Дипломная работа на тему "История развития зерновой промышленности России и Алтайском крае"

ГлавнаяБотаника и сельское хоз-во → История развития зерновой промышленности России и Алтайском крае




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "История развития зерновой промышленности России и Алтайском крае":


Оглавление

Введение

1. Зарождение Российского государства, начало возделывания зерновых культур

2. Зерно в Древней Руси

3. История выращивания зерновых культур с 16 по 19 века4. Зерновые культуры в 20 веке

5. Выращивание зерновых культур в период перестройки

6. Выращивание зерновых культур в постперестроечный период

7. Выращивание зерновых культур в современной России

8. История развития зерновой промышленности в Алтайском крае

9. Перспективы развития зерновой промышленности России в целом, и Алтайского края

Список использованной литературы

Введение

Зерно является основным прод уктом сельского хозяйства. Из зерна вырабатывают важные продукты питания: муку, крупу, хлебные и макаронные изделия. Зерно необходимо для успешного развития животноводства и птицеводства, что связано с увеличением производства мяса, молока, масла и других продуктов. Зерновые культуры служат сырьем для получения крахмала, патоки, спирта и других продуктов.

Всемерное увеличение производства зерна - главная задача сельского хозяйства.

Наряду с увеличением производства зерна особое внимание обращается на улучшение качества зерна, и, прежде всего на расширение производства твердых и сильных пшениц, а также важнейших крупяных и фуражных культур.

Для успешного решения этих задач необходимо улучшать использование агротехники, шире внедрять высокоурожайные сорта и гибриды, совершенствовать структуру посевных площадей. Большое значение придается также эффективному использованию удобрений, расширению посевов на мелиорированных землях и в зонах достаточного увлажнения.

Возделываемые зерновые культуры относят к трем ботаническим семействам - злаковых, гречишных и бобовых.

Семейство злаковых (Graminial) : пшеница, рожь, овес, кукуруза, рис, просо, сорго- класс однодольных растений.

Различают две формы злаковых - яровые и озимые. Яровые растения высевают весной, за летние месяцы они проходят полный цикл развития и осенью дают урожай. Озимые растения сеют осенью, до наступления зимы они прорастают, а весной продолжают свой жизненный цикл и созревают несколько раньше, чем яровые. Озимую и яровую формы имеют пшеница, рожь, ячмень и тритикале. Все остальные злаки бывают только яровыми. Озимые сорта, как правило, дают более высокий урожай, однако их можно выращивать в районах с высоким снежным покровом и достаточно мягкими зимами.

Семейство гречишных (класс двудольных растений) в зерновом хозяйстве представлено единственной культурой - гречихой (Fagorpyrum Mill).

Бобовые культуры: семейство мотыльковых (Leguminosae), класс двудольных растений. В нашей стране пищевое использование имеют однолетние травянистые растения - горох, фасоль, соя, чечевица, чина, нут, бобы, вигна.

Все вышеперечисленные культуры имеют разный химический состав, энергетическую ценность и пригодны для переработки в различные виды продукции.


1. Зарождение Российского государства, начало возделывания зерновых культур

За свою более чем тысячелетнюю историю государство Российское прошло сложный путь развития, на который оказали влияние многие внешние и внутренние факторы. Возникшая на стыке Европы и Азии, впитавшая в себя черты и Запада, и Востока, Россия представляет собой своеобразную евроазиатскую цивилизацию.

История крупнейшего в Европе Российского государства развивалась, с одной стороны, подобно истории других народов и государств, а, с другой, — имеет ряд особенностей. Нашими предками были древние славяне. До сих пор ученые не имеют единого мнения о прародине славян, откуда они пришли на просторы Восточно -Европейской равнины — территорию будущего Российского государства, каким было хозяйство древних славян?

В период позднего палеолита (35—10 тыс. лет до н.э.) на смену человеку умелому (homo habilis) приходит человек разумный (homosapiens), первобытное стадо заменяется более высокой формой организации общества — родовой общиной.

Древние люди занимались собирательством, охотой, рыболовством (присваивающее хозяйство), а позже— земледелием (производящее хозяйство). Мотыжное земледелие (вручную мотыгой без тягловой силы) позже было заменено плужным — в плуг запрягались лошади или волы.

В эпоху бронзового века (III—II тыс. лет до н.э.) началась специализация производящего хозяйства. На Севере в качестве основного занятия остаются охота и рыболовство, в степной полосе преобладают кочевое скотоводство и земледелие.

С появлением железного топора (I тыс. лет до н.э.) Стало возможным расчищать участки леса под пашню, земледелие продвигалось все дальше на Север.

Судя по сохранившимся литературным памятникам и археологическим находкам, славяне еще до своего расселения по Восточно -Европейской равнине занимались как хлебопашеством и скотоводством, так и охотой и бортничеством. Заселяя новые места, они продолжали свои прежние занятия, хотя их пришлось приспосабливать к новым условиям. У славян лесостепной полосы господствовала пашенная система земледелия — перелог, когда участок земли засевали несколько лет до его истощения, а затем переходили на новый. В лесной зоне использовали подсечно-огневую систему земледелия: вырубали и раскорчевывали участок леса, деревья сжигали, золой удобряли землю и также использовали два-три года, а затем расчищали новый участок. На расчищенных землях выращивали рожь, пшеницу, ячмень, просо, овес.

В качестве орудий труда использовали топор, мотыгу, борону -суковатку, заступ, серп, цепы, каменные зернотерки и ручные жернова. В южных районах основным орудием труда было рало, а позже — деревянный плуг с железным наконечником — лемехом.

В качестве рабочего скота на юге использовали волов, а в лесной зоне — лошадей. Хозяйство носило натуральный характер: производились главным образом продукты земледелия и скотоводства, необходимые для удовлетворения насущных потребностей.

С VI в. родовые отношения у восточных славян стали распадаться в связи с появлением металлических орудий труда и переходом от подсечного к пашенному земледелию, так как уже требовались совместные усилия всех членов рода для ведения хозяйства. Основной хозяйственной единицей стала отдельная семья.

Постепенно, вначале на юге, в лесостепной зоне, а затем и в лесной, на севере происходит замена родовой общины — соседской, территориальной, которая называлась "мир" — на юге, и "вервь" — на севере. В соседской общине сохранялась общинная собственность на лесные и сенокосные угодья, пастбища, водоемы, пахотную землю, но семье уже выделяются в пользование участки пахотной земли — наделы. Эти участки обрабатывала своими орудиями труда каждая семья, которая получала в собственность собранный ею урожай. Со временем переделы пахотной земли прекращались, и наделы переходили в постоянную собственность отдельных семей.

Совершенствование орудий труда привело к производству не только необходимого как в натуральном хозяйстве, но и прибавочного продукта. Происходило накопление прибавочного продукта, а на его основе — развитие обмена между отдельными семьями. Это привело к дифференциации общины, росту имущественного неравенства, накоплению богатства старейшинами и другой знатью.

В древности восточные славяне обитали в лесных областях между реками Днестром и Днепром. Затем они стали продвигаться на север, вверх по Днепру. Это было медленное, совершавшееся веками передвижение земледельческих общин и отдельных семей, искавших новые, богатые хорошей почвой, зверем и рыбой места. Чтобы прокормиться и засеять хлеб, посланцы вырубали девственные леса. В VI - IX веках н.э. в Верхнем и Среднем Приднепровье, верховьях Западной Двины, в Приильменье и на других территориях образовались первые восточнославянские союзы племён.Как и другие народы, восточные славяне занимались пашенным земледелием.

Вокруг поселения располагались очищенные от леса и огороженные участки вспаханной земли, на которых выращивали зерно.

Земледельческое хозяйство древних славян очень мало походило на современное. Чтобы не умереть с голоду и пережить долгую и холодную зиму, человеку приходилось затрачивать огромные усилия. Вначале нужно было подготовить землю для посева. Для этого еще зимой выбирали участок в лесу и вырубали растущий на нем лес. Оставшиеся от деревьев пни корчевали. Зимний месяц, в течение которого рубили лес, так и назвали «сечень», от слов «сечь», «рубить».Затем лес сушили и сжигали. Вот почему следующие месяцы назывались «сухий» и «березол». Весной землю, посыпанную золой, разрыхляли деревянной сохой или оралом, а затем сеяли семена.

Основным зерновым растением у древних славян было просо; пшеница, ячмень и рожь были распространены гораздо меньше. Перед наступлением осени созревший хлеб вначале жали серпами, а затем сушили и молотили. Поэтому осенние месяцы так и назывались -«серпень», «вресень» (от слова «врещи» -молотить).

Такой способ обработки земли назывался подсечным и был распространен в северных районах, где было много леса. На юге, где леса не было, применяли другой способ - перелог. При этом выбранный участок земли распахивали и засевали, а на следующий год пахали уже на новом месте.

Главным занятием для древних славян всегда оставалось земледелие. Вот почему в славянских названиях месяцев, которые до сих пор сохранились в украинском, белорусском и других языках, дошел до нашего времени календарь основных земледельческих работ.

Издревле и в течение многих столетий простые русские люди употребляли в пищу практически одно и то же. Их меню состояло прежде всего из ржаного, реже пшеничного, хлеба, каши, овсяного киселя и различных овощей.

2. Зерно в Древней Руси

Конец XIII столетия – начальный момент изучаемого периода истории сельского хозяйства – является временем, когда после тяжелой катастрофы, вызванной нашествием монголо-татар и разорением страны в первые десятилетия господства Золотой Орды, народное хозяйство на Руси вновь стало поправляться и входить в нормальную колею. «Бе же пополох тогда по всей земли зол, сами бо себе людие не ведаху, кто где бежит от страха» – писали летописи о времени Батыева нашествия. Полчища врагов разоряли Русскую землю, разрушали города, оказывавшие сопротивление города сжигали, а некоторые из них и совершенно стирали с лица земли. То же делали и с сельскими поселениями – хлеб забирали, уничтожали, скот угоняли. Население уводилось в плен. Некоторая часть его успевала бежать и скрывалась от татар в глухих лесах. Затем, в первые десятилетия по установлении власти Золотой Орды, следовали походы татарских военачальников для окончательного покорения русского народа, для подавления всяких попыток к сопротивлению. Тяжелая, непосильная дань, насилия и грабежи, чинившиеся баскаками и сопровождавшими их отрядами военной охраны, разоряли и опустошали страну. Епископ владимирский Серапион писал в 70-х годах XIII в. в своих поучениях: «Се уже к 40 летем приближаеть томление и мука и дане тяжькыя на ны не престануть, глады, морове живот наших; и всласть хлеба своего изъести не можем». В другом же месте он говорит: «Кровь отец и братья нашея, аки воды многа землю напои... множаиша же братья и чада наша в плен ведени быша; села наша лядиною поростоша». И это не было преувеличением. Бежавшее население из-за угрозы нового появления татар не решалось возвращаться в родные места. Сельское население находило спокойные для жизни места, а в случае опасности убежища – в лесных массивах под защитой глухих дебрей и болот. Оставляя родные места, оно заводило хозяйство в новых, нередко в очень отдаленных районах.

Материалы об орудиях обработки земли свидетельствуют о начавшемся еще в X–XI вв. в лесной полосе Северо-Восточной и Северо-Западной Руси наступлении на подсеку и постепенном распространении полевого пашенного земледелия.

Переход от подсеки к полевому пашенному земледелию означал коренную ломку всего производственного земледельческого процесса. К трудностям по превращению дремучих лесов в пахотные поля присоединялась очень сложная задача по повышению плодородия бедных питательными веществами подзолистых почв, по обеспечению на новых пахотных полях более или менее устойчивых высоких урожаев.

Для выполнения первой задачи требовались лишь физическая сила и напряженный, настойчивый труд. Намного сложнее вторая задача. В условиях подсечного земледелия применялось выжигание лесного участка. Зола делала его плодородным на несколько лет, а дальше следовали переход и подготовка подсеки на новом участке. В условиях полевого пашенного земледелия повышение урожайности, обеспечение ее устойчивости кардинально решаются лишь применением паровой системы, внесением удобрений на поля. На пути дальнейшего развития сельского хозяйства стоял – как неизбежная мера – переход к паровой системе земледелия, к трехполью.

Характер дошедших до нас источников таков, что было бы напрасно искать среди них прямых указаний на состояние сельскохозяйственного производства; приходится довольствоваться лишь тем, что можно уловить в случайных намеках или что косвенно раскрывается в посторонних, не связанных с сельским хозяйством материалах. За два – два с половиной столетия, прошедшие с того времени, о котором мы уверенно говорим как о начале перехода к полевому пашенному земледелию, сельское хозяйство заметно продвинулось вперед в своем развитии. Как показатели этого развития можно расценивать известия в письменных памятниках о разнообразии культивируемых злаков; в документах X–XIII вв. упоминаются рожь, овес, ячмень, пшеница, греча, просо. Встречаются отдельные указания на озимые (озимой была рожь) и яровые хлеба, а также на другие зерновые. Но, конечно, на основании одного разнообразия зерновых хлебов нельзя еще делать выводов о широком распространении и тем более о господстве паровой трехпольной системы земледелия в Северо-Восточной и Северо-Западной Руси в X–XIII вв. Равно как одного указания в Новгородских летописях о посевах «яри» и «озимицы» в XII в. совершенно недостаточно для того, чтобы говорить о трехпольной системе в XII в. в Новгородской земле, так как мы хорошо знаем, что озимые хлеба, так же как и яровые, и в древней Руси и в Русской земле в XVIII и XIX вв. высевались на полях и на подсеках. Обо всем этом имеются ясные указания в письменных памятниках XV, XVI и XVII вв. и более позднего времени.

В Северо-Восточной Руси еще в XII в. в ряде районов определился высокий уровень полевого пашенного земледелия. К таким районам в первую очередь должно быть отнесено Владимиро-Суздальское ополье по р. Клязьме, с его равнинной, сравнительно мало лесистой местностью и плодородной почвой. В XII–XIII вв. Владимиро-Суздальское ополье было житницей Северо-Восточной Руси. Самостоятельное важное значение как районы полевого пашенного земледелия имели и Юрьево Поле, Углече Поле, Мелехово Поле. Сами эти названия указывают на безлесный, открытый характер местности, в которой расположены перечисленные поселения. Это были центры крупных районов, в которых успешно развивалось сельское хозяйство. Ростов и Суздаль – богатые древнерусские города Северо-Восточной Руси, а также Владимир и Переяславль, возникшие несколько позднее их, своим ростом и значением обязаны плодородным опольям, в центре которых они были расположены.

Оценивая общую картину состояния сельского хозяйства в начале XIII в., можно говорить, что оно, как и все народное хозяйство в это время, было в полосе расцвета. Полевое пашенное земледелие успешно развивалось и в отдельных (крупных) районах вытесняло подсеку; совершенствуясь, оно принимало форму паровой системы, а в других областях и районах было на пути к этому. Нашествие монголо-татар обескровило Северо-Восточную Русь, ослабило народное хозяйство. Отмеченные здесь достижения в области сельского хозяйства к концу XII – началу XIII в. теперь утратили свое значение. Многое приходилось восстанавливать или заводить заново.

Непосредственного вторжения татар избегли лишь Новгородская земля (исключая ее западные районы) да северные окраины Ростово-Суздальской земли.

Татарский погром все же не мог подорвать прочных основ сельскохозяйственного производства на Руси. Оно вскоре восстанавливается и продолжает в дальнейшем развиваться, так же как ремесла и торговля этого периода. Рост политического и экономического могущества великого княжества Владимирского и выдвинувшихся во второй половине XIII в. и в первые десятилетия XIV в. молодых самостоятельных княжеств Тверского, Московского, Костромского, а позднее Суздальско-Нижегородского и других свидетельствовал о постепенном восстановлении и дальнейшем развитии всего народного хозяйства. О полевом пашенном земледелии как основе сельского хозяйства и рассказывают нам счастливо сохранившиеся документы XIV – начала XV в. северных и северо-восточных районов Новгородской земли. Полевая пашенная земля в документах этого времени выступает чаще под названием «страдомой», «орамой земли», «нивы», «ораницы». Тексты таких документов заботливо перечисляют все составные части полей и по-своему раскрывают и размеры этой орамой пашенной земли. Сообщая о «полях», по-видимому крупных «участках» земли, документы говорят и о разработанных и эксплуатируемых в качестве полевой пашенной земли «лоскутах», «полосках», «гонах» земли. На «Заецком поли полполца орамой земли, – читаем мы в купчей, – ... и в другом месте полполца орамици...; и на низу на Лужи половина орамици и бережного лоскута половина орамици...; и возли Кочком озера – половина орамици».

Тщательное перечисление этих мелких пашенных полей говорит о внимании к полевой запашке, о том, какое большое значение придавали пашенной полевой земле на севере. Поля берегли, старательно, несмотря на большие трудности, обрабатывали их, расширяли запашку, следили, чтобы поля расширялись, а не зарастали. Для нас несомненно, что и на севере, где занятие земледелием было особенно сложным, оно все же было, пусть в небольшом размере, необходимой составной частью хозяйства каждого поселенца.

Об этом свидетельствует весь комплекс сохранившихся новгородских документов конца XIV–XV в. В них четко выступает рядовое и типичное для севера хозяйство этого времени: «двор и дворище», «орамые земли с притеребы», «репища и пожни с притеребы», и «тони» и всякие «ловища».

Суровый климат, заболоченность, малоплодородная, зачастую каменистая почва делали здесь, на севере, особенно трудной разработку лесных участков под полевую пашню. Наряду с полевой пашней документы указывают и на подсеки – «притеребы», лесные участки, разрабатывавшиеся для временного использования под посев зерновых хлебов; сочетание полевой пашни с подсекой прямо свидетельствуется рядом документов севера и северо-востока Новгородской земли.

Есть все основания для того, чтобы оценивать изучаемый период, а именно XIV столетие, как время важных перемен в сельском хозяйстве. Такая перестройка могла внести и, как мы увидим дальше, действительно внесла ряд новых важных черт в жизненный уклад сельского населения земель-княжеств Северо-Восточной и Северо-Западной Руси. Немногочисленные дошедшие до нас документы XIV – начала XV в. бедны прямыми свидетельствами о земледелии, о сельскохозяйственном производстве. Но в них много сведений о деревне, о новом сельском поселении, впервые появившемся только в изучаемое время. Раскрывая новые стороны бытовой и трудовой жизни сельского населения, они могут существенно помочь в уяснении того нового, что появилось не только в быту, но и в земледелии, в организации сельского хозяйства. Материалы о сельских поселениях – о деревне в первую очередь и о пустошах, упоминающихся рядом с деревней, заслуживают того, чтобы специально и серьезно заняться ими.

Первые ранние упоминания деревни в дошедших до нас письменных памятниках мы встречаем в духовной московского великого князя Ивана Калиты, датируемой «около 1339 года» (или осенью 1327 г.). В этом документе написано, что Иван Калита в числе других земельных владений оставляет своему старшему сыну Семену «деревни Маковець, Левичин, Скулнев, Канев, Гжелю, Горетову, Горки, село Астафьевское, село Орининьское».

Со второй половины XIV в. указания на деревню становятся более частыми. В отношении же XV в. можно сказать, что деревня сделалась уже типичным и самым распространенным сельским поселением в Северо-Восточной Руси. Таким основным типом сельского поселения она оставалась на протяжении всей истории Русского государства феодального периода.

Из других наименований сельских поселений более широкое хождение имело слово «село». Им-то преимущественно и обозначались наши сельские поселения в XII–XIV вв. Село выступает: и как поселок из одних земледельцев; и как поселок – усадьба крупного землевладельца, со всем ее населением, состоящим из семей землевладельцев, его слуг и холопов; и, наконец, как поселение, объединяющее и дома-хозяйства землевладельцев и усадьбы их с жилищем и хозяйственными постройками землевладельца и с жилищами его слуг. «Село» употреблялось и в смысле освоенного обжитого участка земли. В таком смысле в словосочетании «село земли» оно встречается и в XIV–XV вв. в письменных памятниках Северо-Восточной и Северо-Западной Руси, и особенно в северных областях Новгородской земли. Следует полностью согласиться с высказыванием авторов очерка «Поселения древней Руси», что понятия, обозначаемые терминами «погост», «село», «селище» (и мы прибавим еще «весь») «не имели в XI–XIII вв. вполне определившегося содержания». С таким сложным обликом и многообразным населением осталось село в Южной и Юго-Западной Руси и на последующие века. В Северо-Восточной и Северо-Западной Руси, в условиях лесной полосы при массе трудно осваиваемых заболоченных лесов, с невысоким плодородием почвы и суровым климатом земледелец севера вынужден был по-иному, чем житель южных черноземных степей и лесостепной полосы, организовывать и вести свое хозяйство и строить свой быт. В этих особых условиях северной лесной полосы и появилась деревня, оттеснившая в Северо-Восточной и Северо-Западной Руси село на второй план.

Материалы конца XV в. ясно показывают, куда шло земледелие в изучаемый нами период и к чему оно пришло. Это не только данные писцовых книг, но и разнообразный и многочисленный актовый материал. Следует также напомнить, что от 1460-х и 1480-х годов имеются летописные записи, в которых трехполье выступает в ярких живых картинах при описании состояния зерновых хлебов в некоторые годы со сложной метеорологической обстановкой. Таковы записи в псковских летописях за 1468 и 1484/85 гг. Только признавая наличие трехполья, можно понять и летописную запись в Устюжском летописном своде под 1466 г.: «По всей земли Руской хлеб призябл; ржи иныя ушли, а иныя призябли, а яровое жито все призябло, оприче ячьмени».

Посевы ржи – это, конечно, посевы озимой ржи. Часть озимых посевов благополучно перенесла осенние заморозки и покрылась снегом, а часть их «призябла», т. е. вымерзла. Яровые хлеба померзли, не успели дозреть, и их не смогли снять. Не померз только ячмень – более устойчивый зерновой хлеб. Трудно представить себе, чтобы автор этой летописной записи, рисуя картину губительного действия ранних морозов на дозревающие зерновые хлеба и на только что взошедшую озимь, имел в виду с трудом находимые, разбросанные среди лесов подсеки. Здесь имеются в виду, конечно, большие пространства полей с зеленеющим хлебом. Но что особенно следует выделить в данном документе – это то, что в летописи Устюжской речь идет о сельском хозяйстве северной области.

Сопоставив это летописное известие с рассказом Псковской третьей летописи под 1468 г.: «Того же лета [1468 г.]... нача находити дожь силен, грех ради наших, как христиани ржи пожяли, месяца иуля, да тако иде всь месяць бес престани и все лето, и месяца августа и сентября и октября... а у христиан много по полю вершеи погнили... тако же и ржеи по селам не засеяли мнози». Если краткая запись Устюжского летописного свода могла у неверящего в широкое распространение трехполья вызвать желание как-то совместить ее с пахотою в лесу, на подсеке, то подробно расписанные по месяцам в Псковской летописи события на крестьянских полях не оставляют никаких сомнений в том, что мы имеем дело с трехпольем. На одном поле в июле крестьяне уже пожали рожь, как подошел сезон сильных дождей. Они шли около четырех месяцев. От сильных дождей у крестьян «по полю» (в яровых полях) много «вершеи», т. е. сжатого и несжатого хлеба, погнило. А на паровых полях «такоже и ржеи по селом не засеяли мнози». Еще более яркими являются летописные записи 1484/85 г. Развертывается картина состояния хлебных полей с июня 1484 г. и до осени 1485 г. Перед нами правильно организованное трехполье. Рассказчик прекрасно знал сельскохозяйственное производство. Он имел в виду общую картину состояния сельского хозяйства всей Псковской земли и описал судьбу урожая ржи, посеянной в августе–сентябре и ушедшей в талую землю под снег, судьбу яровых хлебов; он рассказал и о посеве хлебов на озимом и пока еще паровом поле. Приведенные нами летописные записи показывают, что паровая трехпольная система земледелия была привычной, давно вошедшей в практику земледелия Псковской земли.

Материалы о сельскохозяйственном производстве Псковской земли очень ограничены, и нет оснований ставить самостоятельный вопрос о времени распространения полевого пашенного земледелия. Основным источником могут служить лишь псковские летописи, уделяющие, не в пример другим летописям, много внимания жизни широких масс городского (ремесленников и торговцев) и сельского населения (крестьян) Псковской земли. Из многочисленных сведений о политической жизни Пскова и из сведений о состоянии урожаев, о хлебных ценах и рынках можно уверенно сделать вывод о высоком уровне сельского хозяйства в Псковской земле. Основанием служит то, что в Псковской земле, много терпевшей от беспокойных соседей, разорявших ее, разрушавших города, сжигавших села, угонявших скот, – все эти тяжелые раны скоро залечивались, хозяйство восстанавливалось. Псковская земля больше других русских земель-княжеств страдала от эпидемий, но в ней всегда находились силы для быстрого оздоровления, возмещения потерь. Бывали недороды, неурожаи. Все же за время самостоятельности Пскова он не знал голодовок. Хлебный рынок Пскова был на высоком уровне, цены колебались, но в псковских летописях нет сообщений о гибели населения голодной смертью, что часто встречается в известных землях-княжествах Северо-Восточной Руси, что неоднократно бывало в Новгороде. Маленькая Псковская земля находила возможность выделять большие материальные средства на оборону страны, на защиту своих границ, на содержание наемных военных княжеских дружин. До последних дней самостоятельности Пскова в центре его, в Кромах (в Кремле), имелись запасы продовольствия на случай войн и невзгод. Это дает основание полагать, что в Псковской земле земледелие развивалось быстрыми темпами, не отставая от общего процесса его роста в центральных районах Северо-Восточной Руси.

Я ставил задачей проследить общий процесс развития земледелия в древней Руси, подразделить его на отдельные этапы. По этим этапам делал и некоторые общие выводы. В качестве основного итога я могу указать на то, что в изучаемый мной период – с конца XIII до конца XV в. – в Северо-Восточной и Северо-Западной Руси идет процесс развития паровой системы земледелия, а вместе с тем и процесс вытеснения огневого подсечного земледелия. Успехи на этом пути были общими важными показателями в развитии народного хозяйства. Я могу говорить о широком распространении полевого (парового) пашенного земледелия в Северо-Восточной Руси к 1370–1380-м годам; но приходится считать, что практика разработки подсек в дополнение к полевой пашне в это время была обычной для земледельцев лесной полосы. Со второй четверти XV в. наблюдается широкое распространение паровой трехпольной системы земледелия и господство его в большинстве земель-княжеств Северо-Восточной и Северо-Западной Руси. Ко второй половине XV в. успехи в земледелии – повсеместное распространение и господство паровой трехпольной системы – означали высокий подъем сельского хозяйства.

. История выращивания зерновых культур с 16 по 19 века

С конца XV в. шел быстрый территориальный рост Русского государства. Если при Иване III в 1462 г. территория его владений насчитывала 430 тыс. кв. км, то в конце XVI в. территория владений его внука Ивана IV уже составляла 5400 тыс. кв. км. За столетие территория государства увеличилась в 10 раз. Россия стала крупнейшим государством в Европе. Население страны к середине XVI в. составило 6, 5 млн. человек, а к концу 16 в. - 9 млн. человек. После присоединения Поволжья, Сибири Россия стала еще более многонациональным государством. Но территория государства заселена была неравномерно. Основные массы населения были сосредоточены на северо-западе в Новгородской земле и центральной части от Твери до Нижнего Новгорода. Здесь плотность населения составляла 1-5 человек на 1 кв. км. Окраины государства населены были очень слабо. В Европе в то же время плотность населения составляла 10-30 человек на 1 кв. км. Таким образом, в России рабочих рук на единицу площади приходилось гораздо меньше, чем в Европе. С учетом неблагоприятных природно-климатических условий понятно, что в России успехи земледелия были гораздо скромнее, чем в Западной Европе.

Основным занятием населения в центральных районах страны было земледелие с трехпольной системой. В южных районах страны сохранялась переложная система. Набор пахотных орудий был довольно разнообразным: плуг, рало, но основным орудием оставалась соха с железным наконечником, которая постоянно совершенствовалась. Климат, рельеф, почвы, многовековые леса, многочисленные болота затрудняли занятие земледелием. Умеренно - континентальный климат характеризовался достаточным количеством осадков, но зачастую их было слишком много. Засухи случались редко. Территория государства была незащищена от побережья Ледовитого океана, оттуда вторгались холодные массы воздуха, поэтому в России нередки были заморозки в конце весны, раннее выпадение снега, сильные морозы зимой. Все это губительно сказывалось на результатах труда земледельца. Для русского крестьянина цикл сельскохозяйственных работ сжимался до 5- 5, 5 мес., в то время как в Западной Европе он составлял 9-10 месяцев. В краткий пятимесячный срок крестьянин должен был выполнить огромный объем работ, что требовало неимоверного напряжения сил. Плодородных почв было мало. Наиболее плодородные были земли во Владимиро-Суздальском, Переяславском, Ростовском, Угличском, Костромском опольях. Преобладали же земли с пониженной биологической продуктивностью, которые для получения урожая необходимо было удобрять навозом.

Тем не менее, в XVI в. земледелие продолжало интенсивно развиваться. В общем, крестьянин возделывал до 30 культур, но основными были рожь, овес, ячмень. Сеяли также пшеницу, просо, гречиху. В Новгородской земле и Смоленске большую площадь занимали посевы льна.

В XVI в. возросла и торговля, рос торговый обмен. Крупнейшими торговыми центрами были Москва, Новгород, Нижний Новгород. Значительную роль в торговле играли светские и духовные феодалы, особенно монастыри. Возрастала и роль купечества, которое формировалось из различных сословий. Из центра и южных районов на север везли хлеб, из Поволжья - кожи; Поморье и Сибирь поставляли пушнину, рыбу, соль, Тула и Серпухов - металл и т.д.

Россия начала XVII в. - централизованное феодальное государство. Основой хозяйства оставалось земледелие, в котором было занято подавляющее большинство населения. К концу XVII века происходит значительное расширение посевных площадей, связанное с колонизацией русскими людьми южных районов страны. Господствующей формой землевладения было феодальное поместное землевладение. Укреплялась и расширялась феодальная собственность на землю, происходило дальнейшее закрепощение крестьян.

Начало XVII века в истории России было ознаменовано крупнейшими политическими и социально-экономическими потрясениями. Это время историками было названо Смутой. Многочисленные народные волнения, безвластие и произвол польско-шведских интервентов привели страну к невиданному хозяйственному разорению. Последствием смутного времени был мощный регресс экономического и социально-политического положения по сравнению с достигнутым к концу XVI века.

Документальные и литературные источники того времени рисуют мрачные картины разоренных, обезлюдевших городов и селений, запустевших пашенных земель, упадка торговли. Тем не менее русские люди достаточно быстро справились с бедствиями, и к середине XVII века жизнь стала входить в прежнее русло.

Основная задача экономики страны первой половины XVII в. состояла в преодолении последствий «великого московского разорения».

Решение этой проблемы затруднялось следующими факторами:

-тяжелыми людскими и территориальными потерями, понесенными страной в результате «смуты»;

-низким плодородием почв Нечерноземья, где до середины XVII в. размещалась основная масса населения;

-укреплением крепостничества, которое не создавало у крестьян заинтересованности в результатах своего труда (землевладельцы с увеличением их потребностей изымали не только прибавочный, но и часть необходимого продукта, увеличивая барщину и оброк);

-потребительским характером крестьянского хозяйства, сложившимся под влиянием православно-общинной традиции, ориентировавшей на простое удовлетворение потребностей, а не на расширение производства в целях получения дохода и обогащения;

-усилением налогового бремени.

С конца 10-х - начала 20-х годов, после Столбовского мира и Деулинского перемирия, изгнания шаек мародеров-интервентов, окончания действий повстанческих отрядов, русские люди приступают к восстановлению нормальной хозяйственной жизни. Оживает Замосковный край - центр Европейской России, уезды вокруг русской столицы, на западе и северо-западе, северо-востоке и востоке. Русский крестьянин продвигается на окраины - к югу от реки Оки, в Поволжье и Приуралье, в Западную Сибирь. Здесь возникают новые поселения. Крестьяне, бежавшие сюда из центра от своих владельцев - помещиков и вотчинников, монастырей и дворцового ведомства или переведенные в эти места, осваивают новые земельные массивы, вступают в хозяйственные, брачные, бытовые контакты с местным населением. Налаживается взаимный обмен опытом хозяйствования: местные жители перенимают у русских паровую систему земледелия, сенокошение, пасечное пчеловодство, соху и прочие приспособления; русские, в свою очередь, узнают от местных жителей о способе долгого хранения необмолоченного хлеба и многое другое.

Сельское хозяйство восстанавливалось не скоро, причинами того были маломощность мелких крестьянских хозяйств, низкая урожайность, стихийные бедствия, недороды. Развитие этой отрасли хозяйства сильно и долго тормозили последствия «литовского разорения». Об этом говорят писцовые книги - поземельные описи того времени. Так, на 1622 г. в трех уездах к югу от Оки - Белевском, Мценском и Елецком - у местных дворян сидело на землях 1187 крестьян и 2563 бобыля, т.е. безземельных или совсем маломощных бобылей было вдвое больше собственно крестьян. Земледелие, испытавшее крайний упадок в начале столетия, приходило в прежнее состояние очень медленно.

К середине столетия в Замосковном крае около половины земель, местами и более половины, писцы относят к категории «живущей», а не пустой пашни.

Главный путь развития сельского хозяйства этого времени - экстенсивный: в хозяйственный оборот земледельцы включают все большее количество новых территорий. Быстрыми темпами идет народная колонизация окраин.

С конца 50-х - 60-х годов переселенцы во многом числе идут в Поволжье, Башкирию, Сибирь. С их приходом земледелием начинают заниматься в тех местах, где его раньше не было, например, в Сибири.

В Европейской России господствующей системой земледелия было трехполье. Но в лесных районах Замосковного края, Поморья, да и в северных районах южной окраины применялись подсека, перелог, двухполье, пестрополье. В Сибири на смену перелогу во второй половине века постепенно пришло трехполье.

Больше всего сеяли рожь и овес. Далее шли ячмень и пшеница, яровая рожь (ярица) и просо, гречиха и полба, горох и конопля. То же - в Сибири. На юге пшеницы сеяли больше, чем на севере. Урожайность была невысокой. Часто повторялись неурожаи, недороды, голод.

В натуральном сельском хозяйстве господствовало мелкое производство. Отсюда - плохая обеспеченность крестьянина продовольствием, хронические голодовки. Но уже тогда рост общественного разделения труда, хозяйственная специализация отдельных районов страны способствовали увеличению товарного обращения. Избыток хлеба, поступавшего на рынок, давали южные и поволжские уезды.

В ряде случаев царь, бояре, дворяне, монастыри расширяли собственную запашку, занимались наряду с этим предпринимательской деятельностью и торговлей.

В конце XVII в. численность русского населения Сибири составляла около 150 тыс. человек. К концу XVII в. сибирское земледелие стало производить столько хлеба, что его хватало для пропитания всего населения Сибири.

С 1760-х гг. в России формируется капиталистический уклад в промышленности, постепенно набирающий силу.

Гораздо в меньшем объеме новые явления получили развитие в сельском хозяйстве. Оно развивается на экстенсивной основе — путем расширения посевных площадей, освоения новых земель в Поволжье, Причерноморье, Сибири.

Низкий уровень агротехники способствовал неурожаям (например, в 1723—, 1733, 1750 гг.). Владельцы вотчин в первой половине века обычно находились на службе, и вместо них управляли всем приказчики в соответствии с детальными инструкциями хозяев. Крестьяне от трех до шести дней в неделю работали на барщине, платили платежи и натуральные взносы помещикам, подушную подать в пользу государства.

По петровскому указу 1724 г. крестьянин, чтобы пойти со своего двора “работою кормиться”в соседние с его деревней места (до 30 верст от дома), должен был получить письменную отпускную от помещика. Для .более дальнего отхода требовался уже паспорт с подписями представителей власти. Так было положено начало паспортной системе. Она стесняла перемещение работников, формирование рынка рабочей силы, но с ее помощью легче было ловить беглых.

Россия в течение всего столетия оставалась страной аграрной. Сельское население составляло к концу века 95, 9%, из них 48, 7% крепостные мужского пола. В пашенный оборот вовлекаются обширные новые массивы земель — в Причерноморье и Крыму, на Дону и Северном Кавказе. На тучных южных черноземах власти отводили дворянам владения—от 1, 5 до 12 тысяч десятин; остальным “всякого звания людям”, кроме крепостных, — участки в 60 десятин. Возникали в отдельных случаях огромные латифундии: Потемкин, например, получил здесь 40 тысяч десятин;

Вяземский, генерал-прокурор Сената, —104 тысячи десятин. Довольно быстро, к концу века, в Новороссии появились излишки зерна на продажу. Земледелие продвигалось на новые территории Приуралья и Сибири.

В черноземных губерниях преобладает барщина, в нечерноземных — денежный оброк. Распространение последнего давало крестьянам больше простора для хозяйственной инициативы, обогащения. Именно из крестьян-оброчников выходили богатые купцы и мануфактуристы, а их владельцы-помещики получали от них большие платежи. Нередко такие крестьяне-богатеи откупались, конечно, за огромные деньги, на волю.

В черноземной полосе помещики получали немалые доходы от продажи излишков зерна и другой продукции, произведенной их крестьянами, которые трудились на барщине. В их имениях довольно часто применялась так называемая месячина — крестьяне, лишенные своего надела, все время трудились на барской пашне, получая от господина месячное пропитание и одежду.

В XVIII в. русские люди продолжали заселение и освоение обширных земель Сибири, продвигались на новые земли — на Чукотку и Курильские острова, в глубь Камчатки.

Местные нерусские народы по-прежнему жили в условиях первобытности (ительмены, чукчи, коряки, нивхи, айны и другие) или патриархально-феодальных отношений (ханты, манси, якуты, буряты). Они, с одной стороны, были объектом грабежа местной администрации; с другой — общались с русскими, и это их взаимно обогащало (хозяйственные навыки, приспособления, обычаи, одежда, язык и др.).

Великая деятельность великого государя была поистине всеобъемлющей. Даже такая неуправляемая сфера экономики, как сельское хозяйство, оказалась также предметом его внимания. Важнейшая мера Петра - внедрение в практику жатвы хлеба вместо традиционного серпа - литовской косы. Экономия труда была десятикратной и коса вскоре действительно стала широко распространенным орудием, правда лишь в черноземных и степных районах.

Революция цен (англ. Price revolution; нем. Preisrevolution) - процесс значительного повышения товарных цен вследствие падения стоимости благородных металлов, выполняющих функцию всеобщего эквивалента (денег).

В отличие от других стран падение стоимости благородных металлов происходило не во второй половине XVI века, а в первой половине XVIII века. Связано это было с изолированностью России от остальной Европы вплоть до Петра Великого. Как и в Западной Европе она выражалась в обесценивании денежного металла и громадном увеличении денежной массы, вследствие чего произошло быстрое и сильное повышение цен на все товары. В среднем цены возросли за столетие примерно в пять раз, причем главной причиной послужило нивелирование почти 10-кратного разрыва в ценах, который существовал на рубеже XVII-XVIII веков в России и западноевропейских странах. Эта революция цен оказала огромное влияние на экономику страны, в наибольшей степени последствия влияния проявились во второй половине XVIII веке. Аналогично Восточной Европе возобладала сельскохозяйственная ориентация народного хозяйства. Она стала углубляться, развиваясь в направлении производства зерна, пеньки и льна. В составе российского экспорта доля сельскохозяйственных продуктов в 1710 году составляла 92 %, к 1725 году понизилась до 52 процентов, а затем снова стала расти и к началу XIX века достигла 72 %. Особенно прогрессировал вывоз зерна. Важнейшим фактором специализации российской экономики на производстве сельскохозяйственной продукции, помимо включения России в международное разделение труда, явилось неравномерное повышение цен на различные группы товаров в ходе революции цен: цены на сельскохозяйственные товары повысились больше (особенно на зерно), чем на ремесленно-промышленные. Это сказывалось отрицательно на темпах роста промышленности и миграции крестьян в города. Отсюда происходило замедление роста городов. Более быстрый рост цен на сельскохозяйственные товары заставлял многих горожан до последнего держаться за огород, пашню. Во второй половине XVIII века земледелие давало средства к жизни примерно половине городского населения. Возник постоянный дефицит государственного бюджета.

Экономическое развитие России в первой половине XIX в. можно охарактеризовать как предкризисное, поскольку в экономике переплелись самым сложным образом старые, феодальные формы хозяйства и новые, рыночные отношения. В эти годы стало ясно, что страна не может двигаться вперед с тяжелыми кандалами крепостного права, но сделать радикальные шаги в этом направлении оказалось очень трудно. Этим обусловлена противоречивость многих мероприятий в период правления Александра I и Николая I.

В первой половине XIX века сельское хозяйство оставалось главной отраслью российской экономики. Примерно 90% населения страны составляли крестьяне. Развитие сельскохозяйственного производства происходило в основном экстенсивными методами, за счет расширения новых посевных площадей, которые увеличились за полвека на 53%, преимущественно в южных и восточных районах. Внедрение новых методов обработки почвы, новых сортов сельскохозяйственных культур происходило очень медленно, урожайность хлебов в начале века составляла в среднем «сам-три», «сам-четыре», то есть при посеве одного пуда собирали три-четыре пуда зерна. Это очень мало.

Частыми были неурожаи, которые приводили к массовому голоду крестьян, гибели скота.

Основной агротехнической системой оставалось традиционное трехполье, кое-где еще сохранялась подсека (в Сибири), а в степных районах - залежная система.

К середине XIX века сельское хозяйство начало постепенно изменяться. Расширялись посевы технических культур - хмеля, табака, льна.

На селе начали внедряться новые машины: молотилки, веялки, сеялки, жатки и др. Увеличился удельный вес наемных работников. В 1850-х годах их количество достигало 700 тыс. человек, в основном приходивших на сезонные работы в южные, степные, заволжские губернии, в Прибалтику.

Медленно продолжался процесс специализации отдельных регионов на производстве различных видов сельскохозяйственных культур: в Заволжье и в степных районах России все больше внимания уделялось выращиванию пшеницы.

В первой половине XIX века основными категориями крестьян были следующие: помещичьи, государственные и удельные (дворцовые). Помещичьи крестьяне составляли самую большую группу. В 1850-х годах их насчитывалось более 23 млн. человек обоего пола, в том числе 1.5 млн. - дворовых и 540 тыс. - работавших на частных фабриках и заводах.

Удельный вес крепостных крестьян в начале века составлял 40% по отношению ко всему населению страны. В разных регионах страны соотношение барщины и оброка было различным, поскольку оно зависело от экономической характеристики губернии. Так, в центральном районе, где был высок уровень промысловых занятий крестьян, большое распространение получила оброчная система - от 65 до 90%.

В 1820-х годах становится очевидным, что возможности развития помещичьих хозяйств, основанных на крепостном труде, практически исчерпаны. Заметно снижалась производительность труда на барщине, крестьяне искали всяческие предлоги уклониться от нее. В то время как помещик был кровно заинтересован в увеличении производства сельскохозяйственной продукции на продажу, и в первую очередь - зерна, крестьяне все меньше проявляли старания в работе.

Следует подчеркнуть, что крепостная система самым пагубным образом сказывалась, прежде всего, на сельскохозяйственном производстве. Увеличение вывоза за границу зерна, продовольствия и сырьевых продуктов обеспечивалось не механизацией аграрного сектора, а усилением эксплуатации крестьян, расширением отработочной ренты.

Приведенные данные свидетельствуют о сложности социально-экономических процессов в этот переходный период от феодализма к капитализму.

Крестьянская реформа привела к необратимым переменам во всех сферах русской жизни. В деревне полным ходом пошло расслоение крестьянства: из патриархальной сферы крестьян-общинников выделялись быстро богатевшие хозяева - потенциальные буржуа - и бедняки, превращавшиеся в неимущих пролетариев. В результате фабрики и заводы получили постоянный приток дешевой рабочей силы. Вследствие ускоренного разрушения натурального хозяйства более емким стал всероссийский внутренний рынок. Все это, вместе взятое, дало мощный импульс развитию промышленного производства. К началу 1880-х гг. в России завершается промышленный переворот. Наряду со старыми, традиционными отраслями промышленности возникают новые - угольная, нефтедобывающая, машиностроение; страна покрывается сетью железных дорог. В завершающую стадию вступает процесс формирования новых классов - буржуазии и пролетариата. Меняется быт всех слоев населения. Таким образом, в 1861 г. был дан толчок развитию новых социально-экономических отношений.

В 1869 г. вошла в строй дорога, соединившая Москву с южными хлебородными губерниями (Москва - Рязань - Козлов - Воронеж). Особенно перспективным оказалось открытое этой дорогой рязанское направление. От Рязани линия была продолжена до Самары, а затем - до Урала. Железная дорога вышла к воротам Сибири. В 1891 г. началось строительство Транссибирской железной дороги. К 1894 г. протяженность железных дорог России составила 27, 9 тыс. верст.

Сельскохозяйственное развитие России в пореформенный период было не столь успешным. Правда, значительно увеличился товарный характер сельского хозяйства, сформировалась региональная специализация Черноземье и Новороссия - товарное производство хлеба, да и экспорт зерна из России за 20 лет увеличился в 3 раза и составил в 1881 г. 202 млн. пудов (чему в значительной степени способствовало динамичное железнодорожной сети, создававшейся с расчетом на то, чтобы облегчить вывоз хлеба к портам). В мировом экспорте хлеба Россия твердо занимала первое место. Цены на хлеб на мирном рынке держались высокие.

Однако рост урожайности хлебов в России был невелик. Увеличение валовых сборов зерна достигалось в основном за счет распашки новых земель (особенно в черноземье, где были распаханы практически все сколько-нибудь пригодные для обработки земли). Основным поставщиком экспортного хлеба оставалось помещичье хозяйство.

Увеличение запашки не означало улучшения помещичьего хозяйства. Несмотря на целый ряд необычайно выгодных для них условий, как то: быстрый рост цен на хлеб в первые пореформенные годы, получение огромных денежных средств в результате выкупных сделок, облегчение условий кредита, большинство помещиков предпочло не потратить эти средства на модернизацию своего хозяйства, а попросту прожить, растратить их. Неслучайно в пореформенное время очень быстро растет задолженность помещичьих имений. Даже с учетом того, что все прежние долги помещичьих хозяйств в обязательном порядке были погашены из сумм крестьянского выкупа, к началу 1880-х гг. долг составлял 400 млн. руб. и продолжал неуклонно нарастать (к концу царствования Александра III - более 600 млн. руб.). Таким образом, в целом в пореформенное время помещичье хозяйство вступает в полосу глубокого кризиса. Расширяется продажа помещиками пахотных земель (в 1859 - 75 гг. продается в среднем по 517 тыс. десятин ежегодно; в 1875 - 1879 гг. - по 714 тыс. дес.; в начале 90-х гг. - по 785 тыс. дес., а к началу XX в. доходит и до 1 млн. дес.). Значительная часть продаваемой помещиками земли покупалась крестьянскими общинами и отдельными зажиточными крестьянами.

И только в степном Заволжье и на Северном Кавказе, где помещичье землевладение было невелико или его вообще не было, стало быстро утверждаться предпринимательское, фермерское хозяйство. Эти районы становились житницей России и основными поставщиками хлеба на экспорт.

В пореформенное 20-летие обозначились два пути эволюции аграрного строя России. Центрально-земледельческий вступил на медленный, затяжной путь перестройки хозяйства с сохранением крупного помещичьего землевладения (т.н. “прусский” путь). А в степных районах Заволжья и Северного Кавказа стал вырисовываться другой путь - фермерский, предпринимательский (т.н. “американский”).

В дореформенной деревне группы богатых, средних и бедных крестьян не были постоянными по своему составу. На протяжении жизни одного крестьянина его семья могла побывать во всех трех группах. После 1861 г. началось наследственное закрепление крестьянских семей в крайних социальных группах. Зажиточные семьи, которым теперь не приходилось делиться с помещиком своим достатком, стали передавать его по наследству. Эти крестьяне стали со временем конкурировать с помещиками в производстве и продаже хлеба, скупали их земли. В их хозяйствах широко применялся наемный труд. Но с другой стороны, в деревне появились даже и не бедные, а совсем разорившиеся, пролетаризированные дворы. Обычно это происходило вследствие дурных качеств домохозяев (лени, пьянства и пр.). Но их дети, как бы трудолюбивы и рачительны они ни были, имели уже мало шансов поправить свое хозяйство. Расслоение крестьянства стало принимать необратимый характер. Но между середняками и беднотой не было четкой грани. Эти две социальные группы, тесно взаимосвязанные, составляли основную массу крестьянского населения.

Еще более ухудшило положение падение в конце 1870-х гг. европейских цен на хлеб (в связи с появлением в большом количестве на рынке дешевого хлеба из США, Канады, Аргентины и Австралии). Разразился мировой сельскохозяйственный кризис. В той или иной степени затруднения переживали все европейские производители сельхозпродукции. В русском черноземье это привело к резкому уменьшению помещичьей запашки, сокращению отработок, росту арендных цен на землю (на 300 - 500 %). Зачастую они становились просто недоступны крестьянам. В отчаянии крестьяне прибегли к земельным переделам, пытаясь если не спастись от нищеты, то хотя бы уравнять шансы всех членов общины. Были подорваны зарождавшиеся представления о частной собственности на землю. В довершение всего, обширную территорию России охватили неурожаи, следствием которых стал ряд голодных лет. После неурожая крестьяне Нечерноземья стали перестраивать свое хозяйство. Расширились посевы льна и других технических культур, начался переход от трехполья к многопольному севообороту. В Черноземье же нарастала безысходность и отчаяние. Здесь до 50% крестьян были безлошадны, а остальные имели как правило лишь одну лошадь, до 75% изб по прежнему топилось по-черному и даже солома с крыш была скормлена скоту.

Нельзя сказать, однако, что правительство вовсе не заботило положение крестьян. Так, по восшествии на престол Александр III реализовал ряд мер, облегчающих положение крестьян (большая часть из которых была разработана еще при его отце). Так, в декабре 1881 г. было отменено временнообязанное состояние и все крестьяне переведены на выкуп и одновременно несколько снижены выкупные платежи (впрочем, незначительно - на 1 руб. повсеместно плюс 5 млн. ассигновано на дополнительное снижение в наиболее страдающих от чрезмерных платежей губерниях). В 1882 г. новый министр финансов Бунге, стремясь к снижению налогового бремени, решился на отмену введенной еще Петром I подушной подати. Недополучение 40 млн. руб. ежегодно компенсировали увеличением спиртового акциза и переводом на обязательный выкуп земли государственных крестьян (которые, фактически, и так были во многом предоставлены сами себе). В целях борьбы с крестьянским малоземельем и ростом арендной платы в апреле 1881 г. малоземельным крестьянам было предоставлено право на льготных условиях арендовать близлежащие казенные земли. С этими же целями в 1882 г. был создан Крестьянский банк, который доложен был снабжать крестьянство дешевыми кредитами для покупки земли. Необходимо, однако, признать, что ео услугами могли воспользоваться лишь наиболее зажиточные верхи крестьянства и за 10 лет существования банка крестьянское землевладение благодаря ему увеличилось лишь на 1, 2%, тогда как при помощи частных банков или вовсе без посторонней помощи за тот же период было выкуплено 3% земли. Развивалось, при молчаливом попустительстве властей, и переселенческое движение (в Сибирь и на Дальний Восток).

Важнейшим вопросом финансовой политики в стране в пореформенный период стало достижение бездефицитного бюджета, ликвидация негативных последствий отмены крепостного права и восстановление обмена кредитных билетов на серебро, прерванного после начала Крымской войны. Огромную роль в решении этих вопросов сыграл министр финансов Рейтерн. Путем жесткого контроля за сокращением государственных расходов, он сумел добиться к 1875 г. ликвидации бюджетного дефицита и накопления металлического (золотого и серебряного) фонда, составившего уже 160 млн. руб. Мечтой Рейтерна было введение золотого стандарта русского рубля, которое должно было увенчать его титанические труды. Однако целый ряд неблагоприятных обстоятельств (падение доходов от хлебного экспорта, отлив иностранного капитала из России после краха в середине 1870-х гг. ряда крупных банков (“дело Струсберга”) и, наконец, русско-турецкая война 1877 - 1878 гг.) не позволили реализовать этот план. Вновь пришлось печатать не обеспеченные серебром бумажные деньги.

4. Зерновые культуры в 20 веке

В результате экономического развития в пореформенный период (особенно промышленного подъема 90-х годов XIX в., завершился к 1880-1890 гг.) окончательно сложилась система российского капитализма. Это выражалось в росте предпринимательства и капиталов, совершенствовании производства, его технологическом перевооружении, увеличении количества наемной рабочей силы во всех сферах народного хозяйства. Одновременно с другими капиталистическими странами в России происходила вторая техническая революция (ускорение производства средств производства, широкое использование электричества и других достижений современной науки), совпавшая с индустриализацией. Из отсталой аграрной страны Россия к началу XX в. стала аграрно-индустриальной державой (82 % занято в сельском хозяйстве). По объему промышленной продукции она вошла в пятерку крупнейших государств (Англия, Франция, США и Германия) и все глубже втягивалась в мировую систему хозяйства.

Несмотря на ускоренное развитие промышленности, ведущим по удельному весу в экономике страны оставался аграрный сектор. 82% ее населения было занято в этой отрасли. Она занимала первое место в мире по объему производимой продукции: на ее долю приходилось 50% мирового сбора ржи, 25% мирового экспорта пшеницы.

Особенности сельского хозяйства:

-зерновая специализация сельского хозяйства, приведшая к аграрному

перенаселению и истощению земель;

-зависимость от цен на зерно на внешнем рынке в условиях усилившейся конкуренции со стороны США, Аргентины, Австралии;

-маломощность основной массы крестьянских хозяйств, прирост продукции отмечался только в помещичьих хозяйствах и хозяйствах зажиточных крестьян (не более 15—20% всех крестьян);

-месторасположение России — «зона рискованного земледелия», что при низкой технологии сельского хозяйства приводило к хроническим неурожаям и голоду;

-сохранение полукрепостнических и патриархальных пережитков в деревне Аграрный сектор был включен в процесс модернизации лишь частично. Именно проблемы сельского хозяйства стали главным стержнем экономической, социальной и политической жизни страны начала века.

Таким образом, Россия вступила на путь модернизации с отставанием от Западной Европы. Противоречия в развитии российской экономики были связаны именно с недостаточностью втягивания ее отдельных секторов в модернизацию. Серьезным тормозом на пути экономического развития являлись самодержавие и политическое засилье дворянства.

В конце 19, начале 20 столетия Россия вступала в эпоху лавинообразного накопления избыточного сельского населения, обостряющего обнищание деревни и одновременно обуславливающего дефицит городского населения и тем самым создающий существенные ограничения в индустриализации страны. В результате в экономике Российской империи постоянно усиливался структурный кризис, выражающийся в секторном разрыве между промышленным и сельскохозяйственными сферами производства.

Империя стояла на пороге социально-экономического процесса, через который уже прошли все промышленно-развитые страны, обогнавшие нашу страну в своем историческом развитии. Процесс этот получил название экономического раскрестьянивания села.

Даже в пике своего экономического могущества в 1913 году в России 29, 2% крестьян были безлошадными и 30, 3% однолошадными и едва сводили концы с концами. Около половины крестьянских хозяйств еще пахало сохой, а не плугом. В подавляющем большинстве случаев крестьяне продолжали сеять вручную, жать хлеб серпом и молотить его цепами. Любая механизация сельскохозяйственных работ автоматически делала значительную часть крестьян лишними и оставила бы значительную часть крестьян без работы и средств к существованию.

Именно исторически неизбежный процесс раскрестьянивания деревни и определил железную логику социально-экономического развития России на протяжении первой половины 20 столетия.

В начале 20 столетия урожайность на землях помещиков в среднем была на 15-20% выше, чем у крестьян. Однако объяснялось это разность вовсе не различием в формах собственности на землю, а тем, что помещики изначально были более зажиточными, в отличие от беднейших крестьян, могли позволить себе обеспечить хотя бы минимальный уровень агротехники. Среди помещиков не было безлошадных, а среди крестьян их было 29, 2%, практически все помещичьи поля распахивались с помощью плуга, а около половины крестьян еще пахало сохой.

Итоги столыпинской аграрной реформы были весьма печальными: количество лошадей в расчете на 100 жителей в европейской части России сократилось с 23 в 1905 году до 18 в 1910. Средняя урожайность зерновых упала с 37, 9 пуда с десятины в 1901-1905 годах до 35, 2 пуда в 1906-1910 годах. Производство зерна на душу населения сократилось с 25 пудов в 1901-1905 годах до 22 пудов в 1905-1910 годах. В 1911 году разразился голод, охвативший до 30 миллионов крестьян.

Сельское хозяйство обеспечивало фронт и тыл продовольствием, а промышленность — сырьём. Проблема продовольствия решалась на совершенно различных основах в период военной экономики 1914–1917 годов в дореволюционной России, в период военной экономики 1918–1921 годов в Советской России и в период военной экономики СССР 1941–1945 годов в современной Отечественной войне.

Коренным образом изменилась общественная структура производства хлеба в СССР по сравнению с дореволюционным периодом, когда 72% всего товарного хлеба было сосредоточено в руках помещиков и кулаков. В СССР, как известно, производство товарного хлеба в основном сосредоточено в социалистических предприятиях — совхозах и колхозах.

Особенно велико различие трёх периодов в уровне производства товарной продукции зерна. Заготовка и закупка хлеба дала в 1914–1917 годах в дореволюционной России 1 399 млн. пудов, в 1918–1921 годах, в первый период Советской России, — 920 млн. пудов, а в СССР в 1941–1944 годах — 4264 млн. пудов, несмотря на немецкую оккупацию богатейшей житницы Советского Союза — Украины и Северного Кавказа. Такой рост товарности сельского хозяйства стал возможен только на основе крупного механизированного социалистического земледелия.

Первая мировая империалистическая война исключительно тяжело отразилась на положении сельского хозяйства России. Посевные площади зерновых культур сократились с 94 млн. га в 1913 году до 85 млн. га в 1917 году, а производство зерна за эти годы уменьшилось почти на 1, 5 млрд. пудов.

К началу первой мировой войны в России 25% всех ресурсов зерна давала Украина, 12, 6% — районы Северного Кавказа и 12% — районы Поволжья. На долю Сибири, Урала и Казахстана приходилось только 18% всех ресурсов зерна. Поэтому, когда в ходе первой мировой войны Украина оказалась прифронтовой зоной, а затем и полем военных действий, продовольственное положение России чрезвычайно обострилось.

В годы гражданской войны, после первой мировой войны, Советская Россия оказалась перед настоящей продовольственной катастрофой. Величайшими усилиями социалистического государства эта катастрофа была предотвращена. Если заготовки хлеба из урожая 1917 года составили в Советской России всего лишь 73, 4 млн. пудов, то в 1918 году они выросли до 107, 9 млн. пудов, в 1919 году — до 212, 5 млн. пудов и в 1920 году — уже до 367 млн. пудов. Однако в результате первой мировой войны, а также интервенции к 1921 году деревня пришла с резко сократившимися посевными площадями и урожаями зерна.

В период военной экономики 1941–1945 годов в СССР неизмеримо выросла потребность в товарном хлебе. Выросло и городское и армейское потребление хлеба. Тем не менее проблема продовольствия, несмотря на временное выпадение плодородной Украины и Северного Кавказа, в СССР была разрешена успешно.

Решение продовольственной проблемы в СССР в период Отечественной войны стало возможно:

-во-первых, благодаря колхозному строю, обеспечившему высокую товарность и валовой урожай хлеба;

-во-вторых, благодаря сосредоточению основной массы товарного хлеба в руках государства, организовавшего правильный учёт и распределение продовольствия;

-в-третьих, в силу нового размещения производства хлеба в стране, увеличившего долю восточных районов СССР.

Изменение в размещении зернового производства на территории СССР в сравнении с дорево

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "История развития зерновой промышленности России и Алтайском крае". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 587

Другие дипломные работы по специальности "Ботаника и сельское хоз-во":

Планирование работы скотоводческого предприятия

Смотреть работу >>

Модель устойчивого земледелия сельскохозяйственного предприятия лесостепи Южного Урала

Смотреть работу >>

Перспективы размножения жимолости съедобной зелеными и одревесневшими черенками в условиях Южного Урала

Смотреть работу >>

Ремонт машинотракторного парка на примере хозяйства "Нива"

Смотреть работу >>

Проектирование карпового хозяйства с использованием теплых сбросных вод Псковской ГРЭС, с количеством закупаемых личинок – 3 млн. шт

Смотреть работу >>