Дипломная работа на тему "Становление страхования как института гражданского права"

ГлавнаяБанковское дело → Становление страхования как института гражданского права




Не нашли то, что вам нужно?
Посмотрите вашу тему в базе готовых дипломных и курсовых работ:

(Результаты откроются в новом окне)

Текст дипломной работы "Становление страхования как института гражданского права":


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. Становление страхования и страхового права: историко-правовой анализ

1.1 Правовая природа и сущность страхования

1.2 Страхование и страховое право античных времен

1.3 Страхование и страховое право в эпоху средневековья

1.4 Страхование, как институт гражданского права, в период зарождения капитала

1.5 Основные центры развития страхования и страхового права в их исторической смене

ГЛАВА 2. Современное состояние страхования и страхового права зарубежных стран

2.1 Страховое право в Великобритании

2.2 Страховое право в США

2.3 Страховое право скандинавских стран

ГЛАВА 3. Становление и основные направления совершенствования страхования и страхового права в России

3.1 Источники страхового права древней Руси

и дореволюционной России

3.2 Этапы развития института страхования в России

в период с 1917 - 1990 гг.

3.3 Страхование и страховое право в РФ после распада СССР

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Заказать дипломную - rosdiplomnaya.com

Новый банк готовых оригинальных дипломных работ предлагает вам скачать любые работы по требуемой вам теме. Правильное выполнение дипломных работ по индивидуальным требованиям в Волгограде и в других городах России.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

ВВЕДЕНИЕ

Страхование как система защиты имущественных интересов граждан, организаций и государства является необходимым элементом социально-экономической системы общества. Страхование предоставляет гарантии восстановления нарушенных имущественных интересов в случае непредвиденных природных, техногенных и иных явлений, оказывает позитивное влияние на укрепление финансов государства. Оно не только освобождает бюджет от расходов на возмещение убытков при наступлении страховых случаев, но и является одним из наиболее стабильных источников долгосрочных инвестиций. Все вышесказанное определяет стратегическую позицию страхования в развитых странах мира и в России в частности. Поэтому необходимо в соответствии с требованиями реальности как можно скорее перевести в ранг правоотношений все сформировавшиеся и только зарождающиеся взаимоотношения в сфере страховых услуг, что, в свою очередь, окажет благотворное влияние на темпы экономического роста в Российской Федерации.

Однако деятельность по совершенствованию законодательной базы должна опираться на четкое понимание природы регулируемого хозяйственного процесса. Законодатель должен обладать знаниями, которые позволили бы ему работать на перспективу так, чтобы принятие закона, регулирующего страховую деятельность, не требовало буквально через полгода внесения изменений, а через год-два - одобрения нового законопроекта по этому же вопросу.

В подготовке законопроектов обязательно должны участвовать специалисты-правоведы, образование которых не ограничивается осознанием необходимости принятия правовых норм, а включает в себя, помимо этого, понимание юридической природы регулируемых отношений. Это гарантирует в определенной степени от ошибок и неясностей.

Руководствуясь вышеозначенной необходимостью, выбрана тема выпускной квалификационной работы, а именно – «Становление страхования как института гражданского права».

Итак, объектом данной работы является совокупность общественных отношений в сфере страхования. Предметом исследования стало изучение развития и становления страхования в качестве института гражданского права.

Логика темы исследования определила следующую цель:

- рассмотреть становление страхования, страхового права как неотъемлемых составляющих отрасли и науки гражданского права.

Далее поставленная цель детализирована в конкретных задачах:

- определение сути и правовой природы страхования;

- изучение страховых правоотношений и источников страхового права античности, средневековья, эпохи капитализма, современности;

- изучение страхового права в его историческом развитии;

- выявление правоотношений, явившихся прародителями страхового права;

- анализ текущего состояния страхового законодательства США, стран Скандинавии, Великобритании и России, выявление особенностей и некоторых проблемных моментов в правовом обеспечении страховой деятельности в этих государствах;

- изучение действующего российского законодательства и его сопоставление с историческими аналогами;

- выявить через анализ исторического развития страхования его юридическую природу.

Без изучения преемственности правовых институтов не существует понятия юриспруденции как науки. Это требует применения историко-правового метода, формально-юридического метода, а также метода сравнительного анализа, которые были использованы при написании этой работы.

С помощью указанных методов были изучены и проанализированы источники страхового права в их последовательной исторической смене, а также научные труды политологов и юристов.

ГЛАВА 1. Становление страхования и страхового права: историко-правовой анализ

1.1 Правовая природа и сущность страхования

Как и многие другие институты гражданского права, страхование существует не одно столетие. Более точное время зарождения страховых правоотношений определить невозможно. Разрыв в сроках у различных исследователей определяется тысячелетиями.

Один из представителей Германской страховой науки Альфред Манес утверждает, что «подлинная история» страхования, сменившая его «предысторию» начинается лишь с середины XIV века. По мнению Манеса, в период «предыстории» страхования были лишь сходные со страхованием институты, но не было еще подлинного страхования.

Немецкий опять же юрист Эренберг заявлял, что история страхования начинается лишь со времени возникновения коммерческого страхования. Его соотечественник Гаген утверждает, что страхование вступило в правовую и хозяйственную жизнь «нового времени», как нечто совершенно «новое».

Тот же взгляд мы видим у французского юриста Эмара – «древность не знала страхования». Близко подходит в данном вопросе к Эмару и бельгийский юрист Эку. (Цит. по: диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук В. К. Райхера, защищенная в 1953 г. в институте права Академии Наук СССР). Как и Эмар, Эку полагает, что народы древности не знали страхования, что у этих народов взаимная помощь заменяла еще отсутствующее страхование, и что настоящее страхование возникло лишь в XIV веке. В России подобной точки зрения придерживался известный русский юрист Г. Ф. Шершеневич. Он соглашался с иностранными авторами и лишь несколько расходился с ними в хронологии. Шершеневич считал, что «впервые идея страхования находит себе применение в области морской торговли», а «морское страхование появляется около XIII века на Средиземном море» [40. С. 363].

Существует и другая точка зрения на возраст страхования как хозяйственного и правового институтов. Она допускает существование страхования и в течение всех средних веков, и в древности, и притом сходного с тем страхованием, какое мы принимаем за классическое.

Эмеригон (исследователь страхования из Франции), опираясь на тексты из Тита Ливия, Цицерона и Светония, утверждал, что договор страхования, как таковой, уже существовал у древних римлян, хотя еще без специфической для него правовой формы. Есть авторы утверждающие, что будто уже в древней Греции, в эпоху Александра Македонского, существовали страховые общества: взаимные (мысль Старка) и даже акционерные (Д’Мишель-Маригни). Гольдшмидт признает наличие страхования в античности и считает весьма вероятным существование самостоятельных страховых договоров в древнем Риме. Таким образом, мы имеем, на первый взгляд, два взаимно противоречащих мнения. Это явление тем более интересное, что сторонники обоих мнений располагают и оперируют одним и тем же фактическим материалом, одними и теми же историческими данными. Сложность в разрешении этого вопроса заключается в отсутствии единого понимания страхования. Страховая наука знает множество определений «страхования». Тем не менее, мы не обладаем безукоризненным определением. По мнению Чубера, такое в высшей степени сложное, постоянно развивающееся явление, как страхование, нельзя объять немногими словами.

Немецкий ученый прошлого века Кроста собрал в своей книге, существующие в науке определения страхования.

Он различает субъективные теории, исходящие при определении страхования с точки зрения субъекта, которому оно возмещает убыток, или потребности которого оно удовлетворяет. В этой теории можно выделить следующие определения:

1. «страхование есть организация, имеющая целью выровнять вредные неблагоприятные последствия в хозяйственной жизни» - Бехер.

2. «всякое страхование имеет в самом глубоком основании солидарное соединение страхователей для выравнивания потерь» - Шеффле.

Имеется ряд определений, авторы которых говорят не о вреде, не о потерях, а о потребностях. Маршнер понимает страхование как хозяйственное учреждение на принципе взаимопомощи, которое ставит целью удовлетворение индивидуальных или коллективных потребностей, путем отвращения хозяйственного ущерба или предупреждения уменьшения капитала вследствие случайных статистически измеримых событий. Для Манеса страхование - хозяйственная организация на основе взаимности в целях покрытия случайной измеримой, имущественной потребности. Определения, исходящие из указанного принципа совершенно игнорируют принцип возмездности, лежащий в основе страховой сделки. К объективным теориям относятся те, которые имеют в виду не соединение отдельных хозяйств страхователей, но соединение объектов. Здесь страхование понимается как соединение рисков в целях возмездного выравнивания (Кроста).

Недостаток этого рода определений заключается в том, что они содержат понятия, требующие еще своего определения и разъяснения (риск, выравнивание). Здесь одно неизвестное определяется другим неизвестным.

Существуют и другие определения страхования. Наиболее распространено в современной юридической и экономической литературе определение:

«Страхование - это система экономических отношений, включающая образование за счет юридических и физических лиц специального фонда средств и его использование для возмещения материального ущерба в имуществе от стихийных бедствий и других неблагоприятных (случайных) явлений, а также для оказания гражданам (или их семьям) помощи при наступлении различных событий в их жизни» [29. C.212].

На этом определении пока можно остановиться и рассмотреть развитие и становление страхования, связь с современностью.

1.2 Страхование и страховое право античных времен

Источники страхового права насчитывают тысячелетия. «Первые зачатки правового регулирования страхования встречаются еще в законах вавилонского царя Хамураби (более 2000 лет до нашей эры), устанавливавших нечто вроде взаимного (ст. 7 Закона РФ «Об организации страхового дела в РФ»- далее Закона «О страховании») страхования караванов вавилонских путешественников от вреда, причиняемого им нападениями разбойников» [28. C. 9]. Участники торгового каравана заключали между собой договор о том, чтобы нести сообща убытки, постигшие кого-либо из них в пути, от ограбления, кражи или пропажи.

Подобные же договоры заключались, в Палестине и в Сирии на случай падежа, растерзания хищным зверем, кражи или пропажи у кого-либо из участников каравана. В области торгового права соглашения о взаимном распределении убытков от кораблекрушения и иных морских опасностей заключались между корабельщиками-купцами и на берегах Персидского залива, и в Финикии, и в древней Греции. «В 916 г. до нашей эры на острове Родос был принят ордонанс, в котором была представлена система распределения ущерба при общей аварии, принципы которой сохранились до наших дней» [18. C.3].

Соглашения о страховой взаимопомощи мы встречаем в самой глубокой древности - преимущественно в области торговли. Это была путевая, странствующая торговля: морская и сухопутная. Соответственно объектами страховых соглашений являлись как товары, так и перевозочные средства: главным образом, морские корабли и вьючные животные (интересно отметить то, что в этот период не было прямого разделения страхования груза и транспорта. Как правило, под страховую защиту попадало и первое, и второе без разделения. На наш взгляд, это связано с тем, что в рассматриваемый период, страховые события имели катастрофический характер. Сейчас же существует разделение на страхование груза и страхование только лишь транспортного средства - так называемое КАСКО-страхование, если же страхуют и груз, и транспорт, то это является по действующему законодательству комбинированным страхованием). Смысл таких соглашений состоял в стремлении рассредоточить между всеми заинтересованными лицами риск возможного ущерба по перевозочным средствам и грузам. Как видим, первоначально страховое право регулировало лишь взаимное страхование, которое, строясь на основе доверия участников, развивалось тысячелетия. К сожалению, в России сегодня очень редко встретишь общества взаимного страхования. Законодательством эта форма страхования урегулирована недостаточно. В Законе № 4015-1 от 27.11.92 г. «Об организации страхового дела в РФ», изменившим после принятия двух редактирующих Федеральных законов от 31.12.1997г. № 157 и от 20.11.99г. № 204 по сути только название, взаимное страхование допускается в порядке и на условиях, определяемых Положением об обществах взаимного страхования (ст.7). В ГК РФ перечислены особенности деятельности обществ взаимного страхования (п.2 ст.968). Возможно, что эта форма страхования вновь приобретет популярность в современной России. Для этого надо хотя бы принять обещанные в 1992 г. Положение и в 1996г. Закон «Об обществах взаимного страхования».

То, что мы сегодня называем страхованием имущества (Закон РФ «О страховании» ст.4, ГК РФ ст.930) начало развиваться из страхования «грузоперевозок», или из торговли.

Параллельно со страхованием грузов и перевозочных средств зарождалось и развивалось страхование личности (Закон РФ «О страховании» ст.4, ГК РФ ст.934).

В Египте существовали на началах взаимного страхования товарищества религиозного характера, имевшие целью оказывать помощь родственникам своих умерших членов.

По утверждению Манеса, при римских императорах уже существовали союзы людей низшего сословия (Серебровский считает, что это были религиозные товарищества, а не союзы людей низшего сословия) collegia tenuiorum, которые при условии уплаты вступительных денег и месячного взноса (то, что мы сейчас называем страховым взносом, страховой премией - Закон РФ «О страховании» ст. ст.2, 11, ГК РФ п.1 ст.929, ст.954) на случай смерти от своих сочленов выплачивали их наследникам известную сумму денег на погребение. Также и среди римских солдат действовали учреждения, целью которых было выплачивать своим сочленам, например, при переводе в другой гарнизон деньги на дорогу; в случае смерти - деньги на погребение. Почти во всех приведенных формах страховых правоотношений есть одно общее явление. Здесь еще не узаконена обязательность страховых премий (взносов), вносимых в общую кассу участниками страхового коллектива. Убыток возмещается пострадавшему не из заранее организованного страхового фонда, а лишь путем последующей раскладки возникшего убытка между членами коллектива. В лучшем случае, если участники коллектива имели общую кассу для некоторых путевых и тому подобных расходов, возмещение убытка могло производиться и из этой кассы. Несмотря на отсутствие регулярных страховых взносов, форма организации страхового фонда здесь все же налицо. Страховой фонд организуется здесь совершенно особым образом - не предварительными взносами участников, а обязательствами их возмещать будущие убытки в порядке раскладки. Такая именно организация страхового фонда является наиболее примитивной его формой.

Впоследствии страхование начинает строиться и на другой основе: на основе аккумуляции постоянного фонда. Оно переходит тем самым к другой, более совершенной форме, к новой, более высокой фазе своего развития: от последующей раскладки убытка к регулярным страховым платежам. Однако еще долгое время эти две формы страхования существуют рядом: первая по преимуществу в области торговли, вторая по преимуществу в области ремесла. В отличие от торговли, ремесло являлось не бродячим, а оседлым занятием. Здесь речь шла уже не о коллективах случайных попутчиков, объединенных между собою лишь общностью торгового маршрута и его путевых рисков. Здесь носителями страхования были профессиональные объединения ремесленников, постоянно проживающих на данной территории. Это были уже организации уставного, а не разоводоговорного характера, с постоянным, стабильным составом участников, тесно связанным между собою в области профессиональных интересов. В силу постоянной и гораздо более тесной взаимной связи в организациях ремесленников, по сравнению с путешествующими коллективами купцов, система взаимопомощи приобретает здесь вполне правовой характер. Она распространяется на широкий круг несчастных случаев, угрожающих уже не только имуществу, но жизни и здоровью людей (вновь встречаем личное страхование). Объектом этого вида страхования является не имущество, а жизнь и здоровье человека. Этот вид страхования получил большое развитие и существует сегодня - ФЗ «О страховании» ст.4). Правовому закреплению подвергается, таким образом, имущественное и личное страхование, часто с перевесом в сторону последнего. При таких условиях, если в организациях ремесленников первичной формой страхования также была, как это можно полагать, система последующей раскладки убытка, то все же ее здесь сравнительно скоро сменяет система аккумуляции постоянного страхового фонда.

По сравнению со всеми другими народами древности, взаимное страхование в постоянных организациях уставного типа наиболее ярко и отчетливо выступает у римлян.

Цивильному праву Древнего Рима были издавна известны две категории частных союзов: профессиональные [41. C. 313] и религиозные. И те, и другие существовали, в значительном количестве, не только в самом городе Риме, но и по всей Италии и в римских провинциях.

Особого внимания заслуживают римские профессиональные союзы. Их основное ядро составляли ремесленники и тому подобные работники различных профессий. Римские профессиональные коллегии представляли собой организации, тесно объединявшие своих членов в различных областях их общественной и личной жизни. По мнению автора, в основе объединения лежала общность экономических интересов членов коллегии.

Основной целью коллегий являлось взаимное обеспечение своим членам соответствующего, признаваемого «приличным», погребения (похоронная процессия, могила, памятник и т. д., некогда цель существования коллегий – «приличное» погребение - преобразовалось со временем в один из многочисленных видов страхования)

Однако, помимо этой задачи, коллегии выполняли еще и другие функции взаимопомощи: материально поддерживали своих членов в случаях болезни, увечья, выдавала пособия семье умершего и т. д. Возможно, здесь зарождалось социальное страхование.

Насколько можно судить по дошедшим до нас источникам права, организация этого страхования была построена на следующих основаниях:

- члены коллегии уплачивали единовременный взнос при поступлении, а затем - ежемесячные взносы. Так, в ланувийской коллегии, учрежденной в 133 г. н. э., члены ее при вступлении вносили 100 сестерциев и амфору «доброго вина», а затем ежемесячно по 5 ассов.

В случае смерти члена коллегии из ее кассы выплачивается определенная в уставе сумма. В уставе ланувийской коллегии эта сумма определена в размере 300 сестерциев для раздачи участникам похоронной процессии.

Целевое назначение страховой выплаты заключается, прежде всего, в достойной организации погребения. И это целевое назначение обеспечивается рядом правовых гарантий. Так, на получение страховой выплаты может претендовать только наследник по завещанию (иными словами - выгодоприобретатель), а не по закону, как бы ни был он близок к умершему по степени родства. Это объясняется тем, что только лицо, избранное самим умершим, может наилучшим образом обеспечить целевое назначение полученных денег. Даже при отсутствии завещания деньги не выдаются законному наследнику.

Похороны в этом случае совершаются, за счет причитающейся суммы, самой коллегией.

Той же цели, охраны целевого назначения похоронных сумм, служит и неприкосновенность страховой выплаты для кредиторских взысканий. Равным образом, в отступлении от общего положения римского права о том, что все результаты сделок, совершаемых рабами, принадлежат их господину, последний не имеет права на страховую выплату раба. Однако, «в силу права собственности на раба господин может отказать в предоставлении его трупа для погребения. В этом случае, если раб не оставил распоряжения о том, кому выдать страховую выплату, коллегия совершает за счет этой суммы символическое погребение («funus imaginarium»), т. е. хоронит умершего раба «в изображении» («in effegie»)» [26. C. 89].

В двух случаях право на страховую выплату теряется:

1) в случае самоубийства; (в российском законодательстве при самоубийстве страховая выплата выдается если к моменту наступления страхового случая договор страхования действовал не менее 2-х лет - п.3 ст.963 ГК РФ. Эта норма ГК не соотносится с такими понятиями, безусловными для природы страхования, как случайность наступления страхового события (ст.9 Закона РФ «О страховании»));

2) в случае просрочки к моменту смерти ежемесячных взносов свыше определенного в уставе срока: по уставу ланувийской коллегии - за 6 или 10 месяцев подряд.

Независимо от права на страховую выплату (и на поддержку в случаях болезни, увечья и т. д.) члены коллегии имеют в известных случаях и право на получение причитающихся им долей в коллегиальном имуществе.

Раздел имущества коллегии между ее членами не исключался, как мы видели, даже и при ликвидации недозволенных коллегий.

Равным образом, и при выходе из коллегии с выбывающим производился соответствующий расчет. Если не во всех, то во многих коллегиях их члены имеют право распорядиться на случай смерти своей долей участия в имуществе коллегии.

Мы видим, какой, относительно высокой, ступени развития достигает в коллегиях и организация взаимного страхового обеспечения, и иные вопросы имущественных правоотношений. Также видно, что для регулирования всех этих вопросов уже приведен в действие юридический механизм.

Кроме ремесленных и т. п. профессиональных союзов, взаимное страхование в древнем Риме существовало и в военных организациях.

Важной деталью является присутствие в страховых правоотношениях, в качестве полноценной составляющей, уставных правил страхования, которые являются правовым аналогом существующих ныне, и подобно им соблюдались как законы (ст. 943 ГК РФ).

Все указанные нормы страхового права античности, начиная от соглашения о раскладе убытка и кончая уставами римских коллегий, бесследно исчезают, на ряд веков, после крушения Римской империи.

1.3 Страхование и страховое право в эпоху средневековья

Развитие страхования и страхового права в средние века началось заново, вне прямого исторического преемства со страхованием античного общества.

«Средневековое страхование, начинаясь, во всяком случае, с XII-XIII вв., по сравнению с античным страхованием гораздо более изучено, поскольку о средневековых носителях страхования, гильдиях и цехах, известно больше, чем даже о наиболее изученных организациях античного страхования: римских профессиональных коллегиях. Но и в области средневекового страхования еще многое остается неисследованным. Теряется в неизвестности уже само его начало. Его обычно относят к XI, самое раннее - к Х в.» Тем не менее, можно считать установленным, что «...еще и до Х в. в королевстве франков существовали именовавшиеся гильдиями, хотя и отличные от позднейших купеческих гильдий, союзы, и что в этих союзах уже была организация взаимопомощи, носившая страховой характер. Франкский король, Карломан - брат Людовика III и императора Карла III Толстого, Капитулярием 884 г. воспретил гильдии, направленные на самозащиту (а вместе с тем и возмещавшие своим членам убытки) от грабежей» [23. C.14]. Итак, уже для VIII-IX вв. засвидетельствована гильдейская страховая взаимопомощь в случаях обнищания, пожара, кораблекрушения, грабежа.

По отношению к другим странам наиболее ранние указания на гильдейское страхование относятся: для Англии - к Х в. (лондонские гильдии при короле Этельстане, 925 - 940 гг.) и XI в. (гильдии в Кембридже и в Экзетере - главном городе Девонширского графства); для Германии - к Х-ХI вв.; для Дании и Исландии - к XII в. (как и в античное время страхование начинается с обществ взаимного страхования).

Таким образом, для эпохи феодализма, наряду с принципом вассальной зависимости, распространявшим свое действие также и на города, характерно усиленное развитие принципа взаимопомощи во внутренней жизни города.

Гильдии и цехи сохранили, и даже развили ту свою функцию, которая не вызывала возражений со стороны государства: функцию взаимопомощи в несчастных случаях.

«Первоначально страховая взаимопомощь декретировалась в уставах гильдий и цехов еще в совершенно общей форме, без точного определения размеров пособий или возмещения убытков и даже самого круга страховых случаев» [24. C. 114].

Как и в античные времена, в рассматриваемый период вначале еще не взимались периодические страховые взносы, а возмещение убытка или выплата пособия производились либо из общегильдейской или общецеховой кассы, на общих основаниях со всеми другими расходами, либо путем последующей раскладки между членами. Так, например, в датских гильдиях еще в начале XIII в. сохранялась система последующей раскладки убытков (от кораблекрушения) и пособий (на выкуп из плена, на совершение паломничества и т. д.).

Впоследствии, правовая организация взаимопомощи получила в гильдиях и цехах более точные и определенные формы. Воспроизводя путь, уже пройденный в свое время античным страхованием, средневековое гильдейско-цеховое страхование переходило, в одних странах ранее, в других позднее, от системы последующей раскладки к системе регулярных взносов. Вместе с тем, уточнялись основания, а нередко и размеры страховых выплат.

Страховое право средневековья закрепляло более четко и подробно основания страховых выплат и перечень страховых случаев. Причем круг страховых случаев определяется неодинаково в разные эпохи, в разных странах, в разных типах организаций (например, в купеческих гильдиях и цехах) и даже в отдельных организациях одного и того же типа.

Например, гильдейское взаимное страхование предусматривало самые различные случаи, как непосредственно касающиеся личности, так и относящиеся к имуществу членов гильдии, подразделяясь, таким образом, по существу на имущественное и личное страхование (сейчас законодательно разделение на личное и имущественное страхование закреплено в ст.930 и ст.934 ГК РФ, ст.4 ФЗ «О страховании»). «В области имущественного страхования гильдии возмещали убытки как от стихийных (кораблекрушение, наводнение, пожар, падеж скота), так и от социальных (кража) бедствий». Наряду с этими специальными видами имущественных потерь, страховым случаем, создающим право на помощь со стороны гильдии, является и вообще всякое, независимо от его причины, разорение члена гильдии.

В области личного страхования гильдии выплачивали пособия, главным образом, в случаях смерти, болезни, инвалидности. В случае смерти пособия выдавались, во-первых, на погребение (этот вопрос и в средневековом страховании играет немалую, хотя и не такую, как в древнеримских коллегиях, роль), а во-вторых, на поддержку вдов и сирот. Помощь больным оказывалась обычно в случаях особо тяжкой или неизлечимой болезни. Нередко устанавливался более определенный список болезней, дававших право на страховое пособие. Так, например, по сведениям, относящимся к 1284 г., одна из английских гильдий (Ludlow, в графстве Spropshire) выплачивала пособия в случаях слепоты, проказы и иной неизлечимой болезни. От правового института страхования того времени можно провести интересную параллель к современному законодательству России, а именно - с 1 марта 1996 г. в российском праве появился так называемый институт суброгации (ч. 1 ст.965 ГК РФ), в соответствии с которым к страховщику, выплатившему страховое возмещение, в пределах выплаченной суммы переходит право требования, которое страхователь имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Эта норма, явившаяся новшеством для нашего права, успешно действовала в английском страховом праве уже с Х - ХI вв. Сегодняшнее отставание нашего законодательства от мировых аналогов является в какой-то мере результатом отрицания необходимости использования правового опыта исторических предков.

Кроме указанных случаев, встречающихся и в сфере современного личного страхования, гильдии выплачивали пособия и на выкуп из плена (в современном российском законодательстве не допускается страхование расходов, к которым лицо может быть принуждено в целях освобождения заложников - п. З ст.928 ГК РФ ), и на случай, для совершения паломничества, а в более ранние времена рассматриваемого периода - принимали на себя и выплату виры за неумышленные преступления своих членов (т. е. появляется правовой институт страхования гражданской ответственности - ст.931 ГК РФ).

В цехах взаимное страхование было направлено по преимуществу на случаи, непосредственно затрагивавшие личность членов цеха: смерть, болезнь, инвалидность и т. д. Однако выкуп из плена, выплата виры и т. п. в круге страховых гарантий уже не встречаются. В области же имущественного страхования устанавливается не столько возмещение отдельных убытков от определенных несчастных случаев (пожар, кража и т. д.), сколько пособие в случаях бедности (социальное страхование). Но «...в условиях цехового строя впадение отдельных членов цеха в бедность было возможно, главным образом, в результате несчастных случаев: пожар, длительная болезнь, инвалидность и т. д.» [24. C. 124].

Наряду с помощью, оказываемой потерпевшему из гильдейской (или цеховой) кассы, гильдии (а иногда и цехи) обязывали своих членов оказывать друг другу активное содействие в непосредственной борьбе против того или иного бедствия: в борьбе с опасностями морского плавания, в тушении пожара, в защите от грабителей, в преследовании вора и т. д. Все понесенные спасателями жертвы и расходы возмещались гильдией так же, как и основной убыток от кораблекрушения, пожара и т. п.

В ряде случаев гильдии возлагали на своих членов обязанности по предупреждению страховых случаев и по спасанию собственного своего имущества (аналогичное предусмотрено п.1 ст. 962 ГК РФ). Невыполнение указанных обязанностей (например, нарушение предписанных правил охраны имущества, отказ от участия в розысках и преследовании вора и т. д.) лишало права на возмещение убытка. За участие же в этих действиях (в преследовании вора и т. д.) получали особое вознаграждение не только другие члены гильдии, но и сам потерпевший.

Как вытекает из изложенного, правовые формы феодального гильдейско-цехового страхования, в значительной мере аналогичного по своему характеру страхованию в профессиональных организациях рабовладельческого общества, были обусловлены однородными причинами и прошли те же основные этапы развития:

а) от правовой регламентации взаимопомощи без всякой дифференциации и уточнения по отдельным видам несчастных случаев, по формам и размерам взаимной поддержки - к конкретизации в нормативных источниках круга страховых случаев, форм и размеров страховых выплат;

б) от последующей раскладки каждого отдельного, уже возникшего, убытка или каждого отдельного, уже причитающегося к уплате пособия - к регулируемой правилами страхования системе периодических, твердо определенных страховых взносов, к предварительному аккумулированию страхового фонда (ч.1 ст. 11 ФЗ «О страховании»).

Можно сказать, что правовое обеспечение гильдейско-цехового страхования находилось в полном соответствии с общим строем гильдейско-цеховых отношений. Оно являлось выражением начал специфического внутрикорпоративного равенства в гильдиях и цехах, равенства в условиях хозяйственной деятельности и общественного быта, равенства в несении риска потерь.

С этим связана и другая отличительная черта страхового права средневековья - нормативно закреплялась значительно большая, по сравнению с правом античности, широта страхового обеспечения. Круг страховых случаев, определившийся в результате процесса конкретизации правовых норм, здесь гораздо шире и охватывает почти все основные случаи современного имущественного и личного страхования.

Если античное страховое право «...увяло на своем корню, не заронив семян дальнейшего прогресса, и средневековое страхование начало свое правовое развитие совершенно заново, вне всякого исторического преемства с античным, то от страхового права, существовавшего в эпоху феодализма, тянутся, наоборот, преемственные нити к страховому праву эпохи капитализма» [24. C. 151].

Итак, страховое право в области гильдейско-цехового страхования закрепило следующие особенности организации страховой деятельности, относившиеся уже к последним временам средневековья:

а) выделение из общей гильдейской и цеховой организации специальных «страховых касс» (вдовьих, сиротских и т. п.), не терявших сразу своей связи с гильдиями и цехами;

б) допущение к участию в этих кассах и посторонних лиц. С этого момента, страхование от закрытого членства переходит к открытому. Общества взаимного страхования, носившие некоммерческий характер преобразуются в страховые организации коммерческого характера (современные акционерные общества). «Жизненный опыт, основанный на многолетних наблюдениях, позволил сделать вывод о случайном характере наступления чрезвычайных событий и неравномерности нанесения ущерба» [25. C. 3]. Было замечено, что число заинтересованных лиц всегда больше числа пострадавших от различных опасностей. При этом, чем большее количество заинтересованных лиц участвуют в раскладке ущерба, тем меньшая доля средств приходится на одного участника. Этот исторически значимый шаг в истории страхования произвел, своего рода, качественную эволюцию в страховых правоотношениях.

Морской заем как источник страхового права. Совершенно исключительное положение в развитии страхования занимает институт морского займа - интереснейший торгово-правовой институт древности и средневековья, не прошедший бесследно и для дальнейшего развития всего гражданского права.

Неизвестно, была ли родиной этого института торгово-мореходная Финикия, или он является продуктом еще более древней вавилонской культуры.

Во всяком случае, можно считать вероятным, что, следуя за ходом истории морской торговли, морской заем перешел от финикиян к древним грекам, а от последних к римлянам. Римское право усовершенствовало его правовую форму, а римская власть распространила его действие на всю свою империю.

Связь морского займа со страхованием вытекает из того, что обязанность уплаты долга и процентов по морскому займу обусловливалась благополучным исходом морского плавания, для которого совершался заем. Таким образом, заемщик как бы страховался заимодавцем от морских опасностей, за что и платил ему более высокий, чем по обычному займу, процент.

Правовая форма морского займа распространялась с моря на сушу.

В средние века институт морского займа встречается еще задолго до общей рецепции римского права. Общественные отношения, аналогичные тем, которые некогда создали этот институт, вновь вызывали его к жизни в пределах того же средиземноморского бассейна, но на этот раз, начиная уже не с восточной, а с западной его части.

В XII и XIII вв. морской заем получил большое распространение в Италии, Южной Франции, а затем в Испании, Португалии.

Итак, на протяжении тысячелетий (от эпохи Вавилона или Финикии почти до самого конца средневековья), в трех частях света (от западных берегов Европы и северного побережья Африки до восточных берегов Азии) институт морского займа обслуживал морскую торговлю и способствовал ее развитию.

«Этим не исчерпывается историко-правовое значение института морского займа. От него идут связующие нити к ряду других институтов средневекового торгового права - к институтам морского (а затем и сухопутного) торгового товарищества (в частности commenda), к бодмерее и т. д. Более того: морской заем, служа также для страховых и переводных операций, был отправным пунктом развития столь важного института торгового права, как страховой договор. В германской страховой литературе принято считать, что предложение о возникновении страхового договора из морского займа впервые было выражено Вагнером. И действительно, Вагнер в своем курсе морского права высказывает соответствующую мысль (1884). Но в установленный факт такое предположение превратили труды Бэнса и Гольдшмидта. Последний при этом ссылается, как на своих идейных в данном вопросе предшественников, на ряд авторов, в том числе и столь старых, как Гуго Гроций и даже Стракка (итальянский юрист XVI в.), но вовсе не упоминает о Вагнере» [24. C. 145].

При таких условиях, обслуживая разнообразные нужды морской торговли, заключая в себе элементы одних юридических сделок и тесно переплетаясь с другими, договор морского займа стоял в самом центре средневекового торгового права, являлся его основной сделкой.

В нашу задачу не входит изучение института морского займа в целом. Нас интересует лишь выяснение страховых элементов в институте морского займа. Этими элементами являются:

а) риск наступления несчастного случая (страховой риск);

б) срок несения этого риска (страховой срок);

в) вознаграждение за несение риска (страховая премия);

г) возмещение, предоставляемое по принятому риску (страховое вознаграждение).

Страховой риск в договоре морского займа не требует особых объяснений. Это риск неблагополучного исхода морского плавания, риск гибели судна с грузом; в этом случае заемщик свободен от своего долга и, следовательно, кредитор теряет данный взаймы капитал.

Обращаясь, далее, ко второму из указанных выше элементов страхования, к страховому сроку, мы видим, что еще римские юристы тщательно ограничивают период несения риска кредитором от периода пользования капиталом по морскому займу. И, действительно, оба эти периода могут не совпадать, так как заемщик подвергается морскому риску не в течение всего срока займа, а лишь в течение периода морского плавания.

Более того: даже и период морского плавания не всегда совпадает с периодом несения риска. Кредитор нес риск с того момента, когда корабль, по условиям договора, должен был отплыть. Следовательно, если рейс фактически начался до обусловленного срока, кредитор еще пока риска не несет.

С другой стороны - прекращение риска до окончания рейса, если уже истек указанный в договоре срок несения риска или наступило прекращающее риск условие. С момента прекращения риска обусловленный процент снижается до размера обычного.

Таким образом, в институте морского займа строго определены и начальный, и конечный момент периода несения риска кредитором. Это понятно: условия морского плавания не одинаковы в разное время года, и кредитора нельзя заставить нести риск этого плавания за пределами согласованного с ним периода, являющегося по существу страховым сроком. Договор морского займа ввел в страхование очень важный элемент - страховой срок. Ранее он не определялся и был равен либо сроку существования общества взаимного страхования, либо был пожизненным. В настоящее время срок действия договора страхования является его существенным условием (ст.942 ГК РФ).

Без особого труда обнаруживается в займе элемент страховой премии.

Как уже отмечалось, проценты, уплачивавшиеся по морскому займу, превышали обычный ссудный процент. В древней Греции соотношение между ними составляло 2:1 (24-36% годовых по морскому займу против 12-18% по обычному займу). В римском праве размер процентов по морскому займу был ограничен Юстинианом до 12% годовых, в то время как по обычному займу предельные ставки процентов были установлены в размере 4%.

6% и 8% годовых в зависимости от социального положения займодавца (наименьшая ставка для personae illustres, наибольшая ставка - для торговых и т. п. слоев населения, средняя ставка - для ceteri omnes homines) и лишь по натуральным займам достигали 12% годовых. В средние века юстинианский лимит уже не менялся. И даже там, где для процентов по морскому займу действовал твердый, установленный обычаями тариф, он допускал значительные колебания ставок в зависимости от продолжительности рейса. Так, в пизанском Constitutum usus XII в. ставки колеблются от 33% до 35% за рейс. В генуэзских договорах XII в. встречаются ставки в размере ЗЗ% (de tribus guattuor) за полугодовой рейс в оба конца (туда и обратно), в размере 25% (de guattuor guingue), 20% (sex per guingue) и т. д. - за менее продолжительные рейсы.

В составе повышенных, по сравнению с обычными, процентов по морскому займу уже в римскую эпоху отчетливо разграничивались две различные части: вознаграждение за пользование капиталом и вознаграждение за риск. Правда, это еще не вполне точная квалификация. Потому что при наступлении несчастного (страхового) случая, кредитор, ввиду полного освобождения заемщика от обязательства по займу, не получает вознаграждение за риск. Договор займа переходит в договор страхования, а последний «теряет» условие возмездности. Но все же и в таком виде вознаграждение за риск является в договоре морского займа своеобразной формой страховой премии. Это находит свое выражение даже и в том, что течение соответствующей части процентов, строго соизмеряется с продолжительностью «страхового срока», как то и полагается для страховой премии.

Если страховая премия в институте морского займа выступает достаточно наглядно - в простой и ясной форме увеличения ставки заемного процента, то не так легко и просто определить в морском займе юридическую форму страхового вознаграждения (страховой выплаты). Обычно принято считать, что таким вознаграждением служила сумма, выдаваемая кредитором при заключении сделки.

Она фигурировала в договоре сначала как сумма займа.

Такою же она оставалась и при благополучном исходе морского плавания. Но гибель судна (наступление страхового случая) сразу же преображала сделку. Из займа она превращалась в страхование, а выданные кредитором деньги - из суммы займа в страховую сумму. Иначе говоря: сумма займа являлась в то же время авансированной страховой суммой или, как выражается Гольдшмидт, «антиципированной страховой суммой, подлежащей возврату при ненаступлении морского бедствия».

Непонятно, каким образом одна и та же сумма может выступать и как сумма займа и одновременно как страховая выплата. Одно здесь явно противоречит другому. Если перед нами сумма займа (а это, во всяком случае, несомненно), то таким образом эта же сумма может рассматриваться как возмещение убытков заемщика. И с другой стороны, если это страховая, лишь авансом выданная, сумма, то при ненаступлении морского бедствия она подлежала бы возврату уже не по титулу займа, что имеет место на самом деле, а в силу отпадения страхового титула, т. е. в порядке обязательства, вытекающего из неосновательного обогащения.

Юридическое объяснение страховой функции морского займа может быть найдено более простым путем.

Сумма, выплачиваемая в договоре морского займа, есть только сумма займа и ничего более. Никакой (хотя бы «антиципированной») страховой суммы она собою не представляет. В качестве суммы займа она подлежала бы возвращению кредитору, независимо от исхода морского плавания. Но особенность морского займа в том именно и заключается, что в случае неблагополучного исхода плавания заемщик освобождается от возврата кредитору суммы займа (и от уплаты процентов).

Благодаря этому, заемщик освобождается в соответствующей мере от убытка, который иначе он должен был бы понести и который, вместо него, теперь несет уже сам кредитор. В этом, по существу, и сказывается страховой характер морского займа, страховое обеспечение, предоставляемое заемщику. Как в обыкновенном страховании, страховая выплата предоставляется и здесь не «вперед», в порядке «антиципирования», не «ante factum», а лишь «post factum», по наступлении несчастного случая. Но в отличие от обыкновенного страхования, страховая выплата выражается здесь не в положительной, а в отрицательной форме: не в форме предоставления средств, а в форме отказа от получения долга. В России проведение подобных сделок, при регулировании их как страховых сделок, не допускается. Фактически, выдача займа есть один из способов размещения страхового резерва. Законодательством размещение страховых резервов посредством выдачи ссуд допускается, только при личном страховании. Кроме того, выдача ссуды по договору страхования очень близко граничит с банковской деятельностью, занятие которой прямо запрещено для страховых компаний. На наш взгляд, размещение страховых резервов посредством выдачи ссуд является достаточно рисковым. Совершенно верно, что размещение резервов указанным способом допускается только по личному страхованию и только по накопительному страхованию на случай дожития до определенного в договоре возраста).

Таковы элементы страхования, содержавшиеся в институте морского займа. Как видим, они теснейшим образом переплетены с элементами ссудного кредита. Условием возврата займа является ненаступление страхового случая. Срок страхования содержится в составе срока займа. Страховая премия заключена в составе процентов по морскому займу вместе с обыкновенным ссудным процентом. И, наконец, страховая выплата состоит в неистребовании уплаты по займу.

Страхование в составе кредитной сделки характерно как для античного, так и для средневекового страхового права - и в том и в другом еще нет предпосылок для вполне развитого, самостоятельного правового института страхования коммерческого типа, а потому элементы коммерческого страхования существуют пока лишь в рамках уже широко развившегося кредита, образуя, в сочетании с ним, его особую разновидность, своеобразную кредитно-страховую «амфибию».

1.4 Страхование, как институт гражданского права, в период зарождения капитала

Капиталистическое страхование выросло из средневекового страхования в полном соответствии с тем, как и вся экономическая структура капиталистического общества выросла из экономической структуры феодального общества.

Это относится и к имущественному и к личному страхованию.

Феодальными корнями правового обеспечения капиталистического имущественного страхования являются, с одной стороны, институт морского займа, с другой - правовая организация взаимных страховых касс, отделившихся от гильдейско-цеховых организаций и открывших доступ в свои ряды посторонним лицам. От первого корня пошло развитие, прежде всего, морского, а затем и вообще транспортного страхования, включая страхование каско, грузов и т. д. Второй - имел существенное значение для многих других видов имущественного страхования, главным образом для страхования от огня, страхования животных страхования посевов от градобития. Впоследствии и на эти виды страхования были перенесены новые начала и новые организационные формы, уже сложившиеся в морском страховании.

Развитие страхового права выразилось в развитии личного страхования также связанного, с одной стороны, с гильдейско-цеховым наследием, со всевозможными кассами взаимопомощи. С другой стороны, «...на развитие личного страхования оказали существенное влияние некоторые кредитные институты, встречающиеся в конце средних веков и в начале новой эпохи в разных странах Западной Европы. Таковы, прежде всего, аннуитеты: обязательство платежа ежегодной (как правило, пожизненной) ренты, устанавливаемое за единовременный взнос капитальной суммы. Таковы, далее, распространенные с середины XVI в., по преимуществу в Италии, особые ссудные кассы, сочетавшие кредитные операции с благотворительными функциями. Последние, в тех же целях привлечения средств, занимались операциями, являвшимися по существу страхованием приданого: за вносимый при рождении дочери безвозвратный вклад касса обязывалась выплатить десятикратную сумму в качестве приданого при выходе замуж этой или (если она умрет или останется незамужнею) другой дочери вкладчика» [25. C. 173]. Аналогичные виды страхования были широко распространены в СССР, когда в стране существовало только публичное страхование. Этими видами страхования занимался Госстрах.

Страховое право этих времен развивалось следующим образом.

На первом этапе своей истории капиталистическое страхование осуществляется в соответствии с действовавшими тогда правовыми нормами и условиями страхования, а также на основе обычного права отдельными, единоличными страховщиками.

На втором этапе возникают и развиваются страховые общества: акционерные и взаимные.

Наряду с указанным изменением организационных форм частного коммерческого страхования, в этом же периоде происходит и дальнейшая эволюция унаследованных от средневековья взаимных страховых организаций: постепенное освобождение их от элементов феодального (гильдейско-цехового) порядка и превращение их в действующие уже на новой основе взаимно-страховые организации публичного и частного права. Наконец, в этом же периоде в отдельных (особенно в германских) странах насаждаются государственные страховые организации (главным образом, по страхованию от огня).

С переходом к следующему этапу акционерная форма сохраняется, и ее значение еще более возрастает, но, не отменяя этой формы и даже опираясь на нее, идет процесс развития монополистических страховых объединений: картелей и концернов.

Одним из первых крупных страховых картелей, имевшим к тому же международный характер, был образованный в Берлине в 1874 г. Международный союз страхования транспорта, состоявший при своем возникновении из 16 страховых обществ (германских, австрийских, русских и шведских), а через полстолетия, в 1925 г., объединявший уже 230 обществ, принадлежащих к 26 странам.

«Большой размах картельное движение приобретает в Германии в самом конце XIX в., в 90-х гг.» [24. C. 53]. Картелирование страховых предприятий еще более усиливается в разных странах в XX веке.

За картелями последовали концерны. «Образованное в 1880г. Мюнхенское общество перестрахования превратилось вскоре в один из крупнейших страховых концернов» [18. C. 16]. Но с особой силой процесс страхового концернообразования развертывается в XX в., особенно после первой мировой войны. Этому способствовало отсутствие на том этапе антимонопольного законодательства в современном понимании этой категории.

Процесс монополистической централизации распространяется не только на акционерные, но и на взаимные страховые общества, а также на публично-правовые страховые организации, причем и те, и другие все более коммерциализируются, ориентируясь на акционерное страхование. Возникает и ряд промежуточных, форм, состоящих из элементов акционерного и взаимного, частного и публичного страхования.

Не менее существенные изменения происходят, по тем же основаниям, и в развитии видов страхования.

На первом этапе - почти исключительно транспортное страхование.

Затем - страхования от огня: в конце XVII в. в Англии после знаменитого Лондонского пожара (1666г.) уничтожившего более половины города. Вначале XVIII в. в той же Англии возникает коммерческое страхование жизни, использующее старый опыт аннуитетов и новейшие достижения статистики и математики (например, таблицы смертности: английского астронома Галлея - 1693 г., французского математика Депарсье - 1746 г. и др.). Применение в страховании достижений статистики и математики позволили при заключении договоров страхования определять коэффициент риска, страховой тариф, размер страхового взноса.

Затем наступает очередь сельскохозяйственного страхования: страхования посевов от градобития и страхования скота.

Рост машинной техники существенно повлиял на развитие двух новых видов коммерческого страхования: в области личного страхования - от несчастных случаев; в области имущественного страхования - гражданской ответственности.

«Страхование от несчастных случаев возникло впервые в середине XIX в. (1849-1850) в Англии, в связи с постройкой первых железных дорог. С 50-х гг. оно появляется и в Германии, а затем и в других странах» [37. C. 57].

На развитие страхования гражданской ответственности (впервые возникшего во Франции, в 1825 г., в сочетании со страхованием конного транспорта от аварий) значительное влияние оказали законы о гражданской ответственности определенных категорий предпринимателей за несчастные случаи на производстве. Эти законы были изданы в некоторых странах (например, в Германии в 1871 г., в Англии, в 1880 г.) в результате возраставшего количества несчастных случаев, связанных с применением машинной техники.

При этом предприниматели сразу же стали искать средства обезвредить для себя указанные законы, откупиться от угрозы ответственности, отвести ее от себя путем страхования. И страхование предоставило им соответствующие услуги. В этой роли выступает страхование гражданской ответственности. «В Германии оно возникает в 70-х гг. XIX в., непосредственно после закона 1871 г. В Англии, где это страхование существовало и ранее по французскому образцу 1825 г., оно получает, под влиянием закона 1880 г., усиленное развитие, как самостоятельный вид страхования» [37. C. 58].

В то же время законы о гражданской ответственности предпринимателей дали сильный толчок развитию страхования от несчастных случаев: в частности, коллективного страхования рабочих предпринимателями.

Наряду с указанными в XIX в., возникают еще и разные другие виды страхования.

В результате, к концу рассматриваемого периода уже сложились почти все виды современного страхования как имущественного, так и личного.

Так развивалось поэтапно страхование и страховое право: от «простого» к «сложному», от «единичного» к «множественному»; от единоличного страховщика - через страховое общество - к страховому концерну; от морского страхования - через сравнительно несложную систему немногих основных видов страхования - к построенной на их основе, сложной и разветвленной системе многочисленных видов и разновидностей, то узко специализированных, то взаимно переплетающихся, то объединенных в комплексы «универсального» страхования.

1.5 Основные центры развития страхования и страхового права в их исторической смене

Указанная проблема, как проблема периодизации развития страхования, не получила в страховой литературе достаточной разработки. Обычно отмечается, что в различные исторические эпохи ведущую роль в развитии страхования играли то те, то другие европейские народы. Но при этом не дается надлежащей исторической перспективы перехода этой роли от одних народов к другим, не выявляется и различие в данном вопросе между двумя основными группами стран, из которых одни передавали друг другу первенство в страховом деле, а другие - первенство в страховом праве.

Наряду с процессом перемещения основных центров страхования происходил процесс перемещения основных центров страхового права. Однако, «географические координаты» тех и других центров не совпадают между собой. Так, Италия, возглавлявшая в XIV-XV вв., а отчасти и в XVI в., развитие европейского страхования и уже в силу этого оказавшая немалое влияние и на развитие страхового права, все же уступает в этом отношении первенство своей сопернице - Испании. В области страхового права Италия той эпохи известна, главным образом, декретами и статутами, издававшимися в отдельных ее городах и затрагивавшими отдельные стороны страхового дела, либо содержавшими отсылку к выработанным практикой страховым полисам. Иначе обстоит дело в Испании. Ей «...принадлежит основной источник морского (и, в частности, страхового) права XV в.: Las Gapitolos de Barcelona 1432г., неоднократно подвергавшиеся пересмотру в 1436, 1458, 1461 и 1484 гг. Влияние этого источника простирается и за пределы XV в.: так, например, по его образцу были изданы соответствующие сборники постановлений в Бургосе (1538 г.), Севилье (1552 г., 1556 г.) и С-Себастиане (1682 г.)» [25. C. 172]. Большое значение для развития страхового права имел и другой испанский источник: Торговое уложение, изданное в Бильбао в 1560 г. и распространившее затем свое действие на всю Испанию с ее обширными колониальными владениями. Актами испанского законодательства (длинным рядом ордонансов Карла V и Филиппа II) непосредственно регулировалось в XVI в., по образу и подобию испанского страхового права, и страховое дело в Нидерландах, куда в то время перемещался из Италии центр европейского страхования.

Итак, в XV-XVI вв. ведущая роль в развитии страхового права принадлежит, бесспорно, Испании.

В XVII в. эта роль переходит от Испании к Франции.

Достигнув в XVII в. больших высот экономического, политического и военного могущества, Франция стала, вместе с тем, законодательницей для других стран в различных областях идеологии и быта. Значительный авторитет приобрело и французское право, особенно морское и торговое, в том числе и страховое. Все это способствовало тому, что французскому влиянию подчинилось развитие соответствующих отраслей права и в других странах. Уже появившийся в середине XVI в. частный Руанский сборник, содержавший, главным образом, нормы о морском страховании, общей аварии и морском займе, получил вскоре широкое применение и за пределами Франции. Еще большее влияние на развитие европейского морского и страхового права имела знаменитая Ordonnance de la marine 1681 г.

Под ее влиянием было, в частности, пересмотрено в 1737 г. упомянутое выше Торговое уложение Испании (Бильбао, 1560 г.). Она инкорпорировала многие положения Руанского сборника, а затем и сама почти без изменений вошла в состав Code de commerce.

Свое положение в области страхового права Франция продолжает удерживать в XVIII и отчасти в XIX вв. Но в это же время соотношение сил в данной области начинает меняться: сначала в пользу Англии, приоритет которой (главным образом, в сфере морского страхового права) уже прочно утвердился в XIX в., а затем – и в пользу Германии. В XVI-XVII вв. германское морское страхование шло еще всецело по тропе, проложенной из Нидерландов. Так, например, страховой полис Антверпена (бывшего в XVI в. мировой торговой и страховой биржей) получил в конце XVI в. применение и в Гамбурге, и долго затем господствовал в германском морском страховании. Это вместе с тем означает, что германское страхование испытывало переданное через Нидерланды влияние испанского страхового права. В конце XVII в. к нидерландско-испанскому присоединяется и французское влияние. Но уже в первой половине XVIII в. в Германии начинает развиваться собственное страховое законодательство (в первую очередь - в области морского страхования). Оно нашло свое первое серьезное выражение в гамбургской Assekuranz - und Havarei-Ordnung 1731 г. По ее образцу возникает ряд других Assekuranz-Ordnung: датская - 1746 г., шведская - 1750 г., прусская - 1766 г. Через посредство прусской Assekuranz-Ordnung 1766 г. гамбургский аварийно-страховой кодекс 1731 г. существенно повлиял на нормировку договора страхования в прусском Земском уложении 1794 г. При этом правила морского страхования, подвергшись соответственному обобщению, были распространены и на другие виды страхования.

В XIX в. значение германского страхового права усиливается. Гамбургские полисные условия морского страхования (Seeversicherungs-Bedingungen), меняя время от времени свою редакцию (1785, 1800, 1847, 1852 гг.), не только вытеснили соперничающие с ними страховые условия других германских портов и превратились, таким образом, в общегерманские правила морского страхования, но широко проникли и на мировой страховой рынок, конкурируя с английскими правилами страхования.

Большое значение для германского страхового права имели также два торговых уложения, содержащие нормы морского страхования: 1) старое (ADHB), 1861 г., ставшее с 1871 г. общим законом германской империи, и 2) позднее изданное (HGB), 1897 г.

На высшей точке своего развития германское страховое право оказалось в начале XX в. Это нашло свое отражение в страховом законодательстве (германский закон о страховом договоре 1908 г.), в страховой практике, а также в страховой литературе. Но Англия и при этом продолжала сохранять свое преобладающее положение в морском страховом праве капиталистических стран, еще более укрепленное кодификацией английского морского страхового права (1906 г.).

Из сказанного можно сделать следующие выводы.

1. Смена основных центров страхования обусловливается сменой основных центров экономического развития. При всей неравномерности этого развития первый процесс идет по стопам второго. На каждом повороте истории передовой страной в области страхования неизменно оказывается страна, передовая по уровню своего экономического развития: сначала Италия, затем Нидерланды, далее - Англия и, наконец, США.

2. При всем значении указанных стран для развития страхового права ведущая в этом отношении роль принадлежит не им или не им одним. Основные центры страхового права не совпадают, как правило, с основными центрами страхового дела. Не эти последние, а соперничающие с ними страны оказываются господствующими (или, по крайней мере, разделяют с ними это господство) в сфере страхового права. Таковы в исторической последовательности: Испания, Франция, Германия (в морском страховом праве - Англия).

ГЛАВА 2. Современное состояние страхования и страхового права зарубежных стран

2.1 Страховое право в Великобритании

Английский страховой рынок - не самый крупный в мире, но он является самым опытным, обладающим огромным теоретическим и практическим потенциалом и авторитетом. Англия справедливо рассматривалась как родоначальница профессионального морского страхования. В течение многих десятилетий английский страховой рынок диктовал правила и условия страхования. Английские страховые условия легли в основу многих национальных страховых законодательств других стран.

Условия страхования лондонских страховщиков, их информация о состоянии и место

Здесь опубликована для ознакомления часть дипломной работы "Становление страхования как института гражданского права". Эта работа найдена в открытых источниках Интернет. А это значит, что если попытаться её защитить, то она 100% не пройдёт проверку российских ВУЗов на плагиат и её не примет ваш руководитель дипломной работы!
Если у вас нет возможности самостоятельно написать дипломную - закажите её написание опытному автору»


Просмотров: 463

Другие дипломные работы по специальности "Банковское дело":

Стратегия развития валютного рынка и валютных операций

Смотреть работу >>

Анализ экономического состояния коммерческого банка

Смотреть работу >>

Валютный рынок и валютные операции

Смотреть работу >>

Межбанковское кредитование в РФ

Смотреть работу >>

Депозитная политика ОАО «Сбербанк России»

Смотреть работу >>