Дипломная работа на тему "Гражданско-правовое регулирование в области недействительности сделок"

ГлавнаяГосударство и право → Гражданско-правовое регулирование в области недействительности сделок




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Гражданско-правовое регулирование в области недействительности сделок":


Дипломная работа

Тема: Гражданско-правовое регулирование в области недействительности сделок

Содержание

Введение

Глава 1 Общая характеристика недействительных сд елок

1.1 Недействительная сделка: определение понятия и установление причин недействительности

1.2 Правомерность и неправомерность недействительных сд елок

1.3 Классификация составов недействительных сделок и их соотношение

Глава 2 Правовые последствия недействительности сд елок

2.1 Двусторонняя реституция, соотношение реституции, виндикации и неосновательного обогащения

2.2 Соотношение иска о реституции, виндикационного иска и требований о возврате неосновательного обогащения

2.3 Защита добросовестного приобретателя

Заключение

Библиографический список


Введение

Актуальность темы исследования. Положения института недействительности сделок вызывают многочисленные дискуссии, поскольку до сих пор в законодательстве нет четких ответов на важные вопросы, возникающие при применении на практике норм данного института. Следует отметить, что судам достаточно сложно разрешать споры о недействительности сделок из-за пробелов в правовом регулировании данных отношений. Поэтому необходимы исследования, позволяющие найти наиболее оптимальные способы совершенствования законодательства посвященного вопросам недействительности сделок.

Заказать написание дипломной - rosdiplomnaya.com

Уникальный банк готовых защищённых студентами дипломных проектов предлагает вам приобрести любые проекты по необходимой вам теме. Грамотное написание дипломных работ по индивидуальным требованиям в Казани и в других городах России.

Сделки являются основой гражданского оборота, соответственно признание их недействительными нарушает стабильность гражданско-правовых отношений. В настоящее время наблюдается рост числа судебных исков, в которых заявляются требования о признании сделки недействительной.

Одной из причин данной ситуации являются правовые основания для признания сделок недействительными, закрепленные в Гражданском кодексе. Так, указывается достаточно абстрактное основание - «сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов» (ст. 168 ГК), далее перечисляются некоторые конкретные составы недействительных сделок (совершенные с целью, противной основам правопорядка и нравственности; мнимые и притворные и др.). Присутствие абстрактного основания для признания сделок недействительными, приводит на практике к тому, что нередко стороны в случае возникновения спора заявляют о недействительности заключенной сделки ссылаясь на любые неточностях в ее оформлении.

Следовательно, возникает необходимость такого гражданско-правового регулирования вопросов недействительности сделок, при котором бы происходила защита прав лиц, нарушенных недействительной сделкой и при этом учитывались интересы добросовестных участников гражданского оборота. Законодательно должен быть четко определен перечень оснований, в соответствии с которыми сделка может быть признана недействительной.

В настоящей работе анализируются проблемы гражданско-правового регулирования недействительности сделок, исследуются правовые последствия недействительности сделок, формируются предложения, направленные на совершенствование гражданско-правового регулирования в области недействительности сделок.

Степень разработанности проблемы. Ряд вопросов касающихся недействительности сделок исследовались в работах Н. Г. Вавина, Н. В. Васевой, М. М. Агаркова, О. С. Иоффе, Н. В. Рабинович, О. А. Красавчикова, И. Б. Новицкого, И. С. Перетерского, М. З. Прилуцкой, В. К. Райхера, В. П. Шахматова, Ф. С. Хейфеца, О. Н. Садикова, М. И. Брагинского, В. В. Витрянского.

Однако следует отметить, что многие вопросы гражданско-правового регулирования института недействительности сделок до настоящего момента не были надлежащим образом исследованы и проанализированы. К тому же основная часть имеющихся работ содержит анализ института недействительности сделок с позиции ранее действовавшего законодательства.

Цель исследования. Целями настоящего исследования является комплексный правовой анализ теоретических и практических проблем гражданско-правового регулирования в области недействительности сделок, разработка направлений для их дальнейшего изучения, а также поиск наиболее оптимальных способов совершенствования законодательства, посвященного вопросам недействительности сделок.

В соответствии с поставленной целью определяются следующие задачи исследования:

- на основе анализа норм действующего законодательства сформулировать понятие «недействительная сделка»;

- исследовать теорию развития норм о недействительности сделок в отечественном гражданском праве;

- исследовать правовые последствия недействительности сделок;

- провести анализ судебной практики по вопросам недействительности сделок;

- подготовить рекомендации по совершенствованию гражданско-правового регулирования в области недействительности сделок.

Объект исследования - общественные отношения, возникающие при признании сделки недействительной, а также общественные отношения, складывающиеся при внесении изменений в действующие нормы о недействительности сделок.

Предмет исследования - нормы гражданского права, регулирующие отношения в сфере недействительности сделок, судебная практика, а также теоретические работы по проблемам недействительности сделок.

Методологической основой исследования являются общие и частные методы научного познания: диалектический, системно-структурный, статистический, историко-правовой, методы моделирования и прогнозирования, сравнительно-правовой, формально-юридический.

Структура работы. Работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографического списка.


Глава 1 Общая характеристика недействительных сделок 1.1 Недействительная сделка: определение понятия и установление причин недействительности

Еще в Древнем Риме юристы проводили классификацию договоров, имеющих те или иные юридические пороки. И. Тухан и М. Поленак-Акимовская[1] указывают, что «в зависимости от «степени недействительности» договоры делились на:

(а) несуществующие (negotium nullum) договоры, к которым относились договоры с невозможной обязательственной престацией[2] и с недостатками формы. Такие договоры ни при каких обстоятельствах не могли быть признаны юридически действительными;

(б) абсолютно недействительные (negotia irrita) договоры с существенными недостатками, которые судья принимал во внимание по своей должности (ex officio), и которые также не могли иметь юридической силы, пока существовали причины их абсолютной недействительности. Такие договоры были недействительны уже с момента их заключения (ex tunc);

(в) относительно недействительные, или нарушенные, договоры (negotia rescindibilia) с недостатками, которые не обязывали судью их аннулировать до тех пор, пока об этом не попросит заинтересованное лицо. При этом, в отличие от двух первых видов договоров, относительно недействительные договоры могли иметь юридическую силу либо по воле должника (путем отказа от их оспаривания или от применения возражения (эксцепции) о недействительности, либо по прошествии времени (fructus temporis). Такое «дополнительное усиление относительно недействительных договоров называлось ratihabitio»[3].

Вышеуказанные договоры располагаются у И. Пухана и М. Поленак-Акимовской в подразделе «недействительность договоров» и все они характеризуются отсутствием юридических последствий, то есть недействительностью.

Д. В. Дождев указывает на тесную связь понятия недействительности с отсутствием правового эффекта сделки. Он различает следующие виды ограничения эффекта сделки:

« - ничтожность сделки - сделка признается несуществующей;

-  недействительность - сделка не производит ожидаемого эффекта, и требование кредитора лишено исковой защиты, однако исполнение по такой сделке не считается исполнением недолжного; при восполнении отсутствующих реквизитов в дальнейшем такая сделка может получить силу;

-  обратимость - сделка действительна, но по требованию одной из сторон ее эффект может быть отменен;

- оспоримость - эффект, производимый сделкой, может быть блокирован решением суда по заявлению одной из сторон»[4].

Д. В. Дождев отмечает: «важно, что тот эффект, который должно производить волеизъявление, не наступает»[5].

Б. Виндшейн также указывает, что недействительность означает отрицание вероятного юридического результата сделки: «никто не станет спорить против того, что в практике недействительным называют преимущественно то, что не признается, хотя и могло бы быть признано»[6]. Основанием такого отрицания он считает юридические недостатки юридического акта. По основаниям отсутствия юридических последствий Б. Виндштейн проводил различие между недействительностью как таковой и бессилием юридических актов. Данное различие, по его мнению, заключается в том, что основанием недействительности являются недостатки самой сделки (юридического акта), а основанием бессилия - обстоятельства, лежащие вне сделки (юридического акта).

Б. Виндштейн отмечает, что «под понятие недействительности не следует подводить те случаи, в которых основание бессилия юридического акта заключаются не в нем самом, а в факте, поражающем действие его, не касаясь самого акта, например, в наступившей давности. Стало быть, понятие недействительности теснее понятия бессилия (Unwirksamkeit); юридический акт может быть бессилен независимо от недостатков, парализующих его действие»[7].

Г. Ф. Шершеневич констатировал, что «недействительная сделка не производит таких последствий, которых предполагалось достигнуть совершением ее»[8].

На отрицание правовых последствий недействительных сделок указывал Д. Д. Гримм: «недействительной или ничтожной называется юридическая сделка, которая не приводит к тому объективному правовому результату, который при нормальных условиях связан со сделкой данного типа. Оспоримой называется сделка, которая сама по себе хотя и приводит к связанному со сделками ее типа правовому результату, но при которых этот результат по требованию той или другой стороны или третьего лица может быть опять уничтожен»[9].

Н. Растеряев указывал, что при недействительности сделок «некоторый, желаемый результат не происходит или если и происходит - не в желаемом объеме»[10]. Недействительность сделки является «недостатком сделки, неспособностью произвести определенный юридический эффект, вследствие чего сделку надо понимать как юридически неправильную, недействительную»[11].

Недействительные сделки Н. Растеряев подразделял на следующие виды:

недействительность сделок лиц недееспособных и неправоспособных;

- недействительность сделок в случае, когда предмет их изъят из гражданского оборота;

-  недействительность сделок в силу запрещения закона;

-  недействительность сделок вследствие их пороков воли;

- недействительность сделок в смысле потери исковой силы; недействительность сделок ввиду отмененности их (ст. 1547 т. X ч. I Свода законов Российской Империи), когда сторона отступится добровольно от своего права требования по договору в целом или в части;

- недействительность сделки вследствие неоконченности ее (отсутствует завершенный фактический состав, требуемый для возникновения сделки);

- недействительность сделки в смысле упраздненности ее (упразднение суспензивного (отлагательного) условия);

- недействительность двусторонних сделок ввиду нарушения взаимности;

- недействительность сделки вследствие неудовлетворения третьих лиц[12].

Н. Растеряев отмечает «разнообразие значения недействительности» и пишет, что это понятие «подвижно, часто трудно уловимо и едва ли постоянно по своим существенным признакам»[13].

Ю. С. Гамбаров указывал на различные ступени недействительности сделок, «осуществляемые различными средствами и сопровождаемые различными последствиями. Между полной недействительностью и полной силой сделки стоят смягченные формы недействительности и ослабленной силы действительности сделки: таковы, напр., сделки, по которым не дается иска, но оставляется возможность осуществления другими способами юридической защиты (натуральные обязательства), или сделки, влекущие за собой наказание без ущерба для их действительности (напр. заключение брака до истечения траурного года, совершение известных актов без оплаты их гербовом сбором и т. д.)»[14].

О. А. Красавчиков под недействительностью понимает не наступление тех юридических последствий, которые стороны желали вызвать своими действиями[15].

Таким образом, в основном все авторы едины во мнении, что под недействительной сделкой следует понимать сделку, не влекущую за собой тех последствий, которые желали достичь стороны ее заключением.

Однако относительно причин данной недействительности мнения ученых расходятся. В. Виндштейн считал, что такие причины заключаются в недостатках состава самой сделки. Соответственно недостатки следует искать в элементах состава сделки (содержание, форма, волеизъявление). Но при таком подходе не будут учитываться обстоятельства, не связанные непосредственно с элементами сделки.

В литературе[16] приводится пример, когда гражданин приобретает строительные материалы у неизвестного ему водителя автомобиля, однако впоследствии выясняется, что водитель не является собственником этих материалов и распорядился не принадлежащим ему имуществом.

М. В. Кротов справедливо указывает, что в данном случае «с точки зрения образующих элементов сделки нарушения нет, поскольку водитель дееспособен, сделка была исполнена в момент совершения, следовательно, пороков формы нет, воля была выражена четко и ясно, с точки зрения предписаний закона такая сделка недействительна, ибо водитель не является собственником материалов и не был управомочен на их отчуждение»[17].

Приведем другой пример, когда продавец продает покупателю товар, находящийся на момент совершения сделки на корабле в море (продажа товара в пути), при этом ко времени заключения договора корабль потерпел крушение и утонул вместе с товаром, о чем неизвестно ни продавцу, ни покупателю[18].

В данном случае сделка будет являться недействительной, несмотря на то, что все элементы лишены каких бы то ни было пороков (стороны дееспособны, воля соответствует волеизъявлению, волеизъявление сделано в надлежащей форме, содержание соответствует закону). Однако неизвестная сторонам гибель предмета сделки (объективная невозможность исполнения сделки, или отсутствие предмета сделки) превращает данную сделку в недействительную (ничтожную). Такой недостаток не затрагивает существенных элементов (состава) сделки как юридического факта[19].

Если искать причины недействительности во всех обстоятельствах, имеющих какое-либо отношение к сделке, то явления, имеющие самостоятельное значение будут включены в институт недействительности сделок.

Например, при истечении срока исковой давности требование теряет исковую силу. Однако само по себе истечение данного срока не влечет недействительности сделки. Более того, исполнение обязательств по сделке при истечении срока исковой давности признается должным.

Также п. 1 ст. 199 ГК РФ гласит, что требование о защите нарушенного права принимается судом независимо от истечения срока исковой давности. И только при заявлении стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения, исковая давность применяется судом.

Нельзя говорить о недействительности сделки, когда отлагательное условие упраздняется (становится известно, что такое условие никогда не наступит). При упразднении условия становится невозможным исполнение по сделке, однако на действительность самой сделки это не оказывает никакого влияния. Сделка совершена и может повлечь предусмотренные в ней последствия при наступлении соответствующих условий. Если же условие упраздняется, обязательство прекращается ввиду невозможности его исполнения (п. 1 ст. 416 ГК РФ).

Таким образом, на действительность сделки не могут оказывать влияние обстоятельства, имеющие место уже после совершения сделки. Следовательно, основание недействительности должно заключаться в обстоятельствах непосредственно относящихся к сделке и существующих на момент совершения данной сделки.

Подводя итог изложенному, сформулируем общее понятие Недействительности сделок.

Недействительностью сделок следует считать отрицание правом юридических последствий сделки (тех, на которые была направлена воля сторон) по основаниям, существующим на момент совершения сделки.

Под недействительной сделкой следует понимать сделку, не влекущую за собой юридических последствий, на которые была направлена воля сторон.

1.2 Правомерность и неправомерность недействительных сделок

Ряд авторов относит недействительную сделку к правонарушениям и считает ее неправомерным действием[20]. Постараемся исследовать насколько данная позиция является обоснованной.

И. Б. Новицкий полагал, что строгое разграничение сделки и правовых последствий необходимо и для противоправной сделки, так как нельзя сказать, что она совсем не вызывает никаких юридических последствий: она не приводит к тем результатам, на достижение которых была направлена, а в результате ее исполнения для лиц, ее совершивших, наступают другие нежелательные последствия. Отсюда делается вывод, что элемент правомерности действия относится к типу данной сделки, а не какой-либо конкретной сделки, которая по своему содержанию может быть и неправомерной, недействительной[21].

Н. В. Рабинович считала недействительную сделку по своему содержанию, форме и направленности сделкой, но в то же время и правонарушением, так как она нарушает норму права, но правонарушением «особого порядка»: одним из видов правонарушений в широком смысле слова, не совпадающим с теми противозаконными действиями, которые имеют в виду ст.444-473 ГК РСФСР (ст.403-415 ГК РСФСР 1922г.). Далее она замечала, что противоправно не только противозаконное виновное причинение вреда (гл. ХШ ГК РСФСР 1922г., гл.40 ГК РСФСР), но и другие неправомерные действия: неосновательное обогащение, незаконное завладение чужой собственностью, неисполнение договорных обязательств и т. д.

К этой же категории неделиктных правонарушений можно отнести и недействительные сделки[22]. Последние тоже представляют собой нарушение конкретной или общей нормы права и должны приводить к последствиям, свойственным любому неправомерному действию, а именно: к недопущению сохранения их в силе и наступления обусловленного ими правового эффекта, устранению уже наступившего результата, восстановлению состояния, соответствующего закону.

Однако далее она пишет: «из этого еще не следует, что она перестает быть сделкой, представляет собой деликт, точно так же, как не перестает быть административным актом тот акт, который является незаконным, неправильным, как не перестает быть договором тот договор, который не исполняется»[23].

Н. В Рабинович выделяет недействительные сделки в отдельную категорию неправомерных действий.

И. В. Матвеев отмечает: «решения суда, связанные с признанием сделок недействительными и применением последствий недействительности сделок по отношению к их виновным контрагентам, есть возложение гражданско-правовой ответственности на них. Поскольку основанием гражданско-правовой ответственности является совершение гражданского правонарушения, то можно сделать вывод, что недействительные сделки в большинстве своем являются именно гражданскими проступками»[24].

Точка зрения Д. М. Генкина на исследуемый вопрос была следующей: «Могут указать, что признание ничтожных сделок за сделки (как вид юридических фактов) стирает общепринятое различие между сделками и неправомерными действиями - деликтами. Для сделки как юридического факта, в отличие от деликта, характерно наличие действия (воли), направленного на установление, изменение или прекращение гражданского правоотношения, тогда как при деликте лицо, его совершившее, вовсе не желает наступления тех или иных правовых последствий. То обстоятельство, что из факта заключения сделки могут вытекать не те юридические последствия, к достижению которых стремились стороны, или не положительные, а отрицательные последствия, не превращают сделку в деликт. Правомерность или неправомерность не является необходимым элементом сделки как юридического факта, а определяет лишь те или другие последствия сделки»[25].

Ф. С. Хейфец высказывал противоположное мнение: «Сделку от деликтов отличает не только направленность на установление, изменение и прекращение гражданского правоотношения, но и то обстоятельство, что сделки являются действиями дозволенными, а деликты - действиями неправомерными. Кроме того, сделка направлена на достижение положительного результата, к которому и стремятся стороны. Наступление же отрицательных последствий не характерно для стремления субъектов самой сделки.

Отрицательные правовые последствия вызывает не только недействительная сделка, но и деликт, хотя и в том и в другом случае лица, их совершающие, не желают их наступления. Однако из этого никто не делает вывода, что деликт - это сделка.

Утверждение, что правомерность или неправомерность не являются необходимым элементом сделки как юридического факта, стирает различие между сделкой и правонарушением и не дает возможности отграничивать эти юридические факты друг от друга.

Мы можем определить, что обязательным признаком сделки является правомерность действия, составляющего ее существо. Правомерность действия - это конститутивный элемент сделки, отличающий ее от правонарушения. Отсутствие в конкретной сделке элемента правомерности означает, что возникшее по форме как сделка действие на самом деле является не сделкой, а правонарушением»[26].

Таким образом, Ф. С. Хейфец и ряд других авторов считают, что в конструкции «недействительной сделки» понятие сделка лишается одного из основополагающих ее элементов (сделка - «правомерное действие»)[27].

Представляется, что для подобного рода утверждений не имеется оснований. Исследуя вопросы недействительности сделок, многие авторы отмечали, что данные сделки в основном не имеют ничего противозаконного. В. П. Шахматов писал, что неверным является отнесение к неправомерным действиям сделок, совершенных под влиянием заблуждения[28].

Следует согласиться с данным мнением. Сделка, совершенная под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ) не содержит ничего противозаконного. Стороны действуют добросовестно при заключении данной сделки. Одна из сторон заблуждается при определении предмета либо правовой природы сделки. Но данное обстоятельство не является неправомерным.

При совершении сделки лицом, полностью или частично ограниченным в дееспособности также нельзя вести речь о правонарушении. Другая сторона в сделке может ничего не знать о данных ограничениях. А сторона, ограниченная в дееспособности не способна понимать значение своих действий. Таким образом, нет никаких оснований признавать данные сделки неправомерными действиями.

Более того, в законе указано, что сделки недееспособных (ограниченно дееспособных) могут признаваться действительными. Так, сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, может быть признана действительной по требованию его опекуна, если она совершена к выгоде этого гражданина (п. 2. ст. 171 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 172 ГК РФ сделка, совершенная малолетним, может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде малолетнего. Данные указания закона также свидетельствуют, что ничтожная сделка может являться вполне правомерным действием.

В пунктах 2 и 3 статьи 165 ГК РФ указывается, что при несоблюдении нотариальной формы или требований о государственной регистрации сделки (данное обстоятельство является основанием признания сделки ничтожной) суд в отдельных случаях может признать сделку действительной. Согласно пункту 2 статьи 165 ГК РФ, если одна из сторон исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд может по требованию стороны, исполнившей сделку, признать данную сделку действительной.

В пункте 3 статьи 165 ГК РФ, указано, что, если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд по требованию другой стороны имеет право вынести решение о регистрации сделки. Данное решение является основанием для регистрации сделки.

Если бы недействительная сделка являлась неправомерным действием, данные положения законодательства не поддавались бы объяснению. Кроме того, предусмотрено наказание стороны, уклоняющейся от нотариального удостоверения или государственной регистрации сделки. Согласно пункту 4 статьи 165 ГК РФ данная сторона сделки должна возместить другой стороне убытки, вызванные задержкой в совершении или регистрации сделки. То есть сторона, не исполняющая ничтожную сделку, обязана возместить другой стороне убытки. Естественно, ни о какой противоправности данной ничтожной сделки вести речь нельзя.

Судебной практикой также отмечалось, что недействительные сделки могут не заключать в себе ничего неправомерного.

Так, еще в 1927 году Пленум Верховного суда РСФСР дал следующее разъяснение: «... в случаях, когда договорные отношения оказались... незаконными... но лица, владеющие или пользующиеся предметом соглашения, при заключении договора не имели ни социально опасных (преступных), ни социально вредных намерений, суд должен решить дело по возможности в интересах сохранения договора»[29].

Таким образом, именно отсутствие признаков противоправности выступает здесь основанием для оставления сделок в силе.

О том, что недействительные сделки не следует относить к противоправным сделкам, свидетельствует также возможность применения конверсии - «оздоровления» договора. Так, статья 341 ГК РФ о толковании договора может применяться при конверсии договора, не соответствующего требованиям закона, путем применения к нему правил, регулирующих сходные по своей сути отношения.

По ранее действующему законодательству не поощрялось заключение договоров о праве пожизненного пользования домовладением. Верховный суд РСФСР в 1927 году дал разъяснение: «суд может, если договор пожизненного пользования подходит под признаки договора аренды, не расторгая его, сократить срок до пределов, предусмотренных законом (ст. 154 ГК РСФСР) с правом возобновления договора по истечении этого срока на общем основании (причем все остальные условия договора остаются в силе)»[30].

Ю. С. Гамбаров характеризовал конверсию как «превращение недействительной сделки в действительную, допускаемое только в тех случаях, когда обстоятельства позволяют думать, что стороны, если бы они знали о недействительности заключенной ими сделки, были бы готовы совершить и ту сделку, в которую может быть превращен совершенный ими юридический акт»[31].

Смысл конверсии состоит в том, чтобы по возможности сохранить сделку, и в этих целях придается отношениям сторон форма, приемлемая законом.

Однако в настоящее время гражданское законодательство не содержит четких правил о конверсии, поэтому суды применяют либо статью 431 ГК РФ (толкование договора), либо положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ о притворной сделке.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворной является сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку. Данная сделка признается ничтожной. Но к сделке, которую стороны имели в виду, применяются правила законодательства.

Нельзя говорить о неправомерности недействительных сделок и при оспоримости сделок. Пункт 1 статьи 166 ГК РФ гласит, что оспоримая сделка недействительна при признании ее таковой судом. Правом оспаривания таких сделок обладают только лица, указанные в законе (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Иск о признании оспоримой сделки недействительной и применении последствий недействительности может быть предъявлен в течение года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основаниями для признания сделки недействительной. Таким образом, если в течение этого срока иск не будет предъявлен, то сделка будет признана действительной.

Признавая недействительную сделку неправомерной, мы неизбежно получим вывод, что оспоримые сделки до их оспаривания являются действительными и правомерными, а при признании недействительными вдруг становятся неправомерными действиями. При отсутствии же оспаривания в течение года они будут являться действительными и правомерными. Понятно, что действие не может становиться то правомерным, то неправомерным. Следовательно, нельзя отождествлять понятие недействительной сделки с неправомерным действием.

Сами неправомерные действия, такие, например как принуждение к заключению сделки, еще не свидетельствуют о неправомерности самой сделки. Поэтому относительно сделок, совершенных под влиянием принуждения, обмана и т. п., необходимо разграничение действий, под влиянием которых совершена сделка (обман, насилие, угрозы), и саму сделку, заключенную под влиянием этих действий[32].

Обман, насилие, угрозы являются неправомерными действиями. Данные неправомерные действия как раз и являются основаниями для признания сделки недействительными с негативными последствиями, указанными в ст. 179 ГК РФ (односторонняя реституция, возмещение виновной стороной реального ущерба, причиненного в связи с заключением такой сделки).

В то же время потерпевшая сторона может предъявить требование о возмещении причиненного вреда своей личности и имуществу в порядке применения деликтной ответственности (п. 1 ст. 1064 ГК РФ). В отличие от ограничения размера ответственности реальным ущербом (ст. 179 ГК РФ), в данном случае вред будет возмещаться в полном объеме. Также будет произведена оценка степени причиненных принуждением физических и нравственных страданий - морального вреда (ст. 151, ст. 1099-1101 ГКРФ).

Данные меры гражданской ответственности могут применяться независимо от применения последствий недействительной сделки, указанных в статье 179 ГК РФ. Кроме того, при наличии определенных условий эти действия будут квалифицироваться по соответствующим статьям уголовного кодекса (ст. 179 ГК РФ «Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения», ст. 159 ГК РФ «Мошенничество» и т. д.).

Оспоримая сделка, совершенная под влиянием насилия или обмана, при отсутствии ее оспаривания в течение года будет вполне действительной. Но в пределах срока исковой давности по обязательствам из причинения вреда и в пределах срока привлечения к уголовной ответственности по соответствующим преступлениям (принуждение к заключению договора, мошенничество) меры ответственности должны применяться к нарушителю даже при действительности сделки.

В этой связи целесообразно привести слова Д. М. Генкина, который указывал: «кумуляция ответственности из причинения вреда и ответственности из неосновательного обогащения с ответственностью из сделки возможна, но из этого нельзя сделать вывод, что сделка не порождает правовых последствий, - такая кумуляция возможна и при действительных сделках».

В подтверждении того, что стороны сделки могут действовать как правомерно, так и неправомерно, можно привести ряд других примеров.

Так, после смерти наследодателя в наследство может вступить наследник второй очереди при отсутствии на момент смерти имеющихся в живых наследников первой очереди. Предположим, что наследник второй очереди вступает в наследство и, полагая, что наследников первой очереди не имеется, отчуждает часть перешедшего к нему по наследству имущества третьим лицам до истечения шестимесячного срока после смерти наследодателя. Однако в пределах шестимесячного срока для принятия наследства является родственник первой очереди и заявляет о своих правах на наследство. В этом случае сделка по отчуждения имущества наследником второй очереди будет ничтожной, поскольку он сам, как оказалось, не имел права отчуждать это имущество[33].

Недействительным будет также договор подряда на выполнение ремонтных работ в доме, который к моменту заключения договора уже сгорел, о чем не знали ни заказчик, ни подрядчик.

Недействительным будет любой договор, исполнение которого невозможно в момент заключения договора, о чем стороны еще не знают. Однако, очевидно, что действия сторон при заключении таких сделок не обладают признаками противоправности.

Таким образом, данные примеры свидетельствуют о том, что недействительная сделка может быть как правомерным, так и неправомерным действием. Следовательно, правомерность или неправомерность не являются сущностными признаками недействительной сделки.

Однако недействительной сделкой является сделка, не соответствующая закону. Может ли это свидетельствовать, что недействительные сделки вследствие этого все же являются неправомерными?

Данный вопрос можно также сформулировать следующим образом: является ли сделка не соответствующая закону противоправной и во всех ли случаях недействительная сделка не соответствует закону?

Следует отметить, что противоправность выступает только одним из элементов гражданского правонарушения наряду с другими элементами (причинением вреда, причинной связью между вредом и противоправным поведением, а также виной нарушителя).

Недействительная сделка не всегда отвечает признакам правонарушения, что давно отмечалось в литературе. При совершении недействительной сделки могут отсутствовать вина, а также причинение вреда.

И. С. Самощенко указывает, что «сделки, которые запрещены гражданским правом, - это действия неправомерные, а при определенных условиях - правонарушения»[34]. Сторонники концепции «неделиктных правонарушений» считают любую недействительную сделку правонарушением[35].

Анализируя позиции сторонников концепции «неделиктных правонарушений», можно даже согласиться с тем, что вина, а также причинение вреда не всегда являются необходимыми признаками правонарушения (неправомерного действия).

Например, владелец источника повышенной опасности отвечает за вред независимо от своей вины (ст. 1079 ГК РФ). Более того, вред может быть причинен и правомерными действиями. На это указывается в пункте 3 статьи 1069 ГК РФ, где говориться, что вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещения в случаях, предусмотренных законом.

Обязательным признаком правонарушения выступает противоправность поведения. Данная противоправность отождествляется иногда с несоответствием закону.

Но противоправность означает не любое отступление от норм права, а именно нарушение императивных норм, выражающих запреты или обязанности, установленные объективным правом[36].

Противоправным следует считать такое поведение, которое с точки зрения закона недопустимо и нарушает правовые запреты. Так, законом запрещено совершать насильственные действия в отношении других лиц. Нарушение данного запрета является правонарушением. Также законом установлена императивная обязанность каждого платить налоги, служить в армии. Нарушение этих обязанностей является неправомерным поведением.

Следовательно, неправомерным поведением является нарушение прямо выраженных запретов. В случае же когда императивные требования носят такой характер, что допускают определенную свободу выбора поведения субъекта, то отступления от таких требований нельзя считать противоправным, хотя такое поведение, безусловно, будет не соответствовать требованиям закона.

Отступление от диспозитивных норм (допускающих возможность выбора иного варианта поведения, отличного от установленного нормой права) не будет являться нарушением норм права. Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Они приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с подпунктом 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В литературе уже указывалось, что несоответствие сделки закону не тождественно ее противоправности.

В. П. Шахматов отмечал, что не соответствующие закону (недействительные) сделки делятся на две категории: противоправные (нарушающие императивные обязанности и запреты) и находящиеся «между» правомерными и противоправными действиями. К «промежуточной» категории он относил сделки, не соответствующие таким установленным правом положениям, соблюдение которых ставится в зависимость от усмотрения лиц, которых такие положения касаются[37].

Такие сделки, по мнению В. П. Шахматова, не являются неправомерными, несмотря на то, что не одобряются правом. Их автор считает нежелательными и пишет:

«Невыполнение предписаний, выполнение которых поставлено в зависимость от усмотрения лиц, которых они касаются, не свидетельствует о неправомерности поведения, так как неправомерным является лишь такое отступление от требований норм права, которое нарушает юридические обязанности, правовые запреты.

Но вместе с тем нельзя, очевидно говорить в таких случаях и о правомерности поведения, так как правомерным в точном значении этого термина является лишь такое поведение, которое полностью соответствует любым требованиям норм права, в том числе, следовательно, и таким положениям права, о которых идет речь»[38].

Противоправным же, по мнению В. П. Шахматова, является поведение, которое «не просто не соответствует нормам права, но нарушает их запреты»[39].

Действительно, противоправным должно считаться поведение, нарушающее запреты и императивно установленные обязанности[40]. Не образует противоправность простое несоответствие сделки требованиям закона. Только нарушение прямых запретов и императивных обязанностей, установленных правом будет считаться противоправным поведением. Следовательно, сделка, не соответствующая требованиям закона, не во всех случаях будет противоправной. И только сделка, нарушающая императивные требования и запреты, установленные законом, является противоправной.

В статье 168 ГК РФ указано, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Но это не равнозначно противоправности такой сделки. Сделка может не соответствовать не только запретам и императивным обязанностям, но также и таким требованиям, несоблюдение которых не является противоправным, а влечет за собой лишь непризнание юридической силы за данной сделкой[41].

Например, при нарушении требований к необходимому составу сделки (отсутствие предусмотренной для сделок данного вида обязательной нотариальной формы), сделка будет являться ничтожной (ст. 165 ГК РФ). Но данное обстоятельство не свидетельствует о противоправности сделки, так как заключение сделки является правом, а не обязанностью сторон. Следовательно, отсутствие требуемого законом состава сделки выступает основанием недействительности данной сделки, но не противоправности.

Соответственно сделка, не соответствующая требованиям закона не во всех случаях является противоправной.

Итак, следует различать два вида несоответствия сделки закону: нарушение сделкой запретов (противоправное поведение) и несоответствие иным требованиям закона, несоблюдение которых не признается правонарушением, но и не поощряется правом.

Но во всех ли случаях недействительная сделка не соответствует требованиям закона?

Ряд авторов считают, что положения статьи 168 ГК РФ носят общий характер и касаются всех недействительных сделок. Специальные нормы ГК РФ и иных законов, содержащие положения о недействительности сделок, являются лишь частным проявление несоответствия сделки требованиям закона. Согласно данной точке зрения, не соответствующими закону (а поэтому и противоправными) будут являться сделки, совершенные под влиянием заблуждения, обмана, сделки недееспособных лиц и т. п. Несоответствие сделки требованиям закона выступает при этом общим основанием признания сделки недействительной. Следовательно, все недействительные сделки будут признаваться противоправными.

Однако такая позиция не соответствует нормам действующего законодательства.

В Гражданском кодексе РФ нет положений, указывающих, что несоответствие сделки требованиям закона выступает общим основанием признания сделки недействительной. Напротив, согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ «сделка, недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом». Одним из оснований, предусмотренным кодексом, является несоответствие сделки требованиям закона (ст. 168 ГК РФ). Но это основание не единственное. Другие статьи кодекса содержат иные основания недействительности сделок.

Например, статья 169 ГК РФ устанавливает ничтожность сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. В соответствии с данной статьей основанием недействительности сделки является наличие цели, противной основам правопорядка или нравственности.

Сделка, совершенная с целью, противной основам правопорядка и нравственности, может, как нарушать императивные требования закона, так и не нарушать их.

Например, некто по договору жилищного найма сдает комнату в коммунальной квартире шумной компании с единственной целью: сделать жизнь в квартире невыносимой и побудить соседа - старого больного человека - приватизировать свою комнату, продать ее и уехать жить в деревню. Содержание сделки жилищного найма, ее форма и другие условия в данном случае могут полностью соответствовать закону, волеизъявление направлено на достижение правомерной юридической цели - сдачу комнаты внаем. Однако конечная цель противоречит основам нравственности[42].

Данная сделка не соответствует закону, но это несоответствие является несоответствием в широком смысле: закон не поощряет заключение сделок, противоречащих основам нравственности. Но это не означает, что происходит нарушение требований закона. Несоответствие цели сделки основам нравственности выступает самостоятельным основанием признания сделки недействительной.

Сделка может быть направлена на юридически значимую цель, противоречащую основам правопорядка. Например, преступник заключает сделку с заказчиком, предметом которой является убийство человека. Такая цель сделки противоречит не только основам нравственности, но и основам правопорядка (запрет убивать, вытекающий из уголовного законодательства). Данная сделка будет противозаконной по своему содержанию и в этом смысле не соответствовать требованиям закона[43].

Цель, противная основам правопорядка, может и не входить в содержание сделки. Юридически значимая цель, на которую направлена воля сторон, может быть вполне закономерной, однако истинная цель участников сделки может противоречить основам правопорядка. Например, противным основам правопорядка следует признавать совершение мнимых сделок для перевода валютных средств, полученных в кредит, за рубеж с целью их хищения с нарушением правил валютного контроля. Хотя содержание таких сделок и сами они могут соответствовать закону, однако эти сделки будут признаваться недействительными, так как цель сделки заведомо противна основам правопорядка[44].

Основанием недействительности в данном случае выступает не несоответствие сделки требованиям закона, а мнимость сделки (ст. 170 ГК РФ) и ее совершение с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ).

Аналогично и другие статьи параграфа 2 главы 9 ГК РФ закрепляют самостоятельные основания недействительности сделок отличные от несоответствия требованиям сделки требованиям закона (ст. 168 ГК РФ).

Естественно, можно вести речь о том, что иные основания недействительности сделок также свидетельствуют о несоответствии сделки требованиям закона. Но это не дает оснований утверждать, что все основания недействительности, предусмотренные в ГК РФ, указывают на несоответствие сделки требованиям закона.

Недействительность сделок может быть обусловлена совершенно иными причинами.

Также необходимо учитывать, что неправомерными могут быть только внешние действия, а не внутренние устремления сторон сделки.

Основания недействительности сделок, предусмотренные в статьях 169-179 ГК РФ, в основном указывают на порок внутренней воли лиц, заключающих сделку. Недействительность в данном случае обусловлена полным отсутствием либо несоответствием внутренней воли волеизъявлению, выраженному лицом вовне.

Но право может регулировать исключительно поведение людей. Соответственно правомерным либо неправомерным должно выступать поведение (проявление воли вовне). Сама же внутренняя воля имеет значение лишь при определении того, насколько сознательно действовало при совершении сделки.

М. И. Брагинский указывает: «применительно к любой отрасли права понятие противозаконности (противоправности) относится к поведению лица и его действиям. Если законодатель что-либо запрещает, дозволяет или обязывает, он имеет в виду именно волеизъявление. Всегда, когда лицо действует, не вступая в коллизию с законом, для правоприменительных органов в виде общего принципа безразлична его воля... И только при противоправных действиях, если возникает вопрос об ответственности лица, в том числе и за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств, а сама ответственность строится на началах вины, суду необходимо определить, действовало ли лицо умышленно или неосторожно, либо имел место случай. Только тогда оценке подвергается воля» [45].

Таким образом, правомерность или неправомерность сделок обусловлена действиями лица, совершающего сделку. В случае, когда действие не противоречит нормам права, то данное действие будет правомерным.

Сделка представляет собой единство внутренней воли и волеизъявления. При несоответствии внутренней воли волеизъявлению сделка может быть признана недействительной. Конкретные основания недействительности указаны в ГК РФ: мнимая или притворная сделка (ст. 170 ГК РФ), сделка, совершенная лицом, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ), сделка, совершенная под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ), сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы (ст. 179 ГК РФ).

Данные основания недействительности сделок обусловлены отсутствием внутренней воли на совершение сделки или несоответствием воли волеизъявлению. Однако это не свидетельствует о нарушении сделки требованиям закона. В указанных случаях недействительность сделок наступает вследствие пороков воли.

Например, при совершении сделки под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ) недействительность сделки обусловлена ошибочным представлением лица, совершающего сделку, об обстоятельствах, которые имеют существенное значение для заключения сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана (ст. 179 ГК РФ) также не содержит явных нарушений норм права. Основанием недействительности здесь выступает ошибочное представление о существенных обстоятельствах вследствие обмана стороны сделки. В данном случае неправомерным является обман, а не сама сделка. Если не произойдет оспаривания сделки, то она будет являться действительной.

Сделка, совершенная под влиянием насилия, также сама по себе будет правомерным действием и останется в силе, если потерпевший не оспорит ее. Однако сами действия лица, которое понуждает к заключению сделки, являются неправомерными и могут повлечь ответственность, предусмотренную уголовным законодательством.

Следовательно, в сделках с пороком воли, сама сделка может и не противоречить требованиям закона и являться правомерным действием. Порок воли выступает основанием признания сделки недействительной, но не свидетельствует о неправомерности сделки.

Н. Растеряев указывал: «Недействительною сделкою следует признать такое, хотя и дозволенное юридическое действие, которое не удовлетворяет предъявленным к оному законом требованиям»[46].

Таким образом, данные сделки не удовлетворяют требованиям закона, но это не дает оснований вести речь о их неправомерности.

В литературе существует точка зрения, согласно которой недействительная сделка признается неправомерным действием вследствие того, что сделка как юридический факт должна быть исключительно действием правомерным. Недействительная сделка при этом сделкой не будет являться, так как она выступает неправомерным действием.

B. C. Ем пишет, что к неправомерным действиям относятся «действия, совершенные в виде сделок, признанных недействительными»[47].

Действительно, ряд недействительных сделок нарушает требования закона и такие сделки являются противоправными. По мнению О. А. Красавчикова: «Закон предоставляет охрану и защиту лишь правомерному поведению лиц. Поэтому следует признать, что характерной чертой гражданско-правовой сделки является ее правомерность»[48].

М. М. Агарков, Н. А. Баринов, B. C. Ем, С. Ф. Кечекьян, М. В. Кротов И. Б. Новицкий, О. Н. Садиков, В. А. Тархов, Ф. С. Хейфец также придерживаются указанной позиции[49].

Но сделка не всегда является правомерным действием.

Д. М. Генкин писал: «правомерность или неправомерность не является необходимым элементом сделки как юридического факта, а определяют лишь те или иные другие последствия сделки... Отрицательные последствия не превращают сделку в деликт»[50].

Следует отметить, что традиционная классификация юридических фактов дает основание считать сделками только правомерными действиями. В данной классификации юридические факты подразделяются на действия и события. Действия делятся на правомерные и неправомерные. Правомерные же действия подразделяются на юридические акты и юридические поступки.

Соответствующая классификация присутствует в большинстве учебников по гражданскому праву[51]. Однако такая классификация представляется не вполне верной. В ней заложены сразу два основания юридических фактов: волевой признак и признак соответствия требованиям закона. Но в любой классификации должно быть единое основание деления. Здесь же кроме волевого признака присутствует также признак правомерности. И только правомерные действия делятся по волевому признаку на юридические акты и юридические поступки.

Непонятно почему неправомерные действия нельзя подразделить на юридические акты и юридические поступки? Гражданские правонарушения, также как и преступления будут являться юридическими поступками по волевому признаку.

У преступника воля не направлена специально на достижение правового результата (привлечение к ответственности), который наступает после совершения преступления. Более того, наступление данного результата для преступника является нежелательным. Однако, этот результат наступает независимо от того, специально ли была направлена на это воля.

В. А. Тархов указывает, что деление действий на правомерные и неправомерные, а также деление только правомерных действий на юридические акты и юридические поступки является нелогичным. Он указывает: «Нетрудно убедиться, что деления эти перекрещиваются, акты и поступки могут быть как правомерными, так и неправомерными. Например, купля-продажа в большинстве случаев совершается вполне правомерно, но может быть и неправомерной (ст. 175 УК); причинение вреда возможно как противоправное, так и совершенное при обстоятельствах, исключающих противоправность, может быть виновным и случайным и т. д.»[52].

Следовательно, юридические факты следует подразделять по одному основанию - волевому признаку на события и действия. В свою очередь действия будут делиться на юридические акты и юридические поступки.

Относительно правомерности или неправомерности действий следует заметить, что действия должны оцениваться на предмет соответствия их императивным требованиям закона. При соответствии действий данным требованиям следует считать их правомерными.

Правомерность или неправомерность действия, а также его действительность не должны иметь никакого отношения к классификации юридических актов по волевому признаку.

Аналогичной позиции придерживается Д. О. Тузов, который в отношении категорий противоправности и недействительности указывает: «недействительность и противоправность - две несовпадающие и даже непересекающиеся категории, негативное выражение двух различных форм правовой оценки действия на предмет его несоответствиям нормам позитивного права»[53].

На основании вышеизложенного постараемся сформулировать понятие недействительности сделок и недействительных сделок.

Под недействительностью сделок следует понимать не признание правом юридических последствий сделки.

Недействительная сделка - действие граждан и юридических лиц, направленное на установление, изменение либо прекращение гражданских прав и обязанностей, за которыми право не признает юридические последствия, на которые была направлена воля сторон.

1.3 Классификация составов недействительных сделок и их соотношение

Для рассмотрения отдельных составов недействительных сделок, в интересах дипломного исследования, необходимо прибегнуть к их классификации, которая, группируя те или иные процессы и явления на основе какого-либо значимого признака, позволяет наиболее эффективно получить представление о самом предмете исследования.

Отечественная цивилистика, рассматривая вопросы недействительности сделок, занималась и проблемой их классификации. Так, еще в дореволюционной науке российского гражданского права[54] недействительные сделки подразделяли на:

- ничтожные, или абсолютно недействительные, признававшиеся таковыми тогда, когда они по закону не производили никаких юридических последствий, как будто стороны и не совершали никакого юридического акта;

- опровержимые, или относительно недействительные, которые, в противоположность ничтожным, не лишали сделку саму по себе юридических последствий, а приводили к этому результату только по иску или возражению заинтересованного лица.

Данная классификация заняла прочные позиции в советской[55] и постсоветской[56] гражданско-правовой науке, однако была несколько скорректирована. Во-первых, опровержимые недействительные сделки стали называть оспоримыми. Во-вторых, в качестве критерия подразделения сделок на ничтожные и оспоримые стал указываться способ признания сделки недействительной: законом, в случае ее ничтожности, и судом и случае ее оспоримости. Причем заключения доктрины были включены в нормы действующего ГК РФ (п. 1 ст. 166)[57].

Признавая по сути правильность данной классификации И. Б Новицкий предлагал отказаться от термина «ничтожности», заменив его на «абсолютную недействительность». Он полагал, что «ничтожность наводит на мысль, что перед нами юридический нуль, что никаких последствий из ничтожной сделки не возникает»[58]. Анализируя эту точку зрения И. Б. Новицкого, Ф. С. Хейфец назвал ее необоснованной, поскольку «ничтожность сделки означает, что сделка равна нулю, правовые же последствия эти отрицательного свойства, как и у всякого неправомерного действия (подчеркнуто нами)»[59]. Таким образом, то, что ничтожность - это юридический нуль действия, совершенного в виде сделки, - верный тезис, поскольку ее недействительность означает отсутствие (невозникновение) тех прав и обязанностей, которые хотели приобрести ее участники (либо один из них)[60].

Последствия же, применяемые к ничтожной сделке в связи с ее недействительностью, являются последствиями неправомерного действия - правонарушения, которых, по крайней мере, одна из сторон не желала, из чего можно сделать вывод о том, что употребление термина «ничтожность» по отношению к недействительным сделкам вполне приемлемо.

Признавая юридическую необходимость использования терминов «ничтожности» и «оспоримости» недействительных сделок, следует заметить, что использование данных критериев в качестве оснований для классификации составов недействительных сделок не совсем удачно. Это связано с тем, что между ничтожными и оспоримыми недействительными сделками не всегда имеется противопоставление, и сделка, ничтожная в силу закона, может признаваться недействительной в судебном порядке.

Ф. С. Хейфецу «представляется необоснованным противопоставление оспоримых сделок и ничтожных, как и первоначально ничтожных и ничтожных в результате оспаривания, ибо и ничтожные и оспоримые сделки относятся к одной категории, одному виду юридических фактов - к гражданским правонарушениям (недействительным сделкам), которые противопоставляются сделкам»[61]. По его мнению, «ничтожность и оспоримость означают только два метода, два способа признания сделок недействительными, если они не соответствуют требованиям закона»[62].

Несовершенство подразделения недействительных сделок на ничтожные и оспоримые доказывает и содержание п. 32 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ» (далее - Постановления № 6/8) где отмечается, что «учитывая, что Кодекс не исключает предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению заинтересованного лица»[63].

Таким образом, Постановление № 6/8, закрывая пробел в ГК РФ, фактически размывает грань между ничтожными и оспоримыми сделками, поскольку официально признает возможность признания недействительными в судебном порядке (оспаривания) ничтожных сделок.

В силу вышеназванных факторов, нельзя причин, совершенной классификацию недействительных сделок на ничтожные и оспоримые. Однако нельзя и преуменьшать правовую значимость ничтожности и оспоримости недействительных сделок, которые по своей природе являются способами юридической констатации недействительности подобных действий, но, в силу своей специфики, не способны лежать в основании их классификации.

Другой подход к классификации недействительных сделок содержится в работе Ф. С. Хейфеца[64], который, полагая, что «поскольку по своей природе все недействительные сделки являются гражданскими правонарушениями и их классификация не имеет смысла», вообще предлагал отказаться от классификации недействительных сделок. Он преложил подразделять лишь условия (основания) недействительности сделок на два вида: 1) условия, при которых сделка признается ничтожной; и 2) условия, при которых сделка может быть оспорена. Однако этот подход также не представляется перспективным, поскольку, рассматривая недействительные сделки, хотя и через призму условий действительности сделок, которые нарушаются их участниками, Ф. С. Хейфец все равно приходит к категориям «ничтожность» и «оспоримость», определяющими все те же две группы недействительных сделок.

Попытка классификации недействительных сделок в зависимости от того, какое из условий действительности было нарушено (оказалось дефектно, имеет порок), предпринятая М. В. Кротовым[65], по нашему мнению, наиболее эффективно отражает потребности цивилистики и практики гражданских правоотношений разобраться в юридической природе недействительных сделок. Более того, предпринятое им разделение последних на недействительные сделки с пороком содержания, формы, субъектного состава и воли быстрее дает ответ на вопрос о том, почему соответствующее юридическое действие является недействительной сделкой.

Именно поэтому для последующего рассмотрения составов недействительных сделок мы проведем их дифференциацию на основе классификации, данной М. В. Кротовым. Так, дифференциация составов недействительных сделок, с учетом имеющихся в действующем гражданском законодательстве норм о них должна учитывать положения, содержащиеся в ст. 168 ГК РФ и являющиеся общим составом недействительных сделок. Это означает, что, при отсутствии специальных оснований недействительности сделок, содержащихся в действующем законодательстве, действие, совершенное в виде сделки, признается недействительным в силу несоответствия закону или иным правовым актам, в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

Ст. 168 ГК РФ формулирует общую норму, согласно которой ничтожной является любая сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Подобное неправомерное действие по своей сути, также является сделкой с пороком содержания, правда, в более широком смысле, чем составы таких недействительных сделок, установленные в ст. 169 и 170 ГК РФ, которые будут рассмотрены ниже.

Состав такого правонарушения, как совершение недействительной сделки, признаки которой указаны в cт. 168 ГК РФ, полностью соответствует рассмотренному в п. 2.1 данною исследования общему составу недействительной сделки. Однако, при рассмотрении объективной стороны данного противоправного действия следует указывать, какие конкретно нормы закона или иных правовых актов были нарушены и в чем это выразилось.

Из разъяснений Пленумов Верховного и Высшего Арбитражного Судов мы имеем представления о примерном перечне сделок, которые признаются недействительными по ст. 168 ГК РФ. Так, например, п. 18 Постановления № 6/8 указал, что «унитарные предприятия, а также другие коммерческие организации, в отношении которых законом предусмотрена специальная правоспособность (банки, страховые организации и некоторые другие), не вправе совершать сделки, противоречащие целям и предмету их деятельности, определенным законом или иными правовыми актами. Такие сделки являются ничтожными на основании статьи 168»[66].

Кроме того, в п. 3 Приложения к Письму Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июня 1996 г. № 5 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением таможенного законодательства»[67] дается разъяснение, из которого следует, что «сделки, по которым произведена передача другим лицам товаров и транспортных средств, в отношении которых не завершено таможенное оформление (кроме случаев, когда они разрешены в установленном порядке), не соответствуют требованиям таможенного законодательства и поэтому являются ничтожными в соответствии со ст. 168 ГК РФ» [68].

К числу недействительных сделок, которые в судебной практике квалифицируются по норме ст. 168 ГК РФ, можно также отнести сделки по распоряжению Субъектом имуществом, которое ему не принадлежит. Так, «АООТ (ранее производственное объединение) «Сургутнефтегаз» обратилось иском к семейному частному предприятию «Мартыновых М. М.» о признании недействительным договора, заключенного между последним и Управлением технологического транспорта № 4 (далее УТТ № 4) о поставке конструкций жилого дома. При рассмотрении дела было установлено, что УТТ № 4 имело отдельный баланс, данные которого учитывались на балансе ПО «Сургутнефтегаз», но не являлось юридическим лицом, а представляло собой структурное подразделение последнего. Заключив и исполнив договор, УТТ № 4 фактически распорядилось имуществом ПО «Сургутнефтегаз», поэтому данная сделка в соответствии со ст. 168 ГК РФ является ничтожной с момента совершения. В связи с этим суд применил к ней последствия недействительности»[69].

Как следует из вышепредставленного дела, АООТ «Сургутнефтегаз», не являясь субъектом договора между УТТ № 4 и семейным частным предприятием «Мартыновых М. М.», представляет собой потерпевшую сторону, имущественные права которой были нарушены заключением данной ничтожной сделки. УТТ № 4 в данной ситуации выступает в качестве субъекта гражданского правонарушения - недействительной сделки, поскольку, не имея права отчуждать не принадлежащее ему имущество, распорядилось им. Что же касается СЧП «Мартыновых М. М.», то в данном случае его также можно считать нарушителем имущественных интересов АООТ «Сургутнефтегаз», поскольку оно, заключая договор с УТТ № 4, должно было выяснить правовой статус последнего.

Нормы о недействительности определенных категорий сделок, не соответствующих требованиям законодательства, помимо ГК РФ, содержатся, например, в Федеральном Законе «О приватизации государственного и муниципального имущества» от 21 декабря 2001 г (далее Закон о приватизации)[70], Федеральном Законе «Об акционерных обществах» от 26 декабря 1995 г[71]. Водном (далее ВК РФ)[72], Лесном кодексах (далее ЛК РФ)[73] и других законодательных актах. Так, например, ст. 29 Закона о приватизации содержит перечень составов нарушений, влекущих недействительность сделок по приобретению приватизируемых государственных и муниципальных предприятий, которые противоречат законодательству о приватизации и признаются недействительными в силу ст. 168 ГК РФ. Сделки, совершенные с нарушением норм ВК РФ и ЛК РФ, являются недействительными в силу все той же ст. 168 ГК РФ, так как представляют собой отражение общего состава данного вида гражданского правонарушения[74].


Глава 2 Правовые последствия недействительности сделок 2.1

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Гражданско-правовое регулирование в области недействительности сделок". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 598

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>