Дипломная работа на тему "Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью граждан"

ГлавнаяГосударство и право → Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью граждан




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью граждан":


СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ. 3

ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВРЕД, ПРИЧИНЕННЫЙ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН.. 6

1.1. Понятие гражданско-правовой ответственности и основания ее возникновения  6

1.2. Субъектный состав в обязательствах по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью граждан. 31

ГЛАВА 2. ПОРЯДОК И РАЗМЕР ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН.. 58

2.1. Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью    граждан  58

2.2. Размер возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан. 68

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 81

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.. 83


ВВЕДЕНИЕ

В качестве фундаментального источника российского гражданского права необходимо рассматривать Гражданский кодекс Российской Федерации, принятый в 1994 – 1995 годах (далее – Гражданский кодекс РФ или ГК РФ). Об этом и говорит С.С. Алексеев: «Без каких-либо преувеличений можно утверждать, что российский Гражданский кодекс... – это наиболее крупное достижение в законодательстве за всю историю нашего общества».[1]

В данном контексте об обязательствах, возникающих из причинения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан, необходимо говорить как об институте отношений, непосредственно нашедшем свое регулирование в ГК РФ.

При этом гражданско-правовые нормы, так или иначе регулирующие отношения, связанные с возмещением ущерба, можно найти во многих положениях гражданского законодательства РФ.

В подтверждение сказанного необходимо указать, что уже в статье 12 Гражданского кодекса РФ, наряду с иными способами защиты гражданских прав, названы «возмещение убытков» и «компенсация морального вреда»; в статье 15 Гражданского кодекса РФ законодатель устанавливает, что убытки слагаются из реального ущерба (расходов, которые потерпевший произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества) и упущенной выгоды (неполученных доходов); статья 151 говорит о компенсации морального вреда, и, наконец, глава 59 Гражданского кодекса РФ полностью посвящена правовому регулированию указанных отношений.

Кроме того, необходимо сказать о том, что чрезвычайное разнообразие связей, в которые вступают субъекты различного рода отношений, обусловливает возможность причинения вреда в любой области общественных отношений, помимо непосредственно гражданско-правовых (например: отношения, возникающие по поводу осуществления правосудия, отношения, возникающие по поводу привлечения лица к уголовной ответственности, и т.д.).

Указанное обстоятельство позволяет нам в отношениях, возникающих из причинения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан, обращаться за правовым регулированием к нормативно-правовым актам, изданным во исполнение Гражданского кодекса РФ (или независимо от него).

В настоящей работе мы попытаемся очертить круг правовых актов, способных к регулированию общественных отношений, указанных выше, а также уяснить правила их соотношения.

Данная дипломная работа посвящена изучению этого института гражданского права, он является объектом и предметом исследования. В первой главе рассматривается понятие и условия гражданско-правовой ответственности за вред, причиненные жизни и здоровью гражданина, а также вопрос о субъектах данного вида обязательств. Вторая глава посвящена порядку и размерам возмещения вреда.

Актуальность темы обусловлена тем, что предусмотренный ГК РФ является частью более общего института – обязательств из причинения вреда, и потому редко является предметом самостоятельного научного исследования.

При анализе отношений, возникающих из причинения вреда жизни и здоровью граждан автор дипломной работы будет опираться на действующее законодательство, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, правоприменительную практику Конституционного Суда РФ и судов общей юрисдикции, а также на теоретические научные разработки отечественных ученых.

Методами исследования, применяемые для исследования указанных задач, являются современные положения теории научного познания общественных процессов и правовых явлений. Представляется целесообразным воспользоваться следующими частнонаучными методами: историческим, социально-правовым, системно-структурным.

Освещение отдельных проблем  имеет место в работах таких ученых, как Кособродов В.М., Москальцова Т.Н., Ярошенко К.Д., Кузовлев Е.В. и других. Однако решение поставленных перед работой задач осложняется тем, что в настоящее время отсутствуют систематизированные научные разработки, позволяющие установить основополагающие теоретические характеристики причинения вреда жизни и здоровью граждан.

ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВРЕД, ПРИЧИНЕННЫЙ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН

1.1. Понятие гражданско-правовой ответственности и основания ее возникновения

Ответственность - одна из основных юридических категорий, широко используемая в правоприменительной деятельности. Однако сам термин "ответственность" многозначен и употребляется в различных аспектах. Можно различать социальную, моральную, политическую, юридическую ответственность. Социальная ответственность - обобщающее понятие, включающее все виды ответственности в обществе. С этой точки зрения моральная и юридическая ответственность - разновидности (формы) социальной ответственности.

Юридическая ответственность, безусловно, всегда связана с государственным принуждением, однако далеко не всякая мера государственно-принудительного воздействия на правонарушителя одновременно является и мерой ответственности. Так, принудительное исполнение имеющейся у лица обязанности, например возврат взятой им взаймы суммы по решению суда, едва ли можно считать мерой его ответственности перед заимодавцем, ибо нарушитель в данном случае лишь принудительно обязывается к исполнению своей обязанности и не несет никаких неблагоприятных последствий своего ненадлежащего поведения.

Таким образом, юридическая ответственность представляет собой одну из форм государственно-принудительного воздействия на нарушителей норм права, заключающуюся в применении к ним предусмотренных законом санкций - мер ответственности, влекущих для них дополнительные неблагоприятные последствия.

Как разновидность юридической ответственности ответственность в гражданском праве обладает всеми указанными выше признаками, однако имеет и особенности, обусловленные спецификой самого гражданского права.

Поскольку гражданское право главным образом регулирует имущественные отношения, то и гражданско-правовая ответственность имеет имущественное содержание, а ее меры (гражданско-правовые санкции) носят имущественный характер. Тем самым эта гражданско-правовая категория выполняет функцию имущественного (экономического) воздействия на правонарушителя и становится одним из методов экономического регулирования общественных отношений.[2] Следовательно, гражданско-правовая ответственность состоит в применении к правонарушителю мер имущественного характера.

Но не всякую меру государственно-принудительного воздействия, имеющую имущественное содержание, можно рассматривать как меру гражданско-правовой ответственности. При ином подходе границы юридической ответственности безосновательно расширяются, а стимулы к надлежащему поведению столь же безосновательно теряются. Так, реституция как последствие признания сделки недействительной или понуждение к исполнению заключенного договора не могут считаться мерами имущественной ответственности, поскольку по общему правилу не влекут никаких неблагоприятных имущественных последствий для правонарушителей. А вот требование о возмещении всех причиненных нарушением договора убытков или взыскание предусмотренного договором штрафа, влекущие возложение на правонарушителя дополнительных в сравнении с вытекающими из договора расходов, безусловно являются мерами ответственности. Поэтому применение гражданско-правовых санкций (мер ответственности) всегда влечет возложение на правонарушителя всех неблагоприятных, невыгодных имущественных последствий его поведения.

Из сказанного следует, что гражданско-правовая ответственность - одна из форм государственного принуждения, состоящая во взыскании судом с правонарушителя в пользу потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление нарушенной имущественной сферы потерпевшего.

Основной, главной функцией гражданско-правовой ответственности является ее компенсаторно-восстановительная функция. Она отражает соразмерность применяемых мер ответственности и вызванных правонарушителем убытков, а также направленность взыскания на компенсацию имущественных потерь потерпевшего от правонарушителя. Наряду с этим гражданско-правовая ответственность выполняет также стимулирующую (организационную) функцию, поскольку побуждает участников гражданских правоотношений к надлежащему поведению. Способствуя предотвращению возможных в будущем правонарушений, гражданская ответственность выполняет и предупредительно-воспитательную (превентивную) функцию. Разумеется, она, как и всякая юридическая ответственность, осуществляет штрафную (наказательную) функцию в отношении правонарушителей.

Статья 8 ГК РФ[3] среди оснований возникновения гражданских прав и обязанностей назвала и «причинение вреда другому лицу». Следовательно, причинение вреда как самостоятельное основание порождает гражданско-правовое обязательство, в котором потерпевший выступает в качестве кредитора (он имеет право требовать), а причинитель – должника (обязанного лица).

Обязательства вследствие причинения вреда нередко называют по-иному: «деликтные обязательства», «обязательства из правонарушения», «внедоговорные обязательства», «обязательства из недозволенных действий».[4]

Разнообразие в наименовании этих обязательств, не влияя на их существо, определяется тем, какой присущий им признак выделен в наименовании: результат действий (обязательства из причинения вреда), характер действий (обязательства из правонарушения, деликта, недозволенных действий) или совершение действий за пределами договорных обязательств (внедоговорные обязательства). Вместе с тем каждый из названных признаков сам по себе не отражает в полной мере сущности этих обязательств. Так, при неисполнении или ненадлежащем исполнении договорных обязательств также возникает вред, а само неисполнение или ненадлежащее исполнение является также правонарушением.

Наиболее точным можно было бы считать наименование «деликтные обязательства», понимая под «деликтом» причиняющее имущественный вред противоправное действие, не представляющее собой неисполнение обязательства.[5] Однако такому пониманию соответствуют и «обязательства из недозволенных действий» и «обязательства из правонарушения».

Что касается наименования «внедоговорные обязательства», то оно является достаточно широким и относится ко всем обязательствам, возникающим не на основании договоров: помимо обязательств вследствие причинения вреда и вследствие неосновательного обогащения, внедоговорными являются и обязательства, возникающие из актов государственных и муниципальных органов, из судебных решений и других оснований, предусмотренных ст. 8 ГК РФ.[6]

В результате, как справедливо было отмечено в литературе, основная используемая терминология носит несколько условный, но твердо установившийся и потому не вызывающий неопределенности характер.

Легальным наименованием соответствующих обязательств ГК РФ избрал ставшее традиционным для российского законодательства наименование – «обязательства вследствие причинения вреда» (гл. 59 ГК РФ).

Отличительные признаки рассматриваемых обязательств определяют сферу их действия.

Во-первых, такие обязательства возникают, если потерпевший и причинитель не связаны между собой договорными отношениями.

Во-вторых, стороны возникшего обязательства могут состоять в договорных отношениях, но причиненный вред явился результатом действий, не связанных с нарушением договорных обязательств.

В-третьих, в случаях, предусмотренных законом, по нормам, регулирующим названные обязательства, возмещается вред, причиненный также нарушением договорных обязательств. Например, ст. 580 ГК РФ[7] подчинила действию норм о деликтных обязательствах отношения, возникающие из договора дарения: в случае причинения вреда гражданину вследствие недостатков подаренной ему вещи. Аналогичная норма содержится в ст. 800 ГК РФ, определяющей ответственность перевозчика по договору перевозки за причинение вреда жизни или здоровью пассажира.

В гл. 59 ГК РФ включено общее правило, распространяющее нормы, содержащиеся в ней, на достаточно широкий круг отношений, возникающих из договорных и иных обязательств. Речь идет о ст. 1084, в которой предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по нормам о деликтных обязательствах.

Также независимо от наличия или отсутствия договорных отношений между сторонами по нормам гл. 59 производится возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу граждан, а также имуществу юридических лиц вследствие недостатков товаров, работ, услуг.

Необходимость четкого определения сферы применения норм, регулирующих обязательства вследствие причинения вреда, вызвана тем, что соответствующие нормы носят строго императивный характер. Свободы в определении оснований, условий и размера ответственности, как это имеет место при нарушении договоров, нормы о деликтной ответственности не допускают. Имеется лишь одно исключение: законом или договором может быть установлена обязанность причинителя выплатить потерпевшему компенсацию сверх возмещения вреда (ст. 1064 ГК РФ).

Хотя в силу ст. 8 ГК РФ причинение вреда другому лицу порождает гражданско-правовое обязательство, для наступления ответственности за причиненный вред одного этого факта недостаточно. Ответственность за причиненный вред наступает при наличии в совокупности трех условий, из которых два носят объективный характер и одно – субъективный. В совокупности эти условия представляют собой юридический состав («генеральный деликт»). Такими условиями являются: противоправность действий, причинная связь между противоправными действиями и наступившим вредом и вина причинителя.[8]

В предусмотренных законом случаях на причинителя может быть возложена обязанность возмещения вреда и при усеченном составе генерального деликта, а именно при отсутствии в его действиях вины и противоправности.

Возникновение вреда. Возмещению подлежит вред, причиненный личности или имуществу гражданина.

Вред, который может быть оценен в деньгах, – это имущественный вред. На протяжении длительного времени понятие «вред» в советском законодательстве ассоциировалось только с имущественным вредом, поскольку возмещению подлежал лишь такой вред.

Имущественный вред может возникнуть при нарушении как имущественных, так и неимущественных благ (прав).[9] Так, например, если вред причинен жизни или здоровью гражданина (его неимущественным благам), возникает имущественный вред, который выражается в утрате заработной платы (иных доходов), необходимости несения расходов на восстановление здоровья (оплата лекарств, санаторного лечения, протезирования и т.п.). Точно так же распространение порочащих, не соответствующих действительности сведений в отношении гражданина может повлечь увольнение его с работы, а следовательно, и причинение имущественного вреда.

Вред, который не может быть оценен в деньгах, – это неимущественный вред. Он возникает, как правило, при нарушении личных неимущественных благ (прав) граждан, но может возникнуть и при нарушении имущественных прав. В юридической литературе и законодательстве неимущественный вред именуется моральным, под которым понимаются физические и нравственные страдания, переживаемые гражданином.

При причинении имущественного вреда действует общий принцип полного его возмещения. Лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить его в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки. Убытки подсчитываются по общим правилам, предусмотренным ст. 15 ГК РФ. Речь идет о возмещении реального ущерба и упущенной выгоды.

В постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8[10] разъяснено, что «под реальным ущербом подразумеваются не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Размер упущенной выгоды (неполученного дохода) должен определяться с учетом затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено».

Убытки возмещаются по ценам на день их добровольного возмещения либо на день предъявления иска, а по усмотрению суда – на день вынесения решения.

Причинение физического вреда личности практически всегда связано с увечьем или иным повреждением здоровья, а также причинением смерти. Сам вред, причиненный гражданину, это – уменьшение способности к труду по определенной профессии, а в случае смерти кормильца – уменьшение дохода, на которое лицо имеет право по закону (ст. 1085 ГК РФ).

В отношении увечья и иного повреждения здоровья в юридической литературе и судебной практике сложились устойчивые понятия. Так, под увечьем принято понимать травматическое повреждение, вызванное внезапным, зачастую однократным, воздействием на организм человека внешнего фактора. Право на возмещение вреда дает не само по себе увечье или иное повреждение здоровья потерпевшего, а только такие трудовые увечья, которые вызвали утрату или повреждение здоровья. Иное повреждение здоровья может выразиться и в профессиональном заболевании, отравлении, расстройстве психики и т.п.[11] Расстройство психики у граждан, по мнению М.Н. Малеиной, может быть вызвано так называемым пси-оружием – биогенератором, биоэлектронным оружием, гипноизлучателем, либо субъектами, обладающими способностью к биоэнергетическому воздействию. Негативные последствия такого воздействия могут проявляться, например, при зомбировании, способном причинить вред здоровью гражданина или вызвать его смерть.[12] Судебная практика ранее стояла на той позиции, что потерпевшему возмещались лишь фактически понесенные расходы.[13]

Профессиональное заболевание возникает в результате длительного и систематического воздействия на организм человека неустранимых вредных последствий производства либо других специфических для данной профессии факторов.

В случаях, когда ликвидировать последствия травмы или возникшей болезни не представляется возможным, потерпевший в полной мере или частично может потерять способность к труду. Из-за этого он может лишиться заработка, вынужден затрачивать средства на лечение, протезирование, санаторно-курортное лечение и т.д. Именно поэтому материальные затраты такого рода и образуют так называемый имущественный вред, причиненный здоровью гражданина. Возмещение такого вреда состоит в выплате потерпевшему денежных сумм в размере утраченного заработка или его части. Это зависит от степени утраты профессиональной трудоспособности. Кроме того, в возмещение вреда также включаются компенсации дополнительных расходов, таких, как на санаторно-курортное лечение, усиленное питание, оздоровительную гимнастику и массажи, занятия в бассейне и т.п., а также выплата единовременного пособия, возмещение морального вреда.

Причинение смерти гражданину рассматривается тоже как имущественный вред в связи с тем, что находившиеся на иждивении умершего нетрудоспособные члены семьи (супруг, дети, родители и другие родственники, иждивенцы) лишились материальных средств, которые доставлял им умерший и которые были для членов семьи основным источником существования. Также к имущественным убыткам относятся понесенные членами семьи умершего расходы на его погребение, установку памятника, ограды и т.п.[14]

Значение вреда в деликтных обязательствах предопределено их целевым назначением, которое, как уже отмечалось в юридической литературе, состоит в устранении имущественных последствий правонарушения, восстановлении имущественной сферы потерпевшего в том состоянии (до того уровня в стоимостном отношении), в котором она находилась до причинения ему вреда. Эта цель будет достигнута, если причиненный вред будет возмещен в полном объеме.[15] Следует отметить, что это не всегда становится достижимым в достаточной степени.

При солидарной ответственности причинители вреда все вместе (и каждый в отдельности) перед потерпевшим отвечают в объеме причиненного вреда. Здесь степень вины не имеет значения, и размер ущерба определяет объем ответственности. Это объясняется следующим. При солидарной ответственности единый, нераздельный результат – вред, вызванный виновным поведением нескольких лиц, – не может быть разложен на части, соответствующие степени виновности каждого из них (почему и наступает солидарная ответственность), а одновременное возмещение вреда каждым из сопричинителей в полном объеме выходило бы далеко за рамки восстановления прежнего состояния и приводило бы, как указывалось ранее, к обогащению потерпевшего. В дальнейших же отношениях между сопричинителями вреда, поскольку у каждого из них в случае единоличного возмещения вреда потерпевшему возникает право регресса к другим, ответственность не может быть разложена иначе, как по степени виновности.

Такое же положение возникает в случае смешанной (при наличии вины потерпевшего) ответственности: единый результат, то есть вред, возникает вследствие виновного поведения и причинителя, и потерпевшего. Поэтому размер возмещаемого вреда должен быть уменьшен за счет вины самого потерпевшего. Иначе говоря, его вина соизмеряется с виной причинителя. Таким путем устанавливается тот возможный при данной степени виновности объем вреда, который имел бы место при отсутствии виновного поведения одного из них.

При таких обстоятельствах в отношениях между причинителем и потерпевшим вред не только необходимое условие, но и мера ответственности. Данное положение становится чрезвычайно актуальным при рассмотрении вопроса об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Принцип полного возмещения вреда подразумевает возмещение как имущественного, так и компенсацию в необходимых случаях неимущественного (морального) вреда. Понятие морального вреда наиболее полно определено в постановлении Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».[16] Это – «нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства, другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права граждан».

Хотя чаще всего нравственные и физические страдания человек испытывает в результате нарушения его неимущественных благ и прав, не исключено, что нравственные переживания сопутствуют и нарушению имущественных прав (похищен автомобиль, пропала сданная на хранение ценная вещь и т.п.).

На протяжении длительного времени в советской литературе господствовало отрицательное отношение к возмещению морального вреда. Вот только одно из суждений по этому поводу: «Имущественное возмещение неимущественного вреда, которое по существу представляет собой перевод на деньги таких благ, как жизнь, здоровье, честь, творческие достижения человека, несовместимо с основными воззрениями советского социалистического общества, с высоким уважением к личности человека».[17]

Иной подход, высказываемый в то же время в зарубежной литературе и воспринятый практикой за рубежом, был сформулирован французскими юристами братьями Мазо: «Деньги достаточно могущественны, чтобы быть иногда в состоянии возместить вред и в сфере моральной... Человек часто вынужден удовлетворяться эквивалентом. Наилучшим эквивалентом являются деньги, потому что, обладая деньгами, потерпевший располагает почти неограниченными возможностями».[18]

Начиная с 60-х гг. в литературе стала преобладать уже иная точка зрения: о необходимости возмещения морального вреда. Наиболее широко вопрос о возмещении морального вреда был поставлен С.Н. Братусем.[19]

Впервые норма о компенсации морального вреда была включена в Закон СССР «О средствах массовой информации», а затем и во многие российские законы.

Общая норма о возмещении морального вреда была сформулирована в Основах 1991 г. и помещена в раздел об обязательствах вследствие причинения вреда (ст. 131). Заложенные в ней принципы возмещения морального вреда сводились к следующему: моральный вред возмещается гражданину во всех случаях, если он причинен неправомерными и виновными действиями; он может возмещаться в денежной или иной материальной форме в размере, определяемом судом; моральный вред компенсируется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Таким образом, моральный вред подлежал возмещению в случае нарушения как имущественных, так и неимущественных прав и благ человека.

Действующий ГК РФ включил общую норму о моральном вреде в часть первую (ст. 151) и нормы, специально посвященные компенсации морального вреда, в главу о деликтных обязательствах (§ 4 гл. 59). Эти нормы установили следующие принципы компенсации морального вреда.

Во-первых, такой вред может быть компенсирован гражданину, если он причинен в результате нарушения его личных неимущественных прав или нематериальных благ. Моральный вред, возникший в результате нарушения имущественных прав, возмещается лишь в случаях, если это специально предусмотрено законом. Самые широкие возможности компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав граждан в настоящее время предоставляет Закон о защите прав потребителей[20], который имеет весьма широкую сферу действия: он применяется к отношениям, возникающим из договоров купли-продажи, имущественного найма, в том числе бытового проката, безвозмездного пользования имуществом, найма жилого помещения, в том числе к отношениям между наймодателем и нанимателем по поводу ремонта жилищного фонда, ремонта инженерного оборудования, обеспечения коммунальными услугами, которые он обязан предоставлять, поскольку это является одним из условий договора жилищного найма, подряда, перевозки граждан, их багажа и грузов, комиссии, хранения, договоров на оказание финансовых услуг, открытие и ведение счетов клиентов-граждан и др.[21]

Учитывая такую широкую сферу применения Закона о защите прав потребителей, можно сказать, что компенсация морального вреда, возникшего в результате нарушения имущественной сферы гражданина, допускается достаточно часто.

Именно в связи с этим заслуживает внимания высказанная в литературе точка зрения о том, что возмещение морального вреда может иметь место, если «вызванное таким образом состояние длительно или сильно затрудняет участие в общественной жизни лица, потерпевшего вред, или иным способом ухудшает его жизнь. В силу этого условия причиненный вред (неимущественный), в зависимости от его природы, должен продолжаться длительное время и причинять значительные невыгоды потерпевшему... Длительную и значительную невыгоду может вызвать, например, потеря одного глаза, повреждение лица, изменение в психике, наступившее после несчастного случая... и т.п.».[22]

Во-вторых, основанием для компенсации морального вреда является не только вина причинителя. Статья 1100 устанавливает случаи, когда моральный вред может компенсироваться и независимо от вины: при причинении вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; при причинении вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; при причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Кроме того, предусмотрено, что законом могут быть установлены и другие случаи безвиновной ответственности за причинение морального вреда.

В-третьих, моральный вред подлежит компенсации только в денежной форме.

В-четвертых, как и прежде, моральный вред может компенсироваться как наряду с возмещением убытков, так и тогда, когда имущественный вред не причинен. Например, при нарушении чести и достоинства гражданина убытки, как правило, не возникают, а компенсация морального вреда в этих случаях производится едва ли не чаще всего.

В связи с использованием в нормах о деликтных обязательствах понятий «вред» и «моральный вред» необходимо остановиться на проблеме соотношения этих понятий.[23]

По нашему мнению, в споре о том, является ли понятие «вред» единой категорией, включающей как имущественный, так и неимущественный (моральный) вред, либо это два самостоятельных, не зависящих друг от друга последствия одного правонарушения, поддержки заслуживает первая точка зрения.

К приведенным в обоснование этой позиции доводам можно добавить и то, что широкое понимание категории вреда вытекает из действующего законодательства. В ст. 53 Конституции РФ[24] сказано: «Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц». Вряд ли можно предположить, что Конституция, гарантируя и защищая права и свободы граждан, имеет в виду возмещение только имущественных потерь. В общих положениях о деликтных обязательствах (ст. 1064) «вред» также не определяется как чисто имущественный.

Признание «морального вреда» составной частью «вреда» предопределяет и признание специального характера норм, регулирующих его компенсацию. Из этого следует, что обязательство по возмещению имущественного и морального вреда – это единое обязательство, и специальные нормы могут по-иному определять состав вреда (ограничение компенсации морального вреда), способы и размер его компенсации, но не субъектный состав ответственных лиц, а также условия ответственности.

Противоправность действий. В юридической литературе по поводу противоправности существуют две позиции. Сторонники одной из них исходят из того, что сам факт причинения вреда нарушает общий запрет закона причинять другому вред,[25] а потому все такие действия можно расценивать как противоправные. Сторонники другой позиции полагают, что противоправность определяется нарушением не субъективного права потерпевшего, а лишь нарушением нормы объективного права, притом такой нормы, которая направлена на охрану определенного интереса потерпевшего.[26]

Так, М.М. Агарков писал: «Противоправное действие всегда является нарушением объективного права... Нарушение объективного права, причинившее кому-либо вред, может породить обязательство возместить этот вред, если вместе с тем нарушено субъективное право потерпевшего или причинен ущерб интересам, на охрану которых направлена нарушенная норма».[27]

Позиция законодателя, в соответствии с которой различаются последствия причинения вреда противоправными действиями, с одной стороны, и правомерными – с другой, дает основания для утверждения, что им воспринята вторая точка зрения. Сам факт причинения вреда (правонарушение в субъективном смысле) не всегда влечет обязанность его возмещения. Вред, возникший в результате правомерных действий, в виде общего правила, возмещению не подлежит. Отступление от этого правила возможно, если это прямо установлено законом. Нормы, определяющие последствия причинения вреда правомерными действиями, содержатся и в самом ГК РФ. Правомерными действиями является необходимая оборона, и ГК РФ устанавливает, что вред, причиненный такими действиями, возмещению не подлежит, если только не были превышены ее пределы (ст. 1066). Но в последнем случае, т.е. при превышении пределов необходимой обороны, речь идет уже не о правомерных, а о противоправных действиях. В самом ГК РФ понятия необходимой обороны и превышения ее пределов не сформулированы. Легальные понятия этих категорий содержатся в УК РФ[28] (ст. 37). Необходимая оборона – это защита личности и прав обороняющегося (или других лиц), охраняемых законами интересов общества или государства от общественно опасного посягательства. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства. Нужно отметить, что УК РФ, сформулировав приведенные понятия, сузил рамки действий, которые признаются совершенными с превышением пределов необходимой обороны (такие действия должны быть умышленными).

Правомерными признаются и действия, совершенные в состоянии крайней необходимости. Понятие крайней необходимости раскрыто в самом ГК РФ (ст. 1067). Оно в принципе идентично понятию, которое содержится в УК: устранение опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами. Однако в отличие от Уголовного Гражданский кодекс не ограничивает круга действий, подпадающих под это понятие, условием о недопустимости превышения пределов крайней необходимости. Объясняется это тем, что причинение вреда в состоянии крайней необходимости является одним из случаев, когда закон в виде общего правила устанавливает обязанность возместить вред, причиненный правомерными действиями. Вместе с тем возмещение вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости, имеет и свои особенности. Они выражаются в том, что суду предоставлено право с учетом обстоятельств дела возложить обязанность по возмещению вреда на третье лицо, в интересах которого действовал причинитель, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинителя вреда.

Правомерными признаются также действия лиц, которые осуществляли возложенные на них обязанности, связанные с возможностью причинения вреда. Необходимость причинения вреда может наступить при борьбе с эпидемиями, эпизоотиями и при других чрезвычайных событиях (уничтожение имущества, в том числе скота, птицы и т.п.). Во всех этих случаях речь идет об управомоченности на причинение вреда. При этом такая управомоченность допускается в случаях крайней необходимости, но в отличие от общего режима ответственности за вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, полностью освобождает причинителя от обязанности возместить вред.

В ГК РФ предусмотрен еще один случай, когда действия причинителя не признаются противоправными и не влекут его ответственности за вред. Речь идет о причинении вреда по просьбе или с согласия потерпевшего, при условии, однако, что действия причинителя не нарушают нравственных принципов общества.

Например, Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г.[29] допускается изъятие органов (или) тканей человека для трансплантации с его согласия на это (принуждение к изъятию не допускается). Однако несмотря на эту норму, нет никакого сомнения, что действия по изъятию таких органов, как, например, сердца, обеих почек и т.п., что неминуемо приведет к смерти донора, не могут быть отнесены к числу правомерных, не влекущих обязанности возмещения вреда.

В тех же Основах содержится адресованный медицинскому персоналу запрет осуществления эвтаназии – удовлетворения просьбы больного об ускорении его смерти какими-либо действиями или средствами, в том числе по прекращению искусственных мер по поддержанию жизни. Следовательно, для медицинских работников совершение таких действий противозаконно. Если же такие действия будут совершены другими лицами, они безусловно должны быть признаны противоречащими нравственным принципам общества, т.е. такими, за которые наступает обязанность возместить вред (например, выплачивать возмещение лицам, находившимся на иждивении умершего).

Вред может наступить в результате как действия, так и бездействия. Бездействие, влекущее обязанность возместить причиненный вред, по общему правилу, также должно быть противоправным. Однако в отличие от действия бездействие признается противоправным лишь в случае, если осуществление соответствующих действий входило в обязанность причинителя. Именно поэтому упоминание бездействия как основания возникновения обязанности по возмещению вреда специально содержится в норме, посвященной ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами, поскольку именно таким органам и лицам чаще всего предписывается совершение определенных действий. Как правило, бездействие, выразившееся в необеспечении безопасных условий труда, служит основанием ответственности за вред, причиненный увечьем, иным повреждением здоровья или наступлением смерти работника при исполнении трудовых (служебных) обязанностей. Бездействие, выразившееся в ненадлежащем воспитании или неустановлении надзора со стороны родителей или определенных учреждений, служит основанием для возложения на них обязанности возместить вред, причиненный несовершеннолетними и лицами, признанными недееспособными.

Причинная связь между действиями причинителя и наступившим вредом. Причинная связь – необходимое условие любой юридической ответственности, в том числе и гражданской. Ответственность наступает лишь в том случае, если вред явился прямым (не косвенным) и необходимым (не случайным) результатом действий (бездействия) причинителя.[30]

Например, П. предъявила иск к дорожно-ремонтному предприятию, автотранспортному предприятию и ООО «Полет» о возмещении ущерба, причиненного ей в результате столкновения автомашины, принадлежащей ООО, с принадлежащим АТП автобусом, в котором она находилась. Суд возложил ответственность за причиненный вред на дорожно-ремонтное предприятие, мотивируя свое решение тем, что водители столкнувшихся автотранспортных средств не допустили никаких нарушений, а столкновение произошло в связи с ненадлежащим состоянием дороги после проведенного дорожно-ремонтным предприятием ремонта. При кассационном обжаловании вынесенное судом решение было отменено в связи с тем, что, как отметил вышестоящий суд, причиненный истице вред находился в прямой связи с происшедшим столкновением транспортных средств, владельцы которых и обязаны его возместить.[31]

Вина причинителя. Если вышеназванные два условия носят объективный характер, то вина причинителя отражает отношение лица к совершенным противоправным действиям, т.е. носит субъективный характер.

Именно субъективная оценка действий определяет формы вины: умысел и неосторожность. Ни ранее, ни теперь гражданское законодательство не определяет содержания каждой из форм вины. В этом случае открывается возможность воспользоваться определениями, содержащимися в уголовном законодательстве. Умышленная вина (умысел) имеет место тогда, когда лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления опасных последствий и желало их наступления (прямой умысел), либо не желало их наступления, но сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично (косвенный умысел) (ст. 25 УК РФ).

Неосторожность в Уголовном кодексе РФ представлена в двух формах: легкомыслие и небрежность. Неосторожная вина в форме легкомыслия имеет место в случаях, если лицо предвидело возможность наступления опасных последствий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение. Если же лицо не предвидело опасных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть, – налицо небрежность (ст. 26 УК РФ).

Для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред формы вины значения не имеют. Причинитель в равной степени несет ответственность и тогда, когда его действия были умышленными, и тогда, когда он действовал неосторожно.

Гражданско-правовую ответственность отличает присущий ей принцип презумпции виновности причинителя, а следовательно, и презумпции противоправности его действий, поскольку только такие действия могут быть виновными. Причинитель предполагается виновным, если не докажет отсутствие своей вины. В соответствии с этим происходит и распределение бремени доказывания между потерпевшим и причинителем: потерпевший, обращаясь в суд с требованием о возмещении вреда, обязан доказать наличие у него вреда, а также причинную связь между действием причинителя и наступившим вредом. Причинитель, в свою очередь, должен доказать отсутствие в своих действиях противоправности и вины. Гражданское законодательство допускает возмещение вреда при отсутствии вины причинителя, но только в случаях, предусмотренных законом.

Форма и степень вины для гражданско-правовой ответственности приобретают значение лишь в случаях, когда вина потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда. При этом во внимание принимается лишь умысел или грубая неосторожность потерпевшего.

Умысел потерпевшего, направленный на возникновение вреда, исключает обязанность причинителя по его возмещению. При грубой неосторожности размер возмещения должен быть уменьшен либо в возмещении может быть отказано.

Понятие грубой неосторожности, несмотря на использование его в рамках не только деликтной, но и договорной ответственности, в гражданском законодательстве не раскрыто. Нельзя его свести и к одной из форм неосторожной вины, установленной в УК (легкомыслию или небрежности). В юридической литературе предпринимались и предпринимаются попытки предложить четкие признаки, позволяющие определить содержание понятия «грубая неосторожность».[32]

С нашей точки зрения, наиболее приемлемым является критерий, использованный в римском праве: «чрезвычайное непонимание того, что все понимают». Все понимают, что нельзя переходить улицу минуя подземный переход, игнорировать ограждение строительной площадки, ехать на красный свет светофора и т.п. Нарушение этих требований, очевидно, и будет грубой неосторожностью. Естественно, что при использовании соответствующих критериев нельзя не учитывать рекомендаций, содержащихся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»:[33] при оценке характера допущенной потерпевшим неосторожности учитывать конкретные обстоятельства. В качестве примера грубой неосторожности в постановлении приводится нетрезвое состояние потерпевшего, содействовавшее возникновению или увеличению вреда.

Так, в деле по иску С. к отделу вневедомственной охраны о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, было установлено, что истца С. сбила машина, принадлежащая ответчику. Вина водителя, совершившего наезд, была установлена приговором суда. При определении размера возмещения суд применил принцип смешанной ответственности, сославшись на то, что во время аварии С. находился в нетрезвом состоянии и шел по дороге в ночное время. Отменяя указанное решение, вышестоящий суд отметил, что причиной наезда явилось нарушение правил безопасности движения водителем автомобиля, который не оценил дорожной обстановки, выехал на полосу встречного движения, в результате чего и сбил шедшего по дороге С. Суд признал, что нахождение на обочине дороги С. в нетрезвом состоянии нельзя считать грубой неосторожностью, так как его действия не содействовали возникновению или увеличению вреда.[34]

В отношении возможности освобождения причинителя от обязанности возместить вред в случае грубой неосторожности потерпевшего на протяжении длительного времени в юридической литературе высказывались различные точки зрения, а в практике не было единообразия при решении соответствующих споров.[35] В основном споры велись по поводу того, может ли грубая неосторожность потерпевшего привести не только к снижению размера возмещения, но и к освобождению причинителя от обязанности возместить вред, если вред причинен источником повышенной опасности.

Действующее законодательство (ст. 1083 ГК РФ) позволило создать четкую конструкцию учета вины потерпевшего в форме грубой неосторожности. Она выражается в следующем. Если ответственность причинителя построена на принципе вины, то грубая неосторожность потерпевшего может привести лишь к снижению размера возмещения. При ответственности причинителя независимо от вины возможно наступление одного из двух последствий: либо освобождение от ответственности, либо снижение размера возмещения. Однако если вред причинен жизни или здоровью гражданина, при этом возникновению вреда способствовала его грубая неосторожность, отказ в возмещении вреда не допускается. В этих случаях может последовать лишь снижение размера возмещения.

Снижение размера возмещения закон связывает со степенью вины потерпевшего и причинителя, однако каких-либо объективных критериев для определения пределов снижения ГК РФ не предусматривает. Вместе с тем в Федеральном законе от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»[36] установлено, что если грубая неосторожность потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, размер выплат уменьшается не более чем на 25% (ст. 14 Закона). Очевидно, это положение следует применять по аналогии и в случаях, когда речь идет о возмещении вреда, причиненного здоровью потерпевшего и не в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Законом установлены также случаи, когда грубая неосторожность потерпевшего вообще не должна приниматься во внимание. Это касается размера возмещения дополнительных расходов, в которых нуждается гражданин вследствие повреждения здоровья, размера возмещения, причитающегося лицам, утратившим кормильца, а также размера возмещения расходов на погребение.

Общепризнанно, что противоправность действий, причинная связь и вина причинителя как элементы гражданского правонарушения в совокупности являются условием гражданско-правовой ответственности.

Наряду с этим спорным остается вопрос: может ли возникнуть гражданско-правовая ответственность при неполном составе гражданского правонарушения и в первую очередь при отсутствии вины и связанной с ней противоправности? По этому поводу в разное время высказывались разные точки зрения. Сторонники одной из них утверждали, что «при отсутствии законченного состава правонарушения нельзя говорить и об ответственности причинителя вреда».[37] Более широкую поддержку нашла другая точка зрения, согласно которой ответственность может наступить и при усеченном составе правонарушения. Сторонники этой точки зрения лишь по-разному аргументировали свои позиции. Одни допускали существование в равной мере как виновной, так и безвиновной ответственности (теория двух начал – К.К. Яичков),[38] другие утверждали, что гражданско-правовая ответственность во всех случаях предполагает наличие вины и лишь интересы потерпевшего и другие соображения практического плана вынуждают законодателя установить исключения из принципа виновной ответственности (теория «вины с исключением», иначе – теория «стимулирования» – В.И. Серебровский,[39] Б.С. Антимонов.[40]

Фактически спор сводится к определению содержания понятия гражданско-правовой ответственности, к необходимости в отдельных случаях использовать понятие гражданско-правовой обязанности.[41]

Следует отметить, что в законодательстве отражена позиция сторонников наступления ответственности при усеченном составе правонарушения. В ГК РФ регулируется как виновная, так и безвиновная деликтная ответственность.

Таким образом, резюмируя сказанное, можно сказать следующее. Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания.

Такого рода потери потерпевшего или близких ему лиц подлежат возмещению причинителями вреда в рамках деликтных обязательств. На этих же основаниях потерпевшему, кроме того, возмещается причиненный моральный вред. Поэтому причинение вреда жизни или здоровью гражданина закон рассматривает как одно из оснований возникновения деликтных обязательств.

Наличие четырех приведенных условий ответственности по деликтным обязательствам (вред, противоправность, причинная связь, вина) образует полный состав правонарушения. Он должен быть, как правило, в действиях (или бездействии) любого лица, которому предъявлено требование о возмещении вреда. Отсутствие одного из названных условий дает право освободить лицо от гражданско-правовой ответственности, и тогда речь следует вести о возникновении условий для применения мер защиты. Вина как условие ответственности может отсутствовать, однако обязанность возмещения вреда потерпевшему сохраняется. Именно поэтому правовой вакуум, заключающийся в отсутствии условий ответственности, заполняется применением мер защиты посредством возмещения вреда, например при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.

1.2. Субъектный состав в обязательствах по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью граждан

В качестве потерпевших (кредиторов) в деликтном обязательстве могут выступать граждане (физические лица), юридические лица, а также государство (Российская Федерация, субъекты Федерации) и муниципальные образования.

Эти же субъекты выступают и в качестве ответственных лиц при условии, что они являются причинителями вреда либо в силу закона на них возлагается ответственность за вред, причиненный другими лицами.

В связи с тем, что юридические лица представляют собой коллективные образования вне зависимости от порядка их создания (унитарные предприятия, созданные собственником учреждения, корпорации, т.е. юридические лица, построенные на принципе членства – участия), возложение на них ответственности связано с определенными особенностями.

Еще в 1949 г. С.Н. Братусь выдвинул концепцию об ответственности юридического лица за действия всех его работников как за собственные действия и собственную вину.[42] Впоследствии эта концепция была развита в трудах многих авторов,[43] воспринята законодателем и впервые закреплена в Основах гражданского законодательства 1961 г. (ч. 3 ст. 88) и ГК РФ 1964 г. (ст. 445).

Смысл введения в Основы и ГК РФ соответствующих норм заключался в том, чтобы юридически закрепить тенденцию более широкого понимания ответственности организаций. Они должны отвечать как за вину органов, выражающуюся, как правило, в ненадлежащем выборе работников и надзоре за ними, так и за виновные действия любого работника, совершенные при исполнении трудовых функций.

Тенденция дальнейшего расширения ответственности юридических лиц проявилась и в действующем ГК РФ. Статья 1068, как и ранее, установила, что юридическое лицо или гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых, служебных, должностных обязанностей, которые составляют условия ее применения: первое из них относится к субъекту действия (работник юридического лица); второе – к характеру действий (при исполнении своих трудовых, служебных, должностных обязанностей). Расширение ответственности юридического лица по сравнению с ранее действовавшим законодательством состоит в ином определении понятия «работник». Законодатель отошел от его традиционного содержания. В соответствии со ст. 1068 ГК РФ для целей деликтной ответственности работником признается не только тот, кто выполняет работу на основании трудового договора (контракта), но и те граждане, которые выполняют работу по гражданско-правовому договору – при условии, что при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица (или гражданина) и под его контролем за безопасным ведением работ. Следует отметить, что соответствующая новелла внесена в законодательство исключительно в интересах потерпевших. Юридические лица и в особенности те, которые осуществляют свою деятельность в сфере малого бизнеса, а также индивидуальные предприниматели, как правило, не создают устойчивых коллективов работников, а для осуществления своей предпринимательской деятельности чаще заключают гражданско-правовые договоры на выполнение отдельных работ.

И, наконец, учитывая, что коммерческие юридические лица, основанные на праве частной собственности, – это корпоративные организации, многие из которых осуществляют свою деятельность через своих участников (членов) без заключения с ними трудовых договоров (речь идет о полных и коммандитных товариществах, а также производственных кооперативах), ГК РФ специально подчеркнул, что хозяйственные товарищества и производственные кооперативы возмещают вред, причиненный их участниками (членами) при осуществлении последними предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива.

Поскольку деятельность юридического лица – это деятельность его работников, необходимые элементы правонарушения: противоправность действий, причинная связь и вина причинителя – устанавливаются применительно к действиям конкретного работника (конкретных работников), причинившего вред. Вместе с тем действиями юридического лица признаются не любые действия его работников, а такие, которые они осуществляют в связи с исполнением своих трудовых обязанностей. Нередки случаи, когда непосредственного причинителя (конкретного работника) установить нельзя, поскольку вред явился результатом коллективных действий (например, причинение вреда в результате профессионального заболевания работника, загрязнение окружающей среды деятельностью предприятия и т.п.). В таких случаях юридическое лицо выступает как единый причинитель, и необходимые элементы правонарушения устанавливаются применительно к такой коллективной деятельности.[44]

Регулирование последствий причинения вреда государственными органами и их должностными лицами в истории своего развития прошло ряд этапов, каждый из которых отличался созданием более широких гарантий охраны прав граждан и юридических лиц. В ГК 1922 г. было установлено, что вред, причиненный должностными лицами учреждений при исполнении ими служебных обязанностей, возмещается лишь в случаях, если это специально предусмотрено законодательством. Поскольку специальное законодательство было представлено одним союзным законом (Кодекс торгового мореплавания установил ответственность морского порта за аварии, возникшие по вине государственных морских лоцманов) и двумя российскими нормативными актами в весьма узкой сфере отношений, причиненный должностными лицами учреждений вред практически не возмещался.

Основы 1961 г. и ГК 1964 г. изменили существующее положение и установили различный правовой режим ответственности за вред, причиненный должностными лицами государственных учреждений, в зависимости от того, в какой сфере их деятельности был причинен вред: в сфере административного управления или судебно-прокурорской деятельности.

Применительно к причинению вреда действиями должностных лиц в сфере административного управления был установлен совершенно иной по сравнению с ГК 1922 г. принцип: вред, причиненный гражданину неправильными служебными действиями должностных лиц в сфере административного управления, подлежал возмещению соответствующим учреждением на общих основаниях, если иное не было установлено законом. Для ответственности за вред, причиненный юридическим лицам, сохранялся прежний порядок: такая ответственность могла наступить лишь в порядке, установленном законом. Сам ГК такой ответственности не предусматривал.

За вред, причиненный должностными лицами органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, ответственность могла наступить лишь в случаях и пределах, специально предусмотренных законом. На протяжении двадцати лет такого закона не было, и возмещение вреда в рамках гражданского законодательства не осуществлялось. И лишь 18 мая 1981 г. Президиумом Верховного Совета СССР был принят Указ «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей».[45] Этим же Указом было утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.[46] Указом в общем виде было определено, кто, в каких случаях и при каких условиях возмещает вред. В этом Указе содержалась принципиально новая норма, согласно которой за вред, причиненный гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, ответственность возлагалась на государство. В Положении устанавливался объем подлежащего возмещению ущерба, источники и порядок возмещения и т.п. Нормы Указа и Положения были детализированы в Инструкции по применению Положения от 2 марта 1982 г.

В соответствии с Указом были внесены изменения в Основы 1961 г. и ГК 1964 г.

Особенностью этого этапа развития законодательства можно считать то, что в сферу субъектов ответственности было включено государство, на которое возлагалась обязанность по возмещению вреда вне зависимости от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, незаконными действиями которых такой вред был причинен. К тому же не допускалась и регрессная ответственность непосредственных причинителей.

Действующий ГК РФ применительно к ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами, также сохранил два режима в зависимости от того, в какой сфере деятельности причиняется вред: в сфере административного управления или в сфере судебно-прокурорской деятельности. Вместе с тем режим ответственности за вред, причиненный в сфере административного управления, существенно изменился - это касается, во-первых, субъекта ответственности (государство и муниципальные образования принимают на себя ответственность за вред, причиненный их органами и должностными лицами в сфере административного управления) и, во-вторых, круга лиц, имеющих право на возмещение вреда (в их число помимо граждан включены юридические лица).

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный не только гражданину, но также и юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Федерации или казны муниципального образования. При этом речь идет как о незаконных действиях (бездействии), так и об издании актов, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Поскольку нормы, регулирующие ответственность за вред, причиненный незаконными действиями государственных и муниципальных органов и их должностных лиц, устанавливают иной состав ответственных лиц и источник, за счет которого осуществляется возмещение вреда, важно определить границы применения такого специального режима.

Если по ГК 1964 г. основополагающим условием для применения норм об ответственности за вред, причиненный государственными и общественными организациями и их должностными лицами, достаточным было совершение действий в области административного управления, то новый ГК РФ выдвинул еще одно условие, касающееся субъектного состава обязательства. Причинителем в таких обязательствах могут являться только государственные органы и их должностные лица. Под государственными органами в данном случае следует понимать органы государственной власти, названные в ст. 10 Конституции РФ (имеются в виду органы законодательной, исполнительной и судебной власти Российской Федерации и субъектов Федерации), а также представительные и исполнительные органы местного самоуправления (ст. 12 Конституции РФ).

Легальное понятие должностного лица, которое может быть использовано применительно к гражданско-правовой ответственности, содержится в уголовном законодательстве. В УК оно дано в примечании 1 к ст. 285: «Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации».

Поскольку во многих действующих законах в качестве ответчиков за вред, причиненный государственными органами и органами местного самоуправления, назван сам орган, в постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 даны по этому вопросу соответствующие разъяснения.

В п. 12 постановления предусмотрено: «...Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующий финансовый или иной управомоченный орган. При удовлетворении иска взыскание денежных сумм производится за счет средств соответствующего бюджета, а при отсутствии денежных средств – за счет иного имущества, составляющего соответствующую казну».

Норма, содержащаяся в ст. 1069, изменив субъектный состав в обязательстве, возникающем вследствие причинения вреда действиями в сфере административного управления, не затронула оснований ответственности: она наступает при незаконности действий и вине причинителя.

Такой вывод основывается на двух обстоятельствах: во-первых, сама ст. 1069 не содержит отсылки к специальным основаниям ответственности и, во-вторых, п. 2 ст. 1070, отсылая к ст. 1069, упоминает о вине должностных лиц, причинивших вред.

Ответственность за вред, причиненный государственными органами и органами местного самоуправления вне сферы административного управления, наступает по общим правилам. Например, если автомобилем, находящимся на балансе органа милиции, совершен наезд на пешехода, который в результате этого погиб, ответственность за вред перед иждивенцами такого потерпевшего будет возложена на сам орган милиции. Вместе с тем в соответствии с общими правилами (ст. 120 ГК РФ), если принадлежащих органу милиции собственных средств окажется недостаточно для возмещения причиненного вреда, к субсидиарной (дополнительной) ответственности будет привлечена Российская Федерация (субъект Федерации или муниципальное образование), на бюджете которой находится соответствующий государственный орган.

В случаях причинения вреда действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, выразившимися в незаконном осуждении или незаконном привлечении к уголовной ответственности, незаконном применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконном наложении административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, специальный режим отличается не только субъектом, но и основаниями ответственности: вред возмещается в полном объеме за счет казны Российской Федерации (в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или муниципального образования) вне зависимости от вины должностных лиц правоохранительных органов.

В ГК РФ определено, что вред возмещается в установленном законом порядке.

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью граждан". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 845

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>