор перевозки груза и некоторые виды договора личного страхования. В соответствии с договором об организации перевозок грузов у транспортной организации и грузоотправителя возникает взаимная обязанность предъявить груз и подать под погрузку транспортные средства. А это в свою очередь несет за собой заключение договоров перевозки грузов.

Заключение договора личного страхования отмечены в статье 929 ГК РФ. Гражданское законодательство определяет договор страхования как соглашение сторон, в силу которого одна сторона (страхователь) обязуется уплатить установленный законом или договором взнос (страховую премию), а другая сторона (страховщик) обязуется при наступлении страхового события (страхового случая) при имущественном страховании возместить страхователю или иному лицу, в пользу которого был заключен договор страхования понесенные убытки в пределах обусловленной суммы, а при личном страховании – выплатить соответствующую денежную сумму.

Третье лицо, в пользу которого заключается договор, может быть согласно п.1 ст.430 указано и не указано. Этот второй случай имеет в виду в основном правила морского страхования грузов, когда в страховых полисах используется формула «в пользу кого следовать будет».

Имеются особенности при заключении договора в пользу третьего лица при страховании. В статье 956 ГК РФ отмечено, что: «Страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую – либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требования о выплате страхового возмещения или страховой суммы».

При заключении договора в пользу третьего лица при банковских вкладах так же имеются некоторые особенности. В статье 842 ГК РФ говорится: «Вклад может быть внесен в банк на имя определенного третьего лица. Если иное не предусмотрено договором банковского вклада, такое лицо приобретает права вкладчика с момента предъявления им к банку первого требования…». В этом последнем случае правила статьи 430 ГК РФ применяются, если это не противоречит существу банковского вклада.[21]

Односторонние и взаимные договоры. В зависимости от числа участвующих в сделке сторон сделки бывают односторонними, двусторонними и многосторонними. В основу этого деления положено количество лиц, выражение воли которых необходимо и достаточно для совершения сделки. Односторонней считается сделка, для совершения которой достаточно выражения воли одной стороны. Это может быть составление завещания, принятие наследства, объявление конкурса.

Сделки, для совершения которых требуется согласование воли двух или более лиц, являются двух - и многосторонними. Такие сделки именуются договорами.

В зависимости от характера распределения прав и обязанностей между участниками все договоры делятся на взаимные и односторонние. Односторонний договор порождает у одной стороны только права, а у другой – только обязанности. Во взаимных договорах каждая из сторон приобретает права и одновременно несет обязанность по отношению к другой стороне. Большинство договоров носит взаимный характер. Так, по договору купли – продажи продавец приобретает право требовать от покупателя уплаты денег за проданную вещь и одновременно обязан передать эту вещь покупателю. Покупатель, в свою очередь, приобретает право требовать передачи ему проданной вещи и одновременно обязан заплатить продавцу полную цену.

Вместе с тем встречаются и односторонние договоры. Например, односторонним является договор займа, поскольку займодавец наделяется по этому договору правом требовать возврата долга и не несет каких – либо обязанностей перед заемщиком. Последний, наоборот, не приобретает никаких прав по договору и несет только обязанность по возврату долга.

Возмездные и безвозмездные договоры. Указанные договоры различаются в зависимости от опосредуемого договором характера перемещения материальных благ. Возмездным признается договор, по которому имущественное предоставление одной стороны обуславливает встречное имущественное предоставление от другой стороны.

Если сторона по договору обязуется исполнить свои обязанности без какого – либо встречного предоставления, имеющего имущественный характер, то такой договор является безвозмездный.

В безвозмездном договоре имущественное предоставление производится только одной стороной без получения встречного имущественного предоставления от другой стороны. Так, договор купли – продажи – это возмездный договор, который, в принципе, безвозмездным быть не может. Договор дарения, наоборот, по своей юридической природе – безвозмездный договор, который, в принципе, не может быть возмездным.

Некоторые же договоры могут быть как возмездными, так и безвозмездными. Например, договор

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Гражданско-правовой договор в механизме регулирования товарно-денежных отношений". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 586

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>