Дипломная работа на тему "Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ"

ГлавнаяГосударство и право → Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ":


Министерство внутренних дел Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение

Тюменский юридический институт

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

Тема:

Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ

Тюмень 200 _ г.


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ МОШЕННИЧЕСТВА

§1. История развития уголовного законодательства о мошенничестве

§2. Объект и предмет мош енничества

§3. Виды мош енничества

ГЛАВА 2. ФОРМЫ МОШЕННИЧЕСТВА

§1. Обман как способ совершения мош енничества

§2. Злоупотребление доверием как способ совершения мош енничества

§3. Иные признаки мош енничества

ГЛАВА 3. ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ МОШЕННИЧЕСТВА И ОТГРАНИЧЕНИЕ МОШЕННИЧЕСТВА ОТ СМЕЖНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Актуальный банк готовых оригинальных дипломных работ предлагает вам приобрести любые работы по желаемой вами теме. Оригинальное написание дипломных проектов под заказ в Туле и в других городах России.

§1. Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки мош енничества

§2. Отличие мош енничества от иных преступлений

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

С ликвидацией административно-командной системы и переходом к рынку с многообразием форм собственности и свободой предпринимательства изменяется и криминогенная ситуация в стране: ослабляются одни криминогенные факторы, усиливаются и создаются новые. Фактически идет преобразование преступности.

Опыт развитых рыночных стран показывает, что экономическая преступность в целом не снижается. Так, по данным МВД РФ в 2007 году на территории России всего зарегистрировано 3 млн. 582,5 тыс. преступлений, из них более половины (53,2 %) составляют хищения чужого имущества[1]. Причем этот показатель почти стабилен на протяжении ряда последних лет. Поэтому бытующее мнение о том, что в связи с переходом к рыночной экономике преступность в сфере финансово-хозяйственной деятельности со временем исчезнет, является не более чем иллюзией. Показательны данные статистики и по Тюменской области. Так, в 2002 году в Тюменской области было зарегистрировано 19694 преступления против собственности, в 2003 году – 26103, в 2004 году – 30725, в 2005 году – 38789, в 2006 году – 41508[2]. Среди экономических преступлений, видоизменившихся в современных условиях, большое место принадлежит мошенничеству. Так, по данным МВД РФ только за январь-февраль 2007 года зарегистрировано 12775 случаев мош енничества[3]. В г. Тюмени в период с 2002г. по 2007г. количество мошенничеств увеличилось на 82, 6%. При этом уличных мошенничеств увеличилось в 2, 5 раза. В структуре преступности по г. Тюмени они составляют 3, 1%.

Рост количества мошеннических посягательств и появление новых видов мош енничества являются ведущими факторами, привлекающими внимание ученых и практиков к феномену мош енничества в плане уголовно-правового и криминологического исследования. Конечно, и сейчас существуют мошенники, наживающиеся на обманном размене денег или валюты, на использовании «куклы» и т. д. Все эти виды мош енничества существуют и, по-видимому, будут существовать еще долгое время. Однако рынок создал и, главное, сделал возможным появление новых видов мошеннического обмана. Это банковское мошенничество (хищение путем обманного получения кредита, хищение с помощью поддельного авизо и т. д.), компьютерное мошенничество, страховое мошенничество, мошенничество при сделках с недвижимостью, в малом бизнесе и многое другое.

В юридической литературе имеется ряд исследований, посвященных мошенничеству и отграничению его от других составов преступлений[4]. Однако, в жизни общества произошли за последние годы значительные изменения, которые как уже сказано, повлекли возникновение новых видов мош енничества в условиях становления рыночной экономики. Кроме того, актуальность исследуемой темы заключается в том, что в 1996 году в России был принят новый Уголовный кодекс, который внес существенные изменения в уголовное законодательство России, происходившие еще в период действия УК РСФСР 1960 г., которые связаны с указанными изменениями. Кроме того, 27 декабря 2007 года было принято Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»[5]. Этот факт также требует научно-конструктивного осмысления.

Ответственность за мошенничество по новому УК РФ установлена в ст. 159. И хотя существенных изменений определение мош енничества не претерпело, дальнейшая конкретизация уголовного законодательства, направленная на его совершенствование, не снята в связи с принятием УК РФ. Также следует отметить, что после принятия нового Уголовного кодекса РФ, хотя и имеется значительное количество научных публикаций об ответственности за преступления против собственности, в том числе и за мошенничество[6], авторы рассматривают ст. 159 УК РФ в аспекте отдельной формы хищения и анализируют ее проявление в различных сферах экономической деятельности. При этом отдельного комплексного исследования, посвященного данной теме, не проводилось. Сказанное определяет актуальность избранной темы.

Цель настоящей работы состоит в комплексном исследовании теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по новому УК РФ.

В рамках достижения указанной цели были поставлены следующие задачи:

-  чтобы лучше понять природу и сущность мош енничества рассмотреть историю развития уголовного законодательства о мошенничестве;

-  дать научно-обоснованный анализ характерных признаков мош енничества по УК 1996 года;

-  изучить и обобщить практику уголовно-правовой борьбы с мошенническими хищениями в г. Тюмени, Тюменской области и по стране в целом;

-  провести отграничение этого преступления от смежных составов преступления;

-  рассмотреть особенности квалификации этого преступления, выявить наиболее часто встречающиеся ошибки, связанные с применением закона по данной категории дел.

Структура работы обусловлена целями и задачами исследования и включает в себя следующие структурные элементы: введение, основную часть, объединившую три главы и семь параграфов, заключение, а также список использованной литературы.

Глава 1. ПОНЯТИЕ МОШЕННИЧЕСТВА

§1. История развития уголовного законодательства о мошенничестве

Обман как способ завладения чужим имуществом был известен еще законодателям Древнего Рима. Римские юристы давали четкое определение мош енничества, как, впрочем, и других преступлений, и дифференцировали его на определенные виды. Они относили мошенничество к числу тяжких деяний, и поэтому уже со времен императора Адриана (76-138 гг.) лиц, использовавших обман в корыстных целях, подвергали жестокому наказанию. Их ссылали на дальние острова, где они были обречены на голодную смерть.

В русском государстве ни «Русская правда», ни «Псковская Судная грамота», ни другие древнейшие памятники законодательства не говорят о мошенничестве. Первое упоминание о нем содержится в Судебнике Ивана Грозного: «А мошеннику та же казнь, что и татю» (вору)[7].

Впоследствии наказание за обман предусматривалось Судебником царя Федора Иоанновича, принятым в 1589 г. (ст. 112). Однако понятие обмана как вида преступления не давалось, поскольку в тех социально-экономических условиях мошенничество не сформировалось в самостоятельное и опасное деяние. По мнению русских правоведов, это было связано со слабыми производственными отношениями в обществе, крайней экономической отсталостью государства.

Судя по литературным источникам, мошенничество на Руси появилось в конце XVI – начале XVII в., т. е. намного позднее, чем в странах Западной Европы, где, как известно, капиталистические отношения стали зарождаться на заре XIII-XIV вв.

Появление и распространение мош енничества в России связывается с развитием торговых отношений, укреплением внутренних и международных рынков. Первоначально, как отмечают исследователи, обман преобладал именно в сфере торговли, где им занимались купцы. К типичным формам торгового мош енничества относился обман в качестве и количестве товаров. Например, под видом одних товаров продавались другие. Обогащались купцы и за счет различных махинаций, связанных с недовложением тех или иных вещей в стандартные упаковки.

В дальнейшем мошенничество распространяется и в других социальных сферах. Несомненно, при этом изменяются формы и способы обмана. В частности, получают распространение различные подлоги платежных, финансовых документов, с помощью которых те или иные лица завладели чужим имуществом.

Специфика обмана, объекты и предметы посягательства сделали мошенничество прерогативой имущего сословия. И это вполне естественно, поскольку мошенничество требовало определенных знаний, навыков, образования, профессии и социального статуса. Гнет же и нищета масс порождали другие преступления – кражи, грабежи, разбойные нападения.

Говоря о мошенничестве, нельзя не заметить, что как в законодательстве России разных периодов, так и в правосознании народа понятие мош енничества не было одинаковым. Этим термином обозначались и другие преступления, подобно тому, как в «Русской правде» родовым названием всех правонарушений была «обида».

В Соборном Уложении 1649 г. дается особое предписание в отношении мошенников, которое требует применять к ним положения, установленные за первую татьбу. Однако понятия мош енничества Уложение 1649 года не дает, как и не раскрывает его признаков. В литературе отмечается, что ловкая кража, главным образом карманная, в народных и юридических воззрениях XVIII века отмечалась именем мош енничества»[8]. Так, например, Указом 1781 года впервые разъяснено, что к мошенничеству нужно относить: а) карманную кражу, б) внезапное похищение чужого имущества, рассчитанное на ловкость, быстроту действий виновного; в) завладение имущества путем обмана[9]. При этом мошенничество связывалось с открытым воровством. Первые два вида назывались «воровством-мошенничеством». Однако аналогичное понятие, как свидетельствуют правовые источники, существовало еще задолго до Указа.

Начиная от Судебника Ивана Грозного и до утверждения Уложения о наказаниях 1866 г. законодатель говорил о мошенничестве не один раз, однако в самостоятельный состав посягательства так его и не выделил. Даже в Уложении о наказаниях – этом унифицированном сборнике уголовных законов Российской империи - в разделе об имущественных преступлениях насчитывалось до десятка статей, предусматривающих ответственность за различные способы и виды обмана, но не упоминающих термин «мошенничество». Хотя уже тогда некоторые юристы высказывались о необходимости соединения всех указанных норм в единый состав преступления – мошенничество. В Уложении о наказаниях 1885 года признаки мош енничества получили более широкий смысл: «… всякое, посредством какого либо обмана учиненное, похищение чужих вещей, денег или иного движимого имущества». Использование обмана с целью завладения не самим имуществом, а правом на недвижимое имущество не охватывалось понятиями мош енничества и похищения в целом, но признавалось самостоятельным видом преступления против собственности, связанным с ее присвоением или растратой[10].

Вместе с тем как в теории уголовного права, так и в судебной практике понятие мош енничества к этому времени в основном сложилось. Мошенничеством признавались умышленные действия лица с целью похищения чужого имущества посредством обмана, под которым понимались ложь, лживые поступки и сведения, искажение истины с намерением обморочить кого-то[11]. Более четкое определение получили и способы обмана. Например, «обман в лице» – это когда тот или иной субъект при совершении преступных действий выдает себя за другого человека. Или «обман в предмете», когда мошенник под видом одних вещей продает совершенно иные (бронзовое или медное колье вместо золотого). Таким образом, название понятия мош енничества окончательно сложилось в русском уголовном праве с утверждением капиталистического способа производства, пришедшего к широкому распространению различного рода обманов в торговле, в межличностных отношениях и других сферах жизни буржуазного общества.

Следует отметить, что наказание за мошенничество было достаточно суровым (каторжные работы, ссылка в Сибирь, лишение всех «особенных, лично и по стоянию присвоенных прав»). Данное обстоятельство было связано с тем, что мошенничество посягало на незыблемость частной собственности господствующего класса. Однако, несмотря на строгость наказания, традиционные в России топор и кистень заменялись, как отмечал И. Фойницкий, орудиями более тонкими – обманом, хитростью, тайным изъятием чужого имущества[12]. Это, в свою очередь, привело к появлению новой устойчивой категории профессиональных уголовников, весьма быстро нашедших признание в преступном мире России.

Уголовное Уложение 1903 года, хотя и установило немало нововведений, в отношении мош енничества сохранило признаки и уголовно-правовую оценку.

После революции 1917 года, в переходный период не наблюдалось в сравнении с дореволюционной Россией каких-либо существенных изменений в качественной характеристике мошеннических проявлений, что вполне объяснимо. Новое общество унаследовало от старого не только разруху и бесхозяйственность, но и тысячи рецидивистов-уголовников.

С первых дней существования Советского государства, как отмечается в литературе, имущественные преступления обладали наиболее высоким удельным весом в структуре преступности. Так, во втором полугодии 1918 года дела о мошенничестве, обмане, растратах составили 7,8% всех дел, рассмотренных в народных судах г. Москвы. В 1925 г. удельный вес осужденных за мош енничества, среди лиц, осужденных за совершение имущественных преступления, составлял 5,7%[13].

По-прежнему распространенным способом мош енничества являлось использование денежных и вещевых кукол. При помощи такого обмана совершалось каждое пятое преступление. Каждое четвертое было связано с карточным обыгрыванием. Более одной трети посягательств осуществлялось с применением фальшивых драгоценностей и украшений. Причем стары способы обмана дополнялись новыми. Тогда, например, появилось мошенничество под названием «лучинушка», которое было, не чем иным, как разновидность игрового обмана. Игра заключалась в отгадывании количества спичек в коробке: «чет» или «нечет». С помощью ловких жульнических приемов мошенники всегда регулировали нужное им количество спичек. И хотя, обман так и лез в глаза», это совсем безобидное и простое с виду мошенничество причиняло существенный материальный ущерб приезжающим в город крестьянам.

Но особенно больших, угрожающих размеров приняло в те годы «нэповское» мошенничество, связанное с организацией частного производства и торговли. Оно создало специфические формы обмана и типы дельцов, обративших его в единственный источник своего существования. Нэповское мошенничество заключалось в продаже несуществующих товаров («воздуха»), организации различных фиктивных фирм. Часть мошенников предпочитала «работать» под видом ревизоров и сотрудников налоговых ведомств.

Нэповское мошенничество создавало неразбериху в торговле, порождало массу иных преступлений и ставило под угрозу неприкосновенность государственной и общественной собственности. Причем, с одной стороны, в роли мошенников-дельцов выступали сами нэпманы, а с другой, они являлись жертвами профессиональных уголовников, быстро понявших выгодность своей «специальности» в условиях частной торговли. Масштабы и формы этого преступления настолько были велики и неординарны, что нашли свое отражение даже в художественной литературе. Здесь можно вспомнить Ильфа и Петрова с их классическим образом Остапа Бендера. Таковы некоторые криминологические особенности рассматриваемого деяния в переходный период.

Надо сказать, что распространению мош енничества в значительной мере способствовало и отсутствие целенаправленной борьбы с ним. Силы правоохранительных органов часто отвлекались на решение других задач: борьбу с контрреволюцией, анархией, бандитизмом, разбоями и другими посягательствами на безопасность государства.

В 1922 г. был принят первый Уголовный кодекс Российской Федерации. В нем мошенничество определялось как получение с корыстной целью имущества или права на имущество посредством злоупотребления доверием или обмана (ст. 187). В специальном примечании к статье разъяснялось, что под обманом следует понимать как сообщение ложных сведений, так и заведомое сокрытие обстоятельств, сообщение о которых было обязательно[14]. В УК предусматривалась ответственность за мошенничество, посягающее как на государственную, общественную, так и на личную собственность граждан. При этом в самостоятельной статье предусматривалась ответственность за мошенничество, имевшем своим последствием убыток, причиненный государственному или общественному учреждению (ст. 188).

Однако эффективность борьбы с мошенничеством была недостаточно высокой из-за мягкости наказания, не соответствующего степени общественной опасности преступления (6 месяцев и 1 год лишения свободы). Эти и другие обстоятельства были учтены при дальнейшем совершенствовании уголовного законодательства. Так, в УК РСФСР 1926 г. мошенничество (ст. 169) определялось как злоупотребление доверием или обман в целях получения имущества или права на имущество, или иных личных выгод.

Как видим, добавление слов «иные личные выгоды» значительно расширило применение закона в борьбе с мошенничеством. Причем в отличие от УК 1922 г. новый кодекс относил мошенничество против личной собственности к так называемому в уголовном праве усеченному составу преступления. Преступление считалось оконченным (а не покушением) с момента совершения обманных действий, при которых преступник не успел завладеть имуществом. Что касается мош енничества против государственной или общественной собственности, то здесь окончанием преступления признавалось время перехода имущества в пользование мошенника.

После этого был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества», который внес существенные изменения в действовавшее законодательство. Согласно этому Указу получение иных имущественных выгод, хотя и имущественного характера, но не сопровождавшееся преступным завладением социалистическим имуществом перестали рассматривать как хищение, а в зависимости от конкретных обстоятельств дела стали квалифицировать по другим статьям УК[15].

Следующим этапом в истории уголовной ответственности за мошенничество является УК РСФСР 1960 г., наиболее существенной особенностью которого является то, что он долгое время различал посягательства на социалистическое (государственное, общественное) и личное имущество граждан.

Такой подход не был случайным, ибо в основе его лежала идея необходимости обеспечить повышенную охрану социалистической собственности, что нашло свое отражение и в конструировании пределов уголовно-правовых санкций. Соответственно ответственность за мошенничество предусматривалось в двух самостоятельных нормах ст. 93 (хищение государственного или общественного имущества путем мош енничества) и 147 (мошенничество. Помимо этого ст. 93-1 (хищение государственного или общественного имущества в особо крупных размерах) и ст. 96 (мелкое хищение государственного или общественного имущества предусматривали одним из способов их совершения – мошенничество.

Ст. 93 УК РСФСР под мошенничеством понимала завладение государственным или общественным имуществом путем обмана или злоупотребления доверием, а ст. 147 – как завладение личным имуществом граждан или приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Их отличие как видим, заключалось в том, что ст. 93 не предусматривала ответственность за приобретение права на имущество.

Такое положение просуществовало до 1 июля 1994 г., когда Федеральный закон РФ «О внесении изменения и дополнения в УК РСФСР и УПК РСФСР исключил из уголовного кодекса главу вторую и соответственно все нормы о преступлениях против собственности, не зависимо от ее форм были объединены в главе пятой с присвоением ей нового наименования «Преступления против собственности». Мошенничество в новой редакции ст. 147 определялось как «завладение чужим имуществом или приобретение права на имущество путем обмана либо злоупотребления доверием». В этой редакции оно просуществовало до принятия нового уголовного кодекса.

В новом УК РФ 1996 г. понятие мош енничества дано в ч. 1 ст. 159 УК РФ и оно определяется как «хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием». То есть, мы видим, это определение мало чем отличается от определения, данного в ч. 1 ст. 147 УК РСФСР 1960 г. в редакции после 1 июля 1994 г. Однако как справедливо отмечается в литературе в ст. 147 УК РСФСР отсутствовал термин «хищение», следовательно, основное отличие этих норм состоит в терминологических словосочетаниях, соответственно «хищение чужого имущества» и «завладение чужим имуществом»[16].

Представляется, что слова «хищение» и «завладение» неравнозначны, ибо термин «завладение» не всегда может являться «хищением» в прямом смысле этого слова. Так, например, можно «завладеть» чужим имуществом на определенное короткое время, не имея умысла и намерений похитить такое имущество (одолжить вещь у приятеля на время). Поэтому, учитывая такое различие словосочетаний, законодатель счел необходимым подчеркнуть, что мошенничество - это «хищение», а не «завладение». Такая правовая конструкция уголовно-правовой нормы оправдана и с точки зрения юридической техники, поскольку сужается сфера, круг лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за «хищение», а не за «завладение» чужим имуществом.

Также такое определение учитывает и такое обстоятельство, что приобретение права на имущество не является хищением и разделило эти разновидности мош енничества, чего не было ни в определении мош енничества в ч. ч. 1-х ст. 93 и 147 УК РСФСР в редакции до 1 июля 1994 г., ни в ч. 1 ст. 147 УК РСФСР в редакции после 1994 года.

В диспозиции ст. 93 УК РСФСР 1960 г. вообще не было включено «приобретение права на имущество», а норма именовалась «хищение государственного или общественного имущества, совершенное путем мош енничества». В диспозиции ст. 147 УК РСФСР в редакции после 1 июля 1994 г. «приобретение права на имущество» уже было указано, но не было проведено разграничение этого вида мош енничества с хищением. Поэтому, как отмечает Л. Д. Гаухман, диспозиция ч. 1 ст. 147 УК РСФСР находилась в противоречии с определением хищения, содержавшимся в ч. 1 примечания к ст. 144 УК[17].Таким образом, новый УК РФ выделяет две разновидности мош енничества: хищение чужого имущества и приобретение права на чужое имущество.

Таковы в общих чертах основные, исторически обусловленные количественные и качественные стороны рассматриваемого преступления. Они свидетельствуют о его общественной опасности и о том, что мошенничество своими корнями уходит в прошлые антагонистические формации. Знание этого поможет глубже разобраться в правовой и социальной сущности данного посягательства, которое мы рассмотрим в последующих параграфах и главах с позиций ныне действующего уголовного законодательства.

§2. Объект и предмет мош енничества

Для уяснения сущности преступления, в том числе мош енничества, важнейшее значение имеет правильное установление объекта этого преступления. Общепринятой точкой зрения является та, что родовым объектом рассматриваемых преступлений являются отношения собственности, независимо от ее форм[18]. Признание родовым объектом преступлений против собственности именно общественных отношений собственности, а не права собственности и не правоотношений собственности, обосновывается тем, что общественные отношения первичны и нарушаются преступлениями, в конечном счете, тогда как указанные право и правоотношения – вторичны и нарушаются как бы «попутно»[19].

Эта точка зрения поддерживается большинством авторов. Так, Г. А. Кригер подчеркивает, что объектом посягательства при хищении является собственность, а не имущество как таковое[20]. Аналогично определял объект преступления против личной собственности В. А. Владимиров, который писал: «Непосредственным объектом этих преступлений следует, по нашему мнению, признать отношения личной собственности в узком смысле или статику собственности, результат процесса присвоения, находящий свое материальное выражение в экономических отношениях владения, пользования и распоряжения материальными благами (имуществом) в интересах индивидуального потребления»[21]. Поэтому нельзя согласиться с мнением, высказанным в юридической литературе, что объектом преступлений против собственности является совокупность вещей или имущественное достояние[22].

Как справедливо отмечает Г. А. Кригер, «признание непосредственным объектом хищения отдельных вещей или имущества противоречит самому понятию объекта, способно лишь запутать вопрос об объекте преступления и привести к неправильному представлению о сущности хищения государственного и общественного имущества как посягательства на социалистическую собственность»[23]. Поскольку при хищении вещь сама по себе не терпит никакого ущерба, в то время как под объектом понимается то, чему причиняется ущерб. Также признавая имущество непосредственным объектом хищения, мы не сможем отграничить по объективным признакам это преступление от ряда других, также причиняющих вред имуществу (например, терроризм, хулиганство, диверсия, злоупотребление должностными полномочиями и др.).

Другая точка зрения, согласно которой объектом посягательства при хищении является право социалистической собственности, также нуждается в рассмотрении[24]. Это связано с тем, что в юридической литературе принято разграничивать собственность как экономическую категорию и собственность как юридическую категорию, как право собственности.

Собственность как экономическая категория – это исторически обусловленная форма присвоения материальных благ, в которой выражены общественные отношения между людьми в процессе производства, обмена и распределения этих благ. Внешним выражением производственных отношений является право собственности. Право собственности всегда предполагает наличие у собственника имущества как вещественного содержания отношений собственности. Оно наделяет собственника правомочиями владения, пользования и распоряжения имуществом в пределах, установленных законом.

Как подчеркивает П. С. Матышевский, «собственность – это сложное общественное отношение, которое включает не только экономические отношения между людьми по поводу присвоения материальных благ, но и правовые отношения, регулирующие поведение людей в этой сфере»[25]. Действительно преступления против собственности посягают не на фактическое общественное отношение, а лишь на его элемент – на право собственности. Однако, давая характеристику объекта посягательства при хищении, нельзя ограничиться лишь указаниями на право собственности как юридическую категорию, а следует раскрыть экономическое содержание отношений собственности, которым причиняется ущерб при хищениях[26]. Поскольку, посягая на определенный элемент общественного отношения, преступник посягает тем самым и на само отношение[27]. Как справедливо отмечается в литературе, только анализ собственности как экономической категории и выяснение того вреда, который причиняется хищениями, дает возможность выявить сущность общественной опасности этих преступлений[28].

Рассмотренная трактовка понимания объекта хищения представлена с узкой точки зрения. Также в литературе встречается и расширенное понимание объекта хищения. Эта точка зрения включает в объект хищения помимо отношений собственности и существующую систему распределения материальных благ[29]. Л. Д. Гаухман и С. В. Максимов считают, что «обязательным признаком отношений собственности как объекта всякого хищения является порядок распределения материальных благ в государстве, установленный и регламентированный законодательством»[30]. Они считают, что объектом хищения являются общественные отношения собственности, связанные с порядком распределения материальных благ в государстве.

Такое разнообразие взглядов на содержание объекта хищения объясняется различным толкованием отношений собственности. В соответствии с гражданским кодексом РФ собственность – это юридическая категория, правоотношение, возникающее между собственником имущества и всеми остальными членами общества (не собственниками) по поводу владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Именно право владения, пользования и распоряжения составляет суть отношений собственности как непосредственного объекта уголовно-правовой охраны.

В такой разновидности мош енничества, как хищение, предмет полностью соответствует предмету любого хищения. Предметом хищения является чужое имущество[31]. Ему присуща совокупность признаков, характеризующих его с социальной, экономической, физической и правовой сторон[32]. С социальной стороны, признак, характеризующий предмет хищения, выражается в том, что имуществом являются лишь вещи, в создание которых вложен общественно необходимый труд человека, обособливающий вещь из природного состояния[33].

И. С. Тишкевич подчеркивает, что «предметом посягательства при хищении являются материальные ценности, принадлежащие какой-либо социалистической организации и находящиеся в ее фондах или подлежащие включению в них»[34].

Поэтому не могут быть предметом хищения природные богатства, не ставшие чьим-то имуществом. При самовольной вырубке дикорастущего леса, незаконной охоте, незаконной добыче видных животных и растений и других нарушениях правил использования – природных богатств отсутствует этот признак. Соответствующим предметом хищения могут быть природные объекты, уже извлеченные из естественного состояния, а также специально выращиваемые растения и животные, являющиеся продуктом незавершенного цикла товарного производства.

Таким образом, как справедливо отмечают В. А. Владимиров и Ю. Н. Ляпунов, «для того, чтобы предмет преступления мог быть признан имуществом (товаром), он должен, во-первых, овеществлять в себе известное количество общественно необходимого труда и, во-вторых, именно им быть «вырванным», «отделенным», т. е. в той или иной форме обособленным и выделенным из природной среды материальным объектом»[35]. Эта точка зрения находит подтверждение и в судебной практике. Так согласно п. 18 Постановления № 14 Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения» от 5 ноября 1998 года[36]. Так, действия Г. П. и др., выразившиеся в вылове из зимовалых прудов рыбосовхоза «Красная слобода» 170 кг рыбы правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 15 и ч. 2 ст. 87 УК РСФСР как покушение на кражу социалистического имущества, так как в данном случае эта рыба специально выращивалась в пруду[37].

С экономической стороны, имуществу как предмету хищения свойственны два признака: 1) наличие материальной ценности и 2) определенная стоимость[38]. Суть первого признака состоит в том, что имуществом являются товарно-материальные и иные ценности, имеющие стоимость и ее денежное выражение – цену. Стоимость выражает объективную ценность вещи, ее общественную полезность. Имущество, утратившее в силу тех или иных причин материальную ценность, не может быть предметом хищения в случае завладения им каким-либо лицом. Вторым признаком, характеризующим имущество как предмет хищения с экономической стороны, является его определенная стоимость. В зависимости от стоимости имущества хищение подразделяется на виды. В частности, при стоимости похищенного имущества, не превышающей тысячи рублей, хищение чужого имущества путем кражи, мош енничества, присвоения, растраты или признается мелким и является не преступлением, а административным правонарушением, ответственность за которое предусмотрена статьей 7.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях[39]. Также действующим законодательством выделяется ответственность за хищение с причинением значительного ущерба гражданину. Когда же стоимость имущества составляет 250.000 рублей, то хищение квалифицируется как совершенное в крупном размере (например, по п. «б» ч.2. 159 УК РФ 1996 г.). УК РФ предусматривает также особо крупный размер последствий хищения. Характеристика данных видов будет рассмотрена в следующих параграфах работы. Следует отметить, что при квалификации хищения учитывается стоимость только похищенного имущества, являющегося решающим критерием деления хищения на виды[40].

По своим физическим признакам имущество характеризуется тем, что оно воплощено в материальных, вещественных телах, различных предметах объективного характера, которые могут находиться в любом физическом состоянии, быть неодушевленными или одушевленными, иметь самостоятельное значение или играть роль принадлежности др., главной вещи и т. д.[41]

С физической стороны имущество как предмет хищения может быть как движимым, так и недвижимым. На основании п. 1 ст. 130 ГК РФ «к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, т. е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество». В соответствии с п. 2 этой статьи «вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом».

Движимое имущество, определяемое в теории уголовного права как «имущество, которое по своей физической природе поддается изъятию»[42], всегда признавалось предметом хищения. Причем до относительно недавнего времени оговаривалось, что только оно может быть предметом хищения и, следовательно, недвижимое имущество таким предметом являться не может[43]. Понятие имущества в гражданско-правовом значении вытекает из содержания нормы, предусмотренной ст. 128 ГК РФ, в соответствии, с которой, имущество может быть разнообразным и представляет собой, в частности, вещи, включая деньги и ценные бумаги, а также имущественные права. Это усматривается из содержания диспозиции ч. 1 ст. 159 УК, в которой установлена ответственность, с одной стороны, за хищение чужого имущества и, с другой – за приобретение права на чужое имуществ. Под имуществом как предметом хищения в уголовно-правовом значении понимаются вещи, деньги, документы, предоставляющие право на имущество, обладание которыми равносильно обладанию имуществом (например, облигации государственных займов)[44]. При признании таких документов имуществом, необходимо исходить из их экономико-правовой природы. Общепринятой точкой зрения считается, что имуществом являются документы, в частности, ценные бумаги, которые обладают эквивалентно-обменными свойствами[45]. Иными словами, это такие документы, которые могут непосредственно обмениваться на деньги по номиналу или в иной пропорции (например, облигации, на которые пал выигрыш); либо на материальные предметы или имущественные блага по их стоимости при условии, что такого рода обменные операции имеет право производить любое неперсонифицированное лицо[46].

Следует отметить, что хищение ценных бумаг на предъявителя не образует состава мош енничества, а должно быть квалифицировано как кража чужого имущества. Однако, похищение документов, не выполняющих роли эквивалента материальных ценностей или денежных сумм, но дающих право на получение имущества, с целью последующего незаконного завладения этим имуществом должно рассматриваться как приготовление к его хищению. В таких случаях документ не может приравниваться к имуществу и не выступает предметом хищения, он играет роль средства для завладения вещами, деньгами или иными ценностями[47].

Чужим для виновного является такое имущество, независимо от формы собственности, на которое он не имеет ни действительного, ни предполагаемого права собственности или законного владения. Поскольку действующий уголовный закон не предусматривает дифференциации ответственности за эти преступления в зависимости от формы собственности, определение таковой не может рассматриваться обязательным элементом формулировки обвинения лица, привлеченного к уголовной ответственности[48]. Поэтому нельзя согласиться с точкой зрения Л. Д. Гаухмана, который считает, что чужим для виновного имуществом является, в частности, имущество, находящееся в совместной собственности[49]. Как справедливо отмечает В. А. Владимиров, имущество, составляющее общую совместную собственность, в случае, если один из совладельцев изымает это имущество против воли других совладельцев и распоряжается им по своему усмотрению, также не может рассматриваться как предмет преступного посягательства, ибо оно для такого лица не является чужим[50].

Таким образом, имущество в качестве предмета хищения в наиболее общем и сжатом виде определяется как материальный предмет, созданный общественно необходимым трудом, имеющий материальную ценность и определенную стоимость, представляющий собой движимую или недвижимую вещь и являющийся чужим для виновного. Это определение имущества как предмета хищения позволяет отграничить хищение от других, смежных составов преступлений: по вложению в его создание общественно необходимого труда – от экологических преступлений, по отношению к нему виновного – от самоуправства.

Не могут быть предметом хищения, определенного в ч. 1 примечания к ст. 158 УК РФ, радиоактивные материалы, огнестрельное оружие, комплектующие детали к нему, боевые припасы, взрывчатые вещества, взрывные устройства, наркотические средства, психотропные вещества, документы, штампы, печати, паспорта, личные документы, а также предметы, находящиеся в могиле или на могиле. Хищения названных предметов посягают не на собственность, а на другие объекты.

Вторым предметом мош енничества выступает право на чужое имущество. Право на имущество – это юридическая категория, содержанием которой являются правомочия собственника, знаменитая цивилистическая триада: права владения, пользования и распоряжения[51].

Под правом на имущество в гражданском праве понимаются имущественные права, которые определяются как субъективные права участников правоотношений, связанные с владением пользованием и распоряжением имуществом, а также теми материальными (имущественными) требованиями, которые возникают между участниками экономического оборота по поводу распределения этого имущества и обмена (товарами, услугами, выполняемыми работами, деньгами, ценными бумагами и др.)[52]. В уголовном праве, в частности в соответствии с ч. 1 ст. 159 УК, имущественные права рассматриваются как самостоятельная категория, отличная от такой категории, как имущество. Нетождественность в уголовно-правовом смысле имущества и права на имущество обусловлена тем, что и то и другое в уголовном законе обозначается разными терминами и, следовательно, тому и другому придается различное уголовно-правовое значение.

Право на имущество может быть закреплено в различных документах, например, в завещании, страховом полисе, доверенности на получение тех или иных ценностей, в различных видах ценных бумаг[53]. Имущественные права, удостоверенные именной ценной бумагой, передаются в порядке, установленном для уступки требования (цессии). Права по ордерной, т. е. с указанием лица, которому или по приказу которого должно быть произведено исполнение, передаются путем совершения на этом документе передаточной надписи – индоссамента. Индоссамент, совершаемый на ценной бумаге, переносит все права, удостоверенные ею, на лицо, которому они передаются. Бланковый индоссамент вообще не содержит указания на лицо, которому переданы имущественные права (ст. 146 ГК РФ). Таким образом, под правом на имущество в контексте ст. 159 УК РФ следует понимать субъективные права участников правоотношения, определяющие содержание правомочий собственника, которые могут быть закреплены в различных юридических формах.

Таким образом, мы рассмотрели понятие и признаки объекта и предмета преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ – «Мошенничество».

§3. Виды мош енничества

Как уже отмечалось, действующее законодательство выделяет два вида мош енничества: хищение чужого имущества и приобретение права на чужое имущество. Исходным пунктом в составе мош енничества является определение хищения чужого имущества, содержащееся в ч. 1 примечания к ст. 158 Уголовного кодекса, поскольку все признаки хищения являются и признаками мош енничества[54]. Рассмотрение признаков хищения не входит в предмет настоящего исследования, поэтому ограничимся лишь их перечислением:

В литературе выделяется шесть признаков хищения, один из которых характеризует предмет, четыре – объективную и один – субъективную сторону преступления. Этими признаками, соответственно, являются:

1) чужое имущество;

2) изъятие и (или) обращение в пользу виновного или других лиц;

3) противоправность;

4) безвозмездность;

5) причинение ущерба собственнику или иному владельцу и

6) корыстная цель[55].

Если отсутствует хотя бы один из перечисленных признаков, то исключается возможность признания совершенного деяния хищением. Характеристика первого признака – чужого имущества как предмета хищения и, соответственно, мош енничества дано в §2 настоящей главы. Следующие четыре признака характеризуют объективную сторону преступления, причем первые три характеризуют деяние, а четвертый – последствия.

С нашей точки зрения, изъятие, о котором говорит закон, есть не что иное, как противоправное извлечение, вывод, удаление имущества из владения собственника с одновременным переводом его в фактическое незаконное физическое обладание преступника. Однако для того, чтобы хищение состоялось, необходимо еще обращение этого имущества в пользу виновного или других лиц[56]. Это произойдет тогда, когда виновный установит «господство» над похищенной вещью, поставив себя на место собственника и получив фактическую возможность распорядиться похищенным имуществом или пользоваться им по своему усмотрению.

Противоправность означает, что виновный не имеет ни действительного, ни предполагаемого права на получение похищенного имущества. Действительное право означает основанное на законе, иных нормативных актах право на получение данного имущества. Не имеет значения, оформлено ли оно в установленном законом порядке. Главное, что такое право имеется по существу, а не по форме. Скажем, что лицо считает, что является законным наследником умершего и занимает его квартиру, в действительности же закон его наследником не признает. Самовольное осуществление предполагаемого права следует квалифицировать как самоуправство.

Третий признак – безвозмездность характеризует хищение как изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, без возмещения его эквивалента, то есть как паразитическое обогащение (при отсутствии у виновного намерения осуществить такое возмещение в будущем)[57]. Незаконное, но возмездное изъятие чужого имущества не является хищением, поскольку собственнику или иному владельцу в итоге не причиняется материальный ущерб. Неэквивалентное (частичное) возмещение собственнику стоимости изъятых из его владения вещей не исключает состава хищения чужого имущества, но может повлиять на его размер, вплоть до мелкого хищения, ответственность за которое предусмотрена ст. 7.27 КоАП РФ. Так, когда лицо, самовольно изъявшее чужое имущество, оставляет вместо него соответствующий его стоимости экономический эквивалент, отсутствует и такой признак хищения, как причинение потерпевшему имущественного ущерба. Поэтому подобные случаи при определенных условиях могут образовывать состав самоуправства либо гражданско-правовой деликт, но не хищение.

Четвертый признак объективной стороны представлен последствием, которым является причинение ущерба собственнику или иному владельцу. При хищениях чужого имущества всегда причиняется прямой ущерб. Сумма ущерба определяется рыночной стоимости похищенного имущества. При сомнении производится экспертная оценка. Таким образом, материальный ущерб как преступный результат хищения – это всегда реальный (положительный) имущественный ущерб, состоящий в уменьшении наличного имущества потерпевшего, в имущественной потере с его стороны, сопровождающийся, как правило, неправомерным увеличением личного имущества виновного за счет приобщения к нему похищенных ценностей. Изъятие же имущества, не причинившее собственнику или законному владельцу материального ущерба, не должно квалифицироваться как хищение.

Субъективным признаком хищения является корыстная цель, суть которой состоит в том, что, во-первых, корыстная цель предполагает стремление извлечь именно материальную, имущественную выгоду. Поэтому при изъятии имущества не с целью обогащения, а, например, для уничтожения нельзя говорить о завладении чужим имуществом. Завладение же чужим имуществом не по корыстным мотивам и без цели обогащения либо вообще не образует состава преступления, либо может рассматриваться как хулиганство, самоуправство и т. п. Во-вторых, данная цель должна удовлетворяться только за счет похищенного имущества, а не каким-либо иным путем. Наконец, изъятие признается совершенным из корыстных побуждений лишь в том случае, если виновный преследует цель обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц. Под другими лицами понимаются лишь те, в чьей судьбе виновный заинтересован, причем материально. При передаче имущества другим лицам, корыстная заинтересованность субъекта, осуществляющего такую передачу, имеет место в случаях, когда и сам он предполагает получить от этого материальную выгоду. Например, должностное лицо по сговору и исполнителем работ и услуг завышает объем выполненных ими работ, сложность оказанной услуги и т. п. и заведомо переплачивает им, имея в виду лично завладеть хотя бы частью незаконно выплаченной суммы. О корыстной цели можно говорить и при противоправной безвозмездной передаче чужого имущества лицам, близким для расхитителя (родственникам, иждивенцам, друзьям и т. д.). Считая себя обязанным в силу родственных, интимных, дружеских отношений делать им подарки, оказывать материальную помощь, субъект не желает расходовать свои личные средства, а делает это за счет чужого имущества.

Второй вид мош енничества, как уже говорилось, это приобретение права на чужое имущество. Это деяние не является хищением, так как не связано с изъятием и (или) обращением в пользу виновного или других лиц чужого имущества. Спецификой этой разновидности мош енничества заключается в том, что лицо, ее совершающее, путем обмана или злоупотребления доверием не завладевает имуществом, а лишь приобретает право на него.

Право на имущество в гражданском праве – это разнообразные имущественные права, определяемые как «субъективные права участников правоотношений, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом, а также теми материальными (имущественными) требованиями, которые возникают между участниками экономического оборота по поводу распределения этого имущества и обмена (товарами, услугами, выполняемыми работами, деньгами, ценными бумагами и др.). Имущественными правами являются правомочия собственника, оперативного управления права (вещные имущественные права) и обязательственные права (в их числе и права на возмещение ущерба, причиненного здоровью гражданина вследствие утраты заработка, а также вреда, причиненного имуществу физического или юридического лица), права авторов, изобретателей, рационализаторов на вознаграждение (гонорар) за созданные ими произведения (результаты их творческого труда), наследственные права»[58].

Уголовно-правовое значение понятия права на имущество отлично от гражданско-правового, поскольку не охватывается понятием имущества, так как в этой отрасли законодательства имущество и право на имущество представляют собой разные категории, отличные друг от друга[59]. С позиции уголовного права приобретение права на имущество не равнозначно приобретению имущества. Обладатель права на имущество для того чтобы реализовать это право, т. е. приобрести имущество должен совершить еще другие дополнительные действия. Лицу, приобретшему право на имущество противоправно, собственник или иной владелец данного имущества может воспрепятствовать в реализации этого права посредством обращения в правоохранительные или иные государственные органы. Поэтому мы согласны с определением мош енничества как приобретения права на чужое имущество, даваемое В. Лимоновым «как совершенного с корыстной целью противоправного безвозмездного приобретения права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, создающего реальную возможность причинения ущерба собственнику или иному владельцу соответствующего имущества»[60].

Таким образом, очевидно, что приведенные определения обеих разновидностей мош енничества характеризуют неодинаковую правовую природу этого вида преступления, а также различную степень общественной опасности каждой из них. Поэтому считаем, что это могло бы служит основанием для разделения нормы, содержащейся в рассматриваемой статье, на две самостоятельные нормы, со своими диспозициями и санкциями.

Помимо видов мош енничества определение, данное в диспозиции ч. 1 ст. 159 УК, содержит указание на способы его совершения, обособившие его от других видов преступных деяний – обман или злоупотребление доверием, которые мы рассмотрим в следующей главе.

Глава 2. ФОРМЫ МОШЕННИЧЕСТВА

§1. Обман как способ совершения мош енничества

Объективная сторона мош енничества выражается альтернативно в одном из двух действий: 1) хищение чужого имущества или 2) приобретение права на чужое имущество, каждое из которых реализуется также альтернативно путем обмана или злоупотребления доверием.

Как уже отмечалось в предыдущей главе, мошенничеству - как хищению чужого имущества - соответствуют все признаки хищения. Поэтому, хочется обратить внимание на то, что при мошенничестве обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц осуществляется не в результате изъятия имущества против или помимо воли собственника или иного владельца, а в результате добровольной передачи его последними виновному, которая, однако, не основана на осведомленности потерпевшего об ее истинных условиях и последствиях, поскольку вызвана заблуждением вследствие обмана или злоупотребления доверием[61].

Приобретение права на чужое имущество – это обращение такого права в пользу виновного или других лиц, осуществляемое аналогично хищению имущества. Однако, в отличие от хищения данное деяние окончено с момента получения мошенником такого права, не зависимо от того, удалось ли мошеннику получить по нему соответствующее имущество в натуре или в денежном эквиваленте[62].

Обязательным признаком объективной стороны мош енничества является способ совершения преступления, который отличает мошенничество от иных форм хищения – это обман и злоупотребление доверием. В этом параграфе мы рассмотрим первый способ мош енничества – обман, а в следующем - злоупотребление доверием. Понятие обмана выработано как теорией, так и судебной практикой.

Действующее уголовное законодательство, как и УК РСФСР 1960 г., не содержит понятия обмана, но многие авторы[63] считают, что еще не утратило своего значения понятие обмана, данное в примечании к ст. 187 УК РСФСР 1922 г. «Обманом считается как сообщение ложных сведений, так и заведомое сокрытие обстоятельств, сообщение которых было обязательно». Это находит свое подтверждение и в судебной практике, в частности, президиум Куйбышевского (ныне Самарского) областного суда в постановлении по делу Ч. сформулировал: «Обман – умышленное искажение или сокрытие истины с целью ввести в заблуждение лицо, в ведении которого находится имущество, и таким образом добиться от него добровольной передачи имущества, а также сообщение с этой целью заведомо ложных сведений»[64].

В литературе встречаются различные определения обмана. Так, Л. Д. Гаухман определяет обман как «сознательное искажение истины (активный обман) или умолчание об истине, состоящее в сокрытии фактов или обстоятельств, которые при добросовестном и соответствующем закону совершении имущественной сделки должны быть сообщены (пассивный обман)»[65]. Комментарий УК РФ под редакцией Ю. И. Скуратова и В. М. Лебедева определяет, что «обман – это, прежде всего умышленное искажение действительного положения вещей, сознательная дезинформация контрагента, преднамеренное введение его в заблуждение относительно определенных фактов, обстоятельств, событий в целях побудить его по собственной воле, фальсифицированной однако ложными сведениями или умолчанием об истине, передать имущество мошеннику»[66].

Наиболее правильным и лаконичным мы считаем определение Н. И. Панова, который считает, что «под обманом как способом совершения преступления следует понимать умышленное сообщение ложных сведений или умолчание о сведениях, которые лицо должно было и могло сообщить, направленное на введение другого лица в заблуждение»[67]. Постановлением Верховного Суда РФ № 51 от 27 декабря 2007 года содержание обмана при мошеннических действиях дополнено следующим структурным элементом: совершение умышленных действий (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т. д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение[68].

Таким образом, мы привели лишь некоторые определения обмана, но очевидно, что в этих определениях встречаются два основных признака: введение другого лица в заблуждение и сообщение ему ложных сведений или умолчание о них. По нашему мнению для единообразного понимания этого термина необходимо указать определение обмана не в Постановлении Пленума Верховного Суда, которое, по сути, носит рекомендательный характер, а в примечании к ст. 159 УК РФ.

Способы обмана для состава мош енничества значения не имеют[69]. Как отмечают специалисты, мошенническим может быть любой обман, направленный на непосредственное обращение чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц или приобретение права на имущество, независимо от его формы, искусности и убедительности выражения, а также степени доверчивости и характера заинтересованности потерпевшего[70]. Такой обман может осуществляться как в словесной форме (устной и письменной), так и посредством действий.

Как отмечают авторы, способов обмана в отношении личности самого преступника множество[71]. Так, например, осужденный за мошенничество Г., разъезжал по разным городам, приходил в школы и рекомендовался представителем различных государственных и общественных шефских организаций. Входя в доверие к директорам школ и преподавателям, он собирал деньги с желающих поехать на экскурсию в Москву, Ленинград. Всего в течении почти двухлетней преступной деятельности Г. мошенническим путем завладел деньгами в сумме более трех тысяч рублей[72].

В другом случае осужденный за мошенничество К. выдал себя за инвалида Великой отечественной войны и получил обманным путем документы, которые представил в отдел соцобеспечения, где незаконно получал пенсию и другие льготные выплаты, присвоив 6060 руб.[73]

Обман может быть связан с характеристикой предмета хищения, который состоит в создании у потерпевшего искаженного представления относительно качества, свойств или количества вещей или ценностей, например, в придании предмету внешнего вида другого предмета, более ценного. В частности, нередко преступники сбывают фальшивые бриллианты, выдавая их за натуральные. Так же как мошенничество нужно квалифицировать как грубую подделку денежных купюр. Так Ч. изготовил два казначейских билета достоинством в один рубль и пять рублей и сбыл их за вещи гражданину З., который вследствие очень слабого зрения не смог различить подделки, хотя она была грубой и явной, легко обнаруживаемой при нормальном зрении[74].

Обман относительно предмета сделки является одним из наиболее распространенных способов мош енничества. Формы такого обмана весьма разнообразны. Они могут выражаться в уплате за вещь меньшей суммы, чем обусловлено соглашением; в передаче вместо обещанной другой вещи, обладающей худшими качествами; во вручении вместо денег или товара так называемой куклы, т. е. свертка с нарезанной в форме денег бумагой или не имеющими ценности предметами, имитирующими то, что желает приобрести потерпевший, и т. п. Так, например, Мензеров, Верхотурцев и Обличенко по предварительному сговору, распределив роли, с целью хищения пришли к магазину № 25 по ул. Холодильной г. Тюмени, где Верхотурцев отбил чек на сумму 200) рублей, затем дописал перед цифрой 2 цифру 4 и передал его Мензерову, который попытался приобрести по нему 10 банок консервов «Шпроты в масле», но был задержан, т. к. продавец распознала подделку[75]. Аналогичным образом получали товар в различных магазинах Центрального района Сорокин, Хабаров и Басалгин[76].

Все чаще в последнее время применение обмана связано с основаниями получения имущества. Это получение незаконных надбавок к пенсии; пособия по безработице и т. д. К данной категории мош енничества можно отнести завладение денежными средствами или получение права на имущество с использованием электронно-вычислительной техники, когда оператор ЭВМ либо лицо, осуществляющее несанкционированное проникновение в компьютерные сети, путем введения заведомо ложной информации, касающейся оснований получения денежных средств, незаконно получает имущество. Так, например, Тюменским районным судом Тюменской области была осуждена Крекнина Т. С. за мошенничество, которое она совершила с использованием своего служебного положения, поскольку, являясь директором средней школы С. Мальково внесла в трудовую книжку своего мужа запись о несуществующих приказах в целях подтверждения факта его работы в этой средней школе и оформления пенсии по выслуге лет. Затем оформила пенсионное дело на своего мужа, на основании которого в отделе социальной защиты населения ею получены, в виде пенсионного пособия по выслуге лет денежные средства в сумме 6 715 руб.[77] В другом случае Миронов А. П. являясь главным теплотехником корпорации ООО «Тюменьдортранс», устроил на работу в качестве оператора котельной подставное лицо – Квашнина и производил его табелирование и на основании этого получал за него заработную плату, хотя фактически работу указанную в табеле не выполнял[78]. В г. Сургуте, многие категории работников имеют право на оплату проезда к месту отдыха и используют его для получения денег по поддельным проездным документам. Так, Руденко, работая в ЛПУ МТПО «Сургутгазпром» приобрел поддельные авиабилеты на себя и членов семьи до Москвы и обратно, фактически туда не выезжая, предъявил их для оплаты в бухгалтерию и получил компенсацию за проезд[79]. Аналогичным образом получил компенсацию Хмелин в СУТТ-5 ОАО «Сургутнефтегаз»[80].

Мошеннический обман может проявляться в сообщении заведомо ложных сведений об обстоятельствах прошлого, настоящего и будущего. При этом некоторые авторы считают, что обман относительно будущих намерений есть не что иное, как завладение имуществом путем злоупотребления доверием[81]. Обман, заключающийся в ложных обещаниях, довольно распространен. Речь может идти, например, об обещаниях при мошенничестве достать дефицитный товар, уплатить деньги, вернуть взятую напрокат вещь, передать деньги по назначению, оплатить купленный в кредит костюм и т. п. Обманывая в намерениях совершить определенные действия в будущем, обманывающий вводит другое лицо в заблуждение о своих действительных намерениях[82].

В качестве примера можно привести получившие в Тюмени в одно время довольно большое распространение случаи завладения электродрелью. Так, Плотников И. П. трижды завладевал чужой электродрелью у собственников под различными предлогами: отремонтировать свой автомобиль, изготовить шкаф и просто для ремонта. Его действия правильно квалифицированы как мошенничество совершенное неоднократно, поскольку он завладевал имуществом, путем введения собственников в заблуждение относительно действительных намерений[83]. В другом случае гр. Устюгова Я. А. таким же образом похитила дубленку у Колчановой, одолжив ее на один день, выдумав историю о похищении у нее такой же дубленки, с целью предъявления родителям. Однако дубленку в обещанное время она не вернула[84]. В обоих случаях действия виновных правильно квалифицированы как мошенничество, поскольку собственники в результате заблуждения передавали свое имущество в пользование виновных, то есть передавали часть своих полномочий собственника.

Также обманом в намерениях будет завладение деньгами гр. Андрюшенко Н. П. у нескольких потерпевших, которым он обещал установить телефоны. Однако реальной возможности для установления телефонной связи он не имел[85]. В другом случае гр-ка Бородуля Н. Г. не имея права на продажу квартиры, сообщила Соловьеву, что она является единственным владельцем квартиры в п. Боровский Тюменского района и выдала ему нотариально заверенную доверенность на ее продажу, получив за это деньги в сумме 50 000 рублей. Однако фактически данная квартира не была даже в установленном порядке приватизирована и в ней был прописан ее бывший муж Брызгалов, который свое согласие на продажу квартиры не давал[86]. Таким образом, в первом случае Андрюшенко, взяв деньги, не собирался устанавливать телефоны, а во втором Бородуля не намеревалась продавать квартиру и вообще скрылась в другом государстве – Белоруссии.

Рассматривая мошенничество, совершенное путем обмана в намерениях, нельзя не согласиться с тем, что обман и злоупотребление доверием настолько тесно связаны, что иногда их трудно различить. Поскольку сама передача имущества происходит потому, что потерпевший оказывает виновному определенное доверие. Так, например, Мерзликин В. Н. являясь заместителем генерального директора по строительству МПК «Атлант» выписал для расчета со строительной бригадой кирпич, который реализовал, а полученные деньги обратил в свою собственность. То есть, в данном случае, злоупотребляя доверием, Мерзликин выписал кирпич, не имея намерения в дальнейшем произвести расчет со строительной бригадой. Однако это не значит, что один способ мош енничества поглощается другим. Поэтому, нельзя согласиться с авторами, которые считают злоупотребление доверием одним из видов (хотя и своеобразным) мошеннического обмана[87]. Это противоречит позиции законодательства, рассматривающего обман и злоупотребление доверием в качестве самостоятельных способов совершения преступления. Злоупотребление доверием никак нельзя назвать "средством введения в заблуждения". Роль такого средства выполняет только обман. Далее рассмотрим злоупотребление доверием как способ совершения мошеннических действий.

§2. Злоупотребление доверием как способ совершения мош енничества

Как уже говорилось, вторым способом совершения мош енничества является злоупотребление доверием. Злоупотребление доверием – это противоправное, умышленное использование отношений доверия для причинения вреда интересам доверителя или другим правоохраняемым интересам[88]. Злоупотребление доверием – это использование с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества или приобретения права на имущество, третьим лицам (п. 3 Постановления № 51)[89]. Такое отношение может возникнуть в результате правовых (например, доверие к лицу как представителю власти) или фактических взаимоотношений (доверие к знакомому, сослуживцу и т. д.)[90]. Доверие – это вера в честность, искренность, добропорядочность, хорошие намерения другого человека.

Наиболее распространены следующие формы злоупотребления доверием: оказание посреднических услуг по приобретению каких-либо товаров без намерения выполнить свои обязательства; заключение договора займа без намерения отдать долг;

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 462

Другие дипломные работы по специальности "Государство и право":

Особенности квалификации оставления в опасности

Смотреть работу >>

Правовое регулирование эвтаназии в России и в зарубежных странах

Смотреть работу >>

Анализ нормы ст. 41 УК РФ об обоснованном риске с точки зрения теоретической обоснованности

Смотреть работу >>

Правовая защита прав и интересов детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Смотреть работу >>

Похищение человека: проблемы квалификации

Смотреть работу >>